Текст книги "Ради крови (ЛП)"

Автор книги: Дебби Кэссиди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

– Бежать некуда, – произнес он. – Вас только двое, а нас больше сотни.

Дрожь его рук подсказала мне о возможной бреши в его броне.

– Вы не обязаны это делать, просто отпустите нас. Мы не сделали ничего, чтобы заслужить подобное.

Я добавила дрожащих ноток в голос, и позволила глазам стать влажными.

Мужчина моргнул, выглядя смятенным, но тут его взгляд упал на порванные стяжки и отброшенную веревку на полу.

Его челюсть напряглась.

– Хватит ломать комедию. Я знаю, что вы способны на большее, чем пытаетесь показать. Мы занимаемся этим уже какое-то время, и вы первые, кто смог развязаться.

Он направил ствол на меня.

– Внимательнее нужно следить за теми, кто выглядит слабее.

Я распрямила плечи и подняла голову, перестав притворяться.

– Давайте серьезно, вы действительно верите в эту чушь с жертвоприношением? Думаете, именно это сдерживает Клыков и Когтей? Вы действительно считаете, что им не наплевать?

Мужчина отступил назад под напором моей горячности. Он сглотнул.

– Мне приходится верить. Я видел это собственными глазами. Они приходят, но никогда не пересекают границу. В обмен, все, что нам надо делать, это приносить ему одну жертву в месяц. Мы должны благодарить за это Орден Хаоса. Они пришли и показали нам этот путь. Некоторые даже остались среди нас, чтобы поддерживать нашу веру.

– Ему? Что значит «ему»? Кому именно вы приносите свои жертвы? – спросил Тобиас, его тон был ровным и спокойным. – Умоляю, мы просто хотим знать, что нас ждет. Мы просто хотим понять.

Это был его размеренный голос, тот же, что он использовал на мне, когда мы были детьми и я была чем-то расстроена. Это всегда помогало мне успокоиться, и, видимо, это подействовало и на мужчину тоже.

Его стальной взгляд слегка смягчился, и он уже открыл рот, чтобы ответить, но тут из коридора донесся звук закрываемых ставней.

Он встрепенулся и повел стволом в сторону, приказывая нам двигаться.

– Они приближаются; вам нужно идти. Время почти вышло.

Его рот скривился, и я догадалась о моральном кризисе, ему явно было противно это действо, но страх заставлял его продолжать. Он боялся за свою жизнь и, возможно, за жизнь тех, кого он любил.

Нужно найти способ достучаться до него. Способ обойти его страх.

– Подождите! Вы не обязаны это делать, есть другие безопасные места. Мы направлялись к одному из них, когда вы поймали нас. Это менее пяти миль отсюда. У меня есть координаты. Идемте с нами. Помогите нам, и вам больше не придется приносить в жертву кого-либо еще.

Его глаза слезка сузились, и я поняла, что он обдумывает это.

– Дерек! Почему так долго? – позвал голос снаружи комнаты.

Лицо Дерека застыло. Черт возьми, мы упустили свой шанс.

Дверь распахнулась, и вошел еще один человек, худой и с удлиненными чертами лица, как у грызуна. Его глаза-бусинки уставились на нас.

– Жалко девчонку, – произнес крысеныш. – Как думаешь, сколько ей? Семнадцать, восемнадцать? Думаешь, нам позволят оставить ее для размножения и утех? Одна жертва в месяц, ведь так. Я думаю, нужно спросить.

Мне было девятнадцать, но ему не нужно было это знать. Если он думает, что я моложе, то с большей вероятностью недооценит меня.

– Заткнись, – отрезал Дерек. – Мы делаем то, что должны, чтобы выжить, но мы не животные.

Он говорил это крысенышу, но его взгляд был прикован ко мне. Его слова предназначались мне, пытаясь оправдать всю эту грязь. Но ему не соскочить так просто с крючка. Я подняла голову и посмотрела на него с вызовом.

– Они должны позволить нам оставить ее, – настаивал крысеныш. – В этом мире осталось не так много женщин.

– Заткнись! – выпалил Дерек.

Он был прав насчет этого. Отец говорил, что вирус унес восемьдесят процентов женского населения и только сорок процентов мужского. Сегодняшний миром правил тестостерон. В нашем лагере нам повезло иметь почти равное количество мужчин и женщин, но неравенство стало отчетливо видно, когда нам пришлось уйти.

