355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джон Макинтош » Шесть ворот на свободу » Текст книги (страница 12)
Шесть ворот на свободу
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 04:37

Текст книги "Шесть ворот на свободу"


Автор книги: Джон Макинтош



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 10

Дом находился совсем недалеко от Ворот, выходящих на Крэсту. Рекс уже подходил к дому, когда ему навстречу, смеясь и плача, выскочила Регина и повисла у него на шее.

Когда он, наконец, сумел отстраниться от нее, то был приятно удивлен. Регина совершенно потеряла прежний лоск; необходимость присматривать за ребенком заставила ее отказаться от прежней, почти вызывающей элегантности, ради обычной аккуратности. На ней был белый свитер, белые шорты и туфли без каблуков, а волосы перевязаны простой лентой. Она стала куда более привлекательной, и Рекс сообразил, что даже если сама Регина этого не поняла, она приняла себя такой, какая есть, став, наконец, единой духом и телом.

– Ребенок? – спросил он.

– Принцесса? Ползает по траве во дворике. Мы с Венерой сделали для нее манеж. – Увидев его выражение лица, она рассмеялась. – О, мы с Венерой теперь ужасно дружим.

Когда ты остаешься с кем-нибудь вдвоем на восемь или девять месяцев возможно только три варианта: жить в противоположных королевствах, жить вместе и все время рычать друг на друга, или просто стать друзьями.

– Принцесса? – спросил Рекс.

– Ей совсем не обязательно носить это имя. Так как мы с тобой не решили вопрос с именем, я так называю ее сейчас, что было довольно очевидным, хотя, может быть, было лучше на латыни – как уменьшительное имя, его мы можем использовать даже если назовем ее Мэри или Венеция…

– Венеция?

Она снова рассмеялась.

– Ну, ладно. Мы это, конечно, еще обсудим… просто она напоминает мне маленькую Венецию.

В доме их терпеливо дожидалась Венера, конечно, ей было очень любопытно, но она прекрасно понимала, что сначала Рекс захочет увидеть Принцессу. Принцесса, или Венеция действительно была удивительно красивым ребенком, решил Рекс, и весьма здоровым. В тот самый момент, как он увидел ее, Рекс, как и многие другие отцы, решил, что на самом деле он совсем даже и не хотел иметь сына.

И даже после этого, никто не прокомментировал тот факт, что Рекс рассчитывал, что сможет вернуться через три или четыре месяца, а отсутствовал десять, он удовлетворил первое любопытство, сообщив, что с Земли ему пришлось добираться до Крэсты на медленном грузовом корабле, но даже в этот момент ничего не было сказано об истинной цели его миссии.

После завтрака Рекс остался один – Регина и Венера занялись Принцессой, ей было пора ложиться спать, а справиться с этой задачей одной из них, видимо, было не под силу. Рекс подумал, что он мог бы предвидеть это.

Регина была рада, что он вернулся, и не торопилась услышать новости – ведь эти новости могли предполагать необходимость дальнейших действий, новых экспедиций. А Венера обладала удивительным терпением.

Пока у него было одно дело. Он спустился в подвал, а потом еще дальше, в самое нижнее помещение. На стенной панели управления он сделал те изменения, которые посоветовали сделать техники Секции К, после того, как Хилтон с неохотой дал на это разрешение. Основная задача заключалась в том, чтобы совместить Ворота, выходящие на Крэсту и Чатер, так что люди с Крэсты будут попадать непосредственно на Чатер, минуя Чистилище. Не очень понимая действия механизмов, он сделал все так, как ему было сказано. Задача не вызвала бы ни малейших затруднений, но ему было необходимо знать сколько людей воспользовались Воротами – без этого Рекс не мог представить себе, что происходит на Чатере и Крэсте.

Поэтому, ему пришлось налаживать специальные реле, которые техники Секции К считали элементарными, но ему пришлось изрядно повозиться с ними. Миллионник или нет, при всех способностях, он всегда был абсолютно равнодушен к технике.

Прошло довольно много времени, когда он закончил все в подвале и отправился на поиски Регины и Венеры.

Он нашел Венеру в кухне, где она готовила особенно изысканный обед в его честь. Ему сразу захотелось есть.

