Текст книги "Подарок в Сочельник (СИ)"

Автор книги: Джас Риччи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

24 глава

За столом было много вопросов. Мне. Со всех сторон, и я лавировал между этим потоком до тех пор, пока к нам не присоединилась Оля и Ника. Как только племяшка оказалась рядом со мной, остальные взрослые замолчали о родителях девочки.

– А я видела, как спит Артур. Он такой красивый и смешной. И я хочу братика,– сфальшивила "р" мелкая и улыбнулась нам, стащив стрелки огромный бутерброд, – мама говорила, что скоро мне его купит.

– О боже!

Оля сорвалась с места, прижала ладонь к губам и сбежала.

– Тетя Оля вспомнила, что утюг не выключила, – пояснил я испуганно глядящей в след Ольги Нике.

Каждый из присутствующих ощутил боль и горечь от слов племяшки. Но концерт ведет одна скрипка.

После ужина поговорю с Полиной Матвеевной. Пока эта неуравновешенная дурочка не придет в себя, я не доверю ей ребенка. Что будет, когда Ника поймет, что что-то неладно. Начнет плакать и проситься к родителям?

Пиздец какой-то.

Алевтина Григорьевна вызвалась уложить внучку, ее муж тоже откланялся. За столом остались я, Павел, Ольга и Полина Матвеевна.

– Завтра сложный день, нужно держаться, – сжимая в руке платок, говорит бабушка.

– Что-то нужно помочь, Игорь? – обращается Павел.

Ольга же монотонно расколачивает в чашке несуществующий сахар и не реагирует на нас.

– Нет, только решить вопрос с местом. Все остальное сделает похоронное агентство. Я уже все заказал и оплатил. Сказали, даже одежду сами купят.

Я на Ольгу тоже не смотрю. Потому что желание хорошенько ей ввалить никуда не делось.

– Они должны быть рядом. Так положено.

Полина Матвеевна слишком воодушевленно хватается за эту проблему.

– Если это не проблема на городском кладбище, то нужно работать в этом направлении, – поддерживает Павел и смотрит на меня.

– Проблем не будет. Оказалось, что они недавно поженились. И Дима удочерил Доминику, которую Алена изначально на него не оформила. Более того, – я поворачиваю голову к Оле и смотрю на нее. – Ты и я назначены ее опекунами до ее совершеннолетия. Это указано в их завещании.

– Я?! – она ошарашенно смотрит на бабушку, – а почему я? Не ты или моя мама?

– Ты молодая, – пожала плечами Полина Матвеевна. – Да и мы разве помогать не будем? Будем. Алена всегда выделялась, не прислушивалась к старшему поколению, хотела идти в ногу со временем, по молодежному. Такого же хотела и для дочери.

Я внимательно слушаю и понимаю, что она права. Алена была своенравной, как Ольга, но спокойнее, не такая буйная нравом.

Впрочем, Дима не был спокойным, как я. Я умею контролировать свою темную сторону. Брат был той еще истеричкой.

– Если ты против, я не давлю. Справлюсь. На тебя итак много навалилось.

Ольга словно не понимает всей глубины проблемы и смотри на нас так, словно мы сошли с ума.

– То есть мне отдадут на воспитание Нику? – у нее шок в голосе.

– Не совсем. Нам отдадут. И поскольку я старше, имею свою жилплощадь, стабильный доход, то я их выбор номер один. Цитирую нотариуса, не бахвалюсь.

Я устало тру переносицу.

– Нам придется учиться сородительствовать. И для этого было бы неплохо, если бы ты начала меня слышать и слушать.

– У меня тоже есть квартира, если нужно, пропишу здесь Олю и Артура. Оля обеспечена всем, – бабушка вдруг включается в реальность и упрямо смотрит на меня.

– Мне кажется эти вопросы можно обсудить позже. Вопросы опекунства. Простите, Полина Матвеевна, мой мозг пока занят завтрашним днем и похоронами. Думать обо всем одновременно мы, мужчины, как вы, женщины, не умеем. Давайте разберёмся с одним, потом будем разбираться с другим.

