Текст книги "Девочка Шакала (СИ)"

Автор книги: Чарли Маар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 13
Аида

Следующие несколько дней Ренат ко мне не приходит. Всегда кто-то другой и каждый раз разный приносит еду и воду. Кроме еды ещё чистые полотенца и одежду. В блокноте с ручкой мне по-прежнему отказывают. Что, боятся, что я ручку кому-нибудь в глаз воткну и попытаюсь сбежать?

В общем, учитывая то, что в комнате нет окон, я точно не знаю, сколько проходит дней. Но я изрядно устаю за это время от неизвестности и ничего не деланья.

Из эмоций только страх.

Из занятий – детективы. Я уже их все перечитала по сто раз, хоть и не люблю.

Пытаюсь придумать, как упросить Рената сохранить хотя бы Лёшину жизнь, но в голову ничего не приходит от слова совсем.

Вряд ли ему что-то настолько нужно, чтобы согласиться.

Доедаю суп, который принесли полчаса назад, и допиваю кофе. Скоро должны прийти и забрать грязную посуду и поднос.

Я не перестаю упрашивать принести мне блокнот или позвать Рената, так как буквально на стенку лезу.

Такая из меня пленница. Наверное, люди в плену лишь о жизни молятся. А я на месте усидеть не могу.

– Вы закончили? – дверь открывается, и в проёме появляется мужчина.

– Да, – киваю на поднос. – Я так понимаю, просить вас о чём-либо бесполезно?

– Встаньте и повернитесь ко мне спиной.

– Зачем это? – я сощуриваю взгляд.

– Делайте так, как я сказал.

Мне ничего не остаётся кроме как подняться и повернуться спиной к мужчине.

Сначала я чувствую холодный металл на запястьях.

– Эй! Зачем наручники?! Я нормально себя веду!

Но мужчина не отвечает. Следом он надевает мне повязку на глаза. Пространство погружается во тьму.

О Господи.

Сердце пропускает удар, падает куда-то в живот и там превращается в кровавое мессиво.

Кажется, настал день моей смерти.

А я даже не знаю, какое сегодня число. И не знаю, найдут ли моё тело вообще? Может и хоронить будет некого.

Холодный липкий пот покрывает кожу. Мерзко и противно. Страшно до тошноты. Моя жизнь закончится здесь. Смерть от рук безжалостного человека или монстра, называйте его, как хотите, это моя судьба.

Даже вопросов задавать не хочется, да и сил спросить просто нет.

Меня куда-то ведут, а я покорно шагаю следом. Не слышу звуков, не чувствую запахов. Просто иду как марионетка, управляемая кукловодом.

Вот он кто. Не Шакал, а Кукловод.

Слышу щелчок двери. Меня куда-то заводят. Помещение тёплое и на удивление пахнет приятно. Цветами что ли?

Первым делом с меня снимают наручники и только потом повязку.

Ванная?

Я оглядываюсь, не веря своим глазам.

Это действительно ванная комната. Причём довольно роскошная. Большая, с душевой и джакузи. Здесь много цветов и различных купальных атрибутов. Есть отдельный шкаф с полотенцами и халатами. Зеркало на стене в полный рост.

– У вас тридцать минут. Одежда там, – мужчина указывает на белый шкаф с плетеной дверцей.

– Подождите... Вы привели меня помыться?

– Да. Что-то не так? Если что-то нужно, говорите сразу.

– Да нет... Просто... Я думала, меня ведут на смертную казнь.

Мужчина эмоционально никак не реагирует. Даже бровью не ведёт.

– Вы предпочитаете, чтобы вас убили?

– Я больше именно этого ожидала, чем ванной.

– Я передам ваши пожелания.

Вскидываю брови, посмотрев на мужчину с любопытством. Шутка, конечно, саркастичная, но тем не менее, шутка.

Ну надо же... Шутить умеют.

– Время пошло, – он, очевидно, засекает таймер на ручных электронных часах, после чего выходит.

