Текст книги "Ветер Стихий (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Ш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

     – После этого, с его поддержкой, можешь смело отправляться на возложенную на тебя миссию. Обещаю, без посторонней помощи уж точно не останешься, – последовал многозначительный, непонятный смешок. – Однако учти, связанный с тобой дух компенсирует слабости, но, не гарантирует безопасность, – внёс важное уточнение. – Дурной голове быстрые ноги и крепкие руки ни к чему. Большим, увы, помочь не могу, – прозвучало не слишком убедительно. – Мои возможности всё ещё ограниченны, – напомнил. – Особенно, в поднебесном царстве смертных.

     – Позволь спросить. Кроме этого призыва, получу ли я знания и умения сосуда? – с короткой заминкой воспроизвёл неприятное слово.

     Отдающее пренебрежением ценностью чужой жизни.

     – Только языка, письма и, возможно…, – задумался.

     Чуть не выругался. Он ещё и сомневается.

     – Некоторые общие представления о культуре дари, – неуверенно продолжил после короткой паузы, – Обрывочные. В остальном, перед тобой предстанет чистый лист. Заполни его сам, чем посчитаешь нужным.

     – Вы уверены, что стоит так рисковать, полагаясь на столь, – задумался, подбирая подходящее слово, – ненадёжные методы?

     Спросил напрямик, захотев внести ясность.

     – Взять первого попавшегося бродягу из другого мира и отправить на великую миссию. Неподготовленного. В чужую страну. Без знаний о её особенностях. Выдав в качестве помощи номер телефона посторонней могущественной сущности. Со словами, проси и тебе помогут. Возможно. Или не помогут, – не удержался от сарказма.

     Выразил сомнения в адекватности такого подхода.

     – Во-первых, ты не владеешь всей информацией, – усмехнулся невидимый старик, ничуть не обидевшись. – Во-вторых, для глухих повторяю. У меня ограниченны ресурсы и возможности. Что смог, то и сделал. В-третьих, кто сказал, что ты единственная гирька, брошенная на чашу весов?

     Испытал то самое чувство, когда сообщают, что ты не единственный кандидат на вакантную должность. Мол, у тебя только пять минут на собеседование, а потом в кабинет зайдёт следующий соискатель, а ты отправишься туда, откуда пришёл. А если будешь умничать, то пошлют ещё дальше.

     – В-четвёртых, гибель кунан Сами всего лишь отсрочит исполнение моих планов, но никак не сорвёт. Подожду другой возможности. Век, два, пять. Уж что-что, а терпению я научился. Важен лишь результат.

     Довольно откровенно, за что отдельное спасибо. Хоть и неприятно такое слышать, но полезно. Действительно, кто сказал, что я единственный и неповторимый избранный, которого обязательно нужно облизывать со всех сторон. Марку вон тоже облизывают и где в итоге она оказывается. Мало ли что обещают всевозможные истории о попаданцах. Не они же их пишут.

     – Как узнаю, что задание выполнено? – задал очень важный для любого работяги вопрос.

     Знаем мы эти, ты начни, а там решим, где закончить. И когда. Границы лучше разметить сразу, чтобы не перепутать, где свои интересы, а где чужие.

     – Пришлю сообщение через вестника снов. Не пропустишь. Это, если не помрёшь раньше и не услышишь всё лично от меня. Подожди, – внезапно на что-то отвлёкся. – Превосходно. Нашёл подходящий сосуд. Готовься, – судя по резкой смене интонаций, старец внезапно засуетился.

     Он, оказывается, не столько со мной разговаривал, сколько убивал время за разговорами, занимаясь активными поисками. Пришла пугающая мысль, а если бы сразу, на первой же секунде нашёл подходящий сосуд, что тогда? Услышал бы хоть что-нибудь толковое, кроме короткого, – Привет-пока. Вот фотка девочки, найди и приведи по адресу, написанному на обратной стороне.

     – Тебе пора, – обрадованно сообщил загробный, теперь уже, работодатель.

     Не успел и слова сказать, надеюсь, приличного, как белая комната исчезла. Вообще, всё исчезло, включая возможность осознавать происходящее.

