Текст книги "Евангелие для настоящей жизни"

Автор книги: Джерри Бриджес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 8
Примирение

Джастин Картер был вне себя. Ему только что запретили водить семейный автомобиль – и не на неделю, и даже не на месяц, а вообще навсегда. Всего лишь несколько недель назад Джастин отпраздновал свое шестнадцатилетие – день, когда он (наконец-то!) получил водительские права. Теперь же его оштрафовали за превышение скорости – 50 миль в час в зоне, в которой действует ограничение до 30 миль в час. Его не слишком беспокоили четыре штрафных отметки в водительских правах или большой штраф, который ему пришлось заплатить. В определенном смысле, в той компании, с которой он общался, это было знаком чести и в некотором роде ритуалом посвящения.

Что действительно задевало Джастина, так это потеря права водить семейный автомобиль. Что подумают его друзья? Вместо того чтобы выглядеть «крутым», теперь он станет объектом насмешек. И что еще хуже – в тот момент, когда мама и папа вынесли свой приговор: никакого автомобиля до тех пор, пока Джастин не изменит своего бунтарского поведения, рядом находился его лучший друг Тони.

Стенания Джастина скоро переросли в яростный крик, а затем в открытую агрессивность. Это был не первый его конфликт с родителями. По сути, с тех пор, как у него в школе два года назад появилось несколько новых друзей, его поведение становилось все хуже и хуже. Родители неоднократно пытались обуздать его – но тщетно. Но в данном случае этот запрет стал для Джастина последней каплей – он не собирался далее терпеть к себе такого отношения.

«Я уйду отсюда, – вызывающе заявил он родителям. – Я буду жить с Тони. Его родители не такие дремучие и строгие, как вы. Они позволяют Тони делать все, что он хочет. Вот уйду и буду жить по-настоящему».

С этими словами Джастин ринулся в свою комнату, впопыхах бросил в рюкзак что-то из одежды. Возвращаясь через гостиную, он не удостоил родителей ни взглядом, ни словом на прощанье. Хлопнув входной дверью, он направился к стоящему у обочины тротуара автомобилю Тони.

Дома у Тони Джастин столкнулся с тем, чего совсем не ожидал. К примеру, Тони все время дрался со своими двумя младшими братьями. Что еще хуже – родители постоянно кричали на мальчиков и друг на друга. Однажды ночью отец Тони пришел домой пьяный, начал сквернословить и угрожать им. Джастин был потрясен. Раньше с ним никогда так не обращались, однако он все равно не мог вернуться домой. Он бросил вызов своим родителям и не мог отступить. Гордости у него было хоть отбавляй.

Мать Тони никогда не готовила для них. Она заказывала пиццу или покупала что-нибудь в супермаркете. Поначалу это было здорово. Не было никаких указаний вроде «кушай овощи», с которыми вырос Джастин. Однако через некоторое время это начало надоедать. Он стал вспоминать о том, как хорошо готовит мама, а ведь он всегда воспринимал это как должное. Он почти ощущал во рту вкус ее фирменного мясного рулета.

Джастин начал все больше и больше думать о доме. Он вспоминал о том, что отец всегда защищал его. Он думал о том, как мама нежно заботилась о нем и о том, как часто она возила его на футбол – спорт, который ему по-настоящему нравился, пока у него не появилась новая компания…

Постепенно Джастин начал приходить в чувство. Он понял, что полная свобода Тони была признаком не любви его родителей, а, скорее, их безразличия. Вместе с этим пришло осознание того, что попытки собственных родителей урезонить его были проявлением настоящей любви к нему. И то, что они несколько консервативны, может быть, не так уж и плохо. В конце концов, его отец никогда не приходил домой пьяным. В голове Джастина прояснилось: он прямо сейчас позвонит маме.

«Мама, – начал Джастин медленно. – Я хочу вернуться домой». Это была просьба, а не извещение. Он очень хорошо знал, какую боль причинил своим родителям за последних пару лет, и потому не был уверен в их положительном ответе.

«Ты действительно хочешь?» – ответила его мама с легкой неуверенностью в голосе. Она не представляла, чего ожидать от возвращения Джастина. Будет ли все продолжаться в том же бунтарском духе? Станет ли он снова пытаться использовать их в своих интересах? Не возникнет ли между ними прежняя натянутость в отношениях?

