Текст книги "Дело о нижней юбке"

Автор книги: Джонатан Крэйг (Крейг)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 7

В доме номер 923 по Бетюн-стрит располагались меблированные комнаты. Я поднялся на третий этаж и постучал в дверь передней квартиры, в которой, если верить списку жильцов, висящему рядом с почтовым ящиком в крошечном вестибюле внизу, жил Мартин Хатчинс.

Ответа не последовало. Я постучал второй раз и уже собрался было стучать в третий, когда услышал скрип кроватных пружин и звуки тяжелых шагов, направляющихся по голому деревянному полу к двери.

Дверь открыл широкоплечий клинообразный мужчина с узкой талией и практически без бедер. Темные волосы были взлохмачены, глаза налились кровью, усталое лицо с пятнами щетины блестело от пота. На нем была слегка грязная белая тенниска, новые, если судить по виду, брюки из бумажного твида и начищенные до блеска темно-коричневые туфли.

Он посмотрел на меня, скорчил недовольную гримасу и начал закрывать дверь.

– Нет. Что бы у вас ни было, мне это не нужно.

Я схватил дверь рукой, показал ему свою бляху и представился:

– Полиция, мистер Хатчинс. Мне бы хотелось задать вам несколько вопросов.

– Так быстро? – недовольно буркнул Хатчинс и отошел в сторону, давая мне пройти. – А я-то надеялся, что вы хоть немного подождете.

Я закрыл за собой дверь, сел и представился:

– Селби. Детектив из Шестого участка.

– А я-то надеялся, что вы разрешите мне хоть помереть спокойно, – заявил Марти Хатчинс. – Ну, у меня и голова раскалывается, черт возьми!

– Вы ждали меня? – слегка удивленно поинтересовался я.

– Ну, конечно, – кивнул Марти и потянулся к бутылке. – Время принимать лекарство. Хотите немного выпить?

– Нет, спасибо, – покачал я головой. – А почему вы ждали полицию, мистер Хатчинс?

– Услышал по радио, – сказал он, кивая на радио, стоящее на комоде. – Передали, примерно, полчаса назад.

– О чем услышали? – невозмутимо осведомился я.

– О Надин, о чем же еще! – ответил Марти Хатчинс и удивленно нахмурился.

– И что передали о ней по радио, мистер Хатчинс?

– Немного. Только то, что она мертва.

– И какие чувства вызвала у вас эта новость?

– Я очень огорчен тем, что ее убили, и сильно переживаю.

– Вы знаете кого-нибудь по имени или фамилии Клиффорд? – неожиданно спросил я. – И если не знаете, то, может, в курсе, не была ли знакома с таким человеком Надин?

– Клиффорд?.. Нет, уверен, что не знаю. О Надин не могу сказать.

– Мне говорили, что вы были другом миссис Эллисон, – заметил я.

– Миссис Эллисон?

– Вы не знали, что она была замужем?

– Конечно, не знал, черт побери! – пробурчал Марти. – Чтоб мне провалиться!

– А когда вы с ней познакомились?

– Около двух месяцев назад. Почти сразу же после приезда в Нью-Йорк.

– А вы сами откуда?

– Из Флориды. – Марти Хатчинс изумленно покачал головой. – Значит, все это время девочка была замужем. Ну и дела!

– Когда вы видели ее в последний раз?

– Вчера утром, часов в десять.

– Значит, вы не видели ее с десяти часов вчерашнего утра?

– Честно говоря, я о ней даже не думал после утренней встречи. Дело в том, что я познакомился в Уэверли с одной малышкой, которая заставила меня позабыть об остальных девчонках. Наверное, можно сказать, что я был слишком занят, чтобы вспоминать о Надин.

– А где вы работаете?

– В данный момент нигде. Я собрал немного деньжат перед тем, как отправиться на Север, но они здесь исчезают со страшной скоростью. Вот уж не думал, что в Нью-Йорке такая дорогая жизнь.

– Вы знали, что Надин устраивает свидания у себя на квартире?

– Что?!

– Не старайтесь выгадать время, Хатчинс. Она сдавала свою квартиру влюбленным парочкам, которые хотели поваляться в постели часок-другой. Вы прекрасно это знаете.

Мартин Хатчинс удивленно покачал головой.

– Впервые слышу. Это для меня полный сюрприз.

