Текст книги "Хороший товар"

Автор книги: Борис Курланд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Времени в обрез. Настоящая проститутка должна прийти через полчаса.

– Ты очаровательна, Дженни. – Билли усаживается рядом, не теряя времени, обхватывает меня руками и с силой прижимает к себе. – Не зря мадам обещала высший класс.

Я пытаюсь освободиться из объятий, но он оказывается гораздо сильнее, чем я предполагала. Болезненный вид обманчив.

Билли горит нетерпением, еще минута и силой повалит меня на постель.

Телефон в моей сумочке звонит. Сработал таймер.

– Извините, я должна ответить.

Достаю электрический шокер в виде телефона, делаю вид, что подношу его к уху, затем быстрым движением втыкаю металлические штыри в шею дилера. Билли дергается, открывает рот, пытается вдохнуть кислород, растягивается на покрывале, судорожно дергает ногами и руками. Две минуты спустя у него останавливается сердце. Год назад ему имплантировали кардиостимулятор.

Быстро одеваюсь, искать пульт от двери лифта нет времени. Звоню Эдди. Пока кабина поднимается, собираю бумаги со стола в рабочей комнате, забираю анкету, блокноты с записями, папки с документами, впихиваю все в портфель хозяина, заодно прихватываю лэптоп.

Дверь лифта открывается. Эдди подхватывает тяжелый портфель, протягиваю ему еще одну купюру. В лобби гостиницы у стойки ресепшена стоит высокая девушка в коротенькой юбке, обтягивающая кофточка с глубоким декольте, ногти, покрытые синим лаком, слегка потрепанная сумочка.

На брифинге для прессы комиссар полиции намекнул на таинственные обстоятельства смерти Билли Мак-Грегора. Основная версия – конкуренты подослали убийцу под видом проститутки, на это указывают показания портье. Она же, по всей видимости, забрала ценные документы и компьютер с важной информацией.

В итоге я пришла к выводу, что деньги с клиентов надо брать заранее.

Даша. Амстердам

Лола Петерс – бельгийка из Брюгге, любительница алкоголя, шатается по пабам и кофейням в поисках бесплатной выпивки и парочки затяжек. Волосы спадают на плечи, челка до бровей, колечки вдоль ушной раковины, татуировка с изображением ящерицы сползает с шеи на плечо, потертые джинсы обтягивают привлекательную задницу, за плечами видавший виды рюкзак.

Кофешоп Route66, названный в честь знаменитой «главной дороги Америки», располагается неподалеку от не менее знаменитого квартала Красных фонарей. Сразу после входа посетителей встречает статуя мадам La Liberté, облаченная в американский флаг, смахивающий на ночную рубашку. Обстановка внутри помещения ничем не отличается от кофешопов подобного рода с вывесками Smock & Drink.

Рудольф ван де Берг, известный актер, телеведущий, шоумен, автор популярных книг, пресытился жизнью. Наркотики, алкоголь, лекарства от расстройства нервной системы, напряженный график выступлений, беспорядочные половые связи с представителями обоих полов, дети от нескольких жен.

Хуже всего – высохшие мозги, неспособные выдать ничего нового. В недописанной книге вместо строк, достойных вечности, одни банальности. Рейтинг авторской телепрограммы, куда раньше стояла очередь желающих участвовать, неуклонно падает, новые роли в кино и театре давно не предлагают.

Рудольф несколько раз намеревался наглотаться снотворного, но его останавливала обыденность ухода в другой мир. «Таблетки, депрессия, неудачник не мог справиться с проблемами на телевидении и в личной жизни». Газетчики выдадут злорадные заголовки, опишут его биографию в черных тонах, таблоиды переворошат грязное белье, докопаются до подробностей личной жизни. Нет, умереть надо при загадочных обстоятельствах, так, чтобы все заткнули рты. Тогда СМИ прозвучат в другой тональности, глава правительства выразит соболезнование родным, а телевидение в прайм-тайм посвятит ему несколько сентиментальных передач. Жизнь после смерти.