Когда Джастин заметил ее колебания, сердце его оборвалось. Что если они не примут его обратно? Что он будет делать? Он уже устал от дома Тони. «Да, я хочу, мама. Я действительно хочу». Теперь в его голосе почувствовались нотки мольбы. Он действительно хотел вернуться домой.

Сердце матери отозвалось на просьбу сына. Она почувствовала в его голосе мольбу. «Почему бы тебе не заехать домой, и, когда придет папа, мы поговорим об этом».

«Хорошо, мама. Я буду к шести», – сказал Джастин с надеждой в голосе. Однако, положив трубку телефона, он не был так же исполнен надежды. Неужели он навсегда разрушил свои взаимоотношения с родителями?

Джастин отложил свое возвращение до того времени, когда его отец придет с работы. Он хотел поговорить сразу и с мамой, и с папой. Более того, он попросил Тони отвезти его домой и присутствовать при разговоре с ними. Он отрепетировал, что скажет им, и хотел, чтобы Тони слышал это.

«Мама, папа, – сказал он. – Я сожалею о том, как я относился к вам последние два года. Я был настоящим ничтожеством, но теперь понял, что вы пытались справиться с моим бунтом не потому, что вы старомодные, а потому, что любите меня. Теперь я хочу измениться. Я хочу, чтобы моя жизнь была такой, как когда-то. Я хочу быть тем послушным и счастливым сыном, которым был прежде. Простите ли вы меня и примете ли обратно?» – Джастин выражал полное смирение и раскаяние.

«И еще, мама и папа, – продолжал он. – Я был агрессивен по отношению к вам в присутствии Тони, и потому попросил его прийти со мной и послушать то, что я вам скажу. Он слышал, как я бросил вам вызов, и потому единственно правильным будет, если он услышит, как я прошу у вас прощения». И затем, повернувшись к Тони, он сказал: «Простишь ли ты меня за то, что я плохо обращался со своими родителями в твоем присутствии?».

Тони был захвачен врасплох. Он никогда в жизни не слышал, чтобы кто-то просил у другого прощения. Он не знал, как поступать в таких случаях, и просто сказал, запинаясь: «Конечно, дружище, – а затем добавил: – Я лучше пойду». Сказав это, он поспешно ретировался через входную дверь.

Мать и отец Джастина сразу же бросились к нему, чтобы обнять и уверить в своем прощении. После обеда они расположились в гостиной, и Джастин рассказал им о полученных им уроках и о тех переменах, которые он хотел произвести. Его родители были явно в восторге и пообещали помочь Джастину снова начать жить так, как он жил прежде.

В тот вечер Джастин примирился со своими родителями.

Примирение с Богом

История о примирении Джастина Картера с родителями в некоторой степени иллюстрирует наше примирение с Богом. Примирение по определению предполагает, что ранее имело место состояние отчуждения и враждебности, к которому привели оскорбительные действия одной или обеих сторон. В случае с Джастином причиной его отчуждения от родителей был только его собственный греховный бунт. Хотя он обвинял своих родителей, разрыв отношений был всецело его ошибкой.

В этом смысле Джастин представляет каждого из нас. Именно наш грех отделил нас от Бога (см. Ис. 59:2). Именно из-за своего греховного состояния мы были «врагами Богу» (Рим. 5:10) – то есть теми, кого Бог ненавидит. «Теми, кого Бог ненавидит?» – спросите вы. Неужели Бог действительно ненавидит людей? Да. Как написал псалмопевец: «Ты ненавидишь всех, делающих беззаконие» (Пс. 5:6). Таким образом, когда Павел описал нас как Божьих врагов, он имел в виду не столько нашу греховную ненависть к Богу, сколько Его праведный гнев к нам, обусловленный нашим грехом.

Из-за греховного подтекста, который мы всегда связываем с человеческим гневом, нам сложно постичь святой Божий гнев по отношению к людям. Однако Божий гнев – это просто Его праведное и святое отвращение ко греху и Его святая враждебность по отношению к тем, кто бунтует против Него.

Именно по этой причине тот факт, что Бог примирил нас с Собой через смерть Христа, настолько удивителен. Причиной примирения Джастина с его родителями стало изменение его сердца, его раскаяние и его действия, когда он признал свой грех и попросил у родителей прощения. Но в нашем случае мы были бессильны сделать что-либо (см. Рим. 5:6). Мы не могли помочь себе. Сами по себе, мы не могли даже захотеть сделать это. Как написал Павел в Послании к римлянам (8:7): «Плотские помышления суть вражда против Бога». В своем естественном состоянии никто из нас не захотел бы примириться с Богом.

