Текст книги "Дело о нижней юбке"

Автор книги: Джонатан Крэйг (Крейг)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 4

В антикварном магазине «Педрик», расположенном на углу, имелось несколько крупных предметов антиквариата и бесконечное множество маленьких. Стены заполняли бра и полки, а потолок полностью закрывали лампы и фонари самых немыслимых форм, начиная от русалок и кончая дующим в рог ангелом Габриэлем.

Я прошел по узкому проходу, повернул направо и очутился в центре небольшого свободного места у стойки. За стойкой стояла рыжеволосая женщина лет сорока с очень белой кожей и широко посаженными зелеными глазами. Она держала маленькую кисточку и аккуратно смахивала пыль с фарфоровых фигурок.

Я откашлялся.

– Простите, я не заметила, как вы вошли в магазин, – извинилась женщина. – Чем могу служить?

Я показал на вазу и похвалил:

– Очень красивая.

Рыжеволосая гордо кивнула.

– Правда? Изделия из такого веджвуда встречаются очень редко. Это восемнадцатый век.

– Вы владелица магазина?

– Да. Я – миссис Педрик.

– Я хотел бы задать вам несколько вопросов, миссис Педрик.

– Об антиквариате?

– О Надин Эллисон, – сообщил я. – Насколько мне известно, вы с ней знакомы. – И я показал ей свой полицейский значок.

Улыбка оставалась на ее губах целых пять секунд после того, как покинула глаза.

– Вы детектив?

– Детектив Селби, Шестой участок.

– Но почему? Что случилось?

– Мы еще не совсем уверены в том, что случилось, – уклончиво ответил я.

– У Надин какие-то неприятности?

– Нет.

– Тогда в чем дело? – потребовала ответа миссис Педрик. – Если у Надин все в порядке, тогда почему…

– В подобных случаях чаще всего лучше оставить большую часть вопросов полиции, – прервал я ее. – Когда вы видели Надин в последний раз, миссис Педрик?

– Очень давно.

– Неправда, вы видели ее вчера после обеда. Где-то около двух часов.

Лицо миссис Педрик совершенно неожиданно сильно постарело.

– Значит, это та маленькая темноглазая ведьма, которая живет в другом конце коридора, – едва слышно пробормотала она. – Кроме девчонки, больше некому.

– Может, мне лучше закрыть дверь? – предложил я. – Чтобы нам не помешали.

– Да, – устало согласилась миссис Педрик. – Пожалуй, вам лучше закрыть дверь.

Я подошел к входной двери, закрыл ее на засов, опустил жалюзи и вернулся к стойке.

– Надин ваша подруга? – спросил я, усаживаясь на край стойки.

Миссис Педрик кивнула.

– В некотором роде… да, подруга.

– У меня такое впечатление, что вам не хочется говорить о ней. Почему?

– Это… очень личный вопрос.

– Как вас зовут, миссис Педрик? – спросил я.

– Айрис.

– А вашего мужа?

– Джордж. – Она довольно твердо произнесла имя мужа, но ее глаза на мгновение посмотрели в сторону, и я решил попытаться подобраться к ней с другой стороны.

– Джордж одобряет ваше знакомство с Надин? – поинтересовался я.

– Он… он не знает о нашем знакомстве.

– Сдается, Джордж даже не знает о ее существовании.

Айрис Педрик сердито посмотрела на меня, потом отвела взгляд в сторону.

– Конечно, он не знает о ее существовании, – пожала она плечами. – Нет смысла играть со мной в кошки-мышки, мистер Селби.

– Хорошо, отставим в сторону кошек и мышек, – пообещал я ей. – Не будем прибегать к ловушкам и коварным вопросам. Я буду задавать простые четкие вопросы и буду ожидать таких же четких ответов. – После небольшой паузы я поинтересовался: – Мы понимаем друг друга, миссис Педрик?

В ее глазах промелькнула паника.