После очередного трэша перед телекамерами такси высаживает ван де Берга у двери кофешопа. Он кивает знакомому бармену, проходит до конца зала, тяжело опускается на мягкую софу за решетчатой перегородкой, создающей иллюзию уединения. Устало прикрывает глаза, вытягивает ноги. Официант приносит неизменный заказ: двойной эспрессо, стограммовую бутылочку ледяной русской водки, плитку горького шоколада, зажигалку и начиненную сигаретку. Рудольф обычно отдыхает час-полтора, после чего отправляется домой.

Лола Петерс входит в заведение чуть позднее, задает бармену вопрос, тот кивает головой в сторону туалета. Девушка неторопливо проходит мимо телевизионщика. На обратном пути она останавливается и смотрит на мужчину удивленно-любопытным взглядом. Она впервые видит столь знаменитую личность вживую, достает телефон из рюкзака сделать снимок, а если повезет, селфи вдвоем.

Ван де Берг осматривает девушку оценивающим взглядом, улыбается, приветливо машет рукой: присоединяйся, похлопывает ладонью по диванчику. Далее следует стандартная прелюдия знакомства: как тебя зовут, милашка, откуда приехала, где остановилась, несколько раз я гостил в Брюгге, к сожалению, только по делам, не оставалось свободного времени познакомиться с прекрасным городом.

Рудольф предлагает девушке сделать пару затяжек, прекрасная начинка, никакой примеси, кайф обеспечен. Лола вежливо отказывается, голова раскалывается после вчерашней вечеринки. Она соглашается выпить шкалик водки, закусывает шоколадкой, просит сделать несколько совместных селфи, друзья обалдеют, когда увидят снимки.

Рудольф, «называй меня просто Руди», предлагает Лоле продолжить приятное знакомство в его апартаментах: я покажу тебе много интересных вещичек, подарки от поклонников, совместные снимки со знаменитыми людьми, сувениры, привезенные из разных стран.

Лола не сразу соглашается. У нее есть виртуальный знакомый Жан, живет в пригороде Марселя. Они долго переписывались, назначали даты свиданий, но каждый раз что-то мешало. Наконец-то договорились. Жан прилетает завтра утром, она обещала встретить его в аэропорту, ей необходимо выспаться, чтобы выглядеть хорошо.

Руди настойчиво убеждает девушку: ты интеллигентная особа, это я сразу почувствовал, тебе не о чем беспокоиться, гарантирую, такси отвезет тебя домой или в аэропорт.

Лола и Руди вместе покидают заведение. Проходя мимо бармена, Руди подмигивает ему, хлопает по плечу мужчину, сидящего у стойки бара, обменивается с ним шутливыми фразами, затем новые знакомые садятся в такси.

В вестибюле дома Рудольфа приветствует консьерж Макс. Стареющий холостяк завистливым взглядом провожает парочку, двери лифта закрываются. Цифры часов на табло показывают сорок минут после полуночи.

Дальнейшие события корреспондент газеты De Standaard описывает следующим образом:

«В двенадцать часов пятьдесят две минуты консьерж Макс, услышав грохот со стороны улицы, поспешно выбежал из дома. Перед ним открылось ужасное зрелище – искореженное падением тело мужчины распластано на крыше автомобиля. Голова болтается на порванных мышцах, одна рука торчит, словно призывает к помощи, нога подвернута, угасающие глаза, кровь повсюду. К своему ужасу, в жертве падения взволнованный консьерж узнал Рудольфа ван де Берга.

Знаменитый актер, режиссер, писатель, продюсер, известный каждому телезрителю по рейтинговым передачам и успешным фильмам, проживал в доме более двадцати лет».

– Женщина! – кричит консьерж полицейским, прибывшим на патрульной машине. – С ним была женщина.

Сотрудники полиции вместе с Максом поспешно впихиваются в лифт. Дверь квартиры на пятом этаже заперта, консьерж открывает ее своим ключом. В квартире никого нет, свежий ветер продувает салон через открытую дверь балкона.

– Я видел своими глазами, как они вдвоем вошли в лифт, – бормочет консьерж, вытирая пот со лба.

– Ничего не трогайте, – полицейский охватывает помещение беглым взглядом, – я вызвал сюда специалистов. Судя по всему, господин ван де Берг упал с балкона. Сам или ему помогли, мы выясним.

