Текст книги "Воровка для двоих (СИ)"

Автор книги: Джулиан Хитч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 39

Ранее

– Аарон, он вернулся отомстить.

Дирк не сомневается в происходящем. Салли вернулся за ним, точнее за тем, чтобы разрушить его жизнь. Мигеля Салли убил, чтобы доказать – теперь он в себе полностью уверен. Настолько, что позволил себе грохнуть полицейского в участке. Он смог проникнуть внутрь, не попавшись никому на глаза. Дирк уверен: на камерах либо ничего не осталось, либо Салли сумел не засветить лицо.

– Хватит паниковать, прошла куча лет. Он сдох в подворотне, если не сразу, то через какое-то время. – Аарон не верит, что Салли вернулся.

– То есть ты не считаешь, что кольцо «передал» мне именно он? Тогда кто? – Дирк выжидающе смотрит на напарника.

Аарон молчит, только покусывает губу – снова и снова.

– Давай проверим камеры, – наконец произносит он. В его голосе нет уверенности, что это даст хоть какой-то результат.

Дирк молча следует за Аароном до нужной комнаты. Внутри уже сидят полицейские, изучая записи с камер.

– Мы просмотрели все записи с внутренних и наружных камер. Он… он даже не пытался скрыться. Пришёл под видом полицейского, на него даже никто не обратил внимания. Только Марша перекинулась с ним парой слов. Её уже допросили. Она сказала, что он спросил у неё, где найти Мигеля. Опасным не выглядел, она подумала, что это просто коллега с одного из соседних участков.

– Куда же он тогда делся после?

Аарон по очереди вглядывается в экраны, пытаясь определить по ним последовательность действий. Дирк не сводит взгляда лишь с одного экрана – того, на котором видно ещё живого Мигеля, сидящего на своём месте. Когда к нему подходит Салли, Мигель даже не оборачивается, продолжая заниматься своими делами. Салли спокойно хлопает его по спине и, повернувшись, Мигель на секунду замирает. Салли касается его шеи, а потом аккуратно укладывает на стол. Шприца в руке не видно, но его без труда можно было спрятать в рукаве.

Всё произошедшее занимает буквально пару-тройку секунд. Дирк ужасается тому, с какой лёгкостью Салли удаётся осуществить задуманное. Он совершенно не похож на того человека, с которым Дирк когда-то был близок.

– Так куда он делся? На что вы потратили время? – Вновь задает вопрос Аарон, не скрывая рвущегося наружу раздражения.

Полицейские переглядываются, прежде чем начать рассказывать о том, что увидели на записях.

– Камеры доводят его до вашего кабинета. Он зашёл и больше не выходил из него.

– Но мы только оттуда, и там точно никого не было, – удивленно произносит Аарон. – Быть такого не может. Ведь там и спрятаться негде.

Аарон нервничает, чувствуя внутреннее раздражение. Кажется, ещё немного и он взорвётся. Он теряет контроль, и это выводит из себя.

– Но больше на записях ничего нет. Только это…

Аарон хватает полицейского за плечо. И сам ощущает, что сжимает слишком сильно, но не может остановиться.

– Ищите лучше! Вы же не зря тут сидите, работайте!

Аарон резко разворачивается и решительно направляется к кабинету. Дирку приходится последовать за ним, чтобы принять на себя часть происходящего. Сейчас Аарон показывает свою настоящую личину – решительного, но жёсткого начальника, который пустит в расход любого, чтобы добиться желаемого.

– Аарон, так нельзя…

Дирк успевает только зайти внутрь, как Аарон дёргает его за куртку, подтаскивая к себе.

– Не смей мне ничего говорить! Твои ошибки дорого обходятся! – Аарон выплёвывает эти слова буквально в лицо Дирка. – Все было бы куда проще дай ты мне его застрелить. Мигель был бы жив! – Дирку не нужно напоминать очевидное – он это и так это знает. – Стоит позвонить Гордону, – последние слова Аарон произносит немного спокойнее.

Дирк, пользуясь моментом, отступает на шаг. Он не обманывается тем, что Аарон кажется чуть успокоившимся. Потому лишь молча кивает, соглашаясь с тем, что обо всем нужно сообщить Гордону. Только морщится, представляя, в какую ярость впадёт начальник. Как будет орать на них двоих, считая, что именно они с Аароном во всём виноваты. Впрочем, на этот раз они и правда виноваты… вернее, виноват он – Дирк. Заварил всю эту кашу, позволив тогда эмоциям взять верх над долгом.

