Текст книги "Хозяйка Кристальной пещеры (СИ)"

Автор книги: Дара Хаард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Все трое переглянулись, как заговорщики, а я дала им время собраться для разговора и стала пить взвар. Избивать меня не собираются, насиловать, славам богам, тоже не будут. Так что можно расслабиться и спокойно обдумать, что делать.

– Узнай, как можно получить аудиенцию у короля, —Катя подоспела со своими подсказками, – я узнала, кто такой этот в рясе. Он провидец.

– Умеет видеть будущее, – я удивленно посмотрела на мужчину, отчего он чуть не подавился едой. Вот же, нужно быть аккуратней, а то они поймут, что я с кем-то разговариваю. Дроу недовольно покосился на провидца и заулыбался, когда я посмотрела на него. Тебе-то, чего от меня нужно?

Квик догрыз морковь и принюхивался к взвару в моих руках, пить хочет.

– Горячо, сейчас—я взяла ложку и стала остужать мелкому взвар.

– Вот вода, – дроу оказался быстрым и сел с другой от меня стороны, протягивая квику воду в небольшой чашке.

Квик чихнул на него и зашипел.

– Не пугай животное, – инквизитор посмотрел на брата за моей спиной, а у меня от его дыхания волоски на затылке зашевелились. Я обернулась к инквизитору сказать, что не нужно так на меня дышать и замерла, завороженная его взглядом. Магнетический, жаркий, который медленно перетек с моего уха на лицо и сжег все мое самообладание. Никогда на меня так не смотрели мужчины.

Даже муж, который в начале наших отношений был очень пылким возлюбленным, так не смотрел. Это не передать словами, такое нужно увидеть, почувствовать. Его губы красные, влажные, чувственные изогнулись в улыбке, мое сердце дрогнуло и зашлось в бешеном ритме, а все слова и возмущение вылетели из головы.

– Квик скорее всего, чувствует в нем тьму, – сказал мне инквизитор, а я заторможенно кивнула и повернулась к дроу.

– Вам лучше не подходить к нам близко, я не знаю, как ваша тьма будет реагировать на меня и квика.

– Но почему он не изменяется?– я с облегчением поняла, что дроу интересна не я, а мой питомец.

– Он привязан ко мне магически.

– А ты? Почему ты жива, Олли Чер?

– Мед…– рык инквизитора был очень пробирающим, но дроу оскалился в улыбке, показывая острые клычки, и пересел к провидцу, который уже поел и сейчас рассматривал нас всех добрым все понимающим взглядом.

– Все-все, я отстал, но, надеюсь, ты мне все расскажешь, брат.

Провидец и дроу собрали посуду и пошли к повозкам, а мы остались с инквизитором одни.

– Я спросил провидца, могу ли я тебя вытянуть к себе, – сказал мне мужчина, – и он сказал, что делать это нужно в пещере, где нет кристаллов. Не знаешь почему, Олли?

– Провидец увидел, что ты можешь уйти путями , – тут же выдала Катя, а я покачала головой.

– Я не знаю, – твердо ответила полудракону, не буду же я лишатся своего козыря. – Мы вернемся в город?

– Да, вернемся, Олли, но не раньше, чем ты расскажешь мне все о себе.

– А как ты поймешь, что я говорю правду? – я улыбнулась на пристальный взгляд инквизитора, чтобы хоть как-то скрыть смущение.

– Я инквизитор, я чувствую тьму и ложь, Олли, и странно, что ты этого не знаешь. И зови меня Аньян, Аньян Раш к твоим услугам, истинная. Именно поэтому я вызвал тебя, Олли Чер.

Я выдохнула:

– Что ему можно рассказать, Катя?

– Думаю, все.

– Что? – я чуть рот не открыла, потом поставила недопитый взвар на камень рядом. Квик тут же бросил пить воду и стал нюхать взвар, но тот еще был горячим, и мелкому пришлось опять пойти к чаше с водой.

– Он, твой истинный, Олли, ты просто пойми, он сделает для тебя все.

– Не верю, – я сглотнула комок в горле. – Мой муженек тоже клялся в вечной любви и что в итоге?

– Не сравнивай своего человеческого мужчину и дракона.

