Текст книги "Есть миры внутри миров... (СИ)"

Автор книги: Crack Lixta

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

– Зачем? Он все равно умер триста лет назад.

– Это не важно, пусть умрет своей смертью.

– Помнишь, о чем мы говорили?

– Не помню.

– Стокгольмский синдром. Жертва испытывает симпатию к маньяку.

– Так ты все подстроил?! – голос мой сорвался на крик.

– Не все. Этот мир – полностью твое творение. Редкостная дрянь вышла, не находишь?

– Ну да, мрачновато немного. А почему он таким вышел?

– Что-то в твоем подсознании не так. Надо разбираться.

– Ты можешь просто вытащить нас отсюда?

– Могу, – недовольно ответил он, а потом добавил, – Но не хочу.

– Потрясающе! – я всплеснула руками, – И что мне теперь делать?

– Я сейчас исчезну, а ты снимешь своего маньяка с камня и больше не станешь подходить к ним близко. Они плотоядны. Здесь вообще все вещи агрессивны.

– Так эта глыба сама на него напала?

– Напала. И скоро начнет жрать. И откуда у тебя такая больная фантазия?

– Я не смогла его разбудить.

– Это камень его парализовал. Оторви его руки от камня.

– А гвозди? Они застряли.

– Это не гвозди, а часть камня. Просто дергай за руки. Ну, я пошел, – с этими словами демон растаял в воздухе.

Пока мы с Кроносом беседовали, Джакомо очевидно стало хуже. Под глазами появились темные круги, губы посинели, а под ним растеклась кровавая лужица. Интересно, сколько времени должно пройти, чтобы с костей начала спадать плоть? Однако все же решила, что это не так уж и важно. Не достаточно любопытная информация, чтобы пожертвовать жизнью своего врага. Или не врага уже вовсе? Оставив размышления, резко дернула маркиза за руку. Послышался неприятный треск ломающихся костей и рвущихся сухожилий. Так же поступила и со второй рукой. Хлынула темная крови, а тело Джакомо повалилось на меня, так и не вернувшись в сознание.

На всякий случай я оттащила маркиза подальше от каменного хищника. Оторвав от его рубашки рукав, остановила кровотечение на запястьях, но руки его вряд скоро смогут функционировать. Да и будут ли вообще, учитывая уровень медицины XVIII века. Впрочем, отсутствие антибиотиков могло и вовсе не дать ему выжить. Хорошо все-таки, что в моей реальности такие раны не представляют опасности.

Приподняла ноги Джакомо, чтобы кровь скорее прилила к мозгу. Понемногу он начал приходить в себя. Пульс ускорен, а дыхание частое и поверхностное, что свидетельствовало о кровопотере.

Спустя некоторое время, маркиз сделал глубокий вздох, а веки его стали подергиваться.

– Эй, ты слышишь меня? – потормошила его за плечо.

Посиневшие губы пошевелились и едва слышно ответили:

– Да... – а потом он вдруг распахнул свои миндалевидный глаза цвета спелого каштана, в них отразилось удивление.

– Ты помнишь, что произошло? – спросила я.

– Зачем ты спасла меня? – хриплым голосом ответил он вопросом.

– А должна была смотреть, как тебя сожрут? – постановка вопроса меня возмутила.

– Я был уверен, что ты так и сделаешь, – проговорил он откашливаясь.

– Прости, что не оправдала твоих надежд.

– Нет, ну все-таки, я ведь тогда...

– Тогда – уже в прошлом. Разве оно имеет значение сейчас?

– Но я ведь чуть не убил тебя, – его голос вновь обретал силу.

– Тебе до этого "чуть" было как пешком до Китая. Не так-то просто убить меня.

– Я так и не увидел, кто напал на меня.

– Камень, – ответила спокойно, будто это в порядке вещей, – Эти камни живые и кровожадные.

– Никогда не видел такого.

– Ты никогда и не выходил за пределы своего мира.

– Знать бы еще, как вернуться в его пределы.

– Вернешься как-нибудь.

– Пожалуй, завершу свои опыты с магией, – с досадой пробормотал он и попытался принять сидячее положение, опираясь на локти.

– Дело не в тебе. Это я открыла дверь. В другой раз выбирай жертву правильно.

