Текст книги "Гнев бездны (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кошкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

Глава 17
Резня в квартале

Cнова вернулись гвардейцы. Но теперь они были не одни. Среди воинов в одинаковой броне находились разномастные персонажи с выделяющимися аурами.

– Что-то вас маловато, – заметил я.

Андермахов я насчитал семь голов. На самом деле, я рассчитывал на большее количество. Но по логике вещей не все они могут быть одновременно в городе. Кто-то же должен совершать вылазки в бездну.

Первым, кто бросился в глаза, это высокий массивный воин в глухой броне с двумя мечами внушительных размеров, заставивших меня с грустью вспомнить [Дробильщика] и [Истязателя].

[ Ратанг ] . Дроу. Класс – телохранитель.

Превалировала в нём сила и выносливость. Но и ловкости тоже хватало.

Да и класс его звучал довольно необычно. Телохранитель? Но вскоре я увидел то тело, которое он охранял.

[ Арен ] . Дроу. Класс – веномант.

Я даже не сразу понял, где я уже слышал это название класса. Но вскоре до меня дошло, что веномантом был тот рептилоид, у которого я забрал [Багаж алхимика] в лабиринте.

Вот только эта эльфийка была экипирована куда богаче. Хотя ключевые характеристики у неё были те же самые – ловкость и интеллект. Однако было непонятно, зачем она скрывала нижнюю половину лица, особенно учитывая, что, судя по поведению, она была здесь главной.

В целом, эти двое и были самыми опасными здесь. Помимо них виднелся ещё дроу-арбалетчик, засевший на одной из крыш. Парочка магов и две эльфийки в лёгкой броне с парными саблями.

Все они были похожи на слаженную команду с чёткой иерархией и распределением ролей. Даже непонятно, зачем они притащили с собой группу поддержки в виде простых гвардейцев.

– Близнецы не справились, – озвучил очевидный факт один из магов.

– А я говорил, что самонадеянность рано или поздно их погубит, – ответил ему второй маг. – Этот берсерк не так прост, как кажется. Не зря же Вирго записала чужака в ряды своего клана.

– Кстати, об этом, – заговорила веномантка, обращаясь ко мне. – Ты понимаешь, что своими действиями ты провоцируешь войну домов?

– Во-первых, мне плевать. Плевать на вас, на ваши кланы и на ваш вонючий город в целом. А во-вторых, я здесь с частным визитом по собственной инициативе.

– Да? И чего же ты хочешь?

– Я хочу голову Сунеры. Только и всего.

По законам жанра здесь должны были быть ещё пару фраз вроде: «Тогда тебе придется иметь дело с нами!» Или же: «Отведай же моего клинка, презренный!»

Но эффективность для этой компашки оказалась куда важнее показухи. Веномантка едва заметно пошевелила рукой, и в дело тут же молча вступили маги.

Высокий интеллект волшебникам и всякой такой магической шушере нужен не только для того, чтобы эффективно поддерживать концентрацию при исполнении заклинаний. Не знаю точно, как это работает, но чем выше когнитивные способности мага, тем сложнее его призываемые явления.

Так, не особо сильный маг способен кастовать разве что всякие огненные шары, молнии и прочую банальность. Те, кто уже достаточно глубоко овладел искусством чароплетства, могут исполнять кое-что поинтереснее.

Ну, например, призвать из-под земли толстенные цепи с шипами, сковывающие меня по руками и ногам. А напарник первого мага может раскалить эти цепи за одну секунду до красна, нанося мне многочисленные ожоги по всему телу. Да так, что пассивные способности берсерка тут же подскочили на один порядок.

Вот только они не знали, что меня не удержать никакими цепями. Если только они не неразрушимые.

Вырвавшись из ловушки, я встречным ударом разрубил первого подлетевшего ко мне гвардейца. И мне стало понятно, зачем андермахи их всё-таки притащили. Пока на меня со всех сторон лезли простые воины дома, они стояли и смотрели на то, что я вообще умею. Ну, разве что, арбалетчик и маги лениво помогали своим соклановцам, не прилагая особых усилий.

