Текст книги "Магия мести (ЛП)"

Автор книги: Бритт Эндрюс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 11

Сладкие лунные девы. Какой же день. Мои внутренние бедра все еще дрожали от сексуальных игр в крепости из одеял/гнезде для траха с Брамом. Мое сердце колотилось в груди от того, что Фишер, мой Гуппи, был жив и здоров. Нужно было обсудить так много всего вместе, что весь разговор казался пугающим. Черт, я еще не сказала Фишеру, что я наполовину демон и могу трансформироваться.

А потом был маг, который смотрел на меня сверкающими глазами и острыми клыками, с точно таким же лицом, как у Фишера. Его глаза, однако, были на пару оттенков темнее, чем медовые дубы Фиша. Я была заинтригована, но также и сбита с толку. Кто бы не был?

«Давай, Светлячок. Тебе не нужно смотреть на меня, как на незнакомца», – сказал Фарис с сияющей улыбкой, от которой мое сердце забилось быстрее.

«Значит, когда он называл меня Светлячком, это на самом деле был ты?» – спросила я, желая хоть как-то осмыслить это безумие. Мой разум на мгновение вернулся к той ночи, когда мы с Фишером спали вместе, как он жестко трахал меня и заставлял кричать. Как его глаза переливались между светлым и темным, как он называл меня «милая» и «Светлячок» вперемешку. Тогда это означало бы...

«Ах, да», – усмехнулся он. «Мы разделили тебя той ночью. Ты продолжала звать меня, хотела, чтобы мой брат позволил себе расслабиться. Он иногда бывает очень напряженным. Хотя, я действительно не могу дождаться, чтобы увидеть лицо Слоана, когда он увидит меня. Этот доминирующий мудак больше никогда не победит меня, я тебе обещаю», – выплюнул он слова, как будто мысль о Слоане отравляла все его существо.

«А что насчет твоего голода? Твоего желания крови? Как это работает?» – спросил Брам, переходя к делу.

Фарис пожал плечами. «Бро, я прожил без тела тридцать лет. Как, блядь, я должен знать, как это работает? Все, что я знаю, это то, что вы двое пахнете восхитительно».

«Почему мы?» – спросила я вслух.

«Ну, Светлячок, я предполагаю, что это как-то связано с тем, что твоя магия вернула Фишера, верно? Твоя магия была первым, что я почувствовал, когда просыпался, так что я, вероятно, связан с тобой. Что касается сексуального рыжего гиганта...» – он сделал паузу, позволяя своим глазам скользить вверх и вниз по телу Брама с интересом, и я хихикнула, когда щеки демона вспыхнули от жара. «Вероятно, это потому, что вы двое теперь спарены. Вы пахнете сексом и конфетами».

Я посмотрела на Брама, у которого было озадаченное выражение лица. Это было потому, что Фарис клеил его? Или из-за ситуации в целом?

«Хорошо. Ну, только не бери слишком много». Я убрала волосы и обнажила шею. Брам мгновенно вернулся к реальности и притянул меня к себе защитным жестом.

«Я так не думаю, девочка Голди. Мы ничего не знаем об этом маге или его стихии. Он может причинить тебе вред», – объяснил Брам, его хватка на мне усилилась, и он посмотрел на меня так, что я поняла – не спорь.

Я живу, чтобы спорить с мужчинами. Почему, лунные девы, вы так меня проклинаете?

«И это моя шея, моя кровь, мой выбор. Он прав, я сделала это. Но...» – я посмотрела в глаза Фарису, волосы у меня на затылке начали подниматься от осознания. «Он связан со мной. Я чувствую это. И Фишер тоже». Это было трудно описать, но между нами был ток. Как тот, что я чувствовала с Каем и теперь с Брамом. Эти мужчины были моими.

«Я бы никогда не причинил тебе вреда, если только ты не попросишь, Светлячок. Хотя, я могу разрушить твою киску». Он волчьи улыбнулся, и я закатила глаза, когда Брам кашлянул со смехом. «Боги, я так долго хотел сказать это женщине. Мистер Спокойный и Собранный всегда это пресекал». Он фыркнул и вскинул руки. «Тогда... Дай мне выпить, а потом я пойду приму душ и помахаю своим членом. Спасибо, Светлячок. Ты дала мне тело, голос и настоящий член, который я планирую использовать как оружие. Плотский меч. Мужской...»

