Текст книги "Дочь Императора. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Дарья Еремина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Ниара задумчиво кивнула, увидев меня на дороге от башни. Через две минуты я уже выходила из комнаты с порталом в доме отца. Видеть никого не хотелось. И за то, что использую этот дом как промежуточный пункт, было немного стыдно. Ниара вышла сразу за мной. Никого не встретив в коридоре, мы вышли из особняка. Не хотелось никого видеть. Побыть одной, чтобы никто не трогал и не следил. Обняв себя за плечи и кисло поморщившись, я предложила полукровке вернутся на север и продолжить вычесывать эсхонцев… Улыбнувшись, она кивнула.

7

За две недели до моего Дня рождения мы пролетели остаток побережья и повернули на восток. В Гуремене, небольшом городке на северо-западной границе Объединенных земель, случайно встретили двоих магов из нашей резиденции. Кроме того, в городе то и дело встречались представители боевой Гильдии. После маленьких городков, рыбацких поселков и деревушек такое обилие гильдийцев казалось необычным.

Дозаран после неожиданной смерти своего главы совсем скис. В новостях больше не упоминали ни отца, ни Целесс. Ниара усмехалась, комментируя комментатора… По ее мнению ланитка отца сыграла решающее значение в окончательном падении боевого духа армии Дозарана. Наверно, она знала больше. Она всегда знала больше… Мне же не особо хотелось слушать о потерях, разрушениях и ультиматумах. Похоже, война незаметно закончилась. Но официального объявления пока не было. Я думала о раскопках и Харенхеше, со страхом ожидая дня, когда внимание отца и Целесс переключится туда.

Основную часть времени мы проводили в перелетах от одного населенного пункта до следующего. Зачастую мы, даже, не спускались. Ниара просматривала эмоциональный настрой и поверхностные мысли людей внизу, делая пару кругов над поселком, кивала мне и летела дальше. Пару раз спустилась вниз к дракам, но предпочла не вмешиваться. В общем-то, я ей была не нужна для этой работы. Если бы полукровка не была привязана ко мне в качестве телохранительницы, Низерей послал бы ее одну.

Проснувшись, я уткнулась подбородком в кулак. Ниара слушала гильдейские новости. Я же понимала, что встречаю свой двадцать первый День рождения в совершенно такой же обстановке, как и прошлый. В последний день апреля прошлого года я проснулась в Школе, а рядом Селена, с которой мы делили комнату, слушала новости. За окном так же ярко светило солнце, заставляя жмуриться. Простыни так же пахли не выветриваемым запахом казенщины. Я чувствовала себя одинокой и виноватой. Кажется, за день до Дня рождения я что-то натворила, и Декан в очередной раз простил меня. Угу. Я сбила рамки Грина на занятии по боевому применению магии, и его спарринг-партнер попал ледышкой аккурат куда целился. Тогда Петир был моим лишь в мечтах. Теперь же даже мечты не имели смысла. Я потеряла его навсегда. А виной был полукровка, которому сидеть ныне в Немом замке до скончания времен. Или чуть меньше, что в принципе не важно. Обида прошла. Ненависть… Не знаю, способна ли я на нее. Навестить бы его, от меня не убудет. Кого он видит, кроме матери?

– У меня сегодня День рождения. – Пробормотала я.

– Поздравляю. – Улыбнулась Ниара. – Что же ты делаешь в этой гостинице тогда? Полетели домой?

Обернувшись к полукровке, я поднялась. В голове считались дни через один, начиная со Дня рождения отца: Кларисс – я – Кларисс – … – Кларисс – …– Кларисс…

– Сначала к Немому замку, хорошо? – Загнула я последний палец и ощутила, как сжимается сердце.

– Кто у тебя там? – Поднялась полукровка, убирая иллюзор. Две недели я ждала этого вопроса. Простое любопытство или подтверждение того, что могла выудить из меня случайно?

Я улыбнулась, пожимая плечами. Кто-то… Кому я нужна.

Точно не зная, пустят или нет, я подошла к воротам Немого замка. Зависит от того, как отец сформулировал разрешение пропустить меня к Ройсу в первый раз. Кивнув Нис остаться с Ниарой, я притронулась к металлическому изгибу. В сознании пронеслось несколько взглядов, переворошив содержимое головы до состояния тошноты. Калитка мягко поддалась, заставляя улыбнуться. Я направилась к высоченной башне, задирая голову вверх.