Глава 2

     Очнулся совершенно в другом месте, испытывая всю палитру ощущений смертного тела. Судя по первым секундам, не самым приятным, мёртвым быть не так уж и плохо. Ничего не болит, не чешется, не давит куда не нужно. С раздражением отпихнул обломанный кусок деревяшки, упирающийся прямо в бок. Заставляющий лежать в неудобной позе. Хорошо хоть не пропорол ничего. Проведя языком по пересохшим губам, понял, забыл перечислить жажду.

     Закашлявшись, с трудом, мучаясь словно после жесточайшего похмелья, поднялся с груды битого, строительного мусора, в который превратился угол дома и частично крыши, завалившей прежнего владельца этого тела. Застонав от сильной головной боли, неожиданно возникшей после неосторожного движения шеей, автоматически схватился за больное место. Рука нащупала мокрое, липкое пятно на макушке. Кажется, мне, то есть ему, нет, теперь уже мне, пробило голову куском рухнувшего потолка.

     – Никто не обещал, что будет легко, – напомнил себе довольно мелодичным, незнакомым голосом.

     Посмотрев на ладонь, увидел тёмно-синий цвет кожи типично эльфийской руки. В представлении обывателя, избалованного видеоиграми. Спасибо, всю жизнь мечтал побыть в шкуре бисёнэна. Если что, это был сарказм. Сволочи, верните мою мужественность, мускулистость, небритость и воню…, э нет, её можно не возвращать. Боюсь, варяжские идеалы мужской красоты тут не в моде. Слава богу, хоть кровь привычно красная, а не какая-нибудь радужная. Внутренний эстет этого бы не пережил. Убился бы от истерики, требуя топор, чашечку кафе и круассанчик. Хорошо хоть перфекционисту ничего не грозило. Правда, красноту слегка разбавлял фиолетовый оттенок, но это ничего. У всех свои недостатки.

     – Ну что же, приятно познакомиться, безымянный представитель народа дари. Пока не знаю, насколько это хорошо или плохо. Скажу, как увижу, с какой стороны дадут подержаться за местную социальную лестницу, – попытался привести мысли, а главное нервы, в порядок, отчего так тянуло на глупые шуточки.

     На вид, скорее на ощупь, зеркала то нет, я довольно молодой, смею надеяться, красивый, а по одежде, ещё и обеспеченный парень. Завидный жених. Крестьяне, в качественных, хорошо окрашенных шелках не расхаживают. Мозолей на руках нет, да и ногти ухоженные, чистенькие.

     Одежда удобная, почти невесомая. Выглядит хоть и довольно простенько, но вместе с тем, изысканно. Из украшений или иных висюлек, только тонкий серебряный браслет на руке, покрытый искусной гравировкой замысловатых узоров. Сильно напоминающих геральдические, в которые вплетены незнакомые слова, и близко не похожие на арабскую вязь, напрашивающуюся по окружающему антуражу.

     Прислушавшись, с удивлением обнаружил, что вокруг как-то подозрительно тихо. Ни криков, ни звона железа, ни иного шума, положенного при большом переполохе. Неужели опоздал. Забеспокоившись, поспешил выбираться из развалин. Но, осторожно, стараясь не шуметь и не светиться в полный рост в проёмах. Кто знает, кто тут победил. Наши, или не наши. И как их друг от друга отличить при встрече.

     За домом начинался небольшой, но красивый, хорошо ухоженный садик с кустами и декоративными деревцами. Огороженный высоким трёхметровым забором с лепниной в виде ромбовидной решётки, идущей поверху. Профессионально присмотревшись к ровной, гладкой стене, красного цвета, заметил, что она отделана подобием декоративной глиняной штукатурки с какими-то добавками и красителями. Чему не особо удивился. Вот если бы сделали из композитов, тогда да, впечатлился местным достижениям в области строительства, а так, полюбоваться и забыть. Но, всё равно, работа качественная, красивая. Мне бы таких рукастых мастеров на полгодика раньше встретить, у нас, озолотился. Глядишь, и не пришлось бы по вечерам к соседям за солью шастать. И ладно бы что-то было с этой Лавочкиной, так ведь ни за что словил пулю, что самое обидное.

