Текст книги "Измена дракона. Я забрала его корону (СИ)"

Автор книги: Диана Фурсова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

– Я никогда…

– Потом, – оборвала я. – Голосуйте.

Пятый Дом поддержал прекращение церемонии. Шестой – тоже. Четыре против двух при одном воздержавшемся. Достаточно.

– Совет признаёт отказ госпожи Селмары Орвейн и постановляет остановить восстановительную коронацию, – объявил законник.

Эрвен выдохнул. Селмара закрыла глаза. Я посмотрела на контур. Свет не погас.

– Почему не гаснет?

Тайрен уже шёл к кругу.

– Запустился. Решение приняли поздно.

Я посмотрела на Варрена. Он улыбался.

– Как остановить?

Тайрен опустился на одно колено у края контура и коснулся линии. Его лицо исказилось.

– Тайрен!

– Не подходите!

Я остановилась.

– Что с печатью?

– Тянется к Седьмому.

– А Шестое?

Он взглянул на Корону. Одно Крыло светилось, другое пока оставалось тёмным.

– Ещё выбирает. Между вами и Эрвеном.

Варрен сделал шаг к кругу.

– Тогда пусть решает. Государь всё ещё законный носитель.

Эрвен резко повернулся.

– Замолчи.

– Вы действительно позволите ей отнять всё?

– Я сказал замолчи!

Голос ударил по залу. Драконья сила проявилась впервые за всё утро. Окна задрожали. Люди Орвейнов напряглись. Варрен побледнел, но не отступил.

– Вы уничтожили собственный Дом ради женщины, которая теперь отказывается от вас, – сказал он. – И собираетесь отдать остаток власти бывшей жене, которая уже выбрала другого?

Эрвен смотрел на него.

– Я ничего ей не отдаю.

Он указал на Корону.

– Это она уходит.

Я никогда не слышала от него таких слов. Варрен тоже.

– Вы слабее, чем думал мой Дом.

– Возможно.

Эрвен усмехнулся.

– Но всё ещё достаточно силён, чтобы приказать арестовать тебя за попытку подменить смысл коронационного акта.

Стража двинулась. Люди Орвейнов снова потянулись к оружию.

– Стойте.

Эрвен повернулся.

– Лиарна, не вмешивайся. Селмара сама всё признала.

– Она признала замысел. Кто подменил текст и что делал лично Варрен, ещё не доказано.

– Это очевидно!

– Мой заговор тоже всем казался очевидным.

Он замолчал.

– Не повторяй этого. Расследуй.

Варрен смотрел на меня с недоверием. Я обратилась к законнику:

– До разбирательства лорд Варрен остаётся в столице. Пусть Орвейны передадут Совету бумаги о подготовке обряда. Нужно отдельно установить каждого, кто участвовал в подделке свидетельств и в искажении текста коронации.

– Вы их защищаете? – спросили со стороны Кайра.

– Требую проверки. Как требовала для себя.

– Можно закончить всё сейчас.

– Тогда чем мы лучше тех, кто обвинил меня?

Я посмотрела на Селмару. Она стояла бледная, но прямая.

– Ваши действия рассмотрят отдельно, – сказала я Селмаре. – С кем вы были и что было у нас с Эрвеном, к делу отношения не имеет. Сбор свидетельств и кампания против меня – имеют.

Она медленно кивнула.

– А отца?

– Выслушают. Проверят доказательства. Судят не за фамилию.

Варрен смотрел зло.

– Сегодня вы могли бы уничтожить мой Дом.

– Могла бы.

– Почему же не делаете?

Я коснулась футляра под плащом.

– Завтра кто-нибудь другой получит поддержку и решит, что тоже вправе назначать виновных. Не хочу ему помогать.

И в этот момент шестое Крыло вспыхнуло. Я увидела свет на лице Эрвена раньше, чем услышала звон. Он закрыл глаза. Наверное, понял. Металл отделился от Короны. Не резко.

Спокойно. Почти так же, как первое Крыло в день нашего развода. Но теперь Эрвен не пытался удержать. Шестое Крыло поднялось над ним. По залу прошёл единый вздох. Варрен отступил.

Селмара смотрела на меня. В её глазах было что-то странное. Не ненависть. Скорее понимание того, что я только что отказалась сделать именно то, что на моём месте сделала бы она. Крыло направилось ко мне. Я раскрыла ладонь.

