Текст книги "Магия мести (ЛП)"
Автор книги: Бритт Эндрюс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Бритт Эндрюс
Магия мести
Глава 1
Хол и я выбежали из маленького коттеджа, оставив Голди помогать ее бабушке. Беспокойство зашевелилось у меня в животе, когда глубокое чувство дурного предзнаменования поселилось в моих костях. Дым клубился сквозь деревья, придавая лесу зловещий, жуткий вид. Песцовый лис Голди, Мэйвен, бежал впереди нас, отчаянно оборачиваясь и лая, чтобы мы двигались быстрее.
Ветки и листья трещали и хрустели под нашими тяжелыми шагами, и наконец мы вырвались на опушку. Здесь дыма было больше, он был гуще, словно сама земля горела у нас под ногами.
«Какого хера?» – спросил Хол, оглядывая стулья, расставленные вокруг пентаграммы. Сквозь дым и ночную тьму было трудно что-либо разглядеть.
«Где все?» – я приблизился к этому месту с осторожностью; одни боги знают, какая магия могла здесь еще оставаться.
В этот момент облака разошлись, открыв полную луну, и мягкий свет озарил поляну. И тогда Мэйвен перелетел через выжженную землю и начал скулить, лапами разрывая темный силуэт, неподвижно лежащий на земле. Волосы у меня на затылке встали дыбом, мой разум явно предупреждал тело, что случилось что-то ужасное.
«Хол, дерьмо! Сюда», – крикнул я, двигаясь так быстро, как только мог, чтобы увидеть, кто это и в порядке ли они. Мэйвен, казалось, удовлетворился тем, что мы обратили внимание на то, что его так взволновало, и умчался, как молния, обратно к коттеджу.
Мы добрались до него одновременно, оба поскользнулись в грязи и упали на колени.
«Фишер, о мои боги», – прохрипел Хол, тут же пытаясь нащупать пульс. Мое собственное сердце, казалось, никогда не билось так быстро. Лицо Фишера было бледным, и я достаточно видел мертвецов, чтобы знать, что Хол не найдет пульса.
«Дерьмо, дерьмо, дерьмо», – твердил я, немедленно начиная делать непрямой массаж сердца, пока Хол доставал острый нож и перерезал веревки, опутывающие тело Фишера. Эта безумная сука убила возлюбленного своей дочери? Ненависть закипела в моих венах, но быстро превратилась в решимость. Это уничтожит мою женщину, и я сделаю все возможное, чтобы вернуть его. Он все еще был вялым и слегка теплым, что немного обнадеживало.
«Дуй!» – закричал я Холу, прервав компрессии. Он быстро вдохнул ему в рот, и я начал снова, отчаянно пытаясь завести сердце Фишера.
Мы повторяли этот процесс, казалось, целую вечность, но, скорее всего, это заняло всего несколько минут. Пот капал со лба, когда Хол схватил меня за плечи, останавливая.
«Нет», – запыхался я, задыхаясь и находясь в шоке. «Все будет хорошо. Может, я недостаточно сильно давлю?»
Я попытался возобновить, но Хол на мгновение удержал меня, а затем прижал к себе в объятиях, с Фишером под нами. Его сбивчивое дыхание и влажность, которую я почувствовал у своей шеи, говорили о его горе из-за потери одного из своих. Я никогда раньше не видел, чтобы этот мужчина плакал – черт, я едва видел, чтобы его губы хоть раз дернулись в улыбке. И все же, вот он, сломлен.
«Но... Голди. Она... Она доверяет мне. Мы не можем позволить ей увидеть его таким. Я вернусь и займу ее, пока ты... что-нибудь не придумаешь. Все будет хорошо, все будет хорошо», – повторял я, пытаясь убедить себя в том, что знал, что это ложь. Это сломает ее. Это сломает всех. Остальных здесь даже не было. Я отпустил Хола и плюхнулся на задницу.
«Бляяяядь». – Я выругался, проводя руками по волосам.
Почему звезды должны делать это на каждом шагу?
Напрягая слух, я услышал характерные звуки приближающегося человека. Хруст ветки, четкий шелест листьев, испуганный писк маленького животного.
«Иди, Брам. Не позволяй ей подойти сюда, не сейчас», – настаивал Хол, его глаза все еще были влажными. Я вскочил на ноги, отчаянно желая добраться до нее, защитить ее. Уберечь ее от этого разрушения еще немного.