– Можно сделать так, чтобы об этом не узнал мой муж?

– Вам следовало подумать о муже раньше.

– Все мы люди, – печально объяснила она, – и у всех у нас есть слабости.

– Все будет зависеть от того, услышу ли я от вас правду. О Надин Эллисон нам известно многое, но мы хотим узнать больше.

– Я боюсь не за себя, – в ужасе воскликнула Айрис, – а за Джорджа. Если он узнает, что я… – Она неожиданно положила руки на верх стойки и так крепко сжала их, что пальцы побелели. – Я не преувеличиваю, мистер Селби. Если мой муж узнает о моем знакомстве с Надин Эллисон, эта новость убьет его.

Я ничего не ответил.

– Что… что вы хотите знать?

– Все, – пожал я плечами. – Начните с того, как вы познакомились с Надин. Потом расскажите обо всем, что произошло со дня вашего знакомства и по настоящее время.

Айрис Педрик несколько секунд молча кусала нижнюю губу, потом покорно вздохнула и разжала руки.

– Мы познакомились здесь, в магазине. Мне была нужна на несколько дней помощница, и она первой откликнулась на объявление.

– Когда это случилось?

– Около шести месяцев назад. Мы почти сразу же стали подругами… рассказывали друг другу обо всем. Сами знаете, как бывает в таких случаях. Слово за слово, и когда она узнала, что у меня есть друг, то предложила воспользоваться своей квартирой для встреч. Мой муж давно болеет, – продолжала Айрис Педрик. – Уже несколько лет. Я… если бы он был здоров, у меня не было бы никакого друга.

– Я всего-навсего фараон, миссис Педрик, – покачал я головой, – а не судья.

– Короче, я позвонила другу, и мы в тот же день после обеда отправились на квартиру к Надин. С того дня мы часто ходили туда… по крайней мере, два-три раза в неделю.

– И это продолжалось до вчерашнего дня? В последний раз вы приходили на квартиру к Надин Эллисон вчера после обеда?

– Да.

– И всегда с одним и тем же мужчиной?

– Да, всегда с одним и тем же.

– Как его зовут?

– Вам необходимо знать его имя?

– Да.

– Дайсер, – с тяжелым вздохом ответила Айрис. – Эдди Дайсер.

– Где я могу его найти?

– Он работает барменом через дорогу. В «Хи-Ло».

Я достал блокнот.

– Мисс Эллисон, похоже, была очень отзывчивой девушкой, – заметил я. – И не только по отношению к вам.

– Вы имеете в виду, что она многим сдавала свою квартиру?

– Да.

– Я ей платила, – сообщила Айрис Педрик. – После первых двух-трех визитов Надин начала намекать, что неплохо бы получать за это деньги. Конечно, мы доставляли ей определенные неудобства… и я ценила ее доброту.

– Сколько она с вас брала?

– Первые несколько раз по пять долларов, потом подняла ставку до десяти.

– А сколько времени квартира находилась в вашем распоряжении?

– Обычно час или два. Иногда даже меньше. Все зависело от того, когда к ней должны были прийти следующие гости.

– С других она брала, примерно, столько же?

– Не знаю. Она мне никогда не рассказывала, сколько ей платят другие.

– Надин Эллисон где-нибудь еще работала, миссис Педрик?

– Не думаю.

– А вам не кажется, что десять долларов за один-два часа уединения довольно высокая цена?

– Деньги здесь – не самое главное, – покачала головой Айрис Педрик. – Я просто не могла рисковать, а на квартире у Надин я была в полной безопасности.

– Что она вам рассказывала о себе? – поинтересовался я.

– Очень мало.

– А мне показалось, будто вы сказали, что были близкими подругами и доверяли друг другу тайны.

– Да, говорила. Только боюсь, я ей рассказывала о себе намного больше, чем она – о себе.