На самом деле довольно расчётливая тактика, хоть и довольно расточительная в плане расхода людских ресурсов. Парочка дроу тут же сломалась от ударов секиры, но Арен не повела и бровью.

Андермахи изучали мои возможности, жертвуя при этом пешками. Поэтому я решил, что не стоит давать им такого удовольствия.

Отбросив очередного дроу ударом ноги, я перепрыгнул ряды воинов и широко замахнувшись секирой, приблизился к Арен.

Та опять же даже не дёрнулась, так и оставшись стоять со скрещёнными на груди руками.

Когда [Бойня] уже должна была раскроить её череп, на пути у секиры возник меч Ратанга. Я ещё не успел коснуться земли, как телохранитель ударом ноги с разворота изменил траекторию моего полёта.

Точный удар в солнечное сплетение заставил прочувствовать всю степень его негодования даже мою сверхчеловеческую устойчивость, и у меня на короткое время перехватило дыхание.

Ещё сильнее его перехватило, когда я спиной напоролся на призванный из земли острый каменный шип. Он пробил мой живот насквозь, и я повис на нём, как кусок недоеденного шашлыка.

Как я и предполагал, компания оказалось очень слаженной. Вот только они допустили один серьёзный просчёт. Количество не всегда играет вам на руку. Особенно когда противник способен поправлять своё здоровье, убивая слабых пешек.

Ударом кулака я развалил шип, на котором висел и рванул к ближайшему гвардейцу, не обращая внимания на взмахи его сабель. [Кровавая дань] восполнила мою кровопотерю, и я начал свою [Кровавую жатву].

Когда бездействующие андермахи заметили, что я уже практически восстановился, положив ещё несколько гвардейцев, они поняли, что пора что-то делать.

На меня вновь налетел телохранитель Арен, вступая в схватку один на один. И я даже в какой-то момент заулыбался безумной улыбкой. Наконец-то простой и понятный противник. Без всех этих уловок и хитростей. Только необузданная мощь и сила.

И мы влетели друг в друга как два разъярённых носорога. Правда, разъярённым выглядел только я. Ратанг же не выражал никаких эмоций. И стоит признать, мастерство управления парным оружием, помноженное на силу и выносливость производили впечатление.

Большинство моих ударов Рантанг отражал играючи. И даже попытки пробива блоков грубой силой он переводил в скользящие удары, постоянно уходя с линии атаки и жаля меня свободной рукой в ответ.

И я бы не против продолжить с ним бой, если бы нам постоянно не мешали. Арбалетчик буквально взорвал мою правую ногу попаданием какого-то зачарованного болта, а маги то и дело насылали всякие замедляющие заклинания. Так что Ратанг с лёгкостью наносил мне всё новые и новые раны. И он бы уже давно разрубил меня на части, если бы мои кости были способны рубиться.

Я начал понимать, что дело дрянь. Ко мне применили самую стандартную классическую схему сражения с боссом. Ратанг в роли танка отвлекает на себя, пока остальные осыпают меня дальнобойными атаками. Только Арен стояла и смотрела на происходящее с невозмутимым видом.

Значит, нужно было покончить с телохранителем как можно быстрее. Наплевав на защиту, я осыпал его градом ударов, то и дело перехватывая [Бойню] то в одну, то в другую руку и крутясь вокруг своей оси как юла. Когда Ратанг отходил, я догонял его [Вихрем], вот только все мои попытки оказались тщетными. Какой бы силы не были удары секирой, они так и не смогли пробить его массивный доспех. Даже [Кислотная кровь] попадавшая на чернёный металл его брони, просто стекала по её поверхности, не оставляя никаких повреждений. И я уже грешным делом подумал, не обладает ли она свойством неразрушимости.

Видя, что я всерьёз занялся телохранителем, окружающие нас гвардейцы внезапно активизировались, и вскоре я получил режущий удар в спину от внезапно появившегося рядом воина. Заметив, что я обратил на него внимание, он решил отступить, но я достал его в паре метров от себя с помощью [Вихря]. А заодно отогнал подальше и остальных шавок.

Вновь сосредоточившись на телохранителе, я подумал, что сейчас [Взор смерти] очень пригодился бы. Так как я был вообще без понятия, как его пробить.