– Где Регина? – спросил он.

– На озере с Принцессой. Она спала только час. Регина ходит с ней на озеро два или три раза в неделю. Она хочет, чтобы Принцесса не боялась воды.

– До озера довольно далеко…

– Мы сделали коляску для Принцессы. Ты бы, конечно, сделал лучше…

– Но меня здесь не было.

– Да. У нас получилось нечто вроде тележки. Мы пытались сделать рессоры, но у нас ничего не вышло. Оказалось, что это не имеет значения – Принцессе даже нравится подпрыгивать.

Венера работала быстро и четко, что было для нее совершенно естественно, но то, что она явно командовала в кухне, было для Рекса неожиданностью.

– Теперь ты готовишь? – спросил он.

– Иногда. Кстати, после обеда я собираюсь посмотреть микрофильмы и послушать пластинки.

– Я думал, что мы должны все вместе обсудить…

– Чепуха. Я тебе совершенно не нужна, да и Принцесса тоже, но это не проблема – она очень хорошо спит, это что-то!

Чувствуя, что она хочет увести разговор в сторону, Рекс сказал:

– Ты никогда не готовила так же хорошо, как Регина.

– Ну, это не очень-то вежливо с твоей стороны. Я всегда стараюсь изо всех сил…

– Теперь – да. Сейчас ты готовишь что-то совершенно восхитительное. Я весь в нетерпении.

Венера небрежно бросила:

– Последние два месяца я учила Регину плавать. Она очень хочет научиться как следует. И обязательно научится. Ты будешь поражен. А в кухне мы часто готовим вместе.

Наверное, я кое-что у нее переняла…

– Она ничему не может тебя научить, и ты это прекрасно знаешь.

Венера вытерла руки, бросила последний взгляд по сторонам, чтобы убедиться, что все в порядке, и повлекла за собой Рекса в гостиную.

– Значит, они рассказали тебе? – спокойно спросила она.

Рекс был почти уверен, что она говорит о том, о чем он мог лишь случайно догадываться.

– Не совсем, – ответил он. – Хилтон предупредил меня, что ты должна мне все рассказать.

– Но ты знаешь…?

– Пожалуйста, Венера, – со вздохом сказал он, – давай не будем ходить вокруг да около. Хилтон сказал, чтобы я напомнил тебе о Роне и Филлис…

– А. – Ее лицо стало печальным.

– И о том времени, когда ты повернулась спиной.

Теперь в ее голосе вместе с печалью появилась боль.

– Рекс, знаешь ли ты, что сейчас со мной происходит.

– Нет, не знаю, но мне кажется, что другого выхода у нас нет. Я должен тебе напомнить, что они обманули тебя, уговорив стать первым Миллионником.

Она потеряно пробормотала:

– Об этом мне не надо напоминать – я сразу вспомнила, как только увидела саркофаги и прочитала имена Рекс, Регина и Венера.

– Хилтон сказал, – продолжал Рекс, – «Если в ее словах прозвучит горечь, напомни ей, что именно она решила, что должен быть еще один Миллионник – ты».

Печаль и боль исчезли, теперь на ее лице появилось выражение странного спокойствия.

– Да, – ответила Венера, – и я почти уверена, что и все остальное придумала я. К счастью, ты оказался совсем не таким, как я думала, Рекс. Ты не мучаешься так, как я.

– Мучаешься? Ты?

– Эксперимент с Миллионником не увенчался успехом.

Двадцатник – да. Они не идеальны, им далеко до гениев, однако, небольшое количество Двадцатников, разбросанных по галактике, оттягивают Судный День.

Рекс кивнул.

– Это я и сам видел.

– В древней войне были пилоты-самоубийцы… тогда это что-то значило. Человек должен был быть готов не только рискнуть своей жизнью (тут вопросов не возникало) – но и наверняка отдать ее ради достижения гипотетического военного успеха. Пилоты-самоубийцы хотели жить, но они хотят умереть. Поэтому, создать Двадцатника совсем несложно. Нужно только найти человека с устойчивой доминантой, и это самое трудное. Однако, если не удается найти такого среди двадцати, среди сотни нужный человек найдется обязательно.

– То есть производится селекция?