– Мисс Эллисон вам когда-нибудь рассказывала о том, что пела в танцевальных ансамблях на Западном Побережье?

– Нет.

– Никогда не говорила о музыке и музыкантах?

– По-моему, нет. – Айрис Педрик озадаченно посмотрела на меня. – Знаете, это очень странно. Я отчетливо помню, что Надин говорила, будто всегда хотела побывать в Калифорнии. Она рассказывала, что относится к тем людям, которые ни разу в жизни не бывали западнее Джерси, и что ей всегда хотелось посмотреть, как выглядит остальная страна.

– Вы знаете, откуда она?

– Она никогда не говорила об этом, но из ее слов я поняла, что она родилась здесь, в Нью-Йорке.

– Вы знакомы с ее мужем?

– Я и не знала, что у нее есть муж.

– Когда Надин сдавала вам свою квартиру, она оставляла дверь открытой или давала вам ключ?

– Сначала я звонила ей, чтобы узнать, свободна ли квартира. Потом приходила. Надин давала мне ключ и уходила.

– Вы со своим другом приходили туда вместе?

– Нет. Отдельно.

– А как вы возвращали ключ Надин?

– Кто-то из нас встречался с ней в условленном месте в условленное время и возвращал ключ.

– А вы когда-нибудь встречались с другими клиентами Надин Эллисон?

– Нет.

– Все это очень важно, миссис Педрик.

– Я это поняла.

– Что-нибудь можете сказать о друзьях Надин, о ее родственниках? Она когда-нибудь говорила о них?

– Нет.

– В это трудно поверить, – покачал я головой. – Вы хотите сказать, что за все время вашего знакомства она никогда не…

– Я говорю вам правду, – перебила меня миссис Педрик.

– Вы знаете человека по имени Марти? Он – друг Надин.

– Марти? Нет, кажется, не знаю.

– А Клиффорда?

Она на несколько секунд задумалась, потом покачала головой.

– Придется сообщить вам, что Надин Эллисон мертва, – неожиданно произнес я. – Ее убили.

Эти слова произвели на Айрис Педрик примерно такой же эффект, как если бы я назвал ее самым оскорбительным именем, которое только можно придумать. Она отпрянула от меня с искаженным от ужаса лицом, в глазах, пристально вглядывающихся в мои, застыла мольба.

– Надин? – прошептала Айрис. – Надин убита? Этого просто не может быть. Кто ее убил?

– Это я и пытаюсь выяснить, – ответил я. – Мне не хочется задавать этот вопрос, но я вынужден это сделать. Вы не знаете, кто бы мог желать ее смерти?

Плечи Айрис подавленно опустились.

– Нет. Не могу даже представить, что кто-то мог не любить ее и желать ей смерти.

– Она когда-нибудь жаловалась на неприятности?

– Нет, никогда.

– Говорила когда-нибудь об угрозах?

– О Боже, нет! Кто мог угрожать такой девушке, как Надин?

– Хотел бы я знать. Если бы я знал, кто, то у меня мог бы появиться хоть какой-то след, ведущий к ее убийце. – Я ненадолго замолчал. – А сейчас попытайтесь вспомнить, миссис Педрик, хоть что-то, имеющее пусть даже отдаленное отношение к этому убийству. Ну, скажем, вы могли что-то слышать или видеть, но это показалось вам тогда пустяком. Буду благодарен за любую информацию о Надин Эллисон.

– Нет… разве вот только история с вором…

– С вором?

– Но это произошло довольно давно. Думаете, это важно?

– Не просто думаю, а уверен!

– Ну, это произошло, когда я целую ночь провела на квартире у Надин. Мой друг…

– Вы провели там целую ночь?

– Да. Надин куда-то уехала на уикенд и предложила нам оставаться у нее на квартире хоть всю ночь.

– Одну минуту, – остановил я ее. – Когда это было?