И стоило мне подумать эту мысль, как я захотел стукнуть себя по лбу. Спектральное зрение! Почему я сразу не догадался⁈ После убийства гвардейца, стоило мне переключиться на спектральное зрение, как я увидел помимо ауры Ротанга, чёрные метки по его телу. Его колени и локти были помечены чёрной дымкой. Должно быть, это и были его слабые места. Вот только что мне с ними делать? Брони там было не меньше, чем по остальному телу. А по ощущениям даже больше. В процессе схватки я уже несколько раз попадал секирой по его суставам, но это не принесло особых результатов. Разве что я заставлял его ненадолго отступить.

Тут мои размышления прервало очередное заклинание, покрывшее моё тело коркой льда, стесняющей движение. Ротанг воспользовался этим и ударил меня эфесом меча в голову, разбивая лёд. И я бы отлетел в сторону, если бы не мои сапоги. Так что они даже сыграли со мной плохую шутку, заставив меня принять всю силу удара на череп. Хорошо, что лёд сам по себе выступил в роли слабенькой, но всё же брони.

И тут меня озарило следующее прозрение. Вряд ли его броня является экзоскелетом. А значит…

Я начал работать в роли второго номера в схватке. То есть ушёл в глухую оборону, попутно мониторя действия остальных противников. Моё тело уже покрывало изрядное количество ран. А простые воины держались поодаль, не рискуя попадать мне под руку, чтобы я лишний раз не восстановил здоровье.

А ещё я вновь начал ощущать странный прилив бодрости. Обратив внимание на Арен, я заметил, что её губы что-то шепчут под маской. Учитывая её класс, похоже, что она всё это время меня травила. А значит, эта бодрость является ничем иным, как одним из этапов отравления, растянутым за счёт моей выносливости.

Я и так уже был неплохо ускорен за счёт [Порождения ненависти] и [Напористости]. Теперь же я двигался как на стимуляторах. И что Арен, что Ротанг, похоже, знали об особенностях действия своего яда на выносливых противников. Телохранитель перестал проявлять особую инициативу, просто выжидая.

И их расчёт оказался верным. Вскоре я начал себя очень нехорошо чувствовать. Появилась одышка и тошнота, чего я не наблюдал за собой уже очень давно. Наверное, в последний раз подобное было ещё в бездне Эбиса, этаже на семнадцатом, когда я угодил в подземное болото, населённое ядовитыми тварями, напоминающими гибрид жабы и гадюки.

В какой-то момент бой будто поставили на паузу. Ротанг перестал наседать на меня, расхаживая вокруг, как хищник вокруг раненого зверя. Гвардейцы и мечницы стояли поодаль наготове, образовав что-то вроде круга состязаний. Даже маги и арбалетчик просто наблюдали за тем, как я дышу в манере паровоза, пытаясь заглотнуть хоть какой-то лишек кислорода, и харкаюсь кровью.

Я загнанно осмотрелся по сторонам и упал на одно колено, роняя из рук [Бойню].

– Зря ты пришёл сюда, чужак, – проговорила Арен. – Ротанг, покончи с ним.

Телохранитель едва заметно кивнул, и его ноги оторвались от земли. Он уже знал, что я довольно опасный противник, поэтому, даже имея дело с ослабленным мною, он не медлил и не стал растягивать удовольствие.

Укол меча должен был попасть мне прямо в глазницу и пробить череп, но всё пошло по иному сценарию. Казалось, что бой длился несколько часов, хотя на деле, он продлился всего несколько минут. И за эти минуты я успел достаточно ускориться, чтобы отчётливо видеть движения противника.

Когда его меч вот-вот должен был меня пронзить, я ушёл чуть в сторону, пропуская лезвие мимо головы и хватая телохранителя за руку. Первой моей мыслью было перебросить его через себя и ударить плашмя об землю, но теперь я знал его слабые места.

Повернувшись на сто восемьдесят градусов и оказавшись к телохранителю спиной, я своей ногой придавил его стопу, и что было сил, нажал на руку, находящуюся у меня на плече. Его локтевой сустав смачно хрустнул, и конечность согнулась в неправильную сторону.