     – Не понял, если стены целые, чем тогда дом разнесли? – озадачился открытием, перестав оценивающе их разглядывать, будто построили мои ребята.

     От неожиданного, оглушительно грохота, раздавшегося где-то поблизости, инстинктивно пригнулся. Тут же спрятавшись под защиту стен. С другой стороны развалин, из которых только что выбрался, в небо поднялось грибовидное пылевое облако, наполненное щепками и мелкими обломками. Кажется, моих соседей взорвали. Интересно, за что, а главное, кто. С неба, в то же место, упало что-то крупное, тёмное, отчего земля ощутимо вздрогнула. Раздался ещё один гулкий взрыв, поднявший очередное облако пыли.

     – Вот и ответ, – почувствовал облегчение от отгадки, но не от ситуации. – Плохо, нас закидывают ядрышками.

     Прислушавшись к воцарившийся тишине, для успокоения, добавил.

     – Но хорошо, что не так часто. Нужно отсюда убираться. Сомневаюсь, что эти уроды знакомы с принципами высокоточного оружия и избирательности целей. Они и слов-то небось таких не знают.

     Перебравшись в более безопасное место, задумался о дальнейших действиях.

     – По логике вещей, девочку нужно искать у неё дома, – вернулся к более серьёзной проблеме. – Вряд ли она ринется на стены поучаствовать в войнушке. Или её мобилизуют на вспомогательные работы. Стрелы носить, смолу греть. Не доросла ещё. Значит, нужно найти, где живут семьи Роухан или Дархан, – припомнил их имена. – Подозреваю, в эти дикие времена слуги живут вместе с хозяевами, а не ездят к ним каждое утро на работу с другого конца города. Через пробки. Пожалуй, начну с Дархан. Но сначала, заклинательный зал. Будем срочно обзаводиться роялями.

     Без преимуществ, обещанных каждому уважающему себя попаданцу, признаться честно, мне уже страшновато тут находиться. Будем надеяться, трудоустроили по всем правилам. Правда, слегка упустил момент с росписью в журнале по ТБ, но ничего, три брата, Авось, Небось и Как-нибудь, выручат. Не впервой с ними работать. И вообще, в первую очередь нужно рассчитывать на себя, а не на помощь сверху.

     Поскольку в здешней географии не разбирался, от слова совсем, решил сперва найти кого-нибудь из местных. Спросить дорогу. Выбравшись из руин небольшого особнячка, где, что странно, совершенно никого не было, кроме меня, вдоль заборов направился в сторону центра города. Стараясь придерживаться тени. На солнышке находиться уж слишком некомфортно. Больше, психологически.

     Направление определил по многочисленным, тонким, ажурным, высоченным башенкам с голубыми, алыми и белыми каплеобразными куполами, а также многоэтажными жилыми комплексами, или дворцами, величественно возвышающимися над крышами окрестных районов. Принцип, центр всегда выше окраин, наверняка, соблюдался и здесь. Не учитывая тёмную, монолитную полосу внешней стены по периметру города. Вот уж действительно, даже с такого расстояния выглядит грандиозным сооружением.

     Улица словно вымерла. Не встретил ни животных, ни людей. Зато было чертовски жарко и душно. Своё второе название этот мир оправдывал полностью. Как днём, в такую жару можно сражаться, ума не приложу. Но ведь сражались же. Значит, местные как-то к ней привыкли, адаптировались.

     Пока брёл вдоль стеночек, настороженно оглядываясь по сторонам, прислушиваясь к отдалённому, неразборчивому гулу, похожему на шум прибоя, который постепенно нарастал, обратил внимание на сам город. С высоты птичьего полёта он выглядел несколько иначе, чем представлялось ранее. Привычнее, что ли.