В квартале от дома я захожу в кабинку общественного туалета 2theloo. Раздеваюсь до трусов, снимаю парик, отдираю колечки с ушей, надеваю просторную блузку, влезаю в брюки, меняю обувь, все ненужное впихиваю в мусорный ящик.

Как и желал Рудольф ван де Берг, известие о его трагической гибели при очень странных обстоятельствах несколько дней подряд будоражило общественность. Репортажи с места события занимали передовые полосы во всех СМИ. Дотошный журналист провел собственное расследование, проследил маршрут журналиста от телестудии до бара, взял интервью у бармена и постоянных посетителей, разыскал таксиста, отвозившего парочку в тот самый вечер. Премьер-министр выразил соболезнования родственникам, центральное телевидение посвятило биографии Рудольфа четырехчасовую передачу. Приглашенный на ток-шоу начальник подразделения полиции подтвердил слухи о насильственной смерти героя передачи.

Даша. Монтре, Швейцария

Анна Павлова, одна из самых богатых людей дальневосточного региона, отдыхает после длительного перелета в двухкомнатном номере отеля, где в последние годы жил и творил Набоков.

Приказав охране никого не впускать, даже Веру, Павлова проглотила таблетку снотворного и запила рюмочкой любимого напитка – кофейного ликера. Задернутые шторы создают иллюзию ночи, легкая подсветка электрических часов на тумбочке мягко освещает небрежно брошенные часы, золотую цепочку с кулоном и пару колец.

Павлова остановилась в гостинице всего на несколько часов. В полдень по местному времени должна пройти важная деловая встреча под предлогом празднования дня рождения. Торжество пройдет в специально отведенном для таких событий небольшом зале, чистым от прослушки и скрытых камер, ее люди удостоверились в этом.

В гостинице мы поселилась на день раньше. Миша заказал спаренный номер с общей дверью. Мы общаемся, не выходя в коридор, зачем лишний раз светиться. Мендель приехал вчера после полуночи, отсыпается в отдельном номере.

Миша разложил на столе фотографии.

– Два человека, которым Павлова доверяет полностью. Вера Лапина – доверенное лицо и самая близкая подруга. Почти одинаковые биографии, учились в одном классе, делили комнату в общежитии, окружающие принимали их за сестер. Затем пути женщин разошлись. Лапина вышла замуж за успешного бизнесмена, а Павлова обнаружила у себя деловые качества. Продолжение банальное: муж Лапиной нашел любовь помоложе. Разошлись без скандала, детей не было, тогда она и вернулась к подруге.

Я подумала про Асю: как она там без меня? Возможно, обзавелась новой подругой, вдвоем проводят свободное время, делится с ней секретами. Последний раз мы говорили по телефону несколько месяцев назад. Разговор явно не клеился, сколько раз можно повторять одно и то же: как дела, что слышно и когда увидимся.

– Страхов Григорий, прозвище Страх. Начальник охраны Павловой. Посмотри на выражение лица, цербер, с таким типом лучше не сталкиваться днем, тем более ночью. Она вытащила его из тюрьмы, где он отсиживал длительный срок. За какие такие заслуги, неизвестно. В свою очередь, он спас ее от покушения. Прикрыл своим телом, получил серьезные пулевые ранения, долго лечился в частной больнице.

Павлова следит за своим здоровьем и внешним видом. Она регулярно переводит солидную сумму местному медицинскому центру, где каждые полгода проходит полный осмотр. Диетолог, тренер по фитнесу, личный врач, косметолог, пластический хирург. В двухэтажном доме, где она живет одна, три четверти подвального помещения занимает бассейн, остальное пространство оборудовано спортивными снарядами и тренажерами.

В процессе очередной проверки обнаружился рак поджелудочной железы. Директор медицинского центра позвонил Павловой и попросил срочно приехать. Сделали повторные анализы – диагноз подтвердился.

– Как ей удалось хранить болезнь в тайне при ее образе жизни?

– Она приказала директору держать информацию в тайне, полетела в Москву на дополнительную консультацию. Там собрался консилиум, назначили курс лечения, который она договорилась проходить инкогнито. Под видом деловых встреч Павлова летала туда в назначенные сроки, даже сумела сохранить прежний внешний вид. Процедуры не помогли, сколько ей осталось жить, не знаю. В Контракте оговорены необычное требование и временной график.