Ванную запирает с внешней стороны.

Глава 14
Аида

Ренат разрешил мне полноценно принять ванную.

В некоторых исторических источниках указывается, что людям перед казнью разрешали что-то хорошее, так сказать – насладиться последним глотком жизни. Может, это мой глоток?

Конечно, меня немного расслабило, что прямо сейчас меня никто убивать не собирается, и всё же я нервничаю и дёргаюсь. С чего вдруг такие привилегии?

В общем, я нахожу в себе силы подойти к шкафу и раздеться. Руки дрожат, колени тоже. Вполне естественно. Нельзя столько нервничать и не получить никакого побочного эффекта.

Время ограничено, так что я быстро складываю ношенную одежду на полку, выбираю шампуни и захожу в душевую кабину. Я решаю использовать именно душ, так как ванная это слишком долго.

Внутри кабины на полках есть упакованные бритвенные принадлежности и новые зубные щётки.

Может, он решил начать меня насиловать?

Что хуже – смерть или изнасилование? Смерть после изнасилования?

Боже... О чём я вообще думаю? Такая каша в голове и бред, построенный на бреде.

Кажется, я точно начинаю сходить с ума. Это, видимо, изначально было неизбежно.

Прикрыв глаза и зажав пальцами веки, я делаю несколько вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться.

Мне просто надо помыться. Вот и всё. Приятно быть чистой и хорошо пахнуть.

Возможно, в следующий раз он позволит увидеться с Лёшей.

Включаю воду, регулирую её до температуры чуть выше тёплой, после чего встаю под струи воды. Они тугим мощным каскадом бьют по плечам, и вместе с водой из глаз начинают течь слёзы.

Всё-таки мне очень плохо. Даже вот такая крошечная уступка не радует. Но лучше не выдавать при НЁМ лишних эмоций. Ренат должен думать, что я звездец как благодарна. Тогда он, вероятно, продолжит в чём-то уступать. Во всяком случае, я на это надеюсь.

А если стану выпендриваться, то он может сказать "ну, не надо, значит, не надо". И меня даже кормить перестанут.

Пару раз шмыгнув носом и сжав ладони в кулак, чтобы внутренне собраться, я беру гель для душа, выдавливаю немного на мочалку и начинаю мягко растирать кожу.

Пахнет цветами. Запах сладкий, но не приторный. Очень вкусный.

Обтерев всё тело, я беру упаковку с бритвой и вскрываю. Заросшие ноги, зона бикини и подмышки – тот ещё дискомфорт, когда ты девочка. Я быстро бреюсь, затем приступаю к голове. И после того, как бальзам смывается с волос тёплой водой, я ещё какое-то время стою под струями, положив ладони на стену и прикрыв глаза.

Время на исходе. Надо выходить. Но так не хочется возвращаться в ту узкую комнату без света, без свежего воздуха.

Ещё меньше хочется чтобы кто-то зашёл в ванную, когда я еще голая, поэтому, заткнув в себе лишние мысли, я выключаю воду, выбираюсь из кабины и хватаю полотенце.

Волосы не заматываю. Просто обтираю, позволив им сразу закрутиться влажными кудряшками. Чистое белье на полке простое, белое. Я наспех его надеваю, сверху махровый халат и ещё беру вещи, которые планирую переодеть уже в комнате. Тут пара футболок, джинсы, и еще пижама.

В зеркале ловлю своё отражение.

Благодаря воде щёки порозовели и губы налились кровью, а то была похожа на труп.

Дверь ванной, наконец, открывается. Вот только на пороге стоит не тот мужчина, который меня сюда привёл, а Ренат.

Почему-то низ живота ошпаривает горячей волной. Не знаю, почему. Возможно, дело во взгляде, которым он меня окидывает. Карие глаза становятся такими тёмными, как горячий шоколад.

Мурашки бегут по коже...

Я сильнее сжимаю одежду и прижимаю к груди, нижнюю губу прикусываю.

