Текст книги "Бывшие. Дочь для монстра (СИ)"

Автор книги: Дарина Вэб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

41 глава

Юля

Подслушивать нехорошо, знаю. Но ничего с собой поделать не могу. Гордей рассказывает Карине о том, что ничего не знал о моей беременности, а я вспоминаю, как пришла рассказать ему об этом.

Помню кучу полицейских машин возле их подъезда. Я даже не думала, что полиция приехала по душу Гордея. Но когда поднялась на этаж, где они снимали комнату, была в шоке.

Подслушала разговор полицейского с соседкой. Соседка обзывала Гордея и его друзей бандитами, а полицейский задавал странные вопросы.

Тогда я поняла, что связалась с одним из Карателей. Это было страшно, учитывая, какие сплетни ходили про их банду.

Я ушла тихо, без лишних расспросов. Тогда я чётко решила, что нам такой отец не нужен. Сейчас жизнь Гордея изменилась. Но грехи прошлого никогда не смоются с его рук. Отпечаток убийств, совершённых им, будет с ним всегда. А если за ним придут? Если посадят?

И ведь я уже не смогу уберечь дочь. Теперь она знает, кто её отец. Мало того, Карине нравится Гордей.

Когда я слышу последний вопрос дочери, а в ответ тишину. Решаю вмешаться, чтобы Карина не питала надежд. А ещё хуже, если он скажет правду, а он скажет. Он всегда говорит честно, даже если это может ранить.

– О чём секретничаете? – захожу в палату и делаю вид, что ничего не слышала.

У Гордея взгляд такой странный, ясный, что ли. Смотрит на меня с теплом и пониманием.

– Мам, а почему вы расстались? – продолжает допрос Карина.

Присаживаюсь рядом с кроватью:

– Карин, давай ты не будешь лезть во взрослые дела, мы сами с Гордеем разберёмся. – кидаю быстрый взгляд на Гордея.

У Гордея довольная ухмылка, как у мартовского кота. Что они задумали? Я слышала, как он почти шептал что-то Карине, но слов не разобрать.

– Я бы тоже хотел знать. – поддерживает дочь.

– Мы об этом поговорим без детских ушей. Не дави на меня. – делаю серьёзное лицо.

Дочь переключает внимание на себя:

– Мы теперь все вместе будем жить? – спрашивает Карина.

Начинается самое весёлое. Детские вопросы, на которые трудно ответить правдой.

– Нет. – испуганно отвечаю.

– Да. – перебивает меня Гордей.

Карина смеётся над нами, а мы возмущённо смотрим друг на друга, пытаясь задавить и подчинить взглядом.

– Вы переезжаете ко мне. – заявляет Гордей, не посоветовавшись со мной.

Какого чёрта он распоряжается нашими жизнями!

– Ура! – быстро реагирует Карина.

– Гордей, давай выйдем, поговорим. – встаю со стула.

– Успеем ещё. – отвечает и поворачивается к Карине. – Какого цвета стены хочешь в своей комнате? – мило улыбается.

У меня внутри всё вскипает. Я не давала своего согласия, но Гордей думает, что может решать за нас.

– Мммм... – закатывает глаза к потолку Карина. – Сиреневые с каким-нибудь рисунком на одной стене. Пока ещё не придумала, но что-то интересное. Двуспальную кровать с балдахином. А что ещё бы такого? – задумывается дочь.

– Так, стоп! – начинаю бунтовать. – Мы с тобой живём дома. Если хочешь видеться с Гордеем, пожалуйста. Я не буду запрещать, но только никаких переездов. – заявляю безапелляционно, пока они ещё что-нибудь не придумали.

Две пары глаз устремляют в меня острые ножи, я делаю суровый взгляд и смотрю поочерёдно то на Гордея, то на Карину. Они ждут, что я сдамся, но нет, не для этого я столько лет оберегала дочь.

– Мам, ну почему нет? – расстраивается Карина и смотрит обиженно.

