Текст книги "Бойся своих желаний (СИ)"

Автор книги: Денис Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

Глава 29. И снова, и опять

Конечно, все не стало в один миг черно-зеленым, как одежды моего нового знакомого. И даже мебель осталась на своих местах.

Первое, что произошло, это изменилось мое положение в кресле. Я вдруг почувствовал себя очень удобно, словно со школьного стула пересел в любимое компьютерное кресло с поддержкой спины. И начал осматриваться под шуршание, тихий треск и шелест, слышимый отовсюду.

Итак, кресло. Белое лакированное дерево осталось, но изменилась форма и появилась зеленая мягкая обивка. Крышка рабочего стола преобразовалась в благородный малахит. Стены перестали быть идеально белыми – по ним прошли словно бы трещины. Но нет, это ровный камень превратился в сероватый мрамор с более темными прослойками. Ковер на полу тоже стал серым с рисунком паутины. Перо, которым я только что подписывал договор, потемнело до коричневого, словно прежде принадлежало соколу. Чернильница осталась цветком, но другим – бордовой розой.

И запах. Он появился. Только теперь я осознал, что его тут не было. Теперь же тут витал приятный терпкий аромат каких-то трав. Интересно, какой башня стала снаружи? Только я собрался спросить, как услышал торопливые шаги в коридоре. Посмотрел на Кадейна и удивился изменениям в его поведении. Только что он спокойно и деловито ждал моей подписи, теперь же поднялся, готовый едва ли не бежать.

– Папа! – услышал я мальчишеский голос и тут появился его владелец.

Некромант чуть не сбил стол, так ринулся к мальчику лет десяти в серой грязной тунике и штанах с разорванной левой коленкой. Кадейн поймал его в объятия и, кажется, всхлипнул. Я предпочел слиться с креслом и не мешать столь трогательной сцене.

– А где мама? – спросил он через минуту и посмотрел в ожидании на дверь.

– Она не приходит в себя. Я ее будил, а она все спит, – ответил мальчик и засопел, словно собрался плакать.

– Спокойно, Эрик, идем посмотрим. – Некромант говорил спокойно, но в голосе слышалось напряжение. Он повернулся ко мне. – Если это то, о чем я думаю, мне понадобится помощь. Я могу рассчитывать на тебя, Дэнтейн?

Кажется, что-то подобное я уже проходил. А еще кажется, что тут предубеждений к эльфам с темной кожей нет. Во всяком случае, не у некромантов. Что же, мне было жуть как любопытно. И не имело значения, кем меня считает Бармен. Я не мог пройти мимо интересного. И отказать в помощи, когда ребенок смотрит на тебя огромными глазами, полными надежды и страха, не мог.

– Идем, – только и сказал я, поднимаясь с кресла. – Сначала надо понять, в чем дело. Как я отвечу, если ничего еще не знаю?

Кайден кивнул и повел меня по широкой лестнице наверх, на предпоследний этаж башни. Только походка, стремительная и нервная, выдавала его нетерпение. Что мы шли к его жене, догадаться было легко. Другое дело, я не понимал, как он так спокойно писал и терпеливо ждал, пока я прочту, раз знал, что с его семьей может быть не все в порядке? Вот это выдержка у мужика. И почему сын не пришел сразу? Может, переход владения башни к Кайдену снял с него чары? А преображение продолжалось, только уже не было возможности остановиться и понаблюдать.

Некромант привел меня в одну из комнат, где на большой кровати лежала невероятно красивая женщина. Даже тревожное выражение лица не портило нежные черты. Светлые волосы ее разметались по подушке, глазные яблоки бегали под закрытыми веками, бледное лицо осунулось, губы изогнулись в страдании.

– Елена, – позвал некромант и потряс ее. Но она не проснулась, только застонала. – Понятно. Этот… погрузил ее в Белый кошмар. Мне действительно нужна твоя помощь, Дэнтейн – сам я не смогу отыскать нужные реагенты. Мне необходимо быть здесь и поддерживать жену.

Разумеется, вздохнул я, как же иначе.

– Сделаю, что смогу, – кивнул я. – Мне нужны подробности.

Конечно, я даже не подумал отказать. Только представил, как бы сам себя вел, окажись на месте Елены моя Марго.