Оно легло в неё. Тёплое. Шесть. Все пять под плащом ответили одновременно. Зал наполнился чистым металлическим звоном. Тайрен резко выпрямился.

Его серебряный знак на ладони вспыхнул так ярко, что мне пришлось прищуриться.

– Тайрен?

Он смотрел на Эрвена. Я тоже повернулась. На Короне оставалось одно Крыло. Седьмое. Оно дрожало. Потом отделилось.

Толпа за дверями закричала. Не потому, что видела. Потому что звон услышала вся площадь. Я шагнула вперёд. Седьмое Крыло полетело. Но не ко мне.

К Тайрену. Он поднял руку. Металл опустился ему в ладонь. И знак Хранителя исчез. Совсем. На коже осталось только обычное бледное пятно.

Корона Эрвена стала пустой. Семь изогнутых мест. Ни одного Крыла. Шесть находились у меня. Седьмое – у Тайрена. Тронный зал молчал.

Я смотрела на руку Тайрена и не могла понять, почему последнее Крыло остановилось именно там. Эрвен медленно снял пустой обруч. Посмотрел. Потом положил на ступень трона. Никто не произнёс ни слова. Тайрен стоял напротив меня с последним Крылом в руке.

Варрен первым нарушил тишину:

– Передай ей, – сказал Варрен. – Всё уже кончено.

– Нет.

Тайрен ответил ему, но смотрел на меня.

– Седьмое сначала переходит к Хранителю. Я должен определить, можно ли отдать его претенденту.

– У неё шесть, – сказал Эймар.

– Седьмое устроено иначе.

Я вспомнила пустую мамину папку.

– Поэтому о нём нельзя было писать? Вы решаете?

– Отчасти.

– А остальное?

Он крепче сжал Крыло.

– Сейчас я не могу сказать.

Я посмотрела на него. Мужчину, которого несколько часов назад поцеловала по собственной воле. Мужчину, который признался, что я ему нравлюсь. Хранителя, обязавшегося отнять у меня Крылья, если я окажусь недостойной. Теперь в его ладони лежала последняя часть Короны. Люди вокруг поняли то же.

Шёпот рос.

– Кельвар отдаст.

– Он на её стороне.

– Они вместе.

– Он любит её.

Каждое слово било по смыслу происходящего. Если Тайрен отдаст мне Крыло сейчас, половина страны решит, что я получила власть через его чувства. Хуже. Я сама всегда буду знать, что это возможно. Тайрен посмотрел на меня. Я поняла, что он собирается что-то сказать.

Не позволила.

– Не отдавайте.

По залу прошёл шум. Эймар шагнул ко мне, но я смотрела только на Тайрена.

– Я должен проверить… – начал он.

– Проверяйте. Не подсказывайте мне, чего ждёте.

Я подошла ближе.

– Если отдадите потому, что любите меня, я потом никогда не узнаю, заслужила ли его сама.

Тайрен вздрогнул. Я произнесла слово «любите» при всех и теперь не могла забрать назад. Он не стал отрицать.

– Лиарна, вы понимаете, от чего отказываетесь?

– Шесть Крыльев пришли без просьбы. Если седьмое можно получить только от вас…

Я посмотрела ему в глаза.

– Если я недостойна его без тебя, значит, я недостойна короны вообще.

Тишина наступила мгновенно. Даже Варрен ничего не сказал. Тайрен смотрел на меня долго. Так долго, что я начала слышать собственное дыхание. Потом он сделал то, чего не делал ни перед Эрвеном, ни перед главами Домов, ни перед Советом. Тайрен Кельвар опустился передо мной на одно колено.

По залу прошёл потрясённый шёпот. Я смотрела на него сверху и не понимала, что чувствую. Он никогда не преклонялся перед Эрвеном. Эрвен сам сказал это несколько часов назад. А сейчас преклонился передо мной. Тайрен поднял голову.

В одной руке он держал Седьмое Крыло. Но не протянул.

– Шесть Прав признали вас, Лиарна Вейрель, – сказал он. – Как Хранитель последнего свидетельства я признаю их выбор.

Я ждала.

– Но Седьмое Крыло останется у меня.

По залу снова прошёл шум.

– Надолго? – спросила я.

Тайрен встал, и мы снова оказались лицом к лицу.

– До последнего испытания.

– Какого?

