Текст книги "Девочка Шакала (СИ)"

Автор книги: Чарли Маар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 7
Аида

Вечером, как и обещала сестре, я остаюсь с Лёшей, чтобы они с Саидом могли провести время вместе. Прогулявшись вдоль берега в сопровождении охраны и наевшись всяких вкусностей, мы возвращаемся на виллу.

– Мы будем смотлеть мультики? – спрашивает племяш, стоит нам переступить порог дома.

– Конечно, будем, – киваю я. – До самой ночи.

– Плавда?!

Я смеюсь довольному лицу Лёши. Явно его родители гораздо строже меня. Ну на то я и тётя, чтобы баловать своих сладких племяшей.

– Абсолютная! Сейчас как устроимся поудобнее.

Лёшка очень доволен, что ему выдали мультяшечный безлимит. Мы заранее переодеваемся в пижамы, наваливаем подушек и матрасов перед большим экраном телевизора – племяш так серьёзно помогает, что я никак не могу налюбоваться этим ещё маленьким, но уже таким серьёзным мужчиной.

За окнами начинается небольшой дождь, от которого дом с распахнутыми окнами наполняется приятной прохладой и вкусным запахом.

Мы с Лёшей укладываемся поудобнее. Он, как обычно, прижимается к моему боку.

– Что будем смотреть?

– Человек-паук!

– Ну, ладно. Давай человека-паука.

Быстро нахожу нужный мультфильм, после чего включаю пуск и специальным пультом гашу свет в гостиной, где мы расположились.

Никаких страхов, тревог и предчувствий я не испытываю. Вокруг дома полно охраны. Внутренности все оснащены камерами и сигнальной системой.

Была бы на моём месте Ада, то после того, как Саид рассказал про сына Шакала, она бы уже драпала назад в Россию, и только пятки бы сверкали. Но я не настолько трусиха.

У Шакала есть мстительный сын... Блеск. Интересно, какой это человек?

Почему-то в голове всплывает образ Рената, но я отметаю его, так как, несмотря на странное волнение в животе рядом с этим мужчиной, всё же я не могу сказать, что он был похож на психопата...

Лёшка засыпает где-то на середине мультика, да и у меня тоже закрываются глаза. Полностью отключаюсь я не сразу. Сначала меня погружает в туманный морок, затем ненадолго выдергивает обратно, и вот, наконец, коридор снов расстилается передо мной красочным ковром.

Во сне я брожу по краю скалы, вокруг которой бушует море. Мне нравится лёгкий бриз и прохлада, запах морской воды и начинающегося дождя. Но неожиданно прохлада сменяется жаром. И таким сильным, что лёгкие начинают гореть. Я пытаюсь сделать вдох, и задыхаюсь от едкого дыма. Море внизу скалы превращается в огненную лаву. Дым с каждым мгновением всё сильнее заполняет лёгкие.

Мне некуда бежать.

Некуда бежать!

– Ида? Тётя Ида? – вдруг звучит голос Лёши где-то за спиной.

Я резко оборачиваюсь и вижу своего пельмешка, стоящего у обрыва.

– Лёша!

– Я не могу дышать, – кашляет он. – Плоснись! Сколее плоснись!

Что?

Что я должна сделать?

Шагаю вперёд и вытягиваю руку, чтобы дотянуться до племянника, но в этот момент картинка перед глазами плавится словно плёнка на солнце, и я открываю глаза.

– Ида, ты плоснулась?! Я не могу дышать, – Лёшка тормошит меня за плечо, захлопнув нос и рот ладошкой, а вокруг мальчика клубы чёрного дыма.

Господи... Пожар! Мы горим!

Это последняя мысль перед тем, как я хватаю Лёшу и вскакиваю на ноги. Пытаюсь сообразить, куда бежать, так как дым полностью перекрыл видимость и сильно жжёт глаза.

Кажется, влево!

Делаю шаг и неожиданно напарываюсь на крупную фигуру, появившуюся из чёрных клубов. Высокий. В чёрной одежде и чёрных кожаных перчатках. На голове лыжная маска. Видны только глаза.

Карие...

Глава 8
Аида

– Вы... – только и удаётся вымолвить, потому что в следующее мгновение мне зажимают рот и нос какой-то тряпкой.

Будто издалека я слышу плач Лёши. Это придаёт сил. Я начинаю усиленно вырываться, задержав дыхание.