Ройс стоял в дальнем углу камеры, ожидая. Вероятно, услышал шаги. Солнечный свет плотным потоком прорывался через маленькую бойницу наверху по эту сторону решетки и освещал яркий полосатый прямоугольник на полу на его стороне. Рядом со светлым квадратом валялось несколько листков бумаги. Письма писал, что ли? Или рисовал?

– Дайан? – Выдохнул удивленно, подходя к решетке.

Я замерла у коридора, разглядывая его.

– Ты вернулась. – Улыбнулся тихо. – Какой сегодня день? Уже май?

– Завтра май.

– То есть, ты в течение одного месяца пришла ко мне два раза!

Отступив к стене, я оперлась плечом на каменные плиты. Что могла значить эта фраза, предположить было сложно. Много это или мало, а может констатация факта того, что я не безразлична к его судьбе? Скорее всего, это вообще не имело смысла. Просто мысль вслух. Я тоже начинала думать вслух тогда. Но ко мне никто не приходил.

– Сколько ты здесь уже?

– Чуть больше месяца. Даже привыкнуть не успел. – Улыбнулся Ройс, протягивая руку. – Подойди.

Я помотала головой. Подходить я больше не собираюсь. Происходившее со мной на севере выветриться из памяти так скоро не могло. Отойдя на шаг от решетки, Ройс обхватил себя руками. Сглотнув, я все же пошла ближе, вглядываясь в левую руку.

– Ройс?

Подняв взгляд, он вернулся к прутьям. Я же смотрела на манжет рубашки. Кисти руки в нем не было…

– Рука? Откромсало… Не переживай, у меня еще одна осталась.

Я протянула руку, намереваясь дотронуться до левой руки. Полукровка развернулся, отрицательно качая головой. Ухватил за талию, притягивая к себе. Закрыл глаза, отворачивая лицо и тут же выпуская.

– Отойди.

Отойдя обратно к противоположной стене, я оперлась спиной о стену и нахмурилась. Глаза постоянно возвращались к пустой манжете. Но я слишком хорошо знала полукровку, чтобы предполагать реакцию на жалость.

– Не приходи больше.

– Хорошо. – Кивнула я, соглашаясь. – Как это произошло?

Ройс усмехнулся, поднимая взгляд.

– Отойди от стены. Сядь, вон, если хочешь… – Кивнул на табурет у стены справа. Я присела, обнимая себя руками. Камень вытягивал тепло мгновенно.

– Так, как это случилось?

Полукровка поднял руку и обвел круг указательным пальцем.

– Розовые блюдца… Я даже не понял что это. От нас на сотни метров никого не было. Увидел только, летит что-то в голову. Отклонился. И… наверно подставил руку. Глупо ужасно. Не был бы рейнджером, наверно, отрезало бы голову.

– Жалеешь, что не отрезало?

Ройс рассмеялся в голос.

– Всю жизнь меня здесь не продержат, Дайан. Лучше уж рука, чем голова.

– Уже планируешь подвиги после освобождения?

– Зачем? – Усмехнулся. – Я знаю о том, что происходит снаружи лишь по рассказам матери. Только выйдя отсюда, я узнаю о произошедших событиях больше, чем она сможет рассказать мне за все время заключения.

– Что ты успел натворить?

– Дайан… – Улыбнулся полукровка просто, отходя к своей койке. – Ты слишком нежная девушка, чтобы слушать о военных буднях. Это не красиво, не романтично, не интересно и не познавательно. Ты выйдешь и будешь все по сотне раз обдумывать, прокручивать перед глазами, оценивать, делать никому не нужные выводы, потеряешь покой, перестанешь есть… – Засмеялся чуть хрипло. – Просто забудь. Ты дочка Императора. Все двери открыты. Все мечты осуществимы.

– О чем же мечтают нежные девушки? – Усмехнулась я.

– Ни один Петир по земле ходит… Ему было с чем сравнивать. Переживешь как-нибудь. Это почти как жить без кисти: сначала непривычно и обидно, а потом привыкаешь. Влюбишься, родишь детей, и все будет как у всех. Почти все.

– Наверно, ты прав. – Кивнула я, соглашаясь. – Так за что тебя засадили так надолго?

Рассмеявшись, Ройс поднялся. Начал собирать листки бумаги с пола, прижимая поднятые обрубком кисти к груди. Я отвернулась, глубоко вдыхая. Как непривычно, неудобно было на него смотреть.