– Он прав, нам пора расходиться. Об это позже, на трезвую голову.

Ольга просто уходит.

– Я тебя проведу, Игорюша.

Полина Матвеевна идёт со мной к выходу.

– Спасибо, – говорю ей, – за ужин и все остальное. Вы завтра останетесь с Никой и Артуром? Или кто-то другой?

– Паша останется. Он сможет, у него есть дочь, но он в разводе. Не переживай.

Бабушка обнимает меня и целует.

– Мне так жаль, что все так вышло. Но я молю тебя об одном: усмири ее, сделай все, чтобы у вас не забрали Никушу. Ты же знаешь эту опеку, им то брак подавай, то условия, то ещё кучу всего в довесок.

– Брак не проблема, – оговариваю сразу, – я все равно собирался на ней жениться, пока она не сделала финт ушами и не обнаружилось, что она патологическая врушка и постоянно меня обманывала. С остальным разберемся. Опека зубастая, но и мы не беспомощны. Главное, чтоб она сотрудничала со мной, а не воевала против меня.

– Я ее лично ремнем выпорю! Она извела меня, и этот вой в подушку последние недели меня просто убивал. Она, глупа, видимо не знает, что я все слышу. И Артур, он же чувствует.

– Артура больше всего жаль. Вся ее нервозность передается ему и отражается на нем. Хоть бы о сыне думала, раз о себе не думает.

Я недовольно поджал губы. Меня совсем не радует, в каком состоянии я ее вижу. Было проще соблюдать дистанцию, когда я видел ее с Павлом и думал, что она окручивает нового мужика. Слышать, что она ревет в подушку печально. Но человеку нельзя помочь, если он не готов помощь принять. Она не готова. Не от меня в любом случае.

– Я позвоню утром, когда сообщат точное время. Цветы и венки не покупайте, я все заказал, от всех, они привезут.

– Ты прекрасный мужчина, Игорь. И она тебя любит, я уверена. Просто то предательство сломило ее. Она винит себя, и больше всего боялась твоего осуждения. Я убедила ее в том, что тебе можно доверять. Но у вас, молодых, все так быстро развивается. Ваши универовские страсти просто взорвали чат и мой мозг. А Оля защищается, нападая. Не думает о последствиях, в потом страдает.

– Оля не понимает, что защищаться от меня не нужно, я не нападаю. Я уже слишком стар для таких игр. Я видел все это у Димы и Алены, и никогда себе подобного не хотел.

Я вздохнул. Еще раз обнял женщину.

– Поеду. Отдыхайте. Завтра нам всем предстоит сложный день. Пожалуйста, возьмите с собой успокоительные. Я в них не разбираюсь, но на таком мероприятии могут пригодиться.

– Не переживай этого добра у нас теперь полно.

За мной тихо закрывается дверь, а я иду вниз, пытаясь держать себя в руках до возвращения домой.

25 глава

Ольга

Меня пытались не взять на похороны. Они вообще с ума сошли?! Она была моей кузиной! И хоть у нас разница в возрасте, все равно между нами были теплые отношения. Несколько скандалов, и меня никто не трогал. Я не слабая, просто слишком натянутая за последние недели. Переживу. Сильная. Просто приду в себя. И Ника. Она должна быть в нашей семье. Бабуля не переживет расставания с правнучкой. Ей итак много выпало по судьбе. Вначале дочь, теперь внучка умерла.

Смотреть на молодые тела было тяжело. Больше никогда не улыбнутся, не придут в гости, не позвонят. И это злит! Молодые не должны умирать так рано!

Похороны были тяжёлыми. Но поддержка семьи всегда высоко ценилась между нами. И Игорь прекрасно организовал похороны и прощание.

Конец дня был ещё хуже. Слез не был, только чувство опустошения внутри, когда увидели рядом с Пашей Нику. Она уже начала задавать вопросы о родителях. А мы оказались в тупике, не зная, что сказать.

Следующий день в нашей квартире был сумасшедшим. Капризы Артура, у которого лезли зубки, сборы папы и мамы домой, отъезд Паши. И Ника, она не понимала, почему вдруг все разлетаются, а ее родителей нет.