– Нет уж, хватит. Не будет другого раза. В монастырь пойду.

– О, это еще хуже, – я рассмеялась, но маркиз не мог оценить шутки, обладая все еще средневековыми убеждениями, несмотря на то, что жил он в более-менее просвещенном XVIII веке.

– Хуже?

– Религиозный фанатизм до добра не доведет.

– Но и до такого кошмара тоже. А, может быть, мы попали в ад?

– Нет никакого ада. И рая тоже. Все лишь в твоей голове.

– Тогда что это?

– Мое создание. Не нравится? – усмешка вышла издевательской.

– Мне не слишком нравятся места, где каждый камень норовит мною полакомиться. Просто выведи нас отсюда.

– Идти-то ты сможешь?

– Думаю, смогу. А вот руки мои пришли в негодность, – печально заметил он.

С моей помощью Джакомо поднялся на ноги. Стоял он не слишком твердо, покачивался, но все-таки стоял. Опираясь на мою руку, маркиз мог вполне сносно передвигаться. Хорошо, что при своем длинном росте, он был достаточно худым, иначе я бы вряд ли смогла удержать его в вертикальном положении. Кровопотеря сделала его похожим на призрака, глаза ввалились, под ними красовались темные круги, черты лица заострились, а кожа стала настолько белой и тонкой, что казалось мраморной из-за просвечивающихся сетки вен. Тем не менее, таким потрепанным он нравился мне гораздо больше, чем при полном параде, в рюшечках и блестках, с ног до головы обсыпанный пудрой.

Кажется, только теперь мы смогли поговорить безо всякого притворства. Джакомо больше не пытался казаться загадочным и всезнающим, а мне больше не было необходимости с него эту маску срывать. Теперь я видела в нем вполне обычного человека, до безумия растерянного и уставшего.

С его рук все еще сочились капли крови, и было видно, с какой жадностью земля поглощает их. Маркиз старался не смотреть на прожорливую землю, а шел с высоко поднятой головой, устремив взор к небу.

Вдали, у самой линии горизонта поблескивал тусклый огонек, похожий на слишком близко подлетевшую к земле звезду. Мы шли строго по направлению к нему, повинуясь странному инстинкту. С одной стороны, меня раздирало любопытство, все-таки не каждый день создаешь миры, но с другой, мне хотелось только одного – оказать в мягкой теплой постели. Странная усталость ощущалась в этом слишком плотном сне, откуда так трудно проснуться.

Мы двигались крайне медленно, старательно обходя каменные глыбы, но огонек приближался куда быстрее, чем следовало бы. Отчего мне пришло в голову, что планета меньше, чем Земля, оттого и горизонт был ближе. Вскоре я уже могла разглядеть, что это голубое пламя большого костра, а вокруг него расположились приземистые строения.

– Странно, но меня не слишком прельщает знакомство с местным населением. Если сама земля здесь такая опасная, то какие же будут люди? – задумчиво произнес Джакомо.

– Скоро узнаем. У меня тоже не слишком хорошие предчувствия, – тем не менее, несмотря на ощущения, даже не думала свернуть с пути. Уж слишком велико было любопытство, хотя очевидно, что ночь подходит к концу, а просыпаться я все еще не собираюсь.

– Мои руки, – маркиз остановился и поднес к лицу замотанные конечности, – Они больше не болят.

– Давай сменим повязку, – поддаваясь усталости, я опустилась на землю

Джакомо послушно присел на корточки и протянул мне руки. Кровь давно уже перестала капать, лишь темными пятнами покрывала импровизированные бинты. Осторожно начала разматывать ткань. Материал присох и с трудом отставал от плоти. Зрачки маркиза подрагивали, сигнализируя, что процесс ему далеко не приятен, но всеми силами придавал лицу отрешенный вид. Рана к моему удивлению приобрела странный вид. Крови больше не было видно, но сквозная рана казалось обуглившейся, будто проделали ее раскаленным штырем. Кожа вокруг дыры почернела и словно была смазана маслом, а на ощупь стала твердой, как камень.

Физиономия маркиза отразила испуг и любопытство. Он свободно пошевелил пальцами, будто рука совершенно здорова.

– Она совсем не болит, – проговорил Джакомо.

