Текст книги "Ради крови (ЛП)"
Автор книги: Дебби Кэссиди
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
– Ты права. Он не видит нас, – подтвердил Тобиас в изумлении.
Естественно, я права.
– Это объясняет, почему они обходят городок.
– Но разве он не слышит нас? Не чует? – изумился Тобиас.
Тобиас словно был заворожен этим, но я уже давно перестала париться из-за мелочей. Научилась просто доверять своим чувствам и инстинктам, отстраняясь от всех странностей нашего мира, о которых можно было подумать позже.
Я пожала плечами.
– Если бы он почуял нас, он бы уже озверел.
Я сделала еще один шаг к границе, и Одичалый остановился. Я замерла, сердце подступило к горлу, когда он повернул свою голову и посмотрел прямо на меня… Нет, не на меня, но в мою сторону. Его дикие глаза не были сфокусированы. Я сделала шаг назад, затем еще один, пока не воссоединилась с остальной группой.
Не стоит искушать судьбу.
– Ладно, он не видит нас, не слышит и не чует, – я отвернулась от чудовища. – Но его определенно что-то привлекает.
Звук ломающегося папоротника под ногами, голоса и запах дыма заставили нас со страхом повернуться друг к другу.
Эмили схватила отца за руку.
– Что нам делать?
Дерек посмотрел на Тобиаса, а Тобиас взглянул на меня.
– Старая железнодорожная станция! – выпалил Джерии. – Она очень близко к границе. Они не станут искать там, а Одичалые не смогут ее увидеть.
Это было лучшим планом для нас.
– Показывай дорогу.
Последний раз оглянувшись на Одичалого, я последовала за Джерри.
Глава 6
Старая заброшенная железнодорожная станция находилась на возвышении, ее рельсы заросли травой и папоротником. Там был зал ожидания для пассажиров, билетная касса и старый торговый автомат, давно разбитый и пустой. Станция была отличной точкой обзора. Я когда-то видела фотографии поездов – потрясающих змееподобных машин, перевозивших сотни людей по всей стране. Я смотрела старые фильмы на проекторе в кинозале нашего лагеря – картины жизни, которая казалась более фантастичной, чем бегство от монстров.
Мы искоренили большинство болезней к тому времени, как миру стало известно о сверхъестественных существах. Никто не мог даже подумать, что может существовать вирус, способный поразить этих необыкновенных созданий – оборотней и вампиров, фей, джиннов и всех остальных, и когда мы осознали, что были неправы, оказалось уже слишком поздно. Возможно, если бы они не были такой неотъемлемой частью нашего общества, мы смогли бы вовремя остановить заражение, но кому заниматься разработкой лекарства, если все главные ученые – оборотни, кто организует карантин, если начальники безопасности страны – вампиры? Начался хаос, с которым так и не смогли справиться. Вирус превратил некогда ценных членов общества в бешеных тварей, способных заражать людей укусом, который убивал их за сорок восемь часов.
Наш лагерь был одним из специальных убежищ, созданных в короткий срок для сохранения остатков человечества – тех, кто смог выжить и добраться до них.
Я вглядывалась в мутное окно, следя за рельсами, уходящими вниз.
– Солнце скоро взойдет, – произнес Тобиас.
– Не могу дождаться, – в моем тоне не было сарказма.
Тобиас вздохнул и подошел к окну.
– Думаешь, они примут нас?
Я не хотела думать об этом. Ресурсы были скудными, и что, если это убежище, куда мы направлялись, уже включало максимально возможное число жителей? Я бы ни за что не сказала об этом Тобиасу. Ему не стоит волноваться раньше времени.
– Да, они примут нас, – улыбнулась я, стараясь немного смягчить ситуацию.
Плечи Тобиаса расслабились. Супер, я научилась убедительно врать своему лучшему другу.
– Эй, ребята, хотите перекусить? – Эмили подошла к нам, и мои глаза расширились от удивления, когда увидели в ее руках пластиковый контейнер, полный домашнего печенья.
Мой живот был пуст, но на голодный желудок я более собранная.
– Может, позже.
Она посмотрела на Тобиаса, взглянувшего на меня и затем покачавшего головой. Иногда мне хотелось, чтобы он не следовал моему примеру все время. Быть лидером было здорово, но также и изнурительно, и я бы с радостью время от времени передавала эту ношу кому-нибудь еще.