– Прощай, Ройс. – Я поднялась.

– Пока, Дайан. – Обернулся, подходя к решетке. – Передашь привет Ройси?

Я сжала кулак, промаргивая глаза. Обернулась, кивая.

– На, покажи ей. Скажи, что я думаю о ней. – Протянул листок бумаги.

Подойдя к решетке, я протянула руку к листку. Белый исполин улыбался грустными глазами из-под маленького мохнатого чуба. Бивни были совсем крохотные. Ройси была совсем девочкой. Такой нежной, чистой… Я улыбнулась, вытирая щеку. Снова кивнула. Ну это, пожалуй, я для тебя сделаю. Ухватив меня за руку, полукровка потянул к решетке. Второй наверно хотел взяться за прут, но поморщился, закрывая глаза. Я закусила губу, хмурясь. Листки упали с таким противным шорохом, будто разбежались от него. Я отвернулась, опустила взгляд в пол, лишь бы не видеть ледяных глаз, буравящих меня. С пола смотрели пара мамонтов и… я. Несколько портретов, только лицо, только глаза. Сглотнув, я потянула руку.

– Отпусти.

– Ведь, ты вернешься? – Спросил тихо.

– Ты сам сказал не приходить больше.

– Да, верно. – Кивнул, отходя назад. – Иди. Не зачем это.

Взгляд падал на рисунки, перебегая с одного на другой.

– Делать тут нечего. – Улыбнулся. – Просто.

Кивнув, я пошла к коридору. По щекам лились слезы. Добежав до двери, дернула за нитку. Только не тут заплакать, только не тут…

Выйдя из замка, я заревела, садясь на ступеньку. Ниара обернулась за воротами, когда Нис посеменила ко мне, игнорируя щит.

Вздрогнув от мысленного напоминания о магическом существе, я приказала Нис вернуться. Пошла к воротам, пытаясь унять слезы. Ниара молча наблюдала, потом отвернулась вовсе, отходя к обрыву. Я же не могла успокоиться еще несколько минут. Потом начало отпускать. Сложив мокрыми пальцами рисунок с Ройси, я спрятала его в карман. Домой с зареванным лицом возвращаться было нельзя. Вытерев щеки, я сидела на земле, прогретой весенним солнышком. Здесь было еще прохладно – холоднее, чем внизу, но под солнышком при безветрии жарило сильно.

Ниара подошла, опускаясь на коленки рядом со мной. Молча провела рукой по одной щеке, по другой. Положила руку на глаза, вздыхая.

– Пойдем. – Шепнула, поднимаясь.

– Я не могу в таком виде…

– Уже нормальный вид. Пойдем.

Обернувшись по сторонам, я поежилась. Ну, если ты убрала следы с лица, хорошо. Вытащив кристалл, я вытянула руку.

Выйдя из комнаты с порталом, я пошла к выходу, но замерла у библиотеки. Дверь была приоткрыта. Заглянула. Саша сидел в своем кресле с книгой на коленях. Над правым плечом висел белый осветительный кристалл.

– Деда? – Улыбнулась тихо.

– Дайан! С Днем рождения, девочка! – Поднялся он. – Не ожидал увидеть тебя так рано.

– Спасибо. Ты был у Ройса?

Дед вскинул брови, выпуская из объятий. Коротко повел подбородком, отводя взгляд.

– Неужели за месяц ни разу не сходил?

– Дайан…

Я отошла, не веря. И… Узнала бы я, случайно не спросив?

– Ты же как родной дедушка ему. Ты же… – Качала я головой, не понимая. – Ты же сказки ему на ночь читал!

– Предпочел бы читать их тебе.

– Саша, разве можно так? Он же один. Он же любит тебя. Он тебя дедом зовет…

– А Андреса звал отцом. А потом?

– Прости, мне надо идти. – Я подняла руку, прощаясь. – Увидимся.

– Дайан, подожди! Ты не понимаешь! – Вышел Саша в коридор.

Я обернулась, кивая. Я не понимаю. В этом ты прав.

Ниара ждала в Обеденной зале. Как только я прошла мимо, она пошла за мной.