Он снова пошевелил пальцами, а затем крепко сжал кулак. Из раны вдруг посыпался темный порошок, похожий на измельченный графит. Маркиз испуганно отпрянул назад, не побоявшись опереться на пострадавшую длань.

– Что за черт?! – воскликнул он, глядя на меня с надеждой, будто я являюсь хранителем всех ответов.

– Совсем не болит?

– Совсем. Только... Оно высыпалось...

– Я тоже видела. Может быть, кровь свернулась так. Не пугайся раньше времени.

– А когда пугаться? Когда я весь превращусь в камень?

– Ну, с чего ты это решил? – мне хотелось успокоить Джакомо, однако теперь эта мысль показалась весьма логичной.

– Я видел. Оно не просто питается так. Оно так размножается.

– Ты был без сознания, это ложная память.

– Я сначала забыл, а теперь вспомнил.

– Ты не вспомнил, а придумал. Такое бывает. Ложная память.

– Нет, я уверен! Я видел! – он всплеснул руками, и в воздух взлетела темная пыль.

– Успокойся! Это мой мир и я заставлю работать его по своим правилам. У меня это и с чужими получалось, совладаю уж как-нибудь и с этой реальностью.

– Успокойся?! – не унимался Джакомо, – Я уже превращаюсь в камень!

– Мы уйдем отсюда. Только посмотрим на то пламя и уйдем. Прекрати истерику, в конце концов!

– Я постараюсь, – подавив поток гнева, пообещал Джакомо.

– Ты помнишь то заклинание, что читал в своей башне?

– Не помню. Я по книге читал, – он обреченно опусти голову, – Теперь не выйдет ничего?

– Всего лишь один из моих планов не сработает. Но есть и другие. Ты должен убедиться, что это сон.

– Но я ведь не сплю.

– Нет, спишь. И я сплю. Я могу уничтожить этот мир, тогда получится, что ничего с тобой не происходило. И если ты будешь считать это сном, то просто проснешься у себя дома.

– И ничего не вспомню?

– Скорее всего.

– Это весьма печально для меня.

– Можно попробовать открыть дверь. Во сне все двери ведут не туда. Нам нужно попасть к тем постройкам. Надеюсь, там есть двери.

– А если нет?

– Тогда можно просто умереть. Это не так страшно на самом деле. После смерти ты просто окажешься в другом месте.

– Но мне отнюдь не хочется умирать! Для тебя это может быть и сон, но я не сплю!

– Ты просто снишься мне. Ладно, – решила прекратить этот разговор, поднимаясь, – Идем.

Он покорно встал и неуверенно побрел следом. Мне хотелось идти быстрее, но воздух становился все гуще и тяжелее, словно я пробиралась сквозь кисель. Каждое движение замедлялось, несмотря на усилия. Джакомо еле переставлял ноги, но все еще не отставал. Спиной я ощущала его взгляд, теплый, но колючий, как шерстяной свитер.

Костер оказался огромен, сине-зеленые языки пламени касались свинцового неба, отчего то раскалялось докрасна. Но когда мы подошли ближе, стало ясно, что огонь не обжигает, от него веет отвратительным холодом, как от сырой могилы. И пахнет он застарелой сыростью. Голубые искры обжигающе холодны, а языки пламени отрываются от столпа ледяного огня с металлическим скрежетом. Костер похрустывал как снег под сапогами. Завораживающее, величественное, но и пугающее зрелище.

Постройки из сизых камней прижимались друг к другу, кривились, будто старались уклониться от ледяных искр. Дома были настолько уродливы, как если бы их создатель преследовал цель построить как можно более непривлекательные жилища. Неровные кирпичи, изъеденные плесенью, местами растрескались, позволяя проникать в щели холоду костра. Из щелей меж кирпичами выползал соединительный раствор, больше похожий на засохшую слизь, чем на цемент. Плоские крыши представляли собой нагромождение необработанных досок, почерневших от времени. Окна в домах отсутствовали, а двери не помещались в проем, распухшие, как утопленники, со ржавыми засаленными ручками. Домов было от силы с десяток, но если в селении и были жители, все они скрывались внутри отвратительных построек.

– Мне не хочется открывать эти двери, – заявил Джакомо.