– Полудракона, – я заспорила с сайгоном.

– Тем более, – Катя была непреклонна, – у дроу жуткий матриархат, там решают все женщины. Мужчины дроу боготворят своих женщин. Со всех сторон он будет с тебя пылинки сдувать, Олли.

Я выдохнула, а потом поняла, что сижу и тереблю кончик пояса.

– Как он говорит с тобой?

– Что? – я с удивлением посмотрела на инквизитора.

– Как сайгон говорит с тобой? Я читал древние свитки, там говорилось, что сайгоны были как живые помощники и могли говорить внутри тебя голосом.

– Да, она говорит, – я все еще не верила, что могу рассказать инквизитору все.

– Она?

– В самом начале можно выбрать, каким голосом с тобой будет говорить сайгон и как будет выглядеть, – я произнесла про себя «алло» и на руке тут же появились мои навороченные смарт-часы. Видимо, во время перехода сюда сайгон скрылся внутри тела.

Инквизитор завороженно рассматривал мой девайс.

– Можно? – он посмотрел на руку.

– Конечно, – я кивнула и подала ему свою руку. Аньян аккуратно поворачивал ее, рассматривая визуал сайгона.

– Удивительно, первый сайгон за столько сотен лет, – его пальцы коснулись моей кожи, я вздрогнула и отняла руку.

– Сайгон советует довериться тебе и все рассказать, – я пристально взглянула на инквизитора.

– А ты с ней не согласна, – кивнул мне Аньян.

– То, что ты меня сюда вытянул, не внушает доверия, – я кивнула и погладила квика по голове. Мелкий оттопырил пузико и лежал у меня на коленях, прикрыв глаза.

– Я не мог по другому, Олли. Я должен быть рядом с тобой. Но как найти тебя я не знал.

– Если ты думаешь, что я сейчас заплачу от радости и кинусь к тебе на шею, с поцелуями, то ошибаешься.

– Я надеюсь, что смогу завоевать тебя, Олли.

– Я не крепость, чтобы меня завоевывать, – фыркнула я.

– Ты цепляешься к словам, – тут же упрек от Кати, – чем быстрее ты доберешься до города, тем быстрее вернешься домой. Там грибы хозяйничают, не забыла?

Я выдохнула. Нужно успокоится.

– Я расскажу тебе все, инквизитор, но требую от тебя клятву о неразглашении.

Аньян спокойно воспринял мои резкие слова о крепости и кивнул.

– Я клянусь кровью и жизнью, что все, сказанное Олли Чер, останется между нами.

Вокруг него взметнулась золотистая магия, которая, чуть покружив, между нами, упала на его запястье красивыми рунами.

– Надо же, золотой дракон, – в механическом голосе Кати промелькнуло удивление.

– Это что значит?

– Раньше золотые драконы были королями и императорами, род большой, не удивительно, что кто-то из них был в пещерах гномов в ту роковую пору.

– Налить тебе еще взвара? – Спокойно спросил Аньян, пряча татуировку рукавом рубахи.

Я покачал головой, настраиваясь на то, чтобы открыться совершенно чужому чело… мужчине.

– Я – душа чужого мира, – сказала я. И успела заметить, как вздрогнул инквизитор, не так он спокоен, как хочет показаться. – Я знаю, что не первая странница в вашем мире.

– Откуда?

– Подожди, все по порядку, – я недовольно посмотрела на инквизитора, и он кивнул, улыбаясь. Я еле сдержалась, чтобы не улыбнутся в ответ. Вот как он это делает, что у меня разум сразу отключается, стоит на него заглядеться?

– Это делает ваша магическая связь, – тут же проинформировала меня Катя.

– Обидно, что не по своей воле.

– Ты не понимаешь. Вы все равно понравились друг другу, но прошло бы больше времени и, скорее всего, вы потом не встретились, а магия, она показывает. Вот, этот мужчина или женщина твоя половинка. Это, наоборот, очень упрощает выбор того, с кем у тебя сродство душ и будем сильное потомство.

– Так вот, – продолжила я голосом, – Я легла спать у себя дома, а проснулась в теле Олли Чер, когда вы собирались скинуть меня в пропасть…

Я рассказывала медленно, с расстановкой, попутно отвечая на уточняющие вопросы инквизитора.

