Текст книги "Туман (ЛП)"

Автор книги: Цзисюй Вэйфэн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 57 страниц)

Глава 88. Цзи Юйши

Цзи Юйши парировал:

– Разве у тебя в то время не было «ХаньХань»?

– Блядь, – Сун Цинлань тихонько рассмеялся: – Это слишком высокая преграда, чтобы её преодолеть.

Цзи Юйши снова посмотрел в окно. Когда он наблюдал, как мимо проплывают старые здания, уголки его губ изгибались очевидной дугой. Он шутил.

Сун Цинлань постучал пальцем по рулю. Думая о том, что случилось бы, если бы слова Цзи Юйши были правдой, он произнёс:

– Если мы действительно ходили в один детский сад, ты должен меня помнить.

Другие могут не помнить свои детские годы, но Цзи Юйши наверняка помнит.

– Дай подумать, – Цзи Юйши последовал за его мыслью и сказал: – Я помню, как толстый маленький мальчик постоянно следовал за другим маленьким мальчиком и создавал шум, если ему не разрешали быть с ним. Он был довольно известным маленьким королём демонов.

Сун Цинлань:

– Тогда это неправильно.

Цзи Юйши обернулся, его глаза блестели:

– Это не так?

– В детстве я был довольно толстым, но в то время не был «согнут», – Сун Цинлань засмеялся: – Хотя я не могу вспомнить, как выглядела «ХаньХань», я следовал за ней весь день. Если ты тогда видел, как толстый мальчик постоянно следовал за маленькой девочкой, то, вероятно, это был я.

Цзи Юйши молчал. Окно слегка опустилось, и ветер растрепал его чёрные волосы.

Интересно, как выглядел Цзи Юйши в детстве?

Как только Сун Цинлань подумал об этом, он накрыл руку Цзи Юйши своей и добавил:

– Если бы ты был маленьким мальчиком, я бы весь день играл с тобой.

***

Через три с лишним часа машина въехала в район, где располагался парашютный клуб.

Место находилось далеко за городом, и после нескольких километров лесов и ферм внезапно открылось широкое пространство – окружённая деревьями большая зелёная равнина, у которой было трудно разглядеть края. Шоссе же продолжалось прямо. В одно мгновение весь шум и гомон города утихли.

Издалека Цзи Юйши увидел несколько самолётов, стоявших на взлётной полосе, а также большое стеклянное здание сбоку. Это должен быть клуб парашютистов.

Они припарковали машину, и кто-то подошёл, как только они вышли. Подошедший на вид был отважным молодым человеком. Одетый в обтягивающую чёрную одежду, он излучал ту же ауру, что и Сун Цинлань и Чжоу Минсюань.

Это должен быть упомянутый Сун Цинланем соратник.

– Капитан Сун!

– Лао Сюэ.

Как только эти двое встретились, они протянули друг к другу кулаки и ударились ими, а потом стукнулись плечами. Всё это было проделано с молчаливым пониманием.

Сун Цинлань также служил капитаном в армии. Долгие годы, проведённые там, позволили ему подружиться с этим товарищем по оружию.

Сун Цинлань представил:

– Это мой соратник Сюэ Чжао, который сейчас на пенсии. Этим клубом управляет он. Раньше я часто приходил поиграть к Лао Чжоу.

Сюэ Чжао скромно улыбнулся:

– На самом деле я открыл клуб вместе с друзьями, и вы можете прийти в любое время.

Сун Цинлань повернулся и представил ему Цзи Юйши:

– Цзи Юйши, мой парень.

Улыбка Сюэ Чжао застыла:

– А?

Сун Цинлань знал, что он так отреагирует. Он просто повторил без изменений в выражении лица:

– Правильно, мой парень.

Цзи Юйши первым протянул руку:

– Привет.

Сюэ Чжао машинально пожал руку красивому молодому человеку и поздоровался.

Трое мужчин вошли в здание. Сюэ Чжао всё ещё был немного шокирован. Он не мог оправиться от удивления, что Капитан Сун внезапно «согнулся». Дело не в том, что он не видел, как товарищи развивают добрые чувства во время службы, но в его команде этого не происходило. Сун Цинлань также всегда придерживался прямого мужского отношения в подобном вопросе.

В здании всё ещё были посетители, которые проходили инструктаж по прыжкам с парашютом. Они пришли как раз к окончанию, и некоторые из них уже прошли все формальности и были готовы к отлёту.

