Текст книги "Туман (ЛП)"
Автор книги: Цзисюй Вэйфэн
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 57 страниц)
Глава 84. Помоги мне
После обеда в резиденции Цзи, Цзи Юйши забрал с собой Эрхэя, а также Дахэя и Сяохэя, которых привезла невестка, и поехал обратно к себе.
Три кошачьих переноски разместились на заднем сиденье, и коты время от времени тихо мяукали. Каждый раз, когда Цзи Юйши выходил куда-то с кошками, казалось, что он тащит за собой целый зоомагазин.
Припарковав машину на подземной стоянке, он нёс одну сумку за спиной и по одной в каждой руке. Цзи Юйши вошёл в лифт и случайно наткнулся на соседскую тётю, которая вернулась с прогулки.
– Сяо Цзи! – с энтузиазмом поприветствовала она его. – Вернулся из командировки? Тебя давно не было дома!
Цзи Юйши вежливо кивнул.
– Да.
Соседская тётя любезно помогла ему подержать одну из переносок и подождала, пока Цзи Юйши закончит открывать дверь, прежде чем уйти.
Цзи Юйши освободил кошек из их переносок. Все три кота мелкими шажками разбежались по разным уголкам. Из их горла доносилось тихое мурлыканье.
Цзи Юйши выдержал несколько секунд, но не смог не подняться и не посмотреть в глазок на двери. В тихом коридоре снаружи всё ещё горел свет, но перед квартирой не было никого, смотрящего на его дверь. Коридор был совершенно пуст.
Он облегчённо вздохнул.
Коты были голодны. Как обычно, Цзи Юйши вымыл три кошачьих миски и высыпал в них корм, прежде чем засыпать новый наполнитель в кошачьи туалеты. Закончив, он принял ванну, чтобы расслабиться.
Напряжение, страх и паника. Всё это вызвало у Цзи Юйши головную боль.
После возвращения в город Нин различные сенсорные, психологические и физические ощущения привели его в замешательство и вызвали растерянность. Он залёг в ванну, погрузившись в тёплую воду. Даже спустя более десяти минут его мысли всё ещё не улучшались.
К счастью, после более чем десяти лет подобного он достаточно привык к этому чувству.
С плеском Цзи Юйши встал из воды и достал из зеркального шкафа лекарство, которое подготовил заранее.
Осталось немного. Перед отъездом в город Цзян он наполнил свою аптечку и взял ее с собой. Что касается аптечки… Она всё ещё оставалась у Сун Цинланя.
Возможно, их сердца были связаны – как только Цзи Юйши вынул таблетку, раздался телефонный звонок.
Дисплей на зеркальном шкафу показывал цепочку цифр – хотя он видел её только однажды, Цзи Юйши вспомнил, что эта цепочка цифр была номером телефона Сун Цинланя.
Эти двое не связывались друг с другом после того, как попрощались в городе Цзян, и с тех пор прошёл целый день. Несмотря на то, что они подтвердили свои отношения, у Цзи Юйши не хватило наглости цепляться за партнёра. Даже если Сун Цинлань решит связаться с ним лишь несколько дней спустя, он, вероятно, не будет возражать.
Но как только этот номер появился, юноша в очередной раз понял, что завязал отношения. Его сердце стало тёплым внутри.
Цзи Юйши:
– Алло?
Голос Сун Цинланя раздался с другого конца. Всего два коротких слова:
– Открой дверь.
Приятный мужской голос эхом разнёсся в ванной по связи из города Цзян в город Нин. Цзи Юйши не смог сразу отреагировать:
– Что?
Сун Цинлань, казалось, рассмеялся. Затем он сказал:
– Я заказал тебе еду навынос. Она должна быть почти на месте. Ты должен открыть дверь, чтобы получить её.
На краткое мгновение Цзи Юйши был ошеломлён. Он ответил «хорошо», затем повесил трубку и быстро вытерся.
Не желая, чтобы его ждали слишком долго, он надел халат и быстро подошёл к двери. Он как обычно посмотрел в глазок, чтобы подтвердить личность посетителя.
Однако его обзор был заблокирован грудой коробок и сумок. Посетитель терпеливо ждал, держа в руках стопку вещей.