– Какая честь... Вы лично за мной пришли... Надеюсь, это был не последний душ в моей жизни?

Карий взгляд фокусируется на моём лице.

– Красивая, – тянет Ренат. – Хотел посмотреть поближе.

Поближе? Что значит, поближе?

Сглотнув, я начинаю суетливо вертеть головой, просматривая в основном углы ванной. Здесь камеры установлены или как?

– Вы что, за мной наблюдали?!

– Конечно. Ты же не думаешь, что я позволю тебе делать хоть что-то, не отслеживая каждый твой шаг?

– До этого момента думала.

– Ну, теперь больше не будешь.

Я почему-то жутко краснею. Он смотрел на меня голую. Как я брею и тру себя... там.

Видел мою грудь...

Да уж. Очень логично стесняться своего похитителя. Видел голую... Лишь бы не захотел теперь насиловать!

– Подождите, – переведя дыхание, я снова смотрю на Рената, чувствуя, как мои щеки горят адским огнём. – Получается, в моей комнате тоже есть камеры? И в туалете? Вы... вы же не смотрите, как я... делаю то, что делают все люди в туалете?

– Просматриваю. Иногда.

Меня начинает тошнить.

Я закрываю рот рукой, чтобы сдержать рвотные позывы, но мне всё равно плохо.

– Вы... больной! Вы извращенец! Совсем что ли?! Я теперь из-за вас спокойно писать не смогу! Про остальное предпочитаю вообще промолчать.

– Извращенец? – хмыкает Ренат. – В этом есть доля истины. Но не настолько извращенец. Я пошутил, Аида. Я не смотрю, как ты ходишь в туалет. Никто не смотрит.

Господи...

У меня уже желудок почти до горла выдавился.

– Вы всегда шутите с таким видом, как будто не шутите?!

– Всегда, – Ренат чуть отступает от двери в мою сторону. – Идём. Я завяжу тебе глаза и провожу в комнату.

Глава 15
Аида

То, как Ренат завязывает мне глаза, ощущается совсем иначе. Когда ко мне прикасался его подчинённый, я не чувствовала настолько огромного спектра эмоций, которые накрывают меня сейчас.

Близость мужчины. Его запах. И странные вспышки в тех местах, где его кожа соприкасается с моей. И он будто намеренно делает всё очень медленно.

Я пытаюсь отключиться от реальности. Не думать о том, что Ренат стоит позади меня, и это его горячее дыхание скользит по шее и змеей сползает вниз по позвоночнику.

– Вы не могли бы побыстрее? – спрашиваю хрипло, сглотнув вязкую слюну.

Что с моим голосом? И какого чёрта меня так трясёт?

Вообще, лучше бы я, конечно, молчала, так как после моего вопроса руки Рената застывают у меня на шее, затем он словно наклоняется ниже, потому что дыхание теперь меняет курс к ключицам и груди.

К сожалению, я ощущаю, как грудь мгновенно на это реагирует, наливается и твердеет.

Какого...?

– Я тебя смущаю, Аида?

Пульс начинает биться в ямочке на шее.

Боже, ну почему, он не может просто завязать мне глаза и молча отвести в мою клетку, где я смогу немного отойти от неожиданно близкого взаимодействия с ним.

– Вы мне не нравитесь, – понятие не имею, как мне удаётся хоть что-то пропищать.

Кажется, что я теряю контроль над своим голосом, разумом и телом.

– Значит, тебе не приятны мои прикосновения? – в этот момент его большой палец давит на позвонок, выступающий сверху спины.

Это как удар током.

Ощущение слишком сильное и ненормальное, учитывая то, кто меня трогает.

– Не приятны. Это вы верно заметили.

Возможно, не разумно говорить ему так. Ведь моей целью является задобрить его, чтобы получить возможность видеться с Лёшей.

Но если я стану молчать, тогда Ренат подумает, что я не против его касаний. И неизвестно, чем эти касания закончатся в следующий раз.

– Жаль. А мне вот приятно тебя трогать, Аида.