Фишер мертв. О мой чертов ад.
Жгучее желание защитить ее от этой боли ударило меня, как кувалдой по голове. Я думал, что если смогу просто удержать ее внутри дома ее бабушки, мы сможем выиграть немного времени, чтобы сообщить ей эту новость более мягко. Но чтобы моя принцесса увидела тело своего возлюбленного таким, зная, что ее мать была виновата, а остальные парни пропали... Нет. Я не мог этого допустить.
Поэтому я попытался удержать ее подальше. Попытался и, черт возьми, провалился.
Я перехватил ее на тропинке.
«Ты нашел их? Где все?» – спросила она, все еще приближаясь ко мне. К нему. «Моя мать еще здесь? Я собираюсь надрать ей задницу за то, что она сделала с Бабушкой. Кто бы мог сделать такое со своей собственной мамой?» – она размахивала руками, говоря это, и все, что я мог делать, это смотреть на нее. Я не мог даже говорить.
«Брам?» – прошептала она, вопросительно, ее голос дрожал.
«С-Сейдж», – выдавил я хрипло, мой голос сорвался. Ее глаза расширились от использования ее настоящего имени.
«Не называй меня так», – огрызнулась она. «Пропусти меня, Брам».
Она знала, что что-то было очень не так.
«Я не могу, тебе не стоит идти туда сейчас, хорошо? Просто... просто останься здесь со мной», – умолял я, мой живот болезненно сжимался при мысли о том, что она увидит Фишера в таком состоянии.
«Что там, Брам?» – спросила она, ее голос был низким и встревоженным, а руки обхватывали живот. Я ничего не мог сделать, кроме как покачать головой. Черт. Черт. Мои руки снова нашли мои волосы, и я слегка дернул их в попытке заставить свой мозг чертовски функционировать.
«Ты меня пугаешь», – прохрипела она, и ее глаза уже блестели от влаги, что чуть не вызвало у меня тошноту.
«Пойдем, навестим твою бабушку, хорошо?» – Я схватил ее за руку и начал направлять ее обратно к коттеджу.
«Нет», – запротестовала она, что заставило меня идти быстрее. «НЕТ!» – закричала она, вырывая руку из моей хватки и убегая сквозь туман и дым, как привидение.
«Голди! Голди, малышка, нет!» – крикнул я, бегая за ней. «Схвати ее, Хол!»
Когда я вырвался на поляну, она приближалась к Холу, стоявшему на коленях на земле. «Сейдж, прошу. Не надо», – умолял я ее, пот стекал по моему позвоночнику.
Ее голова повернулась, осматривая сцену, когда она подошла к отцу. Слезы на его щеках были видны оттуда, где я стоял, и я услышал, как Голди ахнула при виде этого.
«Хол, что случилось? Что происходит? Кто-нибудь, лучше начните, блядь...»
Вот и все. Она увидела. Черт. Я быстро двинулся, желая быть ближе. Желая быть рядом с ней.
«Ф-Фишер? ФИШЕР!» – закричала она так громко, что эхо разнеслось по лесу. Я видел, как дрожали ее руки, когда она нависла над ним, словно не зная, куда прикоснуться.
«Сейдж», – сказал я.
Она не ответила. Когда ее руки легли ему на лицо, она судорожно вздохнула.
«Сейдж, малышка, прошу», – умолял я. Я никогда в жизни не чувствовал себя таким бесполезным.
«Фишер, проснись».
О, звезды. Это был ад.
«Где болит, Гуппи? Скажи мне, где болит, чтобы я могла это исправить». Она провела руками вверх и вниз по его груди, ища, пытаясь найти какую-то воображаемую рану, чтобы исцелить ее. Я больше не мог этого выносить. Присев на корточки, я обхватил руками ее талию, пытаясь удержать ее, утешить, защитить от этого. Но Голди боролась со мной, как дикое животное.
«Опусти меня, помоги ему! Разве ты не видишь, что он ранен? Почему вы, блядь, не помогаете ему?!» – закричала она на меня, и это было похоже на то, как если бы нож воткнули прямо в мое сердце. О, принцесса, я пытался. Я так чертовски старался.
Хол встал на колени перед нами, наклонившись к лицу дочери.
