Текст книги "Чисто шведские убийства. Деревушка с секретами"

Автор книги: Бьёрн Беренц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Оно готовится из картофеля, лука, анчоусов и сливок. – Старушка подмигнула Ине. – Причем сливок должно быть очень много. Если и есть что-то хорошее в старости, так это то, что нам больше не нужно быть худыми как палки.

Ина погрузила вилку в запеканку и попробовала коронное блюдо Эббы. Оно оказалось чертовски горячим, зато вкус – просто фантастический. В кремовой заливке потрясающе сочетались приправы, а картофель приобрел идеальную консистенцию.

Если шведские привычки поведения за столом и можно охарактеризовать одним словом, то это слово «громко». Все вокруг Ины так шумно хрустели хлебом, что за круглым столом невозможно было не кричать. Эбба к тому же плохо слышала, но ничто из этого не портило общее настроение.

– Большое спасибо за приглашение. – Ина промокнула уголки рта салфеткой. Сшитая из плотной ткани с красным клетчатым узором, она напомнила ей мамины полотенца для посуды.

– Разве мы могли тебя не пригласить? – откликнулась явно довольная Эбба. – В конце концов, ты наша гостья. А шведская пословица гласит: «Украшение дома – это друзья, которые в него приходят».

Агнета подняла бокал красного вина на длинной ножке и качнула им в сторону Ины.

– Не так быстро, – остановила тост Эшли. – Мы, американцы, говорим: «Главное – накрыть стол, а гости найдутся».

– А мы, немцы, говорим: «Гости всегда приносят радость. Если не когда приходят, то когда уходят».

Эбба тоже подняла бокал:

– Skål! – И буквально залпом осушила свой высокоградусный пунш.

Остальные присоединились к ней: Агнета медленно потягивала красное вино, Ина сделала большой глоток пива из бутылки, а Эшли отпила диетической колы.

Наконец они вместе умяли остатки запеканки.

– Кстати, есть еще одна вещь… – отправив в рот последний кусок, произнесла Агнета. – Мы ходили в хижину Вигго и опять кое-что нашли.

Она поискала глазами Ину, которая в тот момент накладывала себе на тарелку торт-лазанью. В процессе от нее сбежала одна креветка, упав на белоснежную скатерть. Ина виновато посмотрела на Эббу, не сводившей глаз со своей невестки.

– Вот как? – с любопытством спросила она. – И что же?

– Еще один секрет? – выжидательно повернулась к Агнете Эшли.

– Можно и так сказать.

Агнета отложила столовые приборы в сторону, сунула руку в карман кардигана и достала брелок. Она снова покачала им из стороны в сторону, как маятником, словно пытаясь заколдовать оставшиеся на смёргосторте креветки.

– Он спрятал его в жестяной банке из-под кофе. – Вдова понизила голос до заговорщицкого шепота, что возымело эффект. Эбба и Эшли завороженно смотрели на кулон и следили глазами за его монотонными движениями.

– Ключ, – благоговейно пробормотала Эшли. – И для чего он?

Голубые глаза Агнеты внимательно вглядывались в карие глаза Ины, после чего обе женщины одновременно пожали плечами.

– Мы не знаем, – удрученно поджала губы Агнета и сделала еще один глоток вина.

– Хм, – протянула Эшли, уставившись на ключ как на артефакт давно забытой цивилизации. При этом она подвигала его рукой и напряженно моргнула. – Чертова старческая дальнозоркость.

– Что-о-о? – крякнула Эбба.

На лице Эшли появилось задумчивое выражение.

– Если Вигго его спрятал, значит, он наверняка важен.

– Мы тоже так считаем, – ответила Агнета за себя и за Ину.

– Вот только от чего он? – спросила Ина, отхлебнув пива. Это было приятное на вкус Småland Export Pilsner. А еще говорят, что только немцы умеют варить пиво.

Эбба посмотрела на их находку, скривив рот.

– Ключ – ну и что? К чему нам, шведам, вообще ключи? Нам же не нужно ничего запирать. – Она внимательно обвела взглядом остальных, а потом махнула рукой. – Я бы не придавала этому особого значения. Скорее всего, он от велосипедного замка.