– Потому что мы не семья. Потому что это опасно. Потому что мы не знаем Гордея. И ещё много, потому что. – уверенно отвечаю.

– Карин, не расстраивайся, мы с мамой всё решим. – спокойно говорит дочери и поворачивается ко мне. – Позже решим. – говорит тяжёлым тоном, смотря мне в глаза.

Я понимаю, что они сговорились. Но переезд – это не игрушки!

– Обещаешь? – доверчиво спрашивает у Гордея дочь, сжимая его руку.

– Зуб даю. – улыбается он Карине. – Может, поспишь? А мы с мамой съездим за твоими вещами и привезём тебе что-нибудь вкусненькое.

У меня складывается впечатление, что я здесь лишняя. Ревность к Гордею нарастает и бьёт по нервам. Он забирает мою дочь, своим вниманием и хорошим отношением.

– Мам. – обращается ко мне Карина. – Привезёшь мой любимый мармелад? – спрашивает, укладываясь поудобнее на подушке.

– Конечно, привезу. – выдыхаю, понимая, что наша связь не потеряна, она просто раздваивается на двоих, и слегка успокаиваюсь. – Спи, дорогая, набирайся сил. – целую в щёку, тепло улыбаюсь и иду к двери.

– Я всё устрою. – шепчет Гордей и целует Карину в висок.

Мы выходим из палаты и молча идём в машину. Я ещё зла на Гордея и не хочу с ним ничего обсуждать, а вот он решил меня добить.

– Юленька, золотце, ты куда так бежишь? – ехидно так, аж бесит.

– Гордеюшка, я безмерно благодарна тебе. – резко останавливаюсь и поворачиваюсь к нему. – Но ты перебарщиваешь! – тычу в его грудь пальцем, когда он почти врезается в меня.

– А где я перебарщиваю? – смотрит на меня с хитрой улыбкой.

Его забавляет моё состояние. Гордей абсолютно уверен в своей правоте, и плевать ему на то, что чувствую я.

Задираю голову, чтобы видеть его глаза:

– Везде! На что ты настраиваешь мою дочь? Что ты ей шепчешь, пока я не слышу? – задаю вопросы в его довольное до невозможности лицо.

– Ты видишь заговоры там, где их нет. И ещё вспомни наконец, что Карина и моя дочь тоже. – нагло заявляет мне в лицо.

Меня сейчас порвёт от злости. Неужели он сам не понимает кто он и кто мы. Зачем он подвергает нас опасности, что за блажь?

– Я не хочу, чтобы в один прекрасный момент пришли люди и поубивали нас за твоё криминальное прошлое, или посадили тебя лет так на двадцать. Ты подумал о нас? В частности, о Карине, подумал? Зачем ты впутываешь нас в свою совсем небезопасную жизнь? Объясни! – требую от него ответов полушёпотом, чтобы в больнице никто не услышал подробностей.

Гордей смотрит по сторонам, хватает меня за руку:

– Идём. Больница не место для таких разговоров. – ведёт меня за собой в машину.

42 глава

Гордей

Доезжаем до дома Юли молча. Оба злимся друг на друга. У нас нет связи, которая должна быть между мужчиной и женщиной. Меня это бесит, а Юльку, видимо, устраивает.

Ведь это она устраивает бойкоты. Она меня отшивает по поводу и без. А я хочу сближения. Хочу стать для неё близким человеком. В конце концов, хочу её!

И кому нужны мои хотелки? Естественно, только мне одному. А без Юльки мои хотелки неосуществимы.

Принимаю решение брать быка за рога, точнее, Юльку за ляжку, а ещё точнее, сердце её хочу и сердцевину, которая явно ниже пояса.

Что делать? Соблазнять! Как?

Вот хрен знает как! Она же сама не знает чего хочет. Явно хочет нормального мужика, который сделает всё для неё и дочери. Так, вот он я! Чем не нормальный мужик?