Аарон кивает сам себе и берёт в руки телефон. Дирк замечает, как пальцы напарника дрожат.

– Гордон, у нас проблемы.

Дирк не хочет присутствовать при этом разговоре, слушать крики Гордона, доносящиеся через телефонную трубку. Они сбивают его с мыслей. Не дают сосредоточиться на главном – Салли был в этом кабинете. Дирк уверен: он намеренно вёл следствие сюда.

– Держи, злодей! – Салли бросает небольшой коробкой с бантиком, которую Дирк ловит, выставив руку вверх. Затем разглядывает коробочку, пока Салли подходит от двери к нему. Несколько раз трясет её, пытаясь понять, что скрывается внутри.

– Не хрупкое? – Дирк ухмыляется, когда Салли, плюхнувшись на диван, достает из-под него откровенный.

– А ты открой, – Салли ёрзает на месте, явно желая поскорее увидеть реакцию друга.

Дирк развязывает бант, медленно откладывает его в сторону. Распахивает коробочку, с удивлением обнаруживая внутри кольцо, торчащее из подушечки.

– Прости, родной, но в нашем штате однополые браки противозаконны, – смеясь, Дирк произносит первое, что приходит в голову.

Салли в ответ бьет его журналом по плечу. Затем поднимает руку, демонстрируя палец, на котором одето такое же кольцо. И, мгновенно, посерьёзнев, говорит:

– Это куда сильнее брачных уз. С сегодняшнего дня мы братья.

Глава 40. Воровка

Настоящее

– Красивая игрушка, как считаешь? – Профессор крутит в пальцах пистолет.

Табельное оружие Дирка в его руках заставляет нервничать. Оно было спрятано, может, и не под семью замками, но Профессор не должен был знать про то, что у неё есть сейф, а тем более код к нему. Конечно, он следил за мной. Но мне всё ещё трудно осознать то, как легко он переиграл меня.

– Тебе понравилось держать пушку? Представлять, что ты легко можешь лишить жизни любого. Раз и навсегда. – Ирония в голосе Профессора констатирует со льдом его взгляда.

– Я о таком никогда не думала…

– Конечно, Нэнси, конечно! За всё это время ни на одном твоём деле никто не пострадал и не применил оружие. Ну если не считать копов. Но что-то же заставило тебя обзавестись пушкой? Ты держала пистолет в руках – не отнекивайся. Что ты чувствовала?

– Держала и ничего не почувствовала.

Профессор наверняка без труда поймает меня на лжи, если я буду недостаточно убедительной или резко переведу тему. С ним нужно быть предельно аккуратной. Бороться с ним на равных я не смогу. Теперь я отчетливо это понимаю. Оружие в его руках лишь придает ему силы. Уверена, он использует его против меня, если понадобится.

– Что ж, может, у тебя еще получится почувствовать силу, используя его, – нарочито отвернувшись от меня, последние слова Профессор бросает словно вскользь.

Я мгновенно напрягаюсь.

– О чём ты говоришь?

Ноги слабеют, кажется, еще немного и колени подогнутся от смеси страха и волнения. Давно я уже не ощущала себя такой безвольной. Невольно вспоминаю наше первое свидание с Дирком. Он тогда просто поставил меня перед фактом, что в пятницу у нас свидание и пойдём мы на фильм ужасов. С утра я молчала, только иногда невпопад отвечала на вопросы отца. Приглашение Дирка было совершенно неожиданным, но очень желанным. Я и сама не понимала, в какой момент влюбилась в него, несмотря на его грубость, колкости и мои постоянные слезы из-за его слов. Он разрушал меня много лет, словно пытаясь отстранится от собственных чувств. Словно я была его слабостью, и он не нашёл решения лучше, чем пытаться уничтожить меня.

Вот именно в таком состоянии – беспомощности и полной дезориентации – я шла тогда к кинотеатру. Не зная, как себя вести, что делать и говорить. Ведь долгое время мне казалось, что существовать рядом с Дирком я могу только в рамках нашего треугольника с Аароном.

Сейчас я понимаю, сколько глупостей натворила тогда. И потом, и снова, уже вернувшись в родной город и позволив себе новую ночь втроём. Каждым своим шагом я приближала себя к этой развязке…

Снова я лишь часть треугольника. Но на этот раз рядом нет ни Дирка, ни Аарона. Только я, Профессор и огнестрельное оружие.