– Понимаю, мне тоже. Но придется. Хорошо бы, не встретить никаких обитателей этого кошмарного поселка.

– Думашь, кто-то смог бы здесь жить? У нищих дома получше будут.

– Кто знает, какие обитатели тут могут быть. Возможно, вовсе не люди.

– А кто? Плотоядные камни?

– Сейчас узнаем.

Взялась за ручку ближайшей халупы и потянула на себя. Дверь открылась, издав отвратительный чавкающий звук, будто я раздавила с десяток лягушек. Освещения в доме не было. После яркого пламени голубого костра глаза не сразу могли что-то увидеть во мраке. Пахло подвальной сыростью.

– Тут кто-нибудь есть? – произнесла в темноту.

Что-то заскрипело в дальнем углу, послышалось какое-то невнятное шевеление, и я отступила назад, опасаясь, что нечто может наброситься. Джакомо ухватил меня за руку и потянул прочь от дверного проема. Мне захотелось поскорее захлопнуть дверь, но передо мной уже возникла человеческая фигура.

– Чего? – спросил мужчина голосом не выспавшегося алкоголика. Он тер глаза грязными пальцами, а желтозубый рот сводила зевота. Человек поправил полотенце, выполнявшее роль набедренной повязки и единственной его одежды, а потом уставился на нас ярко-желтыми удивленными глазами.

– Да так, хотели узнать, живет ли здесь кто-нибудь, – пробормотала в ответ.

– Узнали?

– Ну да, – ответила я, а маркиз неистово дергал меня за руку, всеми силами пытаясь оттащить меня от дома.

– Кто такие? – лениво поинтересовался мужчина

– Странники. Это первое поселение, которое мы встретили, вот и...

– И не сожрал никто? – недоверчиво спросил местный житель.

– Не сожрал, – подтвердила я.

– Сожрут еще, – оптимистично заметил туземец.

– Кто? – испуганно спросил Джакомо.

– Да кто угодно. Видал я странников, всех пожрали уж. Поди, и вас сожрут. Земля у нас голодная, всех пришлых жрет.

– Камни?

– И камни тоже.

– А как же тебя не сожрали? – поинтересовался маркиз.

– А я не лезу, куда не следует, сижу себе и сижу. Ты, – он перевел взгляд на меня, – Это, заходи, если хочешь. А этого, – мужик кивнул в сторону Джакомо,– Гони прочь, а то хуже будет. И от сих пусть проваливает, пока никто не выполз.

– Это еще почему? – одной мне входить точно не хотелось.

– Не жилец он, – полушепотом произнес мужик, – Гнилой. Понимаешь?

Взглянула на испуганного маркиза. Руки его дрожали, а глаза стали влажными, будто вот-вот из них потекут слезы. Он немного отстранился, поднял глаза к небу и издал протяжный вой, который вряд ли способен был издать человек.

– Я ведь говорил, – сдавленным голосом произнес маркиз, – Это все. Я стану камнем. И все на этом. Никуда ты меня отсюда не вытащишь, ведьма! – его голос сорвался на крик, и с этими словами, он схватился за голову и побежал мимо костра к противоположной стороне селения.

– Стой, идиот! – крикнула и помчалась следом, но поймать обезумевшего маркиза не сумела, вместо меня это сделали другие. Полуобнаженные люди крепко держали за руки извивающегося и ослабевшего Джакомо.

– Брось гнилушку, – крикнул мне вслед местный житель и захлопнул чавкающую дверь.

– Не уйдет гнилушка, – гоготали туземцы, выкручивая руки Джакомо.

– Оставь его, – я толкнула в грудь одного из нападавших.

– Не жилец он, – пояснил тот, кого я ударила, – Пусть хоть службу сослужит.

– Мы просто уйдем, – мой голос прозвучал жалобно.

– Уходь, а гнилушку оставь. Ни к чему он тебе. Или с ним хочешь?