– Около трех недель назад. Нет, наверное, почти месяц. Около трех часов Эдди пришлось уйти, а я осталась в постели. Не знаю, сколько точно времени прошло после его ухода. Внезапно я проснулась и увидела человека. Сначала я подумала, что это Эдди. Было темно, и я решила включить свет и что-нибудь сказать, но тут же поняла, что у него маленький фонарик и слишком широкие для Эдди плечи. Я… я была в таком ужасе, что не могла даже закричать.

– Как выглядел этот человек?

– Я не видела его лица. Единственное, что могла разглядеть в темноте, это очертания фигуры. Наверное, я все-таки зашумела, потому что он внезапно развернулся и бросился к кровати. Направил фонарик прямо мне в лицо, и с той минуты я вообще ничего не могла увидеть. Луч фонарика ослепил меня.

– Что произошло дальше?

– Он быстро двинулся к кровати, держа в другой руке какой-то нож. Я заметила его, потому что на него упал луч света, и он блеснул. Потом он поднял нож над головой, и я поняла, что он собирается…

– Что его остановило?

– Не знаю. Я была парализована от ужаса.

– Вы хотите сказать, что он просто поднял нож или что там у него было в руке, подержал какое-то время над головой, потом опустил и ушел?

– Он стоял у кровати, наверное, с полминуты. Он был… ну, знаете, что-то типа бормотал про себя.

– Что он сказал?

– Не знаю. Говорил он не по-английски.

– А вы не знаете, какой это был язык?

– Насколько я могу судить, какой-то из славянских.

– Не могли бы вы сказать хотя бы немного поточнее? Славян очень много, и они живут на огромных территориях.

– Простите, – извинилась миссис Педрик, – но больше я ничем не могу вам помочь. Я не разбираюсь в языках, мистер Селби. И даже если бы разбиралась, то в ту минуту я была не в том состоянии и настроении, чтобы выяснять, на каком языке он говорит. – Она сделала небольшую паузу. – У меня сложилось впечатление, что он удивлен и… не знаю, как это еще по-другому назвать… чем-то разочарован. Я едва могла дышать от страха, лежала и думала, как жалко, что я не могу произнести ни звука и не могу предложить ему взять все, что он захочет, а меня оставить в покое.

– А вам не пришло в голову, что он был удивлен и разочарован потому, что ожидал найти в постели Надин, а вместо нее неожиданно увидел вас?

– Вы хотите сказать, что он мог прийти, чтобы убить ее?

– Это возможно.

– Господи, я боюсь даже подумать, что могло бы произойти, если бы он не направил на меня свой фонарик!

– Об этом страшно даже думать, верно, – согласился я. – Что он сделал после того, как полминуты простоял у кровати? Просто вышел из комнаты?

– Да. Прошло добрых пять минут, прежде чем я перестала дрожать, встала и подставила под дверную ручку стул, чтобы ее нельзя было открыть.

– Наверное, вы не обратились в полицию, поскольку боялись, что могли выплыть наружу ваши отношения с Эдди Дайсером.

– Естественно, я боялась этого.

– Как отреагировала Надин на ночное происшествие?

– Она просто не поверила. Из квартиры ничего не исчезло. Все оставалось на месте, никаких следов взлома… поэтому Надин подумала, что мне приснился какой-то кошмар.

– А она не могла быть права насчет того, что это был кошмар?

– Не могла. Это исключено, мистер Селби, – напряженным голосом ответила Айрис Педрик. – Абсолютно исключено.

– У Надин были сережки с сапфирами, – сказал я. – Вы их видели?

– Конечно, она постоянно их носила.

– Не знаете, настоящие были камни или фальшивые?

– Знаю. Так уж получилось, что я разбираюсь в драгоценных камнях. В сережках Надин были настоящие сапфиры.

– Дорогие?

