Текст книги "Леший для одинокой женщины (СИ)"
Автор книги: Дарья Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
Глава 10
Митрофаныч в ответ на просьбу Алены почесал в седом затылке.
– Попробую, Аленушка. В следующий раз инструменты возьму – и погляжу, что можно сделать.
Что ж, и на том спасибо. У Алены на повестке дня другая задача. Ей на работу ехать, что же, оставлять Леху тут, что ли? За выходные щенок совсем освоился в доме, научился загонять Харитона на стул, но не научился пока справлять свои дела на улице. Господи, как же щенков к туалету-то приучать, а?
И теперь, получается, Алене надо каждый день приезжать на дачу. Все лето. Раньше она все-таки так не частила. А теперь… Развела хозяйство! И хоть разорвись. Ни в город забрать, ни тут без присмотра не оставить. Господи, ну как она во все это вляпалась? Еще весной же все нормально было, ни кота, ни щенка.
Память тут же злорадно припомнила, как Алене любви захотелось, и как сама об этом просила. Ну вот, теперь ее любят. Сидят, в две пары глаз смотрят, жрать ждут. Ну и любви. Наверное. В принципе.
– Ладно, – Алена встала и взяла в руки банку с молоком. – Давайте завтракать.
* * *
Алена переживала, конечно, как там эти вдвоем без нее проведут день. Харитон-то ладно, он уже привычный, он после завтрака сразу ушел на вольные хлеба. А вот щенок, один, в доме… Луж наделает, и не только луж. Миску с сухим кормом может запросто перевернуть. Сгрызет что-нибудь – хотя Алена купила ему пару игрушек специально для этих целей.
Ладно, что толку гадать. Как будет – так будет. И Алена потянулась к стопке документов.
* * *
Ни дня без сюрприза – это девиз ее нынешней жизни, похоже. И не сказать, чтобы неприятных – вот в чем фокус. Потому что дома было чисто. Миска не перевернута, луж нет. А Леха радостно виляет хвостиком, встречая Алену. У нее даже как-то в горле перехватило – от того, как ее встречают. Какой же у нее умный песик, на загляденье просто!
– Ну что, пойдем есть, голодный, наверное? – Алена подхватила щенка на руки.
Но Леха не демонстрировал никаких признаков, что хочет есть. Он хотел лизать Алене щеки, рот и нос. Зато явился Харитон, который пожрать был совсем не против.
На этом сюрпризы не закончились.
Алена задумчиво смотрела на дверь в теплицу. Дверь была не прислонена рядом, а стояла на месте! Алена потянула ее на себя, дверь открылась без привычного скрипа. Открылась, потом снова закрылась. Плотно. Бесшумно.
Алена наклонила голову. Картина не поменялась. Дверь была на месте! Ее кто-то починил. И, кажется, смазал.
Алена взяла телефон и без колебаний набрала Митрофаныча.
– Алексей Митрофанович, добрый день. Я по поводу двери в теплицу.
– Так я инструменты приготовил, Аленушка. Завтра заеду. Иль срочное дело?
– Не надо, Алексей Митрофанович, – Алена говорила медленно, не сводя взгляд с двери. – Мне сосед помог. Так что спасибо большое, но уже не нужно.
– Ну, вот и хорошо! – с явным облегчением выдохнул Митрофаныч. – А молочка я привезу, как договорились.
Алена убрала телефон в карман штанов, еще раз дернула дверь. Да на месте дверь, на месте! И совершенно непонятно, как⁈
Алена вернулась к дому. На крыльце довольно умывался Харитон, а Леха распластался, выцеливая бабочку. Алена повернулась к соседнему участку. Дверь починил не Алексей Митрофанович, это точно. Значит, это Григорьич! Других вариантов нет.
Алена вытащила телефон – и решительно снова убрала его в карман джинсов. Пора внести ясность в этот вопрос. И не по телефону!
Она не стала лезть через отломанную штакетину, а пошла через улицу. Постояла даже немного у калитки, но на участке соседей никого не было видно. И Алена открыла калитку. Именно в этот момент из дома показался Иннокентий Григорьевич.
– Ален, ты чего? – он и голос принижал, и голова в плечи, и на дом косится. Ясно все. Алена досадливо выдохнула.
– Григорьич, я про дверь в теплицу…
– Ален, извини, ну никак. Нина совсем… – он махнул рукой.
– То есть, это не ты?
– Да я б обязательно… Если мог… У нас из-за Валерки… – он осекся, отвернулся.
