Текст книги "Гнев бездны (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кошкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)

Берсерк 3: Гнев бездны

Пролог

Встреча главы правительства с высокопоставленными чинами проходила напряжённо. Как и все предыдущие за последнее время. Не было ни журналистов, ни телекамер, ни вообще кого-то постороннего. Потому что вопросы, решаемые на таких собраниях, не должны были предаваться массовой огласке.

Выслушав доклад очередного уполномоченного лица, уставший мужчина в возрасте чуть сместился в кресле, оперевшись на одну руку:

– А что думает по этому поводу министерство обороны?

Человек в военной форме ответил, не вставая со своего места:

– Я думаю, следует усилить защиту вокруг пирамиды. Нам удаётся сдерживать атаки почти без потерь. Но люди на местах докладывают, что с каждым разом нападения становятся всё ощутимее.

– У вас есть какие-то соображения на этот счёт, Павел Владимирович?

Обращался он к крепкому мужчине также в военной форме. Вот только форма эта была чёрного цвета и не соответствовала принятым стандартам ни министерства обороны, ни МВД, ни какой-либо ещё спецслужбы, известной несколькими годами ранее.

– Да. Боевые группы действительно отмечают усиление активизации стай монстров в подземельях. Но наши специалисты считают, что причин для паники нет.

– Да как же нет⁈ – не удержался министр обороны. – В крайний раз половина роты уехала в госпиталь, когда твари прорвались через периметр! Я снова настаиваю на том, что входы в пирамиду нужно подорвать к чёртовой матери!

– Спокойно, генерал. Вы сами прекрасно знаете, что это не вариант. Китайцы уже пробовали и что из этого вышло? – возразил ему человек в чёрном.

Генерал устало помассировал глаза и тяжело вздохнул:

– Да знаю я. Но так не может больше продолжаться. Проблему следует решать радикально, а не ждать, пока она решит нас.

Тот, кого называли Павлом Владимировичем, встал со своего места и, заложив руки за спиной, прошёлся вдоль стены, в направлении большого экрана.

– Вы видите лишь негативные стороны ситуации. Да, бездна опасна и таит в себе множество угроз. Но ещё больше она таит в себе возможностей. Уже освоены новые, невиданные до этого, типы энергии. Совершены прорывы в медицине. Многие болезни, ранее считающиеся неизлечимыми, теперь не представляют особого значения.

На этих словах мужчина бросил мимолётный взгляд на президента. Да что там президент? Практически все присутствующие пользовались услугами особых лекарей. Но Павел Владимирович не стал кому-то припоминать об этом прямо. Но поняли его посыл все. Меж тем он продолжал:

– Я уже не говорю про невероятные достижения в сфере вооружений.

– Кстати, об этом, – перебил его уже другой представитель силовых ведомств. – О ходячем оружии. Одарённые становятся проблемой. Всё больше случаев применения способностей на наших улицах и в быту. Несмотря на то что мы ужесточили ответственность за подобные инциденты, они происходят всё чаще. И всё чаще с такими людьми не может справиться даже огнестрельное оружие.

Павел Владимирович поднял брови и развёл руками:

– Поэтому я и предлагал расширить полномочия моей службы на поверхности. Это всем бы пошло на пользу. С одарёнными должны воевать одарённые.

– Вот уж спасибо. Не хватало нам только войны на улицах, – огрызнулся глава МВД. – Тем более, доходит информация о том, что её хватает и в подземельях.

– Не понимаю, о чём вы.

– Вы всё понимаете даже лучше меня. О незаконных группировках одарённых, скрывающихся внизу.

– Спешу вас заверить, что они оперативно выявляются и уничтожаются.

– Вот как? Только почему-то, если посмотреть на этот рейтинг кланов, там их становится всё больше и больше. И кстати, ваши отряды там далеко не на первых строчках.

Услышанное очень не понравилось Павлу Владимировичу. Ведь это было правдой. Но он сдержал эмоции и сохранил беспристрастный внешний вид.

В эту перепалку, наконец, вмешался президент:

– Кстати, об этом. Эти, так называемые, Проклятые ещё не найдены?