– Тебе лучше что-нибудь съесть, Тобиас. От тебя больше пользы, когда ты сыт.
Он кивнул и взял печенье у Эмили.
Я вновь прислонилась к стене.
– Что ж, Эмили, расскажешь свою историю?
Она пожала плечами.
– Моя история довольно скучная, если честно. Я родилась в этом городке уже под правлением Ордена Хаоса. Я не знала ничего другого, и, если забыть про человеческие жертвоприношения, это довольно безопасное место для жизни.
Она была права – история совершенно неинтересная, но я все равно улыбнулась и кивнула. Было видно, насколько легко они все воспринимают, в реальном же мире за выживание приходилось сражаться. Мысль о том, что Эмили будет драться с Одичалым, казалась. абсурдной. Как далеко она сможет убежать на своих тонких ногах? И нет, я не пытаюсь ее унизить, это называется быть реалистом – то, что отец успел вбить в меня. Чтобы выжить, у тебя не должно быть никакой обузы, а Дерек, Эмили и Джерри именно такой обузой и были.
Я обернулась к окну и увидела внизу мелькнувшее движение по линии деревьев. До рассвета оставалось еще полтора часа, но, вероятно, нам все же придется пересечь границу.
– Что ты увидела? – спросил Тобиас. Он заметил мое выражение с того места на полу, где он сидел.
– Движение.
Дерек поднял свой пистолет.
Я повернулась к нему.
– Сколько у вас патронов?
– Достаточно, чтобы сдерживать их какое-то время.
Я покачала головой.
– Нет, я волнуюсь не из-за них.
Я обернулась к железной дороге, линии, которая определяла защитную границу вокруг города.
– Я думаю, эти пули пригодятся нам, чтобы сдерживать Одичалых.
Дерек кивнул.
– Хорошая идея.
Да, именно этим я и занимаюсь все время – выдвигаю хорошие идеи.
Еще одно движение, немного левее первого. В этот раз я разглядела бледное пятно лица.
– Так, ладно, нам пора выдвигаться. Пойдем через задний выход, обойдем здание и побежим вдоль рельсов. Не останавливаемся, что бы ни случилось.
Я внимательно посмотрела на каждого из них, даже на Тобиаса, чтобы все было честно.
Мой стальной взгляд, видимо, подействовал, потому что их лица побледнели, а глаза расширились. Хорошо, потому что я не шутила и не готова была погибнуть из-за чьей-то слабости.
Тобиас поднялся на ноги.
– Эмили, держись ближе ко мне. Джерри, ты будешь с Евой и Дереком, держись за ними.
О, мне действительно нравится, когда он начинает командовать.
Собравшись с мыслями, так как больше у меня ничего и не было, я двинулась к задней двери.
– На счет три. Раз. Два.
Я резко открыла дверь.
– Три!
Глава 7
Все закончилось быстро. Всего несколько удивленных вскриков от наших преследователей, несколько «а ну стой!», как будто мы бы послушались, вот, собственно, и всё – мы оказались за пределами барьера.
– Да уж, я ожидал большего, – радостно заявил Тобиас.
Пятеро мужчин, посланных схватить нас, стояли по другую сторону границы, злобно глазели на нас, но при этом не делали никаких попыток приблизиться. Если честно, я была готова к бóльшим трудностям, но с другой стороны, может я просто слишком многого ждала от жителей этого города. Одно дело – накачать свою жертву наркотиком и связать её, и совсем другое – позволить ей сбежать и пытаться догнать снова.
Болваны!
– Я бы сказал, нам чертовски повезло, – фыркнул Дерек.
– Не радуйся раньше времени, Дерек, нам еще предстоит серьезный путь.
Я отвернулась от здания на станции и пошла в сторону деревьев на противоположной стороне. Небо все еще было темным, но, если мы останемся на открытой местности, проблемы не заставят себя долго ждать. Лучше продолжать двигаться. Нам не удастся поспать, пока мы не достигнем пункта назначения.
Тобиас сравнял со мной шаг.
– Ну что, рада, что нас тогда накачали?
Я бросила на него удивленный взгляд.
– Что?
Он подмигнул.
