Текст книги "Любимая, (не) моя (СИ)"
Автор книги: Диана Рымарь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)
Эпилог. Семья
Шанна
Кажется, мы бесконечно долго едем обратно домой.
Я могла бы поспать на заднем сиденье. Виталик рядом, и его плечо очень подходит для того, чтобы на него опереться. Но не могу!
Все, о чем думаю, – Миша.
Мой маленький, сладенький, как же он, наверное, перепугался!
Когда подъезжаем, Виталик помогает мне выйти, и я бегу во двор.
Там в беседке сидит соседка с Мишей.
– Никак не хотел оставаться дома, – говорит она. – Все просился сюда, чтобы увидеть маму, ну я и привела, тут сидели тихонько.
– Спасибо вам! – Я кидаюсь к ребенку. – Дорогой, любимый мой!
– Мама! – визжит сыночек и крепко меня обнимает.
Глажу его головку, прижимаю к себе, а он бурно, со слезами, вываливает на меня гору информации:
– Бабушка сказала, что я тебе больше не нужен, что я плохой мальчик… Мама, я же не плохой, да? Я больше не буду есть конфеты! Правда, я тебе обещаю!
Вот это поломали моему сыну сегодня психику. Это же надо наговорить четырехлетнему малышу такой ерунды!
Я так зла на бывшую свекровь, что попадись она мне сейчас, придушила бы.
– Миленький мой, хороший, я никогда-никогда тебя не брошу! Мы всегда будем вместе, я тебе обещаю.
– Мих. – Виталик подходит сзади. – Я ж говорил, что привезу маму, вот привез. Она больше никуда от нас не денется. Ты мне веришь, да?
С этими словами он подхватывает моего сынишку, несет в дом.
Я бы и сама понесла его на руках, но в моем положении тягать почти двадцатикилограммового малыша уже не вариант.
Следующие два часа мы с Виталиком крутимся возле Миши вместе.
Кормим его ужином, купаем, читаем ему сказки по очереди.
Он послушный как никогда раньше. С полуслова делает все, что мы ему говорим. Даже брокколи – и те за ужином слопал с таким аппетитом, будто это самый вкусный на свете десерт.
А перед тем как уснуть, мой малыш выдает:
– Мам, пусть лучше Виталик будет мой папа! Он добрый…
У меня от его слов щемит сердце, мальчик выбрал папу по душе.
Оглядываюсь на Виталика и вижу, что он воспринимает слова мальчика очень серьезно.
Отвечает ему:
– Я буду горд стать твоим папой, Мишенька. Можешь меня так называть, если хочешь. Ты же не против, Шанна? Я бы хотел официально стать его отцом, давай так и сделаем.
Чтоб я была против? Ага, как же! Да я, может, все четыре года мечтала, чтобы у Мишки был достойный отец.
– На том и порешили, – улыбаюсь ему.
Когда Миша засыпает, мы с Виталиком выходим из комнаты.
Идем в нашу спальню, что располагается напротив.
Как только заходим туда, решаюсь выдать Виталику все, что скопила на сердце за этот бесконечный день:
– Виталь. – Прижимаюсь к нему. – Мне было так страшно, что я вас с Мишей больше никогда не увижу. Я не знала, чего ждать, я так испугалась!
– Все закончилось, – он гладит меня по голове. – Больше никто не посмеет тебе угрожать, я прослежу.
Тяну к нему губы, прошу, сама от себя не ожидая:
– Виталь, займись со мной любовью, пожалуйста…
– Ты хочешь секса после всего? – Он выглядит очень удивленным.
– Я не секса хочу, а тебя, хочу заниматься с тобой любовью.
Виталик быстро подхватывает меня на руки, жарко целует в губы.
Да, я определенно получу от него все, чего хочу, и даже больше.
Бонус. Свадьба
Виталик
– Еще один раз, – шепчу Шанне на ухо. – Мы по-быстрому…
– Опоздаем же, – возмущается моя любимая и пытается слезть с кровати.
Не даю ей такой возможности, высказываю железный аргумент:
– Шанна, у тебя заканчивается шестой месяц беременности, скоро нам опять запретят секс! Мне потом несколько месяцев умирать…
– Ну у нас же есть руки и губы, – шепчет она в ответ. – Так что умирать тебе не придется.
Губы есть, да. У Шанны просто бесподобные губы. Только вот когда она меня ласкает ими, я возбуждаюсь настолько сильно, что кончаю в момент. Руки – вообще какое-то студенчество.
– Это не то же самое, – отвечаю с нажимом.
Ничто не сравнится с удовольствием, когда я вхожу в нее на полную длину, ощущаю, какая она обалденная внутри, как сжимает мой член.