Так. Что ж получается, не Иннокентий это? Тогда кто⁈
– А Нина Ивановна где?
– В доме лежит. У нее давление подскочило. Таблеток выпила.
– Кто там⁈ – раздался от дома голос Нины Ивановны – его ни чем не спутать. – Кеша, с кем ты там говоришь⁈
Иннокентий Григорьевич замахал на Алену руками, прижал палец к губам. Но Алена какого-то черта решила сделать по-своему.
– Нина Ивановна, это я, Алена! – говорить приходилось громко. – Я собралась кабачки высаживать, вам не нужна рассада? А то у меня много.
Григорьич горестно вздохнул.
– Не надо мне ничего! – завопила Нина Ивановна. Так и не скажешь, что человек больной и с давлением. – Иннокентий, а ну иди сюда!
– Все-все, уходи, Алена, – засуетил Григорьич. – Видишь, не в духе Нина. Болеет.
– Может, молочка ей. Козьего? У меня есть, хорошее, свежее.
– Не надо! – сосед уже практически выпихивал Алену. – Не серчай, Алена, но не сейчас, ей-богу, не сейчас.
Прежде чем уйти, Алена бросила взгляд на свой участок. С другой стороны, так сказать. И с удивлением обнаружила, что ни хрена отсюда не видно. Ирга разрослась. И соседские яблони. И вообще не видно Аленин дом. И крыльцо. Да вообще ничего!
Очень странные дела.
Глава 11
* * *
Сколько бы Алена ни думала о произошедшем, ответа она не находила. Кто-то починил дверь в теплицу. Кто-то починил крыльцо. И это не сосед. Не ее новый знакомый Алексей Митрофанович.
Но тогда кто⁈
Алена ж не сошла с ума? Ей это все не показалось?
Алена еще раз проинспектировала крыльцо, потом дверь в теплицу. Даже если предположить… Точнее, усомниться в своих адекватности и памяти, то вот они – подтверждения! Следы слома и скобы на перилах крыльца, свеженькие царапины на дверных петлях теплицы. А вторая петля вообще новая! Без следа ржавчины.
Так. Надо на что-то переключиться. У нее ж там по плану высаживание кабачков в грунт. Угу. Только надо для начала этот грунт подготовить. Спина превентивно заныла только от мысли про лопату. Телефон в кармане джинсов заголосил.
– Алена, ты меня топишь!
Твою мать! Это соседка снизу, женщина в целом спокойная и в истериках в, отличие от Нины Ивановны не замечена.
– Ирин, скажи толком, что происходит?
– Да бежит у меня! сверху! В углу! На кухне!
Тьфу, зараза!
– Ирин, я на даче. Не паникуй. Сейчас что-нибудь придумаю!
А что тут придумаешь? Ехать надо. И на работу своим звонить, хотя бы Леонидычу, или кого сможет выдернуть. Но ей в город возвращаться все равно надо, в квартиру ж надо попасть. Что там могло случиться, что у соседки с потолка бежит⁈
Кухня? Что там на кухне⁈
Алена спешно загнала Леху в дом под его протесты, Харитон куда-то заблаговременно смылся, заперла дом на шпингалет и помчалась в город.
* * *
Дома снова случились странные дела. Потому что у Алены все было сухо! А у соседки реально капало с потолка. Правда, все трубы у Алены были зашиты в гипсокартонной короб. При мысли, что его сейчас надо будет вскрывать, Алене стало дурно. Только этого ей не хватало!
Но в этот раз Леонидыч проявил себя прямо с самой лучшей стороны. Почесал в затылке, поморщил лоб и сказал: «Пошли наверх». И оказался прав!
Над Аленой новые собственники развели капитальный ремонт на кухне. От них и бежало, как-то так хитро, особо не заливая Алену, прямиком все еще на этаж ниже. Леонидыч протекание ликвидировал, а потом со снисходительным видом разъяснял хозяевам, где и в чем они не правы. Убедил. В общем, все обошлось малой кровью, у Алены там ничего страшного точно нет, это Леонидыч заявил авторитетно.
Но умаялась Алена все равно знатно. Кода приехала обратно на дачу, сил никаких уже ни на что не было. Она разогнала свою живность, освободила себе место, улеглась на кровать. Какое-то время смотрела в потолок.