«Хорошо», – рассмеялась я, но почувствовала трепет нервов в животе. Будет ли больно? Понравится ли мне? Время укусить сосиску. «Укуси меня, чтобы мы

могли как можно скорее вернуть остальных. Нам нужно многое сделать сегодня, Гадюка». Я не знаю, почему я выпалила это имя. Он просто напоминал мне гадюку тем, как он мог быть таким неподвижным, что вы забывали, что он в комнате, а затем в одно мгновение он был прямо здесь. Красивый и смертоносный.

Я моргнула, и Фарис уже держал меня в своих руках, разворачивая так, что я была прижата к стене. Он оперся одной рукой о стену над моей головой, а другой коснулся моей шеи. Его тело прижималось к моему, и я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить сердце.

«Сладкий Светлячок», – прошептал Фарис, наклоняя свое лицо к моему уху. Когда он заговорил, его дыхание коснулось моей кожи, посылая жар прямо к моей промежности. «Я твой должник. До конца своей жизни я буду верен тебе, предан и защитник. Я уничтожу любого мужчину, женщину или зверя, который причинит тебе зло или попытается украсть тебя. Ты имеешь мое слово. Я буду твоей гадюкой». Его голос успокоил мои нервы, и искренность его слов заставила мои глаза защипать от неожиданного прилива эмоций.

Я едва могла дышать от того, как его клятва повлияла на меня. То, как его бездонные глаза смотрели в мои, как будто он бросал мне вызов отвести взгляд, оспорить искренность его обещания. Но я не стала бы, даже если бы могла найти свой голос, не в чем было сомневаться. Он имел в виду каждое слово. И когда я почувствовала, как его губы коснулись моей шеи, мои колени чуть не подкосились. Его смех разнесся в его груди, а затем его язык оказался там, вылизывая горячую, влажную линию соблазна. Без предупреждения острая боль пронзила мою кожу, и я застонала, когда он зарычал.

Мои глаза закатились, когда эта маленькая вспышка боли превратилась во что-то совершенно иное. Всепоглощающий жар, желание, страсть. Я застонала, когда он сосал мою шею, мои глаза распахнулись и остановились на Браме, который прислонился к противоположной стене. Его рога выскочили, и ноздри раздулись при виде нас. Когда еще один стон сорвался с моих губ, Брам опустил руку и без стеснения поправил эрекцию, а его рога снова начали закручиваться, как во время спарки. Черт, он был эротическим кошмаром, ставшим явью.

Фарис отстранился, зализав маленькую ранку, прежде чем выпрямиться и взять мое лицо в ладони. Капля моей крови медленно катилась по его подбородку, и я вытерла ее пальцем.

«Ты тоже на вкус как секс и конфеты, Светлячок», – сказал он мне, беря мой окровавленный палец и всасывая его в рот. Черт возьми. «А теперь, извините меня? У меня впервые встал член, и я собираюсь пойти наверх и

посмотреть, что будет, если я его потру». Он дьявольски ухмыльнулся, а затем взлетел вверх по лестнице с молниеносной скоростью.

Думаю, он получил кровавый заряд?

«Не забудь убрать за собой, Фарис Бари!» – крикнула я и услышала звук захлопнувшейся двери наверху. Последнее, что мне нужно было, это убирать за взрослым мужиком, который открывал для себя, как работает его член.

Брам подошел ближе, его большой и указательный пальцы взяли меня за подбородок, поворачивая мою голову, чтобы осмотреть место, где укусил Фарис.

«Следов нет», – сообщил он мне, его голос дрогнул от похоти, когда его пальцы коснулись гладкой кожи.

«Было больно только мгновение», – сказала я, и его глаза метнулись к моим, на его губах заиграла улыбка.

«Ах, да. Я видел, принцесса. Ты была опасно близка к своему «О» лицу», – поддразнил он, и я покраснела.

Оттолкнув его назад, я поправила волосы быстрым движением рук. «У меня нет «О» лица», – проворчала я.

Брам откинул голову назад и глубоко рассмеялся. «У тебя точно есть. Это одно из моих любимых лиц, принцесса».

Мне нечего было на это ответить, поэтому я развернулась и направилась на кухню, откуда доносились голоса остальных.