– Ну, пора идти, котики, – произнес крысеныш.

Бросив последний взгляд на Тобиаса, я последовала за Дереком из комнаты.

Глава 3

Они провели нас по тускло освещенному коридору, вверху по небольшому пролету лестницы и через металлическую дверь. Я моргнула, когда яркий свет по ту сторону двери ослепил меня, заставив мои глаза приспосабливаться.

Мы были в библиотеке. Огромное пространство, заполненное книгами, от которых пахло чернилами и старой бумагой, от чего на меня навалилась ностальгия, а грудь сдавило от грусти. Я посмотрела вверх на длинные электрические лампы. Мы не видели работающего электричества больше трех лет, с тех пор как сломался наш маленький генератор. Я уже привыкла к свечам и свету костра, и сейчас увидеть подобное было чудом, пусть и недолгим. И книги… Так много книг. Гнев охватил меня при мысли, что я никогда уже не смогу их прочитать.

У этого города была охрана, генератор, библиотека, полная книг, и ценой всему была одна человеческая жизнь в месяц. Согласилась бы я на эту цену ради подобных удобств?

Нет.

Но заплатила бы я ее ради защиты тех, кого люблю?

Четкого ответа у меня не было. Я хотела возненавидеть этих людей, но они были жертвой обстоятельств, как и я, и кто-то – этот Орден Хаоса – пришел и убедил их, что жертвоприношения были единственным способом. Ничего удивительного. Много культов появилось, после того как люди узнали о сверхъестественных существах. Шарлатанов всегда хватало, но, когда ткань нашего мира была разорвана, сумасшествие увеличилось раз в десять. Часть меня не могла удержаться от мысли, что этот культ действительно нашел способ защитить людей от монстров, заключив союз с другим монстром. Господи, у меня даже голова разболелась от этого.

Тобиас врезался мне в спину и схватился за меня, чтобы удержать нас обоих.

Крысеныш рассмеялся. Он специально толкнул Тобиаса ко мне.

Придурок.

Дерек виновато посмотрел на меня, но сразу отвел глаза, когда я встретилась с ним взглядом. Черта с два я облегчу ему это. Он собирался принести нас в жертву. Нужно заставить его чувствовать себя, как полное дерьмо.

Мы прошли сквозь библиотеку, прямо через центр, мимо полок, столов и ламп, и вышли через главную дверь наружу. Ледяной воздух ударил по моим щекам, и моя кожа покрылась пупырышками. Обычно мы бегали, чтобы согреться, но этой ночью нам вряд ли удасться убежать куда-либо.

Дерек сказал, что у них сотня человек, но это не было правдой, потому что толпа перед библиотекой с легкостью насчитывала раза в два больше. Дети, подростки, младенцы – молодые и старые – они выглядели обычными. Они не были похожи на кровожадных, безнравственных убийц, готовых расправиться с простым человеком. Я поймала взгляд одной маленькой старой женщины. Она была крошечной, с седыми волосами, собранными сзади и скрепленными на затылке. Ее бледные голубые глаза напомнили мне глаза матери. Разве она может мириться с этим? Я улыбнулась ей, и ее губы скривились в ухмылке.

Она подняла кулак вверх и прокричала:

– Убей их ради убежища!

Я моргнула в ужасе.

– Убей их для сохранения мира! – вскликнул мужчина рядом с ней.

Какого черта?

– Убей их и утоли свой голод! – закричал кто-то еще.

– Нам конец, – прошептал Тобиас.

Толпа расступилась, и вперед вышли трое человек. Они различались размерами: один был высокий, второй низкий и коренастый, а третий худощавый и жилистый, но при этом у них всех было два общих признака: клейм размером с шар от пинг-понга, украшавшее лоб, и угольно-черные глаза. Они были одеты в малиновые плащи с развевающимися рукавами и выглядели как чертовы монахи.

Худощавый сделал шаг вперед. Он тщательно оглядел нас сверху до низу, и, когда заговорил, его голос начал странно резонировать. Его товарищи повторяли его слова, но их рты двигались бесшумно.

– Жертва принята, двойной дар для утоления голода. Жертва для сохранения мира.