– Да, конечно, – отстраненно сказал Кайден и протянул руку над женой.

Их соединила изумрудная линия и Елена задышала ровнее. Их сын все это время тихо стоял рядом, но как только Кайден закончил колдовать, сел рядом с матерью и начал нежно гладить ее по волосам и щеке.

– Я не смог ничего сделать, отец, – извинился Эрик тихо. – Он оказался сильнее.

– Все хорошо, сын, мы ее разбудим, – некромант сел рядом и нежно сжал руку жены. А потом поднял глаза на меня, полные тоски и боли. – Чародей напал во время моей дуэли с другим магом, когда мы оба уже были без сил. Его убил, а меня оставил умирать. Ему нужна была не столько башня, сколько Елена. Этот кошмар призван изменить ее, перетащить на сторону Света. Чтобы разбудить ее, нужны реагенты, которых у меня нет. Да-да, я не смотрел запасы – но там такие вещи, которых тут нет точно. Всего два пункта, но очень редкие. Я напишу названия и где их искать.

– Как много у меня времени?

– Не больше года. Мне придется укрепить оборону башни, но если кто-то узнает о том, что у меня минимальный резерв сил, а Елена в таком состоянии, нападет.

Я с облегчением выдохнул – не надо срочно бежать и молиться, чтобы бар не вынудил уйти. С другой стороны, кто знает, что за редкие штуки ему нужны. И как часто меня будет сюда кидать. А еще этот срок говорил, что порталов тут нет.

– Спросил, потому что только недавно вышел на поверхность и ничего еще тут не знаю, – пояснил я на всякий случай.

– Я понял. Идем. Я напишу тебе указания.

Кадейну стоило видимых усилий выпустить руку жены и подняться. Он успокоил сына, что скоро вернется и повел меня обратно в кабинет.

Теперь я лучше смог рассмотреть преобразования интерьера башни. В основном изменилась цветовая гамма и дизайн мебели. Интересная магия. Причем, я знал, что имею дело с некромантом, так почему от него не тянет той же жутью, что от убитого в пещере Таутеры? Почему светлый чародей и его творение кажется мне большим злом, чем некромант?! В этом стоило разобраться до того, как начать помогать ему – я вовсе не горел желанием совершить ошибку, какую допустил в Расколотых Землях. Так что сначала отправлюсь в библиотеку ближайшего города. Что-то странное происходит в этом мире. Надо разобраться.

В этот раз Кайден не стал садиться за стол – быстро набросал несколько слов на листе бумаги и передал мне.

«Камертон гарпии с острова Снов. Глаз василиска из пустыни Миражей».

Я прочитал и поднял вопросительный взгляд на некроманта. Он подошел к карте и указал на центральный материк мира и небольшой остров. Только я не понял, над ним или возле него.

– Пустыня находится тут, сразу за Шрамом, – пустился Кайден в объяснения. – А остров тут, над севером Крозенда. Туда ходят небесные гондолы. Да, тебе, наверно, нужны деньги на дорогу.

– Деньги точно нужны, – кивнул я, хотя мог воспользоваться жетонами, но зачем. Я не благородный паладин и, как бы ни сочувствовал чужой беде, а за свой счет спасать других не горел желанием. – И с глазом я понял, а камертон?

– Это не инструмент – это особая косточка у них в горле, – спохватился Кайден. – Если видел камертон, не спутаешь. Она и позволяет им издавать волшебные звуки.

– Хорошо. В таком случае, я отправляюсь.

– Может, все же утром?

Я посмотрел за окно и согласился. Хозяин башни сам отвел меня в комнату после вкусного ужина. Какой кайф выспаться на нормальной кровати!

А утром меня накормили сытным завтраком, выдали кошель с золотом и указали направление. И отправился я добывать части тел неведомых созданий. Мда, вот и стал я ведьмаком. Только лошади не хватает.

