Текст книги "Кружевная история попаданки (СИ)"

Автор книги: Дия Семина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Через час мы забрали мои вещи из гостиницы, и вернулись на корабль, уставшие и немного встревоженные, всё же неприятна неизвестность, похвалят нас или отругают за спасение незнакомца. Но, раз меня не ссадили на берег, значит, всё не так уж и плохо.

День выдался суетливый, я успела устать, но решила не сидеть сложа руки, сначала с коком разобрали продукты и специи, на завтра решили совместно сделать плов, я пояснила суть, и он сказал, что слышал об этом блюде. Какой-то военный рассказывал о своей бытности в Средней Азии. Идея с рисом коку понравилась, он назвал его кашей для богатых, а ещё понравились специи, сказал, что завтра сам ещё на рынок пройдётся после обеда и купит побольше.

Чтобы не терять драгоценное время на отдых, решила навести порядок в своей каюте, разобрала покупки, сменила постельное, устроила небольшие постирушки, всё как в гостинице. И после чаепития села за работу, пока светло надо вязать, теперь это моя основная работа. Про курьера я даже не вспомнила, если на нас никто не ругается, значит, всё в порядке, и можно не переживать.

Началась типичная корабельная жизнь, от которой я успела отвыкнуть за десять дней в гостинице. И это уже двадцать седьмые сутки, как я очнулась в этом теле и в этом мире. И с каждым днём я всё больше склоняюсь к тому, что Элис была беременная, а теперь беременная я. И этот факт очень усложняет мою жизнь. Никто в здравом уме не захочет нанимать беременную горничную, кухарку, прачку. Разве только кормилицей, но я иностранка, ни родословной, ни анализов, да и какие здесь анализы.

Другими словами, моя жизнь – тупик, из которого выбраться в одиночку фактически нереально. Если только меня наймут кружевницей в какой-нибудь модный салон, потому решила даже не пытаться искать работу в богатых домах. Сразу по бутикам или швейным мастерским, или как они называются в этом мире.

Но для этого мне нужно срочно сделать портфолио. Этим я и занялась, не щадя свои руки, глаза и спину, до позднего вечера вязала новый воротник, чуть сложнее, чем предыдущий. Мне нужно выложиться на максимум, такую красоту создать, чтобы женщины дрались за мои кружева, только так я смогу выбиться из нищеты. Иного способа я не знаю и знать не хочу.

Глава 5

Плов

Утро началось с громких ударов где-то в корпусе корабля. Ремонт идёт полным ходом, осталось совсем немного. Хотелось поспать подольше, но у меня такой привилегии нет. Скорее сбегала за простым завтраком на камбуз, договорились с коком о совместной готовке плова сегодня днём и снова за вязание.

В одиннадцать часов началась моя первая вахта в качестве помощника кока Василия Васильевича, дядьки крепкого, усатого, и доброго, как оказалось. Но как мне кажется, злым на кухне и на камбузе делать нечего. Он начистил моркови, лук, а я сначала промыла внушительный тазик риса, и замочила его на некоторое время. Тем временем начала крошить морковь, и довольно быстро получилось.

– Морковь соломкой, а лук дольками, надеюсь, в команде нет таких, кто не любит жареный лук.

– Они любят всё. Мясо мелко или крупно?

– Как на бефстроганов, и сразу в казан, туда же жир и овощи, приправы, чтобы вкус начал формироваться.

– Слушаюсь, ваше благородие! – довольно громко отрапортовал Василий Васильевич и начал кромсать кусок мяса, что мы вчера купили с Григорием.

А дальше всё закрутилось. Единственное, что меня в этот момент больно ущипнуло за сердце, это ностальгия, мы когда-то также на даче делали плов на большую компанию друзей и родных. А теперь…

Сосредоточенно мешаю мясо и овощи, позволяю им хорошенько обжариться, и добавляем рис, заливаем водой, снова соль и приправы и закрываем крышкой.

– Сейчас рис наберёт воду, распарится, потом откроем крышку и позволим остаткам воды выкипеть, подсушим немного, чтобы стал рассыпчатым.

– Аромат! Восхитительный! Надо этого самого риса пару мешков завтра купить, а лучше три!