Во второй половине дня, после дневного сна, приехал Игорь. Я слышала, как бабушка открыла ему дверь.

– Соберите, пожалуйста, Доминику. Надеюсь, мы успеем до закрытия всех инстанций, – услышала я четко его фразу после дежурного обмена приветствиями и любезностями.

– Какие люди и без звонка, – я иду в прихожую, доедая из тарелки остатки творога, – к чему такая поспешность? Который час ты видел?

– Не слепой, – бросает он мне, и снова обращается к бабушке. – Соберете?

– Конечно, дорогой. Она уже встала, схомячила пирожок...

– Я свожу ее в кафе на месте и хорошо покормлю. Главное, успеть застать эту мымру с начесом, чтоб на карандаш не попасть.

– То есть ты у нас здесь все решаешь один? Великий и могучий Гуров. Браво. А я здесь кто?! – закипаю с полоборота.

– Последняя буква в алфавите, – подсказывает и вновь устало трет переносицу.

– А ты первая? Царь и бог? А не считаешь ли нужным меня так же поставить в известность?

Я его сейчас вытолкаю из этой квартиры. Это надменное лицо просто бесит.

– Научишься нормально разговаривать, пообщаемся. Пока, по-хорошему, отъебись. Пока я добрый. Ты отстранилась и в душе не ебешь, к чему спешка, а я знаю, что делаю. И ты будешь слушать меня, если хочешь сохранить ребенка, нравится тебе это или нет. Опека – это не шутки. Твои истерики им не всрались. Сделай хоть что-то, что им не понравится – Доминику у нас заберут. Хочешь этого?

– А ты думаешь, что я полная идиотка и не знаю, какие условия? Паша юрист и все нам объяснил. Если я в ближайшее время выйду замуж, никто у меня Нику не заберёт. Я женщина, имею опыт с детьми, ты мужчина, у тебя свободная жизнь.

– Если ты сейчас продолжишь меня бесить, ты выйдешь замуж прямо сейчас, я за волосы затащу тебя в загс и нас распишут. И лучше бы тебе воспринять это всерьез. Потому что лучшего предложения ты не получишь. Откажешься – я завтра же женюсь на своей бывшей, и она с радостью поможет мне воспитывать ребенка. А вот тебе подобный финт ушами не советую – Руслан вылетит из университета быстрее, чем успеет попасть к тебе под каблук фиктивного брака. Все поняла?

Он делает шаг вперед и вжимает меня в стену. Атмосфера вокруг так и искрит.

– У тебя время подумать пока мы с Никой катаемся. Размер кольца можешь написать в смс.

– Я сейчас же позвоню Паше, и мы найдем способ тебя уделать. Не беси меня!

Ладонями пытаюсь оттолкнуть Гурова от себя. Я настолько в бешенстве, что мне плевать на то, что он так вкусно пахнет.

– Да заткнись ты, задолбала, – рявкает у моего рта, а потом затыкает его поцелуем.

Жадным, грубым и из которого не вырваться.

Отрывается, когда входят бабушка и Ника. Моментально берет себя в руки.

– Жду смс.

– Я с вами поеду, только Артура одену!

Ага, сейчас я побежала замуж за него.

– У меня нет времени закреплять автолюльку, – тут же отрезает Игорь. – Мы туда и обратно. Не успеешь и соскучиться, – ухмыляется под конец.

Вот гад! Губы теперь пекут. Зачем?! Бесит! И его вкус бесит. Опять буду реветь в подушку! К черту, его к черту!

Это я в постели ему позволяла доминировать, в реальности не на ту нарвался.

Случайно смотрю в сторону бабули и вижу кулак, который мне угрожает. И взгляд у нее воинственный.

– Никуша, ты на кухне забыла свое печенье, пусть бабушка тебе поможет найти его.

Как только они бегом двигаются по квартире, я ехидно улыбаюсь и поворачиваюсь к Гурову.

– Хреновый из тебя романтик.

Моя ладонь сжимает его мужское достоинство.

– Попробуй дубль два, и может быть я соглашусь на фиктивный брак, – шепчу у его губ.