– Нам хотя бы удалось выспаться.
Я подавила смешок.
– Стакан наполовину полон, да?
– У меня прекрасный образец для подражания, – радость померкла на его лице. – Спасибо тебе.
Спасибо за что? За то, что оставила тебя умирать под мостом? Голос отца снова прозвучал в моей памяти: «Ты всё сделала правильно, Ева. Ты всё сделала правильно». Тогда почему я так ужасно себя чувствовала?
Мы продвигались через эту дикую местность весьма неплохо. До рассвета оставалось меньше часа, и надежда снова ожила во мне. Следовало догадаться, что все слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Треск, громкий, как выстрел, послышался в воздухе, раскатившись вокруг нас и не давая возможности понять, откуда он пришел.
Я замерла.
Остальные тоже.
Было слышно лишь наше учащенное дыхание, но хищник где-то совсем рядом, и я ни за что не стану его жертвой.
Время раздать инструкции.
– Дерек, держи оружие наготове. Все остальные – готовьтесь бежать. Нам нужно на восток. Если мы разделимся, продолжайте двигаться в том направлении.
У нас не хватало оружия. Мы не могли сражаться. Один пистолет на четверых. Безумие! Но несколько выстрелов смогут задержать зверя, и у нас появится шанс убежать от него. Звук взводимого курка прозвучал так громко, что мои зубы непроизвольно сжались. Будем надеяться, что мы не выдали этим наше местоположение. Хотя кого я обманываю, у Одичалых отменный слух.
Еще один громкий треск – на этот раз слева. Я дала знак остальным отступить и встать за мной. Мой инстинкт защитника, тот самый, что все время противится голосу, требующему бросить остальных и спасать себя, взял верх.
Эмили встала ближе ко мне, ее глаза были словно два блюдца. Мне не нужно смотреть на Тобиаса, чтобы почувствовать, как его глаза сузились, а челюсть напряглась, когда он приготовился рвануть вперед. Мы бегали быстро. Мы с Тобиасом могли бы убежать от этой опасности, если бы оставили остальных в качестве пушечного мяса. Отец сказал бы нам сделать именно так. Мой инстинкт выживания требовал то же самое.
Мое нутро скрутило. Господи, иметь совесть иногда бывает хреново.
Я вглядывалась в темноту, пытаясь заметить движение среди деревьев, когда тень с мехом и клыками рванула вперед. Крик Эмили резанул по ушам. Дерек среагировал прицельными выстрелами, попав зверю в заднюю часть корпуса, отчего тот выгнулся. Его бледно-зеленые глаза закатились от боли, и он споткнулся.
– Бегите! – я уже неслась вперед, и слово разнеслось ветром за моей спиной.
Следующие несколько секунд я была полностью сосредоточена на петляющем беге и перепрыгивании корней, чувствуя, как колотится сердце. Тобиас держался рядом, даже нет нужды проверять. У нас предостаточно подобного опыта. Оставалось лишь надеяться, что остальные тоже б за нами. Я перепрыгнула через ветку.
Пронзительный крик разрезал воздух.
Нет. Не останавливайся. Не останавливайся, черт тебя побери.
Я затормозила – будь проклята эта совесть. Развернувшись, я побежала назад к упавшей ветке и подхватила ее правой рукой. Они были там. Первой я увидела Эмили, прижатую к дереву и кричащую. Просто кричащую. Дерек лежал комом перекрученных конечностей, а тело Джерри уже потрошил зверь.
«Слишком поздно для них. Просто беги. Оставь их», – голос отца шепотом звучал в моем сознании. – «Проклятье, Ева, ты должна выжить!»
Он прав. Мне нужно бежать со всех ног. Но тут Коготь поднял свою голову и уставился на Эмили. Я среагировала быстрее, чем успела передумать. Ветка приятной тяжестью оттягивала руку. Я подбежала ближе. Достаточно близко, чтобы Коготь переключил свое внимание на меня. Достаточно близко, чтобы размахнуться и со всей силы ударить так, что его огромная голова завалилась набок.
– Эмили, беги!
Я снова подняла ветку, готовясь ударить, но зверь оказался быстрее, набросившись всем своим весом и припечатав меня спиной к земле.