И кто же это все-таки починил крыльцо и теплицу? Вот в городе все понятно с тем, кто ей помог – Леонидыч. С ним, кстати, Ирина рассчиталась. Которая собралась с соседей содрать за побелку потолка – ну, или они ей побелят сами, раз уже все равно ремонт делают. А Алене кто-то помогает – и непонятно кто, и непонятно, кому денег платить. Нет, главное, все-таки, кто!
Какая-то совершенно непонятная ситуация. Алена какое-то время еще крутила все это так и эдак. А потом, под протестующий писк Лехи, встала с кровати, достала из сумки ручку, блокнот, вырвала листок и написала при свете луны из окна: «Вскопай землю под кабачки».
Это записка – чистый бред. Ну, так и вокруг нее тоже какой-то бред происходит. С этой мыслью Алена вернулась в кровать и тут же заснула.
* * *
Утром у Алены какого-то черта не сработал будильник. И она проспала. Либо он сработал, а Алена его выключила. Только не помнила как. Вчера ее вся эта суета с протечкой все-таки вымотала.
И проснулась Алена от того, как щенок вылизывал ей лицо.
– Фу, Леха, перестань лезть целоваться!
А потом Алена резко села. Так, а сколько времени?
Твою мать!
Ни на что времени уже не осталось! Ни на завтрак, ни на приведение себя в порядок! У нее ж там встреча с утра! В последний момент Алена успела плеснуть остатки молока в миски, насыпать сухого корма – и бегом из дома.
Уже по дороге вспомнила, что сегодня должен был приехать Митрофаныч – и не приехал. Хоть бы он разбудил…
Про записку, оставленную накануне, Алена благополучно забыла. И вспомнила только вечером. Когда стояла перед свежевскопанной грядкой под кабачки.
Кажется, Алена медленно и верно сходит с ума…
Глава 12
* * *
Кабачки Алена высадила – они ж ни в чем не виноваты, это не кабачки с ума сошли. Постояла, полюбовалась на дело рук своих. Хорошая рассада, в августе Алене опять придется всех вокруг кошмарить с этими кабачками. Эх, если бы можно было как-то кабачки на мясо менять. Или на молоко. О! Митрофаныча надо будет осчастливить. И Алена пошла приступать к своим ежевечерним обязанностям, тем более, Харитон уже орал с крыльца.
Вечером она принялась осторожно анализировать произошедшее. Версию с умопомешательством Алена пока решила отложить. Факты ж были! А фактам бухгалтер Алена Александровна Сычева привыкла верить. Крыльцо починено – это раз. Дверь в теплицу повешена – это два. Земля вскопана – это три.
И кто-то это сделал. Потому что версию со сверхъестественным Алена тоже отвергла. Все по той же причине здравомыслия. Но версий, которые устраивали бы здравый смысл, не было!
Это не Иннокентий – Алена была уверена твердо. И не Митрофаныч. А если вспомнить вчерашнюю записку… Кстати, где она⁈
Алена подскочила с дивана, пригревшийся Леха тут же протестующе затявкал. Алена перевернула все на столе – нет записки! Пришлось заодно смахивать крошки, вытирать столешницу.
Алена включила чайник, под закипающую воду крепко задумалась, вспоминая. А вот она в записке что написала? Ну, про землю под кабачки – это Алена помнила. А вот откуда этот неизвестный благодетель знал, где эта земля? Ну, нет же у Алены там таблички на участке – вот эта, мол, земля под кабачки. Или она в записке все-таки как-то указала – что, типа, это самый дальний угол, за крыжовником и смородиной?
Алена не помнила! И записка пропала.
С чашкой чая Алена устроилась в старом кресле и включила телевизор. Леха тут же улегся ей в ноги. А в телевизоре показалось что-то страшное с воплем: «Кузенька!». Этот мультик Алена помнила с детства. Но на мысли он навел ее неожиданные. Про домовых.
Да ну. Это уже точно сумасшествие. Точно!
Но что у нас имеется? Ладно, шут с ними, с крыльцом и с дверью в теплицу. Но с кабачками тут-то у нас налицо прямая причинно-следственная связь. Алена попросила вскопать землю под кабачки. И земля оказалась вскопанной.
Как это могло произойти? Где разумный понятный ответ⁈
Его нет.
Зато можно поставить следственный эксперимент. Алена встала, снова достала из сумочки ручку и блокнот, прикусила кончик ручки и задумалась. Так… Чем бы ей «домового» озадачить?
О, точно!
И, стараясь писать разборчиво, Алена вывела: «Почини забор».