– Вигго никогда не пристегивал свой велосипед, – возразила Агнета.

– Я же говорю! – Эбба явно считала, что привела весомый аргумент.

– Кроме того, ключ слишком большой для велосипедного замка, – вмешалась Эшли, которая не могла оторвать глаз от брелока. – А шарик очень красивый!

– Тогда от садового сарая, – предположила Эбба, что заставило Агнету многозначительно нахмуриться.

– Какого еще садового сарая?

Старушка отмахнулась.

– Ну, любого. – Она плавным движением подняла поднос со смёргостортой: – Кому добавки?

Ина протянула ей тарелку.

– Это копия «маппа мунди», – объяснила Агнета американке.

– Она находится во Флоренции, – добавила Ина.

– Вигго никогда не был во Флоренции, – пробурчала Эбба.

Агнета и Ина с хмурым видом промолчали.

– Не знаю, – наконец сказала Эшли. – Мне кажется, что ключ точно важен. Так или иначе. – Она хотела взять его, но потом вдруг отдернула руку, словно побоялась обжечься. – А логотип вам ни о чем не говорит? – обратилась она к Агнете и Ине.

– Это может быть кельтская руна, – предположила Агнета.

Эшли вздохнула.

– В любом случае Вигго наверняка не просто так спрятал его в банке из-под кофе в охотничьем домике.

Ина придерживалась того же мнения. Особенно потому, что для Вигго имел значение брелок. Он очень хотел себе такой, но в музее остался только витринный образец. Все остальные экземпляры раскупили, поскольку их изготовил один известный итальянский мастер, о котором Ина никогда раньше не слышала, зато Вигго оказался его горячим поклонником. После того как Вигго попрощался с ней, отправившись на одну из деловых встреч в центре города, она вернулась в музей Палаццо Веккьо и уговаривала продавца до тех пор, пока он не продал ей образец с витрины – за чудовищную сумму.

Конечно, она не стала тыкать в это носом Агнету, но Вигго тогда так обрадовался, что до конца выходных предугадывал и исполнял все ее желания.

– Да он же ржавый! – хрипло рассмеялась Эбба. Поправив очки на носу, она еще раз взглянула на брелок, однако затем категорично качнула головой. – Лучше положи его обратно в банку из-под кофе, – посоветовала она, – и оставь все как есть. Не стоит слишком усердно копаться в прошлом других людей.

«Других людей?» – Ина внимательно посмотрела на Эббу, удивляясь ее переменчивой натуре. В конце концов, речь ведь шла о ее сыне. Еще минуту назад она буквально источала хорошее настроение, однако едва они вытащили этот ключ, как старушка стала похожа на низко нависшую над горами грозовую тучу. Мрачную и пугающую.

Агнета не последовала совету Эббы. Она еще внимательнее изучила их находку и в итоге без лишних слов убрала ее обратно в карман кардигана.

Ина не могла отделаться от ощущения, что Эбба не в первый раз видит этот ключ. Неужели мать Вигго знала о нем больше, чем хотела признать? Что это за ключ? И что насчет тайника? Как никак, хижина некогда принадлежала мужу Эббы. Ине вдруг стало казаться, что секреты есть не только у Вигго, но и у всей деревни.

Глава 18

Ларс с досадой оглядел бурые брызги грязи на боках своего желто-сине-белого служебного вольво. А ведь он всего два дня назад загонял машину на мойку. Впрочем, кто мог ожидать, что на юг Швеции обрушится такой ливень? Более неудачного момента для поездки на ферму Тингсмола они, конечно, выбрать не могли. Но времени ждать лучшей погоды просто-напросто не было. Он припарковал машину на стоянке у кафе и подождал, пока подтянется вторая патрульная машина. Когда подъехали коллеги, Ларс вышел из автомобиля и выпустил из переноски для собак Гуса, который спрыгнул на гравий, виляя хвостом, и тут же задрал морду навстречу ветру, чтобы хорошенько принюхаться. И действительно что-то учуял. Хвост резко замер, голова повернулась в сторону озера, а лапа зависла в воздухе. Ларс свистом вывел пса из оцепенения и велел следовать за ним. Наверняка Гус уловил запах маленькой собачки той немки. Ларс поправил фуражку и бросил взгляд на часы. Надо поторапливаться, если он хочет успеть в центр судебной экспертизы к одиннадцати часам. Накопилось слишком много вопросов, которые не давали ему покоя. Итогового отчета из внутреннего отдела ему оказалось недостаточно, поэтому Ларс как можно скорее назначил встречу с Бенне, чтобы выяснить о смерти Кнута все до мельчайших подробностей. Тем не менее кристально ясными оставались два факта: пожар был поджогом, а мертвец в амбаре был убит.