     После того как добрался до границы района роскошных вилл и особняков, проспектов и площадей, с обилием заботливо высаженных в специальных местах пальм, увидел соседствующий с ним, настоящий муравейник из трущоб. Очень плотная, в чём-то хаотичная застройка неказистых, однотипных строений, при этом многоэтажных, в несколько ярусов, с плоскими крышами, используемыми в качестве дополнительной полезной площади. Узкие, запутанные улочки.

     Довольно непривлекательный квартал. Этакое общежитие открытого типа. Слегка замусоренное и грязное. Судя по количеству окон, дверей и арочных проходов, очень плотно заселённое. Странно, по моему району не скажешь, что в городе со свободным пространством такая напряжёнка. Скорее всего, типичное проявление социального неравенства, где одним положено всё, а другим ничего.

     В качестве дополнительной защиты от солнца и пыли, использовались многочисленные навесы из тонкой, очень лёгкой и прочной на вид ткани. Над улочками растянулись многочисленные пёстрые паруса, друг за другом, образуя целые крытые галереи. Смотрелись неплохо, со стороны.

     Задерживаться у трущоб не стал. Тем более, они были отгорожены невысокой, но основательной стеной со скульптурами пауков, установленными на специальных постаментах. Выставленными мордами, с устрашающими жвалами, наружу. В качестве своеобразных стражей. Раз уж мои соседи от них отгородились, значит, так нужно. Ещё раз окинув взглядом неказистые жилищные комплексы, отправился искать ближайший пропускной пункт, где наверняка должна дежурить стража. Которая внесёт ясность, куда топать дальше. И стоит ли.

     По вымощенным камнем улицам ходить было довольно удобно. Чистые, выметенные, приятно посмотреть. И не скажешь, что вокруг пустыня. По крайней мере, по эту сторону стены. По пути встретил много архитектурных украшений, показывающих уровень достатка и культуры этого города. Красивые фасады зданий, фрески, цветная плитка, живопись, крохотные, аккуратные садики и цветники. Небольшие беседки с каменными столиками и скамейками. Скульптурные аллейки. Красиво. Пусть и немного непривычно глазу. Зато экзотично.

     В основном, почти везде использовалась тематика, связанная с пауками. Будто попал в город арахнофилов, что тоже придавало ему определённый колорит. Местами, пугающий. Зато не ошибусь с правильным ответом на вопрос, любите ли вы пауков. Жаль только район, в котором сейчас находился, тоже не прикрыли от солнца тканевыми экранами. То ли здесь не принято передвигаться пешком, то ли имелась другая защита, которую почему-то не замечал.

     Хождение по словно вымершему, безлюдному городу, утыканному скульптурами пауков, вызывало сильный дискомфорт. Всё больше вспоминались упомянутые ранее алоглазые бестии, на букву Д, а поскольку я не чёрный, дожил, нашёл о чём переживать, сам себя не узнаю, встреча с ними явно не сулит ничего хорошего. Они те ещё расисты. Но, всё равно, хотелось бы поскорее встретить хоть кого-нибудь из плоти и крови. Желательно, двуного, разумного, в солнцезащитных очках, с фотоаппаратом, панамой, гидом, говорящем на Пекинском диалекте. Как мне вас не хватает, ребята. Заметив куда-то спешащую, безоружную фигуру, закутанную в тёмное покрывало, испытал огромное облегчение. Тут же устремился навстречу счастью, а моему или её, сейчас узнаем.

     – Постой, – крикнул, заранее обращая на себя внимание, стараясь не испугать незнакомку.

     Резко обернувшись, одна из представительниц народа дари, смерила меня опасливым взглядом. Когда подошёл ближе, первым делом посмотрела на мой браслет, увидев который облегчённо выдохнула, позволив себе немного расслабиться. Уважительно поклонилась, сложив ладони вместе, чуть иначе, чем это делают у нас, на востоке.

     – Чем могу помочь молодому кундари? – спросила, всё ещё с лёгкой опаской.

     – Подскажи, где находиться заклинательный зал? – опуская приветствие, всё равно нужных слов не знал, сразу перешёл к главному.

     Мой вопрос её сильно удивил и озадачил. Чем-то напомнив реакцию на, – Как пройти в библиотеку, когда искал её в родном городе.