Тем не менее, хорошие новости Евангелия заключаются в том, что Бог Сам проявил инициативу, послав Своего Сына умереть вместо нас, чтобы удовлетворить Его правосудие и принять Его гнев. Родители Джастина Картера не сделали (и в их ситуации просто не могли сделать) первый шаг. Примирения не могло быть до тех пор, пока Джастин не изменил свое сердце. Однако Бог не ожидал изменения сердца с нашей стороны. Он сделал первый шаг, – и даже больше этого. Он сделал все, что было необходимо для обеспечения нашего примирения, включая изменение нашего сердца. Даже несмотря на то, что Его оскорбил наш грех, Он покрывает нанесенный Ему ущерб смертью Христа. Как написал Павел во 2-м Послании к коринфянам (5:19): «Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их».

В истории Джастина его исповедание и раскаяние, возможно, выглядит несколько преувеличенным. Разве в реальной жизни унизил бы себя шестнадцатилетний парень перед одним из своих друзей? Попросил бы он прощения за неверное обращение с родителями в присутствии своего друга? Скорее всего, нет. Однако полное примирение требует приложения всевозможных усилий со стороны оскорбителя к тому, чтобы возместить нанесенный ущерб. Джастин поступил именно так, и только в этом случае его действия могли (в ограниченном смысле) отобразить примирительную работу нашего Господа. Джастин сделал все, что требовалось для полного примирения со своими родителями. Ни один жгучий вопрос не остался неразрешенным. Его родители были вполне удовлетворены, и потому он полностью вернул их благорасположение.

Когда Иисус удовлетворил Божье правосудие и умилостивил Божий гнев, Он сделал все, что требовалось для устранения враждебности Бога по отношению к нам. Своей смертью Он перебросил мост над огромной пропастью божественного отчуждения от нас и действительно вернул нам дружбу с Богом и Его милость. Но, опять-таки, мы должны помнить о том, что именно Бог – оскорбленная сторона! – послал Своего Сына, чтобы примирить нас с Собой. Как написал Павел в Послании к римлянам (5:10): «Будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его».

Конечно же, это исторически подтвержденное, объективное действие примирения со стороны Христа должно быть принято каждым из нас лично. Именно поэтому Павел написал во 2-м Послании к коринфянам (5:19–20): «Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения. Итак мы – посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом».

Это самый удивительный отрывок Писания. Объективно обеспечив для нас примирение, Христос теперь призывает через вестников Своего Евангелия «примириться с Богом», то есть принять Его действие примирения. Подумайте о том, что это означает. Нам самим должно было простереться ниц пред Богом, умоляя Его примириться с нами, но вместо этого мы видим, как Бог примиряет нас с Собой смертью Сына Своего, а затем призывает нас принять это примирение. Какое беспримерное действие благодати и милости со стороны Бога!

Это тем более удивительно что, как мы знаем, сами по себе мы никогда даже не захотели бы примириться с Богом. Согласно словам Павла, мы были настолько ослеплены сатаной, что никогда не смогли бы даже увидеть свет Евангелия и принять его (см. 2 Кор. 4:4). По этой причине Бог послал Свой Святой Дух открыть наши сердца к пониманию и принятию послания о примирении (см. Деян. 16:14). Какая удивительная любовь, какая несравненная благодать в том, что Бог сделал все необходимое для того, чтобы примирить нас с Собой!

Постоянные перемены

Есть еще одно важное различие между примирением Джастина Картера со своими родителями и нашим примирением с Богом. Всегда существовала вероятность того, что Джастин может в определенный момент времени вернуться в свое прежнее бунтарское состояние. В этом случае он опять был бы отчужден от своих родителей. Несомненно, это было бы спровоцировано им самим, но, тем не менее, отчуждение было бы настоящим. По сути, во второй раз его родители могли бы еще более расстроиться.

К счастью для нас, наше примирение с Богом неизменно и вечно. Поскольку оно было достигнуто для нас Христом, невозможно, чтобы оно когда-либо было отменено. Хотя, даже будучи верующими, мы продолжаем делать то, что само по себе заслуживает Божьего недовольства, мы никогда не сможем вернуться в состояние божественного отчуждения. Бог всегда будет принимать нас ради Христа. И даже когда Бог считает необходимым наказать нас за постоянное непослушание, Он всегда делает это из любви, чтобы опять поставить нас на путь послушания (см. Евр. 12:4-11).