– Какой же?

– В гостинице у нее назначена встреча с местным адвокатом. Прежде всего она хочет подписать завещание.

– Почему в Швейцарии?

– В биографии Павловой есть белое пятно. После расставания с Лапиной она недолго работала на каком-то промышленном предприятии. Бросила работу, взяла кредиты, начала успешно развивать собственный бизнес. Дела идут в гору, бизнес набирает обороты. Внезапно она пропадает из поля зрения на несколько месяцев. Где находилась все это время, с кем была, что делала, – одни вопросы.

– Ты, конечно, знаешь ответ.

Миша собрал фотографии в карточную колоду.

– Да. У Павловой дочь в Швейцарии, докторант Женевского института международных отношений. Поэтому она встречается с адвокатом именно в Швейцарии.

– Понятно. А необычное требование в каком смысле?

– Павлова подписала Контракт не прежде, чем убедилась, что все условия будут соблюдены. Симптомы insolitum morbum – необычной болезни – должны появиться не ранее, чем через неделю. Первоначальный и последующие диагнозы ошибочны. Когда наконец-то удастся установить причину смерти, разразится международный скандал, который приведет к кризису в отношениях между Россией и Швейцарией и поможет дочке сделать карьеру.

В сотый раз изучаю в зеркале отражение женщины, знакомой мне только по фотографиям, – двойник Веры Лапиной. Парик, платье, макияж поверх тончайшей маски. Туфли без каблуков, я чуточку выше. Бутафорский корсет увеличивает объем груди, у Веры она внушительных размеров. Поправляю средним и безымянным пальцами левой руки челку, привычка оригинала. Вновь прокручиваю ролик, где Лапина идет по тротуару. Походка, жесты, осанка.

Записываю на диктофон фразы голосом женщины, прослушиваю, вновь записываю. Мендель бесшумно хлопает в ладоши.

– План такой. У входа в зал дежурит охранник из местной службы. Его обязанность – никого не впускать. К нему подойдет подвыпивший мужчина, который пытается попасть внутрь помещения. Завяжется спор, охранник позовет Страхова разобраться со сложившейся ситуацией. В данный момент, как говорят в театре, твой выход.

– Страх обязательно подстрахуется.

– Вместо себя он поставит у двери в номер помощника по имени Кирилл. Туповатый парень безрезультатно добивается внимания Веры. На этом мы и сыграем.

Телефон на тумбочке издает три звонка. Поднимаюсь по лестнице два этажа, толстый ковер в коридоре поглощает звук шагов. Возле номера Павловой, облокотившись о стену, стоит низкорослый мужчина. Увидев меня, выпрямляется и делает полшага навстречу.

– Добрый день, Верочка! – говорит Кирилл, поедая меня глазами. – Страх приказал никого не впускать.

– Кирилл, дорогой, я на секунду, забрать бумажку.

Прижимаюсь к его лицу роскошной грудью, универсальная отмычка к любому замку. Еще мгновение, и Кириллу потребуется кислородная маска.

– Но…

Поправляю челку пальцами левой руки.

– Вечером в моем номере, – шепчу томным голосом.

Не дожидаясь ответа, втыкаю карточку-ключ в замок.

Павлова отдыхает на кровати королевских размеров. Рука поверх одеяла. На фоне белой подушки голова, обрамленная копной волос. Дыхание поглощает еле слышный рокот кондиционера.

Натягиваю на руки резиновые перчатки. Осторожными движениями отвинчиваю крышку металлической капсулы размером в наперсток, высыпаю гранулы радиоактивного вещества в бутылку кофейного ликера.

Перчатки вместе с капсулой выбрасываю в мусорное ведерко под туалетным столиком.

Увидев меня, Кирилл облегченно вздыхает. Подмигиваю мужчине моей мечты, ухожу в противоположном направлении, спускаюсь по служебной лестнице на второй этаж. В подсобке вылезаю из платья, отклеиваю маску, вытаскиваю прокладки из бюстгальтера, протираю тампонами лицо. Переодеваюсь в форму портье – черные брюки, красный жакет с пуговицами в два ряда, под воротничком бабочка, волосы под беретку.