Прошлое моё ей не нравится? А мне её прошлое нравится? Нет! Один-один! Что там ещё? Боится, что грохнут или посадят? Да не проблема! Свалим в тёплые края и начнём жизнь заново.

Каринку я уже люблю всем сердцем. Юльку, не знаю. Тянет меня к ней. Дико тянет. Она как сладкая конфетка в колючей обёртке. Если получится снять и не уколоться, то растает на языке молочным шоколадом.

Да у меня даже баб других не было, за то время, что я кручусь вокруг Юльки. А почему, кстати? Неужели реально моя? Я ведь и не хочу других. Тоскую и думаю о ней, когда не вместе.

Кажется, я попал. Именно этого я всегда опасался. Но больше не боюсь. Мне в кайф ощущать Юльку рядом и думать лишь о ней. Холодно ей или жарко? Надо будет, обогрею, а нет, так создам прохладный ветерок. Вот меня понесло.

Так же молча поднимаемся в квартиру. Юлька идёт в комнату собирать вещи Карины, я следом за ней. Здесь нам никто не помешает.

Подхожу со спины, сминаю плечи руками, носом утыкаюсь в волосы на затылке. Юлька замирает, скукоживается, будто спрятаться хочет, а не где.

– Давай уедем? Далеко-далеко. Будем жить на берегу моря. Карине пойдёт на пользу солёный воздух. Мы втроём. – дышу её запахом, а голова кружится.

Вредная Юлька из прошлого, всё-таки я не ошибся тогда. В юности нам было более чем хорошо. А если вспомнить, то получается и тогда, кроме неё, я ни с кем не мутил. Она уже тогда отдавала мне столько, что я хавал ложками и насыщался сполна.

– Нет, Гордей, у нас разные пути. – скидывает мои руки с плеч и продолжает складывать вещи в сумку.

– Ошибаешься. Не зря наши пути пересекаются. И дочь у нас посмотри, какая получилась. – подхожу к ней, разворачиваю к себе и впечатываю в дверку шкафа. – А я сына хочу. – широко улыбаюсь, поглаживая большим пальцем её подбородок.

Могу взять наглостью, но это сделает только хуже. Я всё равно дождусь, когда Юлька сдастся.

Она смотрит со скепсисом, будто я глупость сказал. Но я уверен в своих желаниях. Я долго к ним иду, но если хочу, то со всей душой.

– Найди себе молодую девушку, которая будет твои хотелки удовлетворять. Вот она тебе и родит. А мне это не нужно. – говорит и смотрит на мои губы.

Провоцирует или ненамеренно? Даже думать не хочу. Попробовать хочу. Вкус запечатлеть.

Наклоняюсь ближе, к уровню Юлькиных губ:

– Сама себя обманываешь. Ты же хочешь меня, но отрицаешь. Зачем? – кружу возле её губ из последних сил, выжидаю ответа.

– Не хочу. Завышенное эго, это не то, что мне нравится в мужчинах. – говорит проникновенно с долей иронии.

– И что же тебе нравится. – шепчу ей в губы, проводя тыльной стороной пальцев по щеке.

Её дыхание сбивается, грудь непозволительно высоко вздымается, задевая мою грудную клетку. В комнате становится жарко.

– Не надо, Гордей, мы не можем. – не отвечает на мой вопрос, но в её словах я слышу то, что хотел услышать.

– Можем и хочем. – касаюсь её губ своими и погружаюсь в нежность момента.

Невесомые касания как крылья бабочки. Они сводят с ума и погружают в жгучую страсть. Её губы мягкие, податливые. Целую их со всей жаждой, на которую способен. Нас уносит в водоворот желания.

Наслаждаюсь вкусом и ласками наших губ. Ликую, что добрался беспрепятственно до желанной женщины.

Она обнимает меня за шею и так же, как и я, отдаётся в поцелуе полностью. Наш поцелуй глубокий, терпкий.