– Никак нет, господин президент, – ответил глава МВД, косясь на недавнего оппонента. – Более того. Они занимают самую верхнюю строчку в рейтинге силы кланов.

Павел Владимирович широко улыбнулся и спросил:

– А как же так получилось?

Глава МВД стушевался, ёрзая в кресле, и покосился на сидящего рядом руководителя ФСБ.

– Вот именно, – кивнул мужчина в чёрной униформе. – С одарёнными подобной силы не стоит вести переговоры с позиции этой самой силы. Мир поменялся. И, судя по тому, что эти люди рассказывали, пока всё не началось, они адаптированы к этому миру лучше, чем кто бы то ни было.

– Постойте. Вы действительно верите в эти сказки про иные миры⁈ – всплеснул руками министр внутренних дел.

– Это не сказки. Прошу вашего внимания.

Мужчина включил экран, и на нём замелькали кадры с нагрудных камер военных в такой же чёрной форме как и он сам.

Запись была плохого качества с многочисленными помехами. Как отмечали специалисты, в подземельях плохо работала вся электроника. Но что-то можно было разобрать. Павел Владимировчи нажал на кнопку пульта, и видеозапись боя застыла на одном кадре, демонстрируя на всеобщее обозрение девушку с длинными белыми волосами и тёмно-серой кожей.

Президент удивлённо вскинул брови:

– Эм… Мечи?

Лицо девушки застыло в гримасе ярости, когда она разрубала одного из бойцов своим изящным клинком.

– Да, господин президент. Не только мечи. Прошу взглянуть.

Изображение на экране увеличилось и нейросети за секунды улучшили его качество. Все присутствовавшие смогли рассмотреть не только необычный цвет кожи, оружие, но и длину ушей, а также необычную одежду особы.

– Это первое свидетельство контакта с иной расой разумных существ. Мы пока что не знаем, живут ли они в бездне, либо пришли из других миров. Но факт остаётся фактом. Мы не одни во вселенной.

– Получается, эти Проклятые обрели способности ещё задолго до появления пирамид? – уточнил президент.

– Похоже на то. С появлением рейтинга, они сразу же заняли верхнюю строчку. Даже несмотря на то, что по нашим данным, их клан довольно малочисленнее. Это значит, что сила каждого его члена в несколько раз превышает силу даже моих бойцов.

Мужчина, сидящий во главе стола, задумался, после чего напряжённо проговорил:

– Значит, нужно отнестись к вопросу этих Проклятых наиболее серьёзно.

Глава 1
Гнев Вечножаждущей

– Оракул. Статус.

Деменс. Берсерк.

Сила. Редкий, средний уровень.

Выносливость. Редкий, средний уровень.

Ловкость. Необычный, низкий уровень.

Интеллект. Обычный, средний уровень.

Мудрость. Обычный, средний уровень.

Базовые навыки: [Очистка], [Очи тьмы].

Базовые классовые навыки: Недоступно.

Классовые навыки: Недоступно.

Внеклассовые мутации: [Истинная мощь Молоха], [Кислотная кровь], [Стальные кости], [Запасное сердце II], [Частичное снятие блока ловкости], [Подкожная броня], [Железная голова]

Навыки других планов: [Договор со смертью] – приостановлено, [Милосердие смерти], [Благословение безумия].

Статусы: [Гнев бездны].

– Как дела? – поинтересовался у меня Афеллио.

– Дерьмово, – покачал я головой, выслушав доклад оракула.

– Опять снижение?

– Ага.

– Сколько сейчас?

– Сила и выносливость упала до редкого среднего. Ловкость до необычного низкого.

– Действительно дерьмово. В этой области таких характеристик будет мало.

– Это ещё не всё. Классовые навыки пропали. В том числе и базовые.

Афеллио издал звук, похожий на тяжёлый вздох:

– На самом деле, ожидаемо.

– Ну, хоть мутации на месте. Пока что.

– А они никуда и не денутся. Мутации уже принадлежат твоему телу. Хоть и частично поддерживаются энергией бездны.