«Сейдж. Мне так, так жаль». Его голос дрогнул, но был твердым. Это было реально. Немыслимое случилось.
«Нет. Нет. Нет. НЕТ! НЕТ! Помоги ему, Брам!» – плакала и кричала она. Не зная, что еще делать, я обхватил ее руками и оттащил от тела Фишера. Если бы я мог просто удержать ее на мгновение, может быть, любовь, которую я чувствовал к ней, могла бы каким-то образом проникнуть через мое тело в ее и дать ей что-то, что угодно. Мои глаза сжались, когда она извивалась в моих руках, звуки, которые она издавала, были как нож по моему гребаное сердце.
«Отпусти ее, Брам», – приказал Хол, и я неохотно отпустил ее. Она вырвалась от меня, спотыкаясь, вернулась к Фишеру. Подняв голову к темному небу, которое проглядывало сквозь пустые места в пологе листьев, я умолял звезды, луну, матьебаное солнце позволить мне взять эту боль на себя. Голди не заслуживала такой боли.
«Фишер, Гуппи, нет. Прошу, я не могу, позволь мне помочь тебе, малыш. Это не реально. Этого не происходит».
Я прожил долгую жизнь, я видел много зверств и ужасов. Я видел, как мужчин убивают, а женщин насилуют. Ничто не могло сравниться с тем, как я смотрел, как женщина, которую я любил, была безоговорочно уничтожена потерей мужчины, которого она любила. Я смотрел, как она плакала, умоляла, кричала, рыдала и всхлипывала. Мои руки сжались в кулаки, когда она бросилась на его неподвижное тело, эти ужасные звуки пронзали воздух, как выстрелы.
Хол опустился на колено рядом с ней. «Дорогая, его нет. Мне так чертовски жаль. Он был великим человеком, легендой», – сказал он ей.
«Он не ушел. Он здесь, он со мной. Мы принадлежим друг другу. Я люблю его!» – закричала она, ее волосы торчали во все стороны, макияж размазался по ее красивому лицу. «Как она посмела? Я убью ее. Я выслежу ее и, блядь, уничтожу», – поклялась она, все еще прижимаясь к Фишеру.
Внезапно зеленые и золотые завитки магии начали окружать ее тело, извиваясь и кружась вокруг нее и Фишера. По мере того как ее рыдания становились громче, магия становилась больше. Оглушительный треск взорвался в ночи, от падения деревьев, ударяющихся о лесную подстилку, я подпрыгнул. Взгляд Хола метнулся к моему, как раз когда сила Голди взяла верх. Мерцающие цвета закружились в массивный циклон, блокируя нас от нее.
Я никогда раньше не чувствовал такой силы магии, которая проносилась в воздухе. Настолько сильной, что отбросила Хола и меня назад по крайней мере на пятнадцать футов, прежде чем мы оба споткнулись о упавшую ветку и приземлились на свои задницы. Душераздирающие крики Голди взорвались в ночи, каждый из них увеличивался в громкости и отчаянии. Треск отвлек мое внимание от нее, мои глаза скользнули к пологу над нами как раз в тот момент, когда огромное дерево рухнуло на землю.
«Черт!» – закричал я, схватив Хола за руку и выбираясь из-под него за секунду до того, как нас раздавило. Кружащийся вокруг нас воздух набирал угрожающую скорость, и новые грохоты и громкие трески разносились эхом, когда новые деревья постигала та же участь.
Мэйвен выл и лаял, как сумасшедший, пытаясь добраться до Сейдж. Но его крошечное тело не могло противостоять воздушным потокам, и его постоянно отбрасывало назад.
«Сейдж!» – заревел Хол, и я присоединился к нему. Это не помогло. Она либо не слышала нас, либо ей было все равно. Огромный всплеск силы осветил небо золотым светом, отбросив нас на несколько футов назад, прежде чем мы снова вскочили на ноги. Ветер выл, все больше и больше веток и деревьев уничтожалось.
«Это самое мощное проявление магии, которое я видел за очень долгое время!» – крикнул Хол сквозь шум. И он был прав. Это было чертовски впечатляюще, но невероятно опасно. Она была необучена. Эта магия подпитывалась горем, гневом и отрицанием. Рецепт катастрофы.