Он склоняется к моим губам и вновь жадно припадает к ним. Поцелуй такой, что я горю вся, не только губы.

– Я вернусь, – обещает, сжав пальцами мою талию. – Подумай о моем предложении.

– Только попробуй меня подставить, я сделаю твою жизнь полной задницей, мой герой, – рычу ему в лицо, а сама дрожу от жара его рук.

Я хочу этого гада. И это меня убивает.

– В отличие от некоторых, я всегда держу свое слово, – обжигает ухо его дыхание. – Жди.

Облизываю губы и ехидно улыбаюсь, вздернув нос вверх. Стою, как дура, спиной вжимаясь в стену и едва слышу смех Ники и бабушки.

– Они целуются! – хохочет племяшка.

– Брысь с дядей!

Ника смеется, и Игорь отрывается от меня, поворачивается и обращает внимание на племяшку.

– Полетели, фея. Нас ждут великие дела, а потом еда и шоппинг, – беглый взгляд на меня. – В путь!

Подхватывает девочку и помогает бабушке одеть ее в верхнюю одежду.

– Почему ты опять на меня так смотришь? Что я опять сделала не так?

Как только дверь за Игорем и Никой закрылась, я посмотрела в сторону бабушки.

– Хочу увидеть проблеск здравомыслия, – улыбается бабушка. – Что ты ему скажешь, когда он приедет?

– Пошел вон не культурно? – улыбаюсь ехидно и иду готовить чай.

– Ольга! – взгляд бабушки становится суровым. – Мы уже вели этот разговор. Не потеряй то, что твое. Этот мужчина – твой. Вселенная не говорит – кричит. У вас двое детей. Пора думать головой, малышка.

– Он меня едва терпит, ты вообще представляешь нашу жизнь с ним? – пытаюсь скрыть отчаяние, хотя что-то внутри переворачивается от осознания, что он будет моим. Если не навсегда, то хотя бы какой отрезок жизни.

– Это тебе кто сказал? Что еле терпит?

– Он ведь весь честный и правильный. Правду любит. Интересно, как долго я буду жива, когда он узнает о сыне?

Я едва не уронила чашку с кипятком от страха, когда представила его лицо.

– Олечка, – голос бабушки снова стал мягким. – Если ты правильно ему скажешь, без того, как ты обычно любишь это делать: без вызова, без упрека, без скандала – он обрадуется. Он сказал мне, что хотел на тебе жениться. Даже не зная, что Артур его.

Чашка все же летит на пол, а брызги кипятка обжигают кожу. Я чувствую боль, но не пытаюсь отойти в сторону.

– Я хотела ему все рассказать после нашего с тобой разговора, но эти стервы не дал шанса.

– Ты все еще можешь это сделать. Шанс есть всегда, пока мы живы. Не упусти свой, – бабуля подходит ко мне, обнимает, и мягко отталкивает в сторону от лужи с кипятком.

Легко сказать. Теперь, когда случилось горе в семье Алёны, начался новый виток отношений. И я прекрасно понимаю, что Игорь действует, как по нотам. А я эти дни не в себе, потому что отвечать за второго ребенка страшно.

Ника уже давно не младенец, она озорная и игривая. Такими и должны быть счастливые дети. Но у меня предчувствие, что малышка, осознав ситуацию, в которой оказалась, изменится. А я не смогу ей объяснить, куда исчезли мама и папа.

– Я не уверена, то после последних событий, хочу ещё раз окунуться в его осуждение и безразличие.

– Ты по-прежнему не видишь связи между своими действиями и его отстранением? – хмурится бабушка, вернувшись на свое место. – Зачем ты представила его Паше своим преподавателем? А Пашу и вовсе ему не представила, заставив гадать, что за мужчина у тебя в квартире ночует?

– Я Паше все потом объяснила. А Игорю не успела. И вообще, ба, может мне лучше на луну сбежать? Я запуталась, я плохо сплю. И мне страшно.