Это чтоб Нина Ивановна не шастала!
* * *
На следующий день, когда Алена приехала вечером на дачу, первым делом из дома ей выскочил Леха. И тут же принялся орошать все, до чего смог добраться. Что, и в доме никаких луж? Алена так и не придумала, как приучить песика к тому, чтобы ходить на улицу. А он сам как-то сообразил. Что за умный пес! И Алексей Митрофанович своего тоже хвалил. Кстати. А где Аленино молоко?
Ладно, это подождет. Алена осторожно заглянула в дом. Так. Луж не видно. Посмотрела на стол.
Ага. Записки нет!
А забор…
А забор не починен!
Алена задумчиво качала пальцем отломанную штакетину. В голове крутился старый анекдот про «Ага, – сказали суровые сибирские мужики». Ей тоже хотелось сказать: «Ага!». Что, не по силам задачка оказалась? Сдулся? А еще домовой называется. Никакой ты не Кузенька!
За забором продефилировала мрачная Нина Ивановна, покосилась на Алену.
– Что-то дед твой перестал ездить. Помер, что ли?
Тьфу, что за язык у женщины! Но и в самом деле, куда делся Алексей Митрофанович? Алена достала телефон.
– А вот сейчас и выясню. Вам заказать что-нибудь?
Нина Ивановна гордо развернулась и скрылась за кустами малины.
Алексей Митрофанович не отвечал. Ну и не страшно, мало ли дел у человека. У него уже не тот возраст, чтобы не выпускать телефон из рук. Козы у него, опять же. Хозяйство там всякое разное.
Но когда он не перезвонил ни в восемь, ни в девять вечера, Алена, ругая себя за паникерство, села в машину. Пешком до участка Митрофаныча минут тридцать идти.
* * *
– Вы почему не позвонили, Алексей Митрофанович?
– Да, думал, отлежусь…
– Вы как маленький! – бушевала Алена. – Давление же! Как оно без таблеток само пройдет?
Алексей Митрофанович что-то проворчал под нос. А Алена ему под этот нос сунула пустой блистер.
– Это пьете от давление?
– Ну.
– Все, я за лекарством.
– Да не суетись ты, Аленушка.
– Или я вызываю скорую!
Митрофаныч лишь махнул рукой.
Уже в машине Алене пришла в голову здравая мысль. До города и аптеки пилить на ночь глядя – вариант такой себе. У нее остались какие-то таблетки от мамы, но, скорее всего, просроченные. А вот у Нины Ивановны наверняка есть.
Глава 13
Алена так накрутила себя, что влетела на соседский участок, как к себе. И опомнилась уже на крыльце. Выдохнула, зачем-то пригладила волосы и забарабанила в дверь. И только после этого прислушалась. В доме ругались, мужским и женским голосом. И, кажется, мужских голосов – два. Гости, что ли, у соседей? Дверь резко открылась, так, что Алене пришлось отшатнуться.
Нина Ивановна словно устроила с Аленой какой-то флешмоб – тоже вылетела, только на собственное крыльцо, и тоже вся всклокоченная.
– Ты чего⁈ – соседка перевела дыхание, словно бежала не из дома, а издалека. – Ты чего… тут⁈
– НинИванна, добрый вечер, – затараторила Алена. – У вас есть какие-нибудь таблетки от давления? А лучше… – Алена выставила вперед пустой блистер. – Вот такие!
– Что, и ты уже дожила до таблеток от давления? – Нина Ивановна отозвалась в своем репертуаре.
Алена сдержала ответ: «Так не девочка уже!». И в самом деле, пятый десяток, как-никак. Как бы страшно это ни звучало. Но на давление Алена не жаловалась.
– У Алексея Митрофановича прихватило. Ну, который молоко привозит. А у него свое кончилось, – Алена снова помахала перед соседским носом блистером. – Выручите, НинИванна, а? Я завтра в город поеду, привезу вам.
Соседка какое-то время молча разглядывала блистер. А потом буркнула:
– Жди здесь. Я сейчас.
Да не больно-то и хотелось заходить в дом. Алена там была от силы пару раз, хотя мама, когда была жива, часто заходила к соседям в гости.
Нина Ивановна вернулась быстро, протянула Алене наполовину пустой блистер. Ровно такой же, как дал ей Алексей Митрофанович.
– Держи. Беги, спасай своего деда.