     – Вам нужен родовой, городской или клановый? – уточнила с лёгким любопытством.

     «А что, их несколько?» – на секунду впал в замешательство.

     – Ближайший, – интуитивно сделал выбор.

     Сильно надеясь, разницы нет, иначе бы предупредили ещё там, за облаками. Хотя, от того старца всего можно ожидать. Даже маразма. Иначе, что я тут делаю.

     – Ближайший, это родовой зал дашун, из рода Фальсин, – быстро сориентировалась. – Вы принадлежите этому славному роду? – попыталась проявить любезность.

     – Не помню. Может, да, может, нет, – ответил уклончиво. – После тяжёлого ранения, немного подводит память, – извинился.

     Наклонив голову, показал разбитую, окровавленную, раскалённую от жары макушку. Хоть и старался всё время держаться в тени, всё равно напекло. Как бы не схлопотать тепловой удар. Был бы человеком, давно сварился, а так ничего, держусь. И с каждой минутой всё лучше. Жаль не догадался сразу поискать в развалинах какой-нибудь головной убор, а теперь уже поздно возвращаться. Всё равно не найду исходную точку.

     – Помню только, мне срочно нужно добраться до заклинательного зала, чтобы провести ритуал призыва духа.

     – Теперь понятно, почему вы так странно разговариваете. Как простолюдин, с нижних улиц, – сочувственно заметила женщина. – И почему здесь ходите один, без головного платка.

     Откуда-то из складок платья извлекла большой чёрный платок с белым шнурком, которым сноровисто повязала мою голову. На манер куфии. Предварительно, спросив разрешения. Определённо стало намного лучше. Заодно, мягко поправила.

     – Не призыва, а признания родовым духом. Вы же не культист и не сторонник Яхши, чтобы призывать злых духов, – несколько напряглась на этих словах, украдкой бросив на меня быстрый, изучающий взгляд.

     – Точно нет, – заверил с уверенностью, которую не ощущал.

     Кто его знает, кого именно подсунут в питомцы. Сегодня не сторонник, завтра культист, послезавтра анархист. Жизнь попаданца трудна и непредсказуема.

     – Но разве для этого сейчас самое лучшее время? – усомнилась в необходимости данного поступка.

     – Поверь, да. И именно сейчас, – вдохновенно подтвердил.

     Не став отговаривать, коротко, доступно объяснила маршрут, ведущий вглубь этого же района. Получается, всё время только удалялся от цели. Что за невезуха. На просьбу туда проводить, с извинениями, ответила отказом. Сказав, что спешит к госпоже с последними новостями. Её отправили разузнать, как идут дела на южных окраинах Шаль-Аллмары. Попутно разжился и этими новостями.

     Оказывается, всё складывалось очень плохо. Внешняя стена пала. Ожесточённые бои идут в черте города, разделённого внутренними стенами, вроде той, что видел на границе с трущобами, на несколько крупных районов. Гарнизон и клановые войска смогли временно оттеснить вторгшихся пустынных демонов, обеспечив небольшую передышку, но очевидно, вскоре они вернутся. Слишком уж много врагов пришло под стены Шаль-Аллмара в поисках богатой добычи. С жаждой крови и разрушений. Никакими переговорами тут и не пахло.

     Поскольку внешняя стена местами разрушена, как и часть внутренних оборонительных сооружений, включая небесные башни, хранитель земли погиб, не понял, кого имела в виду, элита благородных домов понесла серьёзные потери, судьба Шаль-Аллмара предрешена. Всех его жителей вскоре ожидает печальный конец. Спасения не предвидится. Прямо сейчас, на центральной площади у дворца владыки собирается караван, который будет эвакуировать из гибнущего города всех, кого нужно. И кому. Как все помним, даже в кругу равных всегда выделяются и те, кто повыше, и те, кто пониже.

     По её словам, в караван отбирают только самых ценных дари. В основном из знати и старых родов. Которые могут принести клану пользу. Так же, грузят сокровища и наследия, сохраняя их основу. На чьём фундаменте когда-нибудь они смогут вновь отстроить утраченные сегодня позиции. Точнее, получат шанс. Не стоит забывать, конкурентов нигде не любят, а вот их сокровища, совсем наоборот.