Умру ли я сегодня? Подставит ли Профессор Дирка, убив меня из его табельного пистолета?

– Я ведь предупреждал тебя, Нэнси… Просил тебя не доводить до этого… – Профессор растягивает слова, играя на моих нервах. – Ты сама подошла к черте, возле которой приходится выбирать: или наше общее дело, или твои копы!

– Я уже выбрала, – говорю как можно спокойнее. – Я всегда выбирала наше дело, и ничего не изменилось.

Я могу только догадываться о том, что будет дальше. Моих слов Профессору явно будет недостаточно. Он кот, играющий с мышью, и просто так не выпустит меня из своих лап. Хищнику нужна кровь.

– Тогда тебе придётся доказать твою преданность. Увы, Нэнси, я больше не могу верить тебе на слово.

«Я тебе тоже!» Приходится прикусить язык, чтобы не ляпнуть подобное вслух.

– Кого ты выбираешь…

– Ты повторяешься!

– Кого ты убьёшь?.. – Профессор улыбается. – Аарона или Дирка?

Хочется засмеяться. Профессор точно шутит, не может же он просить меня о подобном. Но я давлюсь смешком, а горло сжимает словно тисками. По выражению его лица понимаю – он не шутит.

Мне не хватает воздуха, как будто весь кислород в комнате испарился в одну секунду. И я бы отдала сейчас всю свою никчёмную жизнь ради того, чтобы точно также из этой комнаты испарился Профессор. Но это только мечта… Моя ошибка слишком затянулась… Пять лет я ходила по краю пропасти, и вот под моими ногами бездна.

– Ты шутишь? – всё же выдавливаю я из себя. – Зачем нам марать руки? Зачем привлекать к себе лишнее внимание?.. – Я не сдаюсь. Наверное, если я чему-то и научилась – преодолевать любую боль и любой страх и бороться до конца. – Меня и так ищут. Убийство полицейского… Да за мной будет охотиться вся полиция штата, а может, и федералы подключатся. Зачем эти игры?

Профессор проходит к кровати и усаживается на край. Немного подпрыгивает, пробуя матрас на упругость. На место страху приходит раздражение. Меня начинает злить затеянная им игра, но я не спускаю с него глаз. Оружие он кладёт на покрывало. Проверяет, брошусь ли я на него в попытке отнять пистолет?

И даже предполагая, чего он ждёт от меня, не могу отделаться от мысли что и правда стоит попытаться… Я никогда никого не убивала, но сейчас смерть Профессора кажется отличным выходом из сложившейся ситуации. Но я совершенно не уверена, что смогу совершить подобное. Потому нужно искать другой выход. Я должна выкрутиться.

На кону стоят жизни Аарона и Дирка, и я скорее убью себя, чем их. Но вряд ли Профессору нужна моя смерть. По крайней мере не такая.

– Мне кажется, тебя это всё тяготит и отвлекает от дел, – Профессор наконец прерывает затянувшееся молчание, видимо поняв, что я не собираюсь поддаваться на его провокации. – Вот я и предлагаю быстрый способ, как решить проблему. Ты же говорила, что чувства остались в прошлом. Значит, и для тебя это всего лишь игра. Просто секс, да?

Мои чувства? Я старалась не думать о них с приезда, убеждая себя, что осталось в прошлом. Что я только немного поиграю с ними, и всё. Но что же я чувствую к ним на самом деле? Аарон и не уходил из моей жизни. Мы поддерживали связь, как друзья, он был моим маяком в кромешной тьме. И когда я совершенно не знала, куда двигаться дальше и как жить, я всегда ощущала его незримую поддержку. Пусть он и не знал о смерти близнецов, он все равно помогал мне держаться на плаву. Я люблю Аарона, глупо отрицать. Как и то, что люблю его скорее как брата, близкого друга…

Совсем не так, как Дирка.

И мы с Аароном всегда это знали. Сколько бы не прошло времени, ничего не менялось. С Аароном было хорошо, а их связь с Дирком с первого дня знакомства поражала меня тем, какой крепкой была – сильнее, чем у братьев.

Сейчас у меня нет ответа на вопрос, понимала ли тогда, что именно я могу навсегда развести их в стороны. Аарон нравился мне своей внутренней надежность, но больше меня тянуло к Дирку. И я понимала, что это взаимно. Как и то, что Аарон смотрит на меня совсем не так, как может смотреть друг.