Шанна сдается, позволяет мне снова завладеть ее губами.
Некоторое время ее целую, потом поворачиваю на бок – это наша с ней излюбленная поза в последнее время. Так и животик в безопасности, и мне достается все самое сладкое, что она прячет между ног.
С упоением в нее вхожу, наслаждаюсь близостью.
Теперь наш секс как никогда нежный, ведь она будущая мама.
Мы сладко кончаем вдвоем, с удовольствием слушаю, как она постанывает от удовольствия.
– Граждане брачующиеся, вы передумали ехать в загс? – слышится ор Макса из коридора. – Мы с Полиной уже позавтракали, а вы даже не встали!
Кайфоломщик, блин.
– Виталя… – тянет Шанна и тут же отстраняется, слезает с кровати. – Мы не успеем нормально собраться!
Смотрю на нее и подмечаю: после активных утренних ласк, она у меня такая растрепанная, что ей и вправду понадобится много времени на сборы.
– Иди в душ, я за тобой.
Шанна кивает, заворачивается в халат и спешит в ванную.
Сегодня мы женимся.
Да, многое в нашей жизни изменилось за последние два с половиной месяца, что прошли с тех пор, как я вернул Шанну домой.
Первое и самое приятное – Шувалов так и не оклемался. В больнице вдобавок к инфаркту его долбанул инсульт. И теперь бывший муж Шанны – парализованный овощ.
Лично мне его ни капли не жалко.
Сам себе злобный Буратино, нечего жрать китайскую хрень горстями. Должна же быть у человека соображалка, к чему это может привести.
Кстати, теперь он нам ни в коей мере не опасен, поэтому переезжать в другой город мы передумали, останемся здесь.
Есть у нас и другая новость – к брату вернулась жена, привезла с собой новорожденного малыша. Так что дома теперь веселья через край, надо поскорей переезжать в собственное жилье.
А еще у Шанны состоялся развод.
Мы с Максом напрягли родственника из краевой администрации, он помог ускорить дело. И в результате Шанна получила полную опеку над сыном. Сейчас готовим бумаги, чтобы я стал его официальным отцом.
Все сложилось как надо.
* * *
– Поздравляю тебя, милая, – говорю Шанне, целуя ее на пороге загса. – Ты вышла замуж за классного мужика.
– От скромности не умрешь, – смеется она.
– А то, – крепко ее к себе прижимаю.
Моя дорогая в белом платье, оно не пышное, облегает ее круглый животик и, на мой взгляд, очень ей идет. На плечах у нее белый жакет. У меня не невеста, а прелесть.
– Так, товарищи, не отвлекайтесь, еще пара кадров, – тычет меня в бок невестка Полина.
Они с Максом стоят рядом, счастливые донельзя. У них, между прочим, тоже скоро свадьба. Повторная! Ох и начудили эти двое за последний год. Умудрились развестись, родить сына и снова сойтись. Вот уж кому спокойно не живется. Но я рад, что они снова вместе.
– Улыбаемся, – просит фотограф и снова щелкает кнопкой фотоаппарата.
Мы отправляемся кататься по городу, а потом домой, праздновать.
Не верится, что совсем скоро мы с Шанной переедем в свой собственный дом. И куда! Будем жить по соседству с родственниками.
– Кстати, милая, у меня для тебя есть подарок, – шепчу ей на ухо. – Хотел сделать сюрприз.
* * *
– Ничего себе! – кричит Шанна, когда я привожу ее на участок, который приобрел для нас.
Тут есть чему восхититься – десять соток, места хватит на все, что я задумал, и расположение отличное.
– Здесь я построю тебе дом, – авторитетно заявляю. – Тут мы будем жить долго и счастливо. Ты рада?
– Очень, – она закрывает лицо руками.
Выглядит растроганной дальше некуда.
– Виталя! – пищит она и бросается мне на шею.
Обожаю вот такие моменты – когда она на мне виснет, обнимает. Точно знаю, что без этого уже не смогу.
Нашу идиллию нарушает звонок телефона, раздающийся из ее белой сумочки.
Кто там ломает нам кайф?
Шанна спешит достать телефон и хмурит брови, едва взглянув на экран. Потом все же берет трубку.
– Здравствуйте, – тянет не очень решительно.
И застывает на месте с вытянутым лицом.
– Кто звонит? – спрашиваю у нее.
Шанна молча ставит телефон на громкую связь и показывает мне экран.
Там написано: «Свекровь, Светлана Игоревна». Мать Шувалова!
Из динамика тем временем льется сладкая речь:
– Шанночка, милая, все-таки я хочу, чтобы ты рассмотрела вариант возвращения к моему сыну. Я понимаю, что он сейчас требует ухода, но в награду ты получила бы дом, а Мишеньке достались бы деньги на учебу, ему же понадобится. Ты должна думать наперед, как умная женщина!