Цзи Юйши немедленно открыл дверь.
– Извините за…
– Извини за что? – знакомый голос, который раньше был слышен в телефоне, прервал его слова.
Человек, держащий коробки и сумки, был высоким, с запоминающимся лицом.
На этот раз Цзи Юйши был полностью ошеломлён.
Тёмные глаза Сун Цинланя уставились на Цзи Юйши.
– Извини, что сбросил звонок своего парня и капитана, услышав о еде навынос?
Цзи Юйши не мог скрыть удивления на лице.
– Почему ты здесь? Разве ты не собирался увидеть свою семью?
Сун Цинлань вошёл в комнату.
– Достаточно просто показать своё лицо. Все они летают по миру, зачем им, чтобы я сопровождал их?
Цзи Юйши закрыл дверь и быстро последовал за Сун Цинланем. Он помог ему положить вещи на пол.
– Более того, дома я чувствую себя неуютно, – Сун Цинлань продолжил тему с этого момента. Он игриво сказал: – Мне всегда кажется, что, если я не приду и не проверю, кое-кто убежит.
Цзи Юйши:
– …Это не так.
Имея предыдущую «судимость» рядом со своим именем, он знал, что его слова неубедительны.
– Кто знает? – Сун Цинлань всё ещё был одет в ту же одежду, в которой находился, когда они расстались этим утром, у него не было времени переодеться. – В последний раз ты сбежал за две минуты. Прошло уже больше десяти часов, поэтому мне нужно было поспешить и напомнить о себе, чтобы ты захотел остаться со мной.
В комнате работал кондиционер. Но когда пришёл Сун Цинлань, стало казаться, что он принёс с собой суету улицы, а также жаркую летнюю погоду.
Его нескрываемое и врождённое властное присутствие сделало это место и мир Цзи Юйши намного более живыми.
Когда они расстались, он ничего не чувствовал. Но после прошедших более чем десяти часов и теперь, наконец, увидев друг друга лицом к лицу, они только сейчас осознали, как сильно скучали друг по другу.
На Цзи Юйши был только халат с поясом, свободно завязанным вокруг талии. На его плечах было накинуто полотенце, а волосы ещё не успели высохнуть. Было ясно, что он только что принял ванну. Его глаза выглядели так, будто их только что окунули в воду, – особенно чистые и прозрачные.
Всё его существо казалось беззащитным.
У Сун Цинланя качнулся кадык. Он внезапно сказал:
– Я грязный.
Эти слова, произнесённые без контекста, сбили Цзи Юйши с толку.
– Я хочу обнять тебя, – Сун Цинлань посмотрел на него сверху вниз. Его тон был очень сдержанным: – Но сегодня я побывал во многих местах.
Цзи Юйши любил чистоту. Он был недоволен, когда его завернули в грязное одеяло, даже несмотря на то, что почти совсем замёрз. Незаметно для других, в тот момент, когда он услышал слова «Хочу обнять тебя», его сердце хаотично забилось.
*Ш-ш-ш…* – тихий звук привлёк внимание Сун Цинланя.
Он оглянулся и увидел, как чёрная тень легко прыгнула на кошачью башню. Это был совершенно чёрный кот. Присмотревшись, он увидел, как под шкафом блеснули ещё два ярких глаза. В какой-то момент эти кошки незаметно вышли из своих укрытий, тайком наблюдая за незнакомцем.
Что-то задело его икры. Сун Цинлань посмотрел вниз и увидел у их ног ещё одну чёрную кошку.
Кот был полностью чёрным, без каких-либо примесей другого цвета. Это был тип, который мог отлично скрываться в темноте. Два его глаза были большими и круглыми и казались янтарными в свете огней. В этот момент он использовал свой хвост, чтобы осторожно коснуться его икры, пытаясь привлечь внимание, а также проследить за этим человеком, который только что вошёл на его территорию.
Казалось, что три кота и Цзи Юйши очень хорошо подходят друг другу.
– Мне показалось, что я проник в кошачье гнездо, – простое знание отличалось от наблюдения собственными глазами. Увидев этих «трёх парней», Сун Цинлань одновременно рассердился и позабавился: – Трое парней?