Указания Кайдена привели меня через две деревни в город только на третий день, ближе к полудню. Я даже название не узнал – забыл. Решил пообедать в таверне и поискать библиотеку. Город напоминал старую Европу, какой ее показывают по телевизору. Я шел по широкой улице и искал таверну. А натыкался только на «Кроличью нору». Что за черт, уже третье заведение вело в бар! Хорошо. Я спросил про библиотеку… и она тоже превратилась бар! Это как раз то, о чем говорила Марго – бар меня затягивает? Но почему? Бар словно не хотел, чтобы я узнавал сразу об этом мире. Или торопил в шестой. Я еще немного побродил и понял, что выбора мне не оставили: или спать на улице, или возвращаться. Ну что же, у меня год. И я открыл ближайшую дверь.

– С возвращением, – услышал я привычное приветствие. О, это что, ирония у него в голосе?

– Привет, Денис. Говорят, тебе открылся пятый мир? Какой? – с азартом в глазах подошел ко мне Виктор и отвел за стол у окна.

Я быстро осмотрелся, но Риты не было. Алекса тоже. Зато сидела та девушка эмо. Уже в тунике, волосы собраны в хвост. Компанию ей составлял Тим. Давно я не видел своего первого спасенного.

– Марго в клан-холле, она уже с Оракулами, – правильно понял меня Виктор. – Пойдешь за ней?

– Нет, я к вам, – успокоил я его и блаженно вытянул ноги под столом. – И я не знаю названия мира. Увидел названия материков – Крозенд, например. А появился на юге Ридрана. Там еще каждый континент пересекает какой-то Шрам.

– О, Иферон, – воодушевился Виктор. – Безумное местечко. Там правят маги и все с ног на голову. Темное – это добро, а Свет мракобесит. А у нас тут новички просто валом валят. Уже больше двадцати человек! Мы тут все языки стерли каждому объяснять.

– Это же больше, чем тогда погибло? – удивился я.

– Верно. Но всех пристроят, как только они будут готовы.

– Хорошо. Но я с вами, обещаю. Сейчас отдохну и открою шестой мир.

– Ты какой-то задумчивый. Или просто устал?

– Меня выдавило, как только я попал в город. Не смог вообще ничего узнать. Зато снова поймал задание. И уже понял, что там все не так.

И я рассказал о приключении у башни. Виктор слушал внимательно и хмурился.

– Ты точно не прост. Многие пошли бы в другую сторону от нежити. И этот Кайден. Он один из сильнейших магов Иферона. В основном благодаря Елене. Она была одной из нас. И такой как ты. Но потом влюбилась в него без памяти и осела там. Я скажу ребятам – мы поможем тебе достать нужное. Гарпии и василиски там очень страшные. Тебе лучше подкачаться на пути к ним. Мы поможем.

– Спасибо, – улыбнулся я.

После обеда я переоделся, выспался и пошел привычно кидать кубик. Разумеется, двадцатигранник. Я его подкинул и выпала пятерка. Ну, посмотрим, что там.

Ночь. Улица. Фонарь. Аптеки нет. Да и свет фонаря виден за углом вместе с улицей, а я в переулке. Луна светит красноватая, полная и слишком большая. Снова экватор? Да нет, прохладно, да и пахнет так только осенью в родных широтах. Ладно, пора разбираться с тем, кто я и где я. Снова.

Стандартный набор – темная одежда, темная кожа, острые уши, хорошо вижу в темноте. На боку меч, на поясе четыре стилета, на бедрах еще по два, за спиной лук. Без тетивы. Через плечо сумка с шестью флаконами, красными и, для разнообразия, черными. Кроем одежда напомнила Расколотые Земли. А вот дома на улице, куда я осторожно выглянул, напоминали город с фотографий второй половины девятнадцатого века. Даже Ягота выглядит более древним, а ведь там сохранились некоторые технологии. Что-то совсем новое. Ладно, пойду изучать. Хотя ночью особо много не узнаешь. Наверное.

Не успел я пройти до следующего фонаря, как услышал пронзительный женский визг за поворотом. Ну началось. И какую принцессу я снова бегу спасать?

Уже на бегу снял со спины лук и сжал его. Тетиву получилось увидеть только в свете фонаря – так качественно она сливалась с темнотой ночи, что даже эльфийское зрение не помогало. Я завернул за угол и на секунду замер от изумления. Вот это принцесса.