Всё окончательно запуталось в тот вечер, когда мы в очередной раз собрались у Дирка. Выпили немного. Точнее, пил Дирк, пытаясь сдержаться и не наброситься на меня. Голодный волк. Ему не терпелось попробовать, зайти дальше той черты, за которую я боялась его пускать, понимая, что после он уже не отпустит меня. И меня рвало на части – от смеси желания и страха. Я позволила Дирку утащить себя в спальню, но меня буквально трясло от противоречивых эмоций.

Не знаю, что изначально хотел сделать Аарон, когда пришёл к нам. Но, увидев нас в одном белье, начал раздеваться, словно так и должно быть. Словно всё в порядке вещей. А потом и правда стало таковым.

В ту ночь наши жизни переплелись в тугой клубок. Наверное, были нужны эти годы, чтобы я наконец решилась его распутать. Расставить все по местам.

– Просто секс, да, – отвечаю, глядя Профессору в глаза.

Я буду врать Профессору, изворачиваться и притворяться, чтобы парни не пострадали. Но врать себе я больше не хочу.

Глава 41

Ранее

– Вы, прикалываетесь надо мной?!

Гордон хватает первую попавшуюся под руку папку и бьет ею по столу. От силы удара некоторые листы, лежащие на его поверхности, поднимаются в воздух.

Объяснительные, рапорты и дела.

Аарон, непроизвольно вздрогнув от резкого звука, отвлеченно думает о том, сколько времени ему понадобится, чтобы снова навести порядок во всех этих бумагах. Не особо уместная мысль помогает прийти в себя и хотя бы недолго не вспоминать о смерти Мигеля. Впрочем, проблем столько, что даже это убийство отходит на второй план.

Обернувшись, Аарон смотрит на Дирка. Задумчивого и не способного здраво оценить всё происходящее. Погрузившегося в собственные воспоминания настолько, что, кажется, и вовсе не реагирующего на разъяренного Гордона.

«Значит, не сдох!», – Аарон снова вспоминает о мексиканском сопляке. Тогда он был уверен – и именно поэтому согласился на ложь – что Салли сдохнет в первые полгода. Неужели он ошибся? Семь лет назад он тоже был молод и, к своему огорчению, Аарон готов признать, что самонадеян. Признавать собственные ошибки Аарон не любит. Как и терять контроль.

– И ты, Аарон, об этом молчал? – Гордон падает на стул, сжимая грудь и пытаясь успокоить сердцебиение. – От тебя я такого точно не ожидал.

Аарон морщится, ощущая почти непреодолимое желание ударить шефа. Они с Дирком уже давно не юнцы, и не обязаны оправдывать чьи-то ожидания. Даже Гордона.

– Что прикажете делать? – сдержав раздражение, спрашивает Аарон.

– Вам нужно найти его раньше, чем обо всём пронюхают в прессе. Или прежде, чем он убьёт ещё одного полицейского, – Гордон замолкает на пару секунд, пристально разглядывая то Дирка, то Аарона. – Чего он хочет от вас?

Аарон дёргается от этого «вас». Если Салли что-то и нужно, то только от Дирка. И в общем-то Аарону плевать, что именно движет мексиканским ублюдком – месть или помутнение рассудка. Гораздо больше Аарону интересно то, не связано ли возвращение Салли с действиями самого Дирка. Мог ли друг скрывать что-то еще? Может, виделся с Салли в последнее время?

– Того, что хотят все преступники – анархии, – произносит Аарон.

– Тогда у вас есть дело, остальным – ни слова.

Аарон смотрит на Гордона, чувствуя раздражение. За кого он их принимает? За «зелёных»? Да и от их молчания уже мало что зависит – они ведь не единственные, кто в курсе убийства. Но Аарон снова молчит. Гордон настолько взвинчен, что спорить с ним совершенно бессмысленно.

– Я не понял, почему вы всё ещё здесь?!

Гордон редко срывается на них подобным образом, но если уж входит в раж, то приходится терпеть.

Аарон не собирается оставаться в кабинете, дожидаясь нового пинка под задницу, поэтому, схватив Дирка за плечо, подталкивает к двери. Они вываливаются в коридор, слыша как вслед летят ругательства.