Толпа оттеснила меня от Джакомо, продолжая шуметь, они потащили маркиза к одному из бараков. Меня же эти полуобнаженные люди не трогали, даже внимания не обращали на мои толчки. Я пыталась завязать потасовку, но они не отвечали на удары, лишь слегка оборонялись, давя массой. Все они казались мне грязными и дурнопахнущими, их волосы лоснились от жира, а тела были липкими. Мужчины все как один тощие и сутулые, кожа их собиралась в складки, а из одежды присутствовала лишь набедренная повязка. Женщины были замотаны в нечто напоминающее мешковину, тела их одутловаты, похожи на гигантские груши. Лица же этих людей показались почти одинаковыми, брови и ресницы отсутствовали, контуры лица размыты, шея в складках, а глаза не выражали ничего, пустые, как у мертвецов.

– Уходи, говорили же тебе, – раздался женский голос у самого уха, – Не то в костер бросим.

Не оборачиваясь, ударила локтем стоящего позади человека. Влажные руки ухватили меня за плечи и понесли в сторону постройки, в которой перед этим скрылся маркиз. Я попыталась ударить ногой, но и нижняя конечность вдруг оказалась в липких цепких лапах.

Двери у барака не было, просто черный проем в уродливой кирпичной кладке. Внутри стоял запах чего-то кислого, а еще старых истлевших тряпок. Так пахнет постель умирающего, вдруг подумалось мне.

Джакомо уже приковали за ногу цепью. Он сидел на земляном полу, обхватив голову руками, на меня даже не поднял глаз. Вскоре цепь добавилась и к моей ноге.

– Это ж не гнилушка, – донеслось до меня.

– Да какая разница, чем больше отдадим, тем лучше.

– Ее еще съесть можно.

Продолжения диалога уже не слышала. Возможное будущее совсем не казалось светлым вне зависимости от того, съедят меня живьем или все же зажарят. Джакомо выглядел совсем уж печально. Из ран на его руках снова сыпался песок. Он прижался лбом к стене и на меня не смотрел.

– Вытащи меня отсюда, – прошептал маркиз, – Я больше не могу выносить этот кошмар.

– Вытащу, – пообещала, но сама своим словам больше не верила.

– Я болен, мне нужно к доктору. Ты можешь сделать кровопускание?

– От твоей болезни кровопускание не поможет.

Уходить нужно было срочно, но ничего придумать не удавалось. Конечно, я могла проснуться, но Джакомо этого сделать не мог. Кажется, именно из-за него я не могла управлять этой реальностью. Иногда чужое мнение оказывает слишком сильное влияние на мир. Примерно то же самое происходит и наяву, там слишком много людей, излишне верящих в реальность происходящего. Противостоять этой силе пока так и не научилась, хотя Крон не раз говорил о важности данного умения.

Время хоть и текло довольно медленно, но играло против нас. Каким бы ни было его соотношение с явным миром, ночь рано или поздно должна закончиться.

– Крон! – закричала во весь голос, но ни привычного холодка, ни образа не возникло, – Крон! Вытащи нас отсюда! Я тебя призываю!

– Что ты делаешь? – маркиз оторвал лоб от стены и удивленно уставился на меня.

– Зову на помощь, – ответила и продолжила кричать, – Ваал Фагор! Явись!

Ответа так и не последовала. Даже определить не могла, не хочет он мне помогать или не может. О последнем думать не хотелось, но страх уже тяжелым грузом лег на грудь.

– Нет! – вдруг вскрикнул Джакомо, – Не оставляй меня одного!

– Я здесь, – ответила и почувствовала, как приятно наконец вытянуть затекшие ноги.

– Не исчезай, пожалуйста! – он схватил меня за руку, но подо мной уже была не голая холодная земля, а что-то мягкое и теплое.

***

После ночного кошмара пробуждение всегда приятно. Теперь покинутый неприглядный мир казался совершенно абсурдным и нереальным. Некоторые вещи не должны существовать только потому, что существовать они не должны. И насколько же приятнее находиться в своей квартире, лежать на небольшом уютном диванчике и потягиваться. А Джакомо можно и следующей ночью вытащить оттуда, ничего с ним не сделается.

Встала с постели и побрела на кухню, заварить кофе. За окном было еще темно и непривычно тихо в доме.

– Звала меня? – от неожиданности вздрогнула и потянулась к выключателю.

Демон сидел за столом и крутил в руках курительную трубку.