Он резко закрыл рот, а его глаза сверкнули неестественным блеском. Коротко кивнув, он развернулся и вошел обратно в толпу. Его товарищи последовали за ним, и толпа сомкнулась за их спинами.

Дерек вздохнул.

– Похоже, они все же выбрали вас.

– Что? Ты хочешь сказать, что до этого нас не собирались приносить в жертву?

Он смущенно кашлянул и отвернулся.

Крысеныш усмехнулся.

– Неа, до этого была выбрана дочь Дерека, Эмили, так что представьте его облегчение, когда вы двое появились здесь, как два пушистых ягненка для барбекю.

– Заткнись, Гэри, – рявкнул Дерек.

Беспокойство толпы у ступеней библиотеки начало расти.

Гэри оскалился.

– О, решил вспылить, старик. Серьезно, ты считал, что раз ты единственный доктор в городе, твоя семья будет неприкосновенна?

Дерек повернулся к нему с блеском в глазах.

– Эмили – единственная, кто остался у меня, и я ее не потеряю. Ни за что.

– Ну же, что за задержка! – выкрикнул молодой парень. Я взглянула на него, выгнув бровь, и он явно смутился от этого.

Но смущение не поможет спасти мою задницу. Мне нужно подумать. Должен быть способ спастись. Сдаться означало бы дать поглотить себя черной бездне отчаяния, которая уже начала разрастаться в моем животе, и для меня это не вариант.

Крысеныш спрыгнул со ступеней и обернулся к нам, уперев руки в бока.

– Идем тогда, мы не собираемся стоять тут всю ночь.

Среди толпы послышалось слабое одобрение, и после этого Дерек начал проталкивать нас сквозь нее, держа под дулом пистолета.

Я не хотела смотреть на них, но не могла удержаться. Ликование, страх, вина и много просто безучастных лиц смотрели на меня. Сколько уже раз они становились свидетелями подобного до того, как стали равнодушными, как смирились с этим, и, в некоторых случаях, даже начали наслаждались этим?

Мы прошли через толпу и вышли на темную улицу быстрее, чем я этого хотела. Мне все еще нужно было придумать план, что сложно было сделать, не имея никакой информации о том, где мы должны были умереть и каким именно способом они собирались нас казнить.

– Куда вы нас ведете? – спросил Тобиас, озвучив мои мысли.

– К реке. Там все и будет, и там мы вас и оставим, – ответил крысеныш.

– Заткнись, Гэри! – рыкнул Дерек.

Я почувствовала дуло пистолета, ткнувшее мне в спину, и стиснула зубы.

– Почему же? – бросил Гэри. – В чем проблема рассказать им парочку пикантных деталей, а?

– Они скоро сами все это переживут, так что оставь их в покое, – проворчал Дерек.

Ему явно было не по себе, и надежда снова возродилась во мне. Если бы я только могла убедить его, что есть другой выход. Что он может помочь нам, что он может пойти с нами, спасти свою дочь другим способом… Тогда бы у нас появился шанс. Но этого не произойдет, если этот крысеныш и дальше будет держаться с нами. Я уставилась на его крысиный затылок, видя лишь спутанные и грязные волосы.

Гэри обернулся на меня, словно почувствовав мой взгляд, и подмигнул.

Подонок.

Я отвернулась, осматривая местность. Темные здания, скрытые и окруженные тенями, ровная линия навесов, словно их владельцы заранее сговорились друг с другом до их постройки. Мы были в той части городка, где стояли мелкие лавки, и направлялись на северо-восток. Мы пересекли аллею и вышли на жилую улицу. В некоторых домах горел свет, мерцающий и живой; свечи, без сомнения, а значит, что не весь город снабжался от генератора, который освещал библиотеку. Быть может, библиотека была их центром – главным местом встречи для жителей. Имеет ли это значение? Если не найти способ остаться с Дереком наедине, нам конец, несмотря ни на что.

Мы пересекли боковую улицу, которая вела к участку зелени – парку или игровой площадке для детей. Впереди была линия деревьев.

Гэри ускорил шаг, и Дерек пригрозил нам пистолетом, чтобы мы тоже поторопились.

Мы зашли под деревья и тут же утонули в тенях. Листва была такой густой, что даже сверхъестественный лунный свет не мог пробиться сквозь нее. Спустя одну или две минуты ходьбы или, скорее, ковыляния, мы наконец достигли нашей цели.