Оказывается, что броня неплохо держит удары, но не обеспечивает поддержки суставов. А силой я значительно превосходил телохранителя. Тем более [Порождение гнева] сейчас было даже мощнее старого [Дитя гнева].

Развивая успех, я ударил Ротанга локтём с разворота в голову, и тот поплыл.

Но добить мне его не позволили. В один момент с разных сторон на меня налетели мечницы.

Лишь чудом уйдя от первого выпада, я обогнул ошарашенного телохранителя и толкнул его ногой в одну их девушек.

Вторая тем временем уже была вплотную ко мне, но я успел вовремя обернуться и принять её двойной удар сверху на предплечье левой руки. Свободным кулаком правой, я ударил её в грудь, любуясь прекрасными девичьими глазами, вылезшими из орбит.

Я был на пределе, но именно поэтому вовсю работала регенерация, поддерживая мою жизнь на волоске. И было необходимо срочно ей помочь.

Я схватил ошарашенную мечницу и поднял над головой, после чего со всей силы опустил на колено, ломая ей спину.

Девушка как-то сдавленно крякнула, и я размозжил ей череп ударом кулака.

Очередное убийство заставило меня чувствовать себя лучше. Достаточно, чтобы пережить шквал болтов со стороны арбалетчика и продолжить свой танец смерти. Танк дроу взял тайм-аут, а значит, я мог заняться более лёгкими целями.

Подхватив [Бойню] я ринулся в толпу. Гвардейцы дрогнули, увидев мою окровавленную тушу, несущуюся на них с явными намерениями членовредительства. Поэтому первых трёх я прикончил ударом в спину, когда они пытались сбежать.

Один за одним они падали у моих ног, компенсируя тот урон, который обрушили на меня маги и арбалетчик.

Ротанг уже тоже пришёл в себя. И хоть у него осталась лишь одна рука, телохранитель снова попытался отвлечь меня. Но я больше на это не вёлся.

Когда очередной гвардеец дроу сломался под ударом моей секиры, а Ротангу оставалось пару шагов, чтобы вновь меня настичь, я рванул за угол одного из домов. Но не для того, чтобы сбежать, как это изначально подумали дроу. Просто меня задолбал этот стрелок, разместившийся на крыше.

Скрывшись с его глаз, я запрыгнул на невысокое двухэтажное здание. Мои ноги ещё не успели коснуться крыши, как я увидел удивлённое лицо арбалетчика в полуметре от себя, заметившего моё появление.

Потеряв меня из виду, он подбежал именно к той стороне здания, на которую я и наметился. Так что мне не составило большого труда одним махом снести ему голову.

Затем я разбежался и оттолкнулся от крыши здания. Десятки не ожидавших такого манёвра глаз проследили за траекторией моего полёта, заканчивающейся аккурат между двух магов.

На скорую руку они пытались отбиться простенькими элементарными заклинаниями, но [Порождение презрения] делало своё дело.

Правда, мне пришлось отвести в сторону большую ледяную глыбу с помощью секиры, так что удар по ближайшему магу уже пришлось совершать кулаком. С парными мечами такой проблемы не возникло бы. И маг умер бы на месте, а не просто потерял сознание. Хотя после такого удара не факт, что жить ему осталось долго.

Вот только проверить мне это не дали. Ротанг не просто так имел класс телохранителя. И охранял он не только Арен.

Первый маг ещё не успел коснуться телом земли, как из воздуха материализовалась фигура Ротанга, замахивающегося на меня мечом. Но, честно говоря, чего-то подобного я уже ожидал. Марис, будучи «защитником», мог проделывать нечто подобное в своё время. Поэтому я среагировал моментально. Согнувшись в три погибели, дабы клинок противника прошёл надо мною, я опустил секиру и запустил [Вихрь].

[Бойня] ударила в колено Ротанга, сбивая того с ног. Жаль, что ноги она всё-таки не переломала. И даже когда я попытался нанести удар сверху в шею бронированного воина, он успел перекатиться. А мои нижние конечности вновь сковали магические цепи, призванные магом.