Что с ними всеми? Разве перестанет мама быть мне мамой, если даже уничтожит весь этот мир? Он же им почти родной. У него никого кроме них… Они имеют полное право осуждать и наказывать, но игнорировать его существование – не имеют…

– Дайан? – Вышла мама, услышав, как хлопнула дверь. Я обернулась, наблюдая, как сползает улыбка с ее лица.

– Если бы я помогала Дозарану против Объединенных земель как боевой маг и меня поймали, ты бы отреклась от меня?

Мама тряхнула головой, хмурясь.

– Ты опять ходила к Ройсу? Дайан, зачем?

– Мам, если бы я убила сотню человек, тысячу, выжгла хоть половину всех городов! Тетя Карел забыла бы о моем существовании?

– Тетя Карел не забыла бы… – Пробурчала тетка сверху, протирая глаза. – Наказала бы, запихнула в тюрьму до скончания жизни, но не забыла бы.

– Саша ни разу его не навестил… ни разу!

– Дайан, это не твое дело. Чем скорее ты о нем забудешь, тем быстрее сможешь начать новую жизнь. – Крикнула мама, пока я поднималась.

– Что-то я не заметила, чтобы за двадцать лет моей жизни ты собралась хоть раз забыть отца и начать новую жизнь.

– Да ты сравнила отца и этого маленького выродка…

Вздрогнув, я обернулась. Сглотнула, хмурясь. Пошла обратно к лестнице, быстро спустилась, стряхивая руку матери с плеча. Выбежала из дома. Сзади слышались шаги поспевающей за мной Ниары. У центрального портала я сказала ей: Гуремен, и шагнула на платформу портала. Нис привычно прыгнула мне на плечо.

Ниара молча ходила за мной по городу, пока я пыталась надышаться. Воздуха не хватало. Хотелось на север. В холод. Там было бы легче. Там воздух другой… И если бы я могла узнать когда снова мимо пойдет табун снежных, я бы полетела посмотреть хотя бы из окошка цинна. Достав рисунок с Ройси, я протянула его Ниаре.

– Это мамонт. – Кивнула она, заставив меня улыбнуться.

– Это Ройси. Я видела ее на севере. И каталась на снежном мамонте…

– Ты серьезно? Каталась? Верхом?

Кивнув, я забрала листок.

– Я думала, они вымерли давно.

– Нет. – Покачала я головой. – Но близки к этому. Они такие… Настоящие! Добрые, доверчивые. Хотя, конечно, возможно, они не были бы так спокойны, не контролируй их псионик. Но все же…

– Я не смогу их контролировать. – Тут же качнула головой Ниара. – Я не по этой части, извини.

– Я и не прошу. Пойдем обедать.

– Ты не вернешься домой? День рождения, родные, друзья, подарки…

– Нет. Не хочу. Пошли сюда. – Кивнула я на вывеску таверны.

Внутри было немноголюдно и чуть душновато. Мы сели у окошка.

– Что с тобой? – Ниара вглядывалась мне в лицо, хмурясь.

– Все нормально, не волнуйся.

– Не отвечай, если не хочешь. Тот, к кому ты ходила в Немой замок… Кто он тебе: друг, любимый, родственник?

– Нет, что ты. – Улыбнулась я, качая головой. – Он, просто… человек просто.

Ниара вскинула брови.

– Точнее полукровка. – Поправилась я. – У которого на два шага приходится три ошибки…

– И зачем ты тогда туда ходишь? Я чуть сама не разревелась, глядя на тебя. Зачем тебе это нужно?

– Я случайно. Из-за этого. – Я снова достала рисунок, развернула, кладя на стол. – Я плакса. Реву по любому поводу.

– Буду иметь в виду. – Улыбнулась Ниара.

Я отвернулась к окну, благодарная за то, что Ниара сделала вид, что верит мне. Заказав еды и вина, я уткнулась щекой в кулак, водя пальцами по чубу Ройси. Хорошая девочка. Если бы ты была человеком, ты была бы милой и доброй. Когда в зале резко образовалась тишина, я подняла взгляд к Ниаре. Она подняла голову, наблюдая за кем-то за моей спиной.

– Ты позволишь?

Я вздрогнула, оборачиваясь. Целесс с легкой улыбкой присела на стул за наш столик.

– Прежде всего, с Днем рождения. – Дотронулась ласково до моей руки. Тяжелый браслет с изящными креациновыми вставками ударил о столешницу. Переведя взгляд на листок бумаги, ланитка улыбнулась. – Домой не пойдешь? Родные собрались поздравить тебя.