–Драконы не виноваты в заражении столицы, Олли, – покачал головой Аньян, – вернее, не все драконы, – мужчина поморщился, – Я расскажу тебе о тьме чуть позже.

– Мне нужно отдать королю последние разработки по очистителям от тьмы. Командор Фобос жизнь отдал, чтобы они попали к королю.

– Героическая личность, – Аньян потер ладонью лоб, – о нем до сих пор баллады слагают. Помог спасти почти половину тех гномов, что выжили в то время, а сам остался охранять пути . Значит, он был заражен… Очень жаль, может быть, выживи он тогда, не было бы столько жертв…

Я кивнула Аньяну и выдохнула. Ну вот, рассказала все, кроме того, что могу переходить путями . В свою пещеру я попала, потому что командор открыл мне путь . Пришлось соврать, а что поделать, не настолько я доверяю инквизитору, чтобы рассказать все. И о грибах не рассказала, а вот о пещере эльфов рассказала. Нужно же было объяснить, откуда у меня взялся эльфийский квик. Хотя могла бы сказать, что в стазисе был. Вот дурында. А и ладно. Мне эта эльфийская пещера без надобности. Свою бы восстановить.

– Благодарю за доверие кристалл, души моей, – я скривилась, не нравится мне быть чьим-то кристаллом. Но Аньян не заметил моего негодования, погруженный в свои мысли.

– И что теперь? Мы поедем в город?

– Да, немедленно, завтра доберемся, если будем есть на ходу.

– В городе есть таверны?

– Есть таверны, но зачем они тебе, Олли?

– Жить, – я нахмурилась, нельзя показывать, что я могу вернутся домой в любой момент.

– Я купил нам дом в столице, Олли, как только мы приедем в первый город, сразу поженимся. Я не хочу потерять тебя, кристалл моей души. А потом пойдем путями в столицу. Пути не пропустят тебя, пока ты не станешь моей женой.

Да чтоб тебя!

– Как – поженимся? – услышала я главное.

– Как женятся все драконы, магическим ритуалом, Олли.

– А меня спросить?

– Разве ты против?

– Я против!

– Олли, это все равно произойдет, так почему бы не пожениться сразу. Если ты переживаешь, на что мы будем жить, не переживай. Я богат. Ты не будешь ни в чем нуждаться.

Я сглотнула комок в горле и потрясла головой. Мне наверное, все это снится.

– Да плевать мне на твои богатства! – возмутилась я, а бедный квик подпрыгнул, проснувшись, и смешно, хрюкнув, прижался ко мне. Я чуть глуше сказала, – Я тебя не знаю, инквизитор, и вообще кто так замуж зовет!

– Я могу позвать тебя официально.

Я всмотрелась в спокойное лицо инквизитора, в горящие белым светом в глаза, не издевается ли? Но его серьезный и заинтересованный вид говорил, что все на самом деле. Плевать инквизитору, что я чужая душа, что первая за много веков гномка с сайгоном. Все, что волнует этого озабоченного, это чтобы я стала его женой!

–Соглашайся, Олли, – голос Кати вывел меня из размышлений, – пусть думает, что ты согласна. Если ты будешь противиться, инквизитор может не отвезти тебя в город. Закроет в какой-нибудь тайной пещере и будет подарки дарить, пока не согласишься. Думаю, драконьи методы, чтобы добиться ответа от истинной, даже после столетия не поменялись. А твое согласие его успокоит, он отвезет тебя в город, а там пути , нам нужно просто добраться до путей .

– Ты издеваешься? А вдруг он целоваться полезет? Я же соглашусь быть невестой, а значит, путь открыт.

– И что? У тебя нет причин отказываться от поцелуев, твое сердце убыстряет ритм, когда ты об этом думаешь. Значит, уже не против. Будет, что вспомнить темными ночами дома.

– Такое чувство, что ты учишься быть язвой.