Руки мужчины неожиданно проскальзывают вдоль моего тела. Я вздрагиваю и машинально дёргаюсь вперёд, в страхе, что он сейчас меня схватит.

– Не надо...

– Шшш... – горячая ладонь ложится на низ живота и давит, отчего я невольно качаюсь назад и спиной вжимаюсь в грудь Рената. – Успокойся.

Сердце шарахает как бешеное. В груди становится больно от такого сердцебиения, а низ живота горит, пока ладонь Шакала находится там.

Хорошо, что он довольно быстро её убирает. Это позволяет мне выдохнуть. Правда, ненадолго, потому что уже спустя несколько мгновений ткань повязки начинает скользить вверх по лицу, пока не ложится на глаза.

Я погружаюсь в темноту.

И теперь есть только ощущения. От того, что я ничего не вижу, остальные чувства обостряются, и близость Рената острыми колючими иглами жалит моё тело.

Я чувствую, как он наклоняется и носом втягиает аромат моих волос.

– Пожалуйста... Отведите меня в комнату...

Колени дрожат. Непонятно, как я вообще всё ещё стою на ногах, а не упала на пол от бессилия. Хотя, уверена, что Ренат не дал бы мне упасть.

– Пожалуйста, Аида, – отвечает Шакал и подталкивает меня вперёд, положив ладонь на поясницу.

Каждый шаг даётся с трудом. И кажется, что мы идём гораздо дольше, чем я шла с тем мужчиной чуть ранее. Поэтому, когда я, наконец, усаживаюсь на постель в своей "камере", выдох облегчения эхом отталкивается от стен и повисает в воздухе.

Ну, надо же. Радоваться, что я снова здесь...

– Можешь снять повязку.

Подняв руки, стягиваю тряпку с глаз и упираю взгляд в Рената, стоящего возле двери.

– Лёша... Когда я смогу увидеть Лёшу?

– Это не входит в мои планы.

Я зажмуриваю веки и сжимаю кулаки.

– Пожалуйста...

– Ты же не хочешь, чтобы он плакал, Аида?

Вновь распахиваю веки и прямо смотрю на Рената.

– Это угроза? Вы собираетесь заставить его плакать, если я буду проявлять настойчивость?

– Нет.

– Нет? А что тогда?

– Если он увидит тебя, то потом будет всё время просить об этом. А как дети просят? Плачут, Аида.

– Бред... – сглотнув, я качаю головой. – Хотите сказать, что сейчас он не просит и не плачет?

– Бывает. Но не так часто, как это может быть.

– Не понимаю, в чём проблема позволить нам быть вместе?

– Это не твоего ума дело. И решать такие вещи буду только я. Кстати, – Ренат указывает пальцем мне за спину, – блокнот и ручка. Как ты просила.

Перевожу взгляд на тумбу и действительно вижу розовый блокнот с такой же розовой ручкой рядом.

– Спасибо. Будет хоть чем заняться.

Ренат коротко кивает и поворачивается к выходу.

– Завтра я приду за тобой.

Бросаю взгляд ему в спину.

Придёт за мной?

Разумеется, мой мозг тут же рисует не самые благоприятные события, которые меня ожидают.

– Зачем?

Ренат молча делает шаг за порог.

– Зачем вы за мной придёте? – вскочив с кровати, несусь за мужчиной, но дверь захлопывается прямо у меня перед носом.

Я зло бью по ней ладонями.

– Ренат?! Зачем вы за мной придёте?!

Ответа я так и не получаю.

Глава 16
Аида

«Дорогой дневник, я не помню, сколько уже нахожусь в плену. Если мои мемуары хоть кто-то найдёт, меня зовут Милославская Аида Валерьевна. Свяжитесь с моими сестрами Адой и Агнией...»

Вздохнув, я отбрасываю ручку и отодвигаю от себя блокнот.

Все мысли сейчас полностью сконцентрированы на том, что меня ждёт завтра, когда придёт Ренат.