– Да, отличная крупа, потом ещё кое-что покажу, что с ним можно делать.

– Буду рад научиться.

Василий так на меня посмотрел, словно я сейчас шпионка, провалившая явку и сдавшая пароли. И так понятно, что это ненормально, девица-пигалица с дальних северных островов. А умеет готовить блюда из Азиатских продуктов.

Посмотрел, но ничего не сказал. А я решила не уточнять и не объясняться, откуда у меня эти рецепты. А если что, скажу, отец был пастырем и служил где-то в Азии. Вот и всё алиби.

Плов получился потрясающе вкусным. У меня по-другому и не получается. Это мои фирменные блюда: плов, борщ, окрошка, и голубцы или фаршированный перец.

– Это невероятно вкусно! Завтра нас заставят повторить.

– И повторим, я тогда возьму себе плошку, пойду в каюту, чтобы не мешаться под ногами на раздаче, да и своей работы много.

– Иди, конечно, в твоём положении нужно отдыхать больше.

Приплыли, про моё положение теперь вся команда знает?

Как-то стало неуютно, но что поделать, это жизнь, зато никто не посмеет беременную женщину обидеть. Хотя у меня ещё есть три дня, чтобы опровергнуть данность, вдруг задержка. Но это вряд ли, я понимаю, что беременная и уже примерно пятая неделя.

Забираю свой котелок, ложку, кусок хлеба, чай в кружке и спешу к себе, вязать, вязать и вязать.

Минут через сорок раздался первый стук в дверь каюты.

– Элис, этот плов – лучшее, что мы ели! – дядя Гриша пришёл сказать спасибо.

– Это самое малое, чем я могу отплатить вам за гостеприимство и спасение. Приятно, что понравилось.

– Шутишь! Там чуть не драка за добавку. Также и в кают-компании, уж там нахваливали обед и очень удивились, что это ты сделала.

Тут же в подтверждение слов дяди Гриши пришёл наш уважаемый лекарь Лев Максимович. И сразу же рассыпался в дифирамбах плову.

Пришлось напустить на себя излишнюю скромность, неловко как-то готовили вдвоём, а хвалят только меня.

– Ой, я понимаю, но, надеюсь, Василий Васильевич не обидится, что все лавры достались мне, вы бы ему тоже сказали спасибо, мы вместе готовили, и он сегодня обещал съездить в город, закупить рис, и потом вас баловать…

– А ведь это идея! Закупить рис! Гениально, у нас его почти не купить, в России к нему не привыкли, но, если… Так, Григорий Платонович, берём Василия и в город, нам нужно провернуть это дельце.

Воодушевлённый лекарь забыл обо всём на свете, воодушевил Григория, и они поспешили в город, пока не слишком поздно. Скупить весь рис, какой найдут, и приправы.

– Да уж, кажется, кто-то придумал идею для бизнеса, и неплохую, между прочим.

Только и успела сказать вслед воодушевлённым мужчинам, и снова села за свою работу. Но теперь я взялась за новый «проект», такой же воротник, какой я уже связала, но пересчитала на нём все цветы и сколько маленьких бусинок мне потребуется, на нитку самого большого мотка нанизала почти сотню стеклярусов. Никогда так не вязала, но видела видео. Вязать узор нитью, а когда нужно сделать сердцевину цветка, подтянуть бусинку и ввязать её в кружево. Ещё раз всё проверила и начала новую работу, надеясь, что дня за три закончу эту красоту, и всё пойдёт по плану.

Но…

План дал трещину.

Ко мне постучал один из офицеров, я слышала от дяди Гриши, что это непростой человек, он отвечает за все документы, законы, и прочие дела, которые в моём случае, не отличаются порядком. Нашёл же время, когда все «мои» уехали. И явно он не за плов пришёл сказать спасибо.

– Добрый день, сударыня. Первое, позвольте сказать вам спасибо за потрясающий обед.

– Всегда рада. Пожалуйста.

– Второе, у меня остались сутки, чтобы привести документы в порядок. Перед выходом в море нас посетят инспекторы таможни, мне необходимо заверить их, что у нас все пассажиры легальные.