В главе 15 мы увидим, что это примирение влияет на то, как мы живем (по крайней мере, должно влиять). Сама суть нашего спасения гарантирует, что мы не будем оставаться в полном состоянии греха и бунта против Бога. Он не только спасает нас от вины греха и последующего отчуждения, но также избавляет от власти греха и продолжает работать над тем, чтобы постепенно освобождать от действия греха в нашей жизни. Тем не менее, находясь посреди того, что совершает Бог, и борьбы с обитающим внутри нас грехом, мы должны всегда помнить о том, что обретение нами милости и дружбы с Богом всегда основывается (и всегда будет основываться) на том, что для нас объективно сделал Христос как наш представитель и заместитель. Мы навсегда примирены с Богом через смерть Его Сына.

Оглядываясь назад

Мы уже рассмотрели совершенное для нас Христом дело с шести различных точек зрения. Мы увидели, что Он:

• В совершенстве подчинился Божьему Закону

• Удовлетворил Божье правосудие

• Исчерпал Божий гнев

• Убрал наши грехи из Божьего присутствия

• Искупил нас от Божьего проклятия

• Примирил нас с Богом

Одно вполне очевидно: каждое действие Христа направлено к Богу. Он повиновался Божьему Закону, Он удовлетворил Божье правосудие, Он умилостивил Божий гнев, наши грехи были убраны из Божьего святого присутствия, мы были искуплены от Божьего проклятия, и мы были примирены, вернувшись в Его божественное присутствие.

Эта богонаправленность искупительного дела Христа говорит о том, что основным моментом в нашем спасении является всеобъемлющий характер Божьего нравственного правления и воздание Ему чести и славы. Истинно то, что источником нашего спасения является Божья любовь к грешным людям, наподобие вас и меня, однако также истинно и то, что эта любовь может быть проявлена только таким образом, чтобы слава Его святости и почитание Его закона были преумножены. И Иисус сделал это Своей безгрешной жизнью и смертью за грех. Аллилуйя! Что за Спаситель!

Размышляя о славе креста, мы должны видеть, что там не только была удовлетворена наша глубочайшая нужда в спасении, но и что это принесло наивысшую славу Самому Богу. Именно на кресте самым замечательным образом проявился не только Божий Закон, но и Божья благодать, когда были прославлены как Его правосудие, так и Его милость. Но именно на кресте мы также переживаем самое большое смирение. Именно на кресте мы признаемся Богу и самим себе, что не можем сделать абсолютно ничего для того, чтобы заработать или заслужить свое спасение. Как кто-то хорошо сказал: «Мы ничего не сделали для своего спасения, кроме своего греха, который сделал это спасение необходимым».

Когда эти истины проникнут в самую глубину нашего естества, мы начнем с изумлением всматриваться в неисследимое богатство Христово. И затем мы радостно скажем вместе с Павлом: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа» (Гал. 6:14).

Глава 9
Правильное положение перед Богом

В своей популярной книге «Когда с хорошими людьми случается плохое» равви Гарольд Кушнер написал: «Есть только один действительно важный вопрос: почему с хорошими людьми случается плохое? Всякая другая богословская беседа является интеллектуальным развлечением, чем-то наподобие решения кроссвордов в воскресной газете, когда получаешь удовольствие от каждого правильно отгаданного слова. Однако оно совершенно не в силах помочь людям в тех областях, которые их действительно беспокоят».[20]20
  Harold S. Kushner, When Bad Things Happen to Good People (New York: Avon, 1981), 6.


[Закрыть]

Равви Кушнер написал эту книгу в результате трагической жизни и смерти своего первородного сына, который умер в возрасте четырнадцати лет от редкой болезни под названием «прогерия», или «быстрое старение». Однажды я видел равви Кушнера по телевизору, и он произвел на меня впечатление доброго и мягкого человека; людей такого типа вы были бы рады видеть в качестве своих соседей. И, как отец и дедушка, я понимал его глубокое страдание, когда он писал эту книгу. Тем не менее, невзирая на все вышесказанное, я должен со всем уважением, но твердо не согласиться с его заключением о том, что является единственным действительно важным вопросом.