– Вы пришли в нужное время, – Сюэ Чжао рассказал: – С завтрашнего дня ветер будет слишком сильным, и мы закроемся на пару суток.

– Нет необходимости в обучении? – спросил Цзи Юйши. – Будет ли инструктор?

– Инструктор? – Сюэ Чжао засмеялся и посмотрел на Сун Цинланя: – Твой…

Он действительно не мог сказать слова «твой парень», поэтому он изменил свои слова:

– Человек рядом с тобой – лучший инструктор! Он человек с профессиональным сертификатом.

Цзи Юйши оглянулся и увидел, что Сун Цинлань смотрит на него с намёком на улыбку в глазах. Было ясно, что в этом тоже заключалась некоторая удовлетворённость и гордость.

Неудивительно, что он предложил ему заняться прыжками с парашютом. Просто так случилось, что это была чья-то сильная сторона.

– Мы можем сделать это вместе, – Сун Цинлань сказал: – Сначала я поведу тебя, и, если тебе будет интересно, ты сможешь попробовать прыгнуть в одиночку в следующий раз.

– Хорошо, – согласился Цзи Юйши.

Под руководством Сюэ Чжао они сначала провели простое физическое обследование, чтобы убедиться, что их пульс и артериальное давление в норме, прежде чем их повели надевать оборудование. Сун Цинлань был знаком с ним, поэтому он сначала надел его на себя, а затем помог Цзи Юйши. Он даже позаботился о том, чтобы проверить его несколько раз.

Когда дело доходило до вещей, в которых он не был хорош или не делал раньше, Цзи Юйши с готовностью принимал помощь других.

Сун Цинлань сказал ему:

– Советник Цзи, ты сегодня так хорошо себя вёл.

Цзи Юйши откровенно ответил:

– Потому что я тоже боюсь смерти.

Сюэ Чжао организовал для них самолёт. Присутствовали также два других инструктора, которых Сун Цинлань знал лично, они руководили другими учениками. Двое студентов проходили здесь трёхдневный курс, и это было уже четвёртое их занятие. Увидев Сун Цинланя в самолёте, они задались вопросом, почему не встречали такого красивого инструктора, пока были здесь.

После взлёта Сун Цинлань начал говорить Цзи Юйши, на что нужно обратить внимание:

– Мы будем связаны друг с другом, прежде чем выйдем из кабины. Спрыгнув, я всегда буду позади тебя. Я дам тебе знать, прежде чем открою парашют.

Один из двух студентов спросил Цзи Юйши:

– Ты впервые прыгаешь с парашютом?

Цзи Юйши кивнул:

– Да.

Студент спросил:

– Как высоко?

Сун Цинлань ответил на этот вопрос за Цзи Юйши:

– Четыре с половиной.

Студент посоветовал Цзи Юйши:

– Для новичков выберите три тысячи. Так будет проще.

Достигнув нужной высоты, двое студентов и их инструкторы один за другим спрыгнули с самолёта.

Каждый раз, когда дверь в салон самолёта открывалась, в неё вливался поток ветра. Постепенно Цзи Юйши начал немного нервничать.

На самом деле он немного боялся высоты.

Четыре тысячи метров.

Сун Цинлань начал связывать их вместе. Он обнял его сзади и спросил:

– Боишься?

Цзи Юйши: «……»

Сун Цинлань:

– Если ты боишься, скажи. Как я могу защитить тебя, если ты ничего не скажешь?

Цзи Юйши,

– Боюсь.

Сун Цинлань фыркнул, затем опустил голову и с некоторой силой поцеловал его в щеку:

– Чего ты боишься? Я никогда не позволю тебе умереть.

Четыре с половиной тысячи метров.

Сун Цинлань помог Цзи Юйши надеть очки. Дверь кабины открылась. Ветер ревел в ушах. Сун Цинлань что-то говорил, но Цзи Юйши вообще не слышал его.

Прямо под ними простирались обширные равнины. Эта высота оказалась больше, чем предполагал Цзи Юйши. Всё на земле казалось очень маленьким, что затрудняло дыхание. На его ладонях выступил холодный пот.

– Три! Два! Один!

В такое время, чем больше человек колеблется, тем больше он боится. Как только Сун Цинлань закончил отсчёт, он выпрыгнул в воздух вместе с Цзи Юйши!!!