Моё сердечко упало в пятки, таможня, инспекция – эти слова никогда не внушали мне ощущение покоя и защищённости. Скорее наоборот.

А уж в этом моём положении. Кажется, я нелегальная пассажирка. Но молча протягиваю свои бумаги, а он просто их забрал и ушёл, ничего не сказал.

Сиди теперь, трясись от каждого шороха, вышлют меня или вообще сдадут властям?

Дорогие друзья, книга опубликована эксклюзивно, полностью только на сайте Author Today /work/488776

Глава 6

Все настолько плохо?

Я и правда сидела до самого вечера, не тряслась, в буквальном смысле этого слова, но нервишки пошалили изрядно, накрутила себя. И по привычке начала придумывать хоть какие-то пути спасения.

К сожалению, ни единого варианта в голове не «родилось», да и откуда, если об этом мире я вообще ничего не знаю. Только вязание продержало меня в состоянии адекватности до того момента, как в мою каюту постучал Лев Максимович и коротко пригласил в кают-компанию.

Уже собрался было сбежать, но я его поймала вопросом и протестом:

– В кают-компанию? Это к самому капитану? Я не пойду! Мне там нечего делать. Боже, они мне хотят сказать, что не могут меня взять?

Лекарь остановился и внимательно посмотрел, кажется, он не понял, к чему я снова за старую песню. Пришлось пояснить, что офицер, который отвечает за все юридические вопросы, забрал мои документы и, скорее всего, они не в порядке.

– Олег Борисович? Он тоже там, но ничего не сказал. Я предполагаю, что капитан решил с вами лично познакомиться, и, кстати, про документы. Думаю, что с разрешением на проживание в России у вас всё же будут проблемы. Уж простите, но вы беженка, у вас должны быть какие-то родственники или работодатель в империи. Допустим, горничной, что-то основательное и надёжное.

– Боже, у меня, как обычно, ничего нет! Это уже не смешно, надо что-то придумать ещё и с этим местом, – я разозлилась на эти коллизии. И почему всё через одно место, за что не возьмись, всё у бедной Элис не в порядке.

Лев Максимович хмыкнул, видать, понравился мой боевой настрой, а вот мне не очень.

– Вот как раз об этом, – он вдруг вошёл в мою каюту и прикрыл дверь, – барон Феликс Юрьевич Вельго, очень влиятельный человек. Это он только сказал, что курьер, нет. Он политик, очень важная персона в Тайной канцелярии.

– Вы меня решили запугать окончательно? Мы привели на корабль монстра? – мой голос дрогнул, ужасное состояние вырвалось наружу, от бравады не осталось и следа. Я окончательно лишилась надежды на спасение.

– Да нет же, я совершенно о другом.

– Ой, так говорите же, честное слово, я сейчас от переживаний в обморок грохнусь.

– Вот этого не нужно. Наоборот, вы его спасли! Понимаете, о чём я?

– Да боже мой, он просто ушибленный, через час очухался бы и ушёл по своим делам. Я его не спасала.

– А я говорю, что спасли. И он в благодарность за это, вполне возможно, и поможет вам получить нужные документы. Вы же не преступница.

Мы оба молчим, пытаюсь как-то приспособить эту мысль к реальности, а он не понимает, почему я не радуюсь.

– Когда я попала на корабль, рассказала вам, что случилось, то есть причину моего внезапного побега, мне кажется, что у меня несколько провалов в памяти, после удара во время шторма.

– А самочувствие?

– Вполне сносное, так что я вам сказала?

– Кто-то выкрал ваше приданое, снял деньги со счетов, заложил домик, вы оказались нищей. И по неписаным законам Ирландии муж имеет право развестись с женой, если та не предоставила заявленное приданое. И ваш муж поступил как последний подлец, развёлся, вас сослал в монастырь, а после родов у вас отобрали бы ребёнка, ужасная ситуация, и я вам верю. Ваши документы подтверждают ваши слова. Причина развода указана именно такая: отсутствие обещанного приданого и ссылка в монастырь на работы.

– Да, всё вено, именно эти события я и помню. Кажется, извозчик сжалился надо мной и привёз в порт. В Ирландии меня бы всё равно не оставили в покое. Но барон Вельго, как я его попрошу? Как ему сказать о своём плачевном положении?