– От себя на луну не сбежишь, девочка моя, как не пытайся. Что тебе нужно, так это стать рядом с Игорем, а не против него. Он с тобой не воюет, ты с ним да. Запомни одно: мужчина голова, женщина шея. Куда ты крутишься, туда он поворачивается. И ты накрутила узлов на пол жизни вперед. Пора начинать их распутывать. Ребенок не котенок. Большая ответственность. БОльшая чем Артур. Артур твой, и никто не отберет его у матери. А Нику могут, если увидят, что вы между собой договориться не можете.

– Я вообще не понимаю, зачем такие условия. Неужели мы с тобой не сможем сами воспитать девочку? И тут дело не в Игоре. А если бы братом был женатый мужчина.

– То Нику отдали бы ему и его жене. Ты студентка, с маленьким ребенком на руках. Плюс двоюродная, а брат родной. Это благо, что братом оказался Игорь. Это упрощает все для нас.

Не так я представляла развитие наших отношений. Далеко не так. И с чем в итоге?

Мозг кипит, но внутри что-то кричит, что нужно собраться с мыслями и взрослеть ещё больше. Я итак год назад резко выросла из тусовок и свободной жизни. Теперь мои хотелки на втором плане. Артур – самое ценное, что могла подарить мне судьба. И он так похож на Игоря. С каждым днём всё больше и больше.

– Я так устала рычать на все стороны. Я хочу просто расслабиться. И знаешь, а я рада, что ушла на индивидуальный график в свой прежний универ. Изначально было ошибкой куда-то бежать.

– Я тоже хочу, чтоб ты расслабилась, дитя. Видит Бог на тебя слишком много свалилось. И с Никой… Я боюсь, что не будет просто. Она маленькая, со временем адаптируется, но кризис трех лет и такие перемены… Сложно будет. Нам всем. Поэтому перестань бодаться с Игорем для начала, и действуйте единым фронтом. Это в общих интересах.

– Я постараюсь, – улыбаюсь, – но это не точно. Зачем ему пресная жизнь? Это же скучно.

– Жару надо давать друг другу за закрытыми дверями, – смеется бабушка.

Остаток дня провожу в заботах по дому, сыне, помогаю бабуле с ужином. Несколько раз хотела набрать номер Игоря, но не решалась нажать вызов. Он занят, и лучше бы у него все получилось. А то знаю я наших сердобольных чиновников, сразу начнут ставить палки в колеса. Словно в нашей стране все дети в семьях живут идеально.

– И кто это пытается от меня сбежать?

Артур прикольно ползет по полу и смеётся, я же делаю это по его подобию и тоже смеюсь. Бабушка сидит рядом в кресле и вяжет носки.

– Игорь случайно тебе не звонил?

– Написал. Выехали, скоро будут, – отвечает бабушка, перебирая спицами.

Не проходит и минуты, как раздается звонок в дверь. Думала он, нет.

Доставка. Цветов. Мне.

Странно. Ни записки, ни каких-либо опознавательных знаков.

Несу огромный букет кремовых роз в гостиную и ехидно комментирую.

– Счастье привалило оттуда, откуда не ждали. Прелесть то какая. Кто бы это мог быть ?

– Действительно, некому ведь цветы дарить, – ехидно комментирует бабушка.

Я ставлю цветы в вазу и возвращаюсь назад в комнату, когда вновь звучит звонок в дверь.

26 глава

На этот раз это те, кого мы ждали.

– Букет уже доставили? Отлично. Вот, – протягивает мне маленький красивый пакетик, а в нем коробочка.

– Если там не пицца, которую я хочу, я тебя возненавижу до конца дней, – улыбають искусственно, а руки дрожат.

Эта моя бравада заставляет говорить все что угодно, но только не по делу.

– О нет, – усмехается. – Пиццу мы с Никой съели по дороге. Да, принцесса?

Девочка охотно соглашается и танцует у моих ног.

– Аткрой, – подсказывает мне.

– Все с вами понятно, остальные голодают, а вы шикуете.

Я сейчас в обморок хлопнусь от дрожи внутри. Открываю коробочку и едва сдерживаю восхищение.

– Ммм, прикольно, и что с ним дальше делать? – ехидно улыбаюсь женишку.