Слушаю этот бред и скрежещу зубами. Вообще-то, у Шанны есть я, и я вполне в состоянии обеспечить ей дом, а также деньги на обучение ребенка. Это не говоря уже о том, каких дел наворотил ее бывший муж.
Шанна тем временем отвечает:
– Светлана Игоревна, а что ж вы так резко поменяли мнение обо мне? Не вы ли все четыре года хаяли меня, говорили, какая я негодяйка, ничего мне доверить нельзя, что сын ваш женился на мне зря. А то, что вы наговорили Мише, вообще ни в какие ворота…
– Шанночка, так я же не хотела! А на тебя я ворчала просто для красного словца, так-то ты очень ответственная и была Артему отличной опорой…
Она всерьез думает уговорить мою жену вернуться к парализованному козлу, который хотел ее изнасиловать, да к тому же пытался похитить ребенка? Нет предела человеческой наглости.
Молча протягиваю руку, показывая Шанне, что хочу вмешаться.
Она отдает мне телефон.
Цежу в трубку:
– Уважаемая, это муж Шанны. Как ее законный супруг, авторитетно заявляю, что Шанна к вашему подонку не вернется. Никогда!
В трубке повисает молчание, а потом эта нахалка выдает:
– Тогда пусть просто за ним ухаживает.
– Это с какой радости?
– Но это же из-за нее мой сынок в таком плачевном состоянии, она же должна понимать ответственность…
– Что? – верещит Шанна и выхватывает у меня телефон. – Светлана Игоревна, я что, сама себя крала и увозила к черту на кулички? Или сама запихивала в Артема эти таблетки? Вы издеваетесь, что ли? Это он сам с собой сотворил…
Голос женщины делается жалобным:
– Шанночка, но я же не могу сама за ним ухаживать, а эти сиделки просто ужас, за ними нужен глаз да глаз. Ты должна…
– Ничего я вашему сыну не должна, ясно? И вам тоже!
– Неблагодарная! – кричит на нее бывшая свекровь. – Мы тебя из помойки взяли, обули, одели. А ты теперь даже помочь не хочешь. Мне что, самой за ним до конца жизни ухаживать? Я в чем виновата? За что мне такое наказание?
– Светлана Игоревна, – чеканит Шанна строго. – В том, каким вырос ваш сын, виноваты именно вы! Вы его таким воспитали. Вот теперь и ухаживайте тоже сами.
На этом она кидает трубку.
Я горжусь своей девочкой. Ей теперь палец в рот не клади, враз поставит на место.
Люблю ее именно такой.
– Ты представляешь, какая нахалка? – возмущается Шанна.
Ее лицо пылает румянцем, взгляд мечет молнии.
Но мне не хочется, чтобы она злилась в наш особый день.
Беру ее за руку и веду дальше по участку:
– Вот тут мы сделаем бассейн, а там посадим пару деревьев. Когда они вырастут, натянем гамак или придумаем что-то еще…
– Ты даже хочешь сделать сад? – Она снова растрогана.
– Конечно, – тут же киваю. – Каждый мужчина должен построить дом, посадить дерево, вырастить сына…
– Сына? – лицо Шанны делается немного виноватым.
– Сына, – пожимаю плечами. – А что?
– Виталь, я думала, как тебе сказать… В общем, у нас будет девочка. С девяностопроцентной вероятностью.
Стою посредине участка как обухом по голове стукнутый.
Все-таки девочка. Наш будущий ребенок оказался на редкость вертлявым, и мы раньше не могли определить пол.
– Девочка, значит… – тяну со вздохом.
Ну что ж, Виталя, не было у тебя спокойной жизни и не будет. Если вырастет такая же красотка, как Шанна, надо запасаться ружьями.
Но свой план на жизнь я все-таки выполню. Дом построю, дерево посажу, а сын… У нас ведь еще есть Мишка. А там, глядишь, появится кто-то еще.
– Девочка, – повторяю, а губы сами собой растягиваются в улыбке.
Будет у меня дочка.
– Ты не расстроен? – она смотрит на меня робко. – Я понимаю, ты хотел мальчика, но…
– Я хотел ребенка. От тебя.
– И я. – Она тоже мне улыбается и признается: – Я с шестнадцати лет хотела за тебя замуж и ребенка.
Вот так живешь с соседской девчонкой под боком, считаешь ее не стоящей внимания малявкой. И не знаешь, что это твоя будущая жена.
Знал бы я, как повернется судьба, с детского садика ее оберегал бы.
Впрочем, у меня на это есть следующие пятьдесят лет. На меньшее я не согласен!