– Бросьте притворяться, Хатчинс.

– Я вам говорю правду, клянусь Богом! Я ничего не знал ни о каких свиданиях.

– И вы надеетесь, что я вам поверю?

– С какой стати мне надеяться, что вы вообще во что-то поверите? Я вам просто рассказываю, как обстояли дела.

– Где вы познакомились с Надин?

– В баре. А потом начали встречаться регулярно. Сначала я, правда, думал, что она попытается раскрутить меня, но Надин ни разу даже не заикнулась о деньгах. Она даже не позволяла мне тратить деньги на нее.

– А Надин встречалась еще с кем-нибудь, кроме вас?

– Нет, насколько я знаю. Во всяком случае, она мне сама говорила, что ни с кем, кроме меня, не встречается.

– Она нигде не работала, Хатчинс, и тем не менее у нее всегда водились деньги. Неужели вы не спрашивали себя, откуда она их берет?

– Я не знал, где она их берет, и сейчас этого не знаю. Этот бизнес насчет сдачи квартиры парочкам – полнейшая для меня неожиданность.

– На ней были сережки с сапфирами, когда вы видели ее вчера утром?

– Сережки? – переспросил Хатчинс. – Черт, что-то не помню.

– Когда вы их видели на ней в последний раз? – спросил я.

– Спросите что-нибудь полегче, – пожал плечами Марти Хатчинс. – Честно говоря, я никогда не обращал на них особого внимания.

– Их могли украсть.

Налитые кровью глаза Хатчинса посуровели.

– Только не я, черт побери! – рассердился он. – За всю жизнь я ни у кого ничего не украл.

– Я вас обвинил в чем-нибудь, Хатчинс?

– Нет, но вы говорите таким тоном, будто обвиняете. Если вы не намекаете на то, что я убил ее и украл сережки, то тогда чем же вы сейчас занимаетесь?

– Пытаюсь получить ответы на интересующие меня вопросы. Сережки Надин пропали. Если они были на ней вчера утром, это скорее всего должно означать…

– Постойте-ка минуту! Вы хотите сказать, что кто-то украл их после ее смерти?

– Думаю, это не исключено. Вы не знаете, у нее был блокнот с адресами?

– Конечно, был. По-моему, у всех есть блокноты с адресами.

– Мы не нашли его.

– А вы не смотрели в ящике для рыболовных снастей? – спросил Хатчинс.

– Где-где?

– В ящике для рыболовных снастей. Она использовала его как… сейф. Прятала туда все ценное и запирала на большой амбарный замок.

– Где она его держала?

– В самом нижнем ящике комода. Вы хотите сказать, что не нашли его?

– Нет, не нашли.

– Не знаю, куда он делся, но блокнот с адресами она держала в нем. Я много раз видел, как она его доставала из этого ящика. Она постоянно что-то прятала туда и доставала.

– Что еще она там хранила, кроме блокнота с адресами?

– Все. Чеки, письма, деньги, дешевые драгоценности… короче, все.

Теперь мне стало ясно, почему обыск Стэна Рейдера ничего не дал, и он не нашел даже старого чека об уплате квартплаты. Человек, который взял у Надин Эллисон сережки, скорее всего одновременно прихватил с собой и сейф.

– Откуда вы знаете, что драгоценности были дешевыми? – спросил я.

– Она сама говорила. Как-то сказала, что единственные настоящие дорогие драгоценности – серьги с сапфирами, которые она носила. – Марти пожал плечами. – Что касается меня, я никогда к ним не присматривался.

– Как выглядел этот ящик? – осведомился я.

– Как обычный ящик для рыболовных снастей.

– Большой?

– Довольно большой. Примерно, один фут в ширину и три в длину, а может, побольше.

– Да, по-моему, чересчур большой, чтобы девушка могла использовать его в качестве сейфа. А какого он цвета?

– Какого-то серого.

– Она вам никогда не говорила, есть ли там что-нибудь по-настоящему ценное?

– Нет, не говорила. Когда я подшучивал по поводу размеров ящика, Надин начинала злиться.

– Она никогда не намекала, что опасается за свою жизнь?

– Нет, – покачал головой Марти. – Ничего подобного не было.

– Вы сказали, что можете доказать, где провели прошлую ночь…

– Я этого не говорил, но доказать могу. Хотя я не собираюсь это доказывать без крайней необходимости.