Сун Цинлань поднял чёрного кота. Тот не двигался и не сопротивлялся. Вместо этого он мяукнул, как будто кокетничая.
– Не боится людей, – Один человек и одна кошка оценили друг друга. Сун Цинлань проворчал: – Кто из них часто давит на тебя всю ночь, затрудняя дыхание?
Дахэй обычно был куда более пугливым. Увидев Сун Цинланя, он повёл себя очень близко, удивив даже Цзи Юйши.
– Если я не закрою дверь спальни, когда сплю, все трое смогут это сделать.
Дахэй, казалось, чувствовал себя очень комфортно, принимая ласку от Сун Цинланя. Мужчина только несколько раз погладил его, и кот уже приятно замурлыкал. Он точно был прилипчивым и милым типом.
Любящее сердце большого парня мгновенно активировалось. Сун Цинлань открыл картонную коробку, которую принёс, и вытащил закуски для Дахэя.
– Какой номер у этого парня?
– Номер один, – Цзи Юйши сказал: – Он зовётся «Дахэй».
– А двое других – Эрхэй и Сяохэй? – спросил Сун Цинлань. Увидев кивок Цзи Юйши, он рассмеялся: – Ты слишком случайно назвал их.
– Имена – это просто название, – Цзи Юйши пояснил: – Неважно, как их зовут.
В картонной коробке, которую принёс Сун Цинлань, половина была занята игрушками и закусками для кошек. По его словам, он хотел что-то подарить своим «предшественникам» на их первую встречу. Другую коробку, а также сумки он купил для Цзи Юйши.
Сун Цинлань разобрался со всем, а затем сложил там, где велел Цзи Юйши.
Обычно властный Капитан Сун не чувствовал неловкости при выполнении работы по дому и даже, казалось, был вполне неплох в этом. Он наполнил холодильник Цзи Юйши и всё аккуратно разложил.
– Почему ты купил так много? – спросил позади него Цзи Юйши.
– Твой холодильник – самый жалкий, который я когда-либо видел. – Сун Цинлань спросил: – Разве ты не помнишь про просроченные яйца, лежавшие тут в прошлый раз?
Цзи Юйши: «……» Как он мог забыть.
Эти вещи были куплены в городе Цзян, а затем привезены Сун Цинланем. Хотя Цзи Юйши мог купить их здесь, в городе Нин, он знал, что это другое дело.
Что-то подобное обычно происходило, когда приходили Цзи Минъюэ или тётя Су.
Цзи Минъюэ страдал обсессивно-компульсивным расстройством. Покинув резиденцию Цзи сегодня, он даже сказал, что пришлёт припасы для Цзи Юйши, чтобы тот не умер от голода дома.
Пока Сун Цинлань разбирался во всём, Цзи Юйши отправил Цзи Минъюэ: [Не нужно присылать еду завтра.]
Цзи Минъюэ: [Почему? Ты хочешь голодать?]
Цзи Юйши не удосужился напечатать ответ. Он прямо сфотографировал кухню.
В свете тёплых тонов мужчина намного выше, чем его холодильник, держал дверцу одной рукой, проверяя, всего ли хватает. Холодильник явно был немаленький, но рядом с ним он выглядел игрушечным. Свет достигал его профиля, подчеркивая уверенные очертания. Любая фотография, сделанная в этот момент, станет идеальной фотографией на обложке журнала о стиле жизни.
Цзи Минъюэ: [Прости за беспокойство.]
Цзи Минъюэ: [Подожди, вы двое собираетесь спать вместе сегодня вечером?! Ты можешь сделать это?]
Отправив фото, Цзи Юйши также быстро сохранил его.
Сохранив его, он увидел сообщение Цзи Минъюэ и бесстрастно ответил: [Уже спали].
После этого он выключил свой телефон и больше не смотрел «жёлтые» сообщения Цзи Минъюэ (эротического/сексуального характера).
Когда всё было рассортировано, он подошёл к Сун Цинланю.
– Тебе нужно принять душ?
***
Звук льющейся воды стих. Сун Цинлань вышел из ванной, вытирая волосы. Полотенце в его руке кто-то потянул, и его голова внезапно опустилась.
Цзи Юйши прямо поцеловал его. Сун Цинлань почти не колебался. Он немедленно изменил ситуацию и прижал этого человека к стене.