Я обречённо уселся на один из камней, с большим трудом ставя свои мечи рядом. С потерей [Крепких рук] усиливающих силу моего хвата вдвое, я ими уже еле махал. Также пропали: [Чутьё на кровь], [Исступление], [Бесконечная резня], [Устрашающий рёв], [Массовая истерия], и, что самое печальное, [Второй шанс].

Но это всё меркло по сравнению с тем, что больше были недоступны навыки, повышающие мои характеристики и сопротивляемость магии при получении ран. По сути, я сейчас был просто обычным мясом. Даже мои немногочисленные артефакты во многом пришли в негодность.

[Перчатки амбидекстера] просто порвались от носки. И после того как в них вцепились челюсти какой-то особо зубатой твари. Однако, сняв их, я обнаружил, что не всё так плохо. Всё это время, пока я орудовал двумя мечами сразу, мои полушария адаптировались к скоординированной работе двух рук. Так что перчатки мне уже и не нужны.

[Наручи отражения стрел] также сорвала эта же тварь. Но невелика потеря. Ибо они мне не особо пригождались всё это время.

Чего было действительно жалко, так это [Сапоги неутомимого прыгуна]. За то время, что я тут скитаюсь, они много пережили. И такая жёсткая эксплуатация без ремонта привела обувь в негодность. Так что ходил я сейчас босиком.

Благо хоть [Амулет двух последних шансов], неоднократно спасавший мне жизнь, всё ещё висел на моей шее.

Но настоящую боль доставляла мысль о том, что мне сейчас придётся оставить один из мечей. Мои характеристики не позволяли больше орудовать сразу двумя этими шпалами.

Я бережно провёл пальцами по щербатой поверхности [Дробильщика] и тяжело вздохнул:

– Прощай.

Взвалив на плечи [Истязатель], я развернулся и зашагал прочь, в глубину очередного тоннеля. Можно было бы положить лишний меч в [Подсумок перемещения], но я не стал рисковать. Потому что в последнее время он начал работать с перебоями. Забрасывая в него предмет, он мог просто пропасть. Афеллио объяснил это тем, что, скорее всего, мы уже близки к цели. То есть к переходу на другую часть бездны. И так как подсумок – это пространсвенный артефакт, то там он не будет работать вообще. Из-за того, что вторая его часть находится в этом участке.

– Не слишком ли ты сентиментален к предметам? – задал вопрос Афеллио.

– Ну, ты тоже формально предмет.

– Ну, я то это другое. Я при этом ещё и личность.

Я подумал несколько секунд и произнёс:

– Наверное, мы привязываемся не столько к вещам, а к тем воспоминаниям о пережитом вместе с ними.

– Даже к тяжёлым?

– Даже тяжёлые воспоминания в итоге становятся частью тебя. И я бы не хотел с ними расставаться. Ведь теряя их, ты теряешь крупицу того, кем они тебя сделали.

– Очень мудрые слова для обделённого мудростью, – не преминул съязвить жезл в своей излюбленной манере.

Я резко остановился и застыл, глядя себе под ноги. Отросшие волосы падали мне на глаза, закрывая обзор, но я и так не смотрел вперёд. Я смотрел вглубь себя, где в памяти застыло её лицо.

– Афеллио, – наконец произнёс я.

– Да?

– Я скоро умру.

– Не говори так. Ты должен был умереть уже тысячу раз, но каждый раз твоё упрямство тебя вытаскивало из любой задницы.

Я покачал головой:

– Нет, Афеллио. Ты тоже это понимаешь. Что у меня нет шансов. Мы на двадцатом этаже. В моём состоянии здесь не выжить.

Повисла гнетущая тишина. Афеллио всё понимал. И хоть он пытался сохранять бодрое расположение духа, даже через его неживой голос ощущалось беспокойство и тревога.

– Я понимаю, Деменс, – наконец ответил жезл.

В его магическом голосе чувствовалась печаль. А я даже мысленно усмехнулся: «Неужели артефакт привязался ко мне?»

– Что ты будешь делать, когда это случится? – спросил я.

– Как и говорил. Подниму твой скелет. И наверное, вернусь в пирамиду. В свою одинокую обитель, где всё будет напоминать о тебе и тех, кто был там с нами. На самом деле это странно. Я не должен испытывать эмоций, но мысль о том, что я скоро останусь один, вызывает во мне необъяснимое чувство горя.