– Ника, подскажешь Оле? – продолжает раздевать малышку Игорь.

– Ну на пальчик адень! – возмущается девочка, показывая свои пальчики.

– Я не настолько меркантильная, чтобы надевать самостоятельно. Твой дядя же принц? Тогда пусть делает всё по плану.

Смотрю ему в глаза и ликую. Что, съел?

– Принц, – подтверждает мелкая.

– Что, на колено стать? – усмехается, переводя взгляд с Ники на меня.

Было бы неплохо не только на колени встать. Дура. Пошлячка. Потому что смотреть в его насмешливые глаза не могу. Чертов самец. Когда его не было рядом, я была немного адекватной. Теперь мозг постоянно сбоит, а тело бросает в жар.

– Плохой жених, ничего толком не продумал. Дать вторую попытку?

Похоже Нике надоели наши странные разговоры и она сбежала в гостиную к гулящему Артуру.

– До утра выпендриваться будешь?

Он поднимается на ноги и делает шаг ко мне.

– Каков будет твой положительный ответ?

Берет мою ладонь, тянет на себя и бескомпромиссно надевает на палец кольцо.

Ладонь выпускает не сразу. Смотрит какое-то время.

– Тебе идёт, – говорит негромко. И поясняет, – золото и бриллианты. Будешь хорошей девочкой, буду стараться баловать почаще.

Его взгляд становится насмешливым и нахальным.

– А тебе нравятся хорошие девочки? Гм... Я почему-то считала, что тебя заводят такие, как я. Очень и очень непослушные, Гуров.

Неожиданно даже для себя кончиком языка прикасаюсь к его шее и щекочу кожу, томно простонав.

– Меня не заводят такие как ты, – сказал, как отрезал.

Не успела я и ахнуть, как у моих губ прозвучало.

– Меня заводишь ты. Только ты.

Его широкая ладонь легла мне на шею, и он прижал меня к себе, своровав жадный поцелуй.

– Неет, бабушка, они не бьются! Цулуются, – слышу довольный голос Ники словно издалека, так сильно увел почву из-под ног его поцелуй.

– Стерва мелкая, она тебя обожает, и поэтому ревнует ко мне. Или у меня паранойя? – рычу от того, что Ника постоянно на стрёме.

– Меня все обожают, – бахвалится как обычно. – Пиццу заказать? Ты есть хотела.

– Вообще-то у нас есть своя, домашняя, но она называется мясной пирог. Зря что ли замуж меня берешь? – тычу пальцем в сторону кухни. – Кстати, с меня еда, уход за детьми, а с тебя деньги и секс? Я же все правильно уяснила в этой игре, под названием брак? Или у тебя будут свои уточнения?

Гад, почему же он такой вкусный и горячий? Или это я уже не в реальности, когда Гуров так ко мне прижимается?

– Секс и деньги гарантирую, – смеется, проходя на кухню за мной следом. – Насколько хороший секс и хорошие деньги видимо сейчас поймем по пирогу, – тут же подкалывает.

Невыносим.

– Только попробуй филонить, я любовника найду, если мне будет мало удовольствий.

Извлекаю из печи пирог и от запаха просто дурею.

– Привяжу к батарее и оставлю на исправительный срок, – усмехается и шлепает меня по попе, так, что едва не роняю пирог.

Гад. Окей, я тоже умею дразнить.

Ставлю пирог на стол, иду к двери и закрываю её, иначе девчонка вновь будет глазеть за взрослыми.

– Гуров, со мной это не работает. Потому что я не умею быть послушной. Уверен, что справишься со мной?

Сажусь на край стола и пальчиками играю с пуговкой на кофточке.

– Ты ужасно непослушная, – выдает, глядя на мои пальцы. – И я однозначно хочу тебя отшлепать. Но я не стану делать этого здесь. Потому что ты будешь слишком громко молить пощады.

Он ухмыляется, подходит к столу, кладет ладонь на внутреннюю сторону бедра и ведет к чувствительной точке.

Да плевать на его правильность здесь. Целоваться никто не запретит.

– Заткнись.