Я-то ожидал увидеть, как шайка грабителей-убийц-насильников нападают на беззащитную девицу. Но в беде оказалась не девушка, а мужик. Нет, дама тут была, только не девица, а женщина в возрасте. И визжала, будто режут ее. Но в беде оказался мужик – толстенький, низенький, лысенький. И я не совсем понял, что с ним делал некто в плаще. Все, что я смог о нем сразу сказать, что он высокий. Даже не понимал, мужчина это или женщина. Картина напоминала сцену из фильмов про вампиров середины прошлого века, когда злодей склоняется к шее жертвы, а та красиво и безвольно опадает ему на руки.

– Помогите! – взвизгнула женщина при моем появлении.

– Эй! – окликнул я. Обычно этого хватало. В фильмах. Но не в жизни. Жаль.

Пришлось поднимать лук и привычно складывать пальцы щепотью. Между них заклубилась тьма. Стоп, но если это правда вампир, темная стрела ему не повредит. Если верить историям моего мира. Стоило подумать об этом, как стрела стала серебряной. И я отправил ее в полет.

Подействовало. Стрела явно сделала больно и исчезла, оставив дырку. Фигура в плаще вздрогнула и обернулась. Это все же оказался мужик. Высокий и довольно стройный. На бледном узком лице читалось недовольство. Это все, что я успел увидеть, пока выпускал в него еще одну стрелу. Она с шипением растворилась у него в груди и оставила в ней дыру размером с пятак. Обычно с такой не живут, но мужик зарычал и сделал ко мне шаг с протянутой рукой, словно собирался схватить за горло. Еще одна стрела заставила его изменить решение, каким бы они ни было, и… А вот тут я не понял. Он только что стоял в десятке метров передо мной и вдруг исчез. Словно подпрыгнул. Я поднял голову – так и есть. На крыше пятиэтажного дома мелькнула тень на фоне луны и исчезла за трубой.

– Целы? – уточнил я, не торопясь убирать лук.

– О, спасибо вам, спасибо, – залепетала дама.

Мужчина же нервно ощупывал шею.

– Не успел. О, хвала Лесату, не успел, – слабо пробормотал он и посмотрел на меня. – Спасибо вам. Ох. Если только вы не конкурент?

– Нет. Я просто шел мимо, – ответил я, оглядываясь. Кто знает, вдруг этот упырь решит напасть снова. И запомнил имя, видимо, местного божества.

– Вы спасли не только меня, но и весь город! – продолжал восторгаться мужчина. Так-так, уже интереснее. – Ох, если бы он меня обратил, каких дел я мог бы натворить!

– Например? – с деланным безразличием уточнил я.

– Я помощник бургомистра. Как думаете?

Мда, видимо, я должен был понимать, о чем речь. Пришлось с сожалением покивать и поцокать языком. Ладно, потом выясню. Если пустят тут хоть куда-то. Но еще одну попытку предпринять стоит.

– Что же вы гуляете по ночам, господин помощник? – с насмешкой уточнил я.

– Как же не гулять, если мне прислали записку, – смутился он. – Написали, что раскроют мои дела, если не приду с означенной суммой. Но эти дела показались бы шуткой в сравнении с тем, что я бы натворил, если бы стал одним из них!

– Тогда могу сказать только одно: возвращайтесь к честной жизни, – усмехнулся я.

– Да как вы… да, вы правы, господин эльф, – сдулся мужик и поднял на меня глаза бездомного щенка. – Вы проводите нас домой? Вдруг он все еще где-то рядом. Я заплачу.

– Провожу, – вздохнул я. А что еще делать? Он прав – вампир может повторить попытку и свести на нет мою беготню. А я не люблю бегать просто так.

Идти пришлось всего-то с треть часа, через три улицы и парк. Зато какие изменения в архитектуре! Тут дома стояли уже частные, в два-три этажа с лужайкой перед домом и декоративным заборчиком. Милота-то какая. В дом меня не пустили, пришлось ждать на пороге. Даже хотел плюнуть и уйти, но местных денег у меня еще нет, а они понадобятся. Пока ждал, не отпускало ощущение чужого взгляда, но как ни всматривался, никого не увидел. И все же в копчике свербело. Отвлекла от тревожных мыслей хозяйка дома и увесистый кошель. А вот это занятно – вроде развитый мир, а деньги все еще металлические. Мне же удобнее – уже привык к монетам. Я попрощался и пошел искать приют на ночь в надежде, что не вытолкают снова из мира.