– Прости, Афеллио.

– За что ты извиняешься?

– За то, что вторгся в твою жизнь, нарушив твой покой.

– Глупо извиняться, Деменс. Время, проведённое с тобой и Проклятыми, было самым счастливым за всё моё существование. И если горе от потери станет платой за эти воспоминания, то пусть будет так. Ведь именно сменяющаяся радость и печаль, горе и счастье и делает вас людей живыми. И кажется, я тоже начал понимать, что это такое быть живым.

– Тогда у меня будет последняя просьба.

– Желание умирающего священно.

Я усмехнулся улыбкой обречённого:

– Сделай из меня свой самый крутой скелет. И пусть он ещё наведёт шороха в этой проклятой бездне.

– Непременно, Деменс. Обещаю создать самого безбашенного лича-берсерка!

Я так и стоял на месте, глядя во тьму тоннеля. Я прошёл двадцать этажей в глубь бездны. Туда, куда не ступала нога разумного. Я видел удивительные вещи. Чем глубже были этажи, тем страннее было происходящее там.

Реки крови впадали в реки из лавы, а потом омывали оледеневшие кластеры. Один из этажей выглядел как мёртвый лес, состоящий из каменных деревьев. Целые участки бездны представляли собой нагромождение слипшихся между собой средневековых замков, образующих витиеватые проходы со скрывающимися в них существами.

Вот только сражаясь и убивая очередных монстров и боссов, я не становился сильнее. Добываемая эссенция лишь слегка повышала мои характеристики, чтобы вскоре после этого они вновь падали и падали до нижайших значений.

Отправлялся я в путь, будучи на грани легендарного ранга силы и выносливости. Но однажды внезапно оракул выдал мне сообщение:

На вас накладывается перманентный статус [Гнев бездны].

Никаких пояснений на этот счёт не было. Но вскоре я заметил, что силы покидают меня. Сколько бы я ни сражался и ни поглощал эссенции, это лишь слегка замедляло мою деградацию. И теперь, как вишенка на торте, когда я нахожусь уже на двадцатом, бездна лишила меня и основных моих способностей.

И мне бы было плевать. Стоило ожидать, что если увести у неё из-под носа целый мир, то бездна, даровавшая мне силы, не будет в восторге. Я был готов к этому. Как был готов с того самого момента, как попал в бездну.

Но сейчас я застыл, окончательно осознавая, что так больше и не увижу её. Больше не увижу её улыбку и не коснусь её губ. И не смогу, наконец, открыто ей признаться, что люблю её.

– Нужно идти, Деменс, – привёл меня в чувство Афеллио. – Мы уже почти у цели. Я чувствую.

Я кивнул и зашагал вперёд.

Двадцатый был особенным этажом. Хотя, я бы сказал, дурацким. Он меня жутко выбесил тем, что проходы и пути в нём постоянно менялись. Причём порою прямо у тебя на глазах. На первый взгляд, он был похож на типичный верхний этаж. После необычных видов предыдущих уровней этот поначалу даже удивил своей заурядностью. Но стоило начать его исследовать, как обнаружилось его неприятное свойство. Проходы и тоннели менялись прямо на глазах. Могли вильнуть в ту или иную сторону. Сузиться или расшириться, или внезапно открыть проход в кластер с сильными монстрами.

Я уже сбился со счёта, сколько провёл здесь времени. Но Афеллио утверждал, что на одном только этом этаже мы провели уже чуть больше двух земных месяцев. И только благодаря жезлу, я ещё не сошёл с ума. Артефакт подмечал какие-то особенности участков этажа, сообщая, если мы здесь уже были. И вот наконец-то мы наткнулись на проход, который казался более-менее стабильным. По крайней мере, пока что земля не уходила из-под ног, и стены не виляли из стороны в сторону. И Афеллио поспешил меня заверить, что это именно то, что мы ищем. А искали мы проход в другой мир.

Кажется, ещё Мариш рассказывала мне теорию о том, что у каждого этажа на самом деле есть граница. И если достигнуть её, можно отыскать переход в бездну, относящуюся к другому миру.