В одно мгновение он почувствовал, как его сердце поднялось, как будто покидало его грудь. Он ощутил сильное чувство невесомости.

Сильный ветер обрушился на все части тела и громко ревел в ушах.

Они свободно падали с большой скоростью, но всё вокруг него двигалось не так быстро, как он представлял.

В тот момент казалось, что всё на горизонте находится в пределах досягаемости. Медленно раскрывались горы, реки, равнины и леса, живописная картина. Совершенно иначе, чем то, что можно было бы увидеть с самолёта.

– Откройся! – голос Сун Цинланя звучал за его ушами, создавая у него чувство безопасности: – Представь, что ты – лист бумаги, плывущий по ветру!

Цзи Юйши протянул руки.

Он начал дышать.

Он начал приветствовать приближающийся мир.

В небе не было ориентира, поэтому Цзи Юйши не мог определить, как быстро они падают.

Фактически, они падали со скоростью двести километров в час. Пройдя через слой почти невидимых облаков, он увидел два ярких парашюта, плавающих под ним. Они принадлежали студентам, спрыгнувшим до него.

Вскоре мощная сила подняла Цзи Юйши. На высоте около тысячи шестисот метров над землей Сун Цинлань раскрыл парашют.

Всё замедлилось. Вой ветра резко прекратился. В мире стало тихо.

– Посмотри туда, – сказал Сун Цинлань. – Вперёд и налево. Подними голову.

Цзи Юйши поднял голову. Он всегда смотрел вниз, поэтому, подняв голову в этот момент, он был шокирован.

Был уже поздний день, почти вечер. Небо вдали окрасилось заходящим солнцем в оранжево-красный цвет, в то время как выше оно оставалось всё ещё синим.

Когда они спускались вниз в этой великолепной сцене, им казалось, что они стали свидетелями того, как земля окутана облаками, и стали свидетелями ежедневного перехода природы от дня к ночи.

Это медленное падение продолжалось долго.

Сердце Цзи Юйши чувствовало себя гораздо более мирным, чем когда-либо.

***

В тот момент, когда их ноги коснулись земли, сила тяжести вернулась в норму.

Сун Цинлань прекрасно контролировал этот прыжок с парашютом, что позволило Цзи Юйши правильно понять, что означает победа в положении лёжа. Ему даже не нужно было ничего делать всё это время.

– Хочешь попробовать самостоятельно? – Сун Цинлань проверил коммуникатор на своём запястье: – Завтрашний ветер будет слишком сильным, поэтому, если ты хочешь попробовать, то можешь сделать это только сегодня.

– Не стоит. Достаточно одного раза.

– Хорошо.

Для Сун Цинланя острые ощущения от прыжков с парашютом были не так хороши, как при прыжках с тарзанки.

В конце концов, азарт при прыжке с парашютом был самым сильным только тогда, когда они летели в свободном падении, в то время как последняя часть была более приятной и расслабляющей. Он взял с собой Цзи Юйши прыгнуть с парашютом вместо прыжков с тарзанки, потому что не хотел отягощать его память.

За ними подъехал персонал. После того, как они сняли оборудование и сели в машину, чтобы вернуться к зданию, заходящее солнце уже достигло горизонта.

В машине оранжевый свет смягчил черты лица Сун Цинланя. Он спросил:

– Как тебе?

Цзи Юйши снова посмотрел на него. В свете вечернего солнца его глаза стали янтарными.

– Ты имеешь в виду сегодняшнее свидание?

Сун Цинлань на самом деле хотел спросить его, как он себя чувствует после прыжка с парашютом, но было нормально, если тот так интерпретировал его вопрос.

Он обнял Цзи Юйши за плечо и позволил парню прислониться к нему. Он упёрся подбородком ему в голову.

Лёгкий аромат шампуня, исходящий от волос Цзи Юйши, был довольно приятным. Он поцеловал его в макушку:

– Да, и что ты думаешь о сегодняшнем свидании?

Цзи Юйши переплёл их пальцы:

– Это было здорово.

Сун Цинлань с улыбкой заговорил:

– Тогда ты захочешь пойти со мной на ещё лучшее свидание в следующий раз?

Цзи Юйши:

– Я подумаю об этом.

Выходя из машины, они держались за руки.

Делать что-то подобное вечером было не слишком вызывающе, но люди, ожидавшие их в здании, по-прежнему получили много собачьей еды.