Я покачала головой. Не то у меня настроение, чтобы принимать поздравления. Взгляд притягивался к вещице на ее руке. Казалось, что это кандалы. По крайней мере, набор программ в нем мог бы выполнять такую функцию. Причем, похоже, он создан был причинить боль именно ей. Ну, так и есть… кандалы.

– Зачем это? – Удивилась я, кивая на вещицу, несущую слишком неподъемный для моего понимания смысл. Целесс засмеялась звонко и заливисто.

– Это подарок Андреса на мои шестнадцать лет.

Я удивленно отклонилась. Вот это подарочек… Но почему-то и на секунду не возникло сомнения, что отец был способен на такие «подарки».

– Почему ты не сняла это там? Вы же ушли навсегда.

– Зачем? – Пожала плечами ланитка. – Он мне не мешал. Напоминал о человеке, которого я хоть и потеряла, но продолжала любить.

– Ну, а если бы влюбилась в ланита там?

– Нашла бы мага, чтобы снять. Так и было лет через… не знаю сколько. Я не думала о том, чтобы снять его. Разве нужен мне был кто-то эти несчастные девятнадцать лет? Как день пробежали. Даже не вспоминаю.

– Не верю… – Вырвалось само, и я опустила глаза.

– И правильно делаешь. – Целесс накрыла ладошкой мою руку. – Каждый день был пыткой. Особенно поначалу. Только работа помогала. Там же ничего, абсолютно ничего не было. Начали с элементарного строительства и запасов. Ты бы видела ланитов, сеющих и выгуливающих скот. Они понятия не имеют, как это делается. Не приходилось. Мой отец – псионик, всю жизнь занимавшийся щитами. А от кого там щиты нужны? Практически чистый мир! Хотя из-за чего ссориться нашлось сразу. Но теперь это не имеет значения.

– Не жалеешь?

– Жалею, что раньше не нашел Хранительницу. Дядя потому и вырвал те страницы, что прекрасно понимал…

Я тряхнула головой, не понимая. Целесс посмотрела на Ниару, вздыхая.

– Не плохо рисует… – Посмотрела ланитка на рисунок.

– Он попросил навестить ее. – Кивнула я на Ройси.

– Дайан, Ройс натворил слишком много того, что нельзя простить и забыть. Он просидит в Немом замке долго. Очень долго. И своими посещениями ты не сделаешь добра никому. Ему – точно нет.

– Ты была у него?

– Конечно была.

– А отец?

– Он слишком зол на Ройса. Из-за тебя в большей степени, чем из-за… всего остального. Но он отойдет. Позже. Через месяц или год, через десять лет, но отойдет.

– Я не собираюсь больше… Не беспокойтесь.

– Тебя дома ждут. – Улыбнулась она.

Я кивнула, вздыхая. Ланитка поднялась, оборачиваясь к Ниаре. Все же Целесс отконтролировала полукровку, поняла я, глядя на оживший взгляд женщины.

– Целесс, ты… – Я нерешительно постучала пальцами по рисунку. – Ты, ведь, можешь их почувствовать?

Она смотрела на меня с такой грустью, от которой у меня самой сжалось сердце.

– Я сделала глупость пообещать… – Улыбнулась я виновато.

– Подумаем. – Кивнула с усмешкой и пошла к выходу.

– Наверно, я что-то пропустила? – Усмехнулась Ниара.

– Пойдем праздновать мой День рождения…

8

Май, начавшийся на следующий день, встретил тепло и солнечно. Я проснулась от избытка света и необычной тишины. Казалось, мир растворился в лучах солнца, заполняющих комнату. Сердце стучало тяжелыми ударами, отдавая в голову. Прижав руку к груди, я поискала глазами Нис. Хотелось позвать Инфора, но память уже вернула насмешливый отрицательный ответ. В голову будто травы напихали: мысли не слушались. Явно не стоило столько пить…

Хотелось тихо собраться и убежать на север, в Гуремен. Несмотря на то, что мы объявили Эсхон своей территорией, недовольные данным положением вещей все еще бродили по нашим городам да селам, реализуя все возможные пакости, на какие были способны. Настоящие бандитские нападения, от которых защититься мирному населению самостоятельно иногда не хватало сил. Таким городам как Гуремен, эсхонцы не угрожали. Округу гуременские гильдийцы облетали и просматривали сами. Но дальше на восток по границе снова начинались городки без порталов и практически без резиденций.

