355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Барбара Дэн » Непослушная невеста » Текст книги (страница 4)
Непослушная невеста
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 15:40

Текст книги "Непослушная невеста"


Автор книги: Барбара Дэн



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

– Будь ты проклят! – крикнула она и ударила Томаса кулаком в солнечное сплетение.

– Сука! – Споткнувшись, Дункан рухнул на нее.

– А ты – сучий потрох!

– Может, хватит? – послышался от двери скучающий голос. – Дункан, моя невеста всего лишь пытается объяснить тебе, что ты ее не интересуешь.

Актер резко оглянулся и в недоумении уставился на говорящего, пытаясь понять, что связывает растрепанную рыжеволосую девицу, лежащую под ним, с высоким стройным мужчиной, спокойно привалившимся к дверному косяку.

– Черт бы тебя побрал, О'Рурк! Что ты, к дьяволу, делаешь здесь?

– Всего лишь присматриваю за женщиной, на которой собираюсь жениться, – спокойно пояснил Питер и двинулся наконец вперед. – Тебе нужна помощь, моя радость? – Спросил он у Кейт любезно-фамильярным тоном.

Дункан, который чувствовал моменты, когда из драки разумнее выйти, поднял руки в успокаивающем жесте. О'Рурк был выше и, по слухам, хорошо умел работать кулаками.

Между тем Кейт, поднявшись, принялась отряхивать платье.

– Вы что, знакомы? – спросила она, исподлобья глядя на мужчин.

– Отчасти да, – бросил Питер небрежно. – Дункан, ты уже достаточно долго досаждал этой леди, так что проваливай. – Он бесцеремонно указал на дверь.

Обидчик Кейт постарался отступить с таким достоинством, какое только допускали обстоятельства.

– Рад отдать ее тебе целиком, вместе с ирландской вспыльчивостью и всем прочим. – Произнеся эти слова, он повернулся и поспешно скрылся за дверью.

Питер посмотрел на рыжеволосую драчунью с явным восхищением.

– С тобой все в порядке? – вежливо осведомился он.

– В порядке? – Кейт указала на порванное платье и растрепанные волосы. – Я выгляжу ужасно, мое парижское платье погибло, я потеряла одну туфельку – и это называется «в порядке»? Мать мне теперь все уши прожужжит из-за этого конфуза.

– По-видимому, она не одобряет драк? – дружелюбно осведомился Питер и, подойдя ближе, стал помогать Кейт застегивать пуговицы на спине. Увидев на ее плече красные следы от руки Дункана, он наклонил голову и провел по коже языком.

В тот же миг Кэтрин гневно обернулась и попыталась дать ему пощечину, но он успел уклониться.

– И ты туда же?

– Я только хотел поцеловать, чтобы не болело! – Питер ухмыльнулся, но тут же решил, что для одного вечера и так оказалось слишком много приключений. – Где твоя шаль?

– Не знаю. – Кейт беспомощно огляделась.

– Проклятие, я не хотел, чтобы ты так сильно испугалась, – словно извиняясь, проговорил он, после чего помог Кейт найти туфельку, и они, спустившись по винтовой лестнице, вышли из театра.

К этому времени на улице поднялся ветер, стало довольно холодно, и Питер обнял Кейт за талию. Кейт бросила на него унылый взгляд:

– А как же моя шаль?

– Если хочешь, я сейчас за ней схожу.

– Нет, пожалуйста, не надо, не оставляй меня здесь одну! – взмолилась Кейт. – На меня и так все смотрят!

– Ну и пусть. – Питер быстро зашагал вперед, так что Кейт пришлось почти бежать рядом с ним. – Скоро ты окажешься дома, так что не стоит волноваться.

Кэтрин теснее прижалась к нему и спрятала лицо у Питера на плече.

В его сильных объятиях она чувствовала себе легкой как перышко и абсолютно ничего не боялась.