– Почему?

– Потому что могу повредить чести леди.

– Вы хотите сказать, что провели ночь с женщиной?

– Правильно, но я не собираюсь говорить, с какой именно.

– Вы отказываетесь называть ее имя из рыцарских побуждений, Хатчинс?

– Можете называть это как угодно.

– Это та самая женщина, с которой вы познакомились вчера утром в Уэверли?

– Я ничего о ней не скажу.

– Мне жалко это слышать, – печально вздохнул я. – Значит, придется забрать вас в участок и там начать все сначала.

– Вы собираетесь арестовать меня? – спросил Марти.

– Нет, я собираюсь поступить с вами еще лучше. Задержу вас как главного свидетеля.

– Что это означает?

– Это означает то, что вы не сможете выйти на свободу под залог, у вас не будет никакого адвоката, вообще ничего.

– И сколько вы можете держать меня как главного свидетеля?

– Пока дело не передадут в суд. Ну, скажем, шесть месяцев.

– Это невозможно. Вы обманываете меня. – Марти долго смотрел на меня, потом из его горла вырвался негромкий, полный презрения звук. – Да, пожалуй, вы и на это пойдете, – медленно произнес он и тихо добавил: – Ее зовут Илейн Уолтон. Она снимает номер в отеле «Лейтон», что на Западной Четвертой.

– И вы провели с ней всю ночь?

– Да, черт побери, всю ночь!

– Во сколько ушли?

– В полдень.

– Прекрасно, – кивнул я. – Надевайте рубашку, Хатчинс. В некоторых отелях – строгие правила, и туда не пускают в майках.

– Вы хотите сказать, что собираетесь повезти меня туда с собой? – недоверчиво поинтересовался он.

– Не вижу иного способа помешать вам предупредить девушку по телефону, стоит мне только выйти за порог, – кивнул я. – Побыстрее надевайте рубашку.

– Послушай, фараон!

– Надевайте рубашку, Хатчинс, – повторил я, вставая. – И запомните, меня зовут Селби.

…Через сорок минут я остановил свой «плимут» перед домом Марти Хатчинса, и он вышел на тротуар, сердито приговаривая:

– Теперь, надеюсь, вы довольны. Навсегда рассорили меня с девушкой. Не может быть, чтобы вы не понимали этого. Теперь она даже не захочет слышать обо мне.

– Простите, Хатчинс, – извинился я, трогаясь с места. – Но без этого никак нельзя было обойтись.

Я влился в поток машин, на следующем углу свернул направо и поехал в участок, где меня уже ждал Стэн Рейдер.

Он сидел за своим столом и яростно тарахтел на «ундервуде», глядя на лист бумаги со смешанными чувствами удивления и неприязни. Удивление никогда не покидало его лица, а ко всякой бумажной работе он питал сильную неприязнь.

– Привет, Пит, – поздоровался он и кивнул, пока я выдвигал свой стул и усаживался. – Как дела?

– Идут, но медленно, – сообщил я. – А у тебя ничего нового не произошло после нашего с тобой разговора по телефону?

– Нет, черт побери, мы так ничего и не выяснили. – Он достал из машинки рапорт, сложил и сунул под угол прибора для промокания. – Что узнал у дружка Надин?

– Он чист, – ответил я и рассказал о своих беседе с Марти Хатчинсом и встрече с Илейн Уолтон.

– Этот Хатчинс похож на настоящего супермена, – заметил Стэн. – Одна красотка по имени Надин Эллисон оплачивает все его счета, вторая помогает коротать ночи, проведенные не с Надин. – Он задумался на пару секунд и спросил: – Интересно, как Фрэнк Войс управляется со своими пятьюдесятью детективами, вооруженными фотографиями Надин? Готов поспорить, если бы у нас было больше сведений о муже Надин, то мы смогли бы мигом раскрыть это убийство.

– Ты настолько уверен, что Барт Эллисон и есть убийца?

– Настолько, что мне даже не хочется быть еще увереннее.

– Мы уже объявили розыск Барта, – кивнул я. – Пока это все, что мы можем сделать.

– Жалко, что у нас нет даже его примет. Если бы мы знали больше о его привычках и увлечениях, о том, как он любит развлекаться, то смогли бы быстро его найти и взять. А у меня есть для тебя маленькая новость. Помнишь, ты просил достать в телефонной компании список пригородных или междугородных номеров, по которым звонила Надин?