– Для доминанты. Остальные – произвольные девятнадцать самоубийц одного пола. Таким образом, психопаты, извращенцы и слабаки исключаются.

То же самое и с талантливыми и мужественными людьми. Они сами исключают себя.

– Мужество в самоубийцах?

– О, да. Надеюсь, ты не веришь в старый миф, что самоубийца обязательно трус? Что может быть более смелым поступком, чем признание факта, что в данный ситуации твоя смерть является наилучшим решением задачи? Загасить свою собственную свечу? Кстати, Регина уже возвращается обратно.

– Ты говоришь, что таланты не попадают в их число – однако, ты им обладаешь. И Регина тоже.

– Пси-талант по-прежнему большая редкость, но есть способы развить его. Основное правило с пси – отсутствие любых правил. Оказалось, что это одна из тех вещей, что концентрируется в Двадцатниках, или Миллионниках. Однако у тебя талант почти полностью отсутствует. – Венера пожала плечами. – Разговоры моя не самая сильная черта, Рекс. Ты это знаешь. Что ты хочешь?

– В этом-то вся проблема. Я не знаю.

– Значит, ты хочешь, чтобы я рассказала тебе о том, что именно тебе следует знать?

– Да.

– Тем самым, получится, что я буду руководить тобой.

– Не обязательно. Давай я буду вести тебя – ты сказала «мучаюсь». Ты мучаешься, а я – нет.

– Да. Может быть, это просто случайность. Может быть, это происходит из-за того, что я не могу не видеть, что происходит в сердцах других людей, а для тебя их сердца закрыты. Я не могу быть борцом, Рекс, потому что я слишком многое понимаю. «Все понять – значит, все простить» – и хотя это далеко не всегда верно, это не дает тебе сражаться в полную силу и по-настоящему желать победы.

Неожиданно Рекс резко перебил ее:

– Кто ты, Венера?

– Ну, я была Филлис, как ты уже, наверное, догадался…

– Ты сказала, что не любишь разговоры. Почему бы тебе в трех предложениях не рассказать обо всем, что мне неизвестно, и предоставить мне самому решать, что делать дальше?

– Я могу… Рекс, ты знаешь, что нужно делать дальше?

– Да. – Он не сказал: «Я думаю, знаю». Он просто сказал: «Да».

– Чем больше я расскажу, тем труднее тебе будет сделать то, что необходимо сделать. Подумай об этом.

Рекс заколебался. Он подумал о Регине и Принцессе. И нашел повод, или даже разумную причину подождать еще несколько дней.

Он хотел узнать о том, что сталось с обитателями Крэсты.

То, что с ними произойдет может оказать решающее воздействие на последующий ход событий.

Он уже знал, что необходимо сделать. Оставалось сделать всего один тест.

– Я подожду, – сказал Рекс. – Но это неизбежно – ты же знаешь.

– Да, я знаю, – ответила Венера. В ее глазах снова появилась боль.


* * *

После обеда Венера, как она и обещала, удалилась в свою комнату. Регина не задавала никаких вопросов, поэтому Рекс не стал ей ничего рассказывать.

Зато она многое сказала ему. Следующий ребенок должен быть на два года младше Принцессы. Она, конечно, его любит, но учитывая, что на Чистилище не развита фармакология…

Он сумел убедить Регину, что научился решать подобные проблемы даже здесь, на Чистилище. Она была явно очень довольна, услышав это.

Так как Регина заинтересовалась его визитом в подвал, Рекс рассказал ей о Крэсте и Чатере.

– Это просто здорово, – сказала она. – Но почему они предоставили тебе решать эту проблему? Разве ответ не был очевидным и без тебя?

– Я и сам не понимаю, – ответил Рекс.

Они прослушали девятую симфонию Шуберта, и Рекс героически досидел до конца, вспомнив, как они в первый раз слушали вместе Шуберта. Он ничего не имел против девятой симфонии, хотя она и была довольно длинной; но в этот день Рекс прошел неблизкий путь по пустыне Крэсты – путь, который чуть не убил Регину.

Вдруг, в середине третьей части, когда его глаза невольно закрылись, и Рекс с трудом разлепил веки, Регина вскочила на ноги и выключила музыку.