Подойдя к дому Макгиллакатти и поднявшись до середины лестницы, Питер заметил свет газового фонаря и остановился, готовясь сыграть роль, отведенную ему Хоумером, но того, что последовало уже через мгновение, он никак не ожидал.

Гневно взревев, Хоумер Макгиллакатти ударил молодого человека в плечо с такой силой, что все трое чуть не упали с лестницы.

Питер зашатался и выпустил Кейт, но, к его удивлению, она, пытаясь удержать равновесие, тут же вцепилась в него обеими руками.

– Прекратите, что вы делаете?! – гневно выкрикнула она.

Однако Макгиллакатти уже заподозрил самое плохое.

– Дьявол тебя забери, О'Рурк, что ты сделал с моей дочерью?

Глава 5

Надвигаясь на Питера, Хоумер на ходу закатывал рукава.

– Так вот как ты меня отблагодарил за то, что я дал тебе работу!

Двигаясь со стремительностью человека, превосходно изображавшего на сцене поединки на шпагах, О'Рурк нырнул за толстую колонну веранды. Он решил, что Макгиллакатти и сам неплохой актер: скорее всего эта сцена была уловкой, призванной помочь устроить фальшивую свадьбу.

Хоумер гневно посмотрел на молодого человека, ловкие движения давали ему заметное преимущество в схватке. Затем он неуклюже рванулся вперед, намереваясь схватить Питера за рукав, но промахнулся.

– Дьявольщина! Стой на месте, маленький гаденыш! – угрожающе прорычал он.

Питер перепрыгнул через ограждение веранды, пытаясь найти спасение на газоне.

– Успокойтесь, мистер Макгиллакатти. Заверяю вас, мы вели себя вполне благопристойно…

Тут уже и Кейт встревожилась; сбежав по ступенькам следом за отцом, она озабоченно воскликнула:

– Отец, что с вами? Из-за чего вы так взбесились, позвольте вас спросить?

Питер чуть не расхохотался. Впрочем, Хоумер явно переигрывал, исполняя роль возмущенного родителя. «Слишком много эмоций». Тем не менее он по-прежнему не терял бдительности, стараясь не попасть в лапы своего багроволицего и рыжеволосого противника.

– Папенька, прекратите немедленно! – Кэтрин готова была расплакаться. – Вы меня позорите, неужели вам это не понятно? – Она указала на соседей из дома напротив, жители которого с интересом наблюдали за представлением на веранде.

К огромному облегчению Питера и Кейт, Хоумер все же решил не устраивать спектакля для всего города и огромным усилием воли взял себя в руки. Не выставлять же себя, в самом деле, перед всеми тупым ревущим ослом!

– Отец, я не понимаю, почему вы так рассердились, – продолжала успокаивать отца Кейт. – Мы приятно провели время с мистером О'Рурком, и он даже спас меня. – Она выразительно посмотрела на Питера, однако тот не верил, что Хоумера эти слова убедили, и в любую минуту был готов обратиться в бегство.

Хоумер демонстративно прошагал в дом и встал в коридоре, поджидая молодую парочку.

– Ладно, вы двое, заходите, но помните, что вам лучше бы иметь хорошее объяснение, иначе обоим несдобровать!

Кэтрин ободряюще улыбнулась Питеру.

– Кто громко лает, тот не кусает, – глубокомысленно произнесла она, однако Питер недоверчиво покачал головой:

– Не уверен, что все действительно так просто.

Тут Кейт ущипнула его за руку, видимо, рассчитывая хоть таким образом пробудить его храбрость.

– Разве мы не договорились? – прошептала она. Питер нехотя поплелся к лестнице, ведущей на веранду.

Дернул же его черт связаться с этим семейством! Если бы только накануне его не обчистили те две гарпии и если бы он не питал такой слабости к женщинам, то… Впрочем, что толку думать о несбыточном!