– Ты помешал мне, – услышал я хриплый шепот.

– Ты же не ждешь извинений, нет? – выдавил я. Во рту пересохло, ноги подкосились бы, если бы стояли на земле. Но сильная рука прижимала меня к стене, держа за горло.

Как он это сделал? Почему я даже не заметил?! Или об этом предупреждал зуд? Паника уже топталась на пороге сознания, но я знал, она придет потом. Если потом будет.

Глава 30. Я не буду тебе мешать

– Нет, но ты извинишься, как только станешь одним из нас. Ты шустрый, а значит, будешь полезным, – раздвинул он губы в хищной улыбке и показал удлиненный клыки.

Как жаль, что мы не в Расколотых Землях – там у меня есть такие же, а тут… тут в ушах звенело и шумело, в горле застрял крик, тело стало ватным и появилось ощущение падения по спирали. И я ждал, когда достигну дна. Потому что там, внизу, злость. Я оттолкнусь от нее и… кто знает, что «и». В той далекой уже жизни она много раз помогала. И столько же раз мешала. Это горячее чувство, когда просто говоришь. Говоришь и понимаешь, что слова могут навредить, но все равно говоришь, потому что уже все равно. Или делаешь.

А пока я смотрел в красные глаза, что вряд ли знакомы с понятием жалости, на узкое бледное лицо с впалыми гладковыбритыми щеками, на нос с горбинкой и брови вразлет, на раздвоенный подбородок. Я запоминал каждую деталь этого лица. Он станет моей добычей. Если выживу. Как же жаль, что у меня нет сейчас интерфейса, так бы уже знал имя и параметры.

– Я не вкусный, – выдавил я из себя. – Подавишься.

– Прокашляюсь, – рассмеялся он и потянулся клыками к горлу. – Аррр… странник! – выплюнул он последнее слово и с досадой поморщился, отстраняясь. – Тебя даже не обратить.

Вампир с издевкой рассмеялся при виде моего удивления. Он знает, кто я. Но почему странника не обратить?

– Что, маленький странник, удивлен? Не понимаешь, почему тебя нельзя обратить? Кажется, ты вообще ничего не знаешь, – рассмеялся он и переступил с ноги на ногу.

– Тот, кто вытащил тебя сюда из твоего мира, не удосужился объяснить, чего хочет от тебя, – продолжил он с издевкой. А я не перебивал и давал выговориться. Вдруг сболтнет лишнего. – И от тебя, и от твоих друзей. И вы мечетесь как куры с отрубленными бошками в попытках понять. А некоторые просто развлекаются и ни о чем не думают! Ты из которых? Не важно, маленький странник, – он вдруг стал серьезным. Улыбка исчезла. Вампир приблизился к моему лицу, но я не ощутил дыхания и инстинктивно вжался в стену. – Вот, что я тебе скажу, маленький странник. Ты все равно не знаешь, что происходит, и не узнаешь. Так зачем продолжать бестолковый бег? Я сделаю тебе подарок и не убью. Возвращайся в свой мир. Возвращайся и живи в свое удовольствие, пока он есть. А тут мы разберемся сами. Это не твоя битва, зачем умирать за чужие интересы? Возвращайся к своей жизни.

И он просто выпустил меня. Я неуклюже приземлился и начал растирать шею. Больно, но он держал меня так, чтобы не мешать дышать.

– Может, хоть представишься? – криво усмехнулся я. Страх начал потихоньку отступать, но липкий пот никуда не делся.

– Ты не слышал меня? – едва не перешел он на фальцет от возмущения. – Убирайся отсюда! Не мешай взрослым дядям с серьезными делами!

– А дырка у тебя зажила? Наверно, больно было, – вместо ответа заметил я. Впрочем, он мог передумать и убить меня, так что я прикусил язык и не стал продолжать.

– Пошел вон! – взвизгнул все же вампир.

И я инстинктивно попятился. Но обычное состояние возвращалось.

– Хорошо-хорошо, только последний вопрос. Почему ты не можешь меня обратить?