– Они дали список?

Рейдер кивнул.

– Примерно, за пять минут до твоего возвращения, – сказал он. – Всего четыре таких звонка, Пит… и все по одному и тому же номеру.

– Кому она звонила?

– Если бы я не был так уверен в том, что Надин убил Барт Эллисон, то был бы еще увереннее, что убийца – доктор Клиффорд Кэмпбелл, которому она и звонила все четыре раза.

– Нам остается только надеяться, что это и есть тот самый Клиффорд, которому она угрожала по телефону, – заметил я. – Где он живет?

– В Скарсдейле. – Стэн достал из-под промокашки рапорт. – Я собрал кое-какую информацию по этому Кэмпбеллу, пока ждал твоего возвращения. Он – нейрохирург, причем довольно известный. Работает в больнице «Букенен Мемориал».

– А где он принимает пациентов?

– В «Уоррисон Билдинг». Знаешь, где оно находится?

Я кивнул.

– Недалеко от Лекса на Пятьдесят первой.

– Когда я сказал, что он живет в Скарсдейле, то имел в виду, что там находится его дом, а не то, что он там все время живет в буквальном смысле. У него еще есть квартира в «Уоррисоне», примыкающая к кабинету, в котором он ведет прием.

– Когда Надин Эллисон звонила в Скарсдейл?

– Телефонная компания не может сказать, в какое время дня, но все звонки были сделаны позавчера.

– Как раз в тот день, когда соседка Надин, Джуди Баумэн, слышала, как Надин ругалась и угрожала какому-то человеку по имени Клиффорд.

– Говоришь, этот доктор Кэмпбелл пользуется большим авторитетом в медицинском мире?

– Я спросил о нем пару наших доков из отдела судмедэксперта. Оба ответили, что Клиффорд Кэмпбелл один из лучших специалистов в области нейрохирургии. К тому же в «Букенен Мемориал» работают самые лучшие доктора. Все это знают.

– Мне очень не хочется отрывать тебя от пишущей машинки.

– Ничего, как-нибудь переживу разлуку, – весело ответил Стэн. – Хочешь, я сначала ему позвоню?

– Нет, – покачал я головой и отодвинул стул. – Всегда лучше застать жертву врасплох.

Глава 8

– Да, здесь точно не клетка для кроликов, – заметил Стэн Рейдер в приемной доктора Клиффорда, когда мы с ним направились к столу, за которым сидела медицинская сестра. – Сдается мне, что нейрохирургия приносит хороший доход.

– Да? – сухо поинтересовалась сестра.

Я вытащил бумажник, показал ей полицейский значок и представился:

– Полиция. Мы хотели бы поговорить с доктором Кэмпбеллом.

Девушка посмотрела на полицейский значок с таким видом, будто это была старая теннисная туфля.

– О чем вы хотели бы с ним поговорить?

– Мы сами ему об этом расскажем, – ответил я.

Сестра неуверенно оглянулась на дверь у себя за спиной и перевела взгляд на аппарат внутренней связи, стоящий на столе.

– Доктор Кэмпбелл очень занят, – наконец, сообщила она. – Я не уверена, что у него есть время для…

Стэн решительно двинулся к двери.

– Кабинет доктора там, мисс?

– Одну секундочку, – торопливо остановила его брюнетка и нажала кнопку на аппарате внутренней связи. – Доктор, к вам пришли двое полицейских. Мне следу… да, сэр. – Она с отвращением посмотрела на меня. – Доктор Кэмпбелл говорит, что вы можете проходить.

– Очень мило с его стороны, – заметил Стэн Рейдер и открыл для меня дверь. – Только после тебя, Пит.

Кабинет оказался меньше приемной и менее официальным. В нем почти не было мебели, только низкий стол из светлого дерева, три таких же стула да стол для осмотра. На письменном столе царил идеальный порядок. Из-за стола вышел мужчина и пожал нам руки. Он оказался моложе, чем я предполагал. Ему было где-то около сорока. Рослый крепкий мужчина с преждевременно поседевшими волосами, решительным красным лицом и очень ровными белыми зубами.

– Добрый день, джентльмены, – поздоровался он. – Я – доктор Кэмпбелл.