Дыхание вылетело из моего тела, когда я снова упал на землю, Хол сверху меня. Еще одно дерево сотрясло землю, когда оно столкнулось с землей прямо там, где мы стояли секундой ранее. Черт возьми, мы все умрем, если это скоро не прекратится.
«Сейдж?»
Хол и я вскочили и увидели, как из-за пыли появилась фигура ее бабушки. Он бросился к ней, прижимая ее к своему большому телу.
«Мы должны остановить ее. Это магический срыв эпических масштабов. Она разрушит весь город, если так продолжится», – крикнула она, ее кудрявые волосы развевались вокруг лица.
«Мы даже не можем приблизиться к ней!» – крикнул Хол, его голос уносило ветром.
«Что спровоцировало это?» – спросила Бетти, убирая волосы с лица.
«Фишер. Он... Он мертв», – сообщил я ей, протянув руку и положив ее на плечо, когда ее лицо побледнело и сморщилось от боли.
«О нет», – выдохнула она.
Мы втроем подпрыгнули, когда земля так сильно содрогнулась, что я испугался, что она расколется.
Бетти оттолкнула нас в сторону, шагнула вперед и подняла руки, начиная выкрикивать мощное заклинание. Моя кожа покалывала, и я чувствовал силу ее магии, выполняющей ее приказ. Что бы она ни задумала, я надеялся, что это сработает.
Виноградные лозы вырвались из ее рук и исчезли в густом, пыльном воздухе, ужасные завывания, доносившиеся от ее внучки, направляли их к цели.
«НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕЕЕЕТ!» – душераздирающие крики Голди возвысились над ветром и пронзили меня прямо в грудь.
«Что ты делаешь с ней?» – крикнул Хол, подходя к Бетти.
«Успокаиваю ее. Я не могу физически подойти к ней, но она узнает, что это я. Она почувствует мою магическую подпись!» – крикнула Бетти нам обоим.
Внезапно все остановилось. Как будто кто-то нажал кнопку паузы. Внезапная остановка заставила нас всех замереть на несколько мгновений, прежде чем мы бросились к Голди. Она все еще была в своем красивом платье, с расправленными крыльями, укрывающими мужчину под собой. Моя убитая горем пара, должно быть, потеряла сознание от использования такой магии.
«Звездами, с ней все в порядке?» – прохрипел Хол, его беспокойство о своей новообретенной дочери было очевидным.
Мои колени ударились о землю, и я ни секунды не колебался, прежде чем прижаться спиной к ней, обнимая ее. Ее тихий храп успокоил меня, что она действительно потеряла сознание от истощения. Моя милая, милая Голди.
«Она спит», – сообщил я им, крепче сжимая мою девочку. Черт, если бы я когда-нибудь потерял ее... Нет. Я не могу об этом думать.
«Давай отнесем ее внутрь. Нам придется вызвать власти для Фишера», – мрачно сказала Бетти.
«Абсолютно нет. Этот человек был одним из лучших в "Радикал", и он получит прощание воина», – пообещал Хол. «Я... я позвоню кое-кому».
Я сглотнул. Где, черт возьми, были остальные? Ни за что на свете они бы не бросили своего брата вот так... По моей спине пробежал холодок, моя собственная внутренняя система сигнализации предупреждала меня о зле, которое все еще таилось. Здесь было нечто гораздо более масштабное, и я знал, что у нас не было всех деталей.
Мои руки осторожно скользнули под мою женщину, стараясь не разбудить ее. Я перевернул ее так, чтобы она перекатилась в мои руки, ее тело было вялым, как тряпичная кукла. Когда я встал, я услышал, как Хол и Бетти ахнули.
«Что? Она истекает кровью или что-то в этом роде?» – спросил я в панике. Мои глаза метнулись к ним, но они смотрели не на Сейдж. Их глаза были устремлены на землю, где лежал Фишер.
«Святые звезды и глупые пиписьки...» – выдохнула Бетти, прижимая руку к груди.
«Какого хера?» – прорычал Хол.
Отступив назад, чтобы я мог видеть, я посмотрел вниз и чуть не уронил Голди, как мешок картошки.
«Мы все сейчас с ума сошли? Нас кто-то наркотиками накачал?» – спросил я, яростно моргая, мой разум медленно осознавал то, что я видел. «Хол! Проверь, дышит ли он... они!» – рявкнул я, выводя его из оцепенения.