– Какие у тебя идеи насчет Салли? – Аарон знает, Дирк ничего ему не ответит – слишком глубоко провалился в собственное сознание и воспоминания. Но так ему самому проще собраться с мыслями. – Он уже не тот парень, которого ты знал. Теперь ты не имеешь право ошибиться и… отпустить.

– Я не собираюсь его отпускать. – Дирк словно не договаривает самое главное – «…на этот раз». – Он оставил нам наживку. Думает, что мы на нее клюнем и рванем за ним, но с этим стоит быть аккуратнее. Салли слишком умен. Ещё тогда был.

– И что ты предлагаешь? – Аарон снова испытывает раздражение от происходящего и мыслей, во что всё это в итоге выльется.

– Искать ниточку и выслеживать цель. Надо поднять всё по тому делу, по семье Салли, по тому, кто в какую тюрьму загремел. Узнать, кто и кого навещал за эти семь лет.

– Ты хоть представляешь, какой это объём работы?

– У тебя есть идеи лучше? Предлагай, я с радостью выслушаю. – Дирк наконец возвращается в реальность, и похоже боевого настроя ему не занимать.

– Хорошо, действуем по твоему плану, пока я не придумал ничего получше, – нехотя соглашается Аарон.

Дирк улыбается. И вот они снова похожи на тех, кем обычно являются – безумный дуэт из пятнадцатого участка, которые всегда делает всё, чтобы добиться желаемого.

– Пойду попрошу Ми… – Дирк не договаривает, вспоминая произошедшее. Больше их лучший аналитик не будет надоедать своими историями и вечно улыбающимся лицом.

– А если это всё-таки картель? Может, мы о нём не все знали? Вдруг Мигель был замешан в чем-то? Враги? – Аарон не особенно верит в свои слова, но нужно хотя бы рассмотреть разные варианты.

– Сам в это не веришь? – Дирк смотрит на кольцо в ладони, которое так и держит.

– Избавься от него, – напоминает Аарон.

– Не могу… – Дирк останавливается у их столов и замечает на стене то, чего там не должно быть – букву N, написанную красным маркером. – Звони Нэнси!

Глава 42

– Дирк, она не хочет…

– Плевать, что она не хочет! Звони! – Дирк скрипит зубами, не зная её номера.

Но даже если бы знал… Он не уверен, что она бы взяла трубку. В этом вся Нэнси: чем он ближе, тем усерднее она его отталкивает. У них случилась близость, и она снова исчезла. Все, как раньше. Сценарий снова повторился.

– Ты где застряла, Дрю? – Дирк, стоя у клуба, нервничает, не зная, что и думать. Обычно Нэнси не опаздывает. Всегда соблюдает договоренности. Совсем непохожа на него – раздолбая. Сколько раз ему прилетало за недисциплинированность? Дирк и не вспомним всего. За это его ругал и Аарон, и учителя в школе, и даже в академии. – Я ведь жду.

Последние слова, что записываются на автоответчик, добавляет почти шёпотом. На самом деле его задевает не то, что Нэнси опаздывает, а ощущение собственной беспомощности. Она сильно влияет на него, меняет, хотя он и не хочет меняться. Но ничего не может с этим поделать. Рядом с нею ему сложно оставаться таким же жестким и дерзким, каким он привык быть. Нэнси слишком ему нужна. Она только его. И даже Аарон не заберёт её. Дирк уверен, что в итоге она останется с ним. Будет принадлежать ему – целиком и полностью.

У клуба постепенно образуется очередь. Дирк ловит себя на том, что нетерпеливо притоптывает ногой. В голову начинают лезть неприятные мысли. Неужели что-то случилось? Могла ли она передумать или пойти к Аарону? Могла. Такое и раньше бывало, когда Нэнси словно наказывала его за косяки, проводя время наедине с Аароном. Дирк почти уверен, что в такие моменты она не спала с Аароном, но его все равно это жутко бесит. Потому что сомнение остаётся – ведь с ним она спала.

– А я разве косячил? – Дирк отворачивается к кирпичной стене и бьёт по кладке, пытаясь отогнать от себя ощущение поражения. – Чёрт!

Проходит ещё минут десять, их он отмеряет ударами. Если так и дальше пойдёт, то костяшки пальцев превратятся в кровавое месиво. Но его волнует не боль и не внешний вид, а то, что он не может даже подождать её нормально. Эмоции буквально захлёстывают, заставляя терять голову от беспокойства.