– Найдите способ, сейчас я провожу вас в кают-компанию, и он там будет, постарайтесь его заинтересовать, или попросите о приватном разговоре. Мы не посмеем его просить за вас ещё раз, я уже сделал это, он обещал подумать.

Я с жаром взяла лекаря за руки и поблагодарила за заботу и совет, но так и не поняла, как мне умолять этого барона? Что ему говорить? И главное, как, чтобы он не принял меня за легкомысленную особу, легкодоступную девку.

– Пойдёмте, нас ждут, думаю, что отчасти это приглашение продиктовано именно проблемой с вашими бумагами.

– Да, это и так понятно. Сейчас, хоть причёску поправлю, чтобы не идти как лахудра.

– С вашей красотой простительно допустить лёгкий беспорядок в причёске, – Лев Максимович открыл дверь и жестом пригласил меня к выходу.

Кажется, я иду на допрос сразу троим важным «следователям».

Моя каюта недалеко от центральной части корабля, это что-то типа гостевой комнаты, для случайных пассажиров. А элита располагается на корме, там же и барона разместили. Дошли быстро, я и собраться с мыслями не успела, как услышала стук в лакированную дверь из дорогого древесного массива. Это Лев Максимович поспешил, не дав опомниться, завёл меня в ярко освещённое, очень красивое, напоминающее элегантное помещение времён сухого закона в США, здесь и казино подпольное может быть. По моим представлениям вот так и выглядят загадочные покерные клубы для элиты. На столе чайные приборы, десерты, купленные в городе, и шампанское. Ни карт, ни фишек, к счастью, нет.

– Добрый вечер, – произношу приветствие очень тихо и присаживаюсь в реверансе.

Опустила взгляд и заметила, как ужасно, безобразно выгляжу. Боже мой, стало так стыдно, что захотелось сбежать. Старая юбка, застиранная блуза и видавший виды жакет, про ботинки вообще молчу. До того момента, как я попала в «кабинет», казалось, что эту одежду можно как-то вытерпеть. Но теперь нет. Она жжёт мне кожу.

– Добрый вечер, сударыня, проходите скорее к столу, чай уже остыл.

– Я не хочу чай, благодарю вас за заботу, но я лучше пойду к себе, – поворачиваюсь и если бы не мгновенная реакция лекаря, то и сбежала бы.

– Элис, стойте, мы понимаем ваше смущение, но позвольте вам сказать спасибо за потрясающий рецепт плова. Мы сегодня ели настоящую мужскую еду, а эти специи! – капитан начал издалека и с приятного, не позволяя мне сбежать.

– Спасибо, блюдо довольно простое, я научила Василия Васильевича, если не будет риса, то можно его заменить на перловую крупу.

У нас вдруг завязался разговор, Анатолий Семёнович, капитан корабля «Аврора» великий дипломат и психолог. Заговорил меня, увлёк, а лекарь за руку провёл к столу и усадил. Я попалась.

Но почему-то взглянула не на капитана, а на барона Вельго. Кажется, он снова едва сдерживает улыбку, рассматривая меня.

Лев Максимович налил мне чай и пододвинул бисквит на блюдце с золотой каёмкой, прошептал, что мне нужно больше есть.

– Благодарю вас.

Осторожно ложечкой взяла кусочек пирожного и отправила в рот, чтобы не обидеть хозяина кают-компании. В горле спазм от страха, неуверенности и злости одновременно, с великим трудом проглотила десерт.

– Очень вкусный десерт. Спасибо.

Только и нашлась что сказать. Сделала глоток чая и вернула чашку на блюдечко. Как бы официально я попила чай с ними и можно бы и честь знать. Но тот самый офицер Олег Борисович, решился на откровенность, собственно, я их головная боль, и они собираются решать, что со мной сделать.

– Сударыня, мы вас вывезли из Ирландии слишком поспешно, и я беру на себя вину, что не проверил ваши документы, а главное, не проверил законодательство Ирландии, казалось бы, зачем мне знать законы далёкой страны о порядке выезда женщины за границу.

От удивления мои брови встали домиком.