– Ева! – отчаянный крик Тобиаса эхом разлетелся среди деревьев.
– Чёрт, Тобиас, беги! – ветка все еще была у меня в руке, и я попыталась снова ударить ею по голове Когтя, но угол был неудачным – слишком мало силы в замахе. Я была обречена.
Прижимая меня к земле, Коготь наклонился ниже, слюна капала с его обнаженных в оскале клыков на мою рубашку. Его огромные раскрытые ноздри дернулись, когда он втянул мой запах. Какого черта здесь происходит? Все, что ты хочешь сожрать, лежит прямо перед тобой, приятель. Прикончи меня уже, не томи.
Слезы отчаяния застилали глаза. Будь ты проклята, чертова совесть, будь ты проклята на веки!
Выстрел прогремел над нами, и алая кровь залила мое лицо, лишая зрения, и тут монстр завалился на бок, половиной своего веса все еще приковывая меня к земле.
– Вот черт, Ева! – Тобиас столкнул с меня Одичалого и помог подняться на ноги. Он притянул меня в свои объятия и сжал. – О Боже, Боже.
Я крепко держала его, впиваясь пальцами в его плечи и прижимаясь губами к его рубашке, мои глаза жгло от желания закричать. Это было так близко. Так ужасно близко.
Тихие всхлипы привлекли мое внимание. Эмили. Она только что потеряла свою семью. Резко втянув воздух, я потянула Тобиаса вбок, сжимая кулаки, чтобы не выдать дрожь. Нам нужно двигаться. Я дернула головой в сторону Эмили.
Он нахмурился, глядя на меня, как бы спрашивая глазами, уверена ли я и все ли со мной в порядке. Я сжала челюсть, и он со вздохом повернул назад и подошел к девушке. Ей нужно было утешение; мне же нужно было собрать в кучу все, что от меня осталось.
Он взял ее за руку.
– Эмили, нам нужно идти. Прямо сейчас. Сможешь? Ты еще можешь бежать?
Она оторвала взгляд от мертвых тел своего отца и друга и кивнула.
– Да. Да, я смогу.
Слава тебе, Господи.
– За мной.
Я перешла на легкий бег.
Глава 8
Мы выбежали из леса на равнину близ главной дороги. Тобиас остановил Эмили, пока я просматривала округу. Еще час, и мы будем там. Так близко. Мы бы добрались раньше, если бы Эмили не надо было поспать. Когда солнце поднялось, мы нашлись берлогу в лесу, сделанную, судя по всему, человеческими руками, и спрятались там. Эмили плакала, пока не уснула, и, несмотря на мои планы разбудить ее через пару часов, я тоже провалилась в сон. Когда мы проснулись, к нашему ужасу, солнце было уже низко, и я заставила нас бежать со всех ног последние пару часов, отчаянно пытаясь добраться до нашей цели до заката.
Эмили опустилась на землю.
– Я больше не могу. Я не чувствую ног.
Вот дерьмо, только не снова. Я встретилась глазами с Тобиасом. Его губы сжались, потому что он знал, о чём я думаю. Если она не может двигаться дальше, мы оставим ее здесь. Меня затошнило от одной мысли об этом, но внезапно что-то попалось мне на глаза. Белое и блестящее на солнце.
Я побежала вперед, оставив Тобиаса подымать Эмили и догонять меня, но если я была права, то… Передо мной был целый ряд машин. Шансов было мало, но все же. Я начала открывать двери, проверяя наличие топлива и пытаясь найти ключи. Первые три уже ни на что не годились, в четвертой бак был пуст, а вот пятая оказалась в идеальном состоянии – ни вмятин, ни царапин и наполовину полный бензобак. Сердце затрепетало. Я открыла бардачок и повернула водительский козырек, пытаясь найти ключи. Ничего.
Твою мать! Я вылезла и ударила рукой по крыше машины. Хоть бы раз нам повезло, пожалуйста. Всего один раз. И это случилось – я увидела ключи, спокойно лежащие на заднем сидении. С колотящимся сердцем, я вновь залезла внутрь и схватила ключи.
– Ева? – подошел Тобиас, а за ним Эмили.
Я протянула ключи и ухмыльнулась.
– У нас есть машина.
Теперь нужно убедиться, что эта штука поедет.