Он взглянул на пустой престол, на обруч у ног Эрвена.

– Его не пройти, пока уверен, что хочешь победить.

Я нахмурилась.

– Ещё одна загадка.

– Да.

– Хоть что-нибудь ещё скажете?

Он покачал головой.

– Невыносимый человек.

Тайрен устало улыбнулся.

– Это мы уже установили.

За дверями Тронного зала люди продолжали выкрикивать моё имя. Шесть Крыльев принадлежали мне. Пустая корона лежала у ног Эрвена. Последнее Крыло находилось в руке мужчины, который только что впервые в жизни преклонил перед кем-то колено. Но корона всё ещё не была моей. Испытание не закончилось.

Глава 7 Я забрала его корону

Глава 7 Я забрала его корону

Испытание не закончилось. Несколько мгновений после слов Тайрена я ещё надеялась, что это просто очередная часть древнего порядка, которую можно исполнить здесь же: произнести клятву, ответить на вопрос, коснуться печати. За последние дни я успела привыкнуть к тому, что Корона превращает политический кризис в череду правил, о существовании которых нынешняя власть предпочитала не помнить.

Но Тайрен убрал Седьмое Крыло в ладонь и больше ничего не сказал.

– Что теперь? – спросил Эймар.

– На сегодня Совет должен разойтись, – ответил Тайрен.

Заговорили сразу с нескольких сторон. Я подождала, пока стихнет шум.

– Ты предлагаешь нам уйти домой? Сейчас?

– До новой проверки здесь больше нечего решать.

Варрен Орвейн усмехнулся.

– Кельвар забирает последнее Крыло, а нам велят разойтись. Хороший порядок.

– Лиарна только что настояла на расследовании вместо вашего ареста, – сказал Тайрен. – Не испытывайте её терпение.

Варрен побледнел, но замолчал. Верховный законник поднялся.

– Господин Кельвар, страна не может оставаться без правителя.

– Она и не остаётся.

Он указал на Эрвена. Тот всё ещё стоял возле престола. Без Короны. Пустой обруч лежал на ступени у его ног.

– До завершения передачи действует вчерашнее решение Совета. Эрвен Доррейн исполняет обязанности государя в пределах, которые Совет уже установил. Лиарна Вейрель остаётся носителем шести Прав Короны. Ни один из них не может единолично изменить порядок власти.

– И сколько ждать? – спросил Реван Тарр.

– Пока не возникнет условие последнего испытания.

– Назовите хотя бы условие.

– Не могу.

Реван повернулся ко мне.

– Он всегда такой?

– Боюсь, да.

По залу прокатился короткий нервный смех. Ещё недавно здесь едва не схватились люди разных Домов; теперь хотя бы слушали друг друга. Эрвен не улыбнулся. Он смотрел на Седьмое Крыло.

– Ты не можешь просто отдать ей Крыло? – спросил Эрвен.

– В руки – могу. Но Правом оно от этого не станет.

– Даже если ты признаешь её достойной?

Тайрен покачал головой. Я потёрла виски. От усталости уже трудно было следить за этими оговорками.

– Несколько минут назад вы сказали, что обязаны решить, можно ли передать его претенденту.

– Я решаю, можно ли начать проверку. Её исход от меня не зависит.

– Значит, она уже началась?

– С того мгновения, как Седьмое покинуло старую Корону.

Эрвен вздрогнул на слове «старую». Я заметила. Тайрен тоже.

– Нам остаётся ждать? – спросил Эймар.

– У вас достаточно других дел.

– Тайрен, – не выдержала я. – Мы хотя бы должны понимать, чего от нас требуют.

Он посмотрел на меня, и я уже знала ответ.

– Если объясню, вы станете добиваться Крыла. Последнюю проверку так не пройти.

Я опустила руки. Конечно. До сих пор я получала Крылья, когда занималась делом и забывала о награде. Ни один красивый ответ мне не помог бы.

– Хорошо.

Эймар недоверчиво обернулся.

– Вы согласны?

– А что предлагаете? По очереди приводить сюда просителей и смотреть, на кого отзовётся металл?

Тайрен кивнул.

– Не радуйтесь, – сказала я ему. – От ваших загадок у меня уже болит голова.

– Это семейное.

– Начинаю понимать, почему Кельвары отказались от трона. С вами невозможно пережить заседание.