– Детектив Селби, – представился я. – А это мой напарник, детектив Рейдер.

– Очень приятно, – кивнул Кэмпбелл. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Мы со Стэном сели на стулья, а Кэмпбелл вернулся к столу и сел в кресло.

– Итак, чем могу служить?

– Вы знаете Надин Эллисон, доктор? – спросил я.

Клиффорд Кэмпбелл начал качать головой, потом схватил нижнюю губу большим и указательным пальцем и задумчиво потянул вниз.

– Надин Эллисон? – медленно произнес он. – Гм… Нет, кажется, не знаю такой женщины и никогда не знал. Что я, по-вашему, должен был ответить?

– Может, вы знаете ее под другой фамилией? – предположил я.

– Возможно. Как она выглядит?

Я как можно подробнее описал Надин.

Доктор решительно покачал головой.

– Я почти уверен, что не знаю ее, – сказал он. – Может, мы и встречались на какой-нибудь вечеринке или где-нибудь в обществе, но я с ней не знаком.

– Нет, речь идет не о случайной встрече, – теперь уже покачал головой я.

– Могу я спросить, а в чем, собственно, дело?

– Мы занимаемся расследованием убийства, доктор Кэмпбелл, – объяснил Стэн. – Мисс Эллисон убита.

– Убийство? – переспросил Кэмпбелл. – А я какое имею к этому отношение?

– Нас интересует разговор, который состоялся между вами и Надин Эллисон, – терпеливо объяснил я.

– Кажется, я довольно ясно выразился, мистер Селби. Мне не знакома Надин Эллисон. Как же я мог разговаривать с ней?

– По телефону, – сообщил ему Стэн.

– Нет, – покачал головой Клиффорд Кэмпбелл. – Я не разговаривал с ней ни по телефону, ни другим способом. Говорю вам, я не знаком ни с какой Надин Эллисон.

– Это было позавчера, – помог ему Стэн. – В середине утра.

– Вы уверены насчет времени?

– Да, уверен, – кивнул Рейдер.

– Тогда позвольте мне быть первым, кто разочарует вас, – сказал доктор Кэмпбелл. – Скорее всего, вы вовсе не так уж и непогрешимы, как, похоже, думаете. Позавчера дела сложились так, что меня не было здесь в то время, о котором вы говорите. В тот день я приехал на работу только после обеда. Если меня не обманывает память, это было после трех.

– А где вы были до обеда?

– Дома, – уверенно ответил Кэмпбелл. – Вас это удовлетворяет, мистер Рейдер?

– Вполне, – кивнул Стэн. – Поскольку оттуда вы и говорили с ней по телефону – из своего дома в Скарсдейле.

– Я ни с кем не разговаривал, и, скажу вам откровенно, меня сильно утомила наша беседа… – Кэмпбелл неожиданно замолчал, потом кивнул с таким видом, будто ему пришла в голову какая-то мысль. – Я… а знаете, я действительно разговаривал по телефону тем утром, вернее, не разговаривал, а мне звонили в то утро. Причем, даже не один, а целых четыре раза.

– И все четыре раза звонила Надин Эллисон, – заметил Стэн.

– Нет, – покачал головой Клиффорд Кэмпбелл. – По крайней мере, она не представилась Надин Эллисон.

– А какое имя она использовала? – поинтересовался я.

– Норма… Эдвардс. Да, Норма Эдвардс.

– Вы сказали, что она позвонила вам, но вы не стали с ней разговаривать? Почему?

– Ну, во-первых, я не знаю никакую Норму Эдвардс. А во-вторых, у меня сложилось впечатление, что кто-то просто балуется по телефону. Такой звонок у меня был впервые. Когда я снял трубку, эта Норма спросила, к доктору ли Клиффорду Кэмпбеллу она попала? А когда я утвердительно ответил, начала обливать меня грязью. Я попытался остановить ее, но это оказалось невозможно. В конце концов, я сумел вставить, что она, видимо, набрала неправильный номер или перепутала меня с каким-то другим доктором Кэмпбеллом.

– И больше она ни о чем не говорила? – спросил я.

– Не совсем. Она заявила, что я и есть тот самый доктор Кэмпбелл, которому она хотела позвонить, и сказала, что ее зовут Нормой Эдвардс. После чего вновь начала обзывать меня самыми последними словами. Мне это надоело, и я положил трубку. В течение следующих пяти-десяти минут она звонила еще три раза. В конце концов, мне пришлось снять трубку.

