Текст книги "Тригинта. Меч Токугавы (СИ)"

Автор книги: Д Зимин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

– Поди ж ты... Здорово! Как это у тебя вышло?

– Природный талант. – он сдвинул очки на нос и подмигнул. – Да ладно, всего лишь легкий гламор.

– Магией в личных целях пользоваться запрещено. Ты в курсе?

– Да ладно, ты, что ли, на меня настучишь? – наклонившись, он чмокнул меня в щеку и испарился.

А я присела на лавочку и стала думать обо всём, что случилось. Надо бы позвонить Марико, узнать, как они... Но звонить было═ стыдно. Акела погиб, а я – жива. Ладно, телефона всё равно нет, так что звонок придется отложить.

Сначала надо разобраться с Вито. Слишком долго я ждала. Путешествовала, веселилась – и вот чем обернулась моя беспечность. ══ ═Без меча убить такого сильного вампира будет сложно, хотя бы тут Яррист прав. Значит, нужно каким-то образом вернуть его. Уж не знаю, как. Проглотить гордость, поклониться в ножки Яррситу, вновь пойти в ученики... Хотя нет. Усыплять его бдительность, завоевывать утраченное доверие слишком долго, меч нужен сейчас. Остается узнать, куда он его спрятал, и забрать.

Форт Святого Ангела – а скорее всего, меч находится именно там, в Цитадели Ордена – это не вампирский замок. Туда за здорово живешь не влезть... Рыцари в совершенстве владеют охранной магией, а это вам не соловьиный пол...

Помниться, Великий Магистр ди Кампанелла испытывал ко мне некоторые нежные чувства! Запудрить мозги жирному каплуну? Заявиться с повинной, поплакаться, каким злым, жестоким тираном стал Яррист Барбаросса... Я слышала, у них с Командором разногласия, так что Магистр вполне может меня пожалеть.

Самой противно. Как низко я могу пасть, чтобы заполучить меч деда? Барон Ямада, узнай он о том, что творится в моей голове, проклял бы на веки вечные.

Но без меча я не смогу отомстить. Хотя... Что это я вбила себе в голову: меч да меч? Я могу справиться и так. Найду другое оружие!═

– Как дела? – я закатила глаза. Он опять сиял, как именинник, только торта со свечками не хватает.

– Я слышала, как ты крался. Мог бы и не выпендриваться.

– А чего тогда вздрагивала? Думала, это Вито Лучано?

Я пристально посмотрела ему в глаза.

– Знаешь, иногда мне кажется, что ты читаешь мысли. Это неприятно. И некрасиво.

– Оборотни – сильные эмпаты, забыла? А ты сейчас фонишь на всю деревню. Погнали, я тачку добыл.

Усевшись на пассажирское сиденье почти нового Крузера, я открыла пакет, который принес Тристан. Из пакета вкусно и сытно пахло. Пирожки, пара вареных яиц, маринованные огурцы и бутылка молока. Ого! Прямо пир...

– А ты что, не хочешь? – я откусила сразу половину пирожка с картошкой. М-м-м... Прямо тает во рту.

– Предпочитаю мясо. А попить дай.

– Где ты тачку взял? – я протянула ему молоко.

– На заправке. Хозяин отошел заплатить за топливо, а ключи в зажигании оставил. Вот лох!

Я поджала губы.

– Знаешь, у нас так себя ведут не лохи, а люди, которые точно знают: их тачку никто не тронет. Это может плохо кончится.

– Да ладно, ничего нам не будет. – он отхлебнул молока и отдал бутылку. – Никто нас даже не заметит. А мужику я компенсирую.

– Ага. Половину. Потом. Может быть...

– Да не, как до Питера доберемся, я сразу отдам. Позвоню, куда надо и тачку найдут. С небольшим, но приятным подарком внутри.

– А ты едешь в Питер? – я очистила яйцо и запихала в рот. Жалко, соли нет.

– А ты нет? – он коротко глянул на меня и прыснул. – Ты бы хоть откусывала что ли. Ну и манеры у нынешней молодежи! – я молчала. Надо же прожевать... потом робко спросила:

– А сигарет ты не нашел? – сидхе только фыркнул.

– Курить вредно! И вообще: я существо нежное, не выношу табачного дыма.

– Ну, тогда нам не по пути. – я притворно вздохнула. – Высадишь меня в каком-нибудь городишке...

– Эй, ты о Носферрату не забыла? Думаешь, тебя больше не ищут?