– Все, тебе пора в постель, – твердо сказала она.

– А ты?

Она посмотрела на него, сонно развалившегося в кресле, и рассмеялась. Теперь Регина смеялась гораздо чаще, сонно отметил Рекс.

– Завтра, – сказала она.


* * *

Каждый день Рекс спускался в подвал. Он сказал Джонстонам, что Ворота будут готовы через три недели, так чтобы он сам успел вернуться на Чистилище.

Теперь, несомненно, на Стрэнде 7 шли жаркие споры – слишком многое они должны были принять на веру.

Но дни проходили за днями, неделя за неделей, но никто не переходил с Крэсты на Чатер. «Никто». Реле уверенно показывали, что не было сделано ни одного перехода.

Что ж, может быть, они были слишком упрямыми. Возможно, получив большой груз органических отходов с Земли, они думали, что у них появились дополнительные шансы на Крэсте.

Однако Рекс чувствовал, что причины здесь гораздо более глубокие. «Они должны помочь нам. «Они просто ОБЯЗАНЫ помочь нам».

Даже Крэста, самый независимый мир из всех, где ему довелось побывать, был зависим. Относительно зависим. Они не обладали мужеством, необходимым для принятия самостоятельных решений. Ни один из миров не был способен на это.

И вот, наконец, когда Регина с Принцессой, в очередной раз, отправились на озеро, он поговорил с Венерой. Он четко сформулировал вопрос, и она ответила на него.

Венера была права – теперь ему стало еще труднее. И в то же время, ситуация окончательно выкристаллизовалась.

Венера была молодым, но весьма продвинутым и уважаемым сотрудником Секции К, совсем недавно она очень удачно вышла замуж и стала вплотную заниматься проектом Чистилище (тогда он, конечно, так еще не назывался. Это был роскошный белый слон, брошенный сотрудниками другой секции, которые пошли на огромные расходы по созданию этого чуда. Что можно было теперь с ним сделать?)

В то время это была лишь мелкая проблема. Ее мужу Рону, тоже работающему в Секции К, было предложено стать Двадцатником. Предложено – что было довольно редким явлением. Самоубийства и доминанты – будущие Двадцатники были таким распространенным явлением, что с подобными предложениями крайне редко обращались к людям не из этого круга. Но в Секции К считали, что Рон, когда он станет Двадцатником, может оказаться для них весьма полезным. Им обоим сказали, что Филлис тоже идеально подходит для того, чтобы стать Двадцатником, но (тут Венера горько усмехнулась) с ней они эту операцию отложили.

Итак, Рон умер. Как и все остальные. Для них это не имело значения – ведь все они были потенциальными самоубийцами. С Роном все обстояло иначе. В отличие от миллионов других он никогда не собирался быть доминантом – Двадцатником. Его на это уговорили.

Филлис, или Венера, как продолжал о ней думать Рекс, была морально уничтожена. Она была в это время беременна, и всегда считала, что у нее не может быть другого мужчины, кроме Рона. Пока ребенок в ее теле рос, она продолжала работу над проектом Чистилище – ведь нужно же было ей хоть чем-нибудь себя занять.

И она достигла блестящего успеха.

Требовался талантливый, холодный наблюдатель.

Человеческая раса пребывала в ужасном состоянии.

Колоссальный рост населения привел к невиданной доселе колонизации галактики, но никто не предвидел, что последует за этим…

Секция К имела виды на Рона, а после того, как он погиб, на Венеру. Специальным образом подготовленный Двадцатник мог увидеть Ответ, если такой Ответ вообще существовал.

После смерти Рона, этим проектом занялась Венера.

К этому моменту Венера уже знала, что Рон должен был стать первым тысячником. Но что-то у них не получилось.

Холодно, бесстрастно, в манере противоположной ее истинной натуре, Венера продолжала развивать проект дальше – в последние месяцы беременности и еще до того, как она стала Двадцатником.

Кого-то должны были послать на Чистилище, чтобы он жил там один, потеряв все связи с Землей и человеческой расой. Новый Передатчик Материи в сочетании с глубоким сном и специальной психиатрической техники должны были обеспечить его перенос на Чистилище, достаточное количество самых разнообразных общих знаний и полное отсутствие личных воспоминаний. Десять лет он будет спать, а потом еще десять лет жить на Чистилище. После этого он должен будет знать, что делать дальше.