Главное не вдохнуть и не выпустить Лёшу из рук.

Господи... Неужели это конец?

Страх порождает калейдоскоп картинок в голове. Страшных сцен того, что будет, когда Агния и Саид вернуться домой, а дома уже нет. И нас с Лёшей тоже. Возможно, посреди пепелища будет лежать мой обугленный труп.

Воздух в лёгких заканчивается, и мне становится всё труднее сопротивляться мужчине, схватившему нас с малышом. Руки слабеют. Я понимаю, что больше не могу продолжать борьбу.

В какой-то момент я чувствую, что мне стало невероятно легко, и Лёшин плач я уже не слышу. А ещё спустя мгновение я делаю инстинктивный вдох, чтобы не умереть от нехватки кислорода. Пары вещества, которыми смочена тряпка, попадают в лёгкие, и я отключаюсь.

Мне ничего не снится. И нет никаких ощущений. Будто я нахожусь в вакууме. В абсолютной пустоте.

Возможно, я уже умерла...

Сколько времени я провожу в кромешной темноте и пустоте – не знаю. И мне не верится, что я жива, даже тогда, когда удаётся распахнуть веки и почувствовать, как болезненно сердце бьётся о рёбра.

Сознание сильно заиорможено. Мыслительный процесс замедлен до предела. Кажется, я целую вечность лежу в одной позе и не могу пошевелиться. Мозгу никак не удаётся осознать, где я нахожусь, что это за место, я всё-таки жива, или так выглядит жизнь после смерти?

Откуда-то издалека раздаётся металлический скрежет и скрип, затем тяжёлые шаги и будто что-то ставят рядом со мной. Я не понимаю, что это, и также не вижу, кто пришёл.

– Поешь, – звучит низкий мужской голос.

Знакомый голос...

И те карие глаза тоже знакомые...

– Кто вы? Чего вы хотите? – язык еле шевелится, но тем не менее мне удаётся задать вопрос.

Хотя я уже знаю ответ.

Кроме Шакала никто этого не мог сделать. Больше ни у кого нет выгоды нападать на сына Агни и Саида. Уверена, что изначальная цель была именно он.

Мысли о Лёше мобилизуют запасы энергии. Я резко поднимаюсь, и обнаруживаю себя пристегнутой наручниками к металлической балке вверху кровати. Точнее, пристегнута только одна рука.

Мужчина возле кровати всё в той же маске, в которой он был в доме.

Карие глаза жалят. Хочется потереть кожу щёк – такое чувство, будто на них вылили кислоту.

– Шакал, верно?

Мужчина молчит.

– Можете не отвечать. Я и так знаю, что это вы. Не понимаю только, почему вы оставили меня в живых? Не проще было позволить мне сгореть в доме?

Он снова не отвечает.

– Где мой племянник?

Тишина.

– Он жив?!

Звенящая...

– Отвечайте! Лёша жив? Вы его не тронули?! – мне кое-как удаётся выпрямиться и опереться спиной о стену.

Очень неудобно, когда одна рука скована, но хотя бы я могу шевелиться и двигаться.

– Скажите, пожалуйста, что с моим племянником? Вы... убили его? – это трудно даже произнести, не то что бы представить.

– Смерть должна быть красивой, – наконец отвечает мужчина.

Голос звучит приглушенно, но мне снова кажется, что я уже слышала его.

И эти глаза...

– Это следует понимать как то, что Лёша жив, и вы не тронули его? Куда вы его дели?

Шакал молча подходит к кровати, достаёт ключ из кармана брюк и расстегивает наручник.

– Веди себя хорошо, иначе пристегну обратно.

Я потираю запястье, с подозрением и тревогой глядя на мужчину, от которого, на удивление, очень приятно пахнет. И даже запах дыма не перебивает приятный аромат духов.

– Ешь, – он кивает на тумбу рядом с кроватью.

На ней стоит поднос с тарелкой супа, корзинкой хлеба и ещё чай с лимоном.

– Я не голодна.

Мужчина вновь не отвечает. Молча разворачивается и идёт к двери.

– Послушайте, почему вы отказываетесь говорить со мной? Скажите хоть что-то. Для чего я вам? Куда вы дели моего племянника? Что вы собираетесь делать?!

Каждый вопрос – как ток пропущенный через тело.