– Не думаю. Поэтому лучше, если я буду сама по себе. Тебе-то зачем мои проблемы? – иногда меня всё еще посещала мысль, что сидхе – засланный казачок. Уж больно он в друзья напрашивается.

– И что будешь делать?

Я пожала плечами.

– Залягу на какое-то время. Войду в форму, найду оружие... Затем═ – опять на Сицилию. Остался там один должок.

Он искоса осмотрел меня с ног до головы, будто собирался купить.

– У тебя нет шансов против Вито Лучано.

Я хотела возмутиться, но, по размышлении, согласилась.

– Скорее всего.═

– И что, совсем не боишься?

– Путь воина – путь смерти.

– Хорошая философия. Только бесполезная. И безответственная.

– Это почему?

– Умер – значит, проиграл.

– А при чем тут безответственность?

– При том, что твое дерьмо другим разгребать придётся.

Когда Яррист сказал, что дедушкин меч – не для меня, я почувствовала себя обманутой. Зачем нужны были все эти изнурительные тренировки? К чему мне талант, который я даже не могу применить?

Вот я всегда хотела рисовать, например. Завораживали холсты, кисти, запах краски, то, как приятно крошится пастель под пальцами... Я мечтала стать художницей, но вместо этого меня сделали киллером. ═

А меча не дали. К чему тогда, Ктулху меня заешь, вся моя жизнь? В чем её смысл?

Поражение. Горькое, как хвощ хокуса, которым чистили зубы в школе гейш. Терпеть не могу горечи...

Сейчас я поняла, что совершила огромную ошибку, забыв о Вито на целый год. Путешествовать вместе со стаей было здорово, но счастье взаймы оказалось слишком дорогим.

Говорил Никодим: берешь чужое, и ненадолго, а отдаешь своё, и навсегда...

Боюсь, Носферрату от меня не отстанут даже после смерти Вито. Есть же еще и Счастливчик. Может, устранить самого Мастера? Захватило дух от самой идеи. Повторить подвиг дедушки, избавить мир от одной из самый могущественных вампирских семей...

Не иначе, как помутнение сознания у меня. Что-то я совсем размечталась... Счастливчик выпотрошит меня, как ягненка, если я не достану дедушкин меч. Только Длань Господа может справиться с Носителем...

– Я тут подумал... – вдруг подал голос Тристан. – Кажется, я знаю, как═ решить твою проблему с вампирами.

– Опять мысли читаешь?

Он только тряхнул челкой.

– Тебе надо стать сидхе!

Я рассмеялась. Ну и Тристан! Горазд шутить...

– Я не похожа на сидхе. Ни капельки.

– Да ладно! – он протянул руку и похлопал меня по щеке. – Приоденем тебя, пострижем, макияжик сделаем...

Я отстранилась от его руки.

– Ты, как я погляжу, крупный специалист.

– Работа такая. Самое главное: никто не догадается искать тебя у нас!

– Знаешь, буквально пару дней назад я тоже так думала: ну кому придет в голову искать ученицу Ярриста Барбароссы в стае бродячих оборотней?

– Мы тебя внедрим. Как шпиона: придумаем легенду, родословную – при дворе то и дело появляются молодые амбициозные сидхе, чтобы сделать карьеру... Если всё сделать правильно – никто не догадается, что ты – не одна из нас. На самом деле, некоторые мои соотечественники делают хороший бизнес на превращении людей в сидхе. Внешне, разумеется. Наращивание волос, инъекции красоты... У нас лучшая в мире медицина.

– Так ты серьезно? – я удивилась.

– Ясен перец! Стал бы я голову ломать...

Изменить судьбу. Не об этом ли я мечтала? Обрести новую жизнь,═ завести новых друзей. Может, выйти замуж...

А Вито? Забыть о мести, которая поддерживала меня на протяжении многих лет, с самой смерти деда? Ради чего я училась, терпела тиранию Никодима, насмешки Ярриста? Забыть о том, что я уже пожертвовала своей душой, став убийцей...

Говорил Никодим: чтобы понять охотника, нужно преследовать и убивать. Чтобы понять добычу, нужно стать жертвой. Прятаться,═ убегать...

Чтобы отомстить, я хотела стать охотником. Чтобы забыть о мести, придется стать жертвой.

Я долго смотрела в окно, на звезды, на черные тени деревьев, на редкие огоньки хуторов...