Я попытался достать [Вихрем] паршивца, но он ушёл с линии атаки быстрой телепортацией на короткое расстояние.

Магические цепи хоть и быстро рвались, но задержали меня на пару секунд. Что позволило оставшейся в живых мечнице подменить Ротанга и не дать мне преследовать мага.

– Да куда ты лезешь⁈ – прорычал я и просто смял её хрупкое тело одним ударом, когда она попыталась войти в клинч.

Когда же Ротанг вновь возник передо мной, я заорал уже на него:

– И ты уже достал, мудила!!!

Я запустил [Вихрь], вновь целясь в ноги, но телохранитель уже был научен горьким опытом. Он приподнял одну ногу, отбивая ею секиру. Но в этот момент я уже летел к нему в прыжке. Сбив его с ног, я оказался наверху и начал молотить кулаками ему по голове. И хоть его шлем был очень крепким, но мои первоначальные предположения не оправдались. Неразрушимым он всё же не был. Поэтому, не обращая внимания, на бьющие в спину заклинания, я лупил по нему, пока забрало не вогнулось внутрь, и из прорезей для глаз не брызнула кровь.

Злой как чёрт, со сбитыми костяшками я встал в полный рост и заревел от переполняющей меня ярости, глазами уже разыскивая новую цель.

Хотелось поймать оставшегося в живых мага, но его как будто след простыл. И вообще, оказалось, что на обезлюдевшей улице остался я один среди разбросанных трупов и моря крови.

– Неужели сбежали? – Задал я вопрос сам себе.

Ну и ладно. Наверняка отправились с докладом к Сунере.

Вытерев кровавые сопли, я подошёл к своей секире и уже было хотел нагнуться, чтобы её поднять, но внезапно ощутил лёгкий укол в шею. Машинально я хлопнул по тому месту ладонью, будто пытаясь убить комара. Но вместо насекомого нащупал торчащую из мышцы иголку.

– Вот дерьмо, – выругался я, когда понял, что она выглядит точно также, как и те, которыми убили Блэка и Тинки.

Глава 18
Придушить змею

Внимание. Действие способности [Мёртвый сон] и способности [Кровавый сон] прекращено досрочно в связи с полным восстановлением тела.

Мне впервые показалось, что оракул мне нагло врал. Так как голова болела, будто по ней врезали астероидом. О каком полном восстановлении может идти речь?

Но наверное, именно головная боль тогда предостерегла меня от резких движений, и я продолжал лежать. Благодаря этому я услышал недовольный голос Сунеры неподалёку:

– Я хотела, чтобы вы доставили его живым, Арен. Какой прок мне с него мёртвого?

– А какой прок тебе был бы с мёртвых всех нас⁈ – возмущался голос, похожий на тот, которым говорила ядомантка.

Только вблизи теперь можно было расслышать странный тембр. Будто к звучанию голосовых связок добавили звук спускаемого колеса. И чем дальше она говорила, тем сильнее переходила на крик:

– Он убил Эленгу! Вайрил! Касхала! Литара! Близнецов! И даже Ротанга!

– Успокойся! – осадила её Сунера. – Найдёшь себе новые игрушки. Хотя ты права, – вздохнула матриарх, – потеря такого количества андермахов скажется на силе Венатур. Но сейчас нужно думать не об этом, а о защите наших территорий.

– Ты отозвала остальные отряды из бездны?

– Конечно. Как только до меня дошли эти вести. Хорошо, что вы всё-таки покончили с человеком. Это ослабит Кунас.

– Ума не приложу, как Вирго удалось приманить на свою сторону подобного монстра, – услышал я приблизившийся ко мне голос Арен.

– Не думаю, что им пришлось кого-то уговаривать. Скорее всего, он просто плод экспериментов их ваятелей плоти. И, похоже, что эксперименты начали приносить свои плоды. Это уже не те разваливающиеся поделки, что были раньше. Значит, нужно выждать, пока остальные ослабнут, и задействовать наш план удара по Кунас, пока не стало слишком поздно. Можешь заняться вскрытием, но только недолго. Время не ждёт. Я же буду в зале.