     После ухода каравана, все оставшиеся жители Шаль-Аллмара будут предоставлены сами себе. По принципу, – Спасение утопающих, дело рук самих утопающих. Ведь вывезти всех, увы, невозможно. Далеко не гарантированно, что даже большой, хорошо охраняемый клановый караван удастся безопасно довести до другого города. Опорных точек местной цивилизации. Жестокое решение, вынужденное. Именно поэтому простому народу, основной его массе, даже не сообщали о том, что происходит. Держа в неведение. Которая по-прежнему думает, это лишь временные сложности. Обычный набег, каких было не счесть. От которого обязательно отобьются. Ведь всегда же удавалось.

     Стала понятна относительная тишина и безлюдность на улицах. Кто попрятался по убежищам, кто заперся по домам, кто остался на стенах, а кто потихоньку собирается на площади. Город затаился в тревожном ожидании. Которое скоро смениться хаосом и анархией, когда всем станет очевидно, что в этот раз отбиться не удалось. Как большинству жителей данного района. Или же им помогли понять. Подозреваю, основная их часть уже толпится у дворца владыки в надежде прибиться к его каравану. Со всеми своими богатствами, слугами, и наверняка, частными армиями. Самое обидное, в отличие от простых людей, не из знатных родов или влиятельных кланов, у них весьма высоки шансы добиться желаемого. Вполне возможно, могут даже попытаться, скооперировавшись друг с другом, собрать собственные караваны. Разделяясь на те самые рода и кланы, где каждый, в первую очередь, спасал своих.

     Напоследок, не забыл уточнить у служанки адрес дома Дархан, чтобы потом суматошно не метаться по всем углам в его поисках. Любезно подсказала, зная, где такой находится. На удивление, не так уж и далеко. Довольно известная в Шаль-Аллмара фамилия. Про Роухан же не знала ничего, впервые о них услышав. Сердечно поблагодарил за информацию. Довольные друг другом, разбежались каждый своей дорогой.

     Впрочем, бегать в таком климате оказалось не так-то просто. Совсем скоро почувствовал себя как загнанная скаковая лошадь, вся в мыле и пене. Умирающая от жажды. Пробегая мимо одного из необычных зданий, стоящего в центре небольшой, открытой со всех сторон площади, заметил несколько конных упряжек с бочками для развоза воды. Квадратное, отделанное белым камнем, с четырьмя огромными входными арками на каждую из сторон света. В памяти, непонятно откуда, появилось название, – Водная станция. Казалось бы, вот она, живительная влага. В объёме, достаточном чтобы утопиться. Вот только нужда гнала дальше. Не знаю, сколько времени потеряю здесь, ломясь в закрытые, окованные металлом, массивные, практически крепостные, ворота. И будет ли от этого толк. Могу ведь вместо воды получить порцию острозаточенной стали. Чтобы не беспокоил нервных людей.

     Заклинательный зал обнаружился на месте, указанном служанкой. Похожий на средиземноморский амфитеатр. Сложенный из огромных мраморных блоков. К которому скромно примостились несколько хозяйских и административных построек.

     В отличие от окрестных домов, большие, резные, двухстворчатые двери, украшенные фигурными накладками из бронзы, оказались открыты. Учитывая отсутствие окон, искать другой вход было бы проблематично. За что искренне поблагодарил местных богов, всех, чтобы никого не обидеть. Вдруг у них как в той книге про «Плоский мир», дурная привычка ходить по домам атеистов и бить стёкла. Утрирую, конечно, но суть та же.

     Чувствуя некоторое волнение и трепет, прошёл внутрь. Направившись прямиком на центральную каменную площадку, выложенную цветной плиткой, формируя рисунок большой магической печати, окружённой загадочными письменами. Пора напрягать пустую память, вспоминая порядок действий, заложенный загробным работодателем. Вроде как, понадобятся три предмета. Ритуальная чаща, кинжал и слеза Канаан. Озадачившись вопросом, где взять, сперва огляделся по сторонам. Должен же поблизости храниться учебный инвентарь. Или принято приходить со своим.