– Очень. Я никогда внимательно их не разглядывала, но думаю, они стоили около двух тысяч. Помню, когда она пришла по объявлению о работе, я еще удивилась, как девушка с такими дорогими серьгами не продаст их, а собирается работать за те жалкие гроши, которые я могу ей предложить.

Я достал снимок Надин и Марти и положил перед ней на стойку.

– Когда-нибудь видели его раньше?

– Эта фотография, кажется, из ее зеркала?

– Да. Что скажете насчет мужчины? Вы его не узнали?

– Узнала. По крайней мере, я думаю, что это тот же самый мужчина.

– Знаете, как его зовут?

– Нет, этого я вам сказать не могу. Но думаю, что это тот же самый человек, который… – Она замолчала.

– Тот же самый мужчина, который что, миссис Педрик? – уточнил я.

– Думаю, я видела его однажды в «Хи-Ло», – с неохотой ответила Айрис Педрик. – Мистер Селби?

– Да?

– Вам необходимо встречаться с Эдди?

– Да.

– Очень жаль.

– Почему?

– Он… Ну, у него очень вспыльчивый характер. Он может рассердиться на меня, если вы сделаете ему что-нибудь плохое.

Я сунул снимок с Надин и Марти в карман и направился к двери, бросив на прощание:

– Я не упомяну вашего имени.

Глава 5

«Хи-Ло» относился к числу тех баров, в которые приходит рабочий люд. Располагался он в маленьком узком здании с выкрашенным в черный цвет большим окном на фасаде.

Я вошел в прохладный полумрак и сел на ближний к выходу стул. За исключением меня, бармена и одинокой леди у стойки, в баре никого не было.

Бармен, мощного телосложения, с квадратным лицом и резкими чертами, закончил пересчитывать пригоршню жетонов, аккуратно сложил их около кассы и направился к моему концу стойки.

– Да, сэр? – обратился он ко мне. – Что будете заказывать?

– Стакан воды.

– Ну и клоуны, – едва слышно пробормотал бармен. – Чистой?

– С кубиком льда, – сказал я и показал ему свой значок.

Он вздохнул, набрал в стакан воды, бросил кубик льда и сел передо мной.

– Ну, и что теперь?

– Вы – Эдди Дайсер?

– Возможно.

– Сегодня что-то жарко, – спокойно заметил я. – Слишком жарко, чтобы играть в кошки-мышки.

Он пожал плечами.

– Ну, я – Эдди Дайсер. И что дальше?

Я показал ему снимок Надин Эллисон и Марти и поинтересовался:

– Знаете этих людей?

Эдди безо всякого интереса взглянул на фотографию, потом протер стойку бара полотенцем и, наконец, ответил:

– Кажется, видел в баре. Парня, по крайней мере.

– Девушку вы тоже видели, – сообщил я ему. – Последние шесть месяцев вы встречались с ней два-три раза в неделю.

– Ну и трепло, – пробурчал Эдди Дайсер. – Не может держать рот закрытым.

– Что вы о ней знаете?

– А чего тут знать? Она – подруга моей подруги. О ней я знаю только одно: она слишком красивая штучка, чтобы быть таким треплом. – Он поставил локти на стойку и наклонился вперед. – Что стряслось?

– Ничего, что бы вас касалось. Отвечайте просто на мои вопросы.

– Ну, так задайте хотя бы один.

– Уже задал. Я спросил, что вы о ней знаете?

– Послушайте, приятель. Несколько раз я пользовался ее квартирой. Но это все. Если она наплела вам что-то другое, то она большая лгунья, чем я думал.

– Она часто сюда заходила?

– Нет. Может, с полдюжины раз. Не больше.

– Но вы видели ее довольно часто?

– Как вы сказали – два-три раза в неделю. Однако я никогда с ней особенно не разговаривал. По-настоящему я с ней беседовал только тогда, когда она приходила сюда… но в последний раз она приходила в бар довольно давно.

– А что скажете насчет парня на фотографии? – спросил я. – Она когда-нибудь приходила сюда с ним?