Фишер сидел за столом с разложенной перед ним едой, поглощая все подряд. Бабушка и Хол спорили на кухне о том, кто будет открывать магазин на следующий день. Фрэнк и Арло уже так много помогали в последнее время, а завтра они планировали посмотреть несколько свадебных площадок и встретиться с организаторами.

Казалось, мой отец хотел работать в магазине, что было удивительно. Грозный Хол Безжалостный, работающий в маленьком магическом магазине в городке. Почти смешно было представлять его там, за прилавком.

«Бабушка, если он хочет работать, пусть работает», – сказала я, плюхаясь на стул рядом с Фишером.

«Он портит зелья и занижает цены! К этому моменту он утопит магазин в минус в течение месяца!» – закричала она, раздраженная, ее маленькое тело дрожало от раздражения. Хол отмахнулся от ее слов, как от надоедливых комаров.

«Как я уже говорил тебе, Бетти, любые ошибки, связанные с доходом, будут исправлены мной лично. Ты действительно думаешь, что я позволю средствам к существованию моей дочери пойти коту под хвост? Я управляю многомиллиардной компанией. Я могу справиться со «Свинкой». Хватит беспокоиться». Хол взял свой стакан с водой и присоединился к нам за столом, оставив мою бабушку пыхтеть и ворчать. Она всегда была гордой и упрямой женщиной, которая нелегко принимала помощь. Наверное, я унаследовала это от нее. Но сейчас происходило слишком много всего, и нам нужна была любая помощь, которую мы могли получить, поэтому ей нужно было отбросить свою гордость и принять ее с благодарностью.

«Фишер». – Я толкнула его в бок. «Ты в порядке? Ты... злишься на меня?»

Он вздохнул. «Нет, я не злюсь, милая. Я... ошеломлен тем, что проснулся и у меня есть злой брат-близнец».

Брам и Хол усмехнулись этому.

«Я понимаю», – твердо сказала я, направляя силу своего голоса на двух демонов, которые в данный момент были не очень чуткими. «Я знаю, что все это слишком много. Я не могу поверить во все, что произошло, но это еще не конец. Нам нужно вернуть остальных. Может быть, ты сможешь помочь мне кое-что попробовать?»

«Конечно, расскажи мне все», – с готовностью согласился Фиш.

В этот момент мы услышали рев сверху, а затем: «О, МОИ БОГИ, СЛА-АДКИЕ ПРЫГАЮЩИЕ БАНАНЫ НА БАГАМСКОЙ МАМЕ!» – и мы все переглянулись, прежде чем поняли, и Брам с я просто потеряли контроль. Через несколько мгновений Фарис влетел в комнату и сел, его лицо раскраснелось, а на губах застыла самая самодовольная ухмылка, которую я когда-либо видела.

«Надеюсь, я ничего важного не пропустил». Он посмотрел на Фишера. «Теперь я на сто процентов понимаю, почему ты постоянно дрочил, когда мы были подростками. Сладкие милосердные луны», – выдохнул он, откидываясь на спинку стула, как сытый король.

Бабушка и Хол теперь присоединились к нам, смеясь, и я заметила, как самый крошечный уголок губ Фиша дернулся в улыбке.

«Ладно, давайте сосредоточимся. Вот моя идея. Бэгги был со мной с той ночи». – Послышались вздохи Фишера и Фариса. «Это он рассказал мне все о том, что случилось той ночью с Лори. Сначала я сказала ему не возвращаться к Каю. Что, если это была ловушка, которую она устроила, ожидая, пока он вернется, чтобы применить какую-то черную магию, которая могла навредить Бэгги? Было слишком много неизвестного, чтобы рисковать, на мой взгляд. Однако вчера Бэгги был особенно подавлен, и мне тоже было больно. Связь с парой не одобряет такое длительное разлучение.

Поэтому я сказала Бэгги вернуться к Каю, разузнать все, что он сможет. Особенно где они находятся, чтобы мы могли их спасти».

«Это отличная идея», – вмешался Хол. «Если бы мы знали, где они, мы могли бы прыгнуть туда и обратно с ними, прежде чем кто-либо понял, что что-то не так».

Все закивали в знак согласия, включая меня.