     – Что ты здесь забыл? – услышал строгий окрик со стороны внутренних помещений.

     Из коридора, незамеченный ранее в тени, вышел пожилой, поседевший дари. Безусый и безбородый. Пробежавшись по мне цепким взглядом, зацепился за браслет.

     – Молодой кундари, – добавил чуть смягчившимся голосом, склонив голову в приветствии.

     Судя по интонациям, это что-то вроде вежливого обращения к знатному человеку. Выше по статусу. Не раздумывая, уверенно подошёл к нему, не пряча взгляда. Если уж попался, буду импровизировать. Порой, наглость помогает куда лучше любых уловок и документов.

     – Прошу прощение за вторжение, но мне срочно нужно пройти ритуал признания родовым духом, – припомнил слова служанки, посчитав, что ей виднее, как он правильнее называется.

     Не хватало ещё, чтобы приняли за культиста и укоротили на голову, не разбираясь, зачем приходил.

     – Чтобы оказать помощь защитникам славного Шаль-Аллмара, – подкрепил просьбу веской причиной.

     – Похвальное стремление, – одобрительно кивнул старик.

     – Похвальное, но несвоевременное. И даже, – ещё один быстрый взгляд на браслет, а затем, зачем-то на пояс, – неуместное. Я не вижу на тебе родового знака рода Фальсин. Почему именно здесь? – выделил последнее слово.

     Пришлось снова прятаться за вполне достоверную, надёжную легенду. Очнулся в развалинах дома с пробитой головой, ничего не помню, кроме отдельных обрывков. И последнего желания. Обрести защиту духа, чтобы спасти одну дари. О которой ничего кроме имени и внешности не помню. Но чувствую, что она очень-очень для меня важна. Послужив путеводной звездой. В этот зал пришёл потому, что он находился ближе всего, по словам случайной прохожей.

     Внимательно выслушав, старик грустно усмехнулся.

     – В обычных условиях тебе не позволено было бы здесь находиться. Однако, не думаю, что сейчас есть смысл запрещать благие намеренья. Вскоре, это место будет разграблено и осквернено, – с печалью. – Чуть раньше, чуть позже его займут посторонние, не столь важно. Пусть лучше первыми будут сородичи, чем эти ублюдки. Если после ритуала у тебя получится убить хотя бы парочку плешивых собак, значит, мой поступок не упадёт водой в песок. Будет им маленький подарочек. Этот зал в твоём полном распоряжении, юноша, – сделал гостеприимный жест.

     – Спасибо, – поклонился, мне не сложно. – Господин…, – замолчал, давая ему возможность заполнить паузу.

     – Не стоит, – пренебрежительно отмахнулся от формальностей, не захотев представляться, отчего-то польщённый таким обращением.

     – Господин, – повторил, но слегка изменив интонации, – не могли бы вы оказать ещё одну милость.

     В качестве намёка раскрыл пустые ладони, с печалью на них взглянув. Старик понимающе хмыкнул. Велев ждать, ушёл во внутренние помещения, откуда вскоре вернулся с мешочком, чащей и кинжалом. Поставив чашу в центр выложенной на полу мистической печати, положив рядом церемониальное оружие, взялся за мешочек.

     – Какой аспект эфира? – уточнил с профессиональным любопытством.

     Посмотрел на него как баран на новые ворота. Непонимающе.

     – К какой стихии относиться ваш родовой дух? – разжевал подробнее. – Как его имя? Какой уровень силы? Как выглядит? – постепенно снижал планку запросов.

     Продолжил молчать, чувствуя определённый стыд. Хотя, вроде бы, не за что. Просто у старика был такой выразительный взгляд учителя, разочаровавшегося в нерадивом ученике, что сразу почувствовал себя школьником у доски. Не выучившим урок.

     – Ах да, забыл, – едко напомнил старик.

     Непонятно, себе или мне. Или это образец тонкого юмора.