– Она вам угрожала, доктор Кэмпбелл? – поинтересовался я.

– Да, – кивнул Клиффорд Кэмпбелл.

– Не могли бы рассказать об угрозах более подробно?

– Чем она мне только не угрожала! Начиная от сломанного носа и кончая адским пламенем.

– Она случайно не упомянула, что вам придется еще очень сильно пожалеть и что вы сукин сын?

– Кажется, миссис Эдвардс пообещала мне и это.

– Почему же она позвонила именно вам? Должна же быть хоть какая-то причина.

– Понятия не имею, – пожал плечами Кэмпбелл.

– Она когда-нибудь звонила вам раньше? – спросил Стэн Рейдер.

– Нет.

– Кроме тех четырех звонков, о которых вы нам рассказали, она больше не объявлялась? – поинтересовался я.

– Нет, к счастью, нет.

В этот момент загудел зуммер внутренней связи, и доктор наклонился, чтобы нажать кнопку.

– Да?

– Пришла миссис Кэмпбелл, сэр, – произнес голос сестры.

Клиффорд Кэмпбелл нахмурился, затем вопросительно посмотрел на меня.

– Это моя жена. У нас намечен ужин с друзьями. Мы скоро закончим?

– Не знаю, – спокойно ответил я.

Доктор помедлил, затем сказал:

– Мисс Хардести, пожалуйста, передайте моей жене, что я выйду сразу же, как только освобожусь.

– Мы хотели бы задать несколько вопросов и вашей супруге. Почему бы не пригласить ее сюда?

– Задать ей несколько вопросов? Но о чем?

– О звонках от Надин Эллисон.

– Но это же смешно! Моя жена о них ничего не знает.

– Мы не задержим ее долго, доктор, – пообещал я. – Попросите ее войти.

Кэмпбелл вновь нажал кнопку на аппарате.

– Попросите мою жену войти, мисс Хардести. Мистер Селби, должен вам заметить, что считаю ваше желание задать моей супруге вопросы крайне нелепым и неуместным. Думаю, мне даже придется написать письмо начальнику полиции.

– И не забудьте подготовить копию для Американской Медицинской Ассоциации, – вставил Стэн Рейдер.

В кабинет вошла совсем еще юная девушка, и я посмотрел на дверь, ожидая, что войдет более зрелая женщина, которая и окажется миссис Кэмпбелл. Но в кабинет больше никто не зашел. Поэтому как только она закрыла дверь и приблизилась к нам, я начал привыкать к мысли, что это и есть миссис Клиффорд Кэмпбелл.

Доктор, я и Стэн тотчас же вскочили на ноги. Миссис Кэмпбелл подошла к мужу, привстала на цыпочки и, обняв его за талию, поцеловала в губы. Потом повернулась к нам и улыбнулась.

– Сюзан, эти люди из полиции, – сообщил доктор. – Моя жена, джентльмены.

– Селби, – представился я. – Это мой напарник, детектив Рейдер.

– Что-то случилось, Клиффорд? – спросила девушка и, наклонив головку, улыбнулась ему. – Кто-то из твоих пациентов набедокурил?

– Чей-то пациент точно набедокурил, – хмуро кивнул Кэмпбелл. – Я бы даже сказал, что это психически неуравновешенный пациент.

– Уже поздно, дорогой. – Сюзан бросила взгляд на часики на широком золотом браслете. – Если мы хотим встретиться с Бобом и Пег, чтобы не опоздать на коктейли…

Кэмпбелл смущенно откашлялся и переступил с ноги на ногу.

– Ничего, успеем. – Он сердито посмотрел на меня. – Сюзан, мистер Селби хочет задать тебе один-два вопроса.

Девушка вновь повернулась ко мне.

– Один-два вопроса? – удивилась она. – Мне? Но о чем?

– О том смешном звонке, помнишь, пару дней назад, – объяснил Кэмпбелл. – Я не знаю, почему полиция вообще обратилась к нам за какими-то разъяснениями.

– Что я могу рассказать о такой глупости, как тот странный телефонный звонок?

– Вы не слышали его, миссис Кэмпбелл? – спросил я.