– Как ты собираешься интегрировать меня в общество сидхе? У вас -═ строгая клановая иерархия, в ней нет места чужакам. – он нетерпеливо дернул плечом, не отрывая рук от руля.

– У меня есть кое-какие связи. Договорюсь.

– За принца замуж пристроишь?

Он расхохотался.

– Небезынтересная идея. Но, на самом деле, думал зачислить тебя в полк фиан.═

– О. Ну, это может сработать. – я помолчала, но потом всё же спросила: – А тебе-то что за выгода?═

– Мне нужен напарник. Действовать в одиночку оказалось более рискованно, чем я предполагал, а тебе я могу доверять. Как видишь, я не бессмертен. Дело мое очень важное, так что нужен кто-то, кто прикроет спину.

Я молчала. Очень хотелось согласиться, но опять закрались подозрения: а вдруг это Яррист таким образом хочет взять меня на поводок?

– Не хочу напоминать, но тебе же некуда идти, верно? – продолжил увещевать Тристан. – А я предлагаю тебе работу: довольствие, зарплата... И, самое главное, передышку. Спрячем тебя от вампиров, а потом придумаем план. Подобраться к наследнику – не хухры-мухры. Нужно всё предусмотреть.

– Почему ты мне помогаешь? – он протянул руку и слегка похлопал меня по коленке.

– Ты рисковала жизнью ради незнакомого оборотня. Я тебе должен.

– Ничего личного. – пробормотала я. – На твоем месте мог оказаться кто угодно.

Кровь прилила к лицу, на глазах выступили слезы. Как ему объяснить?

Не могла я пройти мимо! Это грань: когда перестаешь заботиться о других и начинаешь думать только о себе. Как только такое произошло, можно оправдать любой поступок, самый ужасный. Потом уже и оправданий не требуется, начинаешь убивать просто так, потому, что можешь. Как вампиры...

Наконец, я справилась с чувствами.

– А чем ты вообще занимаешься?

Я не собиралась соглашаться. Горький опыт научил, что лучше быть одной. Но пока об этом лучше не говорить.

– Рад, что ты наконец-то спросила, Ктулху меня заешь... – он лукаво подмигнул, но тут же стал серьезен. – В данный момент я разыскиваю пропавших детей.

– В смысле? Как частный детектив, что ли?

– Не совсем. Точнее, совсем нет. Просто... когда пропали племянники короля, сестра с братом, четырнадцати и шестнадцати лет, Его Величество вызвал меня и сказал: займись этим.

Я присвистнула.

– Так ты на короткой ноге с самим королем?

– Что-то вроде того.

Как ни странно, я прекрасно знала, о чем говорит Тристан. Черный рынок, работорговля. Там можно приобрести оборотня: вервольфа или тигриса для боев без правил, урсуса или вепря для тяжелых физически работ, леди-кошку – для гарема или борделя... Существует, например, целая индустрия порнофильмов, в которых снимают исключительно оборотней.═

Марико много лет разыскивала свою сестру, редкого вида кицунэ с девятью хвостами – долго объяснять, что это означает... Её похитили, когда лисичке было то ли шесть, то ли семь лет.

И вот теперь Тристан говорит, что сидхе тоже похищают.

Я знаю, что Аляскинская республика тоже проявляла интерес к этим делам. Слышала от Ярриста.═

– Я должна убить Вито Лучано.

– Это будет не нужно! Став сидхе, ты исчезнешь, он будет искать, но не найдет.

– Пока он ходит по земле, я не смогу успокоиться.

Тристан, посмотрев на меня, криво улыбнулся.

– Самураи не сдаются, да?

– А ты бы сдался? Если бы он убил кого-то, очень тебе близкого?

Мы долго молчали, а потом он заявил:═

– Тогда тебе нужен меч. С твоих слов выходит, что только так у тебя появится шанс остаться в живых.

– Ха!

– Что, ха?

– Я думала о том же. Как бы мне заполучить меч назад...═

ГЛАВА 9

НАОМИ

Трасса Тверь – Петербург.

Я спала, неудобно приткнувшись боком на сиденье, и едва успела выставить руку, чтобы не впечататься в бардачок, когда Крузер неожиданно затормозил.═

– Ты чего? – спросонок я не поняла, что происходит.

– Пост ДПС. Нас останавливают.

– Приехали... Ты же говорил, никто не увидит?

– И на старуху бывает проруха! – подмигнул сидхе и улыбнулся. – Спокуха, я всё разрулю.