– Ты как сюда попал? – с одной стороны я рада была видеть Кроноса наяву, но с другой никак не ожидала, что такое вообще возможно, оттого и испугалась. Одно дело слышать голос в голове, другое – видеть его воплоти.

– Не рада? – усмехнулся демон.

– Рада, конечно...

– А чего ты так удивилась? Ты звала, я пришел.

– Просто не привыкла видеть тебя наяву.

Зазвучал ледяной смех демона, хотя рот его был закрыт.

– Ты почти год, как не живешь здесь. Вспомни, ты в даже другом городе сейчас.

– Это снова сон?

– Снова.

– А что будет теперь с Джакомо?

– Нормально с ним все будет, в ванной он, можешь посмотреть.

– Он не станет камнем? Ты видел его руки?

– Говорю же, нормально с ним все будет.

– Почему ты не пришел туда?

– Хотел, чтобы ты сделала правильный вывод.

– А я сделала?

– Сделала, сделала.

– Я опять должна угадать?

– О том, как люди влияют на твои мысли. И на умения изменять мир.

– Это оказалось труднее, чем я думала.

– Вот именно, – с назиданием заметил Крон, – А наяву чужих сомнений больше.

– Но ты ведь научишь меня?

– Непременно. Иди, проверь своего подопечного, – демон слегка подтолкнул меня в сторону ванной, но я нерешительно застыла у двери.

– Джакомо, – позвала тихо, – Войти можно?

– Да-да, вряд ли сейчас я в более неприглядном виде, чем уже представал перед тобой.

Дверь оказалась не заперта, видимо, маркиз еще не освоил современную щеколду. Он сидел на краю ванны и держал в руке одноразовый бритвенный станок.

– Мне нужна помощь. Все-таки подхватил лихорадку в... том месте. Без кровопускания не обойтись.

До меня дошло, что он собирался делать с бритвой, и я рассмеялась.

– Этим вены не режут.

– А скальпеля не найдется?

– Тебе не нужно кровопускания. Я дам тебе таблетку, и все пройдет.

Только теперь заметила на его запястьях мелкие порезы, но черных дыр больше не было.

– Кровопускание вышло из моды больше века назад. Сейчас есть более эффективные методы, – с этими словами отобрала станок у маркиза, чтобы он перестал себя царапать, – Идем отсюда, – взяв его за руку, буквально силой затащила его на кухню.

Увидев Кроноса, Джакомо растерялся и осторожно отступил за мою спину, хоть демон и был в человеческом обличии.

– Простите, я не успел одеться. Не знал, что в доме есть еще кто-то, – он неловко поклонился, – Маркиз Джакомо деи Карлотти.

– Кронос, – представился демон, – Да, тот самый, что сожрал своих отпрысков.

– Крайне польщен знакомством с Вами, – фальшиво ответил маркиз и снова поклонился.

– Можешь оставить свой этикет. Ты еще не дома, – тихо добавила я.

– А как скоро здесь принято обедать? – поинтересовался Джакомо.

– Обедать? – несколько удивленно переспросила.

– Видишь ли, – демон сделал паузу, раскуривая трубку, – Для маркиза этот мир настоящий. Он может испытывать голод, жажду, потребность ко сну, которыми не следует пренебрегать.

– Мне бы еще доктора, – нерешительно добавил Джакомо.

– Но в том мире ты же не просил еды, – сказала я.

– А какой был в том смысл? Я был счастлив там самому не стать едой, – маркиз смущенно улыбнулся.

– Крон, а ты не мог бы сотворить какой-нибудь приличный обед? В моем холодильнике вряд ли завалялось хоть что-то съедобное.

– Ты снова забываешься, – ответил демон, – Это твой мир. Ты можешь и сама сотворить что угодно.

– Что-то у меня сил нет на это.

– Ты слишком доверяешь реальности. Негоже это для демиурга.

– Просто устала, может в другой раз?

– Если бы лучше старалась, ты не устала бы в том своем ужасном мире, а быстренько привела его в порядок. Откуда в твоей голове вообще столько неприглядной материи? Самому тошно было наблюдать.

– Ну, так вытащил бы меня оттуда!

– Хочешь, чтобы я до конца времен водил тебя за ручку?

– Мне просыпаться пора, – ответила, хотя понятия не имела, когда мне просыпаться на самом деле.