Рукой добираюсь до пуговок на её блузке, расстёгиваю верхнюю, вторую...

– Нет, Гордей! – резко отталкивает меня.

Я в полном шоке от её поступка. Желание, растёкшееся по телу, ударяет в мозг. Неудовлетворённость заставляет делать хреновые поступки.

Хватаю её руки и снова впечатываю в дверку шкафа:

– Нельзя так обламывать, Юляяяя. – лбом врезаюсь в её лоб.

– Нельзя так нападать, Гордей. – тяжело дышит она.

– Юлька, выходи за меня, всё у нас получится. Вы ни в чём не будете нуждаться. – шепчу как в бреду. – Дай мне шанс доказать...

Мне невыносимо представить себе, что Юли и Карины не будет рядом со мной. Я уже сроднился с мыслью, что они мои.

Но как уговорить эту упрямую женщину? Даже поцелуй её не смог убедить в том, что мы должны быть вместе.

– Что доказать? Гордей, я неглупая молодая девчонка. Зачем мне что-то доказывать? У меня есть страхи по поводу тебя, и они обоснованы. Как тебе ещё объяснить, что ты для нас опасен? – пытается втюхать свою правоту.

Только у меня своя правда, своё видение на жизнь. Со временем и Юлька поверит в мою правду. Времени у меня куча, я подожду.

– Я не сдамся. Ты будешь моя... рано или поздно... – чеканю слова, касаюсь её губ своими и ухожу на улицу.

Я же и сорваться могу. А потом она проклинать меня будет.

43 глава

Юля

Гордей отвёз меня к Карине в больницу, а сам уехал, не сказав ни слова. Вот и закончились его отцовские чувства. А что ещё можно было ожидать от него.

Я почти повелась. Его поцелуй был таким заманчивым. Я растаяла как дура, хорошо, что вовремя оттолкнула.

Карине я привезла её любимые мармеладки и батончики. Тихо зашла в палату, разложила на тумбочке вкусняшки. Когда проснётся будет для неё сюрприз.

Стоя у окна, думала про работу. Надеюсь, Ян не уволит меня за прогулы, войдёт в положение. Но завтра нужно возвращаться в строй, иначе в следующем месяце я останусь без зарплаты. А Карине сейчас потребуется долгая реабилитация. Деньги нужны как никогда.

На Гордея рассчитывать даже не собираюсь. Стоит только понадеяться на мужчину, как он исчезнет или сложит свои лапки мне на плечи.

Пора уже привыкнуть, что настоящих мужчин немного, а постоянных ещё меньше. Но я всё ещё верю в сказки, только стараюсь не показывать это.

– Мам, а где Горыныч? – проснувшаяся дочь отвлекает меня от мрачных мыслей.

– Я не знаю. Он довёз меня и уехал. Не сказал куда, даже не спрашивай. – присаживаюсь на стул рядом с кроватью. – Карин, я вечером домой поеду, надо выспаться, а завтра на работу. Ты не обидишься? – сама не хочу её оставлять, но по-другому никак.

Карина кладёт свою маленькую ладошку на мою руку и улыбается:

– Мам, я уже не маленькая, справлюсь. Если что, буду звонить. – говорит моя повзрослевшая дочь, а у меня сердце кровью обливается, совсем не хочу оставлять её одну.

– Если хочешь, пришлю Настю. – предлагаю ей другой вариант.

– Не надо. Она приходила, пока ты домой ездила. Сказала, что завтра забежит. – отвечает Карина.

А мне Настя не позвонила, наверное, поняла что с Гордеем нервотрёпка. Ладно, потом позвоню ей.

– А что за девочка тут у нас? – влетают в палату непонятные разукрашенные личности.

До меня быстро доходит, что это аниматоры. И откуда они здесь?

Отхожу от кровати дочери к окну, чтобы дать артистам простор. Последним в палату входит Гордей с двумя букетами роз.