– Сайгон – отражение своего хозяина, – голос Кати сразу стал нейтральным. А я погладила сонного квика для того, чтобы зарядиться спокойствием, и посмотрела на Аньяна. Инквизитор наблюдал за мной. Я все время чувствовала его взгляд, и он меня нервировал. Я ему еще за полет в бездну не отомстила, а он свадьбу предлагает. И правда, чего ждать?! Я была полна иронии. Только увиделись, поцеловались и в кровать, драконят делать. Я хмыкнула и наверно покраснела от своих мыслей, потому что жар прилил к щекам:

– Я согласна, быть твоей женой, – быстро сказала я, чтобы не передумать.

– Ты не пожалеешь, Олли, – Аньян придвинулся ко мне. Его бедро ожгло меня даже через толстую ткань сарафана. – Я не дам тебя в обиду и помогу исполнить клятву командора Фобоса.

А вот это меня заинтересовало, я даже перестала краснеть и думать о том, какой Аньян в постели.

– Ты проведешь меня к королю?

– Не я, – Аньян кивнул на провидца, который кормил страшную ездовую зверюгу, – Тарус, провидец при дворе подгорного короля, он проведет тебя к нему.

Дорога в город запомнилась однообразным пейзажем, грохотом повозок, и рыком страшных животных, которых, оказывается, зовут алаторами. Они не магические, а самые настоящие. Населяли пещеры гномов еще когда гномы за кирку не знали, как браться. Потом гномы их приручили и объездили, научили есть кирков, а не разумных.

Не сказать, что между ними наступила идиллия, дикие алаторы все еще живут в природе в заброшенных пещерах, в которых еще не выросли кристаллы и плодятся очень быстро, как крысы.

Мясо кирков, кстати, мне понравилось, главное – не думать, что это просто большущая крыса. Но у кирков были отличия от крыс: они были травоядные и довольно спокойные, можно сказать, ленивые, этакие морские свинки размером с хорошую овчарку.

Несколько раз мы останавливались поесть, согреть взвар и отварить похлебку.

Аньян ухаживал за мной как за принцессой. Наверное, скажи я ему, что не могу ходить, он носил бы меня на руках. Итак снимал с повозки, будто я не могу слезть сама, и слишком долго держал на руках, не желая спускать на землю. Первый раз его брат рассмеялся:

– Ян, она не убежит, просто поставь ее на землю, – инквизитор бросил на брата предупреждающий взгляд, и дроу отошел подальше.

– Тебе не будет холодно, Олли?

Я поболтала ногами в тонких сапожках.

– Мне не будет холодно, – я старалась не смотреть на инквизитора, слишком уж его взгляд был магнетический, – поставь меня на место, квик пугается.

И правда, мелкий вскочил на край борта повозки и недовольно пищал:

– Квик! Квик! Квик! —при этом усиленно тряс передними лапками и скалил белые зубки.

– У тебя появился соперник, Ян, – хохотнул веселый дроу и тут же отпрыгнул от взгляда Аньяна, который все не желал меня поставить на землю.

– Если замерзну, я скажу, – я наверное, уже походила на красный помидор, так меня смущала ситуация в целом.

Я не помню, чтобы бабуля носила меня на руках. Как встала на ноги, во младенчестве, так и лишилась покатушек на ручках. А муж меня всего раз на руки поднял, когда мы порог съемной квартиры переступали, молодые, счастливые. А потом за все годы никогда не носил на руках, а это, оказывается, так приятно и уютно. Особенно когда прижимают к себе так, что сердце заходится, а мужской запах, горьковатый, с приятными сладковато-терпкими нотками полыни, волнует и заставляет мечтать…

– Истинные пары на то и истинные, что вы друг для друга подходите во всем, – Катя, как всегда, влезла со своей помощью. – Раньше драконов не трогали месяца два-три, пока он не успокоится, после того как нашел свою пару. Звериная сущность внутри очень остро реагирует на других самцов поблизости. Тебе повезло, что Раш наполовину дракон и, судя по всему, хорошо контролирует своего внутреннего зверя.

– Не пугай, – ответила я сайгону, – мне, конечно, приятно такое ухаживание, но страшно. В моем мире обычно так себя маньяки ведут, странно.

В общем, Аньян потребовал постелить мне под ноги шкуру, только потом поставил на нее меня и даже подал мне фыркающего на него квика, который умудрился укусить инквизитора и недовольно рявкнуть на меня, забираясь на плечо и прячась за волосами.