Я слишком агрессивно целую свое проклятие. С ума схожу, когда не чувствую его рядом. Влюблена словно кошка, не смотря на всю задницу, что случилась между нами.

– Когда ты меня отшлепаешь, Гуров? Только очень жёстко и часто?

Я точно взорвусь, если он сегодня же меня не успокоит.

Он все же касается моей самой чувствительной точки, в привычных движениях погладил, воруя негромкий стон.

– Готова исполнять супружеский долг уже сегодня? – выдохнул у моих губ и поцеловал, слишком распутно. Его пальцы тем временем доводили меня до исступления, а рот надежно страховал, чтоб не застонала на весь дом.

– Даже несколько раз, – блаженно улыбаюсь и целую его в шею, – или ты уже слишком устал?

– Я не устал. Но это, – он поднимает мою руку с кольцом, – нужно узаконить чем можно быстрее. Поездка была и удачной, и нет. Нас будут проверять.

– Надеюсь, что не в постели? – ехидно бросаю фразу и спрыгиваю со стола.

Придурки, ну пусть проверяют.

– Не там, – усмехается, – хотя проверь там убедились бы, что проблем у нас нет.

Он помогает мне поправить одежду.

– Маленькие дети, вроде Ники, которые не запомнят папу и маму, охотнее идут на усыновление/удочерение. Поэтому будут сношать. Готовься, жёнушка, доказывать словом и делом, какая мы идеальная пара.

– Тантрический секс с опекой ещё тот вид извращения, но я готова. У них нет шанса, потому что я не собираюсь отдавать нашу девочку. – фыркаю стервозно, уже ненавидя этих теток.

– Руки мой и за стол, Артур тоже хочет ужинать. Поэтому сейчас будет весело. Он вновь меня кусает.

– Непорядок. Кусать тебя должен я, заслужила, – он действительно склоняется и прикусывает мой подбородок, затем шлепает по заднице, указывая путь.

Сам отправляется в ванную, чтоб вымыть руки.

Артур уже негромко скулил на руках у бабушки, пытаясь отыскать еду.

– Мой малыш проголодался?

– И я, и я! – скачет, словно мартышка, Ника.

– А сейчас мы все дружно будем ужинать. Бабуль, давай-ка за стол, Игорь моет руки. Никуше тоже их нужно вымыть.

– Ура!

– Она довольна поездкой, ей все нравится, – грустно говорит бабушка.

– Я вижу, главное, что отвлекается. И не сильно скучает.

– Артур ей даёт возможность поиграть, вот и повезло, что их двое.

Она права, детям весело вдвоем. Но так страшно осознавать, что малышка теперь зависит от нас с Игорем. Я должна быть сильной.

Артур уже успел несколько раз шлёпнуть меня по носу, я поцеловала маленькие пальчики и осторожно укусила.

– Никто не забыл о твоей еде.

Идем на кухню, а Игорь уже пирог разрезал и запряг Нику помогать с тарелками.

– У вас отлично получается, – глажу на этих двоих и радуюсь.

Сажусь в свое любимое кресло и и пытаюсь кормить сына, который все равно отвлекается по сторонам. Постоянно глазеет на Гурова и улыбается.

– Стараемся, да, помощник? – Игорь улыбается Нике.

Потом смотрит на меня, и ух что это за взгляд. А затем опускает взгляд на Артура и его взгляд разглаживается и становится нежнее.

– Не кусай маму, – грозит пальчиком и Артур смеется.

– Я скоро переведу этого хулигана на дополнительное питание, будешь его воспитывать, – угрожаю Игорю и смотрю с вызовом.

– Да легко, – жмет плечами беззаботно, – а когда он начнет есть мясо, полноценные стейки, мы и вовсе станем не разлей вода!

Бабушка роняет вилку, а я гляжу на нее и понимаю ее чувства. Черт! Ну не могу я так быстро ему признаться!

– Я тоже хочу пирог, давайте делитесь! А ты ешь быстрее, а то пытаешься на все стороны новости собирать.

Целую кнопку в нос и улыбаюсь.