Афеллио же предположил, что чем выше этаж, тем дальше эта граница. Но если спуститься пониже, то граница становится ближе. Хоть монстры там и толще.

После разрушения Эбиса, я не мог больше здесь оставаться. Смотреть на мир, который я приговорил собственными руками, не было желания даже у меня. Поселиться в одном из городов? Там, где меня боятся до чёртиков? Звучит неплохо. Можно было бы подмять под себя весь альянс, заставив прислуживать себе. Вот только какой в этом смысл? Сидеть на троне, попивая вино и толстея в неге? Ну, уж нет. Назвался берсерком, значит, сражения твоя судьба. Да и, как оказалось, лучше умереть здесь от лап монстров, чем быть растерзанным разумными бездны, когда они узнали бы, что мои силы меня покинули.

Но на самом деле я понимал, что вниз меня тянуло пожирающее изнутри чувство тоски. Сражения и убийства помогали заполнить эту пустоту внутри. Я бросался из битвы в битву, практически без отдыха, пока ноги не переставали меня держать. А эпическую выносливость очень трудно вымотать.

И каждый раз, стоя в крови с головы до ног, я понимал, что поступил тогда правильно. Бездна изменила меня уже давно. Я бы не смог ужиться в цивилизованном мире. Я слишком привык решать все проблемы силой и насилием. В первую очередь насилием над собой.

Поэтому меня звали нижние этажи. Только я мог спуститься настолько глубоко, прореживая ряды эпических и легендарных тварей. А заодно и проверить теорию о том, что миры, захваченные бездной, становятся связанными между собой.

И вскоре эта теория должна была подтвердиться. Пройдя чуть вглубь, я увидел в метрах пятидесяти конец тоннеля, упирающийся в гигантские врата.

– Вот оно! – воскликнул я, и мои ноги сами перешли на бег, устремившись к цели.

Но не успел я пробежать и десяти метров, как стены вокруг меня задрожали и резко схлопнулись, закрывая проход.

Я бессильно ударил кулаком о сырой камень:

– Мразь!

Отдышавшись, я взял себя в руки и заключил:

– Придётся искать другой путь.

– Кажется, это будет затруднительно, – ответил мне Афеллио.

Я развернулся и обнаружил, что проход, по которому я сюда попал, был также перекрыт. По сути, я оказался в каменном кармане без выхода.

– Странно, что она не сделала этого раньше, – заметил я вслух.

– Это не в её стиле, – ответил Афеллио.

Внезапно стена справа снова задрожала, открывая новый проход. Пару секунд висела гробовая тишина, пока из него не послышались тяжёлые шаги.

– А вот это уже в её стиле, – прокомментировал Афеллио.

Я встал в боевую стойку, готовясь к бою. Скорее всего, последнему. Я не встречал здесь монстров ниже эпического уровня. А значит, с моими нынешними характеристиками выйти из этого боя победителем будет трудно. Хотя, с другой стороны, я убил своего первого босса, будучи вообще немощным новичком. Так что сдаваться рано.

Из открывшегося тоннеля раздавался металлический грохот и вскоре на наше обозрение предстал:

[Хозяин доспехов] Монстр легендарной редкости. Превалирующие характеристики – сила и выносливость.

На первый взгляд, выглядел он как рыцарь, по уши закатанный в броню. Но присмотревшись, я заметил, что в этой броне есть щели. И вот в этих щелях виднеется пустота.

– Это что-то типа голема? – произнёс я вслух.

– Оживший доспех, если быть точнее, – ответил Афеллио.

– Это ж что за великан такие носил?

А был он высотой раза в два выше меня. Хотя, в принципе, видали и побольше.

Босс сбросил с плеча двуручный меч и также встал в боевую стойку, сверля меня пустотой прорези шлема. Я ответил ему таким же прожигающим взглядом поверх острия своего меча. И тут же мысленно посетовал, что надо было оставить [Дробильщика], заточенного против неорганики. Не повезло, так не повезло.

Как по сигналу мы ринулись друг на друга. Не в моём положении было лезть на рожон. Но привычка есть привычка.