– О, тебе не понравится ответ, – рассмеялся вампир. – Но я отвечу, чтобы ты жил с осознанием упущенной возможности. Если я обращу тебя, ты узнаешь то, чего тебе знать не положено. То, чего тебе не объяснили, когда забрали из родного мира. А теперь уходи и проживи остаток жизни в терзаниях, что же такого ты мог узнать, но не узнал, мог что-то сделать или нет.

– Спасибо за ответ, – расплылся я в улыбке. – Пойду страдать.

Как же тяжело было удержаться от добавления «до встречи», но я справился. Я же не Маугли, чтобы дергать смерть за усы.

В этот раз я сам искал вход в бар. Голова шла кругом, мысли и вопросы без ответов уже в который раз устроили чехарду. Нужно было спокойно сесть и подумать, разложить вопросы и попытаться найти ответы хотя бы на какие-то из них.

– С возвращением, – услышал я знакомое. А голос-то все напряженнее.

– Мне что-то полагается за спасение толстячка? – с мрачным видом уточнил я и уселся на высокий стул у барной стойки.

Бармен молча достал столбик самых больших жетонов. Посмотрел мне в глаза и прибавил еще один. Так же молча я скинул их в сумку и кивнул.

Не стал говорить, что этим Бармен подтвердил мою догадку: он знает обо всем, что происходит за дверью в любом из миров с каждым из нас. А значит, эта игра в «не говори о важном в баре» только для успокоения странников.

– Денис! – окликнул меня Виктор. – Ты быстро. На тебе лица нет. Что случилось?

– Кое-что, – бросил я и прямо посмотрел на Бармена.

А он смотрел на меня. С отеческой улыбкой?! Нет, вот правда, мой отец так на меня смотрел, когда я вернулся из армии! Этот взгляд говорил что-то вроде «а мальчик-то растет!» Ах ты ж гад! Получается, что те задания мне действительно подкидывали в качестве испытаний! Впрочем, если верить недавним словам Виктора, их дают всем, просто большинство их решает иначе. Черт!

– Денис, все в порядке? – Виктор озадаченно и тревожно смотрел на меня.

– Нет. Мне нужно подумать, – тряхнул я головой.

– Может, в нашем холле?

– Виктор. Видишь того бородатого дядю за стойкой? Вот я сейчас могу так подумать, что он выкинет меня к этой бабушке, – со злостью говорил я. – Так что давай я сначала разберусь кое с чем, чтобы тебе значки не тратить. А если мы с ним договоримся, тогда и вступлю.

– Я ничего не понял, Денис, но будь осторожнее, – не стал спорить он. Кажется, мое взвинченное состояние считывалось и слепым.

Я кивнул и ушел в раздевалку.

И тут же наткнулся на собственное отражение. Очень мрачное и всклокоченное отражение. Черные одежды его еще и подчеркивали. А ведь они почти не отличаются от того, в чем хожу в Расколотых Землях, мелькнула мысль. Даже лук похож, только материал чуть проще. Так ладно, шмотки – это хорошо, но я тут для другого. Я переоделся в земное, пополнив гардероб шестым костюмом, и уселся на банкетку.

Итак, что я имею? А не так уж и много. Весь месяц нахождения в баре пытался собрать информацию, но кроме общих сведений ничего не нашел. И все же.

Есть N-ное количество миров, где в одно и то же время произошла катастрофа. Везде своя. Да, точно знаю о четырех мирах, но народ подтвердил, что такое случилось везде, где они бывали. Это странно, но что из того? Что глобально изменилось? А этого я не знаю, потому что даже не искал сведений о том, чтобы было до катастрофы. Мне не с чем сравнивать. Это поправимо – нужно пойти в ближайший мир и поискать сведения о том, что происходило до катастрофы. Я подскочил и заметался между зеркалом и дверью.

С катастрофами вопрос решаем, но во всем этом есть элемент, о котором нигде не прочитать. Бар. Он затягивает тех, кому в своем мире живется тяжко, и под видом помощи в поисках нового дома подкидывает задания. Чтобы пока ищем, нам было на что купить поесть. У него же. Ага. И что за задания? Первое – определить, кто ты, воин или ремесленник. А вот со второго начинаются испытания на вшивость. Или на особенность. Хорошо, прошли мы это задание – как я понял, верного ответа тут нет, просто определение будущей роли в… чем? Какая цель у заданий?