«Но есть одна проблема. Бэгги не смог проникнуть в психику Кая. Мы не уверены, блокирует ли он это сам, не осознавая, или это какое-то заклинание. Но, Фишер, когда ты читал мои мысли раньше, я подумала, не мог бы ты попытаться сделать то же самое с Каем? Или смогла бы твоя сила проникнуть в его разум, чтобы Бэгги мог скользнуть обратно?» – спросила я, волнение затрепетало при мысли о скором возвращении моих мужчин.

«Стоит попробовать. Это зависело бы от того, как далеко они находятся, но, похоже, с тех пор, как ты воскресила меня своей магией, наша собственная сила усилилась». Фишер отправил чип в рот, размышляя над тем, что я только что сказала.

«Возможно, нам стоит отправить Багиру обратно, чтобы попробовать еще раз?» – предположила Бабушка. «Пусть он попытается снова, а эти двое примут душ и переоденутся в чистую одежду. Мы встретимся здесь через два часа. Я возьму несколько припасов, которые усилят магический круг. С нас шестерых, если Фишер не сможет сделать это сам, круг соединения сил даст ему прилив магии, чтобы гарантировать, что он сможет дотянуться до Кая», – сказала нам Бабушка, оглядывая наши лица. Фарис и Фишер согласились, так что я подавила разочарование от необходимости ждать, увидев блеск в их глазах при упоминании душа. Пара часов – это ничего. Нам нужно было подготовиться.

«Хорошо, давайте сделаем это. Через два часа мы вернем наших парней». Я хлопнула, и все пришли в движение. Мне нужно было поговорить с Бэгги.

«БЭГГИ? ТЫ ЗДЕСЬ?» – крикнула я в бесконечную тьму своего подсознания.

Мурлыканье раздалось в ответ почти мгновенно, и я улыбнулась. Однако он не приближался ко мне. Поэтому я последовала за звуком и увидела мелькание его желтых глаз.

«Эй, маленький котик», – промурлыкала я. «Почему ты здесь лежишь?» Я не думаю, что когда-либо видела его просто бездельничающим. «Ты ранен?»

«Не ранен. Грустно».

О. О.

«Ой, Бэгги», – заворковала я, садясь рядом с ним и кладя его большую голову к себе на колени. «Я тоже по нему скучаю. Очень. И по Каму, и по Слоану. На самом деле, поэтому я здесь», – сказала я ему, поглаживая его мягкую, шелковистую шерсть.

Его уши дернулись. Внимательный, сосредоточенный.

«Фишер проснулся, Бэгги. Наконец-то. Он жив и с ним все в порядке», – выдохнула я, едва веря в это сама.

«Чтобы убить любого из твоих пар, потребовалось бы большее, Детка».

«Он может слышать мои мысли. Мы смогли общаться мысленно без проблем. Насколько мы можем судить, все парни получают усиление сил, с тех пор как я обрела свои силы», – объяснила я.

«И спарилась с рыжим демоном».

Его голос был застенчивым, и я не смогла удержаться от смеха. «Ты уловил это, да? Ты, непослушный котик», – притворно отчитала я его, и он просто замурлыкал глубже.

«Любое существо с приличными обонятельными способностями уловило бы это».

«Перестань», – хихикнула я, толкая его на спину, чтобы пощекотать живот.

«Мне нужен Кайто», – сказал он с печалью и тоской.

«Я знаю. Фишер попытается использовать свою магию, чтобы проникнуть в его психику и позволить тебе скользнуть обратно в его разум. Ты готов к этому? Я думаю, пришло время вернуть наших мальчиков, Бэгги», – улыбнулась я ему. Он фыркнул, буквально фыркнул, и это было так похоже на звук, который издавал Слоан, что я могла бы разрыдаться.

«Я был рожден для этого, Детка. Я буду готов».

С этими словами он перекатился и плавно встал на ноги, его хвост взметнулся с новой решимостью.

«Хорошо. Я скоро вернусь за тобой», – пообещала я, и, позволив себе вернуться в реальность, звук рева, обещающего месть и успех, разнесся эхом в моем сознании.

Бэгги надерёт кому-то задницу. Я полностью за.

«ПОЙДЕМ В САД. Воздух поможет спроецировать волю Фишера и донести его добрые намерения до Кая», – объяснила Бабушка, ведя группу на улицу.

«Ты нервничаешь?» – прошептала я Фишу.