– Слышала, – кивнула Сюзан. – Вернее, слышала только то, что говорил мой муж. А что? Что в этом разговоре было важного?

– Сколько раз звонила та женщина?

– Одну секунду, Селби, – вмешался доктор Кэмпбелл. – Я не потерплю, чтобы вы…

– Клиффорд! – быстро произнесла девушка, и ее глаза тревожно расширились. – Что случилось? Почему эти люди…

– Ничего не произошло, Сюзан, – не дал договорить жене Кэмпбелл. – Просто мне не нравится, когда кто-то ведет себя высокомерно.

Девушка убрала свою руку с талии Клиффорда и вопросительно посмотрела на меня.

– Будьте добры, мистер Селби, объясните, в чем дело?

– Я бы предпочел, чтобы вы ответили на мой вопрос, миссис Кэмпбелл, – покачал я головой. – Сколько еще раз звонила та женщина?

На мгновение Сюзан Кэмпбелл закусила губу и ответила напряженным голосом:

– Три или четыре раза. Кажется, три.

– Вы знаете Надин Эллисон? – спросил Стэн Рейдер.

Она покачала головой.

– Нет, не знаю.

– А Норму Эдвардс? – задал вопрос я.

– Нет, я не знаю и женщины по имени Норма Эдвардс, – ответила жена доктора и гневно покраснела. – Ответьте мне, пожалуйста, что происходит?

– Еще один вопрос, доктор Кэмпбелл, – сказал я. – Где вы находились сегодня между двумя часами ночи и шестью утра?

– Клиффорд, я хочу знать, о чем они говорят! – решительно обратилась к мужу миссис Кэмпбелл. – Почему ты мне ничего не рассказываешь?

– Я был здесь, – ответил доктор, – в нашей квартире рядом с этим кабинетом. Мы с женой ходили в театр, после чего вернулись сюда и легли спать.

– Миссис Кэмпбелл, все было так, как говорит мистер Кэмпбелл? – уточнил Стэн Рейдер.

Щеки девушки залила густая багровая краска, синие глаза почти почернели.

– Конечно! – громко проговорила Сюзан. – Почему вы… – Она неожиданно повернулась и положила руки на плечи Кэмпбелла. – Дорогой, произошло что-то ужасное. Я знаю, что произошло что-то ужасное!

Я поймал выразительный взгляд Стэна и повернулся к двери.

– Пожалуй, это все, – сказал я. – Большое спасибо, доктор Кэмпбелл.

Клиффорд Кэмпбелл даже не посмотрел на меня. Он нежно гладил плечо жены, как отец гладит плечо маленькой дочери.

– Думаю, что Кэмпбелл врет напропалую, – ответил я.

– Полностью с тобой согласен, – проговорил Стэн. – Только не просто напропалую, а помножь еще на два.

– Он ждал нас, Стэн.

– Знаю, – кивнул Рейдер. – Парень здорово потел, пока мы разговаривали.

– Весь вопрос в том, почему он так потел?

– Как говорится, вопрос на засыпку, – покачал головой мой напарник. – Неужели ты думаешь, что нормальный мужик с такой женой, как эта крошка Сусан, станет спать с другой женщиной?

– А кто говорил, что люди совершают самые непонятные поступки, Стэн?

– Брось! Думаешь, Кэмпбелл мог ходить на квартиру к Надин на свидания?

– Мы это выясним, – кивнул я и остановился у входной двери перед телефонной кабиной. – И чем скорее, тем лучше. Позвоню в БКИ и попрошу их приставить к нему пару людей.

– Хвост?

– Нет, в хвосте, по-моему, нет необходимости. Мне только нужна подробная информация обо всем, что этот парень делал и о чем думал последние шесть месяцев.

– Приятель, ребята из БКИ будут тебе очень благодарны за такую просьбу.

– Это необходимо сделать.

– Ты на самом деле подозреваешь его?

– Подозреваю, но не так сильно, как мог бы подозревать, если бы у Надин не было ненормального мужа, который рыскает где-то на свободе. Но у меня, Стэн, предчувствие. По-моему, самое маленькое, что он сделал, – это платил Надин денежки за койку. Если она решила немного пошантажировать доктора или еще как-то потрясти его, то он мог бы оказаться как раз тем, кого мы ищем.