Мое сердце бешено колотилось в ушах, пока я смотрел, как Хол и Бетти двинулись к месту, которое я только что освободил.
«Как это возможно?» – спросил Хол, его колени коснулись земли, его руки лихорадочно искали пульс, в то время как Бетти делала то же самое напротив него.
«Ее магия – это нечто неизведанное, джентльмены. Невозможно сказать, на что она способна... У него есть пульс, но он слабый!» – победно крикнула Бетти.
Хол плюхнулся на задницу, его лоб нахмурился от замешательства.
«Здесь то же самое», – подтвердил он, и вздох облегчения вырвался из моего тела.
«Ну, черт. Давай, Хол. Занесем их внутрь. Что-то подсказывает мне, что они все еще будут без сознания какое-то время», – объявила Бетти, вставая и направляясь обратно к коттеджу.
«Ты неси Сейдж, я возьму... А, черт с ним», – проворчал Хол.
Верно. Потому что местоимения сейчас были семью оттенками безумия. Все, что я знал, это то, что там, где раньше был один очень мертвый Фишер, теперь были два едва живых Фишера.
Глава 2
Мы не можем просто оставить его, мы должны вернуться и...
«Ерунда. Ты знаешь, что мы не можем. Заклинание пошло ужасно неправильно, и это место, вероятно, кишит командами "Радикал". Хочешь быть запертым? Ты знаешь, почему ты ушел из "Радикал", ты знаешь, что они делают с людьми», – напомнила Каю Лори.
Фишер ушел. Детали заклинания и то, что мы делали в этом городе, были смутны в моем сознании, как объектив камеры, который был слегка не в фокусе. Мы все чувствовали себя так. Лори предположила, что это было потому, что земля была отравлена темной магией, которая поднялась из земли, когда мы начали наше заклинание.
Montague Industries всегда искала самые редкие и самые мощные активы, чтобы добавить их в компанию. Брайс был единственным из нас, кто помнил, зачем нас туда послали, что-то о могущественном оборотне-льве.
«Но он наш гребаный брат!» – заревел Кай.
«Нет, К», – стиснул зубы Слоан, и когда я взглянул на него, я увидел, как он зло вытирает лицо.
«Слоан, да ладно, чувак. Мы просто вернемся и быстро заберем его. Кам может устроить бурю. Они нас и не увидят», – умолял Кай, но его ноги все еще несли его вперед. Возврата не было.
«Моя магия истощена», – выдавил я, прорываясь сквозь эмоции. Черт. Всю свою жизнь у меня была одна цель: никогда, ни за что не терять никого снова. Не так. Не тогда, когда этого можно было избежать. Не тогда, когда я мог сделать больше. Мой брат был мертв, потому что я облажался. Мои мамы мертвы, потому что я облажался. И теперь мой лучший друг мертв. Совпадение? Вряд ли.
Как бы мне ни хотелось развернуться и вернуться за телом Фиша, я не мог вернуться за ним, не рискуя остальной командой...
Лори повернулась и подошла к Каю, обнимая его. Из его груди вырвалось рыдание, от которого меня чуть не вывернуло. Слоан не мог справиться с этим, и я видел, как он побрел к куче хвороста и несколько раз вырвал, прежде чем рухнуть на колени на лесной подстилке, закрыв лицо руками.
У меня кружилась голова. Чья-то ладонь легла на мое плечо, и я обернулся, увидев Брайса.
«Мне жаль, Кам. Он был отличным парнем. Мы все будем скучать по нему. Но мы должны убраться отсюда, пока эти "радикалы" не догнали нас, хорошо?»
Я машинально кивнул. Он был прав, нам нужно было продолжать двигаться. Мы как следует оплачем нашего друга, когда вернемся на базу.
Мои ботинки хрустели по листьям и веткам, когда я спотыкаясь подошел к Слоану.
«Давай», – настаивал я, наклоняясь и поднимая его под руки.
«Я не хочу, Кам. Просто оставь меня, я вернусь и просто... побуду с ним. Я никогда не говорил ему, как много он для меня значит». Голос Слоана был хриплым и резким. Я притянул его к себе, прижимаясь лбами. Боль была достаточно сильной, чтобы поглотить нас обоих.
«Он знал. Его любили все мы. Но он хотел бы, чтобы мы убрались отсюда и были в безопасности», – сказал я, хотя мое сердце разрывалось на части.