– Да, мама, – ответила Арен.

«Мама?» – удивился я. Так вот оно что. Арен, оказывается, дочь Сунеры. Да это же просто замечательно! Монстр внутри меня обрадовался как ребёнок. Как злобный ребёнок-психопат из фильмов ужасов.

Я едва не задрожал от напряжения, когда шаги одной пары ног скрылись за дверью, а вторая дроу подошла ко мне впритык. Она встала рядом и прошипела со злобой:

– Жаль, я не могу убить тебя ещё раз!

И нужно было видеть её ошарашенное лицо, когда я резко открыл глаза и схватил её за голову, слегка сдавливая череп.

– Ты права, – прошептал я, глядя в её глаза. – Не можешь. Хм. А вот это моё.

Я снял с её шеи [Амулет двух последних шансов]. Хорошо, хоть сапоги и подвес не успели стянуть.

– Так. А где [Бойня]? – Озирался я, не обращая внимания на бьющуюся в конвульсиях Арен.

Небрежным взмахом ладони я выбил из её руки выхваченный родовой кинжал и спросил уже напрямую с нажимом:

– Где секира?

Дроу прохрипела что-то нечленораздельное, и я раздражённо сорвал с неё лицевую повязку, приговаривая:

– Нифига не понятно же!

Но когда я взглянул на её лицо, пришла моя очередь удивляться. Вся нижняя половина лица Арен была змеиной. Прям с чешуёй, огромной широкой пастью, раздвоенным языком и даже парой острых клыков.

– О как! – Вырвалось у меня. – Значит, рептилоиды и к твоей мамаше всё-таки захаживали? Так, где моя секира, гадюка⁈

Я ослабил хватку и Арен прохрипела:

– В оружейной!

– Показывай дорогу.

Оружейная оказалась совсем рядом с той комнатой, где мы находились. Секира нашлась тут же. К слову, как и [Багаж алхимика]. Подхватив свои вещи, я приказал Арен вести меня к матриарху.

Как ни странно, она не упиралась. Должно быть, рассчитывала, что как раз та ей и поможет.

Мы находились где-то на нижних подземных этажах. Арен послушно указывала дорогу наверх, но когда мы проходили мимо массивной металлической двери, заметно разволновалась, при этом делая вид, что совершенно её не замечает.

– Что там? – спросил я, кивая в сторону двери.

– Ничего важного, – ответила дочь матриарха.

– Вот как? Значит, ты не будешь против, если я посмотрю?

– Ты не сможешь её открыть. Она заперта на очень надёжный замок.

– Правда? Если там ничего важного, то к чему такие меры?

Я снял с пояса цепи и связал ими Арен по рукам и ногам.

– Полежи пока, – бросил я в её сторону, положив дроу на пол.

– Ты не сможешь её открыть! Даже не пытайся! – пыталась остановить меня девушка.

– Спорим?

Я со всей силы ударил кулаком в дверь, и та заметно прогнулась.

– Недостаточно, – покачал головой я и нанёс себе пару небольших ран, дабы увеличить силу.

Последующими двумя ударами я пробил в двери внушительную дыру, а затем голыми руками расширил её до таких размеров, чтобы можно было худо-бедно просочиться внутрь.

И внутренности помещения меня одновременно огорчили и удивили. Огорчили, потому что на первый взгляд здесь не было ничего ценного. Вот только оборудование, находящееся здесь, поражало своей фаталистичностью по меркам бездны. Снаружи бегают эльфы в доспехах с мечами и арбалетами, а здесь находится целая лаборатория со средствами производства.

– Так вот, оказывается, где Венатур производят свои химикаты, – пробубнил я.

Мне всё это было без надобности, и я хотел уже было идти назад. Но тут мой взгляд зацепился за огромный сосуд размером с двух породистых лошадей, похожий на те, в которых находятся вещества под давлением. Примечателен он был тем, что на нём красовалась эмблема не чаши, как положено в доме Венатур. На нём была эмблема дома Кунас – сердце. Вот только здесь оно было пронзено кинжалом.