Убийство. Это слово снова и снова проносилось у него в голове. Раньше, во время службы в Стокгольме, оно было его постоянным спутником. Хорошо, Стокгольм – это, конечно, не Мальмё и не Гётеборг, где ситуация с криминалом обстояла куда хуже. И все же в столице дела тоже шли не очень гладко, и тяжкие преступления, в том числе и убийства, встречались нередко. Но в Смоланде? Менее уместный для этого региона род преступлений просто невозможно себе представить. По крайней мере в этом отношении Ларс был вынужден согласиться со своим начальником. У него на лице, словно сама собой, появилась улыбка. Как-никак, он испытал личный триумф, когда сразу после разговора с Бенне выложил на стол Сьёстрёма совершенно новые факты. В итоге босс не мог не вернуть ему дело и не поручить оставшуюся часть расследования. Ларс отнесся к этому серьезно. Смертельно серьезно!

Вот почему своим первым официальным распоряжением он собрал команду из лучших людей в округе. Ларс поставил перед ними задачу обследовать каждый уголок фермы и раскопать все, что только можно раскопать. Пока его коллеги будут заняты опросами, сам он еще раз внимательно осмотрит сгоревший амбар, который теперь официально считался местом убийства. Возможно, в этом и заключалась причина двигавшего им внутреннего беспокойства. В любом случае загадочные обстоятельства пробуждали его любопытство. Ему не удавалось отделаться от ощущения, что разгадка тайны амбара скрыта в этой ферме и ее жителях.

На заявления своего начальника Ларс по-прежнему мог только покачать головой. Где есть люди, там есть и убийства. И именно это делало его работу такой захватывающей.

Молодой человек провел пальцами по щетинистому подбородку и посмотрел на выкрашенные в красный цвет домики, расположившиеся перед озером. Какой живописный уголок. И какие же мрачные секреты здесь таятся?

Убийства никогда не происходят просто так. У них должна быть причина, и задача Ларса – выяснить ее. Он вышел с парковки у кафе, чтобы снова отправиться к огороженному амбару. Гус держался рядом, не смея даже чуть дальше высунуть морду. Над тропинкой витал аромат свежей выпечки. Справа от Ларса находилась пекарня, из дымохода которой поднималось тонкое белое облачко. Этим утром на улице царила приятная прохлада, однако из-за редких пушистых облаков уже выглядывало яркое солнце. Ларс окинул взглядом озеро с пришвартованными у причала гребными лодками и катамаранами. Вот бы прогулять совещание и провести весь день в одной из этих лодок. Может быть, вместе с отцом. Но, естественно, он так не сделает. Он не стал бы ни прогуливать службу, ни добровольно проводить целый день с отцом. Хватало и того, что они снова жили под одной крышей. «Пока что», – как постоянно напоминал себе Ларс.

Гус залаял, услышав лай другой собаки, – пронзительно, злобно и перевозбужденно.

– Тихо, – приструнил Ларс овчарку, и Гус замолчал. А вот тявканье продолжалось. И становилось все ближе.

– Зевс! – присоединился к лаю не менее пронзительный голос. – ЗЕВС!

Четыре маленькие лапы пронеслись по гравию и устремились прямо к Ларсу и его псу. Гус поднял большую голову и посмотрел на хозяина. С мольбой и надеждой, словно только и ждал команды, чтобы разорвать этот мелкий верещащий комок шерсти еще на подлете. Команды так и не последовало, и быстро стало ясно, что маленького пса совершенно не интересовал большой пес. Не удостоив его и взглядом, Зевс пронесся мимо Гуса, выбрав своей целью Ларса. Тот опустил взгляд, а затем поднял глаза, когда в поле его зрения возникла хозяйка собаки.