К нам уже топал дородный лейтенант в ярко-желтой жилетке. Тристан опустил окно.

Полицейский лениво бросил руку к фуражке.

– Лейтенант Ивашов. Предъявите документы.

– Тебе не нужны наши документы. – Тристан махнул рукой перед лицом лейтенанта. Тот побагровел

– А ну, марш из машины, шпана!

– Ты не хочешь нас допрашивать. – сидхе еще раз махнул рукой.

– Помаши мне еще! – лейтенант дернул ручку двери. – Я те щас так помашу, что своих не узнаешь! Вылазь!═

К нам спешили еще двое ДПС-ников, у одного был автомат.

– Беги в лес! – из последних сил цепляясь за руль, прошипел Тристан, но непреодолимая сила уже сковырнула его с сиденья и поволокла из машины проч.

Я неторопливо выбралась с другой стороны. Вот еще, от ментов бегать. Наверняка тачку опознали, нас за угонщиков приняли... тьфу ты, пропасть! Мы ведь и есть угонщики. Говорила я этому глупому сидхе... Если дело заведут – пиши пропало. Ориентировки с моими фото во всех базах данных появятся. Нужно как-то выкрутиться.

– Дяденька офицер! – я всхлипнула. – Мы эту машину на обочине нашли! Она пустая была... – не поверят, конечно, но может, чуток бдительность ослабят.

– Разберемся. – буркнул Ивашов, и добавил одному из своих: – звони Коляну. Нашлась его тачка.

Тристану, прижав мордой к капоту, цепляли наручники.═

– Слушайте, мужики! Машина цела, ничего не пропало... Может, договоримся, а? – в голосе сидхе прорезались панические нотки.

– Да заткнись ты, голодранец. Вот, хозяин машины приедет – с ним и договаривайся. – зевнув, лейтенант махнул рукой, чтобы нас вели в будку. – Колян, он поговорить любит.═

На меня тоже надели наручники. Ладно... Посмотрим, что дальше.

Посадили нас по разным углам крошечной камеры. Эх, надо было бежать в лес, как предлагал═ сидхе, но мне показалось, что лучше его одного не оставлять. Какой-то он чересчур наивный.═

Да и я хороша: не сообразила, что гламор на электронику не действует. На дорогах ведь полно камер наблюдения, так что угнанную машину быстро вычислили.

Говорил Никодим: хуже всего попасть в ловушку собственных амбиций...═

Замок решетки был прост, как фантик, я его осмотрела, но трогать пока не стала. С наручниками то же самое.

Нужно дождаться, чтобы полицейские отвлеклись – например, отправились потрошить очередного бедолагу, а затем освободить Тристана, и слинять. Главное, не допустить, чтобы с нас начали брать отпечатки пальцев и фотографировать. Тогда действовать придется грубее, а мы и так уже наследили.

Вместо того, чтобы идти работать, полицейские уселись за стол. На тумбочке в углу зашумел чайник, появились разнокалиберные чашки, коробка с сушками и ирисками. Запахло колбасой.═

Самый молодой – тот, что был с автоматом – поставил оружие в стойку, снял желтый слюнявчик и наклонился к небольшому треснувшему зеркальцу, пытаясь пригладить хохолок на макушке. Безуспешно. В конце концов, плюнув на ладонь, он его просто приклеил. Справившись с прической, парень взял табурет, и, поставив его поближе к решетке, начал на меня как-то нехорошо пялиться.═

– Чо, Гриня, приглянулась цыпа? – спросил Ивашов, с хрустом разгрызая сушку.

– Ага... – пробубнил Гриня и сглотнул кадыкастым тощим горлом.═

– Дак поговори с Коляном. Может, отдаст... – хрюкнул Ивашов. – Это ж ты тачку нашел, значит, награда тебе причитается.

– По мне, так больно лядащща... – отозвался третий, лысый и низенький, намазывая маслом булочку. И добавил: – Зря мы Коляну позвонили. Прибьет он щеглов.═

– А то не наша забота. – Ивашов поднялся, принес чайник и плеснул себе кипятку. – Мы тачку нашли? Нашли...

– Угонщиков полагается в Центральную везти. – гнул своё лысый.

– Дак мы ж дела не заводим. – пожал плечами Ивашов. – Если б дело – тогда конечно. А Колян заяву подавать не станет – на хрена ему? Сам разберется...