Спасло меня то, что монстр оказался предсказуемым. Ну и чего уж скромничать? Пусть мои характеристики у меня и отняли, но опыта у меня уже было с лихвой. Лишь по тому, как он держал меч, я понял, что сейчас будет горизонтальный удар слева.

Будь целы мои сапоги прыгуна, я бы просто перепрыгнул через вражеский клинок и ударил бы его по голове. Но пришлось поднырнуть вниз, пропуская меч над собой, едва не лишившись отросшей шевелюры.

Мой удар в коленное сочленение враг будто не заметил. Даже царапины не осталось.

– Он что⁈ Неразрушимый⁈ – воскликнул я, принимая резкий удар с разворота на Истязателя.

Это тоже была привычка от высоких характеристик, сейчас сыгравшая со мной злую шутку. Потому как вместо того, чтобы проскользить на ногах, я отлетел и впечатался в каменную стену. Благо [Подкожная броня], [Стальные кости] и [Железный череп] обеспечивали мне незаурядную защиту. Иначе валяться бы мне поломанным.

– Вполне может быть, – ответил Афеллио на заданный мною вопрос. – Это же двадцатый этаж. Для убийства серьёзных боссов нужны разносторонне развитые группы. Всех нахрапом не возьмёшь.

– Обнадёжил, – ответил я, вновь уворачиваясь от удара сверху.

Благо оживший доспех был не особо быстрым. Зато очень сильным. Огромный меч врезался в скалу, проникая в неё едва ли не до середины клинка.

Я воспользовался заминкой, пока босс тратил время на то, чтобы вытащить своё оружие, и попытался нанести ему ещё пару ударов. Но тот даже не почесался. Клинок [Истязателя] врезался в него как кухонный нож в броню танка. Только нож мог хотя бы краску поцарапать. Я же не смог высечь даже искры.

Надо было думать. Отступив, я уставился на то, как противник уже практически высвободил своё оружие. Невольно покосившись на проход, откуда он пришёл, у меня промелькнула мысль о побеге. И она была здравой. Вот только не нравилась она мне. Ни от кого я здесь ни разу не бегал. И сейчас не буду. Поэтому нужно попытаться победить.

– И как таких убивать, Афеллио? – спросил я.

– По идее, его части должны быть связаны сложными энергетическими структурами. Я бы мог попробовать разорвать эти связи. Но для этого мне нужно проникнуть внутрь.

– Как в Маркала, – усмехнулся я.

– Можно и так. Но я бы советовал найти щели пошире.

– Хорошо. Я понял.

Пришлось бросить [Истязатель] на землю. Его вес только мешал.

Доспех уже практически высвободил своё оружие, как я успел к нему подбежать и, пользуясь выступами на броне, запрыгнуть поближе к голове. Выхватив из-за пояса Афеллио, я воткнул его в зазор на шее, после чего получил ощутимую оплеуху латной перчаткой.

Мой железный череп зазвенел как медный колокол. Противников сразу стало трое, или, может, даже пятеро, так как в глазах всё то ли разтроилось, то ли разпетярилось.

И быть бы мне тут же раздавленным грудой металла, если бы Афеллио моментально не начал своё магическое колдунство. Босс замедлился и подёрнулся, будто от удара током. Когда моё зрение пришло в норму, я увидел, что Афеллио действительно бьёт того молнией. Но это не принесло ожидаемой победы. Доспех просто потянулся к своей шее и вытащил оттуда назойливый артефакт, отбрасывая того в сторону.

– Не получилось, – услышал я голос с другой стороны пещеры. – Чтобы его дезинтегрировать, нужно концентрированное магическое воздействие по всем каналам.

– Блин! Афеллио! Говори проще! – прокричал я, перекатом уходя от атаки босса.

– Если проще, то я должен сделать вот такое же, как в этот раз, но по всему его телу одновременно! – ответил жезл. – Иначе все структуры быстро восстанавливаются!

Я чертыхнулся и уточнил:

– У тебя есть идеи?

Наша битва с боссом приняла форму кошек-мышек. И я отметил про себя, что даже попытайся я убежать, у меня вряд ли это получилось бы. Ведь доспех начал ускоряться. Уходил я от его ударов лишь из-за того, что были они уж очень размашистыми. Скорее, рассчитанными на то, чтобы выкашивать сразу толпы врагов.