Аньян осмотрел место укуса, там в две дырочки проступили капельки крови, хмыкнул:

– Вырастет, будет хорошим защитником.

– Он и так защитник, – я погладила успокоившегося квика, – видел бы ты, как он грядки обихаживает, мастер своего дела, хоть и маленький.

Я смутилась под взглядом Аньяна, он смотрел на меня так, словно готов был прямо сейчас съесть. Не удивлюсь, если у него рот, полный слюней, таким голодным был его взгляд и так пристально, жадно осматривал он сразу всю меня. Того и гляди, откусит кусочек.

Ели мы с Аньяном вместе, а остальные немного поодаль. Видимо, дракону было тяжко видеть рядом со мной других мужчин, он даже на дроу рыкал и смотрел, как на мошку, которую хочется прихлопнуть. Тот шутил, но держался подальше, видимо, знает, что брат у него быстрый.

Во время отдыха Аньян был вежливым и ласковым, расспрашивал меня, как я жила в пещере. Обещал, что сразу после того поженимся, он меня туда отведет, главное, что я знаю название пещеры. Я согласно кивала, а про себя думала, что сбегу сразу же, как представится случай. Не хотелось мне замуж. Как вспомню развод свой, так все внутри восстает против повторного прохождения кругов ада.

Я спала, когда мы доехали до пещеры города. Туннели тут были широкими, в ряд сразу три-четыре повозки проедут, стены шершавые, не гладкие как в туннеле, который рыли жители «Надежды». Катя, конечно, сразу объяснила, что тут обыкновенный камень, а у меня драконья руда. Так вот, по стенам тут рос мох, который давал мрачно-зеленоватый, но все же свет. Мох вывели уже после пришествия тьмы. Он не поддавался изменениям и был хорошим подспорьем там, где еще не выросли кристаллы. Греть не грел, но давал вполне сносный свет и был неприхотливым, рос даже на голых камнях.

– Олли, ты просила разбудить, когда подъедем к городу, – Аньян тронул меня за плечо. Все это время он правил нашей повозкой и из-за грохота разговаривать было проблематично, ничего не слышно. Повозки у них настоящие колымаги без нормальных амортизаторов. Так что трясло немилосердно. Я тут же вынырнула из дремы и села, чтобы увидеть первый жилой город этого мира.

Глава 15

Отступление (несколько дней назад)

Анора Кир была все так же красива, как двадцать лет назад, когда отказалась выйти за него замуж. Ее не испортило замужество, которое продлилось два года, ее муж скончался при невыясненных обстоятельствах. Ее не испортила беременность, насколько Аньян слышал, у нее растет сын. А еще Анора Кир смотрела на полукровку с плохо скрытым интересом.

– Аньян Раш, какая встреча, – протянула драконица и без спроса уселась на лавку за его стол. При этом она положила локти на стол, как и свою объемную грудь, затянутую только в прозрачную ткань с дорогой вышивкой. – Аньян, ты не рад меня видеть?

– У меня тут встреча, Анора, и ты мне мешаешь отдыхать.

– Фу таким быть, ты превратился в настоящего грубияна, Аньян, не будь как все драконы. Меня всегда заводило твое нежное преклонение перед женщинами, доставшееся тебе от дроу.

– С годами я зачерствел, Анора, меня не прельстить оголенными прелестями и приятным голоском, – Аньян хмыкнул и, допив пенный напиток, поставил бокал на стол. – Ты пришла с подругами, так иди и отдыхай с ними.

– Аньян, – Анора очень наигранно обиженно поджала губки, – ты не мог так изменится! Ты мой ласковый зверь… – голос девушки стал воркующим. Она даже задышала быстрее, а в глазах появилась так знакомая Аньяну страсть. Анора была очень темпераментна, как все драконицы. Истинную пару можно не встретить за всю свою жизнь, а зов плоти у ящеров силен. У них всегда были проблемы с рождением потомства, так что природа позаботилась, чтобы они не вымерли совсем, наградив горячим темпераментом.

– Ты выкинула ласкового зверя, Анора, а бездомные быстро перестают быть ласковыми, – Голос Аньяна стал жестким и холодным, – Встала и ушла отсюда!