До меня донесся звук бегущей воды.

Мы приближались к реке.

Плохо.

Кожу на моем затылке начало покалывать, как только перед нами показался мост – красивая каменная арка, растянувшаяся от одного берега темной реки до другого.

Гэри остановился возле моста и обернулся к нам.

– Так как шкура именно твоей дочери была спасена, я оставлю эту честь тебе, – заявил он Дереку.

Мое сердце подпрыгнуло; значило ли это, что крысеныш оставит нас с Дереком? Я так сильно хотела обернуться и посмотреть на выражение лица Дерека, но вместо этого напрягла мышцы на шее, чтобы оставаться неподвижной, и ждала, пока он не обошел нас и не встал спереди. Его лицо было настороженным, и моя надежда мелькнула и умерла.

Гэри ухмыльнулся.

– Знаешь, дружище, я рад, что Эмили спасена. Еще пару месяцев, и она достигнет совершеннолетия, – он бросил на Дерека хитрый взгляд. – Я тоже внес свое имя в список. Кто знает, вдруг именно я обеспечу тебя внуками.

Челюсть Дерека напряглась, а его взгляд стал тверже. Изменения были едва уловимы, но меня учили замечать подобное – хотя не нужн быть гением, чтобы понять, что Гэри не нравится Дереку.

– Пошли! – Дерек махнул нам пистолетом, показывая в сторону моста.

Тобиас пошел первым. Он уже собирался ступить на мост, но Дерек остановил его своей мощной рукой.

– Нет. Вокруг. Вниз по берегу и под мост.

Тобиас взглянут на меня.

– Эй! – позвал Гэри. – Ты должен сначала связать их, и… ну ты знаешь…

Гэри подошел и грубо схватил Тобиаса за руки, завел их за спину и мастерски связал их вместе. Узел выглядел надежным, и последняя надежда во мне угасла.

Я была следующей, и, если с Тобиасом он закончил быстро, со мной он решил не спешить. Его пальцы прошлись по моей коже, а его дыхание коснулось моего уха. Грубо и совсем излишне, но я успела воспользоваться этим, толкнув его слегка и отвлекая от узла, выгибая запястья и оставляя немного места между ними, пока он меня связывал.

Он закончил с узлом, притянул меня к себе и прижался своим лицом к моему.

– Я знал, что ты этого хочешь.

Я почувствовала, как что-то ткнуло меня в бедро, когда он прижался ко мне сзади, чтобы лучше продемонстрировать мне, о чем он.

– Хватит маяться дурью! – выпалил Дерек.

Он подошел ближе, схватил меня за локоть и потянул прочь от Гэри, перед тем как швырнуть меня к берегу. Я споткнулась, но смогла удержать равновесие, по щиколотку погрузившись в воду, бегущую вдоль илистого берега. Тобиас присоединился ко мне через мгновение.

– Заходите под мост! – приказал Дерек.

– А что, если мы не станем? – спросил у него Тобиас.

Челюсть Дерека дернулась.

– Тогда мне придется вас пристрелить.

– Жертвоприношения не получится, если мы будем уже мертвы, – выпалил Тобиас.

Гэри сделал шаг вперед, глядя на нас сверху вниз.

– Просто пристрели парня; все равно достаточно лишь одной жертвы, – его глаза загорелись. – Или… Можешь выстрелить девчонке в ногу или еще куда, и мы можем забрать ее. Никто не узнает.

Терпение Дерека кончилось. Он обернулся к Гэри, уводя его из виду.

– Ты чертов больной ублюдок! Если ты думаешь, что я подпущу тебя к своей дочери, ты очень в этом заблуждаешься.

– От тебя это не зависит, приятель. Все решает Орден Хаоса.

– Просто катись отсюда!

За смехом Гэри последовал треск папоротника, когда он все же отошел назад.

Дерек снова посмотрел на нас. Ему не нужно было говорить нам дважды. У нас не было никакого преимущества – мы были полностью в его власти. Я двинулась в сторону прохода, темной дыры, лежащей под мостом, держась ближе к камням и стараясь не промочить ботинки еще сильнее. Остановившись, перед тем как нырнуть во тьму, я встретилась глазами с Дереком в последний раз, моля взглядом о помощи. Давая понять, что «так неправильно, и ты об этом знаешь».