«Женщины! – мысленно простонал он. – Когда-нибудь они точно меня погубят!»

Мэдлин Макгиллакатти замыкала шествие. Закрыв входную дверь, она отправилась на кухню, приказать, чтобы всем принесли лимонаду.

– Надеюсь, это кое-кого охладит, – сказала она служанке, после чего вернулась в гостиную.

Возможно, лишь неуемное любопытство помешало Питеру махнуть рукой на все обещания Хоумера Макгиллакатти и уйти обратно в город. Его всегда занимали побудительные мотивы, двигавшие людьми; по крайней мере это он говорил себе, наблюдая за перепалкой, начавшейся между отцом и дочерью сразу же после того, как Макгиллакатти закрыл дверь кабинета.

С тщательностью пинкертоновского агента, расследующего загадочное преступление, Хоумер обошел вокруг дочери, отмечая разорванное, криво надетое платье, синяк, проявившийся на плече, и грязный след на щеке. При виде порванного чулка он вздохнул и, выдержав многозначительную паузу, обратил всю силу своего темперамента на О'Рурка.

– И как же ты можешь все это объяснить? – ядовито осведомился он.

Однако Кейт решила, что защищать себя ей лучше самой.

– Все очень просто, отец. Мистер О'Рурк повел меня погулять, а потом мы зашли в оперу Магуайра, где он посадил меня на качели. Потом мы поднялись наверх…

– Наверх? – Хоумер чуть не задохнулся. – Куда это – наверх? Надеюсь, не в тот скандальный отель?

– Не глупите, папенька. – Кейт бросила на отца презрительный взгляд. – Я разделась, чтобы…

– Постой-постой! – Хоумер резко поднял руку и прижал ее ко лбу с выражением неподдельного отчаяния. – Надеюсь, тебе удалось от него отбиться? – спросил он с надеждой. – И почему ты так выглядишь?

Кейт небрежно пожала плечами:

– Просто мистер О'Рурк дал мне примерить костюм Джульетты, потом Питер велел мне одеться, и поэтому я… – Кейт повернулась к О'Рурку, но тот смотрел на нее, выгнув бровь, словно был поражен ее наивной глупостью. – Я ведь все правильно рассказываю, Питер, не так ли?

– Ваша дочь просто поразительно владеет даром слова, сэр. – Питер невольно вздохнул. – И все же я умоляю вас не делать поспешных выводов.

– Но ты же не рассчитываешь, что я поверю, будто ничего не случилось? – Возмущенно фыркнув, Макгиллакатти бросил грозный взгляд на дочь. – За кого ты меня принимаешь?

– Согласен, Кэтрин выглядит не лучшим образом, но она по-прежнему цела. – Питер многозначительно посмотрел на Макгиллакатти. – Заверяю вас, сэр после разговора, который состоялся у нас сегодня днем, я бы ее и пальцем не тронул!

Ну, не совсем так, – уточнила Кейт, быстро сообразив, как этим можно воспользоваться. – Ты меня целовал, Питер, и даже не пытайся это отрицать. – Она неожиданно улыбнулась. – Ты поцеловал меня в присутствии множества людей, а потом, в театре, в плечо и в шею… Еще ты меня обнимал и… – Кейт многозначительно замолчала, и в тот же миг лицо О'Рурка стало пепельно-серым, а лицо Хоумера – густо-багровым.

Неожиданно Хоумер с грохотом вскочил на ноги, и его огромный кулак гулко ударил по крышке стола.

– Это неслыханно!

Питер почувствовал себя так, будто попал в капкан.

– Сэр, ваша дочь слегка не в себе!

Только теперь он понял, что рыжеволосые отец и дочь – оба хитрые дьяволы, и ему оставалось лишь жалеть, что он так не вовремя встретил их обоих. К черту договор, к черту работу!

Ему надо вырваться на свободу – и немедленно!