– Зевс! – исступленно прокричала она и добавила что-то на незнакомом Ларсу языке. Прозвучало грубо и враждебно. То есть по-немецки.

– Прошу прощения, – сказала она на чистейшем шведском, после того как, запыхавшись, остановилась перед ним. – Но эта собака… – Она не закончила фразу и вместо этого протянула полицейскому руку. – Ларс – тебя ведь так зовут, верно?

Он не пожал ей руку. Даже Гус недовольно зарычал. Ларс посмотрел вниз, а затем в лицо улыбающейся женщине. Улыбаться в ответ он тоже не стал.

– Твоя собака пытается спариться с моей ногой, – произнес он.

– Что? – У немки расширились глаза. – О! Прости! – Она в панике нагнулась и отцепила пса от его штанины. – Господи, как неловко!

«Мне тоже», – подумал Ларс.

– К сожалению, мой пес не очень хорошо воспитан.

Ларсу казалось, что этот пес вообще не воспитан. Он разгладил ткань брюк, отряхнул ногу и бросил сердитый взгляд на гавкающее недоразумение, отчаянно не желающее сидеть на руках у хозяйки.

– А ты Ина, верно? – все-таки попытался воскресить в себе дружелюбие Ларс. – Как обустроилась?

– Мне ни к чему обустраиваться, потому что надолго я здесь не останусь. Всего лишь до середины лета. – Перехватив собаку поудобнее, она еще раз протянула ему ладонь, но потом опустила. Задержав на ней взгляд, Ларс отметил, что у нее очень добрые глаза. Налетевший теплый ветер растрепал ее и без того взъерошенные волосы и бросил их ей в лицо. Женщина рассмеялась, нет, она буквально просияла, и на щеках у нее появились глубокие ямочки.

Так они и стояли – рядом, молча, но в конце концов оба отвели взгляд друг от друга. Гус сидел на задних лапах и облизывал морду, наблюдая за маленькой собачкой. Вероятно, все еще ждал команды «фас», которая освободила бы этот меховой шарик от всех мучений.

– Почему ты снова здесь?

Ларс на мгновение опешил от такой бесцеремонной прямоты. Но ему это понравилось. Поэтому он не стал отвечать ей слишком резко.

– Я здесь, – медленно начал он, – чтобы выяснить больше о пожаре в амбаре.

– Ясно.

Ина так пристально на него смотрела, что Ларс, словно поддавшись ее влиянию, добавил:

– И о трупе.

– Вот как?

Кивнув, Ларс задумался, как бы завершить этот разговор, не обидев ее. Эта женщина не имела отношения к его расследованию. На момент гибели Кнута ее даже не было в стране.

– Потому что в деле есть некоторые неувязки, – уклончиво сказал он.

– Имеешь в виду, помимо того, что он мертв? Хотя, возможно, не должен быть мертв?

Ларс моргнул, уставившись на Ину. Либо она чертовски проницательна, либо разводила его, как последнего дурака.

– Я тоже провела небольшое расследование, – заявила Ина. – Потому и решила тебя перехватить.

– Вот как? – удивился Ларс, и немка кивнула. Он опять посмотрел на пса. Такой маленький и невоспитанный. И толстый! Просто чудо, что он вообще способен передвигаться на таких микроскопических лапках. Знай Ларс эту женщину получше и будь уверен, что не обидит ее подобным предложением, Ларс бы порекомендовал толстячку строгую диету. В конце концов, с его отцом это сработало. Полицейский оторвал взгляд от собаки и снова перевел его на женщину.

Улыбнувшись при этом.

Сдержанно улыбнувшись.

– И какого рода расследование ты провела, Ина?

– Ну, я…

Она замялась, замешкалась и принялась безостановочно гладить пса по голове. Ларс не знал ни одной собаки в мире, которой бы это нравилось. Вот и эта мелочь выглядела весьма недовольной и пыталась увернуться от поглаживаний.

– Что ж. – Немка вновь обрела дар речи. – Все утверждают, что Кнут, вероятно, задремал, когда пришел в амбар покурить. И что предполагаемый поджигатель просто его не заметил, пока был занят своим делом.