С идеями у Афеллио, ожидаемо, оказалось туго. Тоже мне, великий мудрец.

Зато возникла идея у меня. Молясь, чтобы подсумок сработал, я засунул в него руку и, к своему счастью, выудил из него длинную цепь, которой меня некогда сковывали прихвостни архимага.

Очередной взмах босса едва не снёс мне правую руку, но я специально дожидался вертикального удара. Хозяин доспехов не особо заботился о том, что его меч в таких случаях на секунды застревает в земле или стенах.

Исключительно на инстинктах я отпрыгнул в сторону, понимая, что не угадай я направление, то меня бы тут же размазало. Но думать больше времени не было. Обнажив зубы в оскале, я набросил цепь на приземлившийся рядом меч, наматывая её на лезвие. И тут же понял, что идея была глупой. Так как тягаться в силе с боссом я больше не мог.

Когда он взмахнул своим оружием, цепь натянулась как струна, и я отправился в полёт по широкой дуге. Пролетая над боссом, на миг время для меня будто замедлилось, и я успел взглянуть в пустую щель его шлема. Там виднелись лишь всполохи магической энергии, обеспечивающей движение голема. И я мысленно ударил себя по железному лбу. Вот же дубина!

Приземлившись за спиной противника, я крякнул от неприятных ощущений в ногах, но тут же оттолкнулся от земли и приблизился к нему вплотную.

Рискуя быть растоптанным, я обмотал цепью сначала нижние конечности босса. Затем набросил её на шею.

– Ты думаешь сковать его? – недоумённо спросил Афеллио из угла пещеры. – Тогда надо было натягивать потуже.

Но план у меня был другой. Да и при всём желании, сейчас я не на тех оборотах, чтобы суметь продемонстрировать ему искусство шибари.

Удар эфесом в грудь отбросил меня прочь. Но это было мне лишь на руку. Ведь под моей рукой как раз оказался Афеллио.

Превозмогая боль, я вновь подскочил и ринулся в атаку, анализируя движения босса. Вот он выводит правую ногу вперёд, занося меч за левое плечо. Значит, будет либо удар справа наискосок, либо горизонтальный. Нужно уклониться в последний момент.

Но этот момент и, правда, грозил стать для меня последним. До этой поры удары противника были простыми и предсказуемыми. На уровне тех, что преподавали нам наставники «красной» школы ещё в первые дни обучения. Но сейчас оживший доспех, вместо того, чтобы изобразить широкий взмах, резко опустил руки, отводя их чуть назад справа от себя, и совершил стремительный укол вперёд.

Мои глаза едва не вылезли из орбит, когда холодная сталь врезалась мне в живот, с лёгкостью пробивая [Подкожную броню] и превращая мои кишки в фарш. Кажется, клинок вышел из моей спины, а я мог лишь ошарашенно хватать ртом воздух, не в силах даже сделать вдох и жалеть о том, что [Амулет двух последних шансов] на перезарядке.

Торжествуя, босс вознёс меч вверх, и я повис на нём как шашлык из барана, коим я и являлся. Представляю, каких шуточек напридумывал бы Варгал.

Внезапно нахлынувшие воспоминания и промелькнувшие перед глазами лица друзей заставили меня обречённо улыбнуться. Я разжал кулак, всё это время сжимающий жезл, и мне оставалось лишь молиться, чтобы Афеллио понял, что я от него хотел.

Цепь, повисшая на шее босса, являлась великолепным проводником магии. И сейчас этот проводник обматывал его с ног до головы.

Афеллио полетел вниз и угодил прямо за выступающие элементы защиты шеи босса на подобии горжета. А я стиснул зубы от досады. Ведь он не коснулся цепи.

Голем ещё некоторое время торжествовал, позволяя мне вдоволь прочувствовать то, что чувствуют бабочки, находящиеся на иголочках фанатичных энтомологов. Но когда ему это надоело, он сделал лёгкий взмах, отправляя меня в очередной полёт.

Я ударился спиной о стену. Дышать я не мог. Двигался еле-еле. Даже встать для меня было проблемой. Да и какой в этом смысл?