– Как ты смеешь говорить, что моя дочь лжет?! – Глаза Хоумера стали желтыми от ярости. Словно разъяренный бык, он рванулся из-за стола и угрожающе двинулся к Питеру.

– Это не должно сойти ему с рук! – подсказала Кейт, радуясь тому, что ей удалось так взвинтить отца, но Хоумер и без того так спешил защитить честь дочери, что совершенно потерял голову. Он сгреб О'Рурка в охапку и проорал ему прямое лицо:

– Ты лишил мою малышку невинности, негодяй!

– Но, сэр, я ничего подобного не делал. – Питеру впервые в жизни пришлось оправдываться тогда, когда он действительно не был виновен. – Я абсолютно ни в чем не виноват…

– Отец, не убивай его! – завопила Кейт, только сейчас сообразив, что Хоумер настроен чересчур решительно.

В этот момент дверь кабинета распахнулась и впустила Мэдлин Макгиллакатти.

– Немедленно прекратите! – Мэдлин бросилась вперед и принялась осыпать спину мужа ударами своих слабых кулачков.

Это нападение вряд ли возымело бы действие, однако сам факт пробуждения страстности в женщине, которой уже шестнадцать лет удавалось прятаться за фасадом холодного аристократизма, заставил Хоумера изумленно застыть на месте.

– Мэдди, ты ничего не знаешь…

Мэдлин оттолкнула его и вышла на середину комнаты, шурша шелком кринолина.

– Оставь это, Хоумер. Если молодой человек действительно лишил Мэри Кейт невинности, то прибегать к силе поздно.

Кэтрин заметила, что О'Рурк начал пятиться к двери, видимо, намереваясь сбежать. Если это произойдет, ей придется всю оставшуюся жизнь провести в Вирджиния-Сити!

Осознав свою ошибку, она бросилась вперед и схватила О'Рурка за руку.

– Постойте! Маменька, папенька – мистер О'Рурк меня не соблазнял! Я…

– Наконец ты это признала!

Питер почувствовал себя так, словно у него гора свалилась с плеч.

Некоторое время супруги Макгиллакатти изумленно взирали на дочь и на мужчину, чью руку она прижала к своей груди, а затем переглянулись, словно безмолвно спрашивая друг у друга: «Чему теперь верить?»

Кэтрин поспешила закрепить победу:

– Кажется, я немного увлеклась, но дело в том, что мистер О'Рурк… убедил меня стать его женой!

– О нет, я забираю свое предложение назад! – поспешно прервал ее Питер и попытался высвободить руку, но не тут-то было.

Кейт вцепилась в его локоть крепче, чем терьер в крысу.

– Питер поцеловал меня уже после того, как я согласилась за него выйти! – пропищала она.

– О Боже! – прошептала Мэдлин. – Это просто неслыханно!

– Утром я приглашу сюда отца Манога! – объявил Хоумер с явным облегчением. – Разумеется, ты поступил, как положено порядочному человеку, О'Рурк.

– Сэр, я правда не из тех, кто годится в мужья, – попытался возражать Питер. – Я передумал и…

И это была чистая правда! Теперь уже ему совершенно не хотелось становиться членом этой безумной семейки. И почему он не послушался родителей и не остался в Уэксфорде заниматься фермерством! Теперь, переводя взгляд с одного члена семьи Макгиллакатти на другого, он горько пожалел об этом.

– Залез ты моей дочери под юбку или нет, она скомпрометирована. – Макгиллакатти сунул в рот сигару. – Одному Богу известно, сколько людей в городе видели, что вы вытворяли.

– Но мы ничего не вытворяли! – поспешно произнес Питер.

Кэтрин прижалась мягкой грудью к руке Питера и устремила на него полный обожания взгляд зеленых глаз.

– Послушай, как ты можешь отказываться от своего слова? – прошептала она. – Ты ведь мне обещал!