В коридоре подхватываю чемодан у пожилой женщины. Вдвоем на лифте спускаемся в лобби, с благодарностью принимаю чаевые.

Даша. Борго-Маджоре, Сан-Марино. Италия

Софи Уайт в светло-голубом платье, кокетливая шляпка, сумочка в стиле ретро, похожа на манекенщицу из журнала мод пятидесятилетней давности. Софи оглядывается по сторонам, как бы пытаясь понять, где она находится. Тишину сиесты нарушает приглушенный плач младенца, за столиком кофейни сидит парочка туристов, у порога сувенирной лавочки пожилой итальянец читает газету.

Прочитав на стене табличку «Piazza Garibaldi», молодая женщина раскрывает путеводитель. Перелистывает несколько страниц, неторопливо пересекает площадь в направлении продуктовой лавки. Внутри магазина работает кондиционер, от полок с продуктами веет приятной прохладой.

Софи проверяет время на часах.

Укладывает в ручную корзину для покупок бутылку минеральной воды, три яблока, пачку салфеток, плитку шоколада. Пройдясь вдоль полок, добавляет спаренные баночки йогурта.

Еще раз смотрит на часы.

Услужливый продавец переносит покупки из корзинки в бумажный пакет с картинками достопримечательностей города. Рассчитавшись, женщина выжидающе смотрит на входную дверь. Благодарит продавца: «Grazie». Направляется к двери и в проходе сталкивается с мужчиной среднего возраста в шортах и белоснежной рубашке.

Содержимое пакета вываливается на пол. Яблоки, словно бильярдные шары, разлетаются в разные стороны. Содержимое йогурта покрывает рубашку мужчины розовыми пятнами, из раздавленной бутылки ручейками растекается вода.

– Oh, my apologies!1313
  Мои извинения (англ.).


[Закрыть] – Софи разрывает упаковку с салфетками и промокает пятна на рубашке мужчины.

– No, no, è colpa mia, devo scusarmi con te!1414
  Нет-нет, это моя вина, я должен извиниться перед вами (ит.).


[Закрыть] – Мужчина пытается угнаться за яблоком, но безуспешно, фрукт исчезает в лузе канализации.

Софи растерянно смотрит на жалкие остатки покупки.

– Never mind, I will have lunch at the nearest cafe1515
  Ничего, пообедаю в ближайшем кафе (англ.).


[Закрыть].

– Нет, это моя вина, – говорит мужчина, подбирая слова на английском языке. – Я приглашаю вас на ланч. Пожалуйста.

Он поворачивается к продавцу и кричит:

– Эй, Марио, скажи помощнику, пусть уберет за нами. Я зайду позже, рассчитаться.

– Конечно, сеньор Лука, никаких проблем. Не утруждайте себя.

Лука виновато разводит руками:

– Еще раз прошу прощения, сеньорита!

– Софи, Софи Уайт.

– Я не могу в таком виде пойти в кафе. Поэтому приглашаю вас в гости, мой дом всего в нескольких минутах ходьбы.

Софи колеблется.

– Давайте по-другому. Я займу столик в кафе, а вы переоденетесь и присоединитесь ко мне.

– Софи, вы любите итальянское искусство?

– Обожаю. Особенно эпоху Ренессанса.

– Great. Я реставратор, у меня вас ждет сюрприз. На днях получил заказ на реставрацию работу известного мастера пятнадцатого века.

На снимке двое мужчин. Если присмотреться, улавливается родство: похожие черты лица, наклон головы, почти одинаковый рост, пышные волосы, приземистая фигура.

– Это единственная фотография братьев Конте. Слева Лука по прозвищу Реставратор. Рядом его брат Ренато, он же Браслет, с юношеского возраста носит на правой руке украшение, подарок покойной матери.

Миша переворачивает снимок, на обратной стороне карандашом прописана дата десятилетней давности.

– Оба одного поля ягода. Неоднократно обвинялись в подделке картин известных мастеров, перепродаже украденных произведений искусства, нелегальном вывозе древних артефактов из страны.

– Выглядят нормально. Не одиночки, как прежние Клиенты. Что от меня требуется?