Венера родила девочку, но даже не стала смотреть на нее.

Венера интересовалась теперь только проектом Чистилище – ни для чего другого в ее сердце места не осталось. Так продолжалось восемь месяцев. Теперь, как и многие другие, она хотела умереть.

Они обманули ее, сказав, что она будет одной из девятнадцати, предназначенных для создания нового двадцатника. За ее ребенком, естественно, присмотрят. Она с радостью согласилась.

Однако она стала доминантой. К тому же, не просто Двадцатником, а Миллионником.

999999 женщин с радостью умерли, чтобы создать ее. Она могла бы завыть от несправедливости и жестокости обмана, но тот факт, что она стала Миллионником – а на этот раз все прошло удачно – превратил ее в совершенно уникальное существо, неспособное выть и возмущаться из-за вещей, которые было невозможно изменить.

Она не вернулась к Регине, а отправилась в Чистилище, вместо того, чтобы попасть в рай или ад.

Когда она пробудилась в Чистилище, для нее все было иначе. Она не могла забыть Рона. И через ее любовь к Рону к ней (в отличии от Рекса и Регины) вернулись воспоминания о Земле. И, наверное, в этом и заключалась ее беда.

Ей так и не удалось остаться беспристрастной, и она знала об этом. Ее идея, которая пришла ей в голову, когда она была обычной девушкой, даже не Двадцатником, продолжала оставаться вполне разумной. Но она сама теперь никак не могла реализовать ее.

Тогда существовали всего одни Ворота, и вели они на Землю. Они находились в подвале. Предполагалось, что обитатель Чистилища сумеет их найти только после того, как достигнет абсолютной, холодной ясности. Венера нашла их практически сразу.

Она не стала проводить десять лет в Чистилище. Ей вполне хватило двух. К тому моменту, когда Регине исполнилось четырнадцать, Венера, придумавшая проект Чистилище, уже видела в нем ряд просчетов.

Во-первых, она не была настоящим суперменом. Здесь был необходим мужчина, причем он не должен был быть совершенно одиноким. Такой человек, вместо того, чтобы быть равнодушным, наоборот постарается побеспокоиться о будущем человечества.

Во-вторых, она слишком много знала. Процесс отторжения супермена от Земли должен был быть куда более глубоким.

Он должен помнить гораздо меньше. И в то же время, он должен иметь четкое представление о том, что происходит в галактике. Он должен иметь возможность увидеть все собственными глазами и сделать соответствующие выводы.

Она мало, что знала о возможностях передатчика материи – довольно дорогой системе с множеством ограничении.

Поэтому Венера вернулась обратно на Землю. Ее прежний босс успел уже умереть, что пошло проекту Чистилище только на пользу. Она вряд ли смогла бы работать на максимум под руководством человека, убившего Рона и обманувшего ее.

Новым боссом стал Джон Хилтон.

На то, чтобы подготовить новый план ушло четыре года.

Венера ни разу не видела свою дочь, да и не стремилась к этому. А потом, когда огромные компьютеры Секции К начали поиск наиболее подходящей кандидатуры, одним из самых первых возникло имя дочери Венеры.


* * *

– Возможно, Джон Хилтон пошел на это сознательно, – сказала Венера. – Еще совсем молодым человеком Хилтон участвовал в разработке первоначального плана. Мне кажется, что его ужасало мое отношение к… я думаю, мне следует продолжать называть ее Регина.

– Ты был тогда, – продолжала Венера, – совсем еще молодым человеком, который держался очень уверенно, но явно страдал от ряда комплексов. Но я чувствовала, что ты нам подходишь. Регина… она была странным образом лишена корней. Моя вина. Она, конечно, знала, что такое любовь, но эта любовь исходила не от ее семьи. К тому же, в ее жизни не было мужчины. В теории, ее заинтересовала эта идея…

– Мы с ней когда-нибудь встречались? Я и Регина?