Я же понимаю, что живыми мы вряд ли уйдём отсюда. Не думаю, что Шакал заинтересован в выкупе. Не ясно только, зачем ему было оставлять нас живыми?

Впрочем, если он садист, то есть вероятность того, что ему хочется поиздеваться. Может, он собирается снимать наши пытки на камеру, чтобы причинить Саиду максимальную боль?

Стоит представить, на что может быть способен этот человек, как кровь стынет в жилах.

Что он сказал про смерть? Она должна быть красивой? Красота в понимании психопата – это, наверное, нечто чудовищно жуткое.

– Вы хотите подвергнуть нас издевательствам?

Мужчина продолжает спокойно идти к двери, никак не реагируя на мои вопросы. Наконец, его рука ложится на ручку двери и дёргает.

– Пожалуйста, приведите ко мне племянника. Пожалуйста, я вас прошу. Он малыш. Вы понимаете, как ему страшно?!

Но Шакал и теперь молчит. Его нисколько не трогают и не задевают мои слова. Спустя мгновение дверь за ним закрывается. Я остаюсь одна. Наедине с собственным ужасом перед вероятностью той жуткой смерти, которая меня ждёт.

Но ещё страшнее – как там мой маленький пельмешек? Наверняка глазки красные от слёз.

Осознав, что не получу ответы ни на какие вопросы, я рухаю на постель и сворачиваюсь колачиком, позволяя пролиться слезам отчаяния.

Глава 9
Аида

Когда истерика проходит, мне, наконец, удаётся разглядеть место, где меня заперли. Чистое, сухое и очень мрачное помещение, в котором технически есть только кровать и тумба. Окон нет. Но есть маленькое помещение, где находится туалет с раковиной.

Ну хоть унитаз имеется. Роскошь. Удобства лакшери класса.

Еда, которую принес похититель, выглядит приемлимо, но есть не хочется. Как можно хоть что-то проглотить, когда я понятия не имею, что происходит с моим пельмешком?

Не зная, куда себя деть от тревоги, я начинаю бродить туда-сюда по комнате, в которой нахожусь, заламывая пальцы и кусая нижнюю губу так, что становится больно.

Не представляю, каково сейчас Агнии и Саиду. Они, наверное, с ума сходят. На их месте у меня бы крыша поехала.

Сколько проходит времени, пока я вот так брожу будто тигр в клетке, сложно сказать. Кажется, целая вечность проносится мимо меня.

Пару раз я пытаюсь подойти к двери и позвать кого-нибудь, но в ответ слышу лишь глухую тишину. Лешкиного голоса тоже не слышно. Да в принципе каких-то звуков.

Я что, в одиночном бункере под землёй?

А если план похитителя – заморить меня голодом? Ну, тогда бы он не принёс еду... Но вдруг это единственный раз и больше никто не придёт? Что если я останусь тут навечно, пока не умру от истощения в полном одиночестве?

Паника от подобных мыслей накрывает мгновенно.

Я снова подбегаю к двери и начинаю неистово барабанить и орать.

– Кто-нибудь меня слышит?! Хоть кто-нибудь?! Отзовитесь, черт возьми! Я требую, чтобы меня услышали!

Сначала я думаю, что не сработает, но потом вдруг с той стороны двери раздаётся скрежет металла, а затем дверь открывается.

Я вновь встречаюсь взглядом с карими глазами. Маска все ещё скрывает лицо мужчины, но я успокаиваю себя, ведь если преступник не показывает лицо жертве, то есть шанс, что он её отпустит, так?

В руках похитителя очередной поднос с едой. Мужчина заглядывает мне за плечо и смотрит на не тронутую еду, которую он принёс раньше.

– Тебе надо есть, – мрачно произносит похититель, затем шагает к тумбе и меняет подносы.

– Я не хочу есть, – внимательно отслеживая каждое движение мужчины, я жмусь к стене и складываю руки на груди, будто защищаясь. – Я хочу знать, что с моим племянником. Ответьте мне.

Забрав поднос с остывшей едой, мужчина снова идёт к двери. И при этом не говорит ни слова, что дико бесит.

Я тут просто так барабанила и орала?! Чтобы он пришёл и молчал?!

Повинуясь какому-то безумному порыву, я несусь к двери и перекрываю похитителю возможность выйти. Он останавливается в полуметре от меня. Карий взгляд обжигает сверху своей темнотой.