Он взглянул на меня, мягко улыбнувшись своими полными губами. У меня не было сдержанности, поэтому я притянула его лицо к своему и поцеловала. Его язык скользнул по шву моих губ, и я открылась ему, впуская его. Поцелуй Фишера был похож на самого мужчину. Спокойный, сдержанный и целенаправленный, с оттенком огня, обещающим больше под поверхностью.

Фишер отстранился и улыбнулся, и мое сердце забилось быстрее при виде этого. Я думала, что никогда больше не увижу этой улыбки. Мои руки не переставали искать его, нуждаясь в том, чтобы ощутить, что это реально, он жив.

«Я рад попробовать это, милая. Это блестящий план. Правда». Он сжал мою руку, но в нем все еще чувствовалась настороженность. Мы вышли на улицу, еще оставалось несколько часов светового дня.

«Ты нервничаешь из-за встречи с ними», – поняла я.

Фиш сжал мою руку в ответ. «Я не думаю, что они будут рады меня видеть, милая. Я стер их воспоминания. Это огромное нарушение доверия, и я знаю, что они будут злиться на меня».

Фарис услышал это и опешил. «Ты сделал то, что должен был, чтобы обезопасить всех. Наша магия не могла сравниться с Лори и Брайсом в том состоянии. Если у них есть проблемы, я с радостью напомню им, что они могли бы утонуть на сухой земле».

Фарис был... защитником? Фишер выглядел так же удивленным, как и я.

«Сюда, компания!» – крикнула Бабушка, опуская корзину с припасами на траву. «Фарис, у тебя есть какие-нибудь из ментальных способностей, которыми ты делился с Фишером?»

Черт, я даже не подумала, что у него их может не быть.

«Я не чувствую эмоции, как он, и не могу общаться телепатически. Но я думаю, что могу подчинять волю людей... Заставлять их делать что-то», – объяснил он, в его темных глазах блеснул огонек озорства.

«Объясни это», – приказал Брам, скрестив руки.

«Ну, я провел небольшой эксперимент. Перед тем как Фишер пошел в душ...» – он сделал паузу, и Фиш напрягся, сузив глаза на брата. «Я, возможно, предложил ему побрить подмышки и ноги».

Хол и Брам оба рассмеялись, даже не пытаясь сдержаться.

«Мудак!» – закричал Фиш, направляясь к Фарису с обещанием насилия в том, как его плечи были сжаты, а кулаки сжаты.

«Сработало? Ты теперь гладкий?» – захихикал Фарис, уворачиваясь от попытки Фишера схватить его.

«Ладно, ладно! Сосредоточьтесь, вы двое», – отчитала я их с весельем. «Судя по реакции Гупа, способности Фариса к принуждению находятся в полном рабочем состоянии».

«Давайте уже начнем», – проворчал Фиш, бормоча о раздражении от бритья и о том, как он будет страдать через несколько дней.

«Все, пожалуйста, встаньте в круг и сядьте. Мы все возьмемся за руки и опустим барьеры, чтобы усилить радиус действия магии Фишера. Позвольте мне сначала подготовить кое-что», – сказала Бабушка, доставая несколько белых свечей и зажигая их. Затем она начала раскладывать кристаллы, располагая их вокруг свечей в центре нашего круга.

«Обсидиан, природное вулканическое стекло, даруй нам свое успокаивающее и очищающее покровительство», – сказала она, держа черный камень. Затем она достала бирюзовый камень. «Даруй нам открытое общение и направь нашу магию в соответствии с волей вселенной». Ее последним дополнением был большой янтарный камень, который, как говорят, приносит равновесие и удачу. Нам нужна была вся помощь, которую мы могли получить.

«Что нам нужно делать, Фиш?» – спросил Хол, готовый начать. Я думаю, все были на пределе, и справедливо. Это была череда подавляющих событий.

«Я думаю, если мы все сделаем, как предложила Бетти, и сосредоточимся на Кае, это увеличит вероятность того, что мы до него доберемся», – посоветовал Фишер.

Багира расхаживал в моем сознании, нервничая и готовый к действию.

«Хорошо, нам нужно начинать, потому что Бэгги неугомонен, и ему нужен его папа-кот...» – я поморщилась от рычания протеста в моем мозгу. «Поправка, Бэгги – папа-кот. И, эм, мне больше нельзя так говорить».