– Ты спас свою дочь сегодня, но ты не сможешь делать это всегда, – мой голос был уверенным и сильным. – Гэри получит ее, или ее выберут снова, или он сначала получит ее, а потом ее выберут. Вы здесь не в безопасности, совсем, но если ты пойдешь с нами, если поможешь нам, то…

– Какого черта ты там делаешь? – долетел до нас голос Гэри.

Глаза Дерека расширились от страха.

– Я иду!

Взглянув на нас последний раз, он отошел, и мы остались одни.

Под мостом было темно, хоть глаз выколи. Пахло плесенью и еще чем-то острым и свежим, как пахнет на природе. Мы стояли перед входом, все еще освещенные лунным светом, но все мои чувства были напряжены и требовали только одного – бежать!

– Нам нужно выбираться отсюда, – Тобиас проверил свою веревку.

Я сделала то же самое. То небольшое пространство для рук, заработанное во время трюка с отвлечением, позволило мне освободить руки через пару минут работы. Теперь надо помочь Тобиасу. Я сделала шаг к нему навстречу, но тут он вскрикнул и ударился оземь. Он остался лежать, и в его глазах стоял шок.

– Тобиас, что… – мои мышцы задрожали, а колени подкосились, вынуждая присоединиться к Тобиасу, сидящему в грязи. – Какого черта? – я ударила себя по бедру и ничего не почувствовала.

– Они накачали нас чем-то! – догадался Тобиас.

– Нет, мы бы заме… – что-то ведь укололо меня в бедро, когда Гэри приставал ко мне. – Сукин сын!

Ладно, они накачали нас.

– Нам конец!

– Серьезно, Тобиас, придумай что-то новенькое.

– Не смейся надо мной! – его голос задрожал, выдавая, насколько он был напуган. – Нам конец. Это точно. Нам не выбраться. Черт, черт, черт!

Из нас двоих Тобиас всегда был слабаком. Тем, кто боялся пауков и ползущих тварей, а когда мы были детьми, еще и темноты. Я привыкла защищать его, но, пока мы росли, я училась делать это незаметно, чтобы не ранить его эго и чтобы не разрушить ту мягкость, которая сделала его таким, каким он есть. Он был добрым, полным сочувствия, заботливым, и я делала все, что могла, скрывая от него, что все это лишь помешает ему выжить в этом чокнутом мире. Я согласилась принять к нам Дэнни и Аиду только из-за Тобиаса, и мы потеряли драгоценные дни и припасы, потому что я решила не делать так, как считала нужным сама. Но я не укоряла его этим. Никогда. Но сейчас не время для переживаний о его задетом эго. Мы в полном дерьме, и, если мы хотим выбраться отсюда, нам нужно сохранять спокойствие… Нам обоим.

Я сделала глубокий вдох и выдох.

– Может перестанешь быть размазней! Возьми себя в руки! Черт возьми, Тобиас, ты иногда бываешь таким слюнтяем!

Тобиас резко замолк, и я ждала с колотящимся сердцем, пока он пытался осознать это. Быть сукой фигово. Указывать ему, что он напуган, принижать его из-за человеческой слабости – от всего этого меня тошнило, но разозлить его было единственным способом заставить его сосредоточиться, когда он впадал в подобное состояние.

– Нам нужно выбираться из-под моста, – его голос был твердым, и он не стал дожидаться моей реакции. Перекатился вперед и начал ползти к берегу.

Мы были менее чем в метре от выхода – не слишком далеко, когда твои ноги нормально работают, и слишком далеко, когда тебе приходится тащить свою задницу по тягучей грязи. Мы почти добрались, осталось совсем немного до края лунного света, когда мир вокруг замер и затаился. Как будто все живое забилось в укрытие, оставляя нас стоять на краю пропасти, готовой обрушиться от малейшего толчка. Каждый волосок на моем теле встал дыбом, кожу на голове начало колоть как никогда ранее, а все нутро скрутило узлом.

Тобиас ускорился, его дыхание перешло в стоны ужаса. Он тоже это чувствовал. Оно позади нас. Не на земле, а в воде. Нечто древнее, нечто злое.

И оно приближается.

Глава 4

Его голод, его жажда крови обрушились на меня, лишая способности двигаться.

– Черт! О нет, о нет… – проскулил Тобиас и замер.