Увидев знакомые лица, Сун Цинлань: «……»

Лицо Цзи Юйши тоже ничего не выражало.

– Капитан Сун!

– Советник Цзи!!!

Здесь собрались все пять человек, которые должны были быть в отпуске в городе Цзян. Сун Цинлань спросил:

– Вы все – маленькие цыплята или вас не отняли от груди? Разве вы не понимаете, что нам нужно побыть наедине?

Чжоу Минсюань стоял рядом с Сюэ Чжао. Он сказал с ухмылкой:

– Мы тоже приехали сюда, чтобы прыгнуть с парашютом. Мы не ожидали встретить вас двоих здесь!

Сюэ Чжао мог только неловко рассмеяться.

Даже Цзи Юйши не поверил ему.

– Я признаю, что мы с братом пришли сюда, чтобы найти Советника Цзи! – признался Тан Лэ. – Я скучал по нему, не видя его несколько дней. Я хочу задать Советнику Цзи более десяти тысяч вопросов!

– Верно, – сказал Тан Ци.

Дуань Вэнь, с другой стороны, сказал:

– Я совершенно другой. Я пришёл сюда, чтобы найти Капитана Сун. Я хотел посмотреть, как прошла историческая встреча между Капитаном Сун и «тремя парнями»!

Сун Цинлань засмеялся и пнул его:

– Убирайся.

Этих двоих окружила группа людей. Цзи Юйши посмотрел прямо на Ли Чуня:

– Как вы, ребята, узнали, что мы здесь?

Кожа головы Ли Чуня онемела. Будучи пойманным так быстро, он мог только улыбнуться и немного отступить:

– Ха, фотография вашего свидания, присланная Капитаном Сун, вдохновила меня – я имею в виду, она напомнила нам о том, насколько мы одиноки. Разве мы не говорили в прошлый раз, что должны пойти вместе в бар? Я думал пригласить их в город Нин, чтобы найти тебя, но по дороге сюда Лао Чжоу сказал, что Капитан Сун привёл тебя сюда, чтобы прыгнуть с парашютом.

Дело было раскрыто. Эта группа «лампочек» сама принесла себя сюда.

Сун Цинлань мог только махнуть рукой:

– Хорошо, я угощу вас всех сегодня в баре!

***

Вечером, когда к ним присоединились товарищи по команде, свидание в последнюю минуту временно изменилось на праздничную вечеринку.

Сюэ Чжао предоставил им отдельную комнату в клубе, и они официально остались до раннего утра следующего дня.

Цзи Юйши был пьян. Сун Цинлань понял это только тогда, когда увидел, как он возвращается в свою комнату, планируя лечь спать, не помывшись.

На самом деле, тем, кто слишком много выпил, не следует принимать душ, но, чтобы предотвратить дискомфорт Цзи Юйши, Сун Цинлань всё же раздел его, чтобы быстро ополоснуть. Цзи Юйши не сопротивлялся всё время и послушно сотрудничал.

Его раздели догола. Сун Цинлань не мог не поцеловать его.

Рот Цзи Юйши был сладким и очень мягким, как и обычно. Ванная постепенно нагревалась, и пол становился влажным от воды из душа.

Тело Сун Цинлань также стало мокрым. Два мокрых тела прислонились друг к другу. Капли воды свисали с ресниц Цзи Юйши. Он мягко дышал, позволив Сун Цинланю целовать себя.

Он схватил Сун Цинланя за густые и жёсткие волосы. Он действительно не мог контролировать свою силу. Если тот не понимает, он тоже не понимает.

Он понял, что вкус странный, только когда другой человек снова поцеловал его. Ему это не очень понравилось.

Затем они направились к кровати. Находясь в состоянии полусна-полуяви, он ехал на Сун Цинлане, продолжая с силой целовать другого человека. Затем ситуация внезапно изменилась, и он оказался подавлен.

Его прижали к кровати. Его рука сжимала простыню, а Сун Цинлань накрывал его руку.

– Немного больно, – пожаловался он. Кожа между его ногами была горячей и болезненной.

Движения Сун Цинланя остановились.

Сквозь затуманенное зрение он увидел синие вены, выступающие из ладони, покрывающей тыльную сторону его ладони. Он продолжил:

– Но всё в порядке.

Наконец-то он заснул на руках у другого человека. Незадолго до того, как заснуть, он тихо пробормотал:

– Сун Цинлань…

Проведя ночь в клубе, на следующее утро они проснулись раньше, чем все остальные, с намерением сбежать, пока те ещё спали.