Он едва заметно улыбнулся. И только потом я вспомнила, что вокруг нас до сих пор стоял весь Совет. Эрвен тихо сказал:

– Разойдёмся.

Я посмотрела на него.

– Уверен?

– Нет.

Я чуть не улыбнулась в ответ.

– Но криком мы сейчас ничего не решим, – добавил Эрвен.

Он посмотрел на Варрена.

– Дом Орвейн остаётся в столице до окончания расследования.

Селмара подняла голову.

– Весь Дом?

Я вмешалась:

– Нет.

Эрвен нахмурился.

– Лиарна.

– Нескольким сотням людей? Мы даже не знаем, кто из них был замешан.

– В том и дело, – сказал он.

– Тогда начнём с тех, кто готовил обряд. Появятся другие имена – вызовем и этих людей. Остальные пока ни в чём не обвинены.

Варрен смотрел на меня, словно пытался понять, зачем я опять ему помогаю. Я повернулась к законнику.

– Таков обычный порядок, – подтвердил тот.

Эрвен сжал губы, но кивнул.

– Хорошо.

Раньше он непременно заставил бы меня уступить перед Советом. Сегодня – принял возражение. Я столько лет ждала этого, а теперь не знала, что чувствовать.

К полудню столица знала, что у Эрвена не осталось ни одного Крыла.

К вечеру знали провинциальные представительства.

К следующему утру первые гонцы уже ушли в семь земель с заверенными копиями решения Совета. Именно тогда началась настоящая проблема. Пока Корона переходила по одному Крылу, у людей оставалось удобное объяснение: древняя вещь испытывает императора и бывшую императрицу. Теперь объяснение закончилось. Шесть Прав находились у меня. Последнее – у Хранителя.

У Эрвена не было ни одного. Но он всё ещё исполнял обязанности государя. Я всё ещё не была государыней. Страна оказалась между двумя решениями. И каждый Дом начал считать, какое из них ему выгоднее. Первые письма пришли уже вечером.

Кайр официально признавал шесть переданных Прав достаточным основанием для того, чтобы до завершения испытания любое государственное решение требовало моей подписи наряду с подписью Эрвена. Западные земли были осторожнее: они признавали мои Права, но требовали не менять действующий порядок до полной передачи Короны. Южные округа прислали сразу три разных позиции. В одном письме меня называли законной государыней. В другом – носителем Прав без престола.

В третьем просили «как можно скорее решить вопрос, потому что распределение воды требует утверждения». Последнее оказалось самым разумным. Люди продолжали жить. Их каналы не интересовались тем, кому достанется корона. Именно поэтому утром следующего дня я пришла во дворец не за Седьмым Крылом. Я пришла утверждать расходы на очистку русла.

Рейвар встретил меня в центральной галерее. Он выглядел несколько растерянным.

– Госпожа Вейрель… Я не знаю, куда вас проводить.

– В канцелярию.

Рейвар замялся.

– Как вас объявить?

Только теперь я поняла. Во дворце существовал порядок для императора. Для императрицы. Для бывшей императрицы. Для главы Дома. Для посла.

Даже для обвиняемого в преступлении против Короны, как я недавно выяснила. Но женщины с шестью Крыльями, не завершившей последнего испытания, в старых церемониальных книгах не предусмотрели.

– Рейвар, там лежат бумаги, которые ждут моей подписи. Начнём с канцелярии.

Он облегчённо выдохнул.

– Прошу вас, госпожа.

Я прошла по знакомым коридорам. Люди кланялись по-разному. Одни почти до пола. Другие едва склоняли голову. Третьи делали вид, что заняты настолько важными бумагами, что не успевают решить, какой поклон мне положен. Я никого не поправляла.

В канцелярии Марей уже ждала. После обыска она так и не вернулась на прежнее место. Глава канцелярии предложил ей «временно отдохнуть от службы». Она ответила, что двадцать лет мечтала услышать эти слова, а потом на следующий день пришла работать ко мне. Я не нанимала её. Она сама поставила стол в бывшем кабинете для провинциальных прошений и объявила, что если государство всё равно не знает, кому принадлежит власть, кто-то должен хотя бы сортировать письма.

– Сто восемь, – сообщила она, указывая на три стопки.

Я остановилась у стола.

– Прошений? За ночь?

– Это только срочные. Остальные я пока убрала, чтобы вы не сбежали.