– Только и ходила, что с ним. Я никогда не видел ее с кем-то другим.

– Знаете его?

– Его зовут Марти, а вот фамилию не знаю.

– Не подскажете, где я могу его найти?

– Почему вы не спросите об этом саму Надин?

– Я спрашиваю вас.

– Откуда мне знать? Он почти все время молчал. Если хотите знать, он вообще ничего не говорил. Только сидел, потягивал пиво и пялился на ножки Надин. Но они прекрасно ладили. За все платила Надин. Она не разрешала Марти потратить даже десяти центов.

– Сколько времени сюда приходил Марти?

– С пару месяцев, наверное. По крайней мере, где-то пару месяцев назад я впервые его увидел.

– Ладно, – кивнул я и слез со стула. – Если что-нибудь вспомните, позвоните мне в участок. Меня зовут Селби.

– Конечно, шеф, позвоню.

– То же самое, если Марти заглянет в «Хи-Ло». Если меня не будет на месте, спросите детектива Рейдера. Если не будет и его, оставьте сообщение дежурному. – И я, громко хлопнув дверью, вышел на улицу.

Глава 6

К тому времени, когда я добрался до комнаты детективов, расположенной на втором этаже нашего участка, настенные часы над громкоговорителем показывали без двадцати минут два. Я подошел к своему столу, сел, закурил сигару и принялся за работу.

Сначала я позвонил в Бюро Криминальной Информации и попросил проверить, есть ли у них что-нибудь о Надин Эллисон, Джуди Баумэн, Айрис Педрик и Эдди Дайсере. Ожидая ответного звонка, чтобы не терять зря время, позвонил дежурному сержанту и поинтересовался, нет ли у него информации о каких-нибудь домушниках или сексуальных маньяках? Мне казалось, что в этом деле существуют некоторые нюансы, которые не исключают наличие сексуальных мотивов, и я хотел проверить все версии.

Дежурный не слышал ни о каких домушниках. У него, правда, был один сексуальный маньяк, но этого типа засадили за решетку еще вчера после обеда, и с тех пор он не выходил из камеры.

Продолжая ждать звонка, я проверил рапорты об арестах и отчеты о необычных происшествиях, но не нашел ничего интересного для себя. Сегодняшнее утро ничем не отличалось от других. Было совершено обычное количество арестов, произошло обычное количество происшествий, но ни одно из них не было связано с убийством Надин Эллисон.

Наконец, телефон зазвонил. Это был Милт Фарелл, детектив из БКИ, занимающийся проверками.

– Только закончил, Пит, – сообщил он. – Извини, что так долго, но пришлось несколько раз звонить по межгороду.

– Ничего страшного. Что у тебя для меня есть, Милт?

– Сначала я тебе лучше расскажу, чего у меня для тебя нет. У меня ничего нет на Джуди Баумэн, Айрис Педрик и Эдди Дайсера. Зато на Надин Эллисон у нас имеется много информации.

Я взял карандаш и попросил:

– Диктуй.

– Мог бы и предупредить, что девушка была замужем, Пит. Это бы значительно облегчило поиски.

– Я и не знал, что она была замужем.

– Была, дружище. И если хочешь совет, немедленно объявляй ее благоверного в розыск.

– Почему?

– Главным образом потому, что он пару раз пытался убить ее. Может, на этот раз ему повезло.

– Когда все это было?

– Чуть больше года назад.

– Здесь, в Нью-Йорке?

– Нет, в Сент-Луисе. Они оба оттуда. Я нашел справку из Сент-Луиса. Парня разыскивали за то, что он забил кого-то в драке до смерти. Ребята из Сент-Луиса думали, что он мог двинуться к нам, в Нью-Йорк, потому что здесь была его жена.

– Драка имела какое-нибудь отношение к Надин?