Пока аниматоры развлекают Карину, я смотрю на этого статного мужчину, который вместе со своим появлением в палате приносит праздник для дочери. Гордей смотрит мне в глаза и хитро улыбается.

Плохие мысли не испаряются, но появляются сомнения в их правильности. Может, я действительно слишком сильно придираюсь к Гордею? Может, дать ему шанс показать себя заботливым мужчиной?

– Это тебе. Прекрасные розы, для самой лучшей женщины. – протягивает букет и подхалимничает.

– Спасибо. – прячу лицо в бутонах, вдыхая аромат цветов.

– Как думаешь, не сильно они напрягают Карину. – обращает моё внимание на активных аниматоров.

Карина веселится, ей понравился сюрприз Гордея.

– У неё на лице всё написано. – разглядываю счастливую моську дочери.

– Я останусь сегодня с Кариной, а ты поезжай домой, тебе надо выспаться. – шепчет на ухо и кладёт ладонь на талию.

– Спасибо, Гордей. Но я бы попросила тебя приехать к ней завтра днём. Ночью она всё равно будет спать. – чувствую тепло его ладони и мурашки бегут по телу.

Моя реакция на Гордея неоднозначная. Меня тянет к нему и одновременно отталкивает. Не знаю, сколько продлится борьба с самой собой. Главное – не совершить ошибку.

– Тебя завтра не будет? – спрашивает, нахмурившись.

– Я выхожу на работу. – тихо отвечаю, потому что наши лица очень близко.

– Я поговорю с Яном, тебе никуда не надо. – обеспокоенно говорит.

– Нет, Гордей, я не привыкла подводить работодателя. После работы я тебя сменю. – задумчивый взгляд Гордея падает на мои губы, и я замираю.

– Значит, самостоятельная. Мою помощь принять гордость не позволяет? – переводит взгляд на мои глаза.

Его слова упрёком ложатся на сердце. Не нравится мне разговаривать на такой волне.

– Давай не будем. Всё остаётся по-прежнему. – отворачиваюсь в сторону Карины и пересекаюсь с ней глазами.

Дочь счастлива, но в этот момент успевает следить за нами.

Гордей сжимает мою талию, видимо, сдерживая себя от ненужных разговоров. Делаю вид, что не замечаю его руки на своей талии.

По идее я должна отстраниться. Но у меня нет на это сил. Его близость слишком заманчивая.

Кажется, я быстро сдаюсь. Мои принципы и убеждения лишь в голове, а тело млеет.

Пока стараюсь дышать ровно, Гордей кладёт второй букет на подоконник и обнимает меня двумя руками.

– Гордей, прекрати. – шиплю на него, когда чувствую его губы на виске.

– Ты так вкусно пахнешь, не могу сдержаться. – шёпот в ухо.

В этот момент аниматоры заканчивают программу и прощаются с Кариной. Гордей отвлекается от меня, берёт букет с подоконника и подходит к Карине:

– Это тебе, красотка. – протягивает букет.

Дочь забирает и вдыхает аромат цветов:

– Какие красивые. – почти пищит от радости. – Горыныч, ты волшебник!

– Я не волшебник, я только учусь. – отвечает тепло улыбаясь.

Пока дочь с отцом общаются, нахожу медсестру, прошу у неё ёмкости под цветы. У них в отделении оказываются вазы. Чему я сильно удивляюсь. Вот такие современные больницы, есть всё.

Расставляю вазы с букетами по палате, чтобы у Карины всегда было хорошее настроение. Целую дочь на прощание и еду домой.

Гордей остаётся с Кариной. Понимаю, что они могут секретничать, ещё и заговор против меня устроить. Но делать нечего. Мне нужно немного отдохнуть, я уже с ног валюсь.

Дом, милый дом. Наконец-то можно немного расслабиться. Набираю в ванну воды, растворяю расслабляющую соль и укладываюсь в слегка горячеватую воду.