В этот момент Питер услышал в отдалении гудок, возвещавший о начале ночной смены, и ему он показался погребальным колоколом. Однако этот звук также напомнил о необходимости регулярно питаться.

К тому же он всегда строго соблюдал правило: никогда не подписывай контракта, если не собираешься играть. На этот раз он дал устное согласие Кейт и ее отцу. Тогда он не думал ни о чем, кроме своего пустого желудка, и это лишний раз доказывало, что бывает, когда человек слишком высоко ценит плотные трапезы и регулярный заработок.

– Если ты на ней не женишься, парень, я засужу тебя за нарушение обязательства! – прорычал Макгиллакатти. – А еще лучше – пристрелю, и дело с концом!

Мэдлин Макгиллакатти, вспомнив правила хорошего тона, вышла вперед и взяла Питера под руку, таким образом сделав его дважды пленником.

– Мистер О'Рурк, как я вижу, вы человек хорошо воспитанный, хоть и переживаете нелегкие времена, – проговорила она мягко. – То, что вы сделали нашей дочери честь, попросив ее руки, характеризует вас с самой положительной стороны…

На этот раз Питеру ничего не оставалось, как только молча предаваться отчаянию. Миссис Макгиллакатти оказалась наиболее цивилизованным членом семейства, но он был слишком угнетен, чтобы испытывать особое сочувствие по отношению к женщине, связавшейся с Хоумером Макгиллакатти. Уж лучше упасть в шахту и разбиться, чем месяц жить с Мэри Кейт.

Он уже считал минуты до того момента, когда сможет вернуть ее отцу, как вдруг, отпустив его, Мэдлин повернулась и с улыбкой протянула руку Хоумеру:

– Идемте, сэр, в гостиной нас ждут лимонад и печенье. Такое событие надо отпраздновать, не правда ли?

Мистер Макгиллакатти обычно предпочитал виски со льдом, но на этот раз решил; что его семейству на этот вечер хватит домашних сцен, так что можно обойтись без скандала с женой относительно его предпочтений в области напитков.

– Звучит неплохо, Мэдди, – одобрительно проворчат он, продевая руку жены под свою и направляясь с ней в гостиную, предоставив Питеру замкнуть процессию вместе с Кейт.

– Не волнуйтесь, я не собираюсь придушить гусыню, которая несет золотые яйца, – прошептал Питер на ухо Кейт.

– О чем это ты, сынок? – переспросил Хоумер, отличавшийся острым слухом.

– Мистер О'Рурк прибег к метафоре, – поспешно сообщила Кейт. – Он настоящий поэт, поверьте!

Усаживаясь за стол, Хоумер пожал плечами:

– Поэт ты или нет, О'Рурк, но ты не пожалеешь о своем решении жениться на Кейт.

– Пути Господни неисповедимы, а чудеса неисчислимы, – назидательно заметила Мэдлин.

– Согласен. К тому же подлинная любовь похожа на призрака, о котором все говорят, но которого видели лишь немногие, – проговорил Питер с ироничной улыбкой.

Мэдлин с уважением посмотрела на своего будущего зятя:

– Да вы не только поэт, но и философ!

– Нет, мадам, скорее шут. – О'Рурк кивнул в сторону Кейт. – Как и Ромео, я – шут судьбы.

Видимо, не очень поняв, о чем идет речь, Макгиллакатти извлек из жилетного кармана часы.

– Скоро полночь, друзья мои, так что пора нам всем на покой. Кстати, О'Рурк, я приказал принести твой сундук от миссис Малдун: ты остаешься здесь как наш гость.

«Ну вот и все. Теперь мне отсюда не уйти», – е тоской подумал Питер и тут же ощутил на своем плече тяжелую лапищу Хоумера.

– У нас здесь день начинается рано, парень, а это значит, что мы с тобой завтракаем в пять.

Питер чуть не застонал: он привык устраивать вечеринки, которые длились до пяти утра; так что это было самое время, чтобы отойти ко сну.