Фарис и Брам покатывались со смеху, и я уже знала, что они вдвоем будут проблемой.

«Соедините руки. Очистите свои умы и сосредоточьтесь на нашем любимом Кайто. Закройте глаза, почувствуйте его энергию и его любовь к вам, текущую по вашим венам, представьте его стройное телосложение, легкость, с которой он двигается... Его темные глаза и чистое первобытное мастерство...» – я прочистила горло, пытаясь заставить Бабушку сосредоточиться, и услышала несколько хихиканий из группы. «Сосредоточьтесь на Кае, позвольте всем этим чувствам омыть вас успокаивающей волной...» Я позволила своим глазам закрыться и лицо моего милого оборотня появилось, его очаровательная улыбка, легкая походка, когда он ходил или занимался утренней йогой. Глубокая преданность, которую он испытывал к своим братьям, к Бэгги, ко мне.

«А теперь опустите барьеры своей магии и позвольте ей течь от вас к следующему человеку. Вы почувствуете прилив энергии», – сказала Бабушка, когда она вдохнула, явно чувствуя силу Хола, переходящую к ней. «Просто позвольте ей течь естественно, не сдерживайте ее, пусть она течет, как вода, перекатывающаяся по камням в реке».

Сила Брама покалывала, поднимаясь по моей руке и вливаясь в мое существо. Я узнала это чувство с первых нескольких наших встреч. Стон сорвался с моих губ, когда новая, более темная энергия скользнула внутрь. Фарис. Соблазнительный, неограниченный, кровавый, эротичный. Я быстро позволила ей перетечь в Гуппи, прежде чем она повлияла на меня сильнее, чем уже сделала. Как только магия начала течь ровно, Фишеру не потребовалось много времени, чтобы сжать мою руку.

«Держите линию открытой, но откройте глаза и сосредоточьтесь на кристаллах перед вами. Мы будем петь и желать, чтобы звезды помогли нам в этом начинании», – мягко сказала Бабушка.

Мои глаза распахнулись, и я ахнула, увидев множество цветов, окружающих каждого из нас, движущихся по часовой стрелке вокруг нашего круга и останавливающихся на Фишере. Черт, это было много силы. Когда я повернулась, чтобы посмотреть на Фиша, я едва могла разглядеть мужчину. Он светился, когда магия кружилась и обвивалась вокруг него, его глаза были черными, как смоль, когда он откинул голову к небу.

«Пойте вместе со мной и сосредоточьтесь на нашей цели. Мы преуспеем. Наше намерение чисто и истинно!» – крикнула Бабушка, посылая мурашки по моему телу.

«Unus ex corde meo, me unum de anima mea, unum corpus nunc unus ex animo».

Мой единый сердцем, мой единый душой, мой единый телом, теперь единый разумом.

Наши голоса неслись по легкому ветерку, наша объединенная сила была настолько мощной, что я чувствовала, как волосы на моей голове начинают подниматься.

«А теперь, милая», – стиснул зубы Фишер. Я захлопнула глаза, и Бэгги был здесь, издавая рев, достойный короля. Я представила Кая в своем сознании, думала о том, как скоро я буду с ним, моя пара. Бэгги бежал на полной скорости, приближаясь все ближе и ближе, его лапы гремели с каждым шагом. Затем он прыгнул... и исчез.

Я взглянул как раз вовремя, чтобы увидеть, как маленькая черная мышь просунула голову через трещину в каменной стене.

«Клянусь членом Юпитера!» – прошептал я, вскрикнув на мышь, прижимая руку к сердцу. «Ты меня, блядь, напугал, ты, маленький зверь».

«Заходи, мне нужно кое-что тебе показать», – сказала мышь.

Я моргнул. Затем моргнул снова. О, Кайто, ты действительно слетел с катушек. Мышь с французским акцентом. Ага. Все кончено.

«Хватит пялиться, géant. У меня не весь день!» – пискнула мышь с раздражением, и я почувствовал, что могу упасть в обморок.

«Как ты...» – я протянул палец к мыши, и он запрыгнул на него, что вызвало звук, которого я точно никогда раньше не издавал.

«Почему ты меня боишься?» – спросила мышь, теперь стоя у меня на плече, ее маленькие ручки были подняты в жесте «какого хера, чувак».