Всё это было очень интересно, хоть и совсем непонятно. Вот только времени разгадывать чужие секреты у меня не было. Поэтому я вернулся в коридор и снова подхватил пленницу на руки.

Встречающиеся по пути стражники терялись при виде меня, взявшего в заложники их принцессу, и не знали, что делать. Те, кто пытался напасть, тут же погибали от моей руки. Но большинство всё же были поумнее и отступали, чтобы поднять тревогу.

Вся главная башня уже стояла на ушах, когда я вошёл с пленной дроу в широкие двустворчатые ворота и оказался в просторном тронном зале.

Сунера восседала на троне, а вокруг неё толпились дроу в разномастной броне, прикрытой гербовыми накидками дома. По-видимому, офицеры.

– На этом всё. Обеспечьте оборону дома в случае нападения. И будьте готовы атаковать. Приступайте.

Офицеры Венатур поклонились и организованной шеренгой направились на выход из зала, как будто и не обращая внимания ни на меня, ни на висящую в моей руке Арен.

Стоило помещению опустеть, Сунера вперила в меня хищный взгляд. И хотя ни один мускул на её лице не дрогнул, в глазах читалась неподдельная ненависть.

И я ответил ей тем же. Внутри всё закипало, когда в голове всплывали воспоминания о Блэке и Тинки. Да, мы Проклятые. Те, кто вступал в наши ряды, не боялись смерти и были готовы к ней в любую минуту. Но за смерть своих мы будем мстить.

Первой нарушила тишину Сунера:

– Вижу, Вирго всё-таки отважилась на необдуманные действия. Скажи. Сколько времени тебя выращивали в их лабораториях? Что понадобилось сделать, чтобы наделить человека такой силой?

– Меня не выращивали. Чтобы добыть эту силу, нужно пару раз умереть и вернуться обратно. Только и всего. С возвратом не обещаю, но вот умереть я вам всем помогу.

– Как самонадеянно, – усмехнулась Сунера, но тут же сменила тон на более серьёзный. – Ты смеешь угрожать матриарху дома Венатур, человек! На силе матриархов держится весь порядок в городе и уровне бездны! Мы контролируем весь верхний этаж подземелий! Мы загнали двергаров, кинокефалов и прочих низших туда, где им и место. И ты думаешь, что эксперименты Вирго дали тебе достаточно сил, чтобы бросить вызов мне⁈ Ты уже не первая зверушка, спущенная с цепи!

– Довольно! – попытался я перебить матриарха.

Но она разошлась не на шутку:

– Ты в моём доме! И я здесь решаю, кому говорить, а кому молчать! А ещё лишь я решаю, кто умрёт, а кто будет жить! Так что поставь мою дочь на землю и, возможно, ты умрёшь быстро.

На этих словах её прорези глаз хищно сузились, глядя на меня.

Я не нашёл что ответить. Да и на самом деле не хотел. Не для словесных баталий я сюда пришёл.

Я посмотрел на ядомантку, застывшую в моей хватке, а затем прямо в глаза Сунере.

– За Блэка и Тинки, – спокойно проговорил я и добавил. – За Проклятых.

Шейные позвонки Арен треснули у меня в кулаке, и она куском мяса упала на тёмный мрамор зала.

Реакция Сунеры была неоднозначной. Да, я хотел сделать ей как можно больнее. А что может быть больнее для матери, кроме как видеть смерть своего ребёнка? Но, несмотря на то, что лицо матриарха исказилось в злобной гримасе, достойной быть запечатлённой как пример признака наивысшего гнева, она сдержалась. Сунера не истерила и не кричала. Она молча подняла руки кверху, и зал начал заполняться едким полупрозрачным газом. А значит, мне пора было выпить второе универсальное противоядие.

– Признаю. Вирго неплохо поработала с твоей устойчивостью к ядам, – прошипела Сунера. – Но что ты скажешь на это?

За её троном на стене находился огромный барельеф со змеёй, обвивающей чашу. Страшно подумать, сколько времени заняло у мастеров воплощение в камне изображения подобного масштаба. Но теперь я засомневался, руками ли оно вообще создавалось. Так как змея на камне зашевелилась и начала становиться всё объёмнее.