Голос, да и слова соседки явно выражали желание, чтобы Алена поскорее свалила с их участка. Это даже для Нины Ивановны какая-то зашкаливающая нелюбезность. Алена рассчитывала на восстановление дипломатических отношений, но пока на это не похоже. А похоже на то, что соседка закусила удила. С другой стороны, таблетки же дала?
– Спасибо. Я обязательно верну.
– Иди давай.
Ну, сама любезность! Но за таблетки – плюсик в карму.
Алена заглянула к себе в дом, и Леха тут же этим воспользовался – удрал. И рванул прямо к забору, будто знал, что там штакетина отломана. Алена едва успела перехватить. А потом решила взять песика с собой. Идея была пока смутная. Ладно, там видно будет.
* * *
Щенки устроили на полу веселую возню, Алексей Митрофанович осле приема лекарства выглядел гораздо лучше. В общем, жизнь как-то налаживалась.
– Алексей Митрофанович, может, в город? В больницу?
– Еще чего! – Митрофаныч с улыбкой смотрел на катающих по полу щенков. А потом поднял взгляд на Алену. – У меня ж козы! Кстати. Пошли-ка коз доить, Аленка.
– Я⁈
– Ну, поможешь.
Вот только коз Алене не хватало в ее в последнее время и без того нескучной жизни!
Они вышли из дома. Алена запоздало удивилась, как она прошла мимо Акбара. Даже не вспомнила, что у Алексея Митрофановича такой серьезный пес. А ведь не залаял, когда Алена влетела на участок. А сейчас, увидев хозяина, басовито и приветственно гавкнул. Ничего себе, какая пасть…
В итоге коз доил сам Митрофаныч, а Алена только молоко разливала по банкам – у хозяина коз немного дрожали руки. А потом Алене пришлось выдавать этим козам корм, под присмотром Алексея Митрофановича. А потом она мерила ему давление, а оно все-таки было еще чуть высоковатым. А потом Алексей Митрофанович поставил перед Аленой миску свежайшего творога с первой сладкой клубникой – у Алены еще только цветет, да как-то хиленько, а тут уже первые ягодки!
И в этой связи… и Леха тут… и коз надо будет завтра кормить, а давление у Алексея Митрофановича все еще высоковато… и глаза уже слипаются…
– Я у вас переночую, Алексей Митрофанович. Прослежу за вашим давлением.
А Харитон одну ночь перебьется.
– Эх! – крякнул Митрофаныч, молодецки погладил усы. – Давненько у меня женщина не ночевала.
– Да я могу уехать… – почему-то смутилась Алена.
– Ложись, давай. Вижу ж – глаза закрываются. Я тебе на диване постелю.
– Я сама постелю. Покажите, где у вас.
Уснула Алена на новом месте мгновенно. Утром ее ждали ароматный травяной чай и еще одна миска вкусного творога – в этот раз с медом. И совершенно бодрый на вид Алексей Митрофанович.
Леху Алена решала оставить погостить, к себе на участок заскочила, но Харитон где-то шлялся. Быстро умылась, привела себя в порядок, сменила футболку – и на работу.
Очередной сюрприз поджидал Алену вечером.
* * *
– Харитон, ты там строительный магазин в СНТ решил открыть, что ли?
– Просто привези.
– Да зачем тебе все это?
– Забор починю.
– Делать тебе нечего, я так понимаю. Давай сменим тебя? Сколько ты там уже торчишь?
– Я сам.
– Баба тебе не мешает?
– Нет.
– И как ты с ней в одном доме уживаешься?
– Нормально. Я сам по себе, она сама по себе.
– И что ты в соседний дом не пошел? Там никого нет, с хозяевами мы договорились.
– Там обзор вообще никакой. А отсюда, с мансарды – все как на ладони.
– Ну, а помогаешь-то ты хозяйке зачем? Еще спалит тебя, вся операция по борозде пойдет.
– Не учи батю детей делать. И положи все, что я заказал, в тайник. Сегодня. Я заберу.
– Ох, чудишь ты, Леха, чудишь.
– Делай, что говорят.
– Слушаюсь, товарищ Харитонов.
Мужская рука убрала телефон в карман штанов, погладила рыже-белого кота между ушей.
– Что, Харя, бросила нас сегодня хозяйка?
Глава 14
* * *
Кто-то починил забор. Кто-то починил забор! Алена дернула штакетину, посмотрела на блестящую шляпку гвоздя. Тряхнула головой.
В ногу ткнулся Леха.
– Ты это видишь?