«Я-я нет. Я просто никогда раньше не разговаривал с мышью. Или с каким-либо животным, на самом деле», – объяснил я, все еще пытаясь осмыслить это. «Я имею в виду, я разговаривал с Багирой, но мы разделяем одно сознание, так что это другое».

«В первый раз все бывает. Но слушай, мы должны торопиться. Слейся со мной, и я покажу тебе. Я наблюдал за тобой и твоими друзьями. Вы ищете ответы?»

«Да, поэтому я и был здесь. Что значит слиться?» – спросил я, когда мышь спрыгнула с моей руки и остановилась на моей раскрытой ладони.

«Ты оборотень. Так что трансформируйся», – просто сказал он.

Я рассмеялся. «Это не так работает, чувак. Я превращаюсь в пантеру. Ту, с которой я разделяю существование».

Мышь наклонил голову и посмотрел на меня мгновение, его маленький хвост обвился вокруг моего среднего пальца. «Нет, ты больше. Я чувствую это. Сосредоточься, géant. Я разделю с тобой свое тело, чтобы дать тебе доступ к тому, что ты ищешь. Время истекает!» Он топнул своей крошечной ногой.

«Боги, должно быть, я сплю. Это более чем мое МДР – они снова положат меня в больницу, я просто знаю это. Но, какого черта. Давай сделаем это». Я мало что терял в этот момент, я уже выглядел идиотом, разговаривая с домашней мышью с французским акцентом. Которая теперь с радостью потирала свои крошечные лапки в предвкушении. Пан или пропал, верно?

Моя магия хлынула, когда я призвал ее, и я сосредоточил свое намерение на том, чтобы стать этим существом. Подобно тому, что я делал с Багирой. Знакомое покалывание пронзило мой позвоночник, и когда я моргнул, я приземлился на пол с писком, крошечные мышиные лапки подо мной.

«Ну, это странно», – признался я, смеясь, когда мышь бросила нас на каменную стену и взобралась на нее с быстротой и точностью, нырнув обратно в ту трещину в стене и уносясь в темноту.

Быть таким маленьким и близким к земле было совершенно новым для меня опытом. Забавный факт: мыши – жидкость. Трещины и щели, через которые мы протискивались, были нереальными. Довольно уверен, что я выдавил несколько неожиданных какашек из задницы этой мыши как минимум семь раз. Как я вообще сейчас мышь? Все становилось все страннее.

«Можешь перестать визжать каждый раз, когда я прыгаю?» – сказала мышь через наш общий разум.

«Черт. Извини. Куда мы идем?» – спросил я, когда мы выглянули из отверстия в стене в то, что оказалось... ага! Подвал.

Я почувствовал, как мышь закатила глаза на мои мысли. «У меня есть имя, знаешь ли».

«Ну, откуда бы я знал? Ты не представился, ты сразу же начал мной командовать», – ответил я, раздраженный. Маленький парень имел характер. «Ладно. Как тебя зовут, мышь?»

«Наполеон».

«Заткнись», – рассмеялся я.

«Грубо», – пискнул он.

«Подожди. Ты серьезно? Тебя зовут Наполеон? Как в смысле, крошечный тиран с комплексом маленького человека и одержимостью мировым господством?»

«Откуда ты знаешь обо мне, géant?» – спросил он с подозрением, когда мы пронеслись по пыльному земляному полу.

Я подавил смех при его недоверчивом характере. «Просто хороший судья характера, наверное».

Наполеон фыркнул и протиснул нас под массивную сучковатую деревянную дверь толщиной не менее трех дюймов. Одна настольная лампа тускло освещала пространство, и я оглядел комнату, когда мы нырнули под полку. Что. За. Херня.

Вдоль одной стены стояли ряды клеток – как в собачьем приюте, только эти были прочнее. Предназначенные для чего-то гораздо более опасного, чем испуганные собаки. Это становилось намного интереснее...

«Наполе...» – мой вопрос замер, когда дверь в комнату распахнулась, и Брайс вошел в темную комнату, щелкнув выключателем, отчего зажглось несколько ламп. К сожалению, весь добавленный свет лишь осветил ужасы внутри этого подземелья. На стене над раковиной и верстаком висело несколько инструментов. Инструменты, используемые следователями... как Фишер. Я лишь несколько раз видел, как он их использовал, так как его самым опасным и полезным оружием был его разум.