– Неужели? – Пожалуй, до поры до времени он не будет распространяться о том, что эта теория потеряла свою актуальность. Молодой человек внимательно смотрел на нее и даже не вздрогнул, когда она сделала еще один шаг к нему.

– Но этот Кнут вообще не курил.

Ларс постарался сохранить невозмутимое выражение лица. Это действительно неожиданная деталь, ведь именно так под протокол заявляли старушка и Сванте.

– Ты уверена? – Он попытался придать голосу непринужденность, но чувствовал, что удается ему это лишь отчасти.

Ина вдруг шагнула ближе к нему. От нее пахло кондиционером для белья.

– Вчера ночью я заглянула, – сказала, нет, шепнула она, – в дом Кнута.

Ларс одарил ее укоризненным взглядом, однако Ина тут же пожала плечами.

– Я осталась снаружи, – уточнила она. – Посветила в окно фонариком. – Ина поколебалась. – Ну ладно, во все окна. – Немка снова сделала длинную паузу, будто нагнетая необходимое напряжение. – Кроме того, дверь террасы была приоткрыта.

– Значит, ты проникла в дом?

– Боже, нет! – Она подняла ладони. – Просто просунула голову внутрь.

– И? – спросил немного раздраженный Ларс.

– Ну… ничего, – быстро отозвалась она. – Я не увидела там ни пепельниц, ни пачек с сигаретами на столах или полках. На столике в саду за домом тоже ни одной пепельницы.

– Хм…

Он задумался, всю ли правду она ему рассказала. По какой-то необъяснимой причине он допускал, что немка тщательно осмотрела дом изнутри. Нужно будет указать на это своим парням, когда они придут в дом искать новые зацепки. Ларс мысленно выругался. Главное, чтобы ее дилетантское рысканье не уничтожило важные улики.

– Это ведь странно, тебе не кажется? – уточнила Ина.

«Более чем», – подумал Ларс, а вслух сказал:

– Тогда почему пожилой господин с фейерверком и старая, плохо слышащая женщина сказали, что он пошел в амбар покурить?

По лицу Ины он понял, что она задавала себе тот же вопрос. Пес спрыгнул с ее рук и с полуоборота приземлился лапами на землю. Затем сразу же бросился обратно к штанине Ларса и начал тереться об нее.

Ина виновато улыбнулась.

– Думаю, ты ему нравишься. – Однако в следующую секунду черты ее лица снова стали серьезными. – Может, они ничего не сказали, – продолжила разговор она, – потому что им есть что скрывать.

Вдруг ее внимание отвлекло что-то за спиной Ларса. Проследив за ее взглядом, он увидел, что к нему приближаются коллеги.

– Зачем здесь столько полицейских? – Женщина выглядела заметно напуганной.

То, как она смотрела на него большими глазами, на крошечный миг напомнило ему о матери. Вздохнув, он сделал над собой усилие и выложил правду:

– Кнута убили.

Он решил дать ей время осмыслить услышанное и справиться с шоком. Немка как-то странно на него смотрела. Как собака с доверчивыми глазами – трогательно, но явно давая понять, что проголодалась. И тогда он рассказал ей о результатах экспертизы, сам не зная, зачем это делает. Сообщил, что теперь они ищут не только поджигателя, но и убийцу. Опять же, то, что все улики вели к ферме, ему объяснять не пришлось. Она и сама об этом догадалась. И Ларс в очередной раз восхитился ее проницательностью. Из нее определенно получился бы хороший следователь.

Часть 7

ШВЕДСКИЙ ДЛЯ НАЧИНАЮЩИХ

Sambo

Благозвучное слово, обозначающее пару, которая живет вместе, не будучи в браке.