То есть у меня всё на сто-о-о-о-лько запущено? Аж с самого выезда?

– А что не в порядке? – лекарь понял, что я уже совершенно невменяемая и сам поспешил уточнить.

– Первое, нет отметки лендлорда, хозяина земель, на которых вы проживали о том, что вами уплачены все налоги и пошлины за год. И он же должен был дать вам разрешение. Понимаете ли, в Ирландии вы фактически рабы англичан. И об этом все знают. Но и этого недостаточно, у вас как у женщины, должно быть разрешительное письмо главы рода, вашего брата, или вашего бывшего мужа. Его тоже нет. А Германия очень чтит законы англичан. Когда таможенный инспектор поднимется на «Аврору», вас обнаружат, ссадят и отправят на родину в трюме грузового корабля, как преступницу.

Вместо ответа из моих глаз покапали огромные слёзы. Сжала под столом кулаки и сижу как партизан на допросе. Ничего не говорю, потому что говорить нечего. Они сами всё прекрасно понимают.

– Но с ней поступят жестоко, запрут в работный дом, а когда родится малыш, его отберут. Элис сбежала только, чтобы сохранить своего ребёнка. Неужели нельзя ничего сделать?

Нервы Льва Максимовича сдали.

– Вы беременная? – барон вдруг оживился, его взгляд был пронзительным, а стал бесконечно удивлённым.

Я лишь опустила голову, ожидая самый жестокий вердикт.

Глава 7

Мутные схемы

На такой бесцеремонный вопрос отвечать не хочется, сижу молча, опустив голову, словно виновная по всем статьям.

Лев Максимович спохватился, коснулся моего плеча жаркой рукой и призвал мужчин к совести:

– Полно вам смущать женщину откровенными вопросами. Я же сказал всё как есть, не допытывайтесь. Есть дела более важные, например, документы и то, как нам пережить проверку таможни.

Разговор обещал быть непростым, но оказался пыткой. Я – Алиса Сергеевна ни в каких грехах не замешена, и всегда отличалась педантичным отношением к закону. Но сейчас мне так стыдно, что из-за Элис им приходится придумывать какие-то мутные схемы.

Во всяком случае, я на это надеюсь, потому что самое простое, выставить меня с корабля и забыть, это можно было сделать и без тортика и чая.

– Простите меня за ужасные неудобства, какие я вам создала, по своей глупости. Злого умысла не было. Это жест отчаянья.

Стоило мне произнести извинительные слова, как барон громко выдохнул, словно набрался мужества признаться теперь уже в своих грехах.

Но внезапно на корабле объявился ещё более отъявленный грешник и нарушитель закона:

– Вас никто не упрекает, сударыня. Скажу больше, господа, я для вас ещё большая проблема, чем нелегальная беженка от деспота мужа. За мной охотятся две разведки, это нападение вчера утром в порту – третье за последнюю неделю. Сейчас секретарь посольства едет в поезде с моими документами, отвлекает внимание, но увы. Кажется, этот фортель уже раскрыли. Депешу я выучил наизусть, никаких бумаг нет. Но я обязан добраться до столицы живым и как можно быстрее. Верный человек сообщил о вашем случайном корабле как, о последнем шансе. Но если враги узнают, что я здесь, то осмотр вас ждёт суровый с особой немецкой педантичностью.

Поднимаю взгляд, смотрю на барона и понимаю, что мои проблемки, действительно, детские. Даже как-то легче дышать, не одна я такая…

Когда сюда придут суровые полицейские или как их там, то мне придётся туго, они докопаются до всех и вся. Рано выдыхать.

Молчание нарушил капитан.

– Ситуация у нас тупиковая, как я понимаю, вас нужно вывезти, но пройти контроль нет ни единой возможности. Точнее, законно пройти контроль.

– А есть незаконный? – Лев Максимович единственный оптимист. Сразу зацепился за эту идею.

– У нас есть документы Потапова, матроса, умершего месяц назад, переодеть Его Благородие в матросскую форму, «разжаловать» и провести по поддельным документам, единственное, Потапов был старше вас, и не такой красавец.

– А как быть с Элис? – не унимается мой защитник лекарь.