Марей положила передо мной первый лист.

– Южные каналы.

Я села.

Через час появился Тайрен. Без Седьмого Крыла на виду. Я всё равно знала, что оно при нём.

– Я так и знал, что найду вас здесь, – сказал он.

– Тогда зачем искали во дворце? Сразу бы шли к бумагам.

Он сел напротив.

– Хотел посмотреть, как вы.

– Вы четыре дня на меня смотрите.

– Пять.

– Ещё хуже.

Марей собрала несколько листов.

– Проверю остальные прошения.

– Здесь проверяйте.

– В соседней комнате стол свободен, госпожа.

Она так старательно не смотрела на Тайрена, что я едва удержалась от смеха. Дверь за ней закрылась.

– Она мне нравится, – сказал он.

– Только не говорите ей этого. И так довольна собой.

Я вернулась к листу. Некоторое время он молчал.

– Ты совсем не спрашиваешь о Крыле.

Я положила перо.

– Ты всё равно не ответишь.

– Не отвечу.

– Вот видишь. А здесь люди ждут разрешения чистить канал. Им я хотя бы могу помочь.

Тайрен провёл пальцем по краю стола.

– А если ты так и не получишь Седьмое?

Я откинулась на спинку кресла. Об этом я старалась не думать.

– Не знаю.

Он ждал. Меня раздражало это молчание, но вопрос от него никуда не исчезал.

– Совет признаёт у меня шесть Прав. Эрвен лишился всех. Даже без последнего Крыла прежний порядок уже невозможно просто вернуть.

– Да.

– Значит, придётся создавать переходное управление.

– Возможно.

– А ты останешься Хранителем?

Я запнулась. Мы уже несколько раз сказали друг другу «ты», и только сейчас я это заметила. После поцелуя ещё пытались прятаться за привычным обращением.

– Знак исчез, – напомнил он. – Осталось только передать последнее Крыло.

– А потом?

– Не знаю.

Я усмехнулась.

– Надо вышить это на твоём плаще.

– Вместо герба?

– Под ним. Чтобы никто не обольщался.

Я снова посмотрела на бумаги.

– Если не получу, буду работать без него, – сказала я. – Добьюсь, чтобы Первое Согласие опубликовали. Потом придётся вносить его условия в законы. Ещё неизвестно, сколько лет уйдёт на споры с Эрвеном.

– Представляю, как он обрадуется.

Я улыбнулась, но Тайрен оставался серьёзен.

– А трон?

Вот тут я задержалась. Несколько дней назад сама сказала Эрвену, что хочу его. Теперь впервые позволила себе представить, что могу не получить. Было неприятно. Не потому, что я мечтала сидеть на престоле. Я хотела закончить то, что началось.

Хотела, чтобы работа больше не принадлежала человеку только потому, что он носит подходящее имя. Хотела доказать… Я остановилась на этой мысли.

– Не знаю, – повторила я тише.

Он не стал торопить. Я первой отвела взгляд.

– Ты пришёл только об этом спросить?

– Нет. Есть ещё дело.

Он достал из внутреннего кармана сложенный лист.

– Первое сообщение от северо-восточных крепостей.

– Что пишут?

– Спрашивают, чьи приказы считать законными.

Я взяла лист.

– Это крепости Кельваров?

– Императорские. Но командовали ими много лет мы.

– Что ты ответил?

– Пока ничего. Передал письмо Совету.

– Они ждут твоего решения.

– Знаю.

– Ты уже выбрал сторону, Тайрен.

Он посмотрел мне в глаза.

– Выбрал. Но гарнизоны мне не для того доверили, чтобы я решал с их помощью, кому достанется трон.

От первого слова у меня потеплело в груди. Остальное заставило снова посмотреть на письмо. Я прочла ещё раз. Если северо-восточные крепости ждали ответа, ждали и другие. Семь земель постепенно начинали делиться. Не на тех, кто любит меня или Эрвена. На тех, кто боялся неопределённости.

Иногда именно страх неопределённости заставляет людей выбирать самые опасные решения.

– Нужно созвать Совет. Сейчас.

Тайрен кивнул.

– Ради этого и принёс письмо лично.

– А говорил, хотел посмотреть, как я.

– И это тоже.