Я вспомнил все, что делал во всех мирах. А ведь я боролся со злым злом. Как и все в баре. Аргелот с Таутеры подтвердил, что это наша основная задача. Только почему никто в баре об этом не знает или не говорит? А почему я говорю только о баре? Бармен – его живое воплощение. Он же всегда на месте, не выходит ни поспать, ни поесть, ни в уборную. Даже поставки не принимает – всегда все под рукой, никогда ничего не заканчивается. Как готовятся блюда – еще одна загадка. И он молчит. Теперь я знал, что ему известно обо всем, что мы делаем вне бара, тогда почему он не разрешает вести разговоры в зале? Может, чтобы у нас сохранялась иллюзия, что мы что-то можем без него? Зачем эта игра в заговор? И почему он ничего не говорит, если хочет от нас чего-то?! Вот этот вопрос бесил больше всего. Если в остальном я видел хоть какой-то смысл, то тут нет – ноль, тишина, ровная линия, даже без белого шума.

Осознание бессмысленности происходящего и ощущение, будто меня используют вслепую, навалилось пыльным мешком на голову, да так там и осталось. Я снова сел, а потом лег. Может, вампир прав и имеет смысл вернуться домой, жить как жил? Там хотя бы не пытаются убить на каждом шагу. Но там не будет Марго, а я уже не представляю жизни без нее. И еще. Я сел и уставился в ковер.

«Возвращайся в свой мир и живи, пока он есть», – сказал вампир. «Пока он есть». Он сказал это специально или оговорился? Скорее второе, судя по тому, как он потом повторял про возвращение. Черта лысого я вернусь, если могу сделать хоть что-то здесь. И что же могло открыться, если бы он меня обратил? Неужели то, что скрывает Бармен? И это связано. Получается, что эта борьба, где нас используют как слепое оружие, повлияет и на Землю. Но как? Да, я знаю, что произошло на Земле сто восемь лет назад, если учитывать крайний год появления новичков в баре. Получается, события в мирах отражаются в моем мире подобными потрясениями. И что, если мы тут всех победим, Земля станет раем? Допустим. Но мы все еще не знаем, какие именно катастрофы нам предотвращать. Хотя, если сопоставить даты, можно что-то выяснить. Главное, чтобы летописи тех времен в мирах сохранились. Я поднялся и пошел на выход и сразу к двери.

Виктор только с тревогой посмотрел на меня. Бармен проводил задумчивым взглядом. Думал отправлять меня домой или рано? Ну что ж, надеюсь, нет.

И правда нет. Ручки на двери не появилось, а свет на панели указал на шестигранник. А он упал пятеркой. Иферон? Ну вот как раз и узнаю много нового. И шагнул… на улицу Яготы. Еще и под яркое солнце.

Это как? Или все перемешалось на кубике? Видимо, так. Ладно, тут тоже есть хроники времен до катаклизма. И дорогу в библиотеку спрашивать уже не надо.

– Дэнтейн! – услышал я знакомый голос и похолодел.

Штефан вышел из того же духана, что и я минутой раньше. И он точно знал, что меня там не было. И как отбрехиваться? Я натянул улыбку.

– Привет, ты как тут, как все закончилось в крепости? А то мне… – начал я заговаривать ему зубы.

– Погоди, Дэн, я знаю, что ты странник, нам надо поговорить, – прервал он меня.

«Хорошие» новости. А я думал, тут про нас не знают.

– Ты о чем, приятель? – решил я проверить его.

– Я тоже был странником из «Кроличьей норы», – тихо сказал он. – Нет, о нас… то есть о вас тут не знают. Идем, здесь говорить не стоит.

И он отвел меня в тихий парк, где мы устроились у фонтана, чтобы плеск воды заглушил разговор.

– Я попал в бар в тысяча девятьсот двадцать втором году, – тихо заговорил он, когда убедился, что вокруг никого нет.

У меня отвисла челюсть и появилась куча вопросов. Но Штефан продолжил и я решил не перебивать.