– Нет. Все, в том числе и вы сами, согласились, что ваша первая встреча должна произойти на Чистилище. И я должна была вернуться назад вместе с тобой… Мне больше ничего не нужно тебе рассказывать? Теперь ты знаешь все, что тебе необходимо знать. Возможно, было бы даже лучше, если бы ты знал немного меньше…

Рекс понимал, что она имеет в виду, но он не ожидал, что Венера знает.

– Ты такая молодая, – с удивлением сказал Рекс.

Она улыбнулась.

– Я родилась в 3607 году, значит мне сорок пять. Но прожила я менее тридцати лет – смешно, я никогда точно не считала. Десять лет ушло на первый глубинный сон, чуть более пяти на второй. К тому же, глубинный сон дает омолаживающий эффект. Практически мне около двадцати пяти лет.

– Я так всегда и думал, – сказал Рекс. – Не удивительно, что мне и в голову не приходило, что ты – моя теща.

– И все же… ты ведь всегда знал, не так ли?

– Что-то я знал. В тот единственный раз, когда я начал к тебе приставать, это произошло частично потому что мне хотелось, но еще и…

– Ты хотел проверить. Да.

Последовала долгая пауза. Оба знали, что теперь будет, но им не хотелось торопить события.

Наконец Венера сказала:

– Ты принял решение, Рекс?

– Да.

– Ты уверен?

– Да. Я только не знаю, должен ли сделать это сам, или могу попросить тебя.

Она улыбнулась.

– Конечно, ты можешь попросить меня. Можно попросить кого угодно о чем угодно.

– Только не об этом.

Ее улыбка исчезла.

– Я знала с самого начала. Создание второго Миллионника, изменение плана, возведение шести дополнительных Ворот и все остальное теоретически было совсем ненужным… и все же я не могла принять такое решение в одиночку. Я создала этот план, но не могла посмотреть в лицо фактам. Нет, Рекс, тебе не нужно просить. Только скажи мне, что другого пути нет.

– Это единственный путь.

– Ладно, – решительно заявила Венера. – Ты оказываешь мне высокое доверие, Рекс. У тебя хватило морального мужества приказать то, что никто другой не осмелился бы приказать, причем приказать не себе…

– Это не приказ…

– Только не надо теперь отталкивать меня, Рекс. В конце концов, хоть я не «твоя» мать, но создала тебя я. У тебя широкие плечи. Возьми на себя ответственность и никогда не отрицай ни перед собой, ни перед кем бы то ни было того, что ты решился на это.

– Хорошо. – Он слабо улыбнулся. – Ты стараешься облегчить мне мою задачу.

– Разреши мне попытаться облегчить тебе вторую часть задачи. Ты «должен» остаться здесь. Ты, как тот генерал, который отдает жестокий приказ, а потом сидит и наблюдает. Именно для этого ты и был создан. Именно поэтому ты и находишься здесь. Прощай, Рекс.

Это произошло так внезапно, что он был удивлен. Венера легко поцеловала его в щеку и сказала – ведь даже мать-Миллионник не смогла удержаться от последней фразы:

– Позаботься о Регине.

Потом она ушла. Рекс заставил себя не двигаться.

Венера знала о Чистилище гораздо больше, чем он – ведь она участвовала в создании всего проекта. Она вернется прямо на Землю. Она знает как.

Прошло всего несколько минут, когда в комнату вбежала Регина.

– Что происходит? – задыхаясь спросила она.

Пси-таланты Регины и Венеры не были идентичными, но некоторые способности у них были общими. Венера, главным образом, воспринимала чувства, а Регина предметы, но сейчас Регина явно почувствовала, что за тем, что Венера спустилась в нижний подвал кроется нечто очень важное.

– Где Венеция? – спросил Рекс, стараясь выиграть время.

– Она спит. Я оставила ее снаружи. Что случилось с Венерой?

Рекс обнаружил, что не может ничего сказать. Он был, как сказала Венера, генералом, который отдал жестокий приказ, а теперь сидит в безопасности и наблюдает. Он, а не Венера, был самым ужасным преступником во всей истории.

– Ее нет, – наконец, сказал он. – Я не думаю, что мы еще когда-нибудь увидим ее. Ведь ты именно этого хотела, не так ли?