Ну и шутка. Кто захочет провести отпуск со своими товарищами по команде? Чем это будет отличаться от работы?

Цзи Юйши шёл немного медленно. Сун Цинлань забросил свои вещи в машину:

– Быстрее.

Неожиданно Цзи Юйши сказал:

– Ноги болят.

Оба не могли говорить.

Двое пьяных энергичных мужчин в отношениях спали в одной комнате. Было бы нереально, если бы кто-то сказал, что ничего не произошло.

Цзи Юйши не возражал против этого и даже чувствовал, что это хорошо. Но кожа на внутренней стороне бёдер была другого мнения.

– Блядь, – Сун Цинлань скривился: – Бля…

Он также слишком много выпил прошлой ночью и не контролировал свои силы.

Цзи Юйши бросил ему бутылку молока, его голос был естественным:

– Всё будет хорошо, если на обратном пути мы купим мазь. Давай поторопимся уехать.

Увидев выражение лица Сун Цинланя, он продолжил:

– Что? Я не женщина, поэтому не надо так деликатно со мной обращаться. Кроме того, ты мне ничего плохого не сделал.

После этого он прошёл мимо Сун Цинланя и первым сел в машину. Прежде чем дверь смогла закрыться, Сун Цинлань заблокировал её:

– Цзи Юйши, ты стесняешься.

Цзи Юйши холодно сказал:

– Я не такой.

Сун Цинлань:

– Тогда почему у тебя покраснели уши?

Цзи Юйши: «……» Хорошо, он просто смутился из-за звуков, которые издавал прошлой ночью!!!

***

Цзи Юйши не планировал сразу же ехать домой, потому что чувствовал, что эта группа людей тоже может последовать за ними. Он снова позвонил Цзи Минъюэ и попросил его помочь покормить его кошек ещё несколько дней, и Цзи Минъюэ пожаловался, что с ним обращаются как с рабом.

Они вдвоём отправились в город, в котором ни один из них раньше не был.

На пятый день отпуска Сун Цинланю позвонила шеф Ван.

Цзи Юйши обыскивал городскую муниципальную библиотеку.

С сокращением количества бумажных книг многие книги перестали печататься. Цзи Юйши не мог взять эти книги домой, потому что он был не из этого города, поэтому ему пришлось использовать свою квантово-волновую скорость чтения для того, чтобы прочитать книги здесь по десять строк за раз.

– Сяо Сун, как прошёл твой отпуск? – шеф Ван как всегда была нежна.

– Неплохо, – ответил Сун Цинлань. – Раз вы звоните мне, значит ли это, что мой отпуск закончился?

– Хотя это и не официальное уведомление о том, что всё закончилось, но скоро это произойдёт, – сказала шеф Ван. – Я звоню тебе, чтобы сообщить, что рейтинг миссии и награда определены. Личные ранги у всех улучшились.

Сун Цинлань услышал это, но не выразил никакого счастья. Он просто нахмурился, и внутри у него росло плохое предчувствие.

– Но… – конечно же, шеф Ван сделала паузу, – просьба Цзи Юйши о вознаграждении, возможно, в настоящее время не может быть выполнена.

– Почему? – спросил Сун Цинлань.

– Он не прошёл психологическую оценку, – тон шефа Ван был более серьёзным. Она объяснила: – Вместе с отчётом о миссии его общая оценка была слишком низкой.

В мире Пузыря Цзи Юйши смог получить высший балл в психологической оценке, обманывая экспертов.

Сун Цинлань холодно рассмеялся. Это было направлено не на шефа Ван, а на нелепость ситуации:

– Только потому, что на этот раз он сказал правду? Есть ли у этих экспертов мозги? Они хотят видеть правду или что им лгут…

– Нет, – шеф Ван прервала его: – Это было не из-за этого.

Сун Цинлань:

– Тогда почему?

Шеф Ван глубоко вздохнула, прежде чем, наконец, заговорить:

– Сяо Сун, в вашем отчёте о миссии сказано, что вы встретили двух человек в миссии «Кубик Рубика», верно? Один из них был мужчиной средних лет в очках.

Сун Цинлань вспомнил этого человека. Он также вспомнил, что толстый мужчина средних лет называл человека в очках «Лао Шэн».

Но какое это имеет отношение к Цзи Юйши?