Одевшись, я пошла вниз, на ароматный запах из кухни.

– Доброе утро, доченька. – Улыбнулась мама. – Как голова? Нужна помощь?

Я усмехнулась, отрицательно качая головой. За все надо платить…

– Ты зверя своего дома собралась держать или все же на башне?

Я обернулась к Нис. Хлопнула себя по лбу, вспоминая. Саша подарил летуна…

Выйдя с заднего входа, улыбнулась. Летун пощипывая травку, не обращая внимания на пристающую к нему девочку.

– Ты откуда? – Кивнула я незнакомке.

Обернувшись, она, не убирая одной руки с крыла летуна, вытянула палец к дому по соседней улочке.

– Он твой? – Спросила девочка деловито. Я кивнула, улыбаясь еще шире. – А как его зовут?

Пожав плечами, я подошла к ним и почесала лоб животного.

– А почему он не улетает?

– Он привязан.

– Как привязан?

– Невидимой магической ниточкой.

– Она крепкая?

Я вздохнула, понимая, что на любой мой ответ последует новый вопрос и это может продолжаться до бесконечности. Кивнув, собралась вернуться в дом. Но маленькая соседка удержала очередным вопросом.

– Можно я его назову? У всех должно быть имя. Вот тебя как зовут? Меня Лина, а тебя?

– Дайан. Назови, если хочешь.

Завизжав от восторга, девочка ухватилась второй рукой за крыло. Если он попробует взлететь и расправит крылья, то может отбросить девчушку… Обежав взглядом поляну, где она могла бы упасть, я связала легенькую программку на подобие тех, что срабатывают в циннах при резких остановках или столкновениях.

– Его будут звать Рыжик, хорошо?

– Хорошо. – Обернулась я на животное бело-песочных цветов.

Почему Рыжик? Не готовая к объяснениям и новым вопросам, вернулась в дом. Увидев Ниару за столом в обеденной зале, поздоровалась.

– Дозаран снял свои претензии на нашу территорию. – Кивнула она.

– А мы что?

– А мы предъявили претензии на их территорию. – Вошла мама, ставя тарелки на стол.

Я похолодела, оборачиваясь. Ты шутишь?

– Похоже, у твоего отца разыгрался аппетит…

– Это Целесс. – Мотнула я головой.

– А есть разница? – Усмехнулась тетя, заходя в залу.

Я перевела на нее взгляд. Действительно, есть ли разница? Аппетит мгновенно пропал. Обернувшись к Ниаре, я хотела предупредить, что подожду на улице, но полукровка отрицательно повела подбородком.

– Нас сняли с задания. Дальше на восток территорию будут облетать силы местных резиденций.

– Как? – Удивилась я. Ниара пожала плечами. Тетя обернулась через плечо. Я тоже посмотрела в холл. Вышла к иллюзору.

– Доброе утро, Дайан – Сказала Анри, свежая и деловая, как всегда. – До полудня Ксю будет в зальцестерской резиденции. Зайди, пожалуйста.

Кивнув, я вернулась к родным. Усевшись завтракать, они продолжали молчать.

– Что, определяют помощницей к Ксю? – Кивнула я маме.

– Не знаю. Меня не посвящают в ваши гильдейские дела. – Ответила она. – Садись есть.

– Я не заслужила этого. Это все из-за отца, из-за Петира, из-за кого угодно. Но не потому что я – это я.

– Какая разница… – Пробормотала тетка скучающе.

– У тебя есть возможность доказать, что дав тебе шанс они не ошиблись в выборе. Отец и Петир, возможно, открыли тебе дверь. Но работать за тебя они не будут. Не справишься – никто не посмотрит, чья ты дочка.

– Я не хочу…

– Откажись. – Кивнула тетка насмешливо. Я обернулась к ней.

– Разве помощник не должен быть псиоником, как Анри?

– Совсем не обязательно. – Покачала головой мама. – А потом, с чего вообще ты решила, что Ксю Киз предложит тебе это место?

– Она хотела взять меня к себе еще осенью… Я не справлюсь. Я смотрю на Анри и понимаю, что просто не выдержу такой темп.

– Поступай, как знаешь… Никто не будет заставлять тебя, если откажешься. Но второй раз не предложат – это точно.

– Я не хочу подводить ее. Я откажусь. Ты вспомни, как я училась. Какой из меня административный работник?