Слоан выпрямился и провел ладонями по лицу, стирая слезы. Один раз кивнув, он обошел меня и оттащил Лори от Кая. Слоан схватил Кая за воротник рубашки и почти грубо притянул его к себе в объятия, давая ему то объятие, в котором он так отчаянно нуждался.
«Кайто, послушай меня. Мы убираемся отсюда. Мы устроим Фишеру настоящий мемориал, но мы должны уйти сейчас, чтобы у нас был шанс это сделать. Пошли». Слоан несколько раз похлопал Кая по спине, прежде чем отойти и возобновить наш марш через лес.
Когда мы вышли из-за деревьев, нас ждал внедорожник. Мой разум был затуманен, как при смене часовых поясов или после удара по голове. Я не очень помнил машину, но предположил, что мы, должно быть, припарковали ее здесь раньше.
«Поехали. Все садитесь», – крикнула Лори, обойдя машину и запрыгнув на водительское сиденье. Брайс сел на пассажирское, а остальные мы скользнули на заднее сиденье. Хлопки дверей звучали как выстрелы по тому, что осталось от моего сердца.
Мы ехали всю ночь. Мы втроем на заднем сиденье отключились; изнеможение в сочетании с силой горя было тем, с чем мы не могли бороться.
«Кам», – прошептал голос.
Я приоткрыл веки и моргнул несколько раз, когда лицо передо мной начало проявляться. Круглые зеленые глаза, рыжие волосы. Мой пульс пропустил удар, и я не знал почему. Пульсирующая боль вспыхнула в голове, когда я пытался это понять.
«Кам, мы приехали». Лори похлопала меня по колену, возвращая к реальности. Я не мог оторвать от нее взгляда.
«Она сказала, что мы приехали, чувак. Выходи из машины», – рявкнул Слоан, и я понял, что смотрел на Лори, как на какого-то ангела. Фу, что за херня? Я вытащил свою большую задницу из машины, как будто она горела.
«Что это за место?» – спросил Кай, глядя на кирпичное строение, похожее на замок. Осматриваясь, я не увидел ничего вокруг. Ну, ничего, кроме ревущего океана, который в данный момент колотил по скалистому обрыву.
«Это летний дом Азраэля. Ты в порядке? Мы говорили об этом. Я говорила тебе, что мы приедем сюда следующим. Это большая честь быть приглашенным. Давайте зайдем внутрь и приведем себя в порядок, прежде чем вы встретитесь с ним», – сказала Лори, прежде чем хлопнуть в ладоши, и они с Брайсом двинулись к замку. Я знал, что переживаю горе, но она начинала заставлять меня чувствовать себя виноватым из-за пробелов в моей памяти.
«Кто-нибудь из вас помнит, что это было частью плана? Или что она говорила нам, что мы едем сюда?» – спросил Кай, его темные глаза осматривали местность. Синяки под глазами Слоана делали его еще более устрашающим, чем обычно, пока он осматривал замок. «Нет. Моя память кажется довольно херовой, но я совершенно не помню этого», – проворчал он.
«Да, и что это такое? Весь мой мозг чувствует себя так, как будто его разогрели в микроволновке», – задумался Кай вслух. «Какова вероятность того, что мы все чувствуем себя так же?» – голова Слоана повернулась ко мне, и наши глаза встретились, его бровь слегка приподнялась.
«Возможно, это из-за заклинания», – предположил Кай. «Будьте начеку. Что-то здесь не так», – признался я, наблюдая, как Лори и Брайс подошли к массивной входной двери.
«Знаешь, на что это похоже?» – Слоан посмотрел на океан, сильный порыв ветра выдул волосы из его глаз. «Это как когда Фишер» – его голос сорвался на имени, но он прочистил горло и продолжил – «когда Фишер практиковал свою силу на нас в те времена, когда мы тренировались».
Глаза Кая расширились.
«Это именно то, на что это похоже. Какого хера? Ты думаешь, он копался в нашей памяти? Он бы никогда не сделал этого без нашего разрешения», – прорычал он.
«Он сделал бы это, только если бы у него не было другого выбора», – согласился я, и я видел, как их лица потемнели.
«Давайте, джентльмены! У нас не весь день!» – крикнула нам Лори от огромного дверного проема, который виднелся впереди.