Дверь будки грохнула о стену, на пороге стоял толстяк. Он как раз вписывался в проем: квадратные плечи, обтянутые черной кожанкой, голова – как непропеченный колобок с кепкой на лысой макушке, вместо носа – две дырочки, глаза – тоже дырочки, только побольше, подбородок – в самую пору хорошему, откормленному хряку.

– О! Вот и Колян! – преувеличенно гостеприимно вскричал Ивашов.

– Вечер в хату. – буркнул бандит и шагнул внутрь. В будке сразу сделалось тесно. – Эти, штоль? – толстяк махнул в нашу сторону обрезом, в его ручище похожим на детский пистолетик.

Подойдя к решетке, он вгляделся в полумрак.

– За рулем пацан был. Девка с ним. – пояснил Ивашов.

– Отвязывайте. – распорядился бандит. – С собой заберу... – еще раз равнодушно скользнув по мне взглядом, Колян отвернулся.

Тристан негромко заворчал. Я закатила глаза: ну хоть бы здесь удержался!═

Бандит присвистнул, и, не глядя бросив обрез на стол, подошел вплотную к решетке.

– Вы знали, что пацан – вервольф? – спросил он негромко.

– Нет, не знали... – Ивашов пожал плечами. – Это что-то меняет?

– Для вас – почти ничего. – достав солидных размеров лопатник, бандит принялся отсчитывать купюры. – Кроме нескольких лишних бумажек.

– Оборотни – это уже не наше ведомство. – не поднимая глаз от чашки с чаем, проговорил лысый. – Про вервольфа мы обязаны доложить.

Колян требовательно уставился на Ивашова.═

– Да ладно тебе, Палыч! – лейтенант присел напротив лысого. – Колян заявление не станет писать, дела нет... Чего тебе еще?═

И тут я услышала негромкий свист.

Форточка за спиной лысого была распахнута, через нее долетали шум трассы, громкий треск ссорящихся сорок, голоса – наверное, дружков Коляна, охраны, оставленной снаружи...═

И – свист. Этот звук я ни с чем не спутаю.═

Встав поближе к двери, я приготовилась. Никто не обратил внимания – спорили о Тристане. Если они допетрят, что он еще и сидхе... Свист раздался громче и ближе, послышались глухие задушенные звуки. Я сглотнула: вот и нет больше у Коляна охраны...

Сбросив наручники, открываю замок, шагаю к столу и беру обрез. Немая сцена.

– Т-ссс... – говорю я мужикам и стреляю в дверь.

Носферрату отлетает на пару шагов, но не падает. Взяв выше, стреляю еще раз. Обезглавленное тело рушится на дорожку.

– Гребаный насос! – визжит Ивашов, падая на пол.

– Окно! – кричу я.

Колян уже стреляет по темной фигуре, мечущейся среди осколков, к нему присоединяются лысый и молодой. Ивашов, скорчившись за столом, судорожно пытается выпростать свой Макаров из кобуры.

Бросив обрез, хватаю со стола нож, которым менты резали колбасу, и бегу к вампиру, сбитому на пол шквалом пуль. В нем застряло штук тридцать, Носферрату ворочается, как пришпиленный булавкой жук. Мужики матерятся и мешают друг другу.

Растолкав их, я с размаху рублю вампира по шее. Время дорого: как только он очухается, нам не сдобровать. Нож тупой, как сучок, ох ты ж, ёжик... С третьего раза удалось добраться до позвоночника, хрустнула кость.

Молодой блюет в раковину, надо мной и Носферрату натужно сопит Колян. Стоя на коленях, я поднимаю к нему лицо, не зная, что сказать.

Бандит молча достает из кармана носовой платок и протягивает мне. Я мигаю, непонимающе, и только потом чувствую, что лицо мокрое. На руку с подбородка падает красная капля...

– Мои? – спрашивает Колян и неуклюже бросается к двери. Выглядывает, замирает надолго, но потом возвращается сокрушенно качая головой и бормоча что-то про себя.

– Так кто вы, говоришь, такие? – по хозяйски расположившись за столом, Колян прихлебывает чай, капнув в кипяток из серебряной фляжки. Мы с Тристаном устроились напротив. Без наручников.

Тела Носферрату я посоветовала оттащить подальше в лес, облить их бензином и сжечь. Вся будка изрешечена пулями – теперь Ивашову точно придется писать рапорт. Ладно, что-нибудь да сочинит. Не в первый раз.