– Я вас не отпускаю. Вы... вы не уйдёте, пока не ответите хотя бы на какие-то мои вопросы. Я требую, чтобы вы отвечали.

Мужчина молчит, чуть склонив голову набок.

– Шакал? – предпринимаю ещё одну попытку узнать точно ли это он.

Но в ответ снова звучит молчание.

– В общем, не знаю, какое ваше настоящее имя, но... это и не важно. Мне просто надо знать, что с Лёшей? Где он? Всего лишь один вопрос и один ответ. Неужели вам так трудно сказать, жив он или нет? Пожалуйста. Одно слово.

Похититель ещё какое-то время молчит, внимательно меня разглядывая, чуть сощурив глаза.

– Пожалуйста... – шепчу еле слышно, проглотив вязкую слюну. – Я вас умоляю.

– Он жив, – отвечает, наконец, мужчина.

У меня от облегчения подкашиваются ноги. Сердце пропускает удар, а на глазах невольно выступают слезы.

– Слава богу... Спасибо... Спасибо огромное... Скажите, а я могу его увидеть?

Похититель делает шаг ко мне, встав практически вплотную. До ноздрей доносится запах его духов, а ещё тепло, которое будто бы источает его кожа.

– Один вопрос – один ответ, – говорит мужчина, склонившись ниже.

– Тогда в следующий раз я спрошу вас снова.

Карий взгляд наполняется интересом. Затем я слышу что-то вроде смешка.

– Поешь. Ты должна есть.

Сильная рука неожиданно сжимается вокруг моей талии, и словно пушинку похититель переставляет меня от двери в сторону, после чего выходит из помещения.

Глава 10
Аида

И снова я остаюсь в одиночестве. Радует то, что похититель всё же ответил на вопрос про Лёшу. Он жив – это главное. Теперь мне необходимо как-то уговорить мужчину позволить мне увидеть племянника, а ещё лучше – чтобы Лёшка был здесь, со мной.

Аппетита по-прежнему нет, но я делаю ставку на то, что если буду слушаться, то, возможно, это смягчит похитителя, и он пойдёт мне навстречу. Вероятность маленькая, и всё же она есть...

На подносе лежит горячий хлеб, суп, большой кусок стейка и стакан горячего чая. Явно еда не для пленников. Условия ультра роскошного класса.

Усмехаюсь собственным мыслям.

Надеюсь, Лешку тоже хорошо кормят.

Первым делом я съедаю суп, затем половину стейка и всё запиваю чаем. Еду я тщательно обнюхиваю и пробую на вкус прежде, чем проглотить. Не хватало, чтобы меня отравили. Хотя какой в этом смысл, ведь если бы похититель жаждал моей скорой смерти, то оставил бы меня в горящем доме.

Съесть всё, разумеется, не получается, поэтому половину недоеденной еды я оставляю на подносе.

Время снова замедляется. Я брожу по комнате, в надежде, что скоро вновь появится мужчина, и я задам свой следующий вопрос, но он долго не приходит. В итоге я ложусь на кровать и спустя какое-то время засыпаю, а когда просыпаюсь уже новый поднос стоит на тумбе возле меня. А ещё в ногах лежит стопка одежды.

Значит, он был здесь...

Я упустила шанс задать вопрос. Это меня расстраивает и в какой-то степени злит.

Мог бы и разбудить.

Но ничего. Я дождусь следующего раза.

Одеждой, которую принёс похититель, оказываются джинсы, футболка, носки и тапочки. Как мило... Что ж, неудивительно, наверное, ведь он выкрал меня из дома в одной пижаме.

Вряд ли, конечно, обычно преступники так тщательно заботятся о своих жертвах. Вероятно, моему просто не выгодно, чтобы я быстро сдохла...

В туалете возле раковины я нахожу новые шампуни и зубную щётку с пастой. Чистое полотенце висит возле зеркала.

Очевидно, я тут надолго...

Обед в этот раз состоит из овощей, фруктов и печеного пирога.

Аппетита как не было, так и нет, но и сейчас я заставляю себя съесть хоть что-то. А дальше время снова тянется как жвачка.

Так и с ума сойти недолго.

Кажется, проходит часа три, прежде чем дверной замок щёлкает.