Мое тело дрожало, а глаза застилали слезы отчаяния. Ужас сковал мою грудь, желая вскарабкаться и сорваться с губ, переродившись в крик. Я не позволю этого, ни за что. Если мне суждено погибнуть, то зная, что я сражалась за свою жизнь до самого конца. Мои руки искали хоть что-то, что могло помочь мне защищаться, и, словно ответом на мои молитвы, мои пальцы коснулись чего-то твердого и зазубренного.

Камень.

Вытащив его из грязи и обхватив пальцами, я снова начала ползти.

Тобиас оставался неподвижен, его тело сотрясалось в жутких рыданиях.

– Тобиас, шевелись! – встряхнула я его.

– Не могу… не могу…

Но помогать ему было поздно – чудовище уже оказалось рядом, поднимаясь надо мной; его аура, зловещим бременем заполнившая пустоту под мостом, словно ласкала каждый дюйм моего тела свои чуждым желанием, заполнившим мое сознание, точно темное эхо.

Это то, чего ты хочешь. Это то, кто ты есть. Это то, чему ты принадлежишь. Больше никакой боли, никакого бегства, никакого страха. Вечность принадлежит тебе. Умиротворение. Прими меня. Восславь меня. Желай меня.

Ужас отступил, сменившись теплой эйфорией. Да… Это то, чего я хотела; то, что мне нужно. Не надо бороться. Он идет ко мне, и я с радостью пойду за ним.

Густую тишину нарушало лишь журчание воды.

Рыдания Тобиаса отдалились. Безмятежность. Не нужно больше сражаться.

«Ты боец, Ева. Это в твоей крови. Это то, кто ты есть. Ты не сдаешься. Ты сражаешься до конца. Ты сражаешься, и никому не позволишь себя победить…» – слова отца всплыли в моем сознании, отталкивая чуждую эйфорию и выводя мой разум из оцепенения.

Сражаться… Я должна сражаться. Надо двигаться. Не слушай его, просто двигайся.

Тобиас был рядом со мной.

– Давай! – я потянула его за одежду. – Давай, нам нужно торопиться, или мы погибнем.

Оно было здесь, под поверхностью воды. В любую минуту оно подымет свою голову. Желание оглянуться назад и посмотреть ему в лицо было таким сильным, что потребовалась вся моя сила воли, чтобы сопротивляться ему. Тобиас не отвечал, полностью находясь под воздействием существа. Рыдание застряло у меня в горле. Я не смогу вытащить его, только не в таком состоянии, когда мои ноги тоже не двигались, и если я задержусь еще хоть на мгновение, я умру вместе с ним.

«Выжить любой ценой», – твердил отец. – «Любой ценой».

– Тобиас, пожалуйста, шевелись, – всхлипы разрывали мое горло.

Боже. Нет, так нельзя. Я не могу оставить его позади. Но у моего тела были другие мысли на этот счет. Оно приняло решение за меня, двигаясь по воле инстинктов, хватаясь за землю и вытаскивая меня на свет.

– Эй! О господи! Быстрее, Джерри!

Я посмотрела наверх и увидела две фигуры, спускающиеся по берегу ко мне – молодую девушку с короткой стрижкой и парня не старше меня со светлыми волосами и темными глазами. Они бросились ко мне, схватив под мышки и потащив меня из-под моста на свет. Парень пошел назад за Тобиасом.

– Разжуй! – она поднесла что-то к моим губам. – Давай, это антидот, быстрее!

Я открыла рот и начала жевать горьковатые листья.

Светловолосый парень тащил Тобиаса ко мне. Лицо моего друга было бледным, с полосами от слез.

Я скривилась, когда ноги начало колоть так, словно их действительно пронзали иглами.

– Нам нужно убираться, сейчас же! – заявил блондин.

Девушка кивнула, ее глаза остановились на мне.

– Это помогает? Твои ноги… Можешь их чувствовать?

Я подвигала пальцами на ногах, кивнула и встала.

Блондин помог поднять Тобиаса.

– Это сработало! – девушка захлопала в ладоши.

Губы блондина слегка дернулись.

– Мы можем отпраздновать твое мастерство позже, Эмили.

Он обернулся через плечо на тьму, оставшуюся под мостом.

– Он здесь, я чувствую его.