Полукровку раздражала эта женщина, он не понимал, как он раньше мог польститься на ее ужимки и игру. Эти быстрые моргания длинными ресницами, для создания невинного и наивного вида, медленные движения, когда драконица показывает все выпирающие части своего тела. А вот в ее глаза он раньше не всматривался, а зря.

В ее глазах был холод и голод жадной до развлечений гулящей девки. Даже замужество и рождение ребенка не изменило привычки драгоценности рода Кир на низменные страсти.

– Как ты смеешь?! – от наивности драконицы не осталось и следа, – ты забываешься, полукровка!

– Ого, уже не ласковый зверь, – насмешливо хмыкнул Аньян, выводя из себя и так не блещущую разумностью и самоконтролем самку.

– Ты пожалеешь, Аньян! Не настолько ты взобрался наверх, чтобы пренебрегать мною. Мой род может сильно попортить тебе карьеру, полукровка!

– Уже предвкушаю наши битвы, Анора, неужели у рода Кир появились воины? Неужели род торговцев смог породить сильного дракона?!

Анора зашипела от злости и вскочив, ринулась прочь из таверны под оклики своих недоумевающих подружек.

Аньян проследил за тем, как разозленная драконица унеслась от него, и выдохнул, стараясь унять раздражение. Чужие самки сейчас его ужасно бесили. Он хотел видеть возле себя только одну девушку и собирался очень скоро сделать все, чтобы Олли Чер была рядом с ним.

Дверь в очередной раз открылась, и Аньен довольно улыбнулся, пришел тот, кого он ждал. Тарус Иволь, самый спокойный однокурсник в магической академии, у которого открылся редкий дар прорицателя. Тарус единственный смог пройти на службу во дворец подгорного короля. Но не зазнался и частенько приходил на их старое место выпить гномской медовухи. Тарус был, как и Аньян, полукровкой с тем отличием, что отец у него был гном, а мать – человеческая женщина, ведьма. Видимо, от нее и достался прорицательский дар другу.

– Я не ошибаюсь, это Анора Кир выскочила из таверны, чуть не сбив меня? – Тарус сел за стол Аньена и потянулся к кувшину. За эти годы, что прошли после академии, худенький паренек превратился в дородного мужчину с густой гномской бородой, которую прорицатель аккуратно заплетал в две косицы. На его лбу мерцал знак прорицателей, руна познания, а в голубых глазах застыло спокойствие, которое защищало Таруса от трудностей жизни.

– Да, это она, – кивнул полукровка, кивнув Тарусу, и сразу перевел разговор в другое русло. – Приветствую королевского прорицателя, – губы Аньяна уже не сдерживали открытую улыбку.

– Ох уж эти придворные, – покачал головой Тарус, – ты не представляешь, какая клоака там во дворце. Все друг на друга доносят, все друг друга подсиживают. Король варится в этой гадости и становится таким же недоверчивым.

– Не поверю, что Оскар позволит изменить себя каким-то придворным интригам.

– Он живой, Аньян, и на его плечах лежит большая ответственность.

Когда-то Аньян познакомился с искателем Оскаром и даже успел сходить с ним два раза в древний зараженный город. Пока сбежавшего принца не поймала тайная стража и не водворила назад во дворец. Как давно это было… Аньян вздохнул.

Тарус выпил залпом медовуху и со стуком поставил кружку на каменный стол.

– Так зачем ты меня звал, Светлый Раш?

– Сразу к делу, – кивнул Аньян, – Хорошо. Мне нужно, чтобы ты узнал, где и как мне вытянуть к себе истинную.

– Ого, – прорицатель удивленно посмотрел на друга, – ты уверен, Ян?

– Уверен, я пытался ее притянуть, вернее, мой зверь, но притягиваю только душу, не тело. Я чувствую ее, но не вижу.

– Как же ты ее упустил? – Покачал головой Тарус.

– Помнишь, меня отправляли в поездку по дальним сводам, там стали появляться древние артефакты. Из-за них мы потеряли две деревни.

– Да, припоминаю, меня вызывали в ваш департамент для консультации.