Не было ни колебаний, ни стыда. В отличие от состояния обычных молодых пар, когда они впервые сходятся вместе, если это двое мужчин, они довольно прямолинейны. Поцелуй был несколько интенсивным и наполненным мужскими гормонами.
«Язык, покрытый вкусовыми сосочками, – орган, который люди используют для определения вкуса и формирования речи. В то же время, это самая мощная мышца во всём теле», – эта фраза неожиданно возникла в сознании Цзи Юйши. Как будто демонстрировала, что стимулировало все его чувства. Он отчаянно ответил на вторжение другой стороны.
Сун Цинлань становился всё более жестоким. Руки на талии Цзи Юйши сжались сильнее, причиняя ему некоторую боль.
В тихой комнате все мелкие звуки бесконечно усиливались. Всё было слышно очень отчётливо.
Он был похож на дикого зверя, ворвавшегося в личное пространство Цзи Юйши. Вся прежняя вежливость исчезла, и всё, что было у него на уме, – завладеть человеком перед собой.
Его поцелуи спускались ниже. С полузакрытыми глазами Цзи Юйши запрокинул голову. Тонкая шея была ослепительно красивой. Когда мочку его уха поцеловали, пальцы не могли не схватиться за волосы Сун Цинланя, а из губ вырвался стон.
Когда Сун Цинлань услышал это, всё его тело напряглось. Затем он безмолвно поднял другого человека на руки.
Цзи Юйши крепко вцепился в плечи Сун Цинланя. Он не осмеливался смотреть ему в глаза, потому что знал, что те, должно быть, такие же, как и его – полны желания.
Полотенце, которым Сун Цинлань вытирал свои волосы, упало на пол, почти заставив их споткнуться. Затем его отшвырнули подальше, напугав кошку в конце коридора.
*Мяу!* – кошачий вопль казался немного одиноким, внезапно раздавшись в тихой комнате.
Так же, как когда они чуть не утонули в прошлый раз, Цзи Юйши цеплялся за Сун Цинланя как коала, словно за кусок коряги, чтобы выжить.
Не зная своего пути и ничего не видя перед собой, Сун Цинлань спотыкался.
В спальне горел только ночник. Точно так же, как запомнил Сун Цинлань.
Простыни, казалось, только что поменяли. Сун Цинлань почувствовал приятный аромат моющего средства, как только положил на них Цзы Юйши.
– Ты только что поменял простыни? – спросил Сун Цинлань, прижимая его сверху.
– Да.
Воротник халата Цзи Юйши распахнулся, обнажив светлую ключицу. Он обвил своими красивыми руками шею Сун Цинланя. Как будто его глаза могли говорить.
Сун Цинлань тихонько рассмеялся. Он подтянул две длинные ноги к своей талии и снова наклонился, чтобы продолжить поцелуй, который прервался чуть ранее.
Поцелуй на этот раз явно имел другое значение.
Сун Цинлань ещё не надел рубашку, только шорты, которые подобрал для него Цзи Юйши. Его широкая грудь и чётко очерченные мышцы живота излучали почти медовый блеск в оранжевом свете ночника. Без ведома другого, с точки зрения внешнего вида, характера и способностей, Сун Цинлань полностью соответствовал идеальному типу Цзи Юйши. Как будто был слеплен точно в соответствии с его предпочтениями.
Руки Цзи Юйши опустились, дошли до резинки шорт и провели по линиям русалки.
Сун Цинлань внезапно схватил его за руку. Тяжело дыша, он прикусил мочку уха и предупредил:
– Ты уверен?
– Не могу прикоснуться? – Лицо Цзи Юйши полностью покраснело. Он больше не сохранял своё обычное холодное состояние, но всё же спокойно спросил: – Ты сможешь это сделать?
Он хотел, чтобы Сун Цинлань знал, что такие геи, как они, не ходят на платонические свидания.
Сун Цинлань поднял руки над головой. Он не только рассердился, но и сузил глаза.
– Советник Цзи, ты испортился.
– Я… – сердце Цзи Юйши бешено колотилось, а его тело пылало горячим огнём. – …Ты забыл. Я никогда не был хорошим человеком.