– Если Надин Эллисон баловалась шантажом, то невозможно даже приблизительно сказать, сколько у нас кандидатов на роль убийцы. Только вот вся беда в том, что мы их не знаем.

– Мы знаем, кто такой Кэмпбелл, – возразил я. – И мы знаем, что Надин угрожала ему.

– Я немного удивился, когда доктор признался, что она угрожала ему, – пожал плечами Стэн.

– Кэмпбелл, наверное, решил, что лучше признать то, что нам уже известно, и надеяться, что больше мы ничего не знаем.

Я зашел в телефонную будку, набрал номер БКИ и попросил провести проверку доктора Клиффорда Кэмпбелла по полной программе. Потом решил не оставлять ничего на потом и попросил проверить заодно и его жену.

– Позвони лучше в наш отдел, – посоветовал Стэн, когда я повесил трубку. – Может, есть какие-нибудь новости.

Я позвонил в участок и попросил пригласить детектива, который должен принимать сообщения для нас со Стэном в наше отсутствие.

– Пока всего только одно, – сообщил он. – Но оно, по-моему, должно тебя ужасно обрадовать.

– Что там такое?

– Бенни Ведро вернулся в город.

Фамилия Бенни была Бакнер, но я никогда не слышал, чтобы его называли как-то иначе. Для всех он был Бенни Ведром. Это прозвище Бенни получил после одной ночи почти десять лет назад. Тогда ему почти удалось оглушить гостиничного носильщика ведром, снятым с пожарного щита. Бенни, худенький низенький мужчина с мордочкой хорька, был мелким воришкой без малейших признаков совести, а в прошлом одним из самых ценных моих осведомителей.

– Ты ужасно обрадовался. Я прав?

– Да, прав. Я ужасно рад.

– Я так и думал.

– А я-то думал, что Бенни в Сан-Франциско, – удивленно проговорил я. – Кто-то сказал, будто видел его слоняющимся по Норс-Бич.

– Больше он там уже не слоняется, Пит. Парень попросил тебя позвонить. Он утверждает, что имеет такую информацию, какой ты еще никогда не слышал.

– Что-то я слегка в этом сомневаюсь, – произнес я. – Бенни оставил номер?

– Сказал, что ты сможешь разыскать его по старому.

– Спасибо, – поблагодарил я, повесил трубку и посмотрел на Стэна Рейдера. – У меня кончилась мелочь. Одолжишь?

Стэн порылся в карманах и без особой радости протянул монеты.

– Бери. Господи, почему ты просто не назовешь телефонистке номер на своем значке, как это делают все?

– Постоянно забываю, Стэн. Бенни Ведро вернулся в Нью-Йорк.

– Так это ему ты собираешься звонить?

– Алло? – раздался негромкий, похожий на шепот, голос Бенни.

– Пит Селби, Бенни, – сказал я.

– Пит! О Господи, как я рад вновь услышать твой голос!

– Не трать время на лесть, – прервал я его. – У тебя есть что-то для меня?

– Есть ли у меня что-то для тебя, Пит! Подожди, сейчас я тебе расскажу! – Бенни сделал паузу, потом осторожно поинтересовался: – Ты, случайно, звонишь не из участка, Пит? Там у вас все телефоны прослушиваются.

– Я очень занят, Бенни, – недовольно пробурчал я. – Если у тебя есть что сказать, не тяни, говори.

– Я просто хотел спросить тебя о убийстве Эллисон. Ты им занимаешься?

Я велел жестом Стэну приблизиться к телефону.

– Ты же прекрасно знаешь, что занимаюсь. Ну, давай, выкладывай, что там у тебя.

– Надеюсь, ты не забудешь об этой услуге, – сказал Бенни. – Так ведь, Пит?

– Бенни, тебя уже все любят, – заверил я. – Единственная неприятность в том, что ты говоришь слишком тихо. Но все же говори!

– Ага… Я как раз собирался спросить, никто не снимал с этой Эллисон какие-нибудь побрякушки? Если снимал, то мы с тобой обтяпаем славное дельце.

– Какие побрякушки, Бенни?

– Я бы никому не стал рассказывать, кроме тебя, Пит. Честное слово! Никому на свете.

– Бенни…

– Сапфиры, – сообщил Бенни Ведро таким голосом, словно ему было страшно произносить это слово. – Большие дорогущие сережки с сапфирами.