Я мигом вскакиваю с кровати, уже готовая обрушить на похитителя следующий вопрос, но в комнату заходит не он. Другой мужчина. Ниже ростом и более худощавый. Он заносит графин с холодным чаем и ещё несколько книг.

– А где тот, другой? – спрашиваю незнакомца, сведя брови на переносице. – Мне нужно кое о чем спросить его.

Мужчина не отвечает.

Ну, естественно.

– Не могли бы вы передать, что я хочу его увидеть?

Тишина.

Но, надеюсь, он все же передаст мои слова.

– И ещё, не могли бы вы в следующий раз принести мне блокнот и ручку? Спасибо!

Молчание, которое хранят люди, похитившие нас с Лёшей, конечно, бесит. Но вряд ли преступники в целом разговарчивые люди.

Мужчина уходит, оставив меня одну. Остаётся дождаться того, первого, кто выкрал нас из дома.

Он главный. Я уверена. Ну, мне так кажется.

Книги, которые мне принесли, в основном детективы. Не понятно, с чего он решил, что я люблю детективы? И читать мне хочется ещё меньше, чем есть.

Вот от блокнота, чтобы вести дневник и счёт времени, я бы не отказалась.

В общем, время опять тянется. И в какой-то момент я перестаю ждать похитителя. Мозг ужасно измучивается тревогой и ожиданием. Меня снова погружает в сон.

Глава 11
Аида

Дым заволакивает помещение, где я нахожусь. Пытаюсь сделать вдох, но не выходит. Мне становится нечем дышать. Хочу встать с кровати, но неожиданно понимаю, что пристегнута к поручню наручниками.

О господи... Только не это...

Начинаю отчаянно дёргать рукой и кричать.

– Помогите! Помогите мне! Кто-нибудь!

Дыма становится всё больше и больше. Глаза режет, а лёгкие горят. Пламя уплотняется вокруг меня, заковывая меня в тугое огненное кольцо, пока полностью не поглощает.

– Нет! – я резко подскакиваю на постели, шумно дыша и в панике оглядываясь по сторонам.

Ни дыма, ни огня.

Только мой похититель рядом на стуле. Смотрит, сложив руки на груди.

– Это был сон... – произношу вслух, протерев мокрый лоб ладонью. – Сон...

Мужчина никак не реагирует на мои слова. Просто продолжает смотреть, и меня почему-то это бесит. Что он вообще тут делал, пока я спала?

– Зачем вы тут? Смотрели как я сплю? – спрашиваю немного резко.

Резче, чем стоило.

Мужчина не перестаёт меня разглядывать. Молча, разумеется. Здесь ничего нового.

– Мне приснился кошмар. Как я сгораю в пламени. Из-за вас у меня теперь психотравма на всю жизнь. Если, конечно, жизнь будет долгая...

Я усаживаюсь на постели, забившись в угол и поджав ноги.

– Так зачем вы пришли? Снова принесли еду и книги, которые мне не хочется читать? Пока что, Шакал или как вас там, весь спектр моих интересов крутится вокруг моего племянника. Вы дадите нам увидеться или нет?

Мужчина, наконец, начинает двигаться. Он достаёт телефон из кармана джинсов, что-то на нем тыкает и передаёт мне.

– Камера в реальном времени, – произносит сухо.

Я тянусь к телефону. В этом момент наши пальцы чуть соприкасаются, и хоть он в кожаных перчатках, я все равно ощущаю странную простреливающую дрожь. И карий взгляд на миг ловит мой.

Сглатываю вязкую слюну и тут же переключаю внимание на телефон. Сердце сжимается, когда я вижу своего пельмешка на экране. Он сидит на стульчике в комнате, оформленной как детская, и что-то рисует. Рядом с Лёшей какая-то женщина. Возможно, кто-то вроде няни. Он не выглядит истощенным или испуганным. На нем хорошая чистая одежда.

– Почему мы не можем быть вместе? – я поднимаю взгляд на похитителя. – Вы... собираетесь убивать нас по очереди?

Мужчина не отвечает, лишь протягивает руку, чтобы забрать телефон.

Я ещё раз смотрю на экран, жадно вбирая в себя образ Лёшки.

Господи... Как же хорошо, что он в порядке... Не представляю, что бы со мной было, если бы я увидела совсем другую картину.