«Слушайте, если он и стер нашу память, нам нужно быть чертовски осторожными», – предупредил я, собирая волосы в узел, просто чтобы выиграть время.
«Кто-нибудь из вас помнит, как Фишер на самом деле умер?» – прошептал Кай.
Мы все посмотрели друг на друга, каждый покачал головой. Надежда забилась в моей груди, и мое сердцебиение участилось впервые с... Я даже не мог вспомнить когда. Надежда была страшной штукой, однако. Надеяться, когда ставки так высоки, – значит сделать падение еще более разрушительным. Но без нее? Без нее я был бы не чем иным, как пустой оболочкой человека, как я и был последние двенадцать часов.
Я попытался вспомнить, заставляя черную дыру в моем сознании проясниться и дать мне хоть какую-то ясность, но, как и прежде, пронзительная боль расколола мою голову, и я выругался.
«Что случилось?» – спросил Слоан, подходя ближе.
«Гребаная головная боль...» – пробормотал я.
«У меня тоже, мне нужно найти какие-нибудь обезболивающие. Срочно». Кай потер виски. «Может быть, нам стоит спросить Лори, знает ли она, почему Фишер мог это сделать?» – спросил он, и я покачал головой.
«Нет. Ясно, что она и Брайс не страдают от той же амнезии, что и мы. Нам нужно сначала получить больше информации. Я никому не доверяю сейчас, кроме вас двоих», – мрачно сказал я.
«Просто ведите себя естественно. Время осмотреться». Слоан направился к замку, оглянувшись на нас, он добавил: «Мы поговорим сегодня вечером, наедине».
Я взглянул на Лори, которая ждала, и действительно, она пристально следила за нами. Дальнейшая задержка была бы подозрительной. Следуя
за Слоаном, Кай держался рядом со мной.
«Посмотри, чувствует ли Багира что-то странное», – предложил я, понижая голос так, чтобы только его кошачий слух мог уловить. Я сохранял свой темп на несколько шагов, прежде чем понял, что Кай больше не рядом со мной. Я уже собирался что-то сказать, когда развернулся, но слова замерли у меня на языке.
Лицо Кая было бледным, а глаза дикими от паники. Возвращаясь к нему, я схватил его за лицо обеими руками, заставляя посмотреть на меня.
«Что случилось, К? Что не так?»
«Багиры нет», – выдавил он.
«Что? Что значит, нет?»
«Я не знаю, Кам. Его здесь нет. Я думал, он просто расстроен после... Так что я не настаивал. Но его точно нет», – печально сказал Кай, с ноткой страха.
Мы направились к замку. «Куда, черт возьми, могла деться твоя пантера? Это не имеет никакого смысла», – тихо прорычал я.
Кай покачал головой.
«Что-то действительно херово. Я не знаю, что именно, но я это чувствую. Он никогда раньше не покидал меня. Я не знаю, что об этом думать».
«Мы разберемся вместе, брат. Держи голову выше. Я уверен, что Багира скоро вернется», – заверил я его, похлопывая по спине, как раз когда мы подошли к Лори и Слоану. Брайса нигде не было видно.
«Итак, джентльмены. Хотите, я проведу вам быструю экскурсию? Или я могу просто показать вам ваши комнаты. Азраэль не будет до позднего вечера, так что у вас будет время привести себя в порядок и отдохнуть, если хотите». Лори улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. Мои собственные глаза сузились, когда я сосредоточился на ее больших зеленых глазах. Она напоминала мне кого-то. Узнавание царапало мой разум, но прежде чем я смог сосредоточиться на этом, моя голова заныла, и Слоан заговорил, перенаправив мои мысли.
«Просто в комнаты было бы здорово. Я не могу дождаться, чтобы принять душ».
«Верно. Я так и думала. Следуйте за мной, пожалуйста». Лори повернулась и направилась к большой лестнице, которая поднималась по правой стороне входа, ее ступени расширялись к верху, переходя в мансарду, открытую с обеих сторон.
Большая часть интерьера этого места была переделана, но все еще сохранилась оригинальная архитектура, например, открытые стены из булыжника и огромные
–
деревянные балки, поддерживающие потолок. Мы поднялись по лестнице, следуя за Лори, которая повернула налево и прошла по открытому чердаку.
«Сколько лет этому зданию?» – спросил Слоан, его голос был таким же хриплым, как всегда.