– Заказ сложный. Картины и прочее – дымовая завеса. На самом деле братья – посредники между разными группировками. Если мафия (допустим, неаполитанская) хочет обсудить проблему с ребятами из Сицилии, они обращаются к братьям или наоборот. Дом, где они живут, служит местом для таких встреч.

– Странно, тебе не кажется? Дальше.

– Тебе надо попасть в дом, посторонние туда не допускаются. Вот план дома, с фасада он выглядит как типичная застройка. Съемка Google Earth, дрон в здешней тишине подобен реактивному самолету. А теперь внимание: в подсобном помещении хранится картина работы Рафаэля величиной с икону.

– Картина самого Рафаэля?

– Семейная реликвия. Как она оказалась у семьи Конте, неизвестно. Это твое задание.

– Так просто: пришел, увидел, забрал. За такую работу мне полагается внушительный бонус.

– Начнем с «пришел». Лука два раза в неделю покупает блок сигарет в маленькой продуктовой лавке. Заметь, в одно и то же время. Точен, как Кант. Вспыльчив, не любит, когда с ним спорят. Падок на женщин и комплименты. Считает свой талант рисования недооцененным. Ты придешь в лавочку на десять минут раньше, остальное твоя импровизация.

– Упаду в обморок.

– Там пол грязный. Продолжим: «увидел». У Браслета, брата Луки, синдром Аспергера. Он плохо контактирует с окружающими, на вопросы отвечает после короткой паузы, на шутки не реагирует. Подозрительно относится к незнакомым людям. В то же время у него прекрасная память и аналитический ум. С ним будь предельно осторожна. Не так давно он вычислил «крота» во время переговоров, сопоставив одну ему понятные факты.

– Значит, я должна забрать картину, пристрелив обоих братьев. Задача несложная. Пришел, застрелил, забрал, ушел.

– Успокойся. – Мише не нравится мой тон. – Мы все продумали. До мелочей.

Иногда я спрашиваю себя, Миша мне все равно не ответит, кто эти «мы». Где располагается организация, как находят Клиентов, кто разрабатывает план действий и переводит деньги на мой счет в швейцарском банке. Там накопилась приличная, по всем понятиям, сумма. Я могу позволить себе многое. Купить квартиру, поменять «жучок» на джип, пожить в свое удовольствие на Мальдивах или расслабиться на Бали. Представляю, как мы с Аськой валяемся на песочке, пьем коктейли с экзотическими названиями и крутим романы со смуглыми парнями.

С тех пор как я начала выполнять задания, я не позволила себе ни малейшей слабости. Не раз я ловила на себе взгляды мужчин, некоторые пытались завязать знакомство. Иногда хотелось проявить взаимность, почувствовать себя женщиной хотя бы на короткое время. Опасность подобного знакомства в последствиях. Случайный любовник может оказаться подсадной уткой, тогда мне придется его убить, прежде чем это сделает он. Порой мне кажется, что я супервумен, только не летаю. Разница между нами в поступках – она спасает, а я отправляю людей на тот свет.

Лука пробивает код, толкает дверь решетчатой калитки, приглашая меня войти первой. К дому ведет дорожка в виде дуги, таким образом, строение, скрытое за забором, не видно с улицы.

Входная дверь не заперта. Мы входим в гостиную. Первое, что я вижу, Браслет отдыхает в кресле-качалке.

– Мой брат. – Лука переходит на шепот: – Не будем его тревожить.

– Я не сплю. Лука, кого ты привел? – спрашивает Браслет. – Сколько раз тебе говорил, не приводи сюда посторонних. Тебе мало местных шлюшек. Она понимает итальянский?

– Нет, говорит только на английском.

– Сегодня никому нельзя верить.

Браслет несколько секунд смотрит на меня исподлобья, постепенно переводит взгляд на брата.

– Избавься от нее, – говорит он, – она мне не нравится. Выглядит необычно. Откуда она взялась в таком виде?

Самое время вмешаться в конфликт. Раскрываю путеводитель, читаю фразы в разговорнике:

– Ciao, come va la tua salute? Oggi è bel tempo1616
  Привет, как твое здоровье? Сегодня прекрасная погода (ит.).


[Закрыть].

Лука подмигивает мне и довольно улыбается.