– Мы уже внесли пометку в журнале, что она помощник боцмана. Юнга. Переоденем в форму, но прекрасные волосы придётся остричь.

И снова тишина, кажется, вопрос встал только о моих волосах.

– Я с радостью сделаю всё, что нужно, лишь бы не усложнять и без того сложную ситуацию. Но мои документы?

Теперь уже слово взял Олег Борисович:

– У вас есть один документ, где указана фамилия, а имя обозначено заглавной буквой, этого будет достаточно. Юнгу можно нанимать в любой стране, думаю, они не будут придираться к мальчишке. Но у меня есть ещё более простое предложение. Но совершенно аморальное.

Капитан махнул рукой:

– Полно те, Олег Борисович, вы как заговорщик, мы уже понимаем, что вы задумали. Контрабандисты? Ведь так? Это один из самых надёжных вариантов. Переодевание тоже подготовим, но как крайний способ. Сутки ещё есть, договаривайтесь со шхуной, подберём в море своих незаконных пассажиров. А если зададут вопросы о некоем бароне Вельго, скажем, что отказали в поездке без объяснения причин.

– Так и поступим, думаю, что у нас всё получится. А вам, господа, придётся собрать личные вещи и ждать карету, – Олег Борисович довольно быстро подытожил непростой разговор, встал, поклонился и вышел, делать мутные дела.

– Могу я идти? – едва слышно спросила капитана и поспешно встала, чтобы не получить ещё какие-то неприятные вопросы.

– Да, конечно, набирайтесь сил, ваш побег может случиться в любую секунду, соберите вещи и ждите. Это неприятно, но всё лучше, чем самый плачевный исход с депортацией.

– Спасибо, – быстро присела в реверансе, и на выход. Мне нестерпимо захотелось на свежий воздух. Ощутить морской ветер, прохладу ночи. Страх и неизвестность сделают из меня истеричку.

Звёздная, удивительно тихая, романтичная ночь, где-то вдали слышен звук работы небольшого буксира, иногда собаки заливаются лаем и снова смолкают. За пределами корабля страшно, а здесь всё понятно, спокойно, однако это тоже иллюзия, когда придут с досмотром, мнимая защищённость рассыпется как карточный домик.

Поспешно пробежала на нос корабля, здесь никого нет и видно море, скорее бы сбежать отсюда, туда, даже качка не так пугает, как перспектива депортации. Слова Олега Борисовича о положении Элис меня ужаснули, почти рабыня, бесправная, ещё и муж козёл попался, женился из-за наследства, я уже вспомнила какие-то обрывки смыслов, картинки, вспомнила боль и горечь несчастной Элис.

Брайан притворялся, что любит её, заставил поверить, но как только что-то произошло с деньгами, и любовь прошла.

– Подлец. Надеюсь, судьба к тебе будет так же добра, каким добрым ты был к своей несчастной жене! – проворчала со злости, надеясь, что морской ветер подхватит и отнесёт куда надо, а местные ирландские силы или как их там называют: феи, тролли, гномы, эльфы – оплатят Брайану сполна.

– Подлец? – внезапно из-за спины услышала голос Феликса Юрьевича и вздрогнула, даже не услышала, как он подкрался.

– Это злое обращение к вам не относится, не услышала, как вы подошли.

– Извините, да, хожу я бесшумно.

– Как кот, я с первой минуты нашего знакомства подумала, что вы похожи на кота, не маленького, домашнего, а на кого-то типа пумы или тигра, может быть, снежного барса. Удивительно, как кто-то вообще смог на вас напасть?

Я обернулась, и наши взгляды встретились. Я снова сморозила что-то не то…

– Их было трое. Элис? Кто ты такая? Откуда девочка из деревни в Ирландской провинции знает про тигров, барсов? Плов? Почему ты так красиво выражаешь свои мысли, словно образована, и почему с ужасным акцентом говоришь на своём родном языке? Кто ты?

– Я?