– Настоящая работающая машина, – восхитился Тобиас уже в пятый раз, качая головой.
Эмили свернулась клубочком сзади, ее глаза были прикованы к окну, а губы плотно сжаты. Она пыталась держаться. Хорошая девочка. У нас еще будет время для скорби.
Я осматривалась вокруг, держась за руль. Была ли я рада сидеть в настоящей работающей машине? Естественно. Но расслабляться нельзя. Одного взгляда на солнце было достаточно, чтобы понять, что мы двигались в нужном направлении – том, которое указал мне отец. Тобиас называл меня ходячим компасом, и был прав – я всегда могла добраться туда, куда мне было нужно.
Тобиас пихнул меня локтем в бок.
– Ты в порядке?
Кивнув, я глянула в зеркало заднего вида на Эмили. Ее заплаканное лицо было неподвижно и лишено каких-либо эмоций. Она только что потеряла двух самых близких ей людей, и спрашивать, в порядке ли она, бесполезно – и так ясно, что нет.
Когда погиб мой отец, я была разбита в хлам от страха, слез и соплей, но Тобиас видел лишь мое намерение выжить и добраться до координат, данных отцом. Я скрывала свою скорбь, потому что не могла позволить себе расклеиться. Скорбь была роскошью, которую до настоящего момента я не могла себе позволить, и, если мое внутреннее чутье не обманывало, то мы нашли, что искали, и скоро мне уже не нужно будет никуда бежать, не придется больше сдерживать озеро слез, запертое в груди. Когда я действительно скорблю, я делаю это в одиночестве, так уж я устроена. Но так ли это с Эмили? Нужно ли ей плечо, чтобы выплакаться? Я плохо лажу с людьми – это больше подходит Тобиасу. Надо попросить его присмотреть за Эмили.
– Ева… – челюсть Тобиаса напряглась. – Если в этом месте не хватает женщин…
Я стиснула зубы, зная, на что он намекает.
– Разберемся, если понадобится.
– А вдруг будет поздно что-то предпринимать? Мы понятия не имеем, как они управляют своим поселением.
Да, мы ничег не знаем об этом месте и его жителях. Возможно, им повезло, и у них равное численное соотношение мужчин и женщин, или мужчин больше, и тогда женщины представляют особую ценность, причем не только для продолжения рода.
– Мы скажем им, что женаты.
Мое сердце подпрыгнуло, и я бросила на него быстрый взгляд, перед тем как вновь отвернуться на дорогу.
– Никто не поверит. Мы слишком молоды. И что насчет нее? – я качнула головой в сторону Эмили.
– Тогда мы уйдем.
Я кивнула.
– Если дела пойдут плохо, мы уйдем.
Он откинулся назад, плотно сжав губы, и мы проехали в тишине еще несколько минут, пока густая стена кустарника не преградила нам путь. Нет, погодите, он не преграждал нам путь, он был вырван с корнем. За ним возвышалась двадцатифутовая серая стена, прочная и гладкая, не было никаких выступов и трещин, чтобы взобраться, но в этом и не было необходимости, так как вход был полностью открыт, и представший вид, стоило мне заглянуть внутрь, заставил сердце сжаться от страха.
– Что это значит, Ева? – Тобиас подался вперед на своем сидении.
Сзади заскулила Эмили, отказываясь верить увиденному.
Мое сердце ухнуло в пятки, когда мы подъехали ближе, так как тяжелые металлические двери были распахнуты, и никакой охраны не наблюдалось. Никто не выбежал нам навстречу, никто не пытался нас остановить или защитить это место. Кто бы здесь ни был раньше, сейчас никого уже не осталось.
Глава 9
Мы ехали прямо по улице, обсаженной деревьями, за которыми чуть дальше стояли низкие, прочные дома. Впереди возвышалась еще одна стена, ниже, чем первая, с колючей проволокой по верху и торчащими башнями. И тут, с виноватым фырканьем, мотор заглох.
– Дальше пешком, народ, – я вылезла, глядя на небо и на полуденное солнце. Всего пара часов оставалось до очередного заката. Всего пара часов до того, как монстры выйдут из своих укрытий, чтобы поиграть с нами.
– Нужно выяснить, что здесь произошло, – сказал Тобиас.