– Ну, уж нет! – тихо прорычал я. – Я умру стоя!

Кое-как подогнув ноги под себя, я сумел подняться. Шатаясь из стороны в сторону и рукою зажимая рану на животе, я смотрел на то, как [Хозяин доспехов] медленно шагает ко мне, забросив свой меч на плечо. Он был уверен в своей победе и в том, что я уже никуда не денусь. И как же чертовски он был прав. Настолько прав, что аж зубы свело.

«Ну, в целом достойная смерть», – подумал я, глядя на то, как босс заносит своё оружие для последнего удара.

Вот только внезапно он застыл. По опутывающей его цепи прошлась голубая молния, и босс начал разваливаться на составные части, пока перед моими ногами не рухнула груда неразрушимого металла.

Я харкнул кровью и усмехнулся, падая на колени. «Афеллио всё же смог» – подумал я.

Так, стоя на коленях, я истекал кровью и тешил себя мыслью, что всё же смог забрать своего последнего противника с собой.

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Может и так. Вот только земную жизнь я уже практически и не вспоминал. Перед глазами пролетели все события, прошедшие с момента попадания в Эбис, словно какой-то фантастический фильм. Но когда кадры этого фильма дошли до момента встречи с Аской, всё для меня будто замедлилось. Я больше не ощущал мира вокруг. Я видел лишь её лицо перед глазами. Я вспоминал нашу первую встречу. Как она помогла мне выжить на арене. Храбрая и чутка наивная. Хотя нет. Это была не наивность, а твёрдая уверенность в правильности своих поступков. То, что поначалу казалось мне слабостью, на самом деле было её силой. И если мне позволила выжить отчаянная безбашенность обречённого, то её вела преданность своим принципам и идеалам.

Затем я вспомнил Проклятых. Чих, Дина, Хил, Белла, Ориф, Варгал, Локи, отдавший свою жизнь ради меня Марис. И даже погибший в самом начале Хёрс. Ну а ещё этот хитрый прохвост Игос. Я вспомнил это ощущение, которое они дарили мне, находясь рядом. С ними я не был один. Я мог рассчитывать не только на себя. Они постоянно рисковали собой, вытаскивая меня из передряг, в которые я влезал, мня себя «героем-одиночкой». А я же, как старый уличный побитый кот, боялся их к себе подпускать.

Но вспомнив их всех, я улыбнулся. Ведь я сдержал своё обещание, освободив их из этого ада. Ну что ж. А мне пора отправляться в настоящий ад. «Благо там уже есть хоть какие-то связи», – усмехнулся я про себя.

Опустив голову, я всё это время смотрел в пол и не сразу увидел, что составные части [Хозяина доспехов] задёргались и притянулись друг к другу. По ним пробежались магические всполохи, и элементы брони вновь начали собираться в гуманоидный силуэт.

– Да твою ж… – выругался я, заметив происходящее.

Неужели намечался второй раунд?

Однако вставшая передо мной фигура была уже куда меньше ростом. Броня хозяина доспехов состояла из множества отдельных частей, и сейчас многие его детали валялись на земле. Поэтому размерами новая версия босса была примерно с обычного человека. Разве что раздутый торс и непропорциональные пальцы придавал ему некоторой комичности.

Впрочем, мне было не до смеха. Крякнув, я попытался встать, едва не выронив участок тонкой кишки.

– Думаю, не стоит, – внезапно услышал я голос Афеллио.

Я недоумённо нахмурился, лишь выдав вопросительное:

– Э-э-э?

– Всё нормально. Это я, – вновь послышался голос жезла. – Этот доспех имеет удивительную магическую проводимость. Поэтому поднять его как обычный скелет оказалось ещё проще.

– А где моя эссенция, хапуга? – прохрипел я.

– Эссенция выпадает с убитых монстров. Этого ты не убил. И я не убил. Формально он ещё жив. Просто я перехватил над ним контроль.

Я выдавил из себя страдальческую улыбку

– Круто. Сможешь туда мой скелет запихнуть?

– Теоретически да. Но может, ты сначала попробуешь зельями отпоиться?