Щенок утвердительно тявкнул – и помчался за бабочкой.
Алена снова посмотрела на забор. Как там было в мультике – только гриппом вместе болеют, а с ума поодиночке сходят? Может, Алена все-таки сходит с ума?
Ну, кто тогда эта ее золотая рыбка⁈ Кто чинит крыльцо, теплицу, забор, кто вскапывает землю⁈ Кто исполняет все ее просьбы⁈ Алена вздохнула. Ответов у нее не было. Разумных. Мистику исключаем, в собственное психическое здоровье верить будем до последнего.
И вообще, надо использовать сложившуюся ситуацию к своей пользе. И, заодно, еще следственных экспериментов поставить.
Поэтому вечером Алена накатала своей «рыбке» целую записку.
«Спасибо за землю и за забор. Задание на завтра – почини шпингалет на окне. Заранее спасибо».
Алена какое-то время смотрела на записку. Нет, все-таки это сильно попахивает сумасшествием. А ведь всегда считала себя исключительно трезво рассуждающим и в целом здравомыслящим человеком. Алену даже в юности миновали свойственные этому возрасту томленья чувств и прочие страдания душевные. Подружки страдали и сохли, Алена их выслушивала и не понимала, в чем соль и суть.
Не стала она понимать и дальше, сделавшись старше.
Алена устроилась в кровати вместе со своими двумя домочадцами. Почесала Харитону между ушей, Лехе пузо. Щенок перевернулся, довольно развалив лапы. А Алена, поддавшись импульсу, пустилась в воспоминания. Почему-то вслух. Ну, так ей теперь есть с кем поговорить, зря она, что ли, этих двоих кормит и в постель пускает?
– Вот был у меня один, помню. Сразу после института. Вот он, кстати, мне говорил, что я странная. Но странная – это ж не значит, что ненормальная, правда же? Или что с приветом? Это он сам был странный. Носки гладил, представляете? Да где вам представлять, вы ж носки не носите. А у него еще машинка была специальная, чтобы катышки удалять. С носков! Странный. Ой, а еще один был, но потом, позже. Тот вообще… – Алена даже хихикнула, вспоминая. Леха ткнулся ей мокрым носом в ладонь – чеши мол, давай. – Нет, я понимаю, что мужики многие с кухней не дружат, хотя сейчас-то вообще все гораздо проще. Но у того было фирменное блюдо – он даже меня им пытался угостить. Назвалось посекуниха. Хорошую вещь так не назовут, согласна, – Алена отреагировала на чихнувшего Харитона. – Мне кажется, он сам это название выдумал. Суть в том, чтобы все, что есть в холодильнике – вот вообще все, что найдешь, кабачки, там, варенье, зеленый горошек, сало, все-все – выложить на сковородку и обжарить. А потом – та-дам! – залить яйцом. Яйца все решают – так он говорил. Дебил, – Алена вздохнула. И чего это она в воспоминания пустилась? Ну не было у нее никогда нормальных мужиков. Может, их в принципе не бывает? Зато у нее теперь есть кот и пес. И Митрофаныч в придачу. Вон, отчитался ей, фото тонометра с показаниями прислал.
Леха рядом зевнул, показав пока еще маленькую и розовую пасть.
– И правда, – вздохнула Алена. – Давайте спать.
* * *
Новенький шпингалет даже на солнце сверкнул. Алена его защелкнула, Харитон недовольно мяукнул. Ну да, кот в это окно со ломанным шпингалетом беспрепятственно выходил и входил. А теперь…
Алена снова открыла шпингалет.
– Да, дела…
А что тут еще скажешь?
Харитон вдруг прижал уши и сам весь распластался по подоконнику. Алена почему-то похолодела. Что он там увидел за окном? Она осторожно повернула голову.
Тьфу ты, напугал!
Птиц он там увидел. И по-пластунски пополз к створке окна. А кусты жимолости прям шевелились от птиц. Так ведь всю ягоду сожрут!
Кстати…
Следующая записка гласила следующее:
«Завтра, в субботу, меня не будет. Накорми кота и собаку и собери жимолость».
И не соврала ведь. У Алены на завтра доставка дивана в квартиру. Черт их знает, когда они приедут, с этой доставкой никогда не угадаешь, пишут – «с десяти до девятнадцати». Вот и сиди их, и жди – с десяти до девятнадцати!
Ну что, посмотрим, что из этого выйдет. Кроме нового дивана.