– Мне кажется, это очевидно, – я ковырнула грязь, где на земле виднелось темное пятно и брызги. – Их защита была прорвана, и Одичалые добрались до них. Они разбежались. Кого-то наверняка догнали Одичалые, но кто-то мог и уйти.
– Ты не можешь быть в этом уверена, – в тихом голосе Эмили явно слышался вызов.
Ладно, по крайней мере она держалась весьма неплохо.
– В этом мире я уверена только в одном – в том, что с наступлением ночи на нас открывается охота.
Я направилась в сторону ближайшего здания – трехэтажного супермаркета.
– Нам нужно обыскать местность, собрать припасы и спрятаться где-нибудь на ночь.
– Ты злишься, – заметила Эмили.
Я остановилась в проеме двери. Да, черт побери. Я была в бешенстве, потому что мы должны были добраться сюда несколько часов назад. Несколько часов, за которые мы могли прочесать всё и тщательно забаррикадироваться, чтобы продержаться ночью. Сейчас же мы в полной заднице, так как солнце вот-вот опустится, а у нас нет ни малейшего шанса убежать от Одичалых с обузой в лице Эмили.
Тобиас взял меня за руку, и его теплые пальцы сжали мою ладонь.
– Все будет хорошо.
Черт бы побрал его самого и его оптимизм. Я взглянула ему в лицо: остро очерченная челюсть, идеальный изгиб носа и его густые темные ресницы. Он уже не был тем мальчиком, которого я когда-то знала. Он стал мужчиной. Я иногда забывала об этом, по-прежнему считая его ребенком, рядом с которым выросла, над которым подшучивала и которым верховодила. Но он уже не был тем мальчишкой, и иногда я задумывалась, а не осознанно ли он отдал. не руководство, понимая, насколько мне важно сохранять контроль над ситуацией.
Что-то шевельнулось во мне, неясное желание, которому не было места в моем сердце. Подобное может сгубить.
Убежище было нашим планом. Это чертово место было нашей целью, и теперь она исчезла. Думай, черт возьми, думай. Что бы сделал отец? Люди должны были куда-то уйти. Может быть, есть еще одно поселение, о котором мы не знаем? Где-то здесь должны быть намёки.
– Нужно собрать информацию. Понять, есть ли еще такие же места, как это. Нужно залечь на дно здесь, пока у нас не появится новая цель.
– Хороший план. Монстры уже прошли это место, вряд ли они вернутся, – сказала Эмили.
Я подавила смешок. Она понятия не имеет, как себя ведут Одичалые. Они не руководствуются логикой, ими управляют инстинкты и жажда крови, и если они учуют наш запах, они придут, а после нашего многочасового забега мы воняли потом и слезами – человеческими запахами. Но не Эмили, нет, она же пахнет клубникой, ее волосы всегда сияют, а щечки горят румянцем. Я не стала говорить этого вслух. Нет смысла пугать ее до смерти.
Тобиас бросил на меня благодарный взгляд.
Я знала, когда следует промолчать.
– Мы разделимся, чтобы успеть осмотреть больше территории. Вы вдвоем проверьте эти здания вдоль улицы. Нужно найти место для ночлега и местный командный центр.
Тобиас кивнул и двинулся на другую сторону улицы, его длинные ноги быстро преодолевали расстояние. Эмили пришлось перейти на бег, чтобы поспевать за ним.
– Гляди в оба, Тоб.
Это был наш код. Он кивнул, не оборачиваясь. Одичалые все еще могли быть здесь, прячась в тени, отсыпаясь и ожидая восхода луны, чтобы снова выйти на охоту. Но Эмили незачем это знать. Пока сама не увидит.
Супермаркет был меньше, чем казалось снаружи, тусклый, освещенный лишь солнечным светом, проникающим сквозь окна, оставляющим дальние уголки в полумраке. Пол был заставлен множеством пакетов и банок, в основном – сухими непортящимися продуктами. Где они достали все это? Вероятно, насобирали в ближайших городках. Я подняла один пакет. Он был не из пластика, а из какого-то тканевого материала, похоже на ручную работу; внутри обнаружилась мука. Это место было на самообеспечении: ферма, скот, возможно даже овощные теплицы. Надежда промелькнула во мне и вновь угасла. Этих людей здесь больше нет, это место мертво. Но мы можем воспользоваться оставшейся едой. Возможно, даже используем безопасное место в качестве постоянной базы.