– Не пора, – возразил Крон, – Мне лучше знать.

– Так ты и впрямь спишь? – удивился маркиз.

– Да, спит, – зло ответил демон, – А ты вообще давным-давно умер там, где она спит.

– Кажется, я схожу с ума, – Джакомо картинно закатил глаза и приставил руку ко лбу, прямо как барышня, желающая плюхнуться в обморок.

– Не волнуйся, – ответил Крон, – Не сойдешь. Просто знать будешь чуть больше, чем нужно. Но психика твоя не сильно пострадает от этого.

Сосредоточившись, я открыла холодильник, мысленно наполняя его всевозможными яствами. Что ж, это оказалось не трудно, полки холодильника оказались уставлены готовыми блюдами. Правда, мне хотелось создать что-то более привычное для маркиза, но вся еда была аккуратно упакована в контейнеры из супермаркета.

– Вот видишь, – демон с одобрением посмотрел на меня, но от этого взгляда мне стало неприятно, так смотрят на собачку, принесшую палку, – Все получилось, хотя могла и сразу на столе организовать пиршество.

За подобную похвалу одарила Кроноса презрительным взглядом и обратилась к Джакомо.

– Бери, что хочешь, еда может и странная, но съедобная.

– Благодарю, – ответил маркиз и погрузился в созерцание содержимого холодильника.

У меня же не было никакого желания принимать пищу во сне, и я отправилась приводить себя в порядок. Сон это или нет, но мне до чертиков надоела это замызганная пижама XVIII столетия. Приняв душ и переодевшись, вернулась на кухню. Джакомо успел опустошить большую часть контейнеров с едой. Лицо его приобрело жизнерадостное выражение, и он оживленно беседовал с демоном, а тот с надменным видом что-то объяснял маркизу.

– Так это будущее? – восторженно обратился ко мне Джакомо.

– Будущее, не сомневайся.

– И какой же сейчас год? Вы все еще считаете время от Рождества Христова?

– Две тысячи семнадцатый, – пояснила я, – Летоисчисление то же.

– Невероятно! Я видел в окне железные повозки без лошадей! Я видел коробку с движущимися картинками! Этот мир прекрасен настолько же, насколько был ужасен предыдущий.

– Да, в XXI веке есть столько, о чем ты в своем времени и помыслить не мог. Но всего я показать тебе просто не успею.

– И не стоит, – произнес демон, – Ему еще и домой возвращаться. Не хватало, чтобы он обо всем этом начал трындеть на каждом углу.

– Разве его прошлое – мое прошлое?

– Одна из вероятностей. В любом случае, портить тот мир не стоит.

– Я никому ничего не скажу, – возразил Джакомо.

– Не сомневаюсь, – ухмыляясь, произнес демон.

– Крон, что-то не так? – спросила его прямо, – Чего злой такой?

– Вообще-то, демоны – злые сущности, – он холодно рассмеялся.

– Вы действительно демон? – с восторгом пятилетнего мальчика переспросил Джакомо.

– Нет, шеф-повар ресторана, еду из которого ты только что уничтожил, – съязвил Кронос, очевидно, что Джакомо вызывал у него раздражение.

Демон растворил трубку щелчком пальцев, встал из-за стола и подошел ко мне вплотную.

– Покажи интернет, ему это пойдет на пользу. Устрой ему прогулку по городу, ты ведь всегда этого хотела. А потом отправь домой. Только сделай это самостоятельно. И не вздумай оставить его здесь, как бы он ни просил, – на этом демон растаял в воздухе.

Его мотивы часто бывали мне не ясны. Если Кроносу претило мое общение с маркизом, то к чему устраивать прогулки? Если Джакомо не следовало знать о будущем, почему бы не отправить его домой сразу? Если же все было в порядке, то отчего демон был таким недовольным? Оставалось надеяться, что Крон объяснит свое поведение после.

– Ну что ж, Джакомо, давай покажу тебе интернет, – произнесла я и открыла ноутбук.

Его пламенный взор вперился в дисплей. На лице застыла глуповатая и восторженная улыбка. Было забавно наблюдать, как он следит за курсором мышки, всплывающими окнами, как вздрагивает от звуковых эффектов.