– Долго вы собираетесь отмалчиваться? – спрашиваю мужчину, когда он поднимается со стула, суёт телефон в карман джинсов и, видимо, собирается снова уйти. – Кто вы? Скажите правду. Если вам нужна наша жизнь, то хотя бы признайтесь в том, кто вы такой?

Похититель молча идёт к двери.

Я в отчаянии вздыхаю.

Самое мучительное – ничего не знать. Я не знаю, сколько моральных сил у меня имеется, чтобы вынести весь этот ад.

– Прошу вас... Скажите мне... Пожалуйста... – это, скорее, выдох, чем звук.

Тем не менее похититель вдруг останавливается и медленно поворачивается ко мне. А затем его пальцы вдруг ложатся на край лыжной маски, он тянет её вверх и снимает.

Глава 12
Аида

Ренат?

От шока у меня пропадает дар речи. Я несколько мгновений смотрю на мужчину, не в силах произнести ни звука.

То есть, человек, который летел со мной в самолёте, человек, который оставил мне свой номер телефона, это и есть Шакал?

Точнее, получается, это его сын...

Вот почему карие глаза мне показались такими знакомыми. И голос.

– Так достаточно? Теперь ты знаешь, Аида, кто я, – первым прерывает затянувшееся молчание именно он.

А я... Я совсем не знаю, что делать... Как реагировать? Что говорить? Есть ли смысл о чём-либо спрашивать?

Понятно, почему он ничего не сделал мне в самолёте. Ему нужен был Лёша. Но... потом... сейчас... Зачем я ему?

Разве я не лишнее приобретение в данной ситуации?

– Меня, я так понимаю, вы взяли с собой для потехи? – голос звучит хрипло. – Хорошее получилось шоу.

– Это еще на шоу.

Слова ледяным ножом режут по сердцу.

– Жестокость – это у вас семейное, да?

– Ты ничего не знаешь о моей семье.

– Может быть. Но о вашей жестокости мне известно.

– Правда? – Ренат склоняет голову набок. – Раз я такой жестокий, почему же ты до сих пор жива?

– Ну как же. Вы же сказали, что смерть должна быть красивой. Очевидно, вы собираетесь позабавиться, организовав мне красивую смерть.

– Возможно, – без особых эмоций отвечает Шакал. – Время покажет.

Меня начинает трясти.

– Послушайте, не надо тянуть. Убейте меня сразу. Давайте так – моя жизнь вместо Лешиной. Вы убьёте только меня, а Лёшу вернёте родителям. Этого будет достаточно.

Как страшно говорить эти слова.

Как страшно понимать, что говорю я их вполне серьёзно и осознанно.

Я действительно готова умереть, если моя жизнь станет ценой Лешиной жизни.

– Нет. Этого не будет достаточно, Аида.

– Почему? Считаете, моя жизнь не так ценна?

– Для сестры ценна. А вот для Абушаева ребёнок важнее. Моя основная цель – это Саид.

Обхватив плечи руками, снизу-вверх смотрю на мужчину, который, скорее всего, станет моей погибелью. Последним, кого я увижу перед смертью.

Но самое ужасное – он сказал "моя цель – Саид". Он собирается растоптать его, убив их с Агни ребёнка.

– Неужели вы настолько чудовище? – произношу практически шёпотом, на одном выдохе, после которого в лёгких вообще не остаётся воздуха. – Вы... способны убить ребёнка? Он же ни в чем не виноват.

Ренат смотрит на меня долгим протяжным взглядом. Я не знаю, что в его голове, и не уверена, что хочу знать.

Страшно представить, как изнутри выглядит сознание психопата.

– За боль нужно платить болью, – отвечает мрачно, затем разворачивается на пятках и выходит за дверь, оставив меня одну.

Боль за боль...

Его отца убили, но ведь тот сам был убийцей. Так цикл можно продолжать бесконечно...

У преступников своя политика и собственная логика поступков.

Почему нельзя просто поставить точку на прошлом и жить дальше? У каждого будет своя жизнь. Их не нужно пересекать. Достаточно оставить друг друга в покое.

Я сажусь на кровать. Пытаюсь успокоить дрожь, бьющую тело от головы до пят, но ничего не выходит.

Кроме как ждать – мне больше ничего не остаётся.

Ожидание собственной смерти – как драматично и трагично. Хороший сюжет, чтобы написать роман.