Текст книги "Безжалостный союз (ЛП)"

Автор книги: Айви Дэвис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5

Проходит неделя, а ничего не меняется.

Каждый прием пищи я ем в одиночестве. Марко никогда не показывается. Лео останавливается и подмигивает мне, отчего мне становится не по себе. И я искалечена полным одиночеством, которое я чувствую.

Я даже не выходила из дома, потому что у меня нет машины, а тебе нужна машина, чтобы передвигаться по Лос-Анджелесу. Мне скучно. Я устала чувствовать себя нежеланной. Больше всего я скучаю по своей семье.

Я думаю о ссоре, которая у меня была с Джеммой. Я пыталась звонить ей всю неделю, чтобы загладить свою вину, но она игнорирует меня. У Джеммы есть привычка быть незрелой и упрямой.

Я почти каждый день разговариваю со своей мамой, но она не дает мне ничего, с чем можно было бы поработать. Обычно она просто говорит мне, что дети осваиваются в своей новой жизни без папы. Франко по-прежнему властен, но им можно управлять. В остальном все в порядке, говорит она.

Я ей не верю. Я знаю, что не все в порядке, но я мало что могу сделать через всю страну.

Я вообще не пыталась поговорить с Марко с тех пор, как он сказал мне, что я для него не более чем деловая сделка. Я не могу перестать думать о том, как он ласкал мою шею и щеку. Как он касался моих губ. Это было так интимно.

За последнюю неделю я поймала себя на том, что прикасаюсь к своим губам кончиками пальцев, как будто пытаюсь воссоздать прикосновения Марко. Это не то же самое, во всяком случае, далеко не так. В итоге я просто чувствую себя еще более одинокой.

После восьмого дня с меня хватит. Я звоню маме. – Скажи Джемме, чтобы она отвечала на звонки, когда я звоню, – говорю я ей. – Я хочу поговорить с ней.

– Я так и сделаю. Но ты же знаешь, Джемма никогда меня не слушает.

– Просто попробуй для меня, пожалуйста, мам. Или просто дай ей свой телефон прямо сейчас.

– Я постараюсь. – Она молчит, пока идет искать Джемму, и по линии я слышу, как она говорит Джемме, что я хочу с ней поговорить. Джемма говорит "нет". – Она сказала “нет", – рассказывает мне мама.

– Скажи ей, что я хочу загладить свою вину. Скажи, что я сожалею.

Я слышу, как мама говорит это Джемме. Через некоторое время в моих ушах громко звучит возня по телефону, а затем Джемма на другом конце провода. – Чего ты хочешь?

– Я хочу попросить прощения. Мне не нравится, как мы закончили в прошлый раз.

– Когда ты в значительной степени назвала меня бесполезной.

Я вздрагиваю. – Прости, Джемма. Хорошо? Многое изменилось за несколько коротких недель. Мы все еще имеем с этим дело. Я не хочу с тобой ссориться. – Несмотря на то, что Джемма тоже оскорбила меня, я не жду извинений. Я поняла, что иногда нужно все отпускать, чтобы быть счастливой, и это то, что я пытаюсь делать с Марко; думаю, что это оказывается трудным.

– Я тоже не хочу с тобой ссориться, – бормочет она.

Я глубоко вздыхаю с облегчением. – Хорошо. На самом деле я больше думала о том, что ты мне сказала.

– Что я тебе говорила?

– Просто уйти, если я не буду счастлива.

– Насколько я понимаю, ваш брак – не рай.

– Вовсе нет. Марко почти не разговаривает со мной. Я до сих пор его не видела. На самом деле я не могу расстаться с этим браком. Это слишком важно. Но я решила, что попробую выбраться из дома сегодня. Может быть, пройтись по магазинам. Делать что угодно, на самом деле.

– Рад за тебя. Не скручивай себя в узлы из-за какого-то мужчины.

– Этот мужчина – мой муж.

– Эй, если он тебя не уважает, то и ты не обязана уважать его.