Шеф Ван:

– Этот человек, Шэн Юнь, был учёным, отвечавшим за некоторые из исследовательских и опытно-конструкторских проектов Тяньцюн более десяти лет назад.

Сун Цинлань:

– Он Шэн Юнь?!

Се Сянь однажды упомянул этого человека. Сун Цинлань не ожидал, что у него будет возможность лично увидеть такого человека в кубике Рубика.

– Да, – шеф Ван продолжила: – Более десяти лет назад было установлено, что он покончил жизнь самоубийством дома. К сожалению, его восьмилетний сын был первым, кто его обнаружил.

Как будто в Сун Цинланя ударила молния. Он сразу всё понял. Теперь он понимал, почему Се Сянь сказал, что Цзи Юйши и Шэн Юнь похожи, и он также понял, кто был упомянутым ребёнком.

– Цзи Юйши, ранее Шэн Хань, – шеф Ван раскрыла правду: – Человек, которого вы встретили в кубике Рубика, был его биологическим отцом, Шэн Юнем.

Сун Цинлань так сильно сжал свой телефон, что он чуть не сломался. Внешний вид и действия Цзи Юйши в кубике Рубика неоднократно воспроизводились в его голове. Поверхностное спокойствие, когда он сидел на месте, держа свою игровую консоль, и признание, которое было произнесено как прощание…

Следующие слова шефа Ван машинально достигли его ушей.

– По оценке, Цзи Юйши потерял контроль над эмоциями после встречи с Шэн Юнем и решил отпрвиться прямо в день инцидента. Его психическое состояние крайне нестабильно. Начальство пока отложило награду, и ему нужно будет дождаться следующей оценки.

Глава 89. Я хочу, чтобы ты остался

Закончив разговор, Сун Цинлань вышел из уединённого коридора и вернулся в библиотеку.

Эта библиотека была очень современным зданием с прозрачной лестницей, смоделированной по образцу лестницы Пенроуза, и в ней были установлены механизмы, позволяющие читателям легко получать доступ к разным этажам.

Пройдя по изменяющейся лестнице, Сун Цинлань увидел человека, которого он искал, сидящего за столом и внимательно читающим.

Возле Цзи Юйши высилась стопка книг. Похоже, в ближайшее время он не уйдёт с этого места. Ему не нужно было делать какие-либо заметки при чтении, и он листал страницы быстрее, чем среднестатистический человек, но его лицо также выглядело более сосредоточенным, чем у остальных.

Некоторые говорят, что люди с гипертимезией могут чётко помнить каждую деталь своей жизни, от больших изменений в жизни до мельчайших мыслей, которые всплывают у них в голове. Они не умеют забывать, жаждут знаний, и это делает их в определённом смысле гениями.

Но впервые Сун Цинлань сильно пожелал, чтобы память и мысли Цзи Юйши были обычными.

Ему хотелось, чтобы он по неосторожности неправильно истолковал вопрос, поспешил из дома и забыл покормить кошек, натолкнулся бы на старых одноклассников на улице, но не смог бы вспомнить их имена.

Цзи Юйши спокойно сидел у большой книжной полки, которой, казалось, не было конца. Он выглядел расслабленным.

В последние несколько дней отпуска он чувствовал себя счастливее, чем когда-либо.

– Что случилось? – спросил с ясными и чистыми тёмными глазами Цзи Юйши и поднял голову, чувствуя возвращение Сун Цинланя.

Цзи Юйши.

Ранее Шэн Хань.

Внезапно эти глаза пересеклись с глазами из его детства.

Сун Цинлань чувствовал себя так, будто достиг просветления. Детский сад при университете города Нин, маленькая девочка, внешность которой он больше не мог вспомнить, шутка о своей «первой любви»… Цзи Юйши всё время подавал намёки и напоминания, но из-за его склонности таить обиду, и, вероятно, из-за того, что он принял его за маленькую девочку, Цзи Юйши дразнил его вот так.

Сун Цинлань выдвинул стул рядом с ним и сел. На этом этаже было очень мало людей, и только они двое сидели за этим длинным столом.

Время текло рекой. Невежественный ребёнок вырос в зрелого мужчину. Их две жизни ненадолго пересеклись, а затем, через десять с лишним лет, пересеклись снова.

Эта чудесная и необыкновенная судьба наполнила сердце Сун Цинланя волнением. Он прямо спросил:

– Когда ты это понял?