– Не буду вдаваться в технические подробности, – начала я, – Интернет – это окно, через которое можно увидеть буквально все. Ну, или почти все. Это доступ к любой информации, которой владеет человечество.

– В такой маленькой шкатулке все знания?

– Не в шкатулке. Это окно. Все эти знания могут находиться как угодно далеко, через шкатулку я могу получить к ним доступ.

– Кажется, понимаю, но в голове подобное изобретение пока не укладывается.

– Вот, к примеру, хочешь найти труды Аристотеля, вводишь в поисковике запрос, и Яндекс выдает тебе все, что нашел. А хочешь увидеть, что сейчас происходит в Париже, например, можно найти трансляции с камер.

– С камер? Тюремных?

– Камера – это такое устройство, которое может записывать видео или передавать его.

– Это понимаю, но что такое видео?

– Тебе ведь Крон показывал движущиеся картинки. Это как будто смотришь в окно, но это окно показывает то, что очень далеко.

– Невероятно... – выдохнул маркиз.

– Еще есть соцсети, где люди общаются между собой, электронная почта, скайп, магазины.

– Магазины? Можно передать продукты через окно?

– Нет, их можно выбрать и оплатить, а товар потом привезут. Или сам за ним едешь.

– Кто же станет оплачивать товар, который привезут потом? Не легче пойти в магазин и купить сразу?

– Можно так из другой страны товар заказать, например. Или из того, что нет в наличии. Впрочем, не думаю, что это важно.

– Неужели нельзя сделать, чтоб товары через это окно выходили?

– Ну, может, изобретут такое когда-нибудь лет через двести. И я тоже буду удивляться, думая, как такое возможно, – рассмеялась я, но Джакомо шутку не оценил.

– А запрещенные книги тоже есть?

– У нас нет запрещенных книг. Ну, есть, конечно, книги, которые не печатают, но в сети они есть. Есть еще запрещенный контент, но доступ к нему все равно можно получить.

– Значит, инквизиция все еще существует.

– Нет, не инквизиция. Но некоторые вещи все равно запрещают, иногда удаляют, но при желании найти можно все.

– Кажется, я понял. Есть великая сфера знания. В ней хранится весь опыт Мироздания. И есть люди, способные получать знания из этой сферы в глубокой медитации. Я тоже пробовал это делать, но мне не хватило умения. Лишь обрывочная информация доходила да меня. А то, что ты мне показала, это путь к сфере.

– Почти верно. Единственное отличие – интернет создан людьми, а сфера, о которой ты говоришь, является частью Мироздания. Но принцип очень схож. Наверное, для этого Крон и просил показать тебе интернет. Чтоб ты интегрировал этот опыт.

– Интернет или Сфера, какая разница, ведь работает оно одинаково, как ни назови.

– Хорошо, что я не начала с технической части. Иначе ты вряд ли увидел бы сходство между компьютерными сетями и метафизикой. Хотя, теперь и я вижу.

Самостоятельно печатать Джакомо все-таки не смог. Возникла сложность с буквами. Хоть он и был грамотным, но кириллические символы были ему чужды. Читать ему также не удавалось, хотя на слух он прекрасно воспринимал речь. Не думаю, что это связано с языками, скорее всего, сработало свойство сновиденческого мира, не позволяющее прочесть один и тот же текст дважды. На деле и единожды это не всегда удается. Чтобы не мучить реальность, мы ограничились просмотром видео.

– Мне следует показать тебе город, – подергала Джакомо за руку, пытаясь оторвать от монитора.

– А разве я не могу увидеть все через эту штуку? – ему определенно не хотелось отходить от ноутбука.

– Реальность всегда интереснее. Неужели тебе не любопытно?

– Просто несколько опасаюсь этих телег без коней.

– Идем, они не кусаются.

Прежде чем выходить на улицу. Джакомо предстояло переодеть. В шкафу обнаружились джинсы моего мужа, а вот футболку ему пришлось надеть мою. Конечно, трикотаж чересчур обтягивал его фигуру, а джинсы не доходили до щиколоток, но этот вид все же был лучше, чем изодранная старинная рубашка с кюлотами.

– Сейчас все так ходят, – убеждала я маркиза, презрительно оглядывающего себя в зеркале.