Ника уплетает пирог, аккуратненько помогая себе ручками. Когда заканчивает, Игорь смотрит на меня:

– Уложишь детей спать? Я пока бабушке расскажу, что наездили. А потом…

Он не договаривает, но взгляд многообещающий.

– Боюсь, что расскажешь после того, как поможешь вымыть Артура перед сном. Потом я помою Нику. Да , детка, ты же любишь плавать в ванной?

– Да, – тут же соглашается малышка. – Люблю.

– Боевое крещение, Игореша, – улыбается бабушка. – Ты готов?

– Всегда готов.

Он подходит ко мне.

– Давай? – тянет руки к Артуру. – Подержу, пока воду подготовишь.

Вот и супер, моей спине легче же. Артур очень быстро растет, а я не в форме из-за спины и тяжести. Я порхаю в ванной бабочкой, а сын довольно гудит, несколько раз шлёпнул Игоря по лицу.

– Сможешь его искупать? Я подскажу, это просто.

Я с замиранием сердца наблюдаю за тем, как Игорь реагирует на сына. Может именно сейчас ему сказать о том, что Артур его сын? Или ванная не самое безопасное место для важных разговоров?

– Думаю, что да, – хмыкает Игорь. – Я видел, как купали Нику. Ты контролируй процесс, главное. И предупреждай, если этот лягушонок решит уплыть.

Вижу, что он собран и сдержан сильнее, чем обычно. Волнуется. Это заметно.

Это было зрелищно, особенно с моими комментариями. Игорь слушал внимательно и все правильно исполнял. А я снимала на камеру. Даже Ника несколько раз в кадр попала.

– И я, и меня так сними!

– Обязательно, птичка, – смеюсь и довольно вздыхаю.

Расслабиться после пережитого горя не мешало всем нам. И я немного пришла в себя, и не хочу сжечь все до тла вокруг себя.

А когда настала очередь Ники, она отработала на пять, показывая фортели в ванной. И пена. Ее было много, даже я вся промокла.

– Игорь, помоги поймать эту лягушку и спать! Ника, спать. И тихонько в детской. Артур уже спит. Договорились? – пытаюсь поймать полотенцем племяшку, которая толком пену не дала смыть.

У меня не получается, и на подмогу приходит Игорь, ловит довольно визжащую девочку, переворачивает ее вниз головой, затем садит на руки как правильно.

– Спать, и тогда завтра будет то, что обещал.

– Ура! – кричит довольно.

– Только тихо, братик спит. Обещаешь быть тихой?

– Абищаю, – торжественно кивает.

Мы вытираем девочку, одеваем в пижамку, и открываем для девочки дверь.

– Я вымок до трусов, – бросает, усмехнувшись, Игорь. – К такому меня жизнь не готовила.

– Это только цветочки, а ведь Артур тоже будет повторять за ней, когда подрастёт.

Иду к двери, чтобы сплавить мелкую бабушке.

– Раздевайся, я отыщу тебе майку, где-то оставались твои вещи.

Он кладет руку на мой живот и вжимает в свое сильное тело. У меня мурашки пошли по коже.

А он будничным тоном сказал у уха:

– Душ приму. Где мое розовое полотенце?

– Гуров, я слишком напряжена, держи себя в руках, – рычу, чувствую жар внизу живота. – Надеюсь, что презервативы у тебя в достаточном количестве?

– При детях и бабушке? Извращенка, – пропел, сжав мою грудь. – Брысь! Мне нужно десять минут.

– Дурак, – кусаю его в шею и протяжно стону ему на ухо, – сильно своего друга не мучай, обещаю тебе отличный минет.

– Да ты соскучилась, – смеется. – Не собирался. Не волнуйся. Ни капли не прольётся даром, – нахальничает этот пошляк.

Меня из рук не выпускает, словно не может и не хочет отпустить.

– Хочу с тобой в ванную, может потерпишь?

– Я уже думал не предложишь, – кусает в шею и звонко шлепает по попе. – У тебя пять минут. Сдавай ребенка. Я хочу тебя выебать.

Кусач губы, вылетаю из ванной комнаты. Щеки пылают, а желание заняться сексом только разжигает все нутро.