Наконец Дрк замечает Нэнси. Она неторопливо идёт со стороны остановки, то и дело поправляя лямку рюкзака. И если сначала Дирк рад её видеть, пусть и злится за опоздание, в следующую секунду он понимает, что с ней что-то не так.

Всё изменилось.

Нэнси даже не поднимает взгляда, когда ровняется с ним.

– И что это за шутки? – Дирк хватает её за толстовку, не думая о том, что кровью испачкает светло-серую ткань. – Что стряслось?

Нэнси не реагирует. Словно это не она, а только пустая оболочка, совсем не похожая на активную девчонку, которую Дирк знал всю свою жизнь. «Дочка босса». Так он называл её после смерти отца, убеждая себя, что не стоит даже близко подходить к ней с тем совсем не дружеским интересом, что появился в неё, когда все они выросли. Нэнси должна была оставаться запретным плодом. И у него хорошо получалось отгонять её от себя – снова и снова. Вот только из угловатой девчонки она выросла в настоящую красавицу. И как бы Дирк не убеждал себя держаться от неё подальше, у него ничего не получалось. Сердце ведь не обманешь, впрочем, как и то, что находится ниже пояса. И однажды – после очередной поездки на пляж – Дирк не смог себя остановить. Да и Нэнси трепыхалась не дольше минуты, слабо пытаясь оттолкнуть его, пока его язык не оказался у неё во рту.

Наверное, он бы смог тогда не зайти за грань. Но чёткое понимание того, что и Нэнси долгие годы влекло к нему, окончательно снесло крышу.

– Что с тобой, я спрашиваю, Дрю?! – Дирк утаскивает её за угол, чтобы их не было видно от входа в клуб. Пересуды ему не нужны.

– Живот прихватило, но уже всё нормально, – Нэнси поднимает взгляд и делает над собой явное – слишком уж явное – усилие.

– Да что ты говоришь? – Дирку хочется понять причину её поведения, но он понимает, что это если продолжить настаивать, то это выльется в очередную ссору.

Как бы они не старались, всё равно постоянно делают друг другу больно. Почему-то у них не получается иначе. Их безумно тянет друг к другу, но стоит соприкоснуться, и случается взрыв. В глубине души Дирк понимает, что он просто боится потерять её. И одновременно боится, что однажды Нэнси догадается, какой огромной властью обладает над ним. Потому и маскирует свои настоящие чувства болью, которую без конца причиняет ей.

– Ладно, пошли внутрь! – примирительно произносит он, не желая войны.

Нэнси кивает и идёт рядом с ним, но в мыслях по-прежнему она явно не с ним. И Дирка это бесит, доводит до бешенства. Ему нужно выпить, а ещё лучше хорошенько нажраться. Но последний вариант не подходит. Нэнси рядом, и за ней ещё нужно приглядеть. Таких молоденьких тут любят, а своё он никому не отдаст.

– Дирк, наглая твоя рожа! – На входе его приобнимает охранник, похлопывая по спине. – Снова пользуешься моей добротой…

– Мы вообще-то в очереди стоим! – Рядом возникает девушка, тыкая пальцем в Дирка и Нэнси. – А эти только подошли!

– Не тявкай, милашка, тебе это совершенно не к лицу. – Охранник опускает её палец. – Усекла? – И, снова повернувшись к Дирку, добавляет: – Добро пожаловать в «Зелёный Гоблин». Здесь исполняться все ваши мечты.

Дирк пропускает Нэнси внутрь, пытаясь уложить в голове происходящее, а именно, то, что Нэнси никак не отреагировала на наглую девчонку у входа. Обычно она ставит обидчиков на место. Дирк с Аароном не зря учили её тому, как постоять за себя. Потому что был период, когда её пытались гнобить в школе. Сама Нэнси не жаловалась, но Дирку не составило труда узнать, кто надеялся самоутвердиться за её счёт, а потом вместе с Аароном наказать обидчиков. Нэнси они тогда ничего не сказали, но Дирк уверен, что она догадалась, почему ей стало намного спокойнее учиться. И, возможно, поэтому спешила доказать им, что намного сильнее, чем они считали.

– Я пойду к бару. – Дирк притягивает её к себе за шею и целует в висок.

Нэнси кивает. Уходя, Дирк ещё не подозревает, что у неё в этом клубе тоже есть дело.