Кроме того я не могу расслабиться из-за информации о камерах в комнате. У меня теперь постоянное ощущение, что за мной наблюдают. Это чертовски дерьмовое чувство.

И, кстати, несмотря на то, что Ренат сказал относительно шутки в туалете, я все равно хожу писать, прикрываясь футболкой.

Боже... Как я до этого не подумала, что за мной вполне могут следить?!

Да и смысл теперь размышлять об этой слежке? Если завтра меня изнасилуют...

"Всё. Стоп, Аида. Стоооп! Ты так себя с ума сведешь!"

Да, в принципе, я и без того схожу с ума.

Возможно, убивать меня и не придётся. Кому доставит удовольствие убивать свихнувшегося человека? Наверное, Ренат хочет наблюдать за истинными людскими страданиями, когда ты осознаешь, что происходит. А больной человек вряд ли будет понимать, зачем, почему и в чём причина?

Господи, ну что за бред? Точно крыша поехала.

Откидываюсь на подушку и стону, глядя в потолок. Итак, по моим подсчётам, ужин был полчаса назад, с учётом, что меня кормят три раза в день. Значит, сейчас уже вечер или поздний вечер. Осталось уснуть и дождаться завтрашнего дня, который принесёт мне полную неизвестность.

Правда, быстро уснуть не удаётся – мысли мешают. Поэтому, когда дверь открывается и мне приносят завтрак, я чувствую себя ужасно не выспавшейся.

– Разве не сам ваш Повелитель должен был за мной прийти?

Хорошо, что мужчина тот же самый, кто провожал меня вчера в душ. У него вроде даже чувство юмора имеется.

– Повелитель?

– Ну да. Ренат. Шакал. Сатана. Да как угодно.

– А. Он придёт позже.

– Вот как?

– Да. Вам передали хорошего дня.

– Очень мило, – сухо отвечаю, без особого аппетита взглянув на тарелку омлета с беконом. – Здесь что ни день, то лучше предыдущего.

– Спасибо за высокую оценку нашего сервиса.

Я выгибаю бровь.

– Ваш юмор так и раскручивается как в центрифуге.

– Тренируюсь, – отвечает мужчина и идёт к выходу.

Да уж. Умирать так с юмором...

Глава 17
Аида

Весь день я не нахожу себе места.

В принципе, я и так его не могу найти, но сегодня у меня есть дополнительный повод.

Ни блокнот, ни вкусная еда, ни чистое тело, ни свежая одежда не улучшают настроение. Я без конца думаю только об одном – что от меня хочет Ренат? Зачем я нужна ему сегодня?

Когда спустя несколько часов моих метаний по комнате дверь открывается, от нервов у меня скручивает живот и трясутся колени. Так страшно не было даже вчера, когда мне завязали глаза...

К моему удивлению на пороге появляется вовсе не Ренат, а один из его псов. Мне все ещё трудно даже мысленно называть их сотрудниками, работниками и тому подобное. Он преступник, а они ему служат. Минимум как их можно обозвать – рабы Сатаны.

– Это для вас, – мужчина кладёт на кровать несколько коробок.

– Что это?

– Не знаю.

Блеск. Если бы был тот, с юморком, мы бы хоть пошутили. А этот как робот шагает обратно к двери, затем выходит, оставив меня наедине с коробками.

Тяжело вздохнув и прикусив губу, я перевожу взгляд на те самые коробки. Нижняя самая большая, затем две поменьше и последняя самая маленькая.

Я, конечно, не дура, и сразу предполагаю, что в них, скорее всего, шмотки или что-то вроде того. Если Ренат собрался меня насиловать, то, наверное, ему бы хотелось насиловать более привлекательную женщину. Так что сначала он меня помыл, теперь нужно одеть...

В своих предположениях я не ошибаюсь. В коробках действительно находится одежда, кроме неё туфли, косметика, всякие расчёски, духи и драгоценности. Всё брендовое. Дизайнеры и ювелиры с мировыми именами.

Определённо будет насиловать...