К вечеру выяснилось, что письмо Кельваров было только первым. Два пограничных командования требовали подтверждения полномочий Эрвена. Три провинциальных собрания отказывались признавать новые указы без моей подписи. В столице торговая палата потребовала объяснить, чью печать считать действительной на государственных договорах. Самым неприятным стало письмо из восточных земель. Там два драконьих рода уже начали собирать собственную охрану.

Не против меня. Не против Эрвена. «Для защиты порядка до разрешения кризиса». Я слишком хорошо знала эту формулировку. Именно так начинаются армии, которые пока ещё никто не называет армиями. В Зале Домов было душно.

Семь представителей говорили одновременно. Эрвен сидел за председательским столом. Без Короны. Её пустой обруч лежал в отдельном футляре, как государственная реликвия, которая внезапно перестала знать, что она символизирует. Я сидела напротив. Шесть Крыльев лежали передо мной.

На этот раз я принесла все. Не ради давления. Потому что скрывать их уже не имело смысла. Тайрен стоял у стены. Седьмое Крыло при нём.

– Нужно выбрать одного, – сказал глава Белого Дома. – Либо император остаётся государем, либо власть переходит к госпоже Вейрель.

Представитель Орвейнов, временно заменивший Варрена, постучал по столу.

– Полная Корона ещё не собрана.

– А у Эрвена нет ни одного Крыла!

– Его наследственные обязанности сохраняются до полной передачи. Это записано в решении Совета.

– Обязанности. Трон ему не принадлежит.

Я слушала двадцать минут. На двадцать первой поняла, что каждую фразу уже слышала дважды.

– Достаточно.

Спор продолжался. Я поднялась.

– Господа!

Наконец повернулись ко мне.

– Командиры ждут приказов. Пока мы спорим об одном кресле, в провинциях собирают вооружённых людей.

Эймар указал на Тайрена.

– Пусть отдаст вам последнее Крыло. Сегодня же закончим передачу.

– Мы уже говорили об этом. Металл можно передать, Право – нельзя.

– Страна раскалывается, Лиарна. Иногда приходится выбирать меньший риск.

– Вы уверены, что этот – меньший?

Он не ответил. Реван Тарр медленно сказал:

– Есть другой способ.

Все посмотрели на него.

– Какой?

Он положил перед собой Первое Согласие. На заседаниях теперь использовали заверенную копию, а оригинал всё ещё хранили под семью печатями.

– Семь земель передали право единому носителю добровольно, – сказал Реван.

– Мы читали, – перебил Эймар.

– А следующую строку?

Реван провёл по ней пальцем.

– «При споре двух прав один должен быть оставлен волей носителя прежде, чем земли обратятся друг против друга».

Я нахмурилась.

– Почему мы раньше не обсуждали эту строку?

Мастер Торр ответил первым:

– Потому что считали её историческим описанием первой передачи. Там дальше идёт рассказ о Кельварах.

Тайрен выпрямился.

– Покажите.

Ему передали текст. Он прочёл. Слишком долго. Мне это не понравилось.

– Тайрен?

Он поднял взгляд. Потом посмотрел на Седьмое Крыло, которое достал из футляра. Металл светился. Очень слабо. Но светился.

– Вот оно.

В зале стало тихо.

– Что? – спросила я.

– Условие.

– Какое?

Он не сразу ответил. Я ждала привычной оговорки, но он только опустил глаза.

– Седьмое Крыло называется Правом Отказа.

Эрвен поднялся. Я осталась сидеть, вцепившись пальцами в край стола.

– От чего? – спросил он.

– От власти.

Никто не произнёс ни слова. Тайрен положил Крыло между нами, на равном расстоянии от каждого.

– Первый Кельвар отказался от трона до создания наследственного порядка, потому что понял: если он будет держаться за своё право, две земли продолжат войну. Именно поэтому его род и получил обязанность хранить последнее Крыло.

Я вспомнила книгу. Кельвары могли получить престол. У них было больше войск. Но их предок отказался. Тайрен продолжил:

– Взять власть недостаточно. Последнее Право требует оставить её, если иначе погибнет то, чем ты собираешься править.

– Кто должен отказаться? – спросил Эймар.

– Один из двух признанных носителей. У Эрвена остаётся наследственная обязанность, у Лиарны – шесть Прав. Пока оба основания действуют, земли будут выбирать между ними.

Эрвен посмотрел на меня.

– Если откажется она?

– Шесть Прав вернутся Короне.