– Так вот, моя истинная с сайгоном внутри, Тарус.

– Сожалею, – прорицатель нахмурился, – Хорошо, что ты полукровка, ее смерть не так сильно ударит по тебе. Ты узнал, откуда стали появляться сайгоны?

– Ты не понял, Тарус, она не собирается изменяться. Она жива и здорова, а прошло уже несколько дней.

– Постой, – прорицатель даже замер, – ты кому-то об этом говорил?

– Только Медеусу.

– Не смей докладывать в департамент, – прорицатель замолчал.

– Что? Да говори же Тарус, – Аньян замер, пристально разглядывая замершего друга.

– У меня было видение уже несколько раз. Одно и то же. Девушка, рыжеволосая, со странным зверем на плече, с большим посохом в другой руке, стоит на выходе из пещер. Я видел наземный мир, Ян, там за ее спиной был ветер, синее небо, как рисовали его художники древности, и яркой желтый круг на этом небе, наша звезда. Там не было тьмы, Аньян. Эта девушка – знамение. Ты знаешь, обо всех своих видениях, я должен докладывать королю. Так что в тайной страже об этом знают. Ян, твоя истинная – рыжая?

Полукровка замер, обдумывая слова прорицателя.

– Ты думаешь, что сайгоны раскидывали специально? Ждут, когда кто-то станет магом древности? – догадался он, не отвечая на вопрос друга.

– Я не единственный прорицатель в подгорном королевстве, Ян. Кто-то нашел сайгоны и решил ими воспользоваться. И если прорицание видел не я один… то любому знающему понятно – девушка в видении с сайгоном, на ней древние руны. А это значит, она полностью прошла слияние с древним артефактом и может управлять путями . Соединяем вместе сайгоны и желание найти или создать своего мага древности. Получается, кому-то это нужно.

–Как-то натянуто, – скептично изогнул бровь Аньян. – Зачем им такие трудности? Разбрасывать сайгоны, ждать, когда маг древности пройдет слияние. Да и зачем он им? Открывать пути ? Так все пути блокированы. Да если бы они были свободны, ходить путями опасно, можно прийти в зараженные своды, где живут измененные твари. Я больше склоняюсь к тому, что это секта темных, – покачал головой Аньян. – Они также действовали несколько столетий назад. Внедряли сайгон в смертника, и, пока тьма не убила носителя, он успевал открыть пути для пришествия тварей из нижних сводов.

– Темных всех уничтожили сразу же после падения древней столицы. Сам знаешь, какие головы полетели. Они были во всех слоях, и бедных, и богатых.

– Я не верю, что уничтожили всех, Тарус. Скорей всего, кто-то затаился. И сейчас, спустя пару веков, когда мы ослаблены, решили проявить себя. Драконов мало, и многие из них не бойцы, а остальные расы стараются уничтожать искры магии, чтобы жить больше. Без магов нам не справится с большим нашествием.

Тарус задумчиво пил медовуху и не отвечал другу. Те, кто поклонялись тьме, были врагами. Врагами всего живого. После падения древней столицы гномов много грязи вытащили на свет, очень многое стало понятно.

Тьма не пришла в мир с неба. Ее создали темные сектанты, те, кто ненавидели эльфов и мечтали уничтожить эту светлую расу, считая их угнетателями. Самым ужасным было то, что были замешаны все расы: драконы, люди, гномы… темная гадость просочилась во все наземные и даже подгорные королевства. И узнали о сговоре очень поздно, когда весь мир уже накрыла тьма. Слишком много в нем было света, которым питалась черная смерть. Эльфийские артефакты были у всех, и тьма пожирала магию эльфов, разрастаясь все больше и больше.

Но темные на этом не успокоились, тут в подгорном королевстве их было тоже довольно много. Почти в каждом роде паршивая овца… Но переворот, который затеяли темные сразу же, как пала столица подгорного королевства, потерпел неудачу. Все расы сплотились и уничтожили сектантов. Это были страшные времена, когда врагом мог оказаться любой, даже родной и близкий.

– Судя по тому, что ты не ответил, – сказал Тарус, – она рыжая.