– Ты не забыл, вечером мы ждем гостей, – напоминает Браслет, не скрывая недовольства.

– Не забыл. Перестань. Управлюсь за час. Бокал вина, фрукты, покажу ей нашу коллекцию картин, и bambina моя. Оближу ее, как шоколадку.

– Софи, – Лука переходит на английский язык, – я на минутку, только поменяю рубашку. Un momento1717
  Один момент (ит.).


[Закрыть].

Он исчезает в соседней комнате. Браслет, закрыв глаза, раскачивается в кресле, а я рассматриваю комнату. Одна из стен почти полностью увешана гобеленами в обработанных резьбой рамках. Противоположная стена покрыта десятками семейных фотографий разной величины. В углу величиной в человеческий рост стоит раскрашенная деревянная статуя женщины, платье до пола, на руках покоится младенец, взгляд Мадонны устремлен к потолку.

Лука возвращается, на нем чистая голубая рубашка.

– Надеюсь, ты не скучала без меня, – говорит он игривым голосом.

– У вас так интересно: картины, скульптуры, – голосом провинциалки выражаю восхищение.

Итальянец небрежно отмахивается.

Подсобное помещение на самом деле пристройка к дому, попасть в нее можно только изнутри дома. Это значит, что на обратном пути мне придется пройти мимо Браслета.

Лука проворачивает ключ в замочной скважине, приставляет палец к электронному зрачку. Раздается щелчок, лампочка под потолком меняет цвет с красного на зеленый. Реставратор тянет на себя массивную дверь.

В вытянутом помещении, облицованном бетонными стенами, примерно два десятка предметов искусства. Прекрасная скульптура спящей женщины, копия Беллини. Картины с библейскими сюжетами, в основном варианты Девы Марии с младенцем. Большое полотно с изображением Иисуса, несущего на спине крест.

Мое внимание привлекает оригинальная работа – рыжеволосый мальчик улыбается на фоне картины ребенка с куклой. Если я не ошибаюсь, похожую картину украли не так давно из какого-то музея не то в Падуе, не то в Вероне1818
  Картина «Мальчик с рисунком куклы» Джованни Франческо Карото была украдена в 2015 году из Городского музея Кастельвеккьо в Вероне.


[Закрыть]. Интересно, это оригинал или копия?

Лука с интересом наблюдает за моей реакцией на коллекцию. Остановку у каждого артефакта я сопровождаю восторженным откликом типа: «Waw!», «Incredible!», «Wonderful!», «Where did you get it?!».

Реставратор светится от гордости, прокручивает варианты в голове, какая женщина устоит перед таким культурным шоком.

Осмотр коллекции подошел к концу. Ищу глазами то, ради чего я нахожусь в мышеловке и обществе малоприятного человека.

– Лука, – говорю слегка капризным голосом, – вы обещали показать мне шедевр времен Ренессанса. Или вы меня обманули.

– Софи, как ты могла такое подумать про меня! – Реставратор полон фальшивого возмущения. – Вот, пожалуйста!

Итальянец снимает со стены одну из картин. Вместо голой стены матовая дверца сейфа величиной 20 на 30 сантиметров. Внутри картина на мини-мольберте. Признаюсь, у меня на мгновение перехватило дыхание. Казалось бы, очередная Мадонна с младенцем…

– Подойди поближе, только не трогай руками.

Лука стоит рядом, с благоговением смотрит на семейную реликвию, левой рукой нежно массирует мою ягодицу.

Ударом ребра ладони в кадык вырубаю реставратора, вытаскиваю из шорт ключ от калитки, заворачиваю картину в кусок холста. Осталось только пройти мимо спящего братца.

Сюрприз. Браслет, оказывается, проснулся.

Стоит в проеме двери с пистолетом в руке. Инстинктивно прижимаю Рафаэля к груди: Аспергер не будет стрелять, чтобы не повредить реликвию. Мы пристально смотрим друг на друга. Он поднимает дуло пистолета, как бы целится в голову. В ответ я выставляю картину как щит на вытянутых руках.

Долго стоять так мы не можем. Браслет пытается на сносном английском языке как-то решить проблему.