У меня перехватило дыхание.

– А если Эрвен?

– Его наследственный титул прекратится. Твои Права останутся при тебе, но последнее испытание ещё нужно будет пройти.

Законник наклонился вперёд.

– То есть признанного государя всё равно может не быть?

– Может.

Я смотрела на неподвижное Крыло. «Сам трон», – сказала я Эрвену несколько дней назад. Мне до сих пор было сладко вспоминать его лицо в тот миг. Теперь предстояло отказаться от этого.

– Кто выбирает первым?

– Порядка нет, – сказал Тайрен. – И отказ ради награды не зачтётся.

– А как теперь не думать о награде?

Он потёр переносицу.

– Не знаю, Лиарна. Тут я тебе не помощник.

Эрвен подошёл к столу.

– Допустим, я откажусь.

Никто не пошевелился.

– Что будет с Домом Доррейнов?

Законник ответил:

– Дом останется великим Домом. Земли, родовое имущество, внутренние права сохраняются, если иное не установит суд.

– А мои дети?

На мгновение все притихли. У нас с Эрвеном детей не было; он спрашивал о тех, кто ещё мог родиться.

– Наследовать трон они уже не смогут, – ответил Тайрен. – Если Крыло примет твой отказ, право династии закончится.

Эрвен медленно кивнул.

– То есть четыреста лет Доррейнов заканчиваются одной фразой.

Никто не ответил. Я знала это чувство. Двенадцать лет моего брака тоже закончились одной фразой. Наверное, он вспомнил то же. Наши взгляды встретились.

– А при её отказе мой род сохранит право?

– Наследственная обязанность останется, – сказал Тайрен. – Пока Крылья не выберут другого носителя. Или пока действующий не вернёт их, исполняя свои обязанности.

Эрвен посмотрел на меня. Вот теперь выбор стал ясным. Если я откажусь, он сохранит трон. Не потому, что победил. Потому что я уйду. Если он откажется, его династия потеряет то, что считала своим четыре века.

Мы оба могли остановить раскол. Ценой собственной власти.

– Мне нужно время, – сказал он.

– Сколько? – спросил Эймар.

– До утра.

– В провинциях собирают людей. Нам уже пишут об этом!

– Я прочёл письма, Эймар. До утра.

Я смотрела на Эрвена. По тому, как он стоял, как держал руки на спинке кресла, было видно: он не просто тянет время.

– Подождём, – сказала я.

Эймар резко повернулся.

– А если ночью двинут войска?

– Тогда придётся собраться раньше. Но сейчас он просит несколько часов, чтобы решить.

Я вернулась в Нижний Арден. Впервые за несколько дней одна. Тайрен не пошёл со мной. Не мог. Он был Хранителем последнего выбора и сказал, что до решения не должен оставаться рядом ни с одним из претендентов дольше необходимого. Я не спорила.

Наверное, потому что боялась, что если он останется, я всё-таки спрошу. Что будет, если откажусь? Что произойдёт с нами? Станет ли он считать меня трусливой? Обрадуется ли, потому что мне больше не придётся править? Скажет ли, что Корона всё равно должна была достаться мне?

Ни один из этих вопросов не имел отношения к испытанию. Поэтому я осталась одна. Марей ушла ещё до заката, оставив на столе стопку документов и записку: «Хотя бы сегодня не работайте». Я прочитала. Потом всё равно разобрала четыре прошения. На пятом заставила себя остановиться.

В доме было тихо. Та самая тишина, которая встретила меня после развода. Только теперь она уже не казалась пустотой. Я знала каждую скрипящую ступень. Знала, как закрывается окно в кабинете. Знала, что старая груша задевает веткой крышу, если ветер идёт с востока.

Это был мой дом. Он не стал больше. Не стал роскошнее. Но перестал быть местом, куда изгнали бывшую жену императора. Я подошла к столу. Шесть Крыльев лежали в деревянной коробке.

Первый раз я принесла сюда одно. Тогда не знала, чего хочу. Теперь шесть могли сделать меня государыней. Если я не откажусь. Я достала первое. Служба.

Второе. Равновесие. Третье. Услышанный голос. Четвёртое. Суд.

Пятое. Данное слово. Шестое. Целое прежде рода. Ничто из этого не говорило: держись за власть. Наоборот.