– Кроме, нас здесь никого нет, видишь ли, Лев Максимович проникся к тебе, как к дочери, он уже трижды просил помочь тебе на родине с документами. Но я в замешательстве, если смотреть на документы, то это одна личность, если смотреть на тебя, пока ты молча стоишь передо мной, то ты серая, забитая крестьянка, почти рабыня своего лендлорда и паршивца мужа. Но стоит тебе открыть рот и заговорить, стоит тебе взять в руку ложечку и деликатно отломить кусочек бисквита, я начинаю теряться, потому что вижу перед собой изысканную леди. Поясни мне, что случилось? Ты такая же, как я?

– Как вы? – вздрагиваю от внезапного вопроса, суть которого даже не сразу поняла.

Он подошёл ближе, зачем-то обнял за плечи и прошептал на ухо:

– Ты шпионка? Твоя миссия провалилась, как и моя, схватила первые попавшие документы и без особого плана бежишь на родину, но зачем так опрометчиво себя выдавать, ведь будь у тебя манеры дикарки, ни у кого бы и вопросов не возникло.

Смотрю на него с ужасом, быть шпионкой, гораздо худшее преступление, чем незаконная эмиграция.

Что ему сказать?

– Я вроде бы была такой, как вы описывали, мне Григорий также сказал, но во время шторма упала, разбила голову. Ссадина до сих пор есть на затылке, но я стала вот такая, как вы говорите. Больше ничего не могу сказать, потому что не знаю. Я как бабочка, была гусеницей, и в какой-то момент расправила крылья.

– Но ты беременная? – снова он со своим вопросом.

– Да, и это усложняет моё положение, я не смогу найти работу, даже если кто-то из команды мне протянет руку, я всё равно стану обузой на некоторое время. Так что сейчас мои дела, можно ещё назвать сносными. Что будет потом, я даже подумать боюсь. Но я умею вязать кружева, надеюсь, что обеспечу себя и малыша. Вот, я честна перед вами, как чистое стекло, никаких секретов.

– И всё равно, ты остаёшься загадкой, а я люблю их разгадывать.

Он поднял моё лицо за подбородок и внимательно посмотрел в глаза, надеялся в них при тусклом свете фонаря рассмотреть мою истинную сущность?

– Если выберемся из этой переделки живыми, то я помогу тебе, за одну небольшую услугу.

– Какую?

– Скажу позже, но ты должна мне сказать «да» сейчас?

– Кого-то убить? Что-то украсть? Но я не такая?

– Хм! Для начала родить…

Ещё раз взглянул так, что меня проняло от ушей до пяток в разношенных башмаках. Ему нужен мой ребёнок? Но задать этот странный вопрос я не успела, он также бесшумно отошёл в тень, но прошептал:

– Становится прохладно, шла бы ты загадочная Элис в каюту спать, завтра у нас непростой день…

А то я не знаю…

© 2025 Дия Сёмина. Author.Today

Глава 8

Обыск

Собрала скудные пожитки ещё вечером. И немного поразмыслив, спать легла в платье, показалось, что побег может случиться в любой момент.

Но за ночь ничего не произошло. Утром на камбузе узнала последние новости, что выход в море назначен на следующее утро, у нас ещё одна непростая ночь в доке, а там…

В каюте душно, попыталась вязать, а перед глазами звёздочки искрятся. Собрала рукоделие и вышла на палубу, уселась на скрученный толстенный канат, вытянув ноги и начала работу. Светло, свежо, но тепло. И никому не мешаю.

Вязание спорится, на свежем-то воздухе намного лучше работать.

– Доброе утро, сударыня, а чем вы занимаетесь? Можно ли взглянуть? – я погрузилась в работу и даже не услышала, как ко мне кто-то подошёл. Поднимаю голову, а это сам капитан. Хотела было вскочить, да куда там, провалилась ещё глубже, канат меня поймал и не желает выпускать.

– Ой, здесь нельзя сидеть?

– Можно, но только вам. Так как это рукоделие называется?

– Кружево. Я только его и умею, в смысле вязать разные узоры, вот готовый воротник, сейчас делаю второй, надеюсь продать, если, конечно, меня выпустят из Германии в море.

– Позвольте?

– Пожалуйста, после надо накрахмалить и будет очень богато смотреться, а этот делаю сложнее с бисером, вот видите.