– Сучка, я сразу понял, что ты не туристка. Положи картину в сторону, осторожно. Ты сможешь уйти. Я обещаю.

В подтверждение своих слов он опускает пистолет.

Я не люблю, когда меня оскорбляют.

– Послушай, козел, – отвечаю на итальянском языке, – ты и твой брат – дерьмо. Я могла бы убить вас обоих, но, к сожалению, с мафией лучше не связываться.

Пока он соображает, как реагировать на мои слова, я простреливаю ему ногу из миниатюрного пистолета. У меня нет времени на переговоры.

Во Флоренции почти полночь. Дешевая гостиница, в основном для пар, желающих уединиться на час-другой. Документы не требуются. Оплата вперед наличными.

После сегодняшнего приключения у меня разыгрался аппетит. В ближайшей пиццерии покупаю большую коробку рizza capricciosa и две бутылки колы.

Усаживаюсь в позе лотоса на кровать с тощим матрасом и сомнительной чистоты простыней. Включаю телевизор. Перепрыгиваю каналы, пока не попадаю на Rai News 24.

«Сенсационное ограбление произошло сегодня в Борго-Маджоре. Неизвестная женщина проникла в дом братьев Конте. Угрожая пистолетом, она вынудила младшего из братьев, Луку, отдать ей семейную реликвию – картину работы великого Рафаэля. Старший брат, Ренато, при попытке предотвратить кражу, был тяжело ранен. Он госпитализирован в местную больницу. Посмотрите репортаж нашего корреспондента с места событий».

Любитель шоколадной кожи выглядит неважно. Глаза слезятся, облизывает пересохшие губы, окурок сигареты обжигает пальцы. Камера переходит на среднеупитанного мужчину в полицейской форме.

«Братья Конте уважаемые всеми граждане. Кража столь драгоценного для семьи предмета, без сомнения, большой удар. Я немедленно отдал приказ заняться расследованием. К сожалению, камеры наблюдения во время ограбления по непонятной причине не работали. Наши специалисты уже составили фоторобот подозреваемой. Уверен, преступница будет найдена в кратчайший срок».

На экране появляется портрет женщины. Надо отметить, определенное сходство есть, но с некоторыми неточностями. У предполагаемой преступницы нос шире, чем мой, губы также полнее, завитушки курчавых волос торчат, как антенны, в разные стороны.

Корреспондент, молодой парень в массивных очках для большей солидности, горит желанием выжать из события максимум: «Мы находимся у входа в продуктовый магазин». Камера следует за спиной корреспондента, выхватывает общий вид, проезжает вдоль полок с товарами и фокусируется на продавце. Марио слегка волнуется, выпрямив спину, неотрывно смотрит в объектив камеры.

– Расскажите нашим зрителям, что и кого вы видели.

Продавец с готовностью отвечает:

– Около трех часов дня в магазин вошла женщина. Она купила бутылку минеральной воды, три яблока, пачку салфеток, плитку шоколада и две баночки йогурта.

– Какая прекрасная память. А как она вела себя, может, вы заметили что-то странное или подозрительное? Она разговаривала с вами?

– Нет, но я сразу понял, что она иностранка.

– Как вы это поняли?

– Очень просто. Она была темнокожая.

Даша. Тель-Авив. Три года назад

Встреча с Мишей более трех лет назад кардинально изменила мою жизнь. Впрочем, этого могло и не произойти, если бы я не позвонила ему в условленный срок. Но как поет ABBA: «Money, money, always sunny».

Мы встретились в лобби гостиницы Dan в Герцлии.

– Я рад, что ты согласилась работать со мной, – сказал он, – уверен, мы станем прекрасными партнерами.

– Ты не сказал, о чем идет речь. Кроме обещания заработать большие деньги.

– А ты обещай, что ты не встанешь и не уйдешь во время разговора. Дослушаешь меня до конца.

– Окей.

– Я предлагаю тебе стать ангелом смерти. В прямом смысле слова. Ты наверняка слышала термин «эвтаназия», то есть добровольный уход из жизни с помощью врачей или других специалистов. Речь идет о тяжелобольных, практически неизлечимых пациентах, которые хотят прекратить свои страдания. В Швейцарии даже существует специальная поликлиника, куда приезжают люди со всего мира.