– Охотники. – повторила я. – На монстров. Вампиры, умертвия, вурдалаки...

– А какая меж них разница? – допытывался Колян.

– Вурдалаки – это деградировавшие вампиры. – объясняю скучным канцелярским голосом, вспоминая лекции Ярриста. – Живут гнездами. Теряют человеческий облик за считанные месяцы.

– А эти? – не отставал Колян, кивая на дверь. За порог тянулся жирный вонючий след.

– Носферрату, наемные убийцы.

Колян задумчиво кивнул, что-то про себя прикидывая. Побарабанил по столу короткими волосатыми пальцами, вновь уставился на меня. Жирные подбородки и пухлые, подрагивающие щеки придавали его лицу добродушный, совсем неопасный вид.

– Что делают такие крутые киллеры в нашей глуши? – я так поняла, это был риторический вопрос, и не стала отвечать. – Ты могла подождать, пока они замочат нас, а уж потом... – он оценивающе посмотрел мне в лицо. – Прикончить их. – я вздохнула.

Тристан всё время порывался вставить свои пять копеек, но я из последних сил давила ему на ногу. Лучше, чтобы Колян не вспомнил, что он – вервольф.

– Могла это сделать? А? Убить нас в любой момент... – бандит не отпускал мой взгляд. – Я даже не заметил, как ты из камеры выбралась.

– В принципе – да. Могла.

Теперь уже Тристан наступил мне на ногу. Он прав. Язык лучше не распускать.

– Но не стала... – раздумчиво бросил Колян, как будто что-то прикидывая про себя. – А сдается мне, цыпа, эти самые Носферрату здесь по вашу душу, а? Уж больно зверь для наших мест редкий. Что скажешь?

Отпираться смысла не было. Я кивнула.

– Убить я вас не могу. – пробормотал он, как бы про себя. – Значит, чем быстрее вы слиняете, тем лучше? – я снова кивнула. Колян бросил на стол ключи от того самого Крузера и многозначительно подвинул ближе к нам. – Когда тачка будет не нужна, просто бросьте. Сам потом найду.

Когда мы отъезжали, ДПС-ников видно не было. Походу, отправились жечь вампиров. За руль опять сел Тристан. Я закурила – забрала сигареты из кителя молодого.

Некоторое время молчали. Потом я сказала:

– Поеду с тобой в Питер.

– Опа! Что так?═

Казалось, плен не произвел на него никакого впечатления. Будто ничего и не было.

– Ты – как дитё малое. Меня совесть замучает...═

ГЛАВА 10

ЯРРИСТ БАРБАРОССА

Замок Маннергейм, Австрия.

..."Настоящим заявляю, что артефакт, известный как Меч Токугавы Иэясу, называемый Дланью Господа, передан Ямада Наоми мною, Фортунато Лучано, в день третий месяца марта, сего года. Тем самым подчеркиваю, что Семья Лучано не имеет никаких претензий к госпоже Ямада и приносит извинения Командору, Ярристу Барбароссе, за то досадное недоразумение, что случилось с его воспитанницей на территории Тверской губернии. Разногласия с главой Семьи Носферрату улажены."

– Какая беспринципная, хитрая бестия, этот Счастливчик!

– Почему же беспринципная? – с кроткой улыбкой спросила Голем.═

От возмущения я не мог усидеть на месте. Лилит следила за мной═ ═ глазами.

– Он мог послать это письмо, как только меч пропал.

– Возможно, Лучано не знал, кто именно его украл. – пожала она прекрасными эбеновыми плечами.

– Отлично знал! Старому кровососу не хуже моего известна история меча. Нетрудно предположить, кто мог совершить столь безрассудный поступок. Но нет, сначала он попытался убить мою ученицу, и, только когда не вышло, решил замять дело.

– Хотите сказать, дорогой друг, ему нечего бояться в случае смерти вашей ученицы?

– В случае её смерти ответственность легла бы на дом Носферрату, таковы правила. Счастливчик был бы чист.

– И вы не стали бы мстить?

– Никто! Ни Носферрату, ни сам Лучано, не смогли бы остаться в стороне! – чтобы унять поднявшийся ихор, пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, отвернувшись от бесстрастного ока Голема. – Я несу ответственность перед Никодимом.═

– Только ли это? – Лилит прищурила длинные, подведенные черными стрелками, глаза. – Вы же любите её, Яррист. Признайте.