Меж тем Сунера восклицала:

– Великий змей, приди для защиты детей своих!

Вскоре за спиной матриарха действительно появился змей, и был он по-настоящему великим. Мало какой монстр из бездны сравнился бы с ним по размеру. Его длинное тело заполнило едва ли не весь зал, так как только в толщину оно было как два моих роста.

[Великий змей Венатур]. Легендарный монстр. Преобладающие характеристики – выносливость.

– А! Так вот кто папочка твоей дочурки, – выплюнул я. – И как тебя только не разорвало?

Прежде чем в меня ударил хвост размером с грузовик, я успел невысоко подпрыгнуть. Иначе мои сапоги сыграли бы со мной злую шутку. Ибо сомневаюсь, что даже я смог бы выдержать такой удар без возможности улететь в свободный полёт к противоположному концу зала.

Не успел я встать на ноги, как уже увидел устремившуюся ко мне змеиную морду с раскрытой пастью.

Прежде чем она меня сцапала, я успел поднять руки, хватаясь за верхнюю челюсть, а правой ногой упереться в нижнюю. Но змей сжимал пасть с такой силой, что крякнул от напряжения даже я.

Хвост монстра заметался из стороны в сторону, и он подкинул голову над собой, освобождаясь из хватки. И из-за этого я снова взмыл в воздух, но уже вверх.

Перехватывая секиру в воздухе двумя руками, я замахнулся и приземлился прямо ему на голову, нанося удар со всей силы. Вот только, к моему огорчению, я не смог пробить даже плотную броню из чешуи.

Змей не просто так имел главной характеристикой выносливость. Сколько бы ударов по его коже я не наносил впоследствии, на чешуе не оставалось даже и царапины.

Он ещё пару раз отмахнулся от меня хвостом, нанося внутренние повреждения моему телу. И плюс к этому ещё свою лепту вносил и яд. Но Сунера даже не догадывалась, что своей газовой атакой она мне лишь помогла. Отрава была не способна меня убить, зато поддерживала в разгоне пассивные базовые способности берсерка.

Дальнейший бой выглядел как возня змеи с мышкой. С очень живучей и злой мышкой, которая то и дело огрызалась и пыталась цапнуть змея хоть за что-нибудь.

Нужно было снова искать слабое место у противника. Но тут даже без [Взора смерти] было понятно, что нужно метить в глаза, так как чешуя оказалась непробиваемой даже на брюхе. По крайней мере, для [Бойни].

После того как змей в очередной раз попытался раздавить меня, навалившись всем телом, я подпрыгнул и оказался у него на спине. И фиг бы я смог на ней удержаться, если бы не [Сапоги настойчивости].

Я сам не ожидал, но их свойство, препятствующее сдвинуть владельца с места без его воли, действовало так, что я прекрасно держался на спине змея, когда он трясся из стороны в сторону.

Правда, меня в этот момент едва не стошнило, но я собрался и со всех ног побежал в направлении его головы, лишь каким-то чудом [Порождением ненависти], умудрившись не свалиться по дороге. Достигнув головы, я подпрыгнул и ударил секирой в глаз.

[Бойня] врезалась в роговицу, но не смогла пробить даже эту влажную прозрачную оболочку глаза, а я снова был отброшен в сторону.

Вытирая кровь с лица, я встал и всё-таки решил посмотреть на монстра спектральным зрением. Я недавно убил Арен, поэтому [Взор смерти] ещё работал. И показывал он мне какую-то глупость. Чёрная дымка, указывающая на слабое место противника, концентрировалась именно на органах зрения монстра.

Неужели нужно просто ударить посильнее? Вот только, когда я снова добрался до его глаза и успел нанести даже парочку ударов сразу, эффекта это не возымело, и я снова был отброшен.

Поэтому решил, что нужно действовать с умом. Если одиночные удары не приносят ущерба даже его слабому месту, то, что нужно делать? Наносить как можно больше ударов!

Я разозлился и поймал боевой кураж, когда ты уже без всяких навыков предчувствуешь следующую атаку противника. Тем более, что паттерны движений у змея были несложными и часто повторялись, так как действовал он скорее инстинктивно.