– Хреновый… – Кивнула тетя.

– Как? – Засмеялась Ниара.

Тетя Карел обернулась к полукровке и повторила. Я усмехнулась, наблюдая недоумение на лице женщины. Где тетя набралась подобных словечек – не понятно.

Через полчаса мы зашли в здание резиденции Гильдии. Ниара осталась в зале. Я же пошла к Ксю Киз.

– Здравствуй, Дайан. – Кивнула женщина, поднимая ко мне лицо и предлагая взглядом присесть.

– Доброе утро…

– Я предлагаю тебе перейти ко мне в личные помощницы. – Сказала глава Гильдии без предисловий.

– Спасибо за доверие, Ксю. – Кивнула я. – Но я не хочу подводить тебя. Я не административный работник. Я не справлюсь.

Ксю глубоко вдохнула, отклоняясь на спинку стула. Взгляд был более чем удивленный. Опустив на мгновение взгляд, она кивнула.

– Сын перевелся в Милоран, чтобы дать тебе возможность занять это место.

– Это было его решение. Я не просила. – Качнула я головой.

Если я была единственной причиной, то уверена, его примут обратно с распростертыми объятиями. Вероятно, через какое-то время он действительно вернется в Зальцестер. В любом случае, озвучивать эти мысли я не стала, наблюдая за промелькнувшим на лице главы разочарованием.

– Хорошо, Дайан. Спасибо, что уделила мне время. – Кивнула Ксю, переводя взгляд на подставку иллюзора.

Поднявшись, я тихо вышла. Сердце колотилось, будто отказалась не я сама, а была выгнана с позором. Пройдя к комнате отдыха с двумя арками, я опустилась на диван. Уверенности в том, что я поступила правильно – не было и в помине. Это был шанс, который дается один раз в жизни. И я отказалась от него. Так просто… Так сухо. При этом совершенно определенно оскорбив главу Гильдии.

– Поговорили? – Села Ниара напротив. Я кивнула, вздыхая. – Отказалась?

Я снова кивнула, закусывая губу.

– И сомневаешься, что поступила правильно?

Подняв взгляд, я нахмурилась. Как бы ты поступила?

– О, девчонки! Развлекаетесь? – Обнял балку между арками Филя.

– Филь, будь добр… – Улыбнулась Ниара. Я поморщилась, когда Филя усмехнулся и ушел.

– Что я ему сделала? – Подумала вслух.

– Ты? Да, он и не имеет ничего против тебя. По крайней мере, я не чувствую.

– Он как-то гадостей мне наговорил. Когда еще мы с Петиром встречались.

– Ах, вот оно что. – Улыбнулась полукровка. – Я помню что-то было… Петир у Фили невесту увел, у них здесь чуть ли не война развернулась. Точно, как только появился в резиденции.

– Потом, естественно, бросил?

– Тебе виднее, насколько это естественно. – Склонила она голову.

– Возможно, он сделал одолжение Фили, раз невеста так просто «увелась». В любом случае, была бы любовь, простилось бы и забылось. Всякое бывает.

– Не знаю, что там было, а чего не было… Филя хороший парень и сильный специалист. По крайней мере, Низерей им доволен.

– Предполагаю, у него найдется задание для нас?

Улыбнувшись, Ниара пожала плечами и поднялась. Низерей был искренне удивлен, увидев меня. Предположить, что я могла отказаться от предложения Ксю, он, конечно же, не мог.

– Ну что ж… – Вздохнул руководитель боевого направления зальцестерской резиденции Гильдии магов. – Ты, случайно, пролетая мимо Миренгоя, не заходила на площадь к порталу?

– Заходила.

– Вот! – Кивнул он удовлетворенно. – Слетай-ка принять два ящика петирок в Миренгой.

– Чего принять? – Вскинула я брови.

– У боевой гильдии на частичном вооружении лезвия из разреженного креацина по проекту сына Ксю. Ввиду того, что названия им никто так и не придумал, зовем по имени создателя.

Я рассмеялась: ну надо же…

– Сейчас в резиденции кроме руководства, тебя и Ниары больше в Миренгое никто не был. Это на день, не дольше. Оружие на складе резиденции Гильдии магов. Там, что они ею называют… Нужно принять оба ящика, пересчитать и проверить на работоспособность и качество. Всего должно быть двести предметов и лезвия должна открепляться только в одну сторону. Ты видела их? Разберешься?