Все мысли в сторону. Хочу просто забыться и ни о чём не думать. Закрываю глаза и вижу лицо Гордея.

Что за напасть. Уйди из моей головы. Я прогнала тебя оттуда много лет назад и больше не хочу возвращать.

Вот почему нельзя отключить мозг, хотя бы на час? Почему у нас нет такой функции?

Вода быстро остывает или мне так кажется. Приходится вылезти, укутаться в полотенце и высушить волосы.

Звонок в дверь насторожил, я вышла из ванной комнаты, посмотрела в глазок и решила не открывать.

Постоит и уйдёт. А если что-то с Кариной? Блин, придётся впустить. Открываю дверь и вижу решительный взгляд Гордея.

– Что-то с Кариной? – обеспокоенно спрашиваю.

– Карина спит. – оглядывает меня с головы до ног.

Я жалею, что не стала надевать халат. Его глаза как сканер, раздражают каждую клеточку тела.

– Тогда что случилось? – не перестаю переживать.

Гордей делает шаг ко мне, я делаю шаг назад.

– Я больше не выдержу! – резкое движение рукой в мою сторону.

Хватает меня за узел полотенца и притягивает к себе. Я ударяюсь о его грудь, дух вышибает из лёгких, а губы горят от жадного поцелуя.

44 глава

Юля

– Стой, стой, подожди, Гордей. – пытаюсь увернуться от его губ, но всё напрасно.

– Никаких подожди, ты моя женщина! – впивается в губы и пятит меня в комнату.

С его напором совладать сложно, особенно когда понимаю, что не хочу сопротивляться. Обвиваю руками его шею и поддаюсь соблазну.

Его поцелуи жадные и опасные. Может быть, я пожалею о произошедшем, но это будет потом.

Стопоримся возле кровати, бешено целуемся. Страсть бурлит в венах, растекается раскалённой лавой, поднимая температуру тела.

Гордей словно одержимый блуждает руками по телу и сдёргивает с меня полотенце. Я остаюсь полностью нагая перед ним и чувствую власть, которой он обладает над моим телом.

Пока он исследует моё тело, я расправляюсь с пуговками на рубашке. Скидываю с него ненужную тряпку и прижимаюсь к его груди.

Бешеные мурашки табуном проносятся по коже, оставляя лёгкий флёр прохлады. Так, приятно чувствовать его тело. Незабываемо тереться горошинами о его стальные мышцы.

Его идеальное тело вызывает восхищение. Голова кружится от избытка чувств, а тело млеет от страстных касаний.

Низ живота ноет от желания, посылая импульсы пульсации. Наше общее желание такое безумное и сумбурное.

Мне просто некогда задуматься над своими действиями, я парю в своих желаниях и потребностях.

Гордей снимает брюки и укладывает меня на кровать. Сам ложится рядом и снова целует до безумия.

Его рука скользит по шее, груди, сжимает и сходит с ума от возбуждения. Его руки действуют на меня как красная тряпка. Сама поддаюсь, изгибаясь, чтобы он не прекращал меня ласкать.

Дикое желание прошибает тело искрами. Мне хочется почувствовать Гордея внутри себя. Снова быть с ним единым целым. Не думать о том, что потом может быть больше. Забыть обиды прошлого и просто любить, как раньше.

Его ладонь скользит по бёдрам и проникает между ног. Чувствую, насколько там влажно. Как сильно я жажду его.

Моё тело всё ещё помнит, как Гордей умеет ублажать. Как он старается быть чутким вовремя секса.

Его пальцы растирают смазку по чувствительным складкам, находят ту самую горошину, которая сводит с ума нас обоих. Нежно и бережно натирает её круговыми движениями.

Мне впору выть. Напряжение возрастает в геометрической прогрессии. Стоны летят в губы Гордею.

– Да, вот так. Тебе нравится? – блуждает глазами по искажённому от возбуждения лицу.

– Да. – вышибает вместе со стоном. – Не останавливайся.