– Я был бы благодарен, если бы мне в дверь постучали, сэр, – произнес он с натянутой улыбкой.

– В четыре тридцать годится?

– Прекрасно, сэр, – ответил Питер с большей готовностью, нежели испытывал. – А теперь я желаю всем доброй ночи, с вашего разрешения. – Прижав ладонь к сердцу, он наклонился к руке миссис Макгиллакатти, а затем кивнул Кейт, но уже гораздо менее приветливо.

Утро наступило слишком быстро, и Питер, с трудом встав на ноги, шатаясь, двинулся по комнате, то и дело на что-то натыкаясь.

– Проклятие! Даже петухи так рано не встают! – сообщил он своему сонному отражению в зеркале, когда сел бриться при свете свечей.

Если бы Питер знал, что начинать новую жизнь ему придется, поднимаясь с постели в такую несусветную рань, он ни за что бы на это не пошел. Дома, в Ирландии, он отверг жизнь преуспевающего фермера, который сдает землю арендаторам и спит до восьми, как нечто ужасающее. И вот теперь ему приходится подниматься глубокой ночью, чтобы заниматься черт-те чем! К счастью, оказалось, что даже в четыре тридцать утра он все еще способен сохранять чувство юмора.

Несмотря на возмущенные протесты своего организма, Питер был полон решимости как можно лучше показать себя в первый день своей новой карьеры, поэтому он поспешно завершил свой утренний туалет, дважды порезавшись во время бритья. Затем он на цыпочках спустился вниз и только тут обнаружил, что Хоумер его опередил. Стоя у плиты, старик наливал себе порцию такого крепкого кофе, какого Питер в жизни не пробовал. Хоумер был в серой рубашке, черных рабочих штанах с красными подтяжками, в шахтерской каске и тяжелых сапогах.

– Привет, сынок! – жизнерадостно сказал он. – Бери чашку.

Как ни старался Питер взбодриться, его движения оставались замедленными, взгляд – сонным.

– Любой, у кого хватило отваги пить мой кофе, заслуживает того, чтобы получить дружеский совет. – Макгиллакатти критически осмотрел своего нового работника. – Тебе долго не продержаться в этом наряде, если ты в самом деле намерен работать у меня.

– Я как раз собирался об этом потолковать, сэр.

Питер прекрасно понимал, что если бы Макгиллакатти пронюхал о его актерском прошлом, он моментально отверг бы его и как будущего работника, и как временного зятя. В любом случае он собирался работать на Макгиллакатти лишь до тех пор, пока не узнает про лес все необходимое.

Тем не менее финансовая поддержка Хоумера Макгиллакатти и его связи могли оказаться полезными и открыть перед ним кое-какие двери. Если он удачно разыграет свои карты, то сможет заработать неплохое состояние в этой стремительно развивающейся отрасли, а потом, как только сбросит со своих плеч этого неукрощенного хищника и его семейство, сразу уедет и навсегда забудет этот эпизод своей жизни.

В то утро О'Рурк и Макгиллакатти обошли штамповочный цех, паровые подъемники, моторную и насосную станции, после чего Питер в одиночку посетил столярную мастерскую и взрывников. Он задавал множество вопросов и вскоре разобрался не только в том, что происходит на сортировочном и передаточном пунктах, складе с рудой, в плавильном и перегонном цехах, но и выяснил, как люди относятся к своей работе и своему боссу. Со все возрастающим интересом Питер узнавал различные этапы производства, начиная от добычи сырья и кончая процессом амальгамирования.

На следующий день, взяв пример с шахтеров, он разделся и, оставшись в одних рабочих сапогах и повязке на бедрах, принялся обследовать шахты на разных уровнях.

Везде, куда О'Рурк приходил в течение недели, он рассматривал все с точки зрения лесоматериалов, разбивая сведения по спецификациям и способам использования: дрова, желоба, строительный материал, опорные балки.