– Я не хочу вмешивать Олли в эти дела, Тарус, – резко ответил Аньен. – Она моя истинная, кристалл моей души. Я горло перегрызут всем, кто решит воспользоваться ее силой.

– Да успокойся ты, – прорицатель усмехнулся, – я же не против защищать твою истинную, Ян. Для дракона это большая редкость, а для таких, как ты, полукровок, вообще что-то нереальное. Но мы должны рассказать Оскару.

– Я не верю ему, – покачал головой Ян, – сам говоришь, что он меняется. Ты представляешь, что начнется, если кто-то узнает, что у нас есть настоящий маг древности? Сколько будет желающих открыть свои древние сокровищницы, которые без сайгона открыть невозможно.

– Оскар – король, Ян, и у него больше возможностей защитить вас. Я расскажу тебе, как вытянуть истинную, если ты разрешишь мне рассказать королю о маге с сайгоном.

Аньян задумался, потом вздрогнул, когда одна из девушек слишком громко рассмеялась. После ухода Аноры ее подружки довольно весело проводили время и без нее. Полукровка тряхнул головой и провел рукой по лбу, словно стирая все тревоги и сомнения.

У него все получится. Истинную притянет, подтвердит связь и не выпустит из постели, пока она не будет беременной его ребенком. Зверь у Аньяна хоть и слабый, и полный оборот полукровка не может делать, но инстинкты работают, как у всех драконов. Что мое – не отдам!

Потом были сборы и переход в город, где живет Медеус. Если для Аньяна, как на инквизитора были открыты пути на все старые порталы, а прорицатель, как дворцовый служащий, тоже имел право ходить путями , то у Медеуса и его группы таких прав не было. Поэтому было решено искать истинную из города, где обитал Медеус. Тем более прорицатель сказал, что там самый короткий промежуток до девушки, и будет легче до нее дотянутся.

В соседней с этим городишком пещере они будут делать вызов. Свиток, как чертить пентаграмму, прорицатель взял в дворцовой библиотеке. Ни одна истинная не ускользнет от такого призыва.

Почему-то ему было видение, что обязательно нужно вызывать подальше от города.

– Думаешь, уйдет путями ? – спросил Аньян, – Все пути уже давно заблокированы от посторонних.

– Я не знаю Ян, – сказал Тарус, – мне было видение, как его расшифровывать думай сам.

Полукровка сдался. Еще ни разу видения прорицателя не подводили. Пещера, до которой были сутки пути по туннелям, давно очистили от спор тьмы, но кристаллы еще не выросли, и пока она использовалась как промежуточная база отдыха для караванов.

Сначала долго и скрупулезно рисовали пентаграмму, потом напитывали ее силой, а потом Аньян стал призывать свою пару. На удивление это получилось довольно легко. Словно и правда Олли была очень близко от этого места.

Она спала. В белой рубашке, положив под щеку ладошку. Длинные рыжие волосы окружали ее мягким облаком. Девушка постепенно проступала в реальном пространстве, а сердце полукровки было готово выпрыгнуть из груди, так ему хотелось кинуться к ней и схватить в свои объятия, чтобы не выпускать свое сокровище.

Девушка проснулась, но раскрывать глаза не торопилась, а Аньян любовался ею, пока не понял, что ею любуются и другие.

Остальные события прошли как в угаре, в пьяном угаре его эйфории. Она рядом, ее запах, ее взгляд, подозревающий его во всех грехах. Ее зверек, который так пропах ею, что у Аньяна рука не поднималась его просто выкинуть. Олли нравится зверек, значит, ему он тоже нравится.

Аньян впитывал в себя информацию, которую рассказывала девушка, и не соображал, пока не мог соображать, что с ней делать. Нужно, по крайней мере, рассказать Тарусу. Но не сейчас. Сначала свадьба! Сначала Олли должна стать его, чтобы касаться ее кожи в любой момент чтобы вдыхать ее запах без страха испугать девушку. Чтобы просто знать, что она никуда не денется и будет всегда рядом с ним. Теперь то он понимал, что такое кристалл души. Это его Олли, его кристалл души. Без нее мир опять будет темным, холодным и одиноким.

– Не пугай ее, – тихо сказал украдкой ему Медеус, – ты так на нее смотришь, что она готова от тебя бежать.