Цзи Юйши не понял суть вопроса:

– Что я понял?

В глазах Сун Цинланя виднелся намёк на улыбку, а также некоторая беспомощность:

– Когда ты понял, что я тот самый маленький толстый мальчик, который постоянно приставал к тебе в детском саду?

Сун Цинлань потянул Цзи Юйши за руку и закрыл книгу, лежащую перед ним.

Он хотел, чтобы тот посмотрел на него.

– ХаньХань.

Цзи Юйши на мгновение замер:

– Как ты…

Однако Сун Цинлань спросил:

– Почему в детстве ты носил платье?

Цзи Юйши: «………»

Сун Цинлань продолжил:

– Советник Цзи, в таком юном возрасте ты переоделся, обманул мои чувства и заставил «согнуться». Собираешься ли ты взять на себя ответственность?

Дыхание Цзи Юйши остановилось. Он неохотно объяснил:

– Это был спектакль, а не переодевание! Ты был тем, кто не мог отличить мальчика от девочки и постоянно преследовал меня. Откуда я мог знать, что ты думал, что я девочка?

Сун Цинлань притворился, что не слышит, и добавил:

– Ты даже плакал, когда я уходил.

– Я не плакал.

– Плакал.

– Я не плакал.

– Точно плакал.

Как будто вернувшись в детский сад, эти двое продолжали этот детский обмен репликами несколько раз, прежде чем закончилось тем, что Сун Цинлань запечатал губы Цзи Юйши поцелуем.

Сидя в тихой библиотеке, они поцеловались.

Языки и губы нежно перепутались.

Стекло отражало их поцелуй.

Когда поцелуй закончился, Сун Цинлань прижался лбом и снова спросил:

– Когда ты узнал меня?

Цзи Юйши, наконец, ответил на этот вопрос:

– Когда мы впервые встретились в городе Цзян.

В тот раз он и шеф Ван вместе посетили базу, когда услышали, как кто-то вошёл.

У посетителя были длинные ноги и красивая внешность, но его окружала аура надменности и подавления.

«Его зовут Сун Цинлань. Солнечный «Цин» и горный ветер «Лань»…»

С возрастом внешность человека меняется, но всё же остаётся некоторое сходство. Более того, со своей памятью Цзи Юйши было ещё проще установить связь. Сначала у него оставались подозрения, и он подумал, что это слишком случайно, но всё подтвердилось, как только он услышал представление шефа Ван.

– Блядь, – не удержавшись, выругался Сун Цинлань: – Тогда почему ты мне не сказал?

Цзи Юйши ответил:

– Потому что думал, что в то время я раздражал тебя.

Сун Цинлань громко рассмеялся. Даже его грудь тряслась:

– Это правда. Я уверен, что ты тогда записал много обид. Иначе почему бы тебе так долго скрывать это от меня?

Цзи Юйши не из тех, кто что-то скрывает. Если Сун Цинлань спрашивал, он обязательно отвечал ему.

Но ключевой момент был «сколько спрашивал Сун Цинлань».

– Ты ясно рассказал мне все другие важные вещи, но не сказал этого, – Сун Цинлань спросил: – Почему ты сменил имя?

Цзи Юйши:

– Имя – это просто название. На самом деле оно не имеет значения.

Сун Цинлань нахмурился.

Это то, что Цзи Юйши говорил раньше, но в то время он не придал этому большого значения. Теперь он почувствовал, что эта фраза оказалась более значимой, чем он думал.

Разумеется, Цзи Юйши медленно согнал улыбку с лица и спросил:

– Шеф Ван звонила только что?

Всё было в пределах ожиданий Цзи Юйши. Он не планировал так долго скрывать от Сун Цинланя тот факт, что он был тот самый «ХаньХань».

– Да. Если бы не твой отчёт о миссии, я бы даже сейчас не узнал, что ты… встретил своего отца в кубике Рубика.

Сун Цинлань почти мог представить, что ощущал Цзи Юйши в то время. Он также мог вообразить, что когда Шэн Юнь сказал: «Какое совпадение. У моего сына тоже есть игровая консоль, похожая на ту, что есть у этого младшего брата», а Цзи Юйши ответил: «Это действительно так» – это было поистине сложно. В конце концов, человек, который дал ему игровую консоль, находился прямо перед ним.