– Меня действительно зовут Штефан Руфу, я из Бухареста. И в баре провел около четырех лет. Я выполнял задания, как и было велено, и особо ни во что больше не лез. В то время этот мир назывался Селион и тут жили только люди. А вампиры и прочие появились из-за катастрофы. И так я тут и застрял.

Кажется, рассказывать он не умел. Вернее, не умел донести мысль. Что же, придется спрашивать – ответы мне жизненно необходимы. А он даже лучше библиотеки сейчас. Но Штефан, видимо, понял, что я ничего не понял и продолжил.

– Прости, я не лучший сказитель. Я это все вот, к чему. Уже когда я появился в баре, там были мужички… ну и барышни, которые выполняли распоряжения хозяина больше десяти лет. И где-то за год до случившегося они начали говорить, что что-то в мирах не то. Ну, что враги наши стали сильнее и злее. И те, кто говорил громче всех, изгонялись из бара. В основном те, кто наводил панику. А потом мы с товарищами попали сюда с очередным поручением. – Штефан перевел дыхание и еще раз на всякий случай оглянулся. – Это был страшный бой. Мы дрались с каким-то огромным чудовищем и проиграли. Многие погибли, а те кто выжил, увидели надпись: «Миссия прова»…

Мимо уха свистнуло и под ключицей Штефана появилась стрела. Серебряная. Я тут же повалил нас на землю. И услышал свист еще одной стрелы. Вокруг сразу поднялся шум – женщины закричали, раздался рожок местного полицейского. Я оглянулся и почти не удивился, когда увидел красное имя «Ивор Крейн», удаляющееся вглубь парка. Разумеется, гнаться за ним не стал – он все еще намного сильнее. К тому же солнце сделало меня слабым.

– С…секта… пы…пыт…тается… – с трудом выдавливал из себя Штефан, а я вливал в него свои силы, но понимал, что стрела попала в подключичную артерию. Если вытащу, он истечет кровью. Оставлю – она его сожжет. Все, что я сейчас мог, это дать ему сил сказать еще хоть что-то. – Пытается захва…тить власть. Если… да, то… будет… еще… одна… катас…с…т…

– Катастрофа, – тяжело закончил я за него шепотом и потянулся закрыть глаза. Но тело бывшего странника рассыпалось прахом.

Несколько секунд я сидел, бездумно глядя в одну точку, пока не услышал шаги. Нет, отвечать на вопросы я определенно не собирался. Не сейчас, у меня самого их слишком много. Да и что я скажу? А придумывать очередную ложь сейчас был не в состоянии. Потому поднялся и переместился в самую дальнюю из видимых теней, а оттуда побежал вглубь города и затерялся среди домов. В голове звенело. Я не понимал, почему так произошло, какую цель преследовал Крейн – убить меня или не позволить получить информацию?

– Ну теперь я точно не уйду по собственной воле, – пробормотал я и дернул на себя дверь бара.

– С возвращением, – напряженно приветствовал Бармен.

Я оглянулся на дверь, но цифры не изменились, что не удивительно.

– Поговорим, – сказал я и сел на стул, глядя в глаза бородачу.

Он кивнул и протянул влажное полотенце. И только сейчас я заметил на себе кровь. Темную кровь Штефана. Бедняга. Он столько сделал и так глупо ушел. Но надо собраться с мыслями.

Из рассказа Штефана я понял, что сейчас начинается тоже, что и перед прошлым катаклизмом. Наплыв новичков в баре наверняка связан именно с ним, а не только с тем неудачным рейдом.

Да-да, я об этом – как раз в дверь вошла еще один бедолага. Я лишь мельком глянул на девушку в солнечных очках на пол лица и деловом костюме и вернулся к размышлениям.

И если мы допустим победу подобных чудовищ, тоже увидим надпись о провале и останемся в том мире, где будем на тот момент. Интересно, что случилось с теми, кто в это время оставался в баре? И да, я понимал, почему тогда Штефан и его современники не задавали вопросов – вряд ли в бар затягивало много образованных людей, больше работяг, а они привыкли делать, а не думать. Потому и Бармен был для них хозяином, а не просто Васей. Но пауза затянулась. Впрочем, Бармен пока занят новенькой.