Отложив в сторону обсуждение того, в самом ли деле существует единственно важный вопрос, Библия говорит нам, что в свете вечности мы действительно сталкиваемся с самым важным вопросом: как грешный мужчина или грешная женщина может обрести правильные взаимоотношения с бесконечно святым и праведным Богом? В конце концов, Иисус сказал: «Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Мк. 8:36). Предположим, что кто-то прожил всю жизнь, не испытывая ничего, кроме преуспевания и счастья, однако умер, не имея достойных взаимоотношений с Богом. Что он приобрел? Фактически, он потерял все.

Что в таком случае подразумевается под правильными взаимоотношениями с Богом? Поскольку Бог Сам совершенно праведен и не может смотреть одобрительно на любую неправедность, единственный способ иметь правильные взаимоотношения с Ним – быть совершенно праведным: таким же праведным, как и Он. Но в этом и состоит наша проблема, поскольку, как написал Павел: «Нет праведного ни одного» (Рим. 3:10). Что же нам делать? Следует ли прилагать больше усилий? Это нам не поможет, потому что, как отметил Павел: «Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть; ибо законом познается грех» (Рим. 3:20). Независимо от того, насколько сильно стараемся, мы никогда не достигнем совершенной праведности, приемлемой для Бога. Таким образом вопрос остается открытым: как мы можем достичь правильных взаимоотношений с Богом?

Праведность Божья

К счастью, апостол Павел отвечает на этот вопрос в Послании к римлянам (3:21–26). Предварительно описав наше затруднительное положение в стихе 20, Павел заявляет о том, что Бог предоставил нам решение: «Но ныне, независимо от закона, явилась правда Божия» (стих 21).

Что собой представляет эта праведность Божья? В известной истории из жизни Мартина Лютера он поначалу думал, что праведность Божья – это праведность, которую Бог требует от нас в совершенном исполнении Его Закона. Поскольку Лютер все больше и больше осознавал, что никогда не сможет соответствовать этому невыполнимому требованию, он все больше и больше начинал злиться на Бога. Однажды он воскликнул: «Любить Бога? Я ненавижу Его».[21]21
  Robert H. Bainton, Here I Stand: A Life of Martin Luther (Nashville: Abingdon Press, 1950), 44.


[Закрыть] В конце концов, он осознал, что праведность Божья – это праведность, предоставленная нам Богом. В это время он сказал: «Вслед за этим я почувствовал себя возрожденным и входящим через открытые двери в рай».[22]22
  Bainton, 49.


[Закрыть]

Что в таком случае представляет собой эта праведность Божья, о которой нам говорит Павел и над которой бился Мартин Лютер? Это праведность, которую Он одновременно требует от нас и предоставляет нам. Это праведность, которую Он требует, поскольку должны быть исполнены малейшие повеления Его Закона – как заповеди, так и наказания. Хотя эта праведность независима от Закона в том, что касается нас, она не так уж далека от него в том, что касается Бога. Скорее, это должна быть праведность, которая в совершенстве исполняет праведные требования Его Закона и в то же время удовлетворяет требованиям Его правосудия по отношению к тем, кто нарушает Его Закон.

Таким образом, эта праведность Божья – не что иное, как совершенная праведность Иисуса Христа, Который через Свою безгрешную жизнь и Свою смерть в послушании воле Отца в совершенстве исполнил Божий Закон как в отношении заповедей, так и в отношении наказаний. Другими словами, эта праведность, которую Бог одновременно требует и предоставляет, охватывает весь совершенный Христом труд, который мы изучали до сего момента.

Оправдание

Это подводит нас к библейскому слову, которое определяет одну из основных тем Павла как в Послании к римлянам, так и в Послании к галатам: «оправдание». Это слово встречается в Новом Завете (обычно в виде глагола «оправдывать») около сорока раз, преимущественно в посланиях Павла. Для того чтобы правильно понять значение этого слова, полезно опять взглянуть на стих из Послания к римлянам (3:20), где Павел написал, что «делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть» (курсив автора). Буквальный перевод этого стиха звучит так: «Делами закона никто не будет оправдан в Его глазах». Таким образом, «оправдать» означает «объявить праведным». Оправдание – это Божье заявление о том, что мы праведны пред Ним.

Для нас оправдание подразумевает, что Бог простил все наши грехи и принял нас как праведных в Его глазах. Как это может быть? Как может Бог принять нас праведными, когда даже самые лучшие наши дела и близко не соответствуют праведным требованиям Его Закона? Ответ заключается в нашем юридическом единстве со Христом.