Услышав это, Сун Цинлань почувствовал, что это правда.
Изначально он не планировал ничего делать, но теперь передумал. Он хотел научить покрытого шипами Советника Цзи как быть хорошим человеком.
Сун Цинлань без лишних слов просто сильно толкнул его, почти заставив Цзи Юйши рефлекторно вскочить с постели. Среагировав, Цзи Юйши пристально посмотрел на мужчину.
После этого талия Цзи Юйши внезапно ослабла.
Сун Цинлань сделал то же самое, что и он. Он спокойно спросил:
– Не могу прикоснуться? Ты можешь сделать это?
В одно мгновение всё исчезло. Цзи Юйши чувствовал, что его уши словно погрузились в воду, и ничего не было ясно слышно.
***
Халат упал полностью. Он согнул ноги и почувствовал, как тепло распространяется по телу. Глядя на белоснежный потолок, он чувствовал, что его разум тоже совершенно опустел.
Он почувствовал, как его руку подняли и прижали к чему-то горячему. Голос Сун Цинланя был низким и хриплым:
– Помоги мне.
Глава 85. Последнее слово за мной
Как помочь?
Цзи Юйши чувствовал только то, что его пальцы и ладони были горячими, из-за чего едва осмеливался прикоснуться к этому, не говоря уже о том, чтобы удержать.
– Цзи Юйши, – голос Сун Цинланя звучал так, будто он с трудом переносил неудобство, но всё равно не мог не поддразнить: – Ты не знаешь, как?
– Да.
Сун Цинлань внезапно понял. Он нежно взял светлую руку партнёра, прикрыв ладонью тыльную сторону его ладони, и его голос стал ещё более хриплым:
– Просто… вот так.
…Вот так.
У Цзи Юйши оставалось мало сил, и его руки стали безвольными. Если бы его не вёл Сун Цинлань, даже его пять пальцев не смогли бы собраться с силами.
Его сердце громко стучало. Даже быстрее, чем когда он только что кончил. Стук в ушах, казалось, вот-вот вырвется из барабанных перепонок. Ощущение, исходящее от его ладони, было слишком ужасающим. Он лежал на спине, глядя вверх. Хотя он действительно хотел взглянуть, всё же прикрыл глаза рукой.
В конце концов, это был первый раз, когда он делал такие вещи. Он был не намного лучше Сун Цинланя.
Они были вместе меньше трёх дней.
Они прогрессировали слишком быстро?
Это похоже на сон.
Цзи Юйши запоздало подумал об этой мысли, когда его руку освободили.
Сун Цинлань опустил голову, его глаза были тяжёлыми и глубокими.
– Ты запомнишь?
– Запомнишь что? – как только Цзи Юйши заговорил, то обнаружил, что его голос тоже очень охрип. В нём слышались последствия только что произошедшего, а также нотки стыда.
Внезапно и с некоторой силой тело Сун Цинланя показало ему демонстрацию.
Казалось, что ладонь Цзи Юйши вот-вот загорится.
Он сразу понял.
– …Нет!
Сун Цинлань отпустил его руку, но не подавал никаких признаков того, что кончает.
На этот раз Цзи Юйши мог ясно это видеть. Кровь мгновенно закипела внутри него, и всё его тело загорелось с головы до ног. Прежде чем он успел отвернуться, Сун Цинлань поднял его за талию.
– Ты будешь, – Сун Цинлань задыхался. Он убрал волосы, прилипшие к вспотевшему лбу. Как только его дыхание немного успокоилось, он прижался кончиком носа к носу Цзи Юйши и нежно потёрся об него. – Как я целую тебя, обнимаю тебя, где и что я делаю – ты запомнишь каждую деталь, не в силах забыть. Разве это не так?
Всё, что сказал Сун Цинлань, было фактом. По крайней мере, что касается поцелуя, который они разделили в частной тренировочной комнате, воспоминания того времени будут всплывать снова и снова без предупреждения.
Лицо Цзи Юйши полностью покраснело, но его тон оставался холодным:
– Да, включая больные руки.
– Тогда… – Сун Цинлань не удержался от смеха. Он поцеловал его в подбородок. – Помоги мне ещё немного, совсем немного.
– …Могу я сделать перерыв?