Но в этом мире не было настоящего сопереживания. Чувства Цзи Юйши в то время Сун Цинлань никогда не сможет полностью понять. Простого понимания даже части этого было достаточно, чтобы его сердце почувствовало горечь.

Отец и сын встретились во времени и пространстве, где прошлое и будущее неотличимы.

Там не было последовательности во времени, поэтому даже самое простое напоминание или самое маленькое предложение могло полностью изменить судьбу.

А Цзи Юйши просто сидел и смотрел, как его отец уходит, прежде чем сказать своим товарищам по команде: «Пойдём».

– Вернувшись, я действительно думал о проблеме, – Цзи Юйши медленно заговорил: – Как ты думаешь, он меня узнал?

Сердце Сун Цинланя чувствовало себя так, будто оно абсолютно раздавлено. От боли стало трудно дышать. Вопрос был очень жестоким.

Должен он ответить «да» или «нет»? Он не знал. Если он скажет «да», то Шэн Юнь предстанет слишком бессердечным, но, если он скажет «нет», Цзи Юйши разочаруется.

Сун Цинлань знал, что под холодным видом Цзи Юйши всё ещё скрывается чистое детское сердце. Потеряв так много в молодые годы, независимо от того, сколько ему лет, он всё ещё жаждал любви своего отца, как и любой другой ребёнок в мире.

– Кто бы мог подумать, что ХаньХань будет так хорошо выглядеть после того, как вырастет? – Сун Цинлань решил ответить так: – Даже я не узнал тебя, поэтому он определённо не узнал. Ты слишком сильно изменился.

Цзи Юйши несколько раз моргнул:

– О, ты говорил, что раньше я выглядел очень хорошо в детстве. Оказывается, ты солгал.

Сун Цинлань засмеялся. Он не ожидал, что Цзи Юйши сможет так быстро пошутить.

Цзи Юйши только что вернулся к теме:

– Что касается изменения моего имени…

Сун Цинлань спросил:

– Было ли это связано с «самоубийством» твоего отца?

Увидев кивок Цзи Юйши, Сун Цинлань проанализировал:

– Ты сказал, что прошёл мимо убийцы в коридоре, и что это нераскрытое дело об убийстве. Но Тяньцюн счёл это «самоубийством»?

В этом случае должны быть какие-то неразрывные связи.

Цзи Юйши никогда не думал, что наступит день, когда он встретит кого-то, кому сможет рассказать все свои секреты. Он разобрался со своими чувствами и мыслями и приготовился рассказать Сун Циньланю все подсказки и загадки, которые собрал за эти годы.

– За эти несколько лет понимание времени и путешествий в нём продвинулось довольно быстро. Если бы они действительно хотели раскрыть дело, это оказалось бы несложной задачей. Кроме того, мой отец был важным учёным, участвовавшим в исследованиях и разработках Тяньцюн, – сказал Цзи Юйши. – Но напротив, это дело не только было закрыто с опозданием, но и меня постоянно расспрашивали. Моя мать погибла в автомобильной катастрофе в ранние годы моей жизни, а с уходом отца у меня больше не осталось законного опекуна. Учитель хотел защитить меня, поэтому я прошёл процедуру усыновления, сменил имя и использовал законные средства, чтобы полностью исчезнуть из поля зрения общественности.

Он потерял отца и даже своё имя.

Профессор Цзи сказал ему, что имя – это просто название. Это неважно.

Внутри он до сих пор был ЦзяньЦзянем; он до сих пор был Шэн Ханем.

Но чего профессор Цзи никак не ожидал, так это того, что Цзи Юйши начнёт страдать гипертимезией в результате этого происшествия. Даже изменив свою личность, он никогда не отказывался от решимости добиваться истины. По прошествии многих лет основной персонал, ответственный за дело Шэн Юня, давно сменился, и больше не возникало никакого сопротивления. Когда Шэн Хань вырос и успешно присоединился к Тяньцюн, его выдающиеся способности были признаны отделом Регистраторов, и с оговоренными условиями он начал зарабатывать очки, выполняя миссии.

Цзи Юйши:

– Я думаю, что смерть отца как-то связана с так называемым «Тяньцюн всех эпох».

Сун Цинлань нахмурился:

– Он был членом группы исследований и разработок.

Говорили, что все члены этой группы либо умерли, либо сошли с ума. Похоже, это был не просто слух.

Однако так называемый Тяньцюн всех эпох был, наконец, завершён и введён в эксплуатацию.