Мы рассматривали наше юридическое единство со Христом в главе 3, однако на данном этапе будет полезно затронуть этот вопрос еще раз. За всю историю человечества Бог назначил двух человек исполнять роль официальных глав или представителей двух категорий людей. Адам был назначен Богом представлять весь род человеческий, за исключением Иисуса. В силу нашего представительного единства с ним, в тот момент, когда он согрешил, мы тоже согрешили. Более подробно я рассматривал этот вопрос в главе 2.

Иисус был назначен стать официальным главой, чтобы представлять Своей жизнью и смертью всех, кто когда-либо поверит в Него. Вот почему Павел делает заявления, наподобие «я сораспялся Христу» (Гал. 2:19) и «Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним» (Рим. 6:8). Мы были распяты со Христом и умерли с Ним, потому что Он был нашим представителем как в Своей жизни, так и в Своей смерти. Поскольку мы верой едины с Тем, Кто совершенно праведен, Бог принимает нас как совершенно праведных. Бог не прибегает к какой-то юридической фикции, называя праведным то, что таковым не является. Скорее Он объявляет нас праведными на основании реальности совершенной праведности Христа, приписанной нам по причине нашего единства с Ним.

Апостол Павел очень лаконично выразил это в моем любимом стихе Писания из 2-го Послания к коринфянам (5:21): «Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем [через свое единство с Ним] сделались праведными пред Богом». Таким образом, Бог взял наш грех и приписал (вменил) его Христу, а также взял Его праведность и приписал (даровал) ее нам. Выражаясь современным языком, Бог поступил со Христом так, как того заслуживали мы, с тем чтобы Он мог поступить с нами так, как того заслуживал Христос.

Роль и сущность веры

Возвращаясь к Посланию к римлянам (3:21–26), мы читаем в стихе 22: «Правда Божия через веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих». Так мы переживаем действие Божьего оправдания и обретаем правильные взаимоотношения с Ним через веру во Христа. В предыдущих абзацах мы увидели, что оправданы по причине нашего единства со Христом. Здесь же сказано, что мы оправданы через веру. Оба утверждения истинны, поскольку мы объединены со Христом именно через веру, когда Его жизнь становится нашей жизнью, Его смерть становится нашей смертью, а Его праведность – нашей праведностью. Все, что Христос объективно совершил для нас, применимо к нам и принято нами через веру в Него.

Когда дело касается оправдания через веру, Павел похож на собаку с костью, которая ни за что не даст ее отобрать. Он не устает вколачивать в читателя истину о том, что оправдание достигается верой, а не делами. К примеру, в стихе 28 он говорит: «Ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона». Этой истине он посвятил всю четвертую главу Послания к римлянам.

Или рассмотрим только один короткий абзац из его Послания к галатам (2:15–16):

Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.

Обратите внимание на повторение слова «оправдываться». Я часто в шутку говорю, что труд Павла не был бы принят моим редактором, потому что редакторы по природе испытывают крайнюю неприязнь к частому использованию одного и того же слова. Однако Павел кое на чем настаивал и хотел быть уверенным, что верующие в Галатии не упустят этого: мы оправданы верой в Иисуса Христа, а не соблюдением закона. И эту же мысль он более полно раскрывает в 3-й и 4-й главах Послания к римлянам.

Если вера настолько важна, настолько необходима для того, чтобы нам быть оправданными, мы должны исследовать сущность веры более полно. В этом нам поможет отрывок из Послания к римлянам (10:13–15):

Ибо всякий, кто призовет имя Господне, спасется. Но как призывать Того, в Кого

не уверовали? Как веровать в Того,

о Ком не слыхали? Как слышать без проповедующего? И как проповедывать,

если не будут посланы? Как написано:

«Как прекрасны ноги благовествующих мир, благовествующих благое!»

Обратите внимание на четыре глагола, использованных в этом отрывке: «призывать», «веровать», «слышать» и «проповедовать». Эти четыре слова, расставленные в обратной последовательности, помогают нам понять сущность веры. Во-первых, кто-то проповедует. В свете стиха из книги Деяния (8:4), под словом «проповедовать» следует понимать любые случаи благовествования будь то отдельному человеку или публике. О чем следует проповедовать? В Послании к римлянам (10:17) сказано: «Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия». В контексте Послания к римлянам то, что проповедуется, безусловно, Евангелие, которое Павел уже подробно объяснил.