Эмили сглотнула и кивнула.

– Он не выйдет. Только не на лунный свет.

– Ага, ну что ж, давайте не будем это проверять, хорошо? – я начала взбираться по берегу, стремясь оказаться как можно дальше от того, что чуть не сожрало нас.

Стремясь подальше от осуждающего взгляда Тобиаса.

Глава 5

Мы были в безопасности, по словам Эмили. Остальные жители города были заняты прелюбодеянием… да, она использовала именно это слово. Эмили, дочь Дерека. Она спасла нас, а значит, мои слова все же достигли цели. Было приятно это узнать.

Оргию устроили в честь еще одного месяца выживания. Я стояла, наклонившись вперед и прижав руки к бедрам. Мы бежали без остановки, пока не пробежали городок до конца, и сейчас прятались в заброшенном доме на окраине, ожидая, когда Дерек сможет ускользнуть и присоединиться к нам. План был дождаться рассвета и рвануть к окраинам города, пока жители отсыпались от своей оргии. Мы будем в безопасности от монстров при солнечном свете и, будем надеяться, сможем добраться до убежища до наступления ночи.

Мы прятались в кухне в задней части дома поближе к самому безопасному выходу. Эта часть дома выходила к узкому саду с низкой изгородью, которую легко перепрыгнуть. Дальше – дикая местность. Эмили и Джерри вышли в другую комнату, как бы чувствуя, что нам нужно побыть наедине. Они видели, что я собиралась сделать?

– Ты в порядке? – спросил Тобиас.

Я кивнула, не в силах посмотреть ему в глаза. Вина терзала меня изнутри. Я почти потеряла его. Я была готова оставить его!

– Все в порядке… – он провел пальцами по моей щеке. – Я понимаю. Ева? Ну брось, у тебя не было выбора. Любой бы поступил точно так же.

Я закрыла глаза, полные слез, когда его рука легла на мою щеку. Стыд переполнял меня.

– И ты тоже? – мой голос был лишь шепотом.

– Что?

– Ты бы сделал то же самое? Ты бы оставил меня?

Он долго молчал и затем произнес:

– Я не знаю… Я правда не знаю…

Я чувствовала ложь в его словах. Он бы остался, он попытался бы меня спасти, и мы бы оба погибли. Он был именно таким. Именно поэтому я лю…. нет. Не сейчас. Еще не время. Тобиас был всем, чего не хватало мне самой. Он был надеждой, добротой и нравственностью. Но он же стал бы и моей погибелью. Моя рука легла на ключ на моей шее. Последняя просьба отца, его последнее желание. Останься в живых, Ева. Доставь ключ.

Я сделала так, чтобы выжить, но при этом готова была оставить его на верную смерть.

– Кто я после этого?

Тобиас вздохнул.

– Ты человек, Ева.

В его глазах не было ни гнева, ни осуждения. Он обнял меня руками, и я вдохнула его такой знакомый запах.

– Прости.

Он погладил меня по волосам.

– Не надо извиняться. Если бы ты осталась, я бы надрал тебе задницу. Я хочу, чтобы ты выжила.

Он прижал губы к моему лбу, растягивая момент, тепло его дыхания ласкало мою кожу.

Кем бы мы стали друг для друга, кем бы мы были, если бы нам не нужно было все время бежать? Это убежище, к которому мы стремимся, даст ли оно нам новую жизнь? Сможем ли мы хоть когда-нибудь перестать притворяться, что мы не просто друзья? Все эти вопросы витали в воздухе, но мы оба знали – сейчас не время для этого.

Послышался звук открываемой двери и затем – быстрые шаги.

Мы отступили друг от друга, чтобы поприветствовать Дерека. Его глаза ярко горели, а щеки раскраснелись. Мне стало интересно, принимал ли он участие в оргии, чтобы не вызвать подозрений?

Я моргнула и отвернулась, не желая знать.

– Планы меняются. Нам нужно уходить прямо сейчас, – произнес Дерек. – Орден Хаоса сейчас организует в городе поиски.

– Как они узнали так быстро? – спросил Джерри.

Дерек пожал плечами.

– Я давно подозреваю, что они как-то связанны с… ним.

Он проводил нас до задней двери.

– У нас нет выбора, либо мы остаемся здесь, рискуя, что нас найдут, либо мы бежим, рискуя встретить то, что обитает за пределами городка.