– Нет. Она произошла значительно позже отъезда Надин. Похоже, этому парню нравится просто колотить людей.

– А что с покушениями на жизнь Надин Эллисон?

– Им так и не удалось доказать, что он пытался ее убить, но именно это он и пытался сделать. Парень дважды сильно избивал ее, и оба раза прохожие в самый последний момент успевали его оттащить.

– Мне кажется, тебе лучше рассказать все с самого начала, – попросил я.

– Хорошо, Пит. Пару минут назад я как раз закончил разговаривать с сент-луисской полицией. Они рассказали, что Надин и ее муж оба сироты и что они познакомились на каком-то вечере – встрече выпускников приюта. В общем, они поженились, и все шло прекрасно до тех пор, пока у Надин не родился ребенок. После родов у них у обоих практически поехала крыша. Особенно у мужа. Он просто сошел с ума в самом прямом смысле этого слова.

– Как это?

– Потерпи минуту, и я тебе все расскажу. Они отдыхали в каком-то рыбацком домике где-то далеко за городом, и неожиданно у Надин начались схватки. Надин родила ребенка прямо в сарае.

– Согласен, не очень веселые роды, – согласился я, – но такое происходит сплошь и рядом, Милт. Хочешь сказать, что такого пустяка оказалось достаточно для того, чтобы…

– Дело не в том, в каких условиях происходили роды, а в том, какой у Надин родился ребенок, – перебил меня Милт.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Она родила не нормального ребенка, Пит, а монголоидного идиота. Господи, представь, что ей пришлось пережить. Они находятся где-то у черта на куличках, она кое-как рожает, и вдруг выясняется, что это вовсе не ребенок. Вернее, ребенок, но ненормальный. Она смотрит на него и видит, что родила чудовище. Это их и потрясло, наверное. Черт побери, от такой штуки у кого угодно крыша поедет. Так вот, у мужа крыша поехала прямо на месте. Сент-луисцы сказали, что он всегда был довольно глупым парнем и, естественно, подумал, что отцом ребенка является не он, а человек, похожий на бедняжку. Она испугалась, что он собирается убить ее прямо там, на месте.

– Ну и ну, – потрясенно пробормотал я. – И что было дальше?

– Я тебе только что сказал. Муж сошел с ума. Какое-то время он бегал кругами, потом помчался по дороге и оставил ее в домике. Она пролежала там одна всю ночь. К тому времени, когда на следующий день кто-то проехал мимо и взял ее с собой, ребенок умер.

– Как зовут мужа, Милт? Только имя и фамилия полностью.

– Бартон С. Эллисон. Все зовут его Бартом.

– И ты говоришь, Надин перенесла это тоже довольно тяжело?

– Да, для нее это тоже оказалось сильным потрясением. Целый месяц лежала в больнице, приходила в себя. Сент-луисцы говорят, что у нее была какая-то серьезная психическая травма. Не ела, ни с кем не говорила, лежала с закрытыми глазами.

– А что случилось с Бартом?

– Барт исчез. Впервые он объявился, когда напал на Надин на улице около ее дома и попытался убить голыми руками. Это произошло примерно через месяц после того, как она выписалась из больницы.

– Его посадили?

– Нет. Он вырвался от прохожих, которые оттащили его от нее, и вновь пустился в бега.

– А как произошла вторая попытка покушения?

– Практически аналогичное повторение первой, Пит. Только на этот раз он поджидал ее у кинотеатра.

– И ребята из Сент-Луиса думают, что он может по-прежнему охотиться за ней?

– Не просто думают, а уверены. Они утверждают, что у парня единственное желание в жизни – убить бывшую жену. Он стал самым настоящим сумасшедшим.

– Как он выглядит?

– В словесном портрете написано, что ему двадцать шесть лет, рост – пять футов одиннадцать дюймов, каштановые волосы, на правом запястье, внутри, шрам в форме буквы «V», а на правом плече вытатуирована танцующая женщина.