«Построен в 1779 году. Он был в семье Азраэля вечно», – добавила она. «Это крыло для гостей. Пока оно пустое, хотя мы ожидаем еще одного посетителя на ужин. Я не уверена, останется ли она или нет. В любом случае, вот ваши комнаты». Она указала на три двери, которые стояли в ряд. «Между ними есть смежные двери, так что вы можете навещать друг друга, когда захотите».
Я повернул большую латунную ручку и толкнул дверь. Огромная кровать с балдахином возвышалась в центре большого пространства, в котором была разбросана соответствующая темная мебель.
«Луной, кто ограбил короля Генриха VIII? Этот безумный ублюдок, кажется, из тех, кто будет преследовать тебя за воровство», – выпалил Кай в истинной манере Кая, его взгляд метался по сторонам, впитывая все вокруг.
«Думаю, ты можешь спать в этой комнате, К», – поддразнил Слоан, направляясь к двери в соседнюю комнату.
«Ээээ, я думаю, нет!» – закричал Кай.
«Я вернусь позже, когда придет время ужинать. В шкафах и комодах есть дополнительная одежда», – сообщила нам Лори. «Вы знаете порядок. Жизнь в дороге и все такое... Ладно, увидимся позже, мальчики». Она двинулась к двери.
«Подожди», – окликнул я, и она вопросительно подняла бровь. «Они поймали его?»
«Поймали кого?» – спросила Лори, на ее лице отразилось замешательство.
«Того оборотня-льва», – медленно сказал я.
«О!» – она засмеялась слишком громко. «Глупая я. Да. Другая команда смогла захватить его. Простите, я просто вымотана в данный момент».
«Без проблем. Ну, хорошо. По крайней мере, миссия была не напрасной...» – пробормотал я, когда она вышла из нашей комнаты.
«Что, черт возьми, происходит?» – Слоан отказался от поисков другой комнаты, теперь, когда мы остались одни, и плюхнулся на кровать.
«Кто-нибудь еще чувствует странные вибрации?» – спросил я. Потому что, черт возьми, я определенно чувствовал. «Ответ Лори на этот вопрос был странным. Я думаю, она лжет». Все казалось неправильным. Туманная память, Лори и Брайс, ведущие себя так, как будто все нормально, – почти не затронутые смертью Фишера, – что было бы странно, если бы мы все работали вместе так тесно, как они предполагали.
–
Никто из них не выражал никаких соболезнований. Более того, они вели себя так, как будто ничего не случилось.
«Она что-то скрывает, я просто не знаю что», – пробормотал Слоан, хмурясь.
Кай расхаживал. Я почти слышал его мысли.
«Багира никогда раньше не бросал меня», – размышлял он.
Слоан приподнялся на локтях. «Что? Багира пропал? Какого хера?»
«Понятия не имею. Это то, что я сказал Каму снаружи. По дороге сюда я был таким онемевшим и, думаю, в шоке после... ну, ты знаешь. Я не думал о Багире», – признался Кай, выглядя чертовски виноватым. «Я даже не думал о том, что он, вероятно, чувствовал. Я такой эгоист», – простонал он.
«Чтобы Багира покинул тебя, должно было быть что-то еще. Да, потеря Фишера была травматичной, но твое животное не покинуло бы тебя из-за этого. Он был бы рядом с тобой и придал бы тебе сил», – напомнил Слоан Каю.
«Он прав, чувак. Бэгги не покинул бы тебя».
Слоан и Кай оба подняли брови.
«Что?»
«Бэгги? Ты хочешь, чтобы он разорвал тебя на части?» – прошептал Кай, как будто большой кот прятался в тенях комнаты.
«Я не называл его на "Б"», – ахнул я. «Ты думаешь, я хочу умереть?»
Я назвал его Бэгги один раз, когда нам было около пятнадцати, и получил свою задницу на пантерном блюде.
«Чувак. Ты точно назвал его так», – вставил Слоан.
Нет никакой возможности, чтобы я снова совершил эту ошибку. Особенно просто так, даже не осознавая этого.
«У меня также болит в груди. Это будет звучать глупо, но это похоже на... разбитое сердце. Как будто мне не хватает чего-то, что делает меня тем, кто я есть», – объяснил Кай, его лицо выглядело болезненным.