Когда кто-то рассказывает Евангелие, человек слышит его. Простая логика Павла прекрасна. Прежде чем человек сможет поверить, он (или она) должен сперва услышать изложение Евангелия. У веры должно быть содержание. Это не прыжок в темноту в надежде, что все закончится хорошо. Вера включает слышание и понимание послания. Вера направлена на центральную часть истины – на Евангелие.

Я не хочу размышлять над тем, сколько Евангелия человек должен услышать и понять, чтобы развить веру, однако это как минимум включает в себя истину о том, что «Христос умер за грехи наши по Писанию» (1 Кор. 15:3). В то же время, оно должно быть достаточно простым даже для понимания ребенка.

После того как человек услышал послание, он (или она) должен поверить в то, что содержание Евангелия истинно и применимо к его (или ее) ситуации. Однако обратите внимание на то, что Павел не останавливается просто на вере в услышанное слово. Он пишет о вере в Того, о Ком услышали. Объект нашей веры – не просто содержание проповеди, но Тот, о Ком эта проповедь.

Наконец, поверив в Иисуса, мы призываем Его имя. Мы можем назвать этот последний этап «призвания» имени Христа принятием Его или верой только в Него для нашего спасения. Писание использует несколько слов для описания «призвания», к примеру: «принимать» (см. Ин. 1:12) и «веровать в» (см. Ин. 3:16; Рим. 4:5). Пуритане использовали для этого одно изящное выражение. Они говорили о том, что «закрыты» со Христом, используя это слово в том же смысле, в котором мы говорим о закрытом доме.

Я люблю говорить, что развитие веры подразумевает отказ и упование. В Писаниях сказано, что вера во Христа обязательно приводит к отказу от всякой надежды на свои добрые дела, какую бы форму они ни принимали (см., к примеру, Рим. 4:4–5; 10:1–4; Гал. 2:15–16; Еф. 2:8–9). Затем мы должны всецело уповать на совершенную праведность Иисуса Христа. Павел говорит о «не делающем, но верующем в Того, Кто оправдывает нечестивого» (см. Рим. 4:5). В смысле нашего оправдания надежда (хотя бы в малейшей степени) на наши собственные добрые дела является полной противоположностью полному упованию на праведность Христа. Этот полный отказ от всякой уверенности в своей добродетели и полное упование на Христа и на то, что Он совершил для нас, прекрасно отражены в знаменитом гимне Августа Топлэди «Скала вековая»:

Ничего не принес я в руках, —

Просто крепко за крест ухвачусь.

То же самое отношение отказа и упования хорошо выражено в гимне Эдварда Моута «Крепкая скала»:

Покой моих надежд – ни в чем другом,

Как в силе святости и крови Иисуса.

Своих заслуг уже не вижу я кругом,[23]23
  Третья строка – это более позднее исправление, внесенное в двадцатом веке неизвестным автором в исходную строку Моута, которая звучит так: «Да не понадеюсь на лучшее, что вижу в себе».


[Закрыть]

Но опираюсь лишь на имя Иисуса.

Таким образом, мы оправданы только тогда, когда приходим ко Христу с пустыми руками, не заявляя о своих заслугах, но крепко держась верой за Его кровь и праведность. Мы сразу же переходим из состояния осуждения и духовной смерти в состояние помилования, принятия и несомненной надежды на вечную жизнь. Наши грехи изглажены, и мы «облачены» в праведность Иисуса Христа. В своем положении пред Богом мы никогда не будем более праведными (даже на небесах), чем в тот день, когда мы поверили во Христа, или чем в данный момент. Очевидно, что в своей повседневной жизни мы очень далеки от совершенной праведности, которую требует Бог. Однако по той причине, что Он вменил нам совершенную праведность Своего Сына, Он теперь смотрит на нас как на точно таких же праведных, как и Сам Христос.

Мир с Богом

Более того, Павел говорит: «Оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа» (Рим. 5:1). Это объективный мир. Война окончена. Отчужденность и божественное недовольство по отношению к нам, обусловленное нашим грехом, устранено. Мы больше не являемся объектами гнева. Осознаем мы это или нет, но мы имеем мир с Богом. Однако лишь до той степени, в которой понимаем истину о нашем оправдании и верим ей, мы будем переживать субъективный мир, то есть ощущение мира в нашей душе. И мы будем знать, что избавлены от состояния осуждения и перспективы вечного суда и переведены в состояние Божьего прощения и благосклонности.