– И это все? – недовольно поинтересовался я. – Черт побери, Милт, в Нью-Йорке можно найти, по крайней мере, полмиллиона мужчин, которые…

– Знаю, – прервал он меня, – но это все, что сумели раскопать в Сент-Луисе. Им даже не удалось найти его взрослую фотографию. Только пара детских снимков, когда он был еще в приюте.

– Как насчет ФБР?

– Глухо. Парень не служил в армии, никогда не арестовывался, у него ни разу не брали отпечатки пальцев. – Милт замолчал и добавил через несколько секунд: – Шрам и татуировка могут помочь.

– Конечно, – с сарказмом согласился я, – если только он будет разгуливать по городу без рубашки и с вывернутым наружу правым запястьем, чтобы показывать всем шрам и татуировку.

– Не сердись, приятель. Немного все равно лучше, чем ничего. Зато у меня есть кое-что о Надин. Пару дней назад она участвовала в маленькой потасовке. Судя по всему, она с другом подралась с водителем такси. У них возник какой-то спор по поводу платы за проезд. Водитель позвал фараона, и тому удалось все уладить, не забирая никого в участок. Но он на всякий случай записал их фамилии и написал рапорт о происшествии.

– Как звали ее друга?

– Подожди секундочку, пока я снова найду эту чертову бумажку… Ага, вот она. Друга звали Мартином Хатчинсом.

Мартин, подумал я, если коротко, то просто «Марти».

– У тебя есть его адрес, Милт? – спокойно осведомился я.

– Это единственное, что у меня еще есть. 923, Бетюн-стрит.

Я записал фамилию и адрес в блокнот.

– Что-нибудь еще, Милт?

– Нет, больше ничего. Мой тебе совет, лучше побыстрее объяви Барта Эллисона в розыск. Десять против одного, что он и есть твой убийца.

– Я так и сделаю. Спасибо, Милт.

– Не за что, – ответил Фаррел и положил трубку.

Потом я позвонил в Бюро Связи, продиктовал описание Барта Эллисона и попросил, чтобы они передали его приметы по радио и организовали охоту по всему городу. Сказав «по всему городу», тут же передумал и сказал, чтобы передали о розыске Барта по телетайпу в тринадцать соседних штатов и округ Колумбия. Ребята немного поворчали по поводу не очень ясных примет, но тут помочь им я ничем не мог.

После разговора с ними я позвонил в Центральное управление начальнику городского отдела детективов и попросил послать пятьдесят детективов на весь рабочий день в район, где жила Надин Эллисон, чтобы они как можно больше узнали о ее друзьях и знакомых и особенно постарались выяснить, кто мог пользоваться ее квартирой для любовных свиданий. Старшим попросил назначить Фрэнка Войса, опытного полицейского. Я буду поддерживать связь только с Фрэнком. Главная их задача – сбор информации о Надин Эллисон, а не расследование убийства. У каждого детектива должна быть фотография Надин, и каждый детектив должен будет очень внимательно следить за реакцией людей, которых будет расспрашивать о Надин и которым будет показывать ее фотографию.

Передав все детали, я положил трубку, затем разрезал ножницами фотографию, разделив Надин и Марти, положил половинку Надин в конверт, написал на нем ее и мою фамилии, а половинку с Марти сунул в бумажник.

Наконец, я сделал последний звонок, Стэну Рейдеру, чтобы сообщить о пятидесяти детективах под командой Фрэнка Войса. Еще я рассказал, что сейчас у нас имеется не только фамилия и адрес дружка Надин, Марти Хатчинса, но также и совершенно новый, чуть ли не стопроцентный подозреваемый в лице ее мужа.

Я попрощался со Стэном, взял конверт с фотографией Надин Эллисон и пошел вниз, чтобы оставить его на столе у дежурного и нанести визит другу Надин, Мартину Хатчинсу.