Я не знаю, как правильно поступить. С одной стороны, злить Рената – вряд ли хорошее решение. С другой – одеться, как он хочет, и тем самым показать, что я не имею ничего против его сексуальных притязаний... Но если секс сохранит мне жизнь...

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Понятия не имею, что мне делать.

В общем, потратив неизвестно сколько времени на принятие решения, я всё же делаю выбор в сторону частичного выполнения условий.

Надеваю шёлковое бежевое платье на тонких бретелях. Косметику не использую. Волосы не укладываю, а просто закалываю на макушке. Духи не брызгаю, только дезодорант. Драгоценности и туфли не надеваю.

Дверь снова открывается примерно через час, ну или два, трудно сказать точно. На пороге опять оказывается не Ренат. И в этот раз мне тоже завязывают глаза. Впрочем, я не удивлена.

Мы идём долго. Прям очень долго. Я ничего не вижу, но чувствую ногами то холодный пол, то мягкий ковёр. Воздуха становится больше. Пару раз я ощущаю ветерок по рукам и спине. Приятный и мягкий. А ещё запахи... Вкусные запахи. Цветы, выпечка, ароматические свечи или благовония.

Наручники мне не надели. Когда Ренат вёл меня из ванной, тоже не надевал наручники. Видимо, все решили, что я достаточно разумная, чтобы не пытаться вырваться и сбежать. Я ведь даже понятия не имею, где нахожусь.

Наконец, мы останавливаемся.

Повязку с глаз снимают. Постепенно я привыкаю к свету и теперь могу разглядеть помещение, где нахожусь.

Это типа огромной столовой. Я стою вверху на широкой лестнице, а внизу длинный стол, на дальнем конце которого сидит Ренат в кресле с высокой спинкой.

Как трон. А он действительно как Аид... Властелин Ада.

На нем чёрная рубашка. Рукава закатаны. На запястье дорогие часы.

Волосы Рената сейчас зачесаны назад. Тёмный взгляд устремлен на меня. Бровь иронично выгнута.

– Все остальные подарки ты забраковала? – спрашивает мужчина. – Туфли что, не подошли?

– Мне не нужны такие подарки.

Ренат откидывается на спинку кресла.

– Какие – такие?

– С сексуальным подтекстом, – босыми ногами я топчусь на месте, не решаясь шагнуть на лестницу.

– С каким-каким подтекстом?

– Сексуальным. Не делайте вид, что вы не понимаете, о чем я говорю.

– Я не делаю вид, Аида. А действительно не понимаю.

– Всё вы понимаете! Весь этот цирк... – я делаю шумный вдох и сцепляю руки в замок на животе, —... ванная, одежда, духи, косметика... Вы решили одеть меня получше, чтобы подготовить к... к сексу с вами, – выплевываю я, чувствуя, как внутренности начинает скручивать.

На мой выпад сначала звучит оглушающая тишина. Аж уши режет – настолько становится тихо.

А затем вдруг раздаётся громкий мужской хохот. Он мягким рокотом прокатывается по столовой и оседает странным трепетом в моем животе.

– Подготовить к сексу. Надо же такое сказать...

– Вам смешно? Мне вот не очень.

Бесит его реакция.

Он сомневается, что мне здесь страшно и плохо, или как? Я, по его мнению, должна быть в восторге от любого знака внимания?!

– Аида, – откашлявшись, Ренат указывает на другой конец стола, – сядь, пожалуйста. И можешь быть спокойна – я не собираюсь тебя насиловать. К слову, в моём понимании, тебя не нужно готовить к сексу со мной. Я считаю тебя красивой без дорогих платьев, драгоценностей и косметики. И даже с грязными волосами. А мой подарок... это, скорее, просто более комфортный внешний вид для ужина со мной. Просто ужина, Аида, – он ставит локти на стол, сцепляет руки в замок и устремляет на меня взгляд из-под бровей. – Но если захочешь секса – только скажи. Ваше желание – и я повинуюсь.