Сун Цинлань тихим голосом умолял:
– Стрела уже на тетиве. Сяо Цзи, пожалуйста, помилуй.
Сидеть вот так на коленях Сун Цинланя для Цзи Юйши было на самом деле довольно неудобно. Раскрытый халат свободно свисал с его тела, закрывая всё, кроме его длинных ног и плеч. Его рука снова опустилась.
– …Мн.
***
– Советник Цзи, иди, вымой руки.
Сун Цинлань поцеловал его в ухо, как будто уговаривал, и даже намеренно заговорил серьёзно.
Везде царил беспорядок. Кровать была смята до бесконечности, а одежда беспорядочно разбросана по полу.
Раздался звук когтей кошки, царапающей дверь. Неизвестно, какой «предшественник» был привлечён ожесточённой битвой только что.
Цзи Юйши безо всякого стыда растянулся на плече Сун Цинланя. Он не хотел двигаться.
– Хочу поменять простыни.
– Тебе не нравится даже твоя собственная?
– Да, тут есть и твоя.
Сун Цинлань засмеялся:
– В таком случае, похоже, ты не настолько уж и против меня.
Он взял халат Цзи Юйши и помог сначала вытереться ему, чтобы этот человек, любящий чистоту, почувствовал себя немного лучше. Затем он сказал:
– Иди, умойся. Я поменяю простыни.
***
Цзи Юйши не только вымыл руки, но и ещё раз принял душ. Посмотрев в зеркало, он увидел, что на его теле появились какие-то следы. Вероятно, их оставил Сун Цинлань, когда плохо контролировал свою силу. У этих двоих не было опыта, и они явно ещё не прошли весь путь до финала, но, когда закончили, всё выглядело довольно эротично и чувственно, как если бы они действительно сделали всё, что могли.
На самом деле помогать друг другу было пустяком. Цзи Юйши изначально думал, что могло бы случиться больше.
Но он должен был признать, что сдержанность Сун Цинланя придала этим отношениям идеальное развитие.
Всё было в самый раз.
Тот, кто царапал дверь, оказался Сяохэем. Это был самый трусливый из котов. Когда Цзи Юйши вышел из ванной, тот мяукнул, как будто его обидели.
Юноша взял его на руки, погладил и накормил закусками, принесёнными Сун Цинланем, а затем вернулся в комнату.
В комнате стоял сильный запах. После того, как Сун Цинлань сменил простыни, он открыл окно, но в комнате всё ещё ощущался слабый запах, несмотря на проветривание.
Увидев, что он входит, Сун Цинлань позволил ему сесть, а затем естественно взялся за сушку его волос полотенцем.
– Сколько лет ты прожил в одиночестве? – спросил Сун Цинлань.
Мужчина уже вымыл руки и нашёл пляжные шорты Цзи Юйши, чтобы надеть их – это были те, которые он надевал на пляж, когда ему было семнадцать, те, которые Сун Цинлань видел, как он носил их на станции пересылки. Дело было не в том, что он не мог надеть какую-нибудь одежду. Цзи Минъюэ был достаточно крупным, и у Цзи Юйши была его одежда, но Сун Цинлань не хотел её носить.
– Через два месяца будет восемь лет. Я переехал после окончания школы.
Эти двое уже говорили о делах Цзи Юйши раньше, но они только коснулись этого. Сун Цинлань не имел возможности спрашивать об этом больше, а теперь, когда у него появилась такая возможность, он хотел у о Цзи Юйши всё.
У Цзи Юйши было мало друзей, и он также редко упоминал свою семью.
Даже там, где он жил, его сопровождали только три кошки. Вспомнив, что тот приехал в город Цзян один, Сун Цинлань почувствовал себя очень неуютно внутри и даже немного огорчился за Цзи Юйши в то время.
Услышав этот ответ, Сун Цинлань остановился.
– Почему?
Он подумал о возможности и спросил:
– Разве приёмная семья тебе не нравилась? Или ты не смог к ней привыкнуть?
– Не то. Они очень хорошо ко мне относятся, – Цзи Юйши схватил его за запястье и заставил сесть. – Я переехал, потому что хотел тайно присоединиться к Тяньцюн за спиной моей семьи.