     – Дыхание эфира хоть ощущаешь? – с появившимся раздражением.

     Такое чувство, будто меня макнули в дурно пахнущую субстанцию. Как в анекдоте. Только сразу начав с вопроса, какой предмет сдаём, пропустив и цвет учебника, и имя преподавателя.

     Напрягшись, спешно попытался понять, как стать магом по ускоренной программе. За пять минут. Поттеру в этом отношении было намного проще. Дали книжку, – «Самоучитель для чайников» с волшебной палочкой, подарили сову, и всё, ты волшебник Гарри. Добро пожаловать в клуб избранных. А тут изобретай велосипед, имея на руках только синюю изоленту. Усиленно покопавшись в дырявой памяти бывшего владельца этого тела, смущённо пришлось признать, – Да. Чувствую, но не вижу. Не могу описать, что из себя представляет.

     – Все чувствуют, но только одарённые направляют, а видящие познают, – процитировал кого-то поучительным тоном. – Считаешь, сможешь добиться признания вашего духа? Даже не помня ни его имени, ни аспекта? – недоверчиво усмехнулся.

     – Не считаю, но сделаю, – заявил с абсолютной уверенностью.

     С такими альтернативами как у меня, если надо, стану кем угодно. Хоть флористом морской капусты, хоть исполнителем сладкоречивых эскимосских песен на французском языке. Что нам становление каким-то магом. «Плёвое дело». В родном мире диванные эксперты на них не одну собаку съели. Ещё и на костях станцевали, написав кучу методичек, – Магия для Малыша, Карлсона и всех-всех-всех. Утверждая, что это легко и просто. Им же можно верить, верно? Мэтрам около всяческих наук.

     – Давай посмотрим предрасположенность к стихиям, – с проснувшимся интересом напомнил о себе старик. – Каков твой аспект.

     Видимо, ему самому стало любопытно, на чём базируется такая убеждённость. И что у меня за родовой дух, о котором можно забыть. За стенами заклинательного зала пусть происходит всё что угодно. Поскольку от него сейчас ничего не зависело, то мог себе позволить спокойно заниматься привычным, любимым делом. Отвлекаясь от негативных мыслей. Да и скучно тут одному, в чём хранитель заклинательного круга рода потомственных воинов не желал признаваться.

     Извлёк из мешочка горсть разноцветных, вытянутых кристаллических палочек, размером с детский мизинчик.

     – Бери по одному и осторожно направляй внутрь дыхание эфира. Вытягивай и пропускай его как нитку через игольное ушко. Старайся к каждому прикладывать равную силу. Не переусердствуй. Нам важно узнать, какой из элементалей отреагирует на зов, явившись за угощением, а не замерить объём твоей духовной силы. Как только установишь с ним контакт, сразу направляй в центр заклинательного круга. Контролировать не нужно. Просто мысленно укажи, куда ему переместиться. Ни о чём постороннем не думай. Они довольно легкомысленные, полу-разумные создания. Воспринимают наши действия в виде игры. Поэтому легко меняют свою форму и плотность. Следуя нашим мыслям, желаниям, образам. Чем больше в твоей голове беспорядка, или пустоты, – с сомнением посмотрел на мою рану, прикидывая возможные проблемы, – тем хуже над ними контроль. Могут натворить бед. В нашем случае, защита заклинательного круга от этого убережёт. Таким образом выясним, какой у тебя аспект.

     Объяснил задачу. Пока она выглядела не слишком сложно.

     – После того как определимся, попробуем понять, к какому роду ты принадлежишь, – продолжил развивать свою мысль. – У меня имеется полный справочник всех родовых духов в Шаль-Аллмара. Ведь ваши аспекты должны совпадать. Или не выясним, – допустил и такой вариант, – если ничего не получится. Раз уж до сих пор не отметили своим покровительством. Не посчитав нужным или возможным. Бывает так, что аспекты несовместимы. Либо же, у тебя он слишком слаб, заблокирован, повреждён, отсутствует, – начал перечислять длинный перечень причин, по которой может ничего не получиться.