Если мы останемся, нам точно конец. Если уйдем, у нас хотя бы будет шанс сразиться. Нужные нам координаты были менее чем в пяти милях от нас. Мы справимся, если будем держаться вместе.

Я отошла от Тобиаса.

– Идем.

Путь от дома до дикой местности прошел гладко, и, когда мы оказались под сенью деревьев, мои переживания сменились с одной проблемы на другую.

Я переключила свое внимание на Эмили.

– Как далеко до безопасной границы, окружающей это место?

– Нет никакой границы, – ответила Эмили.

Разве может она быть настолько наивной?

– Что-то удерживает Когтей и Клыков на расстоянии.

– Это так вы их называете? – обронил Джерри. – Мы зовем их Голодными.

Голодными? Да уж, это точно про них. Но «Одичалые» больше подходило природе этих существ. Создания, бывшие когда-то членами общества, жившие прежде среди нас и бывшие нашими друзьями. Теперь они стали монстрами… Одичалыми, голодными зверями.

– Так ты думаешь, что это существо под мостом создало какой-то барьер вокруг города? – спросил Дерек.

– Это единственное разумное объяснение, хотя в современном мире не осталось ничего разумного.

– Мы видели, как они держатся окраины, – заметил Дерек. – Около полумили вглубь леса. Так что еще полмили мы в безопасности.

– В безопасности от Одичалых, но не от Ордена Хаоса, – проворчал Тобиас.

В точку.

Мы двигались в тишине, быстро и осторожно. До рассвета было по меньшей мере четыре часа, что значило еще четыре часа опасности, четыре часа бесконечного движения вперед. Дикая местность была худшим местом – леса представляли собой излюбленные охотничьи угодья Одичалых. Здесь им нет равных – странно, учитывая, что еще шесть лет назад они были городскими жителями.

Луна серебрила землю своим светом, придавая ландшафту зловещий вид. Я старалась держаться пониже, двигаясь быстро и изучая местность вокруг себя. Тобиас был рядом, справа от меня, следом за нами шли Эмили, Джерри и Дерек. Их движения были неуклюжими, и слаженной группы из них не получалось.

Мне все время хотелось начать раздавать указания, но сохранять тишину и оставаться незаметными было важнее. Так что я держала рот на замке, скрещивала пальцы на удачу и надеялась на лучшее.

Резкий щелчок, словно от сломанной ветки, заставил меня замереть месте. Я подняла руку и сжала кулак, следя за лесом вокруг нас. Звук донёсся откуда-то спереди, но в той стороне было темнее, чем обычно, учитывая свечение и высоту луны.

– Что? Что там? – голос Эмили был слишком громкими в этой тишине.

Тобиас повернулся к ней:

– Тихо!

Движение мелькнуло среди теней и еще одно слева от нас.

– Черт! – Тобиас инстинктивно придвинулся ближе ко мне. «Держаться вместе, оставаться в живых» – таким был наш девиз.

– Граница… – Дерек шевельнулся позади нас, его глаза смотрели вперед. – Я думаю, она здесь.

Тени расступились и один из Одичалых вышел вперед. Это был Коготь – огромный зверь без какого-либа сходства с волком, которым он когда-то был. Я много их видела в своей жизни, всех расцветок, форм и размеров, но этот оказался самым большим из всех, что мне, к несчастью, доело встретить. Он вышагивал вперед и назад, его глаза следили за воздухом перед ним, но он ни разу так и не посмотрел на нас.

Я подняла голову и сделала шаг вперед.

Тобиас схватил меня за руку.

– Какого черта? Ты с ума сошла?

Я мягко отстранила его.

– Он не видит нас. Взгляни на него.

Одичалый продолжал вышагивать, его губа изогнулась, когда низкий рык прозвучал из его горла. Его покрасневшие, бледно-голубые роговицы казались застывшими и яркими на фоне белков. Его тело двигалось плавно, его могучие лапы двигались волнообразно, словно он хотел вырыть канаву в земле своими шагами. В сравнении с другими Одичалыми, этот выглядел более опрятным и менее… диким. Но он все равно был Одичалым, они все ими были. Болезнь, которая распространилась по всему миру, поразила всех сверхъестественных существ, превращая их в монстров. Так мне рассказывал отец.