Капитан взял у меня готовый воротник, долго рассматривал. Наверное, просто поддержать, чтобы мой душевный шторм унять, мы все сейчас на взводе, это и на камбузе ощущалось, даже у матросов есть, что скрывать от таможни. А нам обещают тщательный досмотр.

– Я куплю у вас этот воротник и буду признателен, если добавите к нему манжеты. И этот второй куплю для дочери. Подарок моим любимым. Они очень любят красивые вещицы, но ваше мастерство превзойдёт всё, что они ранее видели и покупали.

– Правда? – я даже не сразу поняла, что передо мной стоит первый покупатель, и не простой, а оптовый.

– Конечно, это не шутка, и не способ вас поддержать, хотя и это тоже. Это будет изысканный подарок.

– Я не разбираюсь в деньгах и не понимаю, сколько это стоит.

– Я знаю расценки, как муж модницы и отец дочери-красавицы, как только завершите работу, принесёте, и я оплачу, было бы чудесно, получить комплект к концу нашего плавания, дней за десять-одиннадцать сделаете?

– Конечно! Спасибо вам огромное, вы вселили в меня уверенность. Я тогда продолжу?

– Сделайте милость. Но, пожалуйста, слушайте команды, если что-то начнётся, вам придётся следовать указаниям барона Вельго.

– Да, конечно, у меня всё готово, собрано.

– Вот и хорошо, – Анатолий Семёнович по-хозяйски осмотрелся, нет ли какой «грязи» на сияющей палубе, кхекнул в кулак и поспешил руководить своим внушительным хозяйством.

А я, если бы не сидела, то, наверное, запрыгала бы от счастья. Он не из жалости, это было видно, ему действительно понравилось кружево. Это мой первый заказ и такой большой.

Только бы пережить досмотр, и тогда меня уже ничего не остановит. Навяжу столько всего…

Полёт фантазии унёс меня в сияющее счастьем будущее.

«По вере воздастся вам», – любила приговаривать моя бабуля, вот и я теперь верю, что всё устроится, иначе зачем я здесь очутилась.

Моё вязание на свежем воздухе продолжалось ещё около часа, потом ветер усилился, налетели тучи и пришлось сворачиваться, поспешить в каюту.

– Элис! Полундра! Они уже приехали, окружили корабль, внезапно решили нас прошерстить.

Григорий, громко стуча набойками на ботинках, прибежал ко мне и выпалил страшную новость.

– Кто? Досмотр?

– Да. Кэп приказал вас срочно в кают-компанию проводить, пойдём, вещи бери, так, надо всё заправить – каюта нежилая.

В панике скидываю вязание в узел, поправляю кровать, ничего женского не осталось. Дядя Гриша схватил вещи, а меня за руку и потянул за собой.

– Через палубу уже нельзя, проведу низом, быстрее Элис, быстрее.

Я, кажется, от страха сейчас грохнусь в обморок. Мне же надо было волосы остричь? Я же юнга, или какой-то новый план?

– Что вы так долго. Давай вещи! Нам придётся здесь притаиться.

Феликс выхватил мои пожитки у Гриши и быстро засунул в какой-то проём в стене. Это шкаф со спиртным, но выглядит как широкая перегородка между диванной зоной и обеденной. По сути – гроб, по размеру такой же, но немного шире. В него барон закинул вещи и втолкнул меня, следом влез сам.

– Закрывай нас, дай бог не задохнёмся. Хорошо, что у вашего капитана тоже есть тайник для контрабанды.

Григорий осторожно вернул на место лакированную «стенку», замуровал нас в деревянном простенке и вышел. А я с этого момента перестала дышать.

– Элис, это ужасное испытание, если ты боишься замкнутого пространства, скажи мне сразу. Стоять, может, придётся и час, и два, и три. Но мы должны, ради ребёнка. Понимаешь? – он сам хрипит от волнения, и теперь крепко сжал мою руку, отчего я вообще чуть не заскулила.

Если нас засунули в такой ящик, то происходит нечто совершенно неординарное.

– Да, только не пугайте меня, пожалуйста, – шепчу дрожащим голосом, и пока с трудом осознаю происходящее.

Он меня обнял и позволил облокотиться на себя, чтобы ноги не уставали. Три часа, какой ужас, но хватит ли нам воздуха?