Брайс направился к ряду картотечных шкафов, как раз когда зазвонил его телефон. «Алло?» – ответил он, звук выдвигаемого ящика шкафа разнесся по комнате, пока он продолжал заниматься своими делами.

«Нам нужно подойти ближе», – сообщил мне Наполеон. Не дожидаясь ответа, мы взобрались по боку книжного шкафа, под которым прятались.

«Я сейчас в подвале. Обновляю файл девушки из Изумрудных Озер». Почему это звучит знакомо? «Хорошо. Увидимся через несколько минут», – сказал Брайс, завершил звонок и убрал телефон в задний карман.

Мы выполняли сложный паркур, чтобы добраться до мудака и, надеюсь, увидеть, что он делает. Над шкафами проходила полка, и вскоре мы уже сидели там, выглядывая из-за двух книг. Мудак был сосредоточен на файле, который он разложил на верхней части шкафа.

«Посмотрим, сможем ли мы увидеть, что он делает...» – сказал я Наполеону, который выглянул за край, чтобы мы могли видеть файл. «Ты знаешь, что они здесь делают, Наполеон?»

Он вздохнул. «Да. Много лет Азраэль прочесывал этот мир в поисках редких и талантливых ведьм и магов».

«Чтобы нанимать их?» – спросил я, наблюдая, как Брайс что-то записывает в файл.

«В конце концов, их нанимают. Но сначала их нужно заполучить», – объяснил он, и я снова посмотрел на клетки, по моей спине пробежала дрожь отвращения. Что-то лежало на полу в одном из углов, что-то маленькое и... пушистое? Тошнота закрутилась в моем желудке, когда я понял, что смотрю на грязную мягкую игрушку. Такую, которую ребенок носит с собой для утешения.

«Он, блядь, крадет детей?» – прорычал я, снова глядя на файл.

Было трудно читать, но я смог разобрать некоторые детали. Карточка принадлежала девочке по имени Энни Макалистер. Фото, похожее на школьное фото, было прикреплено к уголку. Она была маленькой, может быть, восьми или девяти лет. Светлые волосы и карие глаза. Ручка в руке Брайса двигалась по странице, оставляя заметки.

Как раз когда я пытался понять, в чем заключается ее предполагаемая сила, дверь в комнату с грохотом распахнулась, и мы отпрянули, чтобы спрятаться в тени.

«Скажи, что у тебя есть что-то новое», – сказал Азраэль, звуча раздраженно, направляясь к столу в углу. «Принеси мне файл».

Брайс закончил свою запись быстро, передавая его Азраэлю, который закинул ноги на стол. «Думаю, вам будет интересно, сэр».

Глаза Азраэля пробежали по документу, его взгляд метнулся к Брайсу. «Ясновидение?»

«Да. И я подозреваю, что это связано с ее художественными способностями», – объяснил Брайс, выпрямляясь, подбадриваемый волнением в темных глазах Азраэля.

«Действительно интересно. Особенно потому, что ее мать – человек», – добавил старший мужчина, задумавшись.

«Она будет ценным активом, сэр. Такая сила, и такая молодая».

«С матерью легко справиться. Мы соберем еще немного информации, прежде чем что-либо устраивать. Нам нужно убедиться, что не будет никаких других осложнений, когда она исчезнет». Азраэль вернул файл Брайсу.

Устраивать? Как, убить ее мать? Они выслеживали детей по всей стране – возможно, даже по всему миру – а затем убивали родителей, чтобы забрать детей и... проводить тесты? Эксперименты?

Писк. «Все, что его волнует, это потенциал. Он выталкивает детей за их пределы. Готовит их к пожизненной службе своему делу. Я слышал ваш разговор с друзьями, поэтому я показываю вам это. Возможно, вы сможете что-то с этим сделать...» – сказал Наполеон. Мой разум перенесся к Хантеру, и я понял, что это, возможно, то, что случилось с ним. Меня тошнило.

«А что насчет команды «Радикал»? Каков ваш план на них?» – спросил Брайс, и Азраэль злобно посмотрел на него. Какой команды «Радикал»? Тех, кто предположительно должен был забрать тело Фишера, или он имел в виду нас, поскольку мы раньше были из «Радикал»?