– Если бы не она, не было бы Венеции, – сказала Регина.

– Ты ушел. Ты сказал, что вернешься, но не сдержал обещания.

Рекс грустно посмотрел на нее. Она впервые упрекнула его в этом. Хотя он и не станет с ней спорить – всякий муж должен быть рядом со своей женой в такой момент – Рекс никогда не будет чувствовать себя виноватым, потому что он «должен» был отправиться на Землю, «должен» был рискнуть, а, оказавшись там он уже не мог вернуться обратно быстрее.

Регина бросилась в его объятия.

– Я не имела это в виду, Рекс. Но Венера? Ты должен рассказать мне о том, что произошло. Это ты отослал ее?

– Она сама знала, что должна делать.

– Из-за нас?

Он покачал головой.

– Нет, удобства двух людей тут совсем не при чем.

– Ну, тогда скажи мне!

– Как ты теперь относишься к Венере, Регина?

Она нетерпеливо пожала плечами.

– Ну, она… она и я… нас что-то соединяет. Она могла бы быть моей сестрой. Если ты собираешься сказать мне что-то в этом роде, меня это ни чуть не удивит.

– Она твоя мать.

Регина только выдохнула. Этого она не ожидала. Однако, когда слова Рекса дошли до нее, она даже не стала спорить, не стала выяснять, как у двадцатипятилетней женщины может быть дочь девятнадцати лет.


* * *

– Ну, теперь все стало ясно, – наконец сказала она. – Мне кажется, между нами все встало на свои места. Если подумать, я не сказала и не сделала ничего такого, о чем потом жалела бы. И ведь именно я перевела выключатель, как только его увидела.

– А разве ты этого не знала?

– Нет, – честно призналась Регина. – Иногда я ее ненавидела. Я ей завидовала, и ревновала тебя к ней. Мне казалось, что вы прекрасно подходите друг другу, а я тут совсем не к месту. Но потом, я постепенно поняла, что она никого и никогда не может обмануть. И что в ее сердце живет печаль, потому что в каком-то смысле ее жизнь окончена. Я знала, что она меня любит… Она не любила тебя. Ты был для нее другом, но меня она любила…

– Вот еще одна мелочь, – сказал Рекс, – она могла готовить, наверное, даже лучше, чем ты. Но она…

– Я знаю. – Рекс был удивлен, увидев в глазах Регины слезы – она никогда не плакала. Даже во время болезни после путешествия на Крэсту, он ни разу не видел ни слезинки. Регина плакала только от счастья или облегчения.

– Я должна пойти проверить все ли в порядке у Венеции, – вскочив, сказала она.

Теперь Принцессу звали Венеция, это не обсуждалось, просто было принято как факт. Рекс радовался, что это решилось до того, как стало известно, что Венера ее бабушка. Иногда они называли ее Принцессой. У нее будет два имени. Когда Регина вернулась, она была очень задумчивой.

– Ты сказал, что Венера ушла через второй подвал?

– Она отправилась на Землю.

– Значит, там есть еще одни Ворота?

Рекс рассказал Регине обо всем, что узнал от Венеры – ему захотелось потянуть время. Но в самом конце…

– Что она собирается сделать? – требовательно спросила Регина.

– Уничтожить Землю, – тихо ответил ей Рекс.


* * *

Регина изумленно посмотрела на него, она не понимала его слов.

– Разве тебе это не очевидно, так же, как это было ясно ей и мне? – сердито проговорил Рекс. – Некоторые сыновья и дочери никак не могут перестать цепляться за материнский подол. То же самое произошло и с детьми матери-Земли. Им не пришлось, как тебе, все детство и отрочество провести без родителей. Никто не удосужился перерезать пуповину. Они продолжали зависеть от Земли.

Дети Земли, разбросанные по всей галактике, так и не повзрослели, потому что Земля была такой большой, могущественной и деловитой раньше, что им и не надо было взрослеть. А те поселения, что отделились от Земли, ничего не смогли добиться, было это случайностью или…

– Уничтожить Землю? – недоверчиво спросила Регина.