Глава 19

Один из обычаев гласит, что на Мидсоммар необходимо собрать семь разных полевых цветов и положить их на ночь под подушку. Если после этого тебе приснится конкретный человек, то он станет самой большой любовью в твоей жизни. Агнета знала об этом обычае с ранних лет. Мать клялась, что он работает, а ее подруга детства Дженни каждый год видела во сне очередную великую любовь всей своей жизни, с которой вскоре сходилась, но потом снова расставалась, чтобы освободить место для следующей великой любви. Агнета же никогда не принадлежала к числу тех, кем движут суеверия, обычаи и установленные порядки… хотя ей нравились эти романтические традиции, и она с удовольствием передала бы их своим собственным детям. Но ей не было даровано это счастье. Зато она нашла великую любовь. Наверное, это и так больше, чем все, на что может надеяться женщина. И тем не менее каждую середину лета она по-прежнему собирала букет полевых цветов и клала под подушку ровно семь разных цветочков. Причем делала это даже тогда, когда ее уже давно завоевал Вигго. Несомненно, именно он стал любовью всей ее жизни. Но снился ли он ей когда-нибудь в ночь Мидсоммара? Нет!

Агнета вспомнила свое детство, как танцевала вокруг майского дерева с цветочным венком в волосах. В памяти всплыли и еще более ранние моменты: когда она сидела с перепачканными травой коленями на лугу за домом, на своем любимом месте, прямо возле темно-фиолетового куста сирени. Там под пристальным взглядом матери она сплетала луговые цветы в пестрый венок. Мысль о матери, в свою очередь, навеяла воспоминания о вкусе ее любимого черничного пирога. Ничто так не воскрешало в ее душе вкус детства, как этот пирог.

– Чему ты улыбаешься?

Агнета замерла, не закончив завязывать бант, и посмотрела на свою гостью.

– Окунулась в воспоминания.

Теперь она и сама почувствовала, как на лице расцветает улыбка. Приподняв тунику, она слегка помотала ею вверх-вниз, чтобы стало чуть прохладнее. В эллинге, где зимой хранились гребные лодки и катамараны, стояла невыносимая жара. Сванте и Янис складировали здесь все необходимое для предстоящего праздника середины лета, в частности заготовки для венков, которыми будет украшено майское дерево. Сейчас она вплетала в венки синие и желтые ленточки и была рада, что Ина ей помогала. Она вообще была рада присутствию немки. По какой-то неведомой причине это шло ей на пользу.

– Я столько раз в жизни отмечала праздник середины лета. – Она отложила готовый бант в сторону и взяла следующие синюю и желтую ленты. – Он всегда проходит бурно, так что воспоминаний у меня много.

Перебирая ленты, она посмотрела на Ину, которая тоже пробовала свои силы в создании бантов, и у нее даже неплохо получалось.

– Что ты знаешь о Мидсоммаре? – спросила она у сидящей с противоположной стороны стола собеседницы.

Ина замерла на середине движения и приняла задумчивый вид. Вьющиеся каштановые волосы свисали ей на лоб, напоминая тонкие ветви кудрявой ивы.

– Немного, – наконец призналась она. – Это праздник в честь летнего солнцестояния. Главное, что я о нем знаю, – это что вы, шведы, в этот день пьете очень много алкоголя.

Агнета искренне рассмеялась.

– Это правда. На Мидсоммар алкоголь льется рекой в огромных количествах. – Она весело подмигнула Ине. – И я заранее с ужасом жду дня после праздника. – Сказав это, шведка вмиг снова стала серьезной. – Но мы не только пьем много алкоголя, – уточнила она. – Еще мы много поем и танцуем. А ты танцуешь?

– Очень редко, – призналась Ина. – Мой бывший муж не очень-то любил танцевать. А в одиночку…

Агнета кивнула. После смерти Вигго она тоже не ходила на танцы. И ей этого не хватало. Не хватало Вигго. Как ни странно, из всех людей именно Ина приносила ей утешение. Она покачала головой, изумившись этой шальной мысли. Ей бы следовало прямо сейчас схватить ножницы и вонзить их в горло немки. Да, определенно!

Но, разумеется, она этого не сделала. Разве Ина виновата в том, что Вигго вел двойную игру?

И все же сейчас Агнета больше всего нуждалась в утешении. Мидсоммар на этот раз пройдет под несчастливой звездой. Настроение на ферме царило, мягко говоря, подавленное. Это будет первый праздник без Вигго. Кроме того, ни у кого не укладывалось в голове, что Кнута на самом деле убили. И тем не менее это так. Строгие опросы полицейских занимали мысли каждого, тем более те предполагали, что преступник может находиться среди них. Абсурдная мысль, считала Агнета. Обычно она старалась не поддаваться унынию, оставаться жизнерадостным человеком и не опускать руки под ударами судьбы. Ведь они – часть жизни. Но в последнее время жизнь ее изрядно потрепала.