За ухом Цзи Юйши виднелась красная отметина. Он, вероятно, не заметил этого сам, но с точки зрения Сун Цинланя было видно очень хорошо. От вида этого холодного и отстранённого человека со свежим следом поцелуя на бледной коже у Сун Цинланя пересохло в горле.
– Тайно присоединиться к Тяньцюн? – Сун Цинлань продолжал сидя сушить волосы Цзи Юйши.
Цзи Юйши согласно ответил. Он объяснил ему причину:
– Мой учитель, который также является моим приёмным отцом, а также моя приёмная мать против того, чтобы меня вовлекали в работу, связанную со «временем», и даже мои университетские специальности не могут иметь родства, поэтому они, естественно, будут против моего присоединения к Тяньцюн. Я воспользовался предлогом переезда, чтобы иметь больше тишины и покоя, и в то же время намеренно записался на большее количество специальностей, чтобы притвориться занятым, но на самом деле я всё время готовился присоединиться к Тяньцюн. Когда меня прикрыл Цзи Минъюэ, всё прошло хорошо.
Похоже, Цзи Юйши очень хорошо умеет лгать. За исключением Сун Цинланя, все остальные, вероятно, были бы обмануты его внешностью и, таким образом, одурачены им.
Сун Цинлань нахмурился.
– Почему они не хотели, чтобы ты участвовал в работе, связанной со «временем»?
Цзи Юйши на мгновение замолчал. Затем он поднял голову и сказал Сун Цинланю:
– В детстве у меня был период когнитивной дисфункции.
Движения Сун Цинланя полностью прекратились.
Цзи Юйши не говорил с пессимизмом, а просто говорил о фактах как сторонний наблюдатель:
– Включая неспособность к обучению, неспособность говорить или узнавать людей и тому подобное, я не мог отличить свою память от реальности. То есть я не знал, что уже произошло, а чего никогда не было. Когда в моём сознании одновременно играли реальность и память, это заставляло меня совершать повторяющиеся действия, лишало способности узнавать знакомые вещи и я становился неспособным понять, что говорят другие.
– …Сколько? – голос Сун Цинлань звучал как трение камней друг о друга.
– Тебе не о чем беспокоиться. Это всё в прошлом, – Цзи Юйши схватил его руку и нежно сжал. Его глаза были наполовину опущены. – Около трёх лет. Все врачи педиатрического отделения говорили, что моё положение безнадёжно, что я, вероятно, никогда не смогу выбраться из тени. Более того, хвостатое ядро и лобная доля имели некоторые аномалии, из-за которых я не мог различать реальность, но при этом мог ясно вспомнить всё, что происходило с тех пор, как я был младенцем. Учитель – психолог и хороший друг моего отца. Усыновив меня, он бросил работу и три года провёл дома со мной вместе с моей приёмной матерью.
«Если я испытал это, не имеет значения, случилось это один раз или бесчисленное количество раз. Другими словами, я такой же, как ты. Я снова прохожу через это после первого раза», – Сун Цинлань внезапно вспомнил слова, которые Цзи Юйши сказал ему в книжном магазине.
Вроде бы простое описание, казалось бы, незначительная болезнь.
Некоторые даже в шутку называли это сверхспособностью.
Никто не знал, сколько мучений таилось за этими словами.
Вот почему Цзи Юйши однажды сказал, что без его учителя не было бы его нынешнего.
Сун Цинлань понял:
– Они были против того, чтобы ты присоединился к Тяньцюн, потому что они боялись, что тебя вовлекут в работу, связанную со «временем», и что то твоё состояние снова вернётся.
– Да.
Обе руки крепче сжимали друг друга. Сун Цинлань не мог не спросить:
– Тогда случалось ли снова что-нибудь подобное после этого?
До их встречи Цзи Юйши в одиночку выполнил 89 миссий уровня B, поэтому он возвращался в прошлое как минимум 89 раз. Это даже не считая тех, которые требовали, чтобы он возвращался несколько раз.
В отличие от Стражей, чтобы свести к минимуму своё присутствие в истории, Регистраторы не работают в команде и всегда действуют в одиночку. Если бы что-то пошло не так с Цзи Юйши в то время… Сун Цинлань не смел даже подумать об этом.