Я кивнула. Если это то, что показывал мне Петир в раскопках, то видела и разберусь.

– Вот и хорошо. После проверки запечатаешь ящики и отправишь с первым дирижаблем сюда. Захвати плащ, в Миренгое еще холодно. Свободны.

Еще раз кивнув, я вышла за Ниарой, наблюдавшей наш разговор от двери. Насмешливо улыбаясь про себя ответственности и сложности поручения, я собралась домой за плащом. Ниара наблюдала за мной со своей обычной усмешкой, будто это она посоветовала Низерею поручить мне сбегать на север, пересчитать петирки.

Только выйдя за ворота резиденции, я ощутила вмешательство в мысли. Удивленно обернулась к Ниаре.

– Ко мне в голову кто-то ломится… – Поморщилась, обращаясь к полукровке.

– Ты под щитом… – Остановилась она, не менее удивленно.

Ощущение выветрилось, заставляя усомниться. Пройдя по широкой Восточной улице до переулка к моему дому, мы свернули. Я обернулась к Нис, чувствуя необходимость убедиться, что она рядом.

«Как думаешь, ее подруга выживет?» – Появился голос в голове. Замерев, я обернулась к Ниаре. Она тут же поняла, чем вызван мой ошеломленный взгляд. «Давай проверим…» – Ответил другой голос первому в моей же голове. Ниару откинуло на стену. Издав грудной вскрик, полукровка закрыла глаза, ища нападающих. Похоже, ее щиты все же работали, иначе бы ее не нужно было выводить из сознания физическими воздействиями. Проходивший мимо парень прижался к стене, наблюдая за Ниарой. Я попыталась связать пространство, чтобы она не могла удариться о стену, но перед глазами поплыло. Улица погрузилась во мрак, мысли не слушались, программы не связывались.

– Ниара! – Крикнула я, перетрусив.

Женщина не ответила. Услышав еще один глухой удар ее тела об стену и затем падение, я поняла, что полукровка без сознания.

Я позвала Нис. Кошка шипела у моих ног, но бездействовала. Кто это может быть? Почему мои враги всегда сильнее моих защитников? Не понимая, кому опять помешала, я не могла направить кошку… А в голове тем временем послышался тихий смех. Зрение вернулось. Голова же налилась свинцом, ноги подкашивались. Сделав шаг к Ниаре, я осела на мостовую. Осматриваясь, не видела никого кроме напуганного юноши в паре десятков метров от нас. Постепенно, будто это могло доставлять кому-то наслаждение, в голове начала нарастать боль. Сдерживая стон, я закрыла глаза и сжала виски. Потом закричала, не в силах терпеть. Когда к боли начало примешиваться удушье, уже хотелось умереть… Но внезапно все оборвалось.

Я подняла голову от камней мостовой, не веря. Лоб гудел. Похоже, я все же ударилась пару раз о камни. Но в голове было пусто. Нереально пусто. Осмотревшись, я поднялась. Подбежала к полукровке, щупая пульс. Ниара была жива. Лицо разбито и в крови, но она была жива. Я затрясла ее плечо, приводя в чувства. Мимо пробежал парень, наблюдавший произошедшее. Не понимая в полной мере, что произошло, я подтянула женщину к себе. Уложила голову на колени. Даже страха не было. Все исчезло. Пустота и покой…

– Очнись, Ниара…

Открыв глаза, полукровка застонала. Притронулась к голове. Села, смотря виновато и зло.

– Двое. Ты… в порядке? – Проговорила она, вытирая кровь из-под носа и запрокидывая голову.

– Да… Все как-то внезапно кончилось.

Когда Ниара резко обернулась и поднялась на ноги, я посмотрела в конец переулка. Кто-то шел в нашу сторону, волоча что-то за собой. Поднявшись, я пошла навстречу. Практически сразу поняла, кто это и что он тащит. Ошеломленно покачала головой.

– Ты?

– Мы же все решили? – Скривился Хермен Тесх.

– Кто это? – Ниара подошла к одному из тел, которые за шкирки приволок харенхешец. Откинула капюшон. Я брезгливо поморщилась, отворачиваясь. Лицо человека было обожжено, и смотреть на него было, мягко говоря, неприятно. Потом обернулась обратно, в ужасе понимая, кто это.

– Ты их знаешь? – Поднялась полукровка, открыв лицо второго.