– Танцы – лучшая часть праздника. – После некоторого колебания она добавила: – И шнапс, конечно же.

Обе весело рассмеялись.

Агнета завязала идеальный бант.

– На Мидсоммар мы отмечаем самый длинный день в году. Его еще называют белой ночью, потому что дальше на севере солнце не заходит.

У немки это, похоже, не вызвало особого восторга, и она поджала губы.

– Наверное, мне понадобится много алкоголя, – тихо пробормотала Ина себе под нос и затем серьезно посмотрела на Агнету. – Позавчера, за ужином у твоей свекрови…

– Да?

– Тебе ничего не бросилось в глаза?

Агнета вздохнула. Отчасти потому, что ее застала врасплох внезапная смена темы, но в основном потому, что на самом деле кое-что заметила.

– Эшли, – выпалила она. – Ты имеешь в виду ее реакцию на брелок?

Ина нахмурилась. Она имела в виду совсем не это.

– Почему Эшли? – тут же переспросила она. – Вообще-то я говорю о реакции твоей свекрови.

Агнета подняла брови.

– А как вела себя Эбба?

Ина, казалось, подыскивала нужное слово. Уголки ее рта задергались.

– Ну-у, – протянула она, – как-то подозрительно. Как будто что-то знает о ключе, но не хочет в этом признаваться.

– Ерунда! – Агнета резко помотала головой. – Неужели ты не заметила интерес Эшли? Взять хотя бы то, как она стремилась узнать о нем все подробности?

– Конечно, заметила. Но ей же просто было любопытно.

– Даже слишком, как по мне.

Ину ее слова явно не убедили. Она завязала бант, но не потянулась за следующими лентами, а вместо этого положила ладони на стол и пристально посмотрела на Агнету.

– Я все еще думаю, что Эбба…

Она прервалась на полуслове и уставилась куда-то за спину Агнеты. В тот же момент в открытых воротах эллинга шевельнулась темная тень, от которой донеслось мрачное:

– Tjena!^[25] Вот ты где!

Агнета обернулась и посмотрела в хмурое лицо Матса. Казалось, что его фигура заняла весь дверной проем. Это впечатление усиливалось еще и тем, что он уперся руками в бока. Мужчина смотрел на нее с нескрываемым упреком.

– А тебе не все ли равно, где я? – холодно отозвалась Агнета. С этими словами она отвернулась, вновь сосредоточившись на лентах. Но уже в следующую секунду опять повернулась к нему, потому что не хотела сидеть к нему спиной. Ина подняла руку и махнула ему в знак приветствия.

Матс шагнул ближе к столу, опустил взгляд на банты.

– Для праздника? – спросил он кислым тоном.

– Как и каждый год! – Агнета с вызовом посмотрела на него.

– Целая толпа людей во дворе… – Он скорчил гримасу, словно надкусил лимон.

– Ты тоже приглашен. – Ей потребовалось сделать над собой усилие, чтобы это сказать. И все же она говорила искренне.

Матс лишь поднял руку и тут же опустил. Взяв со стола один из готовых бантов, он внимательно его осмотрел. Хмыкнув, он положил его обратно и какое-то время молчал. Агнета затылком чувствовала на себе его тяжелый взгляд. Вдова подавила дрожь.

– Астрид рассказала мне о ключе, – неожиданно произнес он, заставив Агнету замереть. Ее взгляд метнулся на противоположную сторону стола. Судя по виду Ины, немка испытывала те же эмоции.

– Астрид? – переспросила Ина. – При чем тут Астрид?

Агнета тоже была в замешательстве. Они не рассказывали ей о ключе.

– Она узнала от Эшли, – нехотя пояснил Матс.

– Эшли рассказала Астрид о ключе? – Агнета больше не могла скрывать своего изумления.

– Нет, но она слышала, как Эбба и Эшли о нем говорили. У нее в магазине.

– Почему мы вообще это обсуждаем? – вмешалась в диалог Ина. – Какое это имеет значение?