Он видел свое дело не просто как способ удовлетворить запросы владельца шахт, но и как возможность улучшения жизненного уровня рабочих. Сотни старателей и авантюристов из Калифорнии каждый месяц пересекали горы; многие жили в палатках, и до первого снега им непременно понадобятся дома. Этого нельзя было сделать в один день, но в этом притоке населения таился потенциальный источник огромного богатства.

Вдохновленный возможностью быстро разбогатеть, О'Рурк дал волю воображению; однако он не забывал и о чисто практических вещах. В конторе агентства по местному предпринимательству Питер узнал закон о горных разработках, который готовился к принятию в Карсон-Сити. Затем он поговорил с Адольфом Сатро относительно тоннеля, на постройку которого тот пытался найти деньги, и побывал в шахте «Желтая куртка», владелец которой планировал ее расширение.

Актерское умение Питера быстро входить в роль настолько погрузило его в сбор информации, что вопрос о женитьбе на мисс Мэри Кэтрин Макгиллакатти постепенно отошел на задний план. Они с Хоумером вставали и уходили из дома настолько рано, а вечерами возвращались настолько поздно, что существование Кейт практически не тревожило его. Не имея ни свободного времени, ни возможности для мыслей о прекрасном поле, следуя насыщенной программе обучения, которую составил для него Хоумер, Питер за едой и даже во сне думал только о лесе – как живом, так и переработанном.

То, что в течение недели Хоумер Макгиллакатти даже не упоминал о дочери, создало у него необоснованное ощущение безопасности.

Однако в субботу вечером, все ложные надежды растаяли как туман.

Питер безмятежно наслаждался ванной в небольшой комнатенке у кухни, смывая с себя накопившиеся за неделю грязь и напряжение. Благодушно мурлыча себе под нос, он дымил одной из сигар своего нанимателя, рассматривая с разных сторон большой палец левой ноги. Это был поистине момент райского блаженства!

Он уже заработал свое первое недельное жалованье и смог купить себе пару грубых башмаков, теплую куртку, фланелевые рубашки и теплое нижнее белье, рассчитанное на холодное высокогорье. А еще он раскошелился на кусок хорошего английского мыла, и при этом у него еще осталось одиннадцать долларов! Немного, но вполне достаточно для того, чтобы открыть небольшой счет в банке «Уэллс-Фарго».

Поздравив себя, с тем, что уверенно идет к процветанию, О'Рурк облокотился на бортик ванны, и тут в дверь заглянул Макгиллакатти:

– Отец Маног сказал, что сможет обвенчать вас с Кейт завтра в два часа.

Неуклюже бултыхнувшись в остывшую воду, Питер почувствовал, что находится в шаге от безвременной кончины. Мыло вылетело у него из рук и покатилось по полу. Теперь у него оставалось лишь две возможности – утопиться или…

Или жениться!

Он с трудом, пошевелил конечностями, испытывая огромный соблазн навсегда покончить с этой жизнью, и все же природный оптимизм придал ему мужества. «Еще ни одной женщине не удавалось надолго зацепить хитрого сына Эдварда и Анны О'Рурк», – подумал он в мгновение озарения.

Высунув голову из воды, Питер приоткрыл один глаз и взглянул на своего работодателя.

– Что ж, прекрасно, сэр, – проговорил, он, отфыркиваясь, – два часа, самое подходящее время. – Тут он судорожно сглотнул. – Вы не подадите мне полотенце?

Хоумер с ухмылкой посмотрел на светловолосого парня, плескавшегося в его ванне:

– Извини, если я тебя напугал, О'Рурк.

Питер рассмеялся:

– Меня, сэр? На самом, деле я только и ждал этого момента.

Когда Питеру удалось выбраться из ванны, он повторял про себя только одну фразу: «Боже, избавь меня от этих хитроумных Макгиллакатти!»


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю