Текст книги "Право на счастье"

Автор книги: Джаннет Кросс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

– Ты ведь не станешь бросать меня в воду, правда?

– В чем дело, Шерил? – поддразнил он. – Разве тебе не хочется рискнуть, показать, на что ты способна?

– Нет, нет и нет!.. Ты же знаешь, я плохо плаваю.

– А вот посмотрим.

– Ты за это дорого заплатишь!

Но ее угроза не произвела на него никакого впечатления. Барнет продолжал хищно улыбаться.

– Пощады не будет, дорогая. За такое зрелище не жалко и заплатить.

– Я всегда знала, что у тебя избыток денег и недостаток нравственности.

Он покачал головой.

– А я знаю, что бывает с женщинами, которые не умеют вовремя закрыть рот. – И с этими словами он разжал руки.

Шерил полетела в воду. Прилив потянул ее вниз, увлекая все глубже и глубже. От неожиданности у нее перехватило дыхание. Кашляя и отплевываясь, Шерил беспорядочно молотила по воде руками и ногами, пытаясь удержаться на плаву.

Сильные руки ухватили ее за пояс шорт и извлекли на поверхность. Она услышала, как Барнет со смехом спросил:

– Ну что? Теперь признаешь, что была кругом не права?

– Ни за что в жизни… негодяй… – с трудом выговорила Шерил, беспорядочно размахивая руками и тщетно пытаясь ударить его.

Ее снова опустили в воду, и тогда, захлебываясь, Шерил закричала:

– Ладно, ладно, согласна! Ты не такой аморальный тип, как я думала!

– То-то же, – проворчал он и поставил ее на ноги. Для верности, чтобы Шерил не снесло, Барнет придерживал ее за талию.

– Ты очень плохо поступил, Барнет.

– А кто начал?

Она почувствовала непритворное раздражение.

– Да, но ты играл нечестно…

– В любви все средства хороши, – его голос прервался, – как и в войне, – быстро закончил Барнет.

Позднее, припоминая эту пикировку, Шерил удивлялась, почему знакомое присловье оказало на нее отрезвляющее действие. Словно рядом прозвучал выстрел, вырвав ее из плена сладостных грёз. Она сразу осознала, что руки Барнета лежат на ее талии. Конечно, Шерил понимала, что он просто страхует ее, но все равно чувствовала себя весьма неуютно, да и голова кружилась.

Шерил сняла руки Барнета со своей талии.

– Вода еще плохо прогрелась, – сказала она, чтобы хоть что-то сказать, и направилась к берегу.

Характерные всплески говорили о том, что Барнет следует за ней. Шерил ни разу не оглянулась, пока не оказалась у покинутой корзины. Она села на песок, обхватила колени и, положив на них подбородок, подставила себя золотистым лучам. Однако даже вовсю пылавшее солнце не могло унять внутренней дрожи, сотрясавшей ее тело.

Барнет сел рядом и после недолгой паузы спросил:

– Ну, чем бы ты теперь хотела заняться?

Шерил молча пожала плечами.

– Можем закончить прогулку и для разнообразия поплавать в бассейне у дома, – предложил Барнет. – Конечно, все наше семейство будет шататься рядом и пытаться развлечь нас.

– По-моему, здорово! – С фальшивым энтузиазмом отозвалась Шерил: она не доверяла себе, когда рядом был только Барнет.

Он встал и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

Шерил в сомнении закусила губу.

Барнет нарочито громко вздохнул.

– Шерил, разве ты не видишь, я вовсю стараюсь быть пай-мальчиком. Обещаю больше не бросать тебя в воду, хотя… мне до смерти этого хочется.

Шерил удивленно взглянула на него. Он улыбался знакомой поддразнивающей улыбкой – перед ней снова был тот Барнет, которого она знала и на которого привыкла полагаться. Она приняла протянутую руку.

Но ей сразу пришло в голову, что даже это невинное прикосновение может вызвать в ней прежние, с трудом подавленные, желания. А потому, поднявшись с песка, она немедленно отпустила его руку – чтобы предательское тело вновь не подвело ее. Правда в том, пришла к заключению Шерил, что в моей жизни слишком давно не было мужчины. Меня мучают не выплеснутые желания и нерастраченные чувства.

Но, похоже, Барнет – единственный мужчина, на которого мне хотелось бы излить эти свои желания и чувства. В том-то и заключается проблема.

Проблема в том, что ни одну женщину я не хотел так сильно, как Шерил.

Барнет наблюдал, как Шерил вошла в бассейн. Шорты она сняла, и он любовался безупречной формой ее ног. Солнце уже успело покрыть их легким загаром.

Месяцы, а может быть годы, он не видел ее такой безмятежной, такой спокойной. Пребывание Шерил на побережье сказывалось на ней самым благотворным образом.

Он не мог спокойно смотреть на нее – в нем сразу пробуждалось желание. И только чувство вины охлаждало его порыв. Шерил была совсем не похожа на тех женщин, которых он знал. Чистая, прекрасная и ранимая. И, если бы Отис был жив, он, Барнет, убил бы себя за те мысли, что роились сейчас в его голове.

Барнет прерывисто вздохнул. Черт возьми, парень, кого ты дурачишь? Те же самые мысли одолевали тебя еще до гибели Отиса. Отсюда и постоянное чувство вины.

Чья-то тень упала на его шезлонг. Барнет поднял голову и увидел брата. Роберт, спустив солнцезащитные очки на самый кончик носа, смотрел на него с нескрываемой иронией.

– Мог бы появиться и пораньше, – проворчал Барнет вместо приветствия. – Ма просто с ума всех свела. Целый день гадает – опоздаете вы к ужину или не опоздаете.

Роберт опустился в плетеное кресло.

– Так уж вышло. Кое-что произошло.

– Какие-нибудь неожиданности в Брисбене? – встрепенулся Барнет.

– Нет-нет, с делами полный порядок, – успокоил его брат. – Проблема личного свойства.

Роберт приподнял темные очки и с нарочитым вниманием уставился на гибкую фигурку в бассейне. Как раз в этот момент Шерил с громким всплеском перевернулась на спину.

– Боже праведный, неужели это та, о ком я думаю?! – С веселым удивлением, сдобренным изрядной долей насмешки, Роберт уставился на Барнета. – Ты привез сюда Шерил?

– Совершенно верно, – недовольно отозвался тот, – я привез сюда Шерил. В последнее время на нее столько всего свалилось… Ей нужно отдохнуть. Вот я и пригласил ее на уик-энд. Она согласилась. Конец истории. Мы просто друзья, ничего более.

– Послушай, дружище, этим своим «просто друзья» можешь дурачить кого угодно, но не меня, своего брата. Я-то знаю, ты был влюблен в нее чуть ли не с первого дня знакомства.

– Ты просто сумасшедший, – прошипел Барнет, не сводя глаз с плывущей в их сторону Шерил. – Разве ты забыл: она вышла замуж за Отиса уже после того, как я ее встретил?

– Не лишай человека иллюзий, – усмехнувшись, заметил Роберт.

Барнет в упор посмотрел на брата.

– А где, интересно, Джейн? Она нужна тут хотя бы для того, чтобы держать своего мужа в узде.

Улыбка сбежала с лица Роберта. Он отвернулся и глухо обронил:

– Джейн не смогла поехать со мной.

Барнет недоверчиво поднял бровь.

– Не смогла?

– Понимаешь, кое-что произошло.

– И такое важное, что она решила пропустить свадьбу Мейбл? В чем дело, Роберт? – потребовал объяснений Барнет.

Роберт ответил не сразу. Сначала он надел темные очки и проверил, крепко ли они сидят на носу. Потом опять покосился в сторону бассейна.

– Если тебе так уж необходимо знать, на прошлой неделе она съехала.

– Джейн от тебя ушла? – уточнил потрясенный Барнет. – А родители знают?

– Нет, не знают, и я не собираюсь им говорить. – Роберт огляделся, словно боялся, что их могут подслушать. Убедившись, что они одни, он продолжил: – По крайней мере, до свадьбы. Не хочу портить торжество своими неприятностями.

Громко плеснула вода. Это Шерил подтянулась и вылезла из бассейна. Настоящая нимфа – красивая, в плотно прилипшем к телу купальнике, демонстрирующем все достоинства ее фигуры. Барнет закинул ногу на ногу, отчаянно стараясь усмирить свою несвоевременно откликнувшуюся плоть.

Подойдя к мужчинам, Шерил весело улыбнулась.

– Привет, Роберт. Рада, что ты, наконец, здесь. Миссис Стэплтон ужасно волновалась.

– Да, я уже в курсе.

Роберт ответно улыбнулся. Барнет насупился, внутри у него все кипело. Брату не удастся его провести. Он точно знает, что, пряча глаза за солнцезащитными очками, Роберт подверг Шерил детальному осмотру.

– Очень приятно, что Барни удалось уговорить тебя присоединиться к нам, – ворковал Роберт. – С тобой свадьба пройдет гораздо веселее.

Шерил бросила на него невинный взгляд, как будто не поняла двусмысленности, и повернулась к Барнету.

– Мне бы хотелось принять душ и переодеться. И потом позвонить Уолли.

– Конечно, – Барнет кивнул, – я буду через минуту.

Шерил подхватила полотенце и удалилась.

Барнет говорил себе, что не должен смотреть на ее ноги. Но смотрел. Он говорил себе, что не должен следить за пленительным колыханием ее бедер. Но следил. Он говорил себе, что не должен вожделеть к женщине, которая считает его своим другом. Но… но… но…

Черт побери, он ничего не мог с собой поделать!

Роберт хмыкнул и насмешливо изрек:

– Она уже ушла, так что расслабься.

Барнет вскочил, чуть не опрокинув шезлонг, и, наставив палец на брата, отчеканил:

– Говорю в последний раз: Шерил и я – просто друзья. Так что оставь свои гнусные инсинуации при себе.

– Прекрасно, – спокойно сказал Роберт, – если Шерил тебя не интересует, значит, ты не станешь возражать, если ею заинтересуется кто-нибудь еще.

Барнет покраснел и, недолго думая, выпалил:

– Твоя жена ушла от тебя меньше недели назад! Чем сразу бежать за другой юбкой, лучше бы попробовал вернуть Джейн!

Роберт вздрогнул, но не сдался:

– А может, я не себя имел в виду.

– Что, черт побери, ты хочешь сказать?!

– А то, братец, что ты упустил Шерил несколько лет назад, так смотри не сваляй дурака еще раз.

Барнету показалось, что на него вылили ушат холодной воды, – гнев его мгновенно погас. Совет брата ударил по самому больному месту. Значит, Роберт считает, что он, Барнет, влюблен в жену своего лучшего друга, теперь – в его вдову. Если уж Роберт сумел разглядеть правду сквозь защитные нагромождения лжи, возведенные Барнетом вокруг своего чувства, то, что говорить о Шерил с ее женской интуицией? Шерил наверняка знает правду.

И это объясняет многое.

То, например, почему она отстранилась от него сегодня утром на пляже. Почему избегала его взгляда. И то, почему предпочла присоединиться к его семье, а не провести время с ним наедине.

Он не сумел скрыть своих чувств, и Шерил это не понравилось. Это ее напугало.

– Держись от Шерил подальше, – предупредил Барнет брата, даже не пытаясь скрыть угрозу в своем голосе. – Ей не нужны дополнительные осложнения в жизни.

С этими словами он резко повернулся и устремился к дому, стараясь как можно быстрее увеличить дистанцию между Робертом и собой. Между собой и своей уязвленной гордостью.

8

Ровно в восемь раздался стук в дверь. Руки у Шерил задрожали, сердце забилось пойманной птицей.

– Да-да, войдите! – с фальшивой бодростью отозвалась она.

Перед ней стоял Барнет – в палевом блейзере, темно-коричневых брюках и белой рубашке. Спокойный, потрясающе красивый, с обольстительной улыбкой на губах.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – с трудом выдавила из себя Шерил.

Его взгляд спустился ниже, пополз по всему ее телу. И улыбка стала медленно увядать, а рот приоткрылся, образовав букву «О». Барнет в удивлении уставился на Шерил, точнее – на ее платье.

Она машинально провела рукой по пышной юбке. Из красного шелка, без рукавов, оно демонстрировало во всем блеске вновь приобретенный загар. Шерил долго колебалась, надевать или не надевать это платье, – уж больно открытое, яркое, вызывающе нарядное. Она давно не носила такой женственной одежды. Со времени смерти Отиса – уж точно.

Однако, судя по реакции Барнета, она промахнулась: следовало надеть что-нибудь менее броское. Лучше всего – черное. Может быть, больше всего его устроило бы вдовье покрывало?

– Барнет, в чем дело?

– В чем дело? – Казалось, вопрос вывел его из транса. Он откашлялся. – Ни в чем. Почему ты спрашиваешь?

– Ты так уставился на меня…

Барнет почувствовал себя мальчишкой, стянувшим яблоко с учительского стола. Его лицо стало пунцовым, он подергал воротничок рубашки, как будто тот душил его.

– Это из-за платья, да? – Шерил вздохнула. – Ты полагаешь, оно слишком яркое? Я могу переодеться. В два счета.

– Нет! – вырвалось у него так громко, что Шерил взглянула на него удивленно.

– Тогда я не понимаю… – в некоторой растерянности пробормотала она.

– Я же тебе говорю: ни в чем. Просто это платье… – Барнет тряхнул головой, как бы прогоняя воспоминания. – Неважно. Ты выглядишь… потрясающе. Пожалуйста, ничего не меняй.

– Ну, если ты так считаешь…

– Да-да, я так считаю. – Быстро восстановив равновесие, Барнет снова заулыбался.

Когда Шерил увидела, как он уставился на нее, в ней закипел гнев – на себя саму, на те чувства, которые Барнет в ней вызывал. А все его проклятые губы! – пришлось признать ей. Несмотря на твердое решение сохранять с Барнетом чисто платонические отношения, она весь день предавалась всяческим греховным фантазиям. Странно, как это она раньше не замечала, какой у него красивый чувственный рот с решительными, даже, лучше сказать, жесткими губами.

Упасть бы его в объятия и попробовать их на вкус! Шерил потребовалась вся сила воли, чтобы противостоять этому безумному желанию.

Она объясняла причину своего возбуждения проживанием в смежных комнатах. Чуть ли не целый час она вынуждена была слушать, как Барнет двигается по комнате, готовясь к вечеру Звук льющейся в душе воды развернул перед глазами Шерил целую серию сладострастных картин. И даже самые простейшие звуки – шелест складываемой одежды, скрип выдвигаемого ящика, короткий щелчок дверцы стенного шкафа – убыстряли биение ее сердца, а тело охватывала нега, стоило Шерил представить, что могло бы последовать за этими звуками.

Поэтому неудивительно, что сейчас ее гормоны разыгрались с неистовой силой.

Барнет предложил ей руку.

Шерил закусила губу, размышляя, как ей поступить. При ее теперешнем непредсказуемом состоянии духа лучше держаться от Барнета подальше. Но она не знала, как, не показавшись невежливой, отказаться от его предложения. И, поколебавшись, Шерил взяла его под руку. Как она и ожидала, на нее сразу навалилось острое осознание его близости, и ей пришлось очень постараться, чтобы не выдать себя.

Как будто не заметив случившейся заминки, Барнет повел Шерил по коридору. Он намеренно сокращал свои шаги и, видимо, поэтому его походка казалась ленивой и… чертовски сексуальной.

Так они и шли, рука об руку, иногда касаясь друг друга бедрами. И Шерил казалось, что холодный аромат его лосьона после бритья окружает ее плотным невидимым облаком.

– Шерил?..

Она повернула голову и встретила озабоченный взгляд карих глаз.

– Так ты уверена, что все в порядке?

– Странный вопрос. Я прекрасно себя чувствую.

– Я спросил насчет твоего звонка к Уолли, но ты не ответила. Там ничего не случилось? Если что, можем успеть на последний рейс…

– У него все хорошо, – ответила Шерил и с некоторым смущением добавила: – Если честно, даже очень хорошо. Сегодня он смотрел по телевизору фильм про Микки Мауса, потом Мэри приготовила какой-то необыкновенный пирог… Этот сладкоежка прямо захлебывался от восторга, рассказывая про него. Он передает тебе привет и просит привезти несколько раковин для его коллекции.

Барнет заулыбался.

– Мой парень!

При этих словах Шерил чуть не прослезилась. Ее шаг сбился, так же как и ритм сердца, но она быстро взяла себя в руки. Как точно и коротко Барнет выразил то, что терзало ее несколько последних месяцев! Барнет в жизни Уолли не просто положительное мужское влияние – она позволила ему стать для ее ребенка кем-то вроде отца.

Но отцом Уолли был и остается Отис. И, как бы ни было велико искушение считать Барнета не просто другом ее погибшего мужа, а чем-то большим, он не может занять место Отиса.

– Эй, кажется, ты опять от меня ушла! – окликнул ее Барнет.

Шерил через силу улыбнулась.

– Извини. Не знаю, что со мной сегодня. Мои мысли за тысячи миль отсюда.

– Ну, наверное, не за тысячи, а всего за несколько сотен. – Барнет насмешливо поднял бровь. – Скажем, в Кэмпбеллтауне, с Уолли, верно?

– Ох, Барнет, до чего же ты меня хорошо знаешь! – отозвалась Шерил, стараясь выдержать легкий, непринужденный тон.

Его лицо помрачнело, и он без тени юмора обронил:

– Как ни смешно, но я бы сказал, что почти совсем тебя не знаю.

Это неожиданное заявление застигло ее врасплох. Но пока Шерил соображала, что ответить, они вошли в столовую, где собралась уже вся семья Стэплтон. Пять пар глаз уставились на них с откровенным любопытством.

Шерил застыла на месте. Если бы не Барнет, она бы, наверное, повернулась на каблуках и выбежала из комнаты – так велико было ее смущение.

– Надеюсь, вы проголодались, – приветливо сказала миссис Стэплтон. – У нас столько угощения… Хватит накормить армию.

– Извините, я упустил вас сегодня, – проговорил отец Барнета, высокий интересный мужчина, кареглазый, как и его сыновья, с густой проседью в волосах. – У меня была встреча, которую я не мог отложить. – И он взмахнул воображаемой клюшкой.

Дружеский легкий разговор помог Шерил прийти в себя, нервное напряжение отпустило ее. Роберт протянул ей стакан вина, сопроводив это действие комплиментом:

– Шерил, ты сегодня чудесно выглядишь.

Барнет инстинктивно притянул Шерил к себе, крепче сжал ее локоть. К ним подошла Мейбл, за которой следовал высокий, как и она светловолосый, очень красивый молодой мужчина.

– Шерил, Барнет, познакомьтесь с моим женихом, Россом Кобурном. Росс, это мой брат Барнет и… – Мейбл замялась, подыскивая слово, – его друг Шерил Люмет.

Барнет неохотно отпустил руку Шерил, чтобы познакомиться со своим будущим зятем. Сразу ушли теплота и надежность его тела. И Шерил мгновенно ощутила эту потерю.

Рукопожатие было предельно коротким.

– Шерил, приятно с тобой познакомиться. – Росс окинул ее быстрым оценивающим взглядом, не пропустив, однако, ни одной части тела. Его вялое невыразительное рукопожатие длилось дольше, чем приличествовало случаю, и Шерил, почувствовав неловкость, высвободила свою руку.

– Ну, все собрались. Теперь – садимся! – объявила миссис Стэплтон и возглавила шествие к столу.

Сервировка состояла из тончайшего японского фарфора, серебра и хрусталя, в центре стола возвышалась ваза с только что срезанными цветами, по обеим сторонам от нее – бронзовые подсвечники с витыми свечами. Эффектно, красиво и в то же время уютно.

– Шерил, ты сидишь здесь. – Миссис Стэплтон похлопала по спинке стула. – А ты, Барнет, там. – Она указала на противоположную сторону стола.

Барнет попробовал протестовать, но мать решительно пресекла эту попытку.

– Ты можешь сколько угодно наслаждаться обществом Шерил в Кэмпбеллтауне. А нам всем хочется воспользоваться случаем и получше ее узнать.

Минуту спустя Шерил обнаружила, что сидит между Робертом и Россом. Она взглянула на Барнета. Судя по его виду, данная ситуация ему сильно не нравилась. Их взгляды встретились.

Барнет пожал плечами и криво улыбнулся. Шерил улыбнулась в ответ. Приятная теплота разлилась по ее телу – теплота счастливого чувственного ожидания. И на этот раз она не стала себя одергивать – ей было так хорошо!

Большущее блюдо с аппетитно пахнущим мясом, проложенным узкими тропинками зелени, отвлекло внимание Барнета. Шерил с облегчением вздохнула: еще мгновение, и он наверняка уловил бы в ее глазах одолевавшее ее томление плоти.

– А чем именно ты занимаешься в Кэмпбеллтауне? – неожиданно услышала Шерил вопрос Росса.

Она вскинула голову и увидела, что жених Мейбл неприлично близко наклонился к ней. Шерил нервно улыбнулась.

– Я воспитываю ребенка и работаю в школе учителем, мистер Кобурн.

– Лучше просто Росс. – Он наклонился еще ниже и оказался так близко от Шерил, что она почувствовала ментоловую свежесть его дыхания. Тихо, поскольку сказанное предназначалось только для ее ушей, он промурлыкал: – Жаль, что ты живешь так далеко. У нас совсем мало времени, чтобы познакомиться друг с другом поближе.

Слова звучали достаточно прилично, но плотоядный блеск в глазах Росса придавал им совсем иное звучание. В целях самозащиты Шерил чуть подвинула свой стул к Роберту.

Росс выглядел вполне довольным собой.

Стремясь избежать его навязчивой близости, Шерил еще ближе придвинулась к разговаривавшему с отцом Роберту и случайно задела того локтем. Роберт вежливо улыбнулся и переключил на нее свое внимание. Обрадованная Шерил решила искать спасения в его компании.

Трапеза шла своим чередом. Неторопливый семейный разговор не стихал ни на минуту. Шерил взгрустнулось: у них в доме никогда не было такого застолья. Когда ей было пять лет, мать, прекратив неравную борьбу с раком, умерла под самое Рождество. Они с отцом остались вдвоем – Джейсон уже учился в школе и жил в пансионе при ней. Потом, конечно, появились друзья, знакомые, но такое общение за столом было для Шерил внове.

Десерт развеял ее горестные мысли. Шоколадный пирог, сливочный мусс и фруктовое желе – на выбор. Шерил выбрала сливочный мусс. Она положила в рот ложечку и уже начала ощущать потрясающий вкус, когда случилось неожиданное.

Чья-то нога, проделав неслышный путь под столом, встала на ее ногу.

У Шерил вырвался короткий удивленный вздох. Мусс застрял в горле. Она бросила быстрый взгляд на Барнета. Неужели он? Нет, невозможно. Учитывая направление атаки и траекторию движения ноги под столом… Да, ошибки быть не может: играет «в носочки» Росс Кобурн.

Шерил покраснела от смущения, потому что взгляды присутствующих, в том числе и Барнета, обратились к ней. Не желая устраивать сцену, она пробормотала какие-то извинения и снова принялась за мусс.

К несчастью, всеобщее внимание не смутило ее наглого соседа. Более того, Росс стал еще развязнее. Шерил похолодела, почувствовав, как его нога вновь скользит по ее лодыжке, пробирается по икре…

Не зная, что делать, Шерил скрестила ноги и таким образом остановила нападение. Но при этом она оказалась еще ближе к Роберту.

Барнет нахмурился.

Роберт улыбался, с любопытством глядя на нее.

Шерил мечтала об одном: чтобы разверзлась земля и спасла ее от позора. Донельзя смущенная и растерянная, она сидела как на раскаленных углях.

Из всех присутствующих за столом, по-видимому, только Росс ничего не замечал, потому что с той же настойчивостью продолжал свои заигрывания. При очередном прикосновении его ноги Шерил выронила ложечку и чуть не прыгнула на колени к Роберту.

Над столом скользнули и перекрестились любопытные взгляды.

Разумеется, эта сценка не ускользнула от внимания Барнета. Судя по выражению его лица, ему больше всего хотелось сейчас кого-нибудь задушить. Интересно, кого: ее, Шерил, брата или их обоих?

– Шерил, с тобой все в порядке? – спросил, теперь уже озабоченно, Роберт.

– Да-да, все прекрасно, – пробормотала она, чуть отодвигаясь от него и поднимая со стола ложечку. – Просто что-то с горлом…

– Наверное, это холодный мусс, – пришла на помощь миссис Стэплтон.

Шерил натянуто улыбнулась.

Ее мучитель снова принялся за свое.

Однако Шерил уже пришла в себя и решила достойно встретить нападение. Гнев обратился в действие, и ее трехдюймовый каблучок вонзился в самую болезненную часть подъема бессовестной ноги.

Росс скривился, но не издал ни звука.

Шерил почувствовала себя настоящим триумфатором, когда он встал, извинился и, прихрамывая, вышел из столовой.

Однако ее торжество было кратковременным – она ощутила на себе чей-то тяжелый взгляд. На нее в упор смотрел Барнет.