Схватившись за резной столбик кровати, я сжал пальцы. Дерево жалобно хрустнуло, и я поспешно отдернул руку.

– Она... – я не мог подобрать слов. – Наоми поразила меня в самое сердце. Она не такая, как остальные. Вы знаете, были и другие Ш"хины, но она...

– Ваша Лолита.

Я осекся. Хотел возразить, но понял, что спорить с Големом бесполезно. Она знает.

Покаянно склонив голову, я поцеловал ей руку.

– А вы можете больно жалить, очаровательная Лилит.

– Приношу извинения.

– Не стоит. Вы, как всегда, более проницательны, чем мне бы хотелось. Пока что отец не догадывается, но, смею предположить, мои чувства по отношению к его приемной дочери приведут старика в ярость.

Лилит звонко рассмеялась. Будто по мраморному полу рассыпали горсть хрустальных шариков.

– Какой вы, в сущности, наивный ребенок, Яррист Барбаросса!

– Я? Ребенок? – я онемел от удивления.

– Неужели вы думаете, что Никодим, ваш отец, с самого начала не учитывал, что вы воспылаете к Ш"хине страстью? Ведь вы – тот, кто вы есть, и этого не изменить: – "И падут ниц ангелы, все, сколько их ни есть, перед светочем Ш"хины".

– Это совсем не то! Я... Простите, я не готов об этом говорить. – сердце бухало где-то в животе, ладони вспотели.═

...Она была всего лишь базарной плясуньей: маленькая цыганка с золотыми кольцами в ушах. Когда я видел её, душа заходилась от счастья.

Амита. Память моя...

Внезапно я почувствовал себя опустошенным. Отчаявшимся. Все мои планы, все начинания ни к чему не приведут. Навалилась такая тяжесть, словно крылья, предназначенные для полета в горних высях, вдруг стали каменными, и потянули к земле. Казалось: выйти на самый высокий балкон, сделать шаг и... рухнуть в пропасть. Обрести долгожданный покой.

– Я подвел отца. Я её отпустил, и, если она погибнет...

– Зачем вы забрали у нее меч? – голос хлестнул, как плеть.

– Я испугался! Господь свидетель, я... испугался. Она такая нежная, такая... Хрупкая! Длань Господа – не для неё. – упав на колени, я еле сдержался, чтобы не заломить руки. – Боже! Если б она не была той, кем является! Если б она была обычным человеком, земной женщиной!

– Ваша мать, благословенная Зарина, была обычной женщиной. И это не спасло её от Предназначения.

Поднявшись с колен, я добрался до кресла и рухнул в него, вытянув ноги. Но, через несколько секунд, представив, как я выгляжу со стороны, взял себя в руки. Архистратиг не может, упав на колени, заламывать руки. Не может проявить даже малейшую слабость. Не имеет права.

Поднявшись, я налил себе полный стакан скотча и выпил его, как воду. На мгновение мир раздвоился, но тут же встал на место. А жаль.

Демоны бы побрали эту каменную бабу. Всю печень выстригла.

– Скажу вам честно, прекрасная Лилит: я устал. За последний год я устал больше, чем за тридцать лет осады Ерушалайма. Бог мой, как тогда было просто! Я был рядовым рыцарем армии короля Филиппа Безобразного, выполнял приказы и ни о чем – решительно ни о чем, превышающем мои полномочия, не задумывался! Какое чудесное, прямо таки золотое было время...

– Вернемся к Ш"хине. Вы уверены, что ваши чувства не спровоцированы теми эманациями, что исходят...

...твоя плясунья – не Ш'хина, – сказал тогда Никодим. Она простая, ничем, кроме красоты, не примечательная девочка. Ты ошибся, сын. Ты влюблён, и свет любви принимаешь за Светоч. Она притягивает тебя совсем по иной причине...

– Откуда ты знаешь? – ощерился я. – Ведь ты её даже не видел!

– Я знаю. Верь. – сказал отец.═

– Хотите знать, не пробуждается ли она? Нет. Пока нет.═

– Думаете, план Никодима может не сработать?

Как ни странно, вспышка паники помогла мне успокоиться. Тому, чему суждено случиться – случится. Мне же остается следовать Плану.

– Ни о чем таком я не думаю. Не поверите, но это чистая правда. Я по самые уши погружен в земные проблемы и распри, пытаясь не допустить открытой войны Аляскинской республики с Американскими вампирами, и отвлекая короля Оберона от поползновений на Европейский союз... Слежу за тем, чтобы люди, не дай Бог, не сбросили ядерную бомбу на Персидский халифат...