Матс перевел взгляд на нее.

– Какое значение? – Его голос зазвучал мрачно, как рой жужжащих ос. Однако, как с удовлетворением отметила Агнета, Ина выдержала грозный взгляд. – Я хочу его увидеть. – Матс повернулся к шведке. – Ключ, который вы нашли.

– Какое тебе дело до того, что мы нашли? – Она сердито уставилась на него.

– Потому что он мой, – коротко заявил он.

– Прости… что?

– Вы нашли ключ на моей земле!

Агнета ахнула, подбирая подходящие слова, чтобы выкрикнуть их этому наглецу в лицо.

– Почему это охотничий домик Вигго – твоя земля? – опередила ее Ина.

Матс повернулся к ней.

– Потому что охотничий домик находится на той части территории, которую Вигго переписал на меня. И ты не получишь ее обратно, пока не выплатишь свои долги. – Он высокомерно рассмеялся, опять обращаясь к Агнете. – Но с твоими неуплатами до этого еще далеко. Так что это в большей или меньшей степени мой охотничий домик, а значит, и ключ тоже мой.

– Это просто смешно! – сердито фыркнула Агнета. – Это хижина Вигго!

– Это была его хижина, – уточнил Матс. – Как я уже сказал, она находится на том участке леса, который он передал мне. Я лишь позволил ему и дальше пользоваться хижиной. Но теперь, после его смерти…

Агнета с трудом взяла себя в руки. Она пыталась оценить, не блефует ли Матс. Нужно будет обязательно заглянуть в договор, но здесь и сейчас она даже не думала отступать.

– Я не знаю ни о каком ключе, – заявила она и кивнула Ине. – А ты?

Та развела руками:

– Ключ? Какой ключ?

Обе одновременно изобразили невинное выражение на лице и посмотрели на Матса, который переводил внимательный взгляд с одной на другую, прищурив и без того узкие глаза. Он поднял указательный палец, указывая сначала на немку, а потом на Агнету.

– Ну подождите у меня… – прошептал он и, развернувшись, без единого слова выскочил из эллинга.

Этот человек умел как никто другой уходить эффектно.

Агнета некоторое время молча смотрела на Ину. На лице немки отражалось то же беспокойство, что и у нее.

И в этот момент Агнета приняла решение. Она не будет молча терпеть его постоянные угрозы. Только не в этот раз. Сделав глубокий вдох, вдова встала и устремилась за ним.

– Эй, ты куда? – крикнула Ина ей в спину. – Ты же не собираешься делать глупости, правда?

Глава 20

Пару секунд Ина молча стояла и смотрела вслед Агнете, которая уверенно вышла за ворота эллинга. И хотя ее руки были опущены, ладони сжались в кулаки.

– Матс! – послышался снаружи сердитый оклик Агнеты. На Ину он подействовал как сигнал к действию. Она выскочила из-за длинного стола и последовала за шведкой.

На улице ее встретило яркое послеполуденное солнце. Пришлось сначала проморгаться, чтобы хоть что-то видеть. Наконец Ина различила Матса, который стоял перед домом Астрид и наблюдал, как та снимает белое белье с веревки и складывает в корзину. Они обменялись парой слов, и Матс пошел дальше.

– Стой! – со злостью крикнула Агнета.

Ина сделала как раз наоборот и поспешила за ней, но замешкалась, когда Матс остановился и медленно обернулся. Мужчина терпеливо подождал, пока Агнета его догонит.

– Как ты смеешь так бесцеремонно со мной разговаривать! – напустилась на него она. – Постоянно мне угрожать!

Подбоченившись, вдова задрала подбородок.

– Вспомни, кем Вигго был для тебя все эти годы, – продолжала горячиться она. – Твоим лучшим другом!

Матс, в свою очередь, сделал шаг в сторону Агнеты и, к ужасу Ины, поднял кулаки, словно собрался с ней боксировать.

– Тогда позволь мне рассказать тебе кое-что о твоем расчудесном Вигго! Это я постоянно вытаскивал его из долговых передряг. И продолжал одалживать ему деньги только в знак своей доброй воли. Это была честная сделка!

– Ты безжалостно воспользовался его положением! – перебила Матса Агнета.