Каждое требовало что-то отдать. Время. Удобство. Гордость. Возможность наказать врага без долгого разбирательства. Поддержку собственных сторонников.

Я села. Если откажусь сейчас, что останется? Имя. Дом. Работа. Тайрен.

Если он захочет остаться со мной без Короны. Я с досадой захлопнула коробку. Вот ещё. Снова думаю, выберет ли меня мужчина. И это после всего, что между нами было. Я не могла решать из страха потерять Тайрена. Я встала и прошла к окну. На улице горели редкие фонари. Где-то далеко, на холме, возвышался дворец.

Я помнила, как смотрела на него из повозки в день развода. Тогда впервые за двенадцать лет не знала, чем займусь утром. Теперь знала слишком хорошо. Если останусь претендентом, страна продолжит ждать. Дома будут считать. Гарнизоны – выбирать.

Каждая провинциальная ссора начнёт превращаться в вопрос о том, чья власть законнее. Можно было сказать, что виноват Эрвен. Пусть отказывается он. У него не осталось Крыльев. Именно его династия скрыла условия Короны. Именно он начал всё с публичного предательства.

Справедливо было бы потребовать, чтобы цену заплатил он. Но если он не сможет? Тогда что? Ждать, пока первые два Дома решат вопрос вместо нас? Я закрыла глаза. Вот оно.

Я всё ещё думала, кто должен заплатить. Седьмое Крыло спрашивало другое. Что я готова потерять сама.

Утром Совет собрался до восхода солнца. На этот раз без толпы в зале. Только главы семи Домов. Законник. Мастер Торр. Тайрен.

Эрвен. Я. На площади люди всё равно были. Но после моих приказов никто не пытался прорваться внутрь. Я вошла с коробкой в руках. Тайрен стоял возле Первого Согласия.

Седьмое Крыло лежало перед ним. Эрвен уже был здесь. Он не спал. Я поняла сразу. Наверное, выглядела не лучше.

– Решил? – спросила я.

Эрвен посмотрел на коробку в моих руках.

– А ты?

– Сначала скажи.

Он устало усмехнулся.

– Нет.

Я медленно выдохнула. До последнего надеялась, что не придётся.

– Тебе ещё нужно время?

– Времени было достаточно. Я не могу, Лиарна.

Эймар подался вперёд, но я подняла руку.

– Объясни.

Эрвен посмотрел на пустой престол.

– Я всё ещё император.

– Без Крыльев?

– Я знаю. Знаю, что написано в Согласии. И знаю, что ты заслужила их больше меня.

Этого я не ожидала. Я ждала продолжения.

– Но люди присягали моему Дому, – сказал он. – Четыреста лет. Есть земли, где до сих пор подчиняются одному имени Доррейнов. Есть командиры, которым я двадцать лет отдавал приказы. Что я скажу им? Всё кончено, потому что моя бывшая жена оказалась лучше меня?

Последние слова дались ему с трудом.

– Ты этого стыдишься?

– Да. И боюсь. Я умею быть императором, Лиарна. Другим меня не растили.

Он помолчал.

– Я признаю твои Права. Могу работать с тобой. Но сам прекратить право Доррейнов на трон… Нет.

Тайрен не стал возражать. Посмотрел на Седьмое Крыло – оно по-прежнему лежало на столе. Эрвен перевёл взгляд на мою коробку.

– Теперь ты.

Все повернулись. Я подошла к столу. Открыла крышку. Шесть Крыльев отозвались тихим звоном. Сердце билось так сильно, что я слышала его в ушах. Несколько дней назад я вошла в Тронный зал женщиной, которую собирались заменить.

Потом сказала, что хочу трон. И действительно захотела. Это было важно признать. Я хотела победить. Хотела увидеть, как пустая Корона лежит у ног Эрвена. Хотела, чтобы все люди, которые называли меня приложением к мужу, склонились передо мной.

Хотела, чтобы моё имя наконец принадлежало только мне. Но если цена моего имени – люди, выбирающие, на чьей стороне драться… Я достала Первое Крыло. Положила на стол перед Советом. Эймар резко вдохнул.

– Лиарна.

Я достала второе. Третье. Тайрен смотрел на меня. Ничего не говорил. Четвёртое. Пятое.

Шестое. Шесть металлических знаков легли рядом. Я закрыла пустую коробку.

– Что ты делаешь? – спросил Эрвен.

– Отказываюсь от притязания на престол.