– А еще переживаете, что Наоми вляпается в историю.

– Да пожалуйста, пусть вляпывается, мне не жалко! Только бы осталась цела.

– Встречаются два еврея на поминках. Один спрашивает: – как Шломо? Давно его видел?═ Другой отвечает: – да он же умер, Абрам, мы на его поминках! – Да что ты? – восклицает первый. – Ну... Здоровья ему на многие годы!

ГЛАВА 11

НАОМИ

Петербург.

Оставив крузер Коляна на людной заправке, мы пешком добрались до станции электрички. Затем метро, автобус, снова метро, маршрутка, такси, несколько пеших переходов, и наконец мы в центре, у ворот новой высотки.

– Ты здесь живешь? – задрав голову, я оглядывала здание. – А не боишься, что твою берлогу уже вычислили?

Тристан только фыркнул и повел меня внутрь.

Поднялись на грузовом лифте из гаража, прямо в просторный холл квартиры. Я с интересом огляделась. Черный ковер на паркете из светлого ясеня, черные же, непонятные панели на стенах цвета яичной скорлупы – язык не поворачивается назвать их картинами... Если это и есть прославленное сидхейское искусство, то я молчу.

– Проходи, будь как дома! – Тристан гостеприимно махнул рукой.

– Ты один живешь?

Так, на всякий случай. А то выйдет из кухни сидхейская мадам... Но жильем не пахло. Воздух такой, какой бывает в пустых домах.

– Теперь с тобой. – поймал мой взгляд и подмигнул. – Да ладно, ничего твоей девичьей чести не угрожает.

– Вот еще: всяких волчат бояться... – и тут я вспомнила, что нахожусь в гостях. – Извини. Ты сам меня провоцируешь.

– Ну, так же веселее, правда?

Глянул из-под длинной челки, ухмыльнулся и двинулся вглубь квартиры. Я покорно поплелась следом. Кроссовки, кое-где расползшиеся, с оборванными шнурками, сиротливо притулились у входной двери, как брошенные щенята.

– Твоя спальня. – он распахнул дверь в светлую, просторную комнату. – Ванная здесь же. Дальше – моя половина. Спальня, гостиная, кабинет и так далее... Без приглашения не входить. Шучу. Налево – кухня, столовая, направо – библиотека, зимний сад...

Вспомнился наш домик. Тот самый, в котором я выросла у дедушки с бабушкой. Три комнатки, удобства на улице. Летняя кухня, огород, виноградник, беседка.

Дедушка в сером саржевом кимоно сидит за низким столиком. Перед ним – тонкая рисовая бумага. Одним росчерком беличьей кисточки, едва касаясь листа, он пишет моё имя. Два иероглифа: "прежде всего, красота..."

– Эй, ты чего зависла?

Я моргнула, отвела взгляд от панорамы за широким, во всю стену, окном.

– Нерпивычно. Я выросла в предгорьях: степь, затем яблоневые сады на холмах, за ними – заснеженные вершины... Здесь не так.

– Домой хочешь?

Я дернула плечом. Какая разница, чего я хочу?

– Пойду в ванну. Слушай... – я замялась. – У меня из одежды – только то, что на себе. У тебя стиралка есть?

Штаны пропитались кровью, куртка – грязью, на майку вообще лучше не смотреть.

– Твои обноски реабилитации не подлежат. Выброси всё. Я тебе что-нибудь подыщу.

– Ух ты! На довольствие, стало быть, определяешь? А паек? – он не поддался. Только голову опустил и, по-моему, посчитал до десяти.═

– Иди уже, замарашка.

– На себя посмотри.

...Не отказала себе в удовольствии понежиться в ванне. С пеной,═ лосьоном, пахнущим сиренью, и морской солью. Погрузившись в горячую воду по самую шею, поняла, насколько чудесно это забытое ощущение.

В стае мылись, как придется: в речке, на колонке, из-под шланга... Зиму проводили на море – в тепле, но без комфорта. Точнее, это мне было неуютно спать на земле, есть из походной миски и мыться холодной водой. Марико, помниться, ради меня даже перешла на горячее питание: по вечерам мы разводили костер, что-нибудь варили в котелке или жарили на вертеле... В зависимости от добычи. У оборотней почти никогда не бывало денег, всё нужное доставалось охотой, обменом или шабашкой по случаю.