Говорю как в бреду и снова чувствую губы и язык Гордея во рту. Это за пределом моего понимания. Гордей умеет довести меня до пика за считаные минуты.

Оставляя ладонь на горошине, пальцами ныряет в сочащуюся дырочку. Просто двойной удар по моему и так невменяемому состоянию.

Бёдра сами зажимают руку Гордея, а пульсация внутри меня разносится эхом по всему телу.

Рука Гордея замирает, а губы расплываются в улыбке.

Чувствую приятную истому по всему организму. Мне так хорошо, что я забываю, где нахожусь.

Гордей пользуется моим состоянием и укладывается между ног. Медленно натирает горошину нежной кожей ствола и целует губы.

Его язык требовательный, погружается глубоко в мой рот, заполняя своим вкусом и заставляя забыть обо всём на свете.

– Да, малышка, я помню твои бурные оргазмы. – прикусывает нижнюю губу и снова заполняет мой рот.

Гордей дразнится, но не входит. А мне так хочется. Я вся горю от желания. Одного оргазма мне мало. С ним я полностью расслабляюсь и забываю про контроль.

Всегда так было, такое не забывается.

Скольжу руками по его спине, царапаю ногтями, ловлю каждый момент и растворяюсь в нём.

Ствол Гордея скользит вниз по влажным складкам и упирается в жаждущий вход. Чувствую давление скользкого ствола и поддаюсь вперёд со стоном блаженства.

Он проникает в меня глубоко, нежно растягивая, заполняя на всю длину. Я замираю в этом моменте и наслаждаюсь. Давлюсь стонами, набирая побольше воздуха.

– Юлька... – выдаёт Гордей на выдохе, сотрясаясь от чувственности момента.

Гордей начинает двигаться во мне, доставляя ещё большее удовольствие. Его движения медленные, размеренные, до самого упора.

Во мне кипит бурное желание получить разрядку. Я плавлюсь под мужественным телом Гордея. Меня разносит в щепки, как никогда.

С ума схожу от движений во мне. Извиваюсь всем телом и ловлю волны непередаваемых эмоций.

Мы, как конструктор лего, собираемся в единый организм, идеально склеиваемся пазлами. Ощущение именно такое, идеальная совместимость в сексе. Будто нас подгоняли друг под друга организмами, строением тел.

Гордей ускоряется, действуя на инстинктах. Всё это время не можем прекратить терзать губы друг друга.

Я чувствую дикую похоть и слабость перед Гордеем. Никогда бы не подумала, что так бывает.

Шлепки наших тел раздаются эхом по комнате, стоны забивают уши. Низ живота в напряжении. Ловлю ощущения его твёрдости внутри себя и разрываюсь на частицы. Меня взрывает бурей эмоций. Пульсацией забивает сознание. Эйфория разносится по телу и сознанию.

Следом чувствую бурный выплеск внутри себя, стон Гордея, дрожь во всём его теле и нежные поцелуи.

Нас накрывает волной экстаза и растворяет в друг друге. Хочется водить пальцами по его коже, вырисовывать странные узоры и просто наслаждаться моментом.

Гордей ложится рядом со мной, кладёт руку на мой живот и нежно гладит:

– Я хочу, чтобы у нас родился сын. – говорит хрипловатым голосом. – Юлька, только представь. Малыш, похожий на меня, будет бегать по дому. Тянуть свои маленькие ручонки ко мне и называть папой. – трепетно говорит.

А я слушаю Гордея, выплываю с облаков, в которых глупо находилась последние минуты. Снимаю розовые очки и понимаю, что Гордей не изменился, он тупо изменил свою цель.

Если раньше он гордился своей холостяцкой жизнью и наслаждался ей сполна. То сейчас он хочет гордиться семьёй. И для этой цели у него уже есть дочь, осталось только родить сына. И план минимум – выполнен. Нет в нём чувств ко мне. Он любит лишь себя.