– Иногда, но это было несерьёзно, – Цзи Юйши ответил: – Когда мы повторили Уроборос в первый раз, я однажды заподозрил, что это был случай перегрузки памяти.
Выражение лица Сун Цинланя изменилось.
В то время, за пределами офиса управления парком, он даже специально нашёл Цзи Юйши, чтобы поговорить, и довольно критически поставил под сомнение его психологическую выносливость.
Цзи Юйши ответил: «Возможно, она не так хороша».
После того, как он ушёл, Цзи Юйши последним подошёл к офису управления парком. Его лицо было очень бледным, и он попросил Сун Цинланя помочь открыть крышку бутылки.
Независимо от того, действительно ли Цзи Юйши испытывал трудности с открытием бутылки с его боевыми способностями, все в то время разделяли одну мысль и чувствовали, что Цзи Юйши настолько слаб, что не может даже открыть бутылку.
Чем больше он думал об этом, тем мрачнее становилось лицо Сун Цинланя. Казалось, будто его сердце разрывается на части.
То, что он был должен с того времени, наверняка вернулось, чтобы укусить его.
– Твоё лекарство, – Сун Цинлань быстро подумал о другом. – Твоё лекарство не только очищает мысли и освежает разум, но ты также зависим от него, не так ли?
Цзи Юйши молча согласился.
Он всегда носил с собой коробку с лекарством, никогда не оставлял её.
Полагаясь на эти таблетки, он мог уменьшить количество случаев, когда воспоминания будут воспроизводиться в его голове, и уменьшить повторяющиеся сны, позволяя ему легче заснуть.
Но последовало и довольно много побочных эффектов. Помимо зависимости, его лицо стало бледным, неожиданная слабость, а также внезапное чувство отчаяния и другие негативные эмоции.
Голос Сун Цинланя был низким:
– Когда я недавно звонил тебе, ты собирался принять лекарство.
Цзи Юйши был поражён. Откуда Сун Цинлань узнал?
Но вскоре он вспомнил, что Сун Цинлань ушёл в ванную, чтобы принять душ после того, как всё расставил. Вероятно, он видел бутылочку с лекарством, которую юноша оставил на раковине.
Сун Цинлань встал с постели и пошёл в ванную. Когда он вернулся, у него в руке был пузырёк с лекарством. Он спросил:
– Ты уже принимал сегодня вечером?
Цзи Юйши сказал:
– Ещё нет.
Сун Цинлань снова сел на край кровати, заставив матрас прогнуться. По пути он протянул руку и подтянул к себе Цзи Юйши.
Мужчины не должны быть такими привязчивыми, но он по-прежнему настаивал на том, чтобы постоянно держать Цзи Юйши, как будто тот был своего рода сокровищем.
Цзи Юйши немного неловко сидел у него на коленях, обняв Сун Цинланя за шею. Увидев серьёзное выражение на его лице, он опустил голову и поцеловал мужчину.
– Что?
Сун Цинлань:
– Кажется, я поступил правильно, забрав твоё лекарство.
У Цзи Юйши появилось плохое предчувствие: «……»
Конечно же, Сун Цинлань сказал:
– Сначала я заберу эту бутылку с лекарством. Когда тебе это действительно будет нужно, ты можешь взять у меня. Не будем злоупотреблять этим слишком сильно. Тебе следует попытаться стать менее зависимым от него.
Цзи Юйши немного сопротивлялся:
– Я не всегда его принимаю. В «Кубик Рубика» я почти не ел.
Было бы лучше, если бы он об этом не упомянул. Как только это было озвучено, лицо Сун Цинланя стало ещё темнее.
В Кубике Рубика Цзи Юйши не только отказался прислушаться к уговорам и настоял на завершении миссии, заставляя проходить комнату за комнатой в его поисках, но, к тому же, после того, как миссия была завершена, он даже убежал, не сказав ни слова, без каких-либо намерений возвращаться.
Под действием лекарства спокойный человек внезапно становился решительным. Последствия были невообразимы.
– Нет, – отказал Сун Цинлань. – Советник Цзи, теперь у тебя есть семья. В будущем последнее слово по этому поводу будет за твоей семьёй.




