Мы потеряли свой рюкзак, но они были здесь в одном из рядов. Пора пополнить запасы: лапша, энергетические батончики, консервированная фасоль, суп и то, что можно легко унести. Консервный нож, таблетки, для очистки воды. Черт, аптека! Полностью оснащенная аптека в конце зала. Обезболивающие и антибиотики, бинты и антисептик – всё складывалось в мешок. Это место не могло существовать само по себе, должны быть и другие такие же. Радостное возбуждение разлилось по моим венам.
Нам нужно найти командный центр и достать координаты другого убежища. Ярлыки на бутылках внезапно стало тяжело различать. Я подняла голову и заметила удлинившиеся тени. Закинув рюкзак за спину, я побежала к выходу, к окнам, светящимся предательским алым светом заходящего солнца. Как? Как может солнце зайти раньше срока? Или это я потеряла счет времени?
Я выбежала на улицу в тот же момент, когда Тобиас и Эмили появились на другой ее стороне. Порыв ветра раскидал мои волосы по лицу, унося мой запах к востоку. Тобиас покачал головой, глядя на небо, и тут воздух пронзил вой. Это был не волк, не в этот раз – звук был другим, характерным. Призывный зов Клыков.
– Сюда! – Тобиас рванул вверх по улице. – Там впереди есть банк.
Эмили мгновение помедлила и затем рванула за ним. Мы бежали изо всех сил, когда солнце опустилось и еще один крик разрезал наступающую ночь, на этот раз ближе. Тобиас рывком открыл дверь банка и поторопил нас внутрь.
Я захлопнула дверь, но замка на ней не было. Проклятье, возможно, здесь был электронный замок. Быстрый осмотр показал, что, несмотря на вывеску, это явно был не банк.
– Матерь Божья, – обронила Эмили.
Да, именно.
– Оружейный склад… – Тобиас уставился на ряды оружия, приставленные к стене и свисающие с крюков.
Множество огнестрельного оружия. Вот только им отец нас пользоваться не учил.
– Ищите клинки, арбалеты, кинжалы. И нам нужен замок на эту чертову дверь.
Стекло было затонировано, поэтому они не смогут увидеть нас внутри, но смогут почувствовать наш запах.
– А что там сзади? – я прошла дальше внутрь здания, мимо рядов оружия, которым я не умела пользоваться. Сверкнул металл, и я увидела аккуратные ряды клинков. Мачете и кинжалы всех размеров. Кровавый отпечаток на стене привлек мое внимание, а также высохшая кровь на полу рядом с ним.
– Тобиас, что с замком? – я вытащила кинжал из ножен на стене.
– В процессе, – бросил Тобиас.
Я проследовала за кровавым следом вниз по узкому коридору до закрытой двери, украшенной еще одним кровавым отпечатком. Держа кинжал наготове, я повернула ручку и толкнула дверь. Передо мной открылась складская комната: ведро, швабра и… Черт, и труп. Мужчина, высокий, с короткими светлыми волосами, прислонившийся к стене, подбородок опущен. Весь пол вокруг его бедер залит кровью. Но мое внимание было приковано к прелестной вещице у него в руке – меч, который я распознала как индийскую саблю. Лезвие не блестело из-за крови, но даже с моего места в проходе двери было ясно, что это прекрасное оружие.
Сбросив рюкзак, я склонилась над мертвецом и прощупала пульс. Его кожа была ледяной. Пульса не было. Он мертв уже давно.
– Извини, но мне это нужнее.
Я отбросила кинжал и потянулась через мертвеца, пальцы так и хотели сомкнуться на рукояти чудесного клинка.
– Ева! – полный паники голос Тобиаса донесся по коридору.
Мои пальцы схватились за сталь, и тут рука, держащая саблю, дернулась. Я замерла, воздух застыл в моих легких. Мертв, он же был мертв.
Видимо, все же нет.
Я отпрянула, пульс загнанной птицей стучал в горле, но мужчина оказался быстрее. Его руки поймали меня: одна накрыла рот, прижав мои губы к его соленой коже, вторая обхватила мое тело словно тисками. Его лицо было очень бледным, почти белым, и брызги крови на нем выступали резким контрастом. Слишком большие обсидиановые зрачки и до жути светлые радужки уставились на меня, скользнули по моей коже и остановились на горле.