– Мы видели шесть колоний. Буллан впал в апатию. Крэста охвачена отчаянием. Чатер покончил с собой, потому что Земля не пришла ему на помощь. Лэндфол…

– Не надо про Лэндфол. Я там была. А ты – нет. – Регина помолчала немного. – Лэндфол, – наконец признала она, – никогда не станет местом, где можно жить, пока не будут разорваны связи с Землей, но…

– Лэндфол и все остальные. Некоторые сыновья продолжают жить со своими овдовевшими или разведенными матерями, продолжая оставаться младенцами до тридцати, тридцати пяти, сорока лет. Обычно девушки вызывают у них самое настоящее отвращение…

– Рекс, ради всех святых, перестань говорить аллегориями. Ты хочешь сказать…

– Есть только один способ покончить с этим.

– Самое бесчеловечное массовое убийство в истории?

– Да.

– И Венера на это согласилась?

– Мы не обсуждали этого. Она все поняла сама.

– Ты ее послал?

– Она отправилась туда, – спокойно сказал Рекс.

– Чтобы сделать что? Какие указания ты ей дал?

– Я же сказал тебе, что не было никаких указаний. Она сама все поняла.

– Прекрати повторять одно и то же!

– Она отправилась на Землю. Вот и все.

– Уничтожить Землю? – вскочив на ноги, воскликнула Регина. – Это будет совсем не трудно сделать. Надо только купить парочку хлопушек. О, Господи, чушь какая-то! Как она сможет…

Они посмотрели друг на друга, вдруг почувствовав, как стали близки. Венера была необычной женщиной. Если надо что-то сделать, она с этим справиться. Ей не нужны никакие указания. Она найдет способ решить любую задачу.

– Но она вернется… – проговорила Регина.

– Ты же все понимаешь, – покачав головой, сказал Рекс.

– Если она уничтожит Землю, разве она сможет сбежать, чтобы спастись? Нет. Она останется. Я бы поступил так же, если бы…

Неожиданно Регина рассвирепела.

– Ты позволил ей отправиться на Землю, и не сделал этого сам? Даже если это необходимо… Ну, может быть, ради блага многих… Откуда мне знать? Я ведь всего лишь Двадцатник. Рекс, мы должны ее остановить.

Сейчас Регина обращалась к нему, как к мужу. Он последовал за ней, когда она бросилась в подвал и сбежала вниз по ступенькам, а потом забралась в свой саркофаг…

Он не сдвинулся с места. Она закрыла крышку, потом открыла ее, с отчаяньем посмотрела на Рекса, и снова закрыла крышку.

Рекс проверил свой саркофаг. Он тоже не сдвинулся с места. А саркофаг Венеры был заперт.

– Сломай замок! – крикнула Регина.

В подвале для этого не нашлось ничего подходящего. Рекс пошел вместе с Региной в мастерскую. Там он нежно, но твердо обнял ее за плечи.

– Регина. Это бесполезно.

– Возможно, но мы же должны попробовать.

– Нет, не должны. Венера отправилась на Землю, потому что она этого хотела.

– Хотела… Какая чушь! Как может кто-нибудь хотеть…

– Она понимала, что это необходимо сделать, что она должна это сделать. Я был создан для того, чтобы подтвердить ее знание.

– Если простой Двадцатник вроде меня не может совершить самоубийство, как же Миллионник…

– Регина, – в голосе Рекса больше не было волнения, только нежность, – ты была права. Именно это ты и видела, ты это понимала, и поэтому ты была против исследования Ворот. Но ведь ты все время знала, что твои возражения бессмысленны, что его нельзя остановить.

– Кого его?

– Венера называла его «Наш проект».

– А ты, – с горечью произнесла Регина, высвобождаясь из его рук, чтобы заглянуть ему в глаза, – а ты – та высшая личность, что решает судьбу этого проекта.

– Нет.

– Что ты хочешь сказать своим «нет».

– Главной в нем всегда была Венера. Я понял из ее слов, что изначально тот проект, что убил твоего отца, был очень неопределенным, более оптимистичным и менее реальным. Мы являемся частью плана Венеры. Она одна придумала его. Мы были нужны, я был нужен, чтобы сыграть роль рубильника. Когда ты встраиваешь в цепь реле, в нее нужно добавить рубильник, чтобы в нужное время кто-нибудь мог…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю