Текст книги "Не пожелай зла. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 94 страниц) [доступный отрывок для чтения: 34 страниц]

«Чистильщик» выбрал себе место на противоположной от супермаркета стороне улицы. Эта точка – чердак четырехэтажного дома – была выбрана им заблаговременно, как только ему сообщили, что «работать» Степанцова колдун будет, скорее всего, в предвыборном штабе. Место для наблюдения за исполнителем было идеальным: отсюда открывался превосходный обзор противоположной от штаба Салькова стороны улицы. Вскрыть замок двери на чердак для него, профессионала, не составило ни малейшего труда. Здесь он и расположился со своей любимой СВД,

^{note 3}

через оптический прицел которой наблюдал сейчас за колдуном. У «чистильщика» был приказ убить Логинова, если что-то пойдет вразрез с планами босса.

Впрочем, принятие решения о выстреле находилось за пределами его компетенции. Босс постоянно получал информацию от группы наружного наблюдения, и команду действовать «чистильщику» мог дать только он.

Удобно расположившись на своей огневой точке, киллер и не предполагал, что в этот момент к нему самому подбирается смерть. К двери на чердак, неслышно ступая, подошел мужчина лет сорока. Цвет его глаз автомобилисты назвали бы «серый металлик». Он знал, что дверь заперта, даже не дергая ее. Более того, это было бы вредно, так как человека, находящегося на чердаке и безусловно являющегося профи высокого класса, этот звук мог бы насторожить. А в том, что там кто-то есть, мужчина не сомневался: его особые чувства улавливали энергетику живого существа и отзвуки эмоций, правда весьма слабых и купированных, что лишний раз подтверждало высокую квалификацию киллера.

Вот только против существ, подобных тому, что находилось на лестнице, все это было бесполезно: даже полный контроль эмоций не мешал ему обнаружить свою жертву, а закрытые двери и даже стены не могли воспрепятствовать добраться до нее. Десмод сосредоточился и направил свой «астральный хобот» сквозь дверь к расположившемуся у окна киллеру.

Тот, естественно, не мог почувствовать коснувшегося его незримого энергетического образования до того, как оно начало действовать, вытягивая из него эмоциональную и жизненную энергию. Лакомство, впрочем, получилось средней паршивости. Жизненная энергия для десмодов была не главным, а с эмоциями у этого типа было напряженно. Небольшая порция недоумения и страха перед тем, как «чистильщик» отключился, – вот и вся пожива.

Тем не менее спускаясь по лестнице, мужчина улыбался. Он мог быть доволен собой, так как идеально выполнил свою индивидуальную часть работы. Самое трудное было впереди, но в этом деле вся команда будет вместе.

Глава 55

НЕОЖИДАННЫЙ ПОВОРОТ

Там же, 5 февраля 2009 г.

Инквизитор Сергей Шестаков для наблюдения за Э-магом тоже выбрал один из окрестных чердаков, на который ему попасть было, пожалуй, даже легче, чем «чистильщику».

Давненько не случалось ему бывать в столь мрачном настроении. Природный оптимизм и сила характера обычно помогали инквизитору не фиксироваться на негативе и при любых обстоятельствах не опускать рук. Но в истории с Э-магом все с самого начала шло не так, а со временем ситуация только ухудшилась. Провалились две попытки устранения, причем вторая была в шаге от успеха. Если бы не эта криганка! Как же не вовремя она появилась! Сначала инквизитор думал, что она – именно та, которая инициировала Э-мага год назад, но теперь уже в этом сомневался. Во-первых, Э-маг не узнал ее, а во-вторых, слишком уж неловко и беспечно она действовала для представителя высшей касты. В то же время Сергей был на сто процентов уверен, что инициацию осуществил асур или арх. Да и отец Николай с его выводами согласился. То, что ему, простому инквизитору, удалось там, на базе, засечь криганку, а самому остаться для нее незамеченным, было сумасшедшей удачей или знаком того, что темный иерарх отправил присматривать за Э-магом свою подручную – необстрелянную юницу.

Однако присутствие даже неопытного крига чрезвычайно осложняло задачу Шестакова. Процесс обращения Логинова на темную сторону ускорялся лавинообразно, особенно сейчас, когда в дело вмешались местные криминальные структуры. Окончательно определившись в своих предпочтениях, Э-маг вряд ли станет сидеть сложа руки: у таких, как он, тормоза отказывают быстро. И Логинов наверняка успеет натворить дел страшных и кровавых, пока анхоры его не остановят. В том, что последние способны это сделать, инквизитор нимало не сомневался, вот только это будет означать, что он, Шестаков, свою миссию провалил окончательно и бесповоротно. Командор будет очень разочарован. Да и не только он.

Выходит, предпринимать что-то следует именно сейчас, пока процесс не прошел точку необратимости. Однако у инквизитора постепенно формировалась уверенность, что точка эта не за горами и времени на осуществление намеченной акции осталось всего ничего. А между тем способ «тихого устранения» Э-мага по-прежнему никак не желал вырисовываться.

Пока было неясно, кто именно отдал приказ о похищении Тихонова, но непосредственные исполнители были очевидны и вызывали у инквизитора искреннее отвращение. А те, кто за ними стоял, наверняка во много раз хуже. Станет ли Э-маг под давлением обстоятельств сотрудничать с ними или, придя в ярость, уничтожит всю эту банду, данная история все равно сильно повышает вероятность его случайной гибели, которая вызовет страшную катастрофу. Этого уж допустить никак нельзя.

Сейчас Логинов, по-видимому, привлечен к какой-то операции по заданию криминальных боссов. Шестаков сразу же это понял, так как векторы внимания от двух громил в «ауди» были отчетливо направлены в сторону Э-мага. Был и еще кто-то, причем не один, но запеленговать этих дополнительных наблюдателей инквизитору пока не удавалось. Паршиво! Пока что он, говоря терминами военных моряков, находился в автономном плавании, и подстраховать его было некому. А ну как во время этой операции Логинов как раз и словит ту самую роковую пулю? Вот только что предпринять? Запросить у командора санкции на привлечение дополнительных сил? Пара помощников ему точно не помешает. Или хотя бы один – Алиса, которую Шестаков на всякий случай вызвал в Екатеринбург. Уж ее-то он у командора точно выпросит.

И в тот момент, когда инквизитор решал, как ему поступить, зазвонил его мобильный. Это был отец Николай.

– Немедленно приезжайте ко мне, – приказал он, не слушая приветствий Шестакова. – С нами обоими хочет пообщаться Покровитель.

Ого! Это было серьезно. Если Покровитель – один из анхоров, тайно помогающих Святому Ордену, – решил выйти даже на рядового исполнителя, значит, дело плохо. Не следовало заставлять его ждать. Эх, вот сейчас помощник ему бы точно не помешал, ибо оставлять Логинова без присмотра как-то боязно. Но выбора не было – приказы Покровителя не обсуждаются. Так что инквизитор скрепя сердце оставил наблюдение за Э-магом, сел в свою машину и поспешно отъехал в направлении дома отца Николая, всего на несколько минут разминувшись с прибывшей компанией десмодов.

Когда командор впустил его в свою квартиру, Шестаков неожиданно обнаружил на столе его кабинета хрустальный шар. Данный атрибут скорее пристал квартире какой-нибудь гадалки, чем православного священника, поэтому большую часть времени отец Николай держал его в тайнике и вынимал только для экстренной магической связи с Покровителем. Однако и для этих целей шар использовался далеко не каждый раз: с недавних пор у Покровителя появился спутниковый телефон. Связь же через данное устройство была абсолютно защищена от всякого рода прослушивания, так что его извлекали на свет божий лишь для передачи особо секретной информации. Как сказал командор, Покровитель позвонил ему по телефону, приказал вызвать к себе Шестакова, извлечь шар и ждать связи.

Им пришлось подождать минут двадцать. За это время Шестаков успел посвятить отца Николая в оперативную обстановку по делу Логинова. Командор согласился сего опасениями, но давать какие-либо советы, равно как и санкции на привлечение помощников пока отказался, потому что Покровитель, возможно, решит внести в их планы коррективы. Это было весьма вероятно, ибо он вызвал оперативника, непосредственно занимавшегося Э-магом, а следовательно, разговор пойдет именно о нем.

Когда шар засветился, отец Николай и Шестаков словно по команде повернулись к нему. Все-таки полностью раскрывать свое инкогнито перед функционерами Ордена Покровитель не собирался. В шаре было видно лишь лазурное сияние, достаточно мягкое, чтобы на него можно было смотреть, не прищуриваясь, но достаточно плотное, чтобы сквозь него ничего невозможно было разглядеть. Не будь этот шар персонализированным каналом связи с Покровителем, можно было бы усомниться, кто же находится на той стороне. Но адепты Святого Ордена безоговорочно доверяли тем анхорам, которые их курировали, так что у присутствующих не возникло даже тени настороженности.

– Так, я вижу, все в сборе, – произнес из шара голос Покровителя. – Слушайте меня внимательно, ибо повторять я не буду. В настоящий момент назрела необходимость скорейшего устранения Э-мага. До сих пор мне удавалось отвлекать внимание Конклава от данной ситуации и вводить их в заблуждение, но там заседают отнюдь не глупцы. Скоро им станет ясно, что Э-маг жив, а его Сила освобождена от блока, и тогда вам и близко не дадут к нему подступиться.

– Но, Покровитель, – осторожно высказался отец Николай, – если Конклаву удастся переманить его на свою сторону, возможно, это будет не самое плохое развитие событий.

– Боюсь, вы не понимаете масштабов проблемы, – произнес Покровитель таким тоном, словно он был терпеливым отцом, воспитывающим бестолковых детей. – Политика Конклава и смотрящих по сглаживанию проблемы Э-магов была, скажем так, не слишком дальновидной. То, что они много раз прерывали беременности женщин, чьи дети могли родиться Э-магами, или блокировали способности новорожденных, не могло не вызвать ответной реакции.

– Реакции кого?

– Вселенной, разумеется! Базовый мир не подвластен ни одному из двенадцати Демиургов. Его законы работают так, как установил Создатель. Один из этих законов гласит: «Ничто не исчезает бесследно». Энергия множества Э-магов, которым или не дали появиться на свет, или запретили пользоваться своей Силой, никуда не делась. Все эти века она накапливалась, пока не воплотилась вся в Игоре Логинове. Если раньше у нас было бы много маленьких проблем, которые к тому же появлялись бы с определенной разницей во времени, то теперь мы имеем одну большую. Сила этого Э-мага, по моим прикидкам, приближается к таковой у Демиургов. И хорошо, если он направит ее на созидание, а если нет? Тогда мы получим нового Разрушителя и новую Войну Тринадцати. Рисковать, делая ставку на его обращение в светлую сторону, мы просто не имеем права, ибо в случае поражения получим страшную катастрофу.

Командор и инквизитор Святого Ордена молча сидели, оглушенные услышанным. Очевидно удовлетворенный впечатлением, которое произвели его слова, Покровитель продолжал:

– Мы не можем больше ждать, так как Сила Э-мага растет, равно как и его способности к управлению ею. Он становится опаснее с каждым днем. А когда о нем узнают члены Конклава, все пойдет вразнос. Им явно недостает решительности и единства. Они и нам помешают предпринять меры по спасению положения, и сами из-за своих колебаний протянут время, пока не станет слишком поздно. В общем, медлить нельзя. Э-маг должен быть уничтожен в течение суток.

От этих слов у отца Николая наконец прорезался дар речи:

– Но вы же знаете, какую катастрофу вызовет насильственная смерть Э-мага, тем более такого ! Он живет в крупном городе, так что жертв будет – миллионы!

В голосе Покровителя впервые появились нотки раздражения:

– Разумеется, я это знаю, как, впрочем, и кое-что еще, неизвестное вам! А если вы прекратите меня перебивать, тоже станете обладателями этой полезной информации!

– Извините, Покровитель, мы внимательно слушаем.

– Так вот, к счастью, данный Э-маг каким-то образом умудрился завести могущественного врага среди кригов.

Шестаков и отец Николай вздрогнули и переглянулись. У инквизитора вертелся на языке один вопрос, но после только что полученной резкой отповеди он не решился его озвучить.

– Очевидно, этим врагом оказался тот самый темный арх, который, точнее, которая осуществила его инициацию. Видимо, в дальнейшем их интересы разошлись, что не может не радовать и вообще, и применительно к данной ситуации. Только что я получил информацию, что она отправила за ним команду убийц.

Эти слова вновь вызвали у адептов Святого Ордена эмоциональный всплеск: криганке наверняка наплевать, какой катаклизм породит в Базовом мире гибель Э-мага, так что вряд ли ее убийцы будут соблюдать аккуратность. Поэтому данную новость следовало считать скорее плохой, чем хорошей. Однако оба они вновь не решились перебить анхора, полагая, что тот еще не все сказал. Так оно и оказалось:

– Криганка, вероятно, предполагала, что Э-маг может оказаться не таким покладистым, как хотелось бы ей, и на такой случай подстраховалась. Вы слышали о десмодах?

– Мифические существа из Пустоты, будто бы привлеченные Разрушителем для борьбы с Э-магами во время Войны Тринадцати. Так или я ошибаюсь? – спросил отец Николай.

– Именно. Только не такие уж они мифические. По моим сведениям, во Внешнем ободе сохранилось несколько таких особей. Впрочем, возможно, это вновь проникшие. Видимо, некоторые криги до сих пор сохраняют контакты с Пустотой. Так или иначе, за Э-магом отправили именно их. Десмоды должны убрать его по-тихому, без особых последствий, но нам следует подстраховаться. Эти создания еще не имели дела с Э-магом такой силы. Если они потерпят неудачу, рядом должны находиться ваши ликвидаторы. Даже если Э-магу удастся справиться с убийцами, у него почти наверняка наступит период полного истощения, в течение которого он станет безобиден как младенец. Нельзя упустить такой случай.

Покровитель немного помолчал.

– Лучше бы, конечно, осуществить операцию чужими руками, дабы ничто не указывало на причастность Святого Ордена, но, боюсь, на такие тонкости у вас уже не хватит времени. Собирайте своих людей, и побыстрее. Все ясно?

Отец Николай и Шестаков синхронно кивнули, и через секунду шар погас.

Глава 56

СНОВА В ДЕЛЕ

Вторая половина 2008 – начало 2009 г.

Тот разговор в самолете получился довольно-таки странным. Впрочем, и время для него было выбрано весьма неподходящее. Только что завершившаяся эпопея с кромешником и гибель Валеры выбили Хохлову из колеи, из-за чего она была не слишком готова воспринимать разговоры о каком бы то ни было новом задании. Предельно уставшая физически и опустошенная морально, Алиса могла мечтать лишь об одном – длительном отпуске, который был ей обещан. Возможно, Шестаков это понял, но у Алисы сложилось впечатление, что его туманные фразы и недомолвки объяснялись совсем другими причинами, о которых она могла лишь догадываться.

Суть их не слишком длинной беседы сводилась к следующему. Сергей Александрович сообщил ей, что в Екатеринбурге сразу же по прилете туда будет проведена церемония посвящения в младшие инквизиторы, в которой кроме нее примут участие еще двое, успешно справившиеся с выпускными испытаниями. Затем ей будет предоставлен двухмесячный отпуск.

На этом конкретика закончилась, и пошел туман. Шестаков попросил ее после возвращения из отпуска по возможности находиться в пределах досягаемости, так как ему, вероятно, в довольно-таки скором времени может понадобиться ее помощь. На вопрос, когда и в чем, он ответил уклончиво. Дескать, сроки ему еще и самому неизвестны, а о сути дела лучше поговорить непосредственно перед ним. Тогда Алиса резонно заметила, что коль скоро сроки неизвестны, то с тем, чтобы находиться в пределах досягаемости, могут возникнуть проблемы. Она – человек подневольный, так что, если от руководства поступит задание как раз на то время, когда ему потребуется помощь, ей придется подчиниться приказу. В ответ Шестаков заявил, что его дело проходит по высшему приоритету, и в случае чего он все согласует с руководством Ордена. Он просил лишь ее принципиального согласия оказать ему поддержку. Согласие он получил, но от дальнейших разговоров о характере возможного дела уклонился. Хохлова, правда, не особенно и настаивала – не до того ей было тогда.

Церемония присвоения ей чина младшего инквизитора прошла коротко и буднично, без помпы. Когда Алиса думала о ней раньше, то была уверена, что радость и гордость будут ее просто переполнять, но их не было и в помине. Обстоятельства внесли коррективы. Ее уставший и почти равнодушный вид изрядно диссонировал с настроением двух других новоиспеченных инквизиторов, но ведь никому из них не пришлось заплатить за прохождение испытания такой цены, как ей.

Двухмесячный отпуск был ей предоставлен, и Хохлова провела его на Мальдивах. Ее финансы это вполне позволяли, и, хотя ехать туда одной отнюдь не являлось пределом мечтаний Алисы, она подозревала, что в Перми, да еще при отсутствии работы, являвшейся лучшим средством отвлечения от собственных горестей, мысли о Валере совсем сведут ее с ума. Но и работать она тоже в тот момент уже не могла, и даже какое-то время всерьез раздумывала, а не послать ли к черту работу, отнявшую у нее Валерку? Впрочем, это было проще сказать, чем сделать: никто ее никуда не отпустит. Святой Орден – не та организация. Двухмесячный отпуск с гарантией от досрочного отзыва – это лучшее, чего она могла ожидать от руководства, и этим следовало пользоваться.

Самый острый период тоски она пережила там, где ничто не напоминало ей о погибшей любви, кроме разве что иногда приходящих мыслей о том, что Валерка совсем чуть-чуть не дожил до этого отпуска их мечты. Боль, конечно, не ушла совсем, но несколько притупилась и как бы законсервировалась в глубине ее души, чтобы иногда выныривать оттуда одинокими вечерами.

Отпуск закончился. Началась работа, в которую Хохлова с готовностью погрузилась. За осень и начало зимы ее привлекали к четырем операциям Ордена, из которой лишь одна была одиночной. В общем, она успела напрочь забыть о странной просьбе своего бывшего наставника… до самого Нового года.

Шестаков позвонил ей, чтобы поздравить, и напомнил об ее обещании. В операциях она пока была не задействована и вела обычное рутинное патрулирование закрепленного за ней района. Он заверил Алису, что с ее командором все утрясет. Она только спросила: «Когда?» «Ближе к концу января», – был ответ.

Но позвонил ей Сергей Александрович лишь второго февраля и попросил срочно прибыть в Екатеринбург. Он даже забронировал ей номер в гостинице. И Алиса поехала. Ей казалось, что выпускное испытание надолго отбило у нее интерес к своей работе, но тут неожиданно для самой себя она была заинтригована. Сразу по ее прибытии в город Шестаков связался с ней и попросил купить карту, знакомиться с городом и быть наготове.

Так она и поступила, но ожидание затягивалось: с момента звонка Шестакова прошло уже три дня, а ситуация развития не получала. Так что Хохлова потихоньку начинала подвывать от тоски, ибо теперь, воспользовавшись ее вынужденным бездельем, вновь стали возвращаться мысли о понесенной потере.

Поэтому когда ее сотовый вдруг заиграл гимном России, Алиса схватилась за него, словно утопающий за соломинку:

– Да? Конечно, Сергей Александрович. Через двадцать минут буду.

Нажав отбой, Хохлова с облегчением вздохнула: свершилось – она снова в деле! С удивлением подумав, что впервые с мая прошлого года готовится к работе с каким-то даже радостным предвкушением, она быстро оделась и покинула номер.

Глава 57

СМЕРТЕЛЬНАЯ СХВАТКА

(Из воспоминаний Игоря Логинова)

Екатеринбург и окрестности, 5 февраля 2009 г.

Когда мы вышли из супермаркета, я бросил взгляд в сторону сиреневого «ауди» в переулке. Голову готов дать на отсечение, что там сидят шпионы Временных (так я для краткости решил называть тех, в чьих руках находится Мишка). Если грамотно сработать и вызволить Тихонова из их лап, Временные мигом превратятся в Бывших. Уж я об этом позабочусь. В глубине души вновь возникла злость. Если эти чертовы пастухи в «ауди» осмелятся что-нибудь сделать с Вероникой… Надо их предупредить, что если они вздумают и ее превратить в заложницу, то мой разговор с ними будет короткий, а вместо слов в ход пойдет Э-магия.

– Вероника, подожди меня чуть-чуть. Мне нужно одно маленькое дельце завершить.

Но она придержала меня за рукав:

– Ты что же, сбежать от меня хочешь?

– С чего ты взяла? Мы идем в кафе, только…

– Давай обойдемся без «только». Хоть раз твои дела могут подождать?

Впервые в ее голосе послышались стальные нотки. Я бросил на нее удивленный взгляд. Нет, определенно у нее раньше были голубые глаза! Почему же сейчас они серые? У меня возникла мысль, что ответ на эту загадку многое прояснит, и получить его нужно прямо сейчас. Хотя как задать подобный вопрос, чтобы не обидеть ее? А если я все-таки ошибся и глаза с самого начала были серыми?

Пока я колебался, мы прошли уже с десяток шагов по улице. Иногда я слишком погружаюсь в свои мысли и перестаю обращать внимание на то, что творится вокруг. В данном случае я совершенно не заметил, когда у нас появилась компания, а точнее, эскорт. Шли они, плотно охватив нас сзади и с боков, с той же скоростью, что и мы. Пять человек – четверо мужчин и женщина. Такие разные, но в то же время чем-то очень похожие. Чем? Не знаю. Шестое чувство, наверное… Хотя нет: знаю! Их глаза. Все они были серыми, от серебристых до металлических. Такие же, как у Вероники. Ну и что это может означать?

Несмотря на то что ситуация для меня пока оставалась непонятной, чувство безотчетной тревоги сменилось ясным ощущением захлопнувшегося капкана. Я резко остановился. Все пятеро тут же встали как вкопанные, пристально глядя на меня. Да, они совершенно не владели искусством слежки, но оно им, похоже, и не требовалось, потому что эти ребята были убийцами, посланными по мою душу. Кем? Вариантов было немного: Гипнотизер и Лилит, но лично я склонялся к последней версии. Похоже, Моргана, покинув меня, отправилась к матери, и они не слишком поладили. Мне очень хотелось бы надеяться, что с моей дочерью все в порядке. Впрочем, о ней я успею подумать позже, когда (а может быть, правильнее сказать: если) выберусь из этой передряги.

Вероника повернулась ко мне:

– Почему ты остановился?

– Что с твоими глазами, Ника?

Ее улыбка стала выглядеть приклеенной.

– А что с ними?

– Раньше они были голубыми.

– Ты уверен?

– Более чем.

– Нам обязательно выяснять это здесь?

– Обязательно.

Остальные пятеро приблизились ко мне, охватывая полукольцом, выход из которого был за спиной Вероники.

– Лучше пойдем.

– Никуда я не пойду. Если хотите что-то со мной сделать, делайте это здесь.

– С каких пор мы на «вы»?

– А я не только к тебе обращаюсь, а ко всей команде. Кто вас послал?

– Это не принципиально. – Вероника мотнула головой в сторону черного внедорожника, припаркованного у тротуара десятью шагами дальше. – Садись в машину, поговорим. Люди могут пострадать.

– Нет.

Во мне вскипела ярость, и на сей раз я не собирался ее сдерживать. Более того – заодно открыл створки отрицательного резервуара, и… ничего не произошло. Вся Сила ушла, как вода сквозь песок. Похоже, ее выпили эти… создания. Они явно не были людьми. Не потому, что могли пить Э-магию: я вполне допускал существование у других представителей рода человеческого способностей, аналогичных моим, только противоположного знака. Но для людей глаза у них были слишком странные. Какие-то неживые. Что же, мне следовало догадаться, что вряд ли пятеро убийц (вообще-то шестеро, если считать Веронику, но мое сознание пока напрочь отказывалось ставить ее с ними на одну доску, при том что, скорее всего, так оно и было) рискнут атаковать Э-мага, не имея козыря в рукаве. Их козырь сработал на сто процентов.

Понимая, что лишь напрасно трачу энергию, я мигом перекрыл поток. Эта незримая схватка осталась за ними. Бегство было невозможно. Теперь все зависит от того, решат ли они убить меня прямо здесь или отвезут в укромное место. Впрочем, может быть, у них другие планы?

Накатила волна страшной слабости, ноги подломились в коленях, и я неминуемо упал бы, если бы не двое стоявших сзади. Они подхватили меня и почти волоком потащили к джипу.

Пока мы ехали, я находился на грани беспамятства, временами даже переступая ее. Видимо, создания, захватившие меня, пили не только Э-магию, но и жизненную силу. Выныривая из полузабытья, я тут же попадал под пресс горьких мыслей. Тоже мне – могущественный Э-маг: скрутили как мальчишку и везут на заклание. Во мне успело укорениться ложное чувство неуязвимости, которое дала мне моя Сила. Я слишком полагался на нее, а она подвела в самый важный момент. Лилит (а теперь я уже не сомневался, что за всей этой операцией стоит именно она) все хорошо продумала и подобрала самое подходящее оружие против меня. Интересно, была ли Вероника сама собой хоть в какой-то период наших отношений? Если цвет глаз – отличительный признак подавления личности, то такой она стала недавно. Значит, она действительно любила меня. Этот вывод, несмотря ни на что, слегка утешил меня, хотя в свое время я сам добровольно отказался от ее любви. Впрочем, все это сейчас не так важно.

Мне было о чем пожалеть и помимо Вероники. Например, о Моргане. Боюсь, Лилит управилась с нею тем же способом, что и со мной. Правда, во мне теплилась надежда, что она еще жива, так как необходима матери для осуществления каких-то великих замыслов. Но в любом случае я ее больше никогда не увижу. Еще я жалел о Мишке, ибо его теперь неминуемо убьют, и мое обещание вытащить своего друга, данное его жене Кате, останется невыполненным.

Да… умирать чертовски не хотелось. На Земле оставались дорогие мне люди, а также неоконченные дела и неосуществленные замыслы. Я так и не выяснил, зачем были мне даны эти способности. С ними я мог бы сделать очень многое, но, видно, не судьба.

Поток моих мыслей все тек и тек, но вдруг нашел другое русло. Интересно, какого черта тянут мои похитители? Не хотят ехать в одной машине с трупом? Или им нужно что-то помимо моей смерти? Если так, еще не все потеряно. Даже с такими паскудными картами, что были у меня на руках, можно попытаться сыграть. Пусть не на победу, но хотя бы на ничью. Ничьей для меня в данном случае была свобода любой ценой: сбежать, вытащить Мишку, разобраться с этими чертовыми гангстерами. Как там пелось в одной известной песне: «Сначала газ до отказа, а там поглядим».

Ладно, ребята, сыграем! И я принялся укреплять свои щиты, чтобы ни одна толика запертой во мне эмоциональной энергии не просочилась наружу и не стала добычей похитителей. Пробиться сквозь них они пока не могли, а возможно, даже не чувствовали этих барьеров. Я же под их прикрытием мог пока накапливать отрицательную энергию, благо в таких эмоциях у меня сейчас недостатка не было. Мне были нужны именно злость и ненависть, а не отчаяние, терзавшее меня в начале этой поездки. Все-таки год работы со своей Силой не прошел даром – я достаточно настропалился в умении контролировать свои эмоции. Не их проявления, а именно сами эмоции.

И у меня стало получаться. Плохо только, что запертая глубоко внутри Э-магия никоим образом не могла помочь моему организму, с каждой минутой все более теряющему силы. Но с данной проблемой я ничего не мог поделать, а потому не видел смысла и переживать по этому поводу.

Поездка длилась довольно долго, так как, судя по указаниям Вероники, меня везли за город, видимо, на ее дачу, пустующую по случаю зимы. Глаз мне не завязывали, из чего я заключил, что, получат они свое или нет, мне так и так не жить.

Моя догадка оказалась верной. Мы въехали в дачный поселок, который выглядел совершенно безжизненным в эту пору. Вид большинства домов, а также отсутствие сторожей говорили о том, что элитностью тут и не пахнет. Глухомань редкостная, и это, по-видимому, чрезвычайно устраивало моих конвоиров: тут кричи не кричи – никто не услышит.

Наконец машина остановилась возле одного из домов, и Вероника вышла первой, чтобы открыть калитку и двери дома. Так как сделано это было с помощью ключей из сумочки, то стало ясно, что она здесь хозяйка.

К этому моменту я уже настолько обессилел, что абсолютно не мог перемещаться самостоятельно. Меня заволокли в дом, посадили на пол и крепко привязали к ножке тяжеленного стола. Пол был жутко холодным, и от долгого пребывания на нем я мог сурово простудиться. Впрочем, при данных обстоятельствах об этом мне следовало беспокоиться в последнюю очередь.

Один из похитителей, мужчина лет сорока, пододвинул табуретку, сел на нее и уставился на меня своими рыбьими глазами. Похоже, сейчас начнется допрос. И он не обманул моих ожиданий, сразу взяв быка за рога:

– Где Моргана?

Эти два слова вызвали во мне чувство бурной радости, которая, впрочем, осталась глубоко внутри, за возведенными мною барьерами. Моргана жива и не в плену! Самая лучшая новость за последние дни. Эти типы точно работают на Лилит. Их задача – выяснить у меня местонахождение нашей дочери, а потом убить. Меня, естественно. Одним коротким вопросом похитители прояснили для меня практически все. Кроме одного – где на самом деле находится Моргана.

– Повторяю вопрос, – безразличным тоном произнес главарь похитителей. – Где ваша дочь?

– Не знаю.

– Неправильный ответ, – хладнокровно констатировал главарь. – Прошу вас подумать. Мы можем себе позволить потратить время на пытки.

– И потратите его зря. Мне неизвестно, где сейчас находится Моргана.

– Глупец, – вздохнул главарь и жестом подозвал к себе высокого молодого человека. – Приступай.

В руке у того появился довольно приличного размера нож с зазубринами на лезвии. Честно говоря, мне стало страшно.

Боль я, конечно, как-нибудь вытерплю, но раны от такого инструмента без Э-магии будут заживать очень долго…

Оказалось, что насчет «вытерплю боль» я погорячился. Боль боли рознь, и, когда ее причиняет мастер этого дела, тому, на ком он испытывает свое мастерство, не позавидуешь. Я даже не кричал. Это нельзя назвать криками, как, впрочем, и стонами. Скорее, издаваемые мною звуки были чем-то средним между захлебывающимся воем и рычанием. Мне не слишком стыдно в этом признаться, ибо столь сильной боли и в таких объемах я еще не испытывал никогда. Поначалу я пытался стискивать зубы и молчать, но, во-первых, это было чрезвычайно тяжело, а во-вторых, я обнаружил, что от моих усилий сдержать крики принялись трещать барьеры, выстроенные мной вокруг бушующей внутри эмоциональной энергии. Еще немного – и они рухнут, а похитители выпьют до дна всю мою Силу. Нет, уж лучше буду кричать. Несколько раз я норовил соскользнуть в пучину беспамятства, но «заплечных дел мастер» неизменно возвращал меня в чувство уколами в нервные узлы.