Нет. Черт возьми, нет.
Его губы приподнялись, обнажая удлиненные резцы, и мое тело перешло в боевой режим. Но мои удары и тычки ничего для него не значили. Я была словно угорь, запертый в стали, и тут его рот сомкнулся на моей яремной вене. Боль ослепила меня, внезапная и острая, но сразу за ней пришел жар. Жар, эйфория и что-то еще – нарастающее тепло в основании бедер, ноющее и пульсирующее. Нет, это было плохо, это было неправильно.
«Не умирай, Ева. Выживи. Ты должна выжить любой ценой».
Мои холодные пальцы хватались за пол, пока кровосос вытягивал из меня жизнь. Рукоять кинжала скользнула в мою ладонь. Сражаясь с дурманящим голосом эндорфинов, которые противник закачивал в меня, чтобы сделать меня покорной, я подняла кинжал и воткнула монстру в бок.
Он тут же выпустил меня, издав недовольный звук. Я была свободна. Схватила саблю и, путаясь в собственных ногах, с болью в шее, я вывалилась из комнаты.
– Кровосос, – прохрипела я, заворачивая по коридору и держась одной рукой за шею.
– Берегись, – выкрикнул Тобиас, прижимаясь к двери в попытке сдержать стаю снаружи. Рычание и визг доносились через увеличивающийся зазор. Одичалые Клыки щелкали челюстями и стонали, пытаясь добраться до желанной цели. Одичалые Клыки позади, Одичалые Клыки впереди. Но кровосос, напавший на меня, не был заражен. Как такое возможно? Плевать. Нет времени на размышления.
– С дороги, – я отпихнула Эмили. – Подстрахуй меня, – приказала Тобиасу.
Он осмотрел выражение моего лица, мой новоприобретенный клинок и рану на шее и затем отпрыгнул от двери.
Стая ринулась внутрь, и я бросилась в драку. Проскользила на коленях, росчерком клинка потроша своих противников. Черная кровь хлынула во все стороны, Эмили закричала, но мое тело двигалось на автопилоте, разрубая монстров и прочищая путь из здания.
– Сейчас!
Тобиас и Эмили выбежали наружу, и, когда последний Одичалый упал, я последовала за ними, выходя на лунный свет. Пока мы бежали, новые Клыки спрыгнули с крыши, приземлились на землю и, рыча, бросились за нами в погоню. Клыки не были такими же быстрыми, как Когти, но их скорости было достаточно. Эмили споткнулась, и Тобиас схватил ее за локоть, притягивая к себе и заставляя продолжить бег. У нас не было цели, мы просто пытались скрыться. Но голос рассудка – эта проклятая логика – твердил, что убежать от них невозможно, только не теперь, когда они почуяли наш запах. Поблизости не было никакой реки, ни малейшей возможности смыть наш запах и сбить их со следа. Десять тварей позади нас. Если бы у Тобиаса был клинок, мы бы могли сразиться с ними. Но вооружена была только я.
«Оставь их как наживку, проложи свой путь.», – отцовский голос все еще звучал во мне. – «Выживи. Выживает сильнейший».
Я бы действительно могла использовать Эмили как наживку, но не Тобиаса…
Нет, он возненавидит меня, если я пожертвую Эмили. Оставалось только одно.
– Продолжайте бежать. Просто бегите вперед. Я сразу за вами, – мой голос все еще был хриплым после атаки Клыка.
Тобиас замешкался.
– Двигай свою задницу, Тобиас Флинн, – скопировала я тон отца, и Тобиас ускорился. Ворота виднелись впереди. – Я за тобой. Не останавливайся.
Я разрезала ладонь.
И затем, резко остановившись, развернулась лицом к стае.
Глава 10
Толпа Клыков, с их полувысушенными телами, ринулась ко мне, охваченная безумием из-за запекшейся крови на моем горле и свежей раны на руке. Что-то красное промелькнуло на одном из них – ошейник? Но они были уже слишком близко, и мой мозг переключился на другой режим, запустив внутренний плейлист.