Несмотря на то, как мне грустно, я умудряюсь рассмеяться. – Должным образом принято к сведению. Я люблю тебя, Джем.

– Я тоже люблю тебя, Эм.

– Эй, верни маму к телефону. Я хочу ее кое о чем спросить.

– Эмилия? – Спрашивает мама, вернувшись на другой конец провода.

– Мама, Марко вел с тобой переговоры о расширении? Я знаю, что он женился на мне, чтобы получить больше власти.

– Он не говорил со мной, но я знаю, что он говорил с Франко. Ты была права. Власть Марко приносит пользу Франко, что не идеально, но пока этот брачный союз сохраняется, пока Антонио не станет боссом, это поможет твоему брату.

– Как часто Франко и Марко разговаривают?

– Они уже неделю разговаривают по телефону. Может быть, через день.

– Итак, мой муж разговаривал с моим дядей больше, чем со мной. Отлично. – Меня даже не волнует, что в моих словах звучит горечь. Мне горько.

– Не забывай стараться, Эмилия. Если ты хочешь, чтобы твой брак сложился удачно, ты должна попытаться.

– Но как я могу попытаться, если Марко меня не впускает?

– Ты просто должна продолжать пытаться.

Я ничего не могу с собой поделать. Я закатываю глаза в ответ на ее совет. – Хорошо. Что ж, поговорим позже.

После того, как мы попрощались, я вешаю трубку. У моей мамы были добрые намерения, но у нее был любящий брак с папой. Она не знает, как тяжело может быть быть замужем за человеком, который не хочет иметь с тобой ничего общего.

Хотя Джемма права. Я не могу весь день сидеть сложа руки из-за мужчины, даже если он мой муж. Мне нужно выйти и жить своей собственной жизнью. Мне нужно сделать Лос-Анджелес своим новым домом.

За исключением того, что у меня все еще нет машины, и я высоко в Горах.

Я не собираюсь просить Марко одолжить мне его машину, поэтому вместо этого иду к Камилле. Она в гостиной, вытирает пыль с кофейного столика. – У Марко есть машина, которую я могу одолжить?

Она делает паузу после того, как я задаю свой вопрос. – У мистера Алди действительно несколько машин.

– Могу я ими воспользоваться?

– Разве тебе не следует спросить своего мужа?

– Дело в том, что я ему не доверяю. У меня такое чувство, что он скажет мне “нет".

Она направляет тряпку на меня. – Тогда это твой ответ.

– Но мне нужно выбраться, Камилла. Я схожу с ума. Позволь мне просто одолжить машину.

– Что ты планируешь делать?

Я пожимаю плечами. – Ничего особенного. Покупки. Что угодно. Просто что-нибудь.

Она приподнимает бровь, проходя мимо меня. – Не похоже, что у тебя есть какой-то план.

– Пожалуйста, Камилла. Ты знаешь, как сильно Марко игнорирует меня. Позволь мне весело провести день. Мне это нужно.

Она вздыхает, убирая тряпку в шкаф в прихожей. – Ладно. Ты права. Молодой женщине нехорошо оставаться совсем одной. Ключи от машины лежат на столике у гаража.

Я продолжаю смотреть на нее.

Она хихикает. – Ты не знаешь, где находится гараж, не так ли?

– Это место такое большое.

– Он за кухней и дальше по коридору. Ты найдешь его. Просто будь осторожна.

– Почему я должна быть осторожна?

– У мистера Алди есть враги. Он не хотел бы, чтобы ты пострадала.

– Я даже не думаю, что его это волнует. Кроме того, в Нью-Йорке мне разрешали гулять одной. Почему в Лос-Анджелесе должно быть по-другому? – Я ухожу, пока Камилла не успела передумать.

Я нахожу вазу с ключами от машины и вхожу в гараж. В этом похожем на пещеру пространстве ряд за рядом стоят машины. Здесь должно быть около десяти машин, все явно дорогие. Моя семья состоятельна, но даже это для меня много.

Я не знаю, какой ключ от машины подходит к какой машине, поэтому я пробую их все, пока не щелкает один. Это маленький белый Porsche. Думаю никто не возражает, если я возьму ее.

Машина практически гудит, когда я ее включаю. Никогда не думала, что назову машину сексуальной, но эта машина сексуальная.

После нескольких минут возни я соображаю, как открыть дверь гаража, а затем выезжаю задним ходом. Я разворачиваю машину лицом к длинной подъездной дорожке передо мной. Впервые с тех пор, как я здесь, я чувствую себя свободной.

Отъезжая от дома, я издаю возглас удовольствия. Я сомневаюсь, что Марко даже заметит мое отсутствие, и это приносит мне одновременно облегчение и грусть.

Я набираю в телефоне адрес ближайшего торгового центра и направляюсь в указанном направлении. Огромный – это мягко сказано для описания этого торгового центра. В Нью-Йорке есть высокие здания, но не так много длинных и больших. В Лос-Анджелесе все более разнесено, и он кажется больше по сравнению с Нью-Йорком.

Следующие несколько часов я провожу за покупками, ни о чем не заботясь. Это бездумное развлечение и хороший способ избавиться от беспокойства. В конце концов, Джемма дала мне хороший совет. День вдали от дома Марко и моего брака – это как раз то, что мне было нужно.

У меня никогда раньше не было возможности выйти куда-нибудь одной. Обычно со мной были все мои братья и сестры. Мама или папа настаивали, чтобы мы ходили все вместе. Они утверждали, что было несправедливо, если Джемма или я проводили день вне дома одни. Нет. Это должны были быть Франческа, Антонио, Сесилия и Миа. Несмотря на то, что я скучаю по ним, приятно иметь время для себя. Нет необходимости присматривать за детьми, пока у мамы с папой свидание. Нет необходимости следить за тем, чтобы все они были под присмотром, когда мы выходим. Никакого давления, чтобы убедиться, что они не ввязываются в драки друг с другом.

Впервые в жизни вообще никакого давления.

Я почти не знаю, что с собой делать.

Я беру крендель и макаю его в сырный соус, который одновременно вкусный и отвратительный. Мама никогда бы не позволила мне съесть что-то подобное. Она всегда утверждала, что мне нужно следить за своей фигурой, чтобы понравиться будущему мужу.

Ну, шутки в ее адрес. Марко даже не волнует, как я выгляжу. Я ему вообще безразлична.

Через три часа я заканчиваю бродить по торговому центру и решаю вернуться к Марко. Я пока не могу думать об особняке как о доме. В нем все еще слишком пусто.

Когда я захожу в дом, то обнаруживаю, что Камилла ждет меня. Она выглядит обеспокоенной.

– Камилла?

– Мистер Алди хочет поговорить с тобой.

– Правда? – Я так удивлена этим, что чуть не упала.

– Он... недоволен, что ты ушла без его разрешения.

– Хм. Где он сейчас?

– В своем кабинете, ждет тебя. – Камилла спешит прочь, как будто одно пребывание рядом со мной заразит ее какой-нибудь болезнью, которая заставит Марко разочароваться в ней.

Мое сердце учащенно бьется, когда я подхожу к двери кабинета Марко. Я нажимаю на ручку. Она по-прежнему заперта.

– Марко? Ты хотел поговорить со мной?

– Хотел. – Ничего не могу с собой поделать. Его теплый голос заставляет меня дрожать даже через дверь. – О чем, черт возьми, ты думала? – он шипит.

Я делаю шаг назад. – Я просто хотела весело провести день. Так что подай на меня в суд.

– Я никогда не говорил тебе, что ты можешь покинуть этот дом.

– Ну, начнем с того, что ты никогда со мной не разговаривал, так что я не думала, что это имеет большое значение.

– Это большое дело, Эмилия. Ты не должна покидать этот дом без моего разрешения или телохранителя. И тебе определенно не удастся прокатиться на одной из моих машин, черт возьми.

Я никогда раньше не слышала, чтобы Марко так злился, и должна сказать, я презираю это.

– Я не отправлялась на какую-то увеселительную прогулку. Я ходила по магазинам, чтобы прочистить голову.

Он усмехается. – Как будто так лучше.

– Так и есть. Марко... – Я останавливаю себя, чтобы не сказать чего-нибудь, о чем потом пожалею.

– Что?

– Ты невозможен. Ты ожидаешь, что я буду сидеть без дела весь день, пока ты игнорируешь меня, а когда я наконец решаю сделать что-то только для себя, ты говоришь мне, что мне больше никогда не позволят этого делать. Почему ты так поступаешь со мной?

– Я уже объяснял тебе раньше. Мой дом. Мои правила.

– Как это вообще может быть твоим домом, если ты в нем почти не бываешь! – Я кричу.

– Что ты имеешь в виду? Это мой дом.

– Нет, Марко. Это модный экспонат из каталога. Нигде в этом доме нет индивидуальности. Ничто не указывает мне, что это твой дом.

– Мне так нравится, – рычит он.

– Как ты вообще можешь получать от этого удовольствие, если никогда не выходишь из своего офиса? Я провела здесь последнюю неделю, бродя по окрестностям, и ни разу даже мельком не видела тебя. Что ты скрываешь?

– Я ничего не скрываю. И тебе не мешало бы следовать моим правилам.

Я кладу руки на бедра, хотя Марко меня не видит. – Или что? Ты сделаешь мне больно?

– Я отменю свою сделку с твоей семьей.

Я делаю паузу. – Что? Ты не можешь этого сделать. Наш брак...

– Должен был принести пользу мне. Я понимаю, что твоя семья предлагает на Восточном побережье. Но я уже влиятельный человек. Технически мне это не нужно.

Если Франко уже был зол на меня за то, что я вышла замуж за Марко, он разозлится еще больше, если Марко откажется от своей сделки. Я не хочу знать, что сделает Франко, когда разозлится. Единственная причина, по которой он успокоился, заключалась в том, что он увидел возможность, которую предоставил ему Марко.

– Ты не можешь.

– Почему нет?

– Пожалуйста, Марко. Не надо. Моя семья зависит от меня. Просто выполняй условия сделки. Пожалуйста.

Он молчит так долго, что я почти думаю, что он вышел через заднюю дверь или заснул. Но затем он заговаривает снова, и я поражаюсь, услышав, что он стоит ближе к двери. – Твоя семья много значит для тебя? – спрашивает он более мягким тоном.

– Да. Они значат для меня все. Ты дал обещание, когда женился на мне. Просто... не отказывайся от сделки. Мой дядя не будет счастлив от этого.

– Мне похуй на Франко Моретти. Он ничто по сравнению с твоим отцом.

– Ну, мне не все равно.

– Почему ты думаешь, что меня волнует, волнует ли это тебя?

– Потому что ты не бессердечный.

Он мрачно усмехается. – Тогда ты не очень хорошо меня знаешь.

– Из-за тебя мне трудно узнать тебя получше. – Я кладу руку на дверь. – Пожалуйста, Марко. Не делай этого. Просто впусти меня.

– Я не откажусь от своей сделки, если ты больше не будешь шататься по городу.

– Хорошо, – говорю я прежде, чем мой мозг успевает подумать. Желание защитить свою семью инстинктивно. – Но ты должен позволить мне узнать тебя получше. Увидимся, – добавляю я.

– Я не откажусь от своей сделки, но и больше ничего обещать не буду. А теперь уходи. Мне нужно работать.

И в третий раз я ухожу от Марко, пытаясь подавить желание расплакаться.

With love, Mafia World

Глава 6

– Неплохо выглядишь, – говорит Лео, проходя мимо и направляясь к кабинету Марко. Я в гостиной, читаю. Думаю, последняя книга, которую я прочитала, был детский роман Мии. Просто еще одна вещь, на которую у меня остается больше времени, которая должна делать меня счастливой, но только заставляет еще больше скучать по дому.

Я захлопываю книгу. – Зачем ты это делаешь?

Он останавливается и поворачивается ко мне. – Что я делаю?

– Флиртуешь со мной. Ты знаешь, что я замужем за твоим боссом.

– Кто сказал, что я с тобой флиртую?

Я встречаюсь с ним взглядом. – Так и есть. Каждый раз, когда ты видишь меня, ты либо делаешь комплимент по поводу того, как я выгляжу, либо приглашаешь на свидание. Это утомительно, Лео. Пожалуйста, прекрати.

Он пожимает плечами. – Поскольку я ничего не делаю, не понимаю, в чем проблема. Мне нужно повидаться с Марко, так что поговорим позже. – Подмигнув, он неторопливо уходит.

Я сердито смотрю в его удаляющуюся спину. Что случилось с этими мужчинами, которые не уважают меня? Я швыряю книгу через всю комнату. Она с треском падает на деревянную столешницу. Меня даже не волнует, было ли то, что я только что сделала, незрелым. Я выше этого. Здесь нет никого, кто мог бы судить, поскольку на самом деле никто не обращает на меня особого внимания.

Я смотрю на книгу на полу, прежде чем вздохнуть и поднять ее. Я осторожно ставлю ее обратно на книжную полку. Корешок слегка потрескался, но книга все еще держится. Я могу злиться, но я не беспечна.

Немного побродив по дому, я останавливаюсь за домом. Я все еще не исследовала сады. Они прекрасны, но от их красоты мне почему-то грустно. Мой взгляд останавливается на сарае в глубине сада. Он выглядит таким неуместным по сравнению со всем остальным. Он темно-коричневый с облупившейся краской, в то время как остальная часть сада нетронутая и зеленая.

Лео, который, должно быть, закончил свою встречу с Марко, идет по коридору и останавливается, когда видит меня. – Мне нравится вид отсюда.

Я поворачиваюсь к нему лицом. – Видишь? Опять.

– Итак, мне нравится флиртовать. Подайте на меня в суд.

– Мне это не нравится. Прекрати.

Он криво улыбается мне, прежде чем уйти. – Никто не указывает мне, что делать, – бросает он через плечо.

Я раздраженно выдыхаю. К черту его. Серьезно. К черту всех этих мужчин.

Я подхожу к кабинету Марко и стучу в дверь.

– Лео, ты что-то забыл? – спрашивает он через дверь. Всегда через дверь.

– Это я.

Он не отвечает.

– Лео не перестает флиртовать со мной. Мне от этого неловко. Скажи ему, чтобы прекратил.

– Я уверен, что Лео ничего не делает. Ты, вероятно, видишь то, чего нет.

Боже, я хочу ворваться прямо в эту дверь и влепить Марко пощечину. Ирония заключается в том, что я бы даже не узнала его, если бы увидела, потому что я, черт возьми, никогда его раньше не видела.

– Значит, ты не собираешься просить Лео остановиться?

– Нет. Потому что мои люди знают, как оставаться в строю. Лео знает, что ты под запретом. Он ничего не делает.

– Фу. Ты невозможен. – Я стремительно ухожу, прежде чем смогу снова с ним поругаться. Как можно ненавидеть того, кого ты никогда не видел?

Я захлопываю дверь в свою спальню, плевать, что это незрело. Как по команде, Джемма звонит мне. – Что? – Я отвечаю.

– И тебе привет.

Я делаю глубокий вдох, прежде чем медленно выдохнуть. – Извини. Что происходит?

– Из-за всего, что произошло в последнее время, я думаю, некоторые из нас забыли, но через пару дней у Мии день рождения.

– Совершенно верно. Ей будет девять.

– Да. Мама попросила меня позвонить тебе, чтобы напомнить.

– И меня там не будет. – Слезы щиплют глаза. Я никогда не пропускала дни рождения своих братьев и сестер и не хочу начинать сейчас.

– Ты можешь быть здесь. Приезжай домой на несколько дней. Пригласи своего таинственного мужа.

– Он не придет. Я знаю это. Но... Я не уверена, смогу ли прийти.

– Почему нет?

Я падаю на кровать. – Марко сказал, что, если я не слушаюсь его, он откажется от своей сделки. Он не будет работать с нашей семьей, и это будет проблемой для Франко. Я знаю это.

– Это чертовски глупо.

– Я согласна.

Джемма на мгновение замолкает, прежде чем говорит: – Итак, просто спроси его, можешь ли ты пойти. Я уверена, он поймет. Это день рождения твоей сестры.

– Я имею в виду,... Я могу попытаться. Но ничего не обещаю.

– Хорошо.

– Я никогда не думала, что тебя так уж волнуют дни рождения наших братьев и сестер. Ты никогда не принимала участия ни в одном из них.

– Да, ну... все меняется. Кажется, я помню, кто-то говорил мне, что теперь мне нужно больше помогать.

Я хихикаю. – Спасибо тебе за это. Ты нужна этим детям.

– Разве я этого не знаю. Я никогда не осознавала, как много ты на самом деле сделала для нашей семьи. Я скучаю по тебе, Эм.

– Я тоже по тебе скучаю. Давай я спрошу Марко, могу ли я прийти.

– И трахни его, если не сможешь. Мама оценит твое присутствие. Я знаю, это сделает Мию счастливой.

– Я знаю.

После того, как мы попрощались, я возвращаюсь в офис Марко. Мне неловко стучать после нашего последнего разговора, но моя сестра важнее моей гордости. – Марко, я хочу попросить тебя об одолжении.

– В чем дело?

– Через несколько дней у моей сестры день рождения. Я хочу вернуться в Нью-Йорк, чтобы повидаться с ней.

– Нет, – последовал его мгновенный ответ.

Я ощетинилась. – Это всего на несколько дней. Если ты беспокоишься о моей безопасности, можешь послать со мной охрану. Или... ты мог бы пойти со мной.

– Я сказал “нет", Эмилия. Конец дискуссии.

– В чем твоя проблема? – Я огрызаюсь в ответ.

– Моя проблема в том, что у меня, похоже, непослушная жена, которая еще ничему не научилась. Мое слово окончательное. Ты не поедешь в Нью-Йорк. Ты остаешься здесь, чтобы я мог приглядывать за тобой.

– Ты даже не смотришь на меня.

– Я знаю, где ты. У меня в доме есть камеры.

Я отступаю назад, мгновенно чувствуя себя оскорбленной. – В моей комнате?

После паузы он говорит: Нет.

Я вздыхаю с облегчением.

– Только в основных частях дома, – объясняет он. – Я установил их после твоего небольшого побега на днях.

– Когда? – Я не видела, чтобы кто-нибудь входил.

– Это было ночью, когда ты спала. Так что я узнаю, если у тебя снова будут неприятности. Ты остаешься здесь, Эмилия. Конец дискуссии.

– Ты действительно монстр, – шиплю я, прежде чем уйти.

Несмотря на то, что Марко только что сказал мне не быть непослушной, я не могу пропустить день рождения Мии. Это разобьет нам обоим сердца.

Я могу защитить свою семью лучше, чем Марко. Кого волнует, что он откажется от своей сделки? Я возвращаюсь домой в Нью-Йорк и остаюсь там. Если Марко не хочет видеть меня в роли жены, я буду со своей семьей, которая действительно ценит меня и нуждается во мне прямо сейчас.

Я спешу к себе в комнату и немедленно бронирую билет на самолет в Нью-Йорк на сегодняшний вечер. Приятно то, что Марко не отвечает за мои финансы. Я собираю свою сумку и жду.

Когда мне приходит время отправляться в аэропорт, я уверенно иду к гаражу. Ну и что, если Марко остановит меня? Если он это сделает, ему придется показать мне, кто он такой. Возможно, это выманит его наружу, но я предполагаю, что он этого не сделает. Он чего-то боится. Показать мне настоящего себя.

Я сажусь в "Porsche" и еду в аэропорт. Я прохожу всю проверку TSA и оказываюсь у своих ворот, прежде чем замечаю двух мужчин, приближающихся ко мне.

– Миссис Алди? – спрашивает один из них. У него седина в волосах, и он очень мускулистый. – Мистер Алди хочет, чтобы ты вернулась домой. Тебе следует пойти с нами прямо сейчас.

– Как ты так быстро меня нашел? – Спрашиваю я.

– Мистер Алди – влиятельный человек. Ему нетрудно следить за своей женой. А теперь пойдем с нами.

– Нет. – Я ухожу от них. Они просто следуют за мной.

– Пожалуйста, миссис Алди. Просто пройдемте с нами. Это не должно быть трудно.

– Я буду кричать, – предупреждаю я их. – Я еду в Нью-Йорк, чтобы провести время со своей семьей. Я не заключенная. Я жена Марко. Ты можешь напомнить ему об этом.

Седовласый хватает меня за руку. – Сейчас ты пойдешь с нами.

И я кричу.

Это привлекает внимание всех у ворот, включая охранника, который спешит к нам. Он крупный, с усами в стиле порнофильмов. – Здесь какая-то проблема.

Седовласый отпускает меня. – Нет. Никаких проблем.

– Есть, – говорю я охраннику. – Эти люди напали на меня. Пожалуйста, уведите их от меня.

– Пройдемте, – говорит охранник двум мужчинам, жестом приглашая их уйти.

Они подчиняются офицеру и уходят. На их лицах ясно написано разочарование. Неужели Марко действительно думал, что меня будет так легко запугать, чтобы я вернулась к нему?

– Скажите Марко, – кричу я вслед мужчинам, – что, если я ему понадоблюсь, он может прийти за мной сам.

Люди бросают на меня любопытные взгляды. Я просто сажусь и пытаюсь успокоить свое бешено колотящееся сердце.

Я чувствую себя в безопасности, только когда я в самолете, и мы в воздухе. Чтобы вернуться в Нью-Йорк, требуется больше пяти часов. Я пытаюсь отдохнуть по дороге, но у меня голова идет кругом. С моей семьей все в порядке? Франко полностью все изменил? Марко приедет и заберет меня?

Я никогда не устраивала сцен, и хотя это было страшно, но и возбуждало.

Приземлившись, я беру такси до дома. Это мой дом, а не дом Марко. В его особняке никогда не почувствуешь себя как дома.

Я вхожу в дом. Все тихо. Это странно. Обычно дом полон шума и хаоса, когда мы вчетвером бродим по нему. До меня доходит. Сейчас нас всего семеро. Мои братья и сестры, мама и я. Папы больше нет рядом.

– Эй? – Окликаю я.

В прихожую входит мама с удивленным видом. – Эмилия?

– Привет, мам.

Она заключает меня в крепкие объятия. – Что ты делаешь дома?

– Я здесь на день рождения Мии.

Она выглядит озадаченной, прежде чем моргнуть. – Верно. Это через два дня. Я ничего не планировала. Я отвлеклась.

– Все в порядке. Но Джемма позвонила и сказала, что ты хотела, чтобы я был здесь из-за этого.

Мама прищуривает глаза. – Правда? Та девушка, я клянусь.

– Я так понимаю, ты не просила Джемму рассказывать мне.

– Нет, не просила. Ты должна быть в Лос-Анджелесе, работать над своим браком. С Мией все будет в порядке.

– Я хочу быть здесь. Мне нужно быть здесь.

Она вздыхает. – Ну, теперь ты здесь.

На лестнице раздаются бегущие шаги.

– Привет, именинница, – говорю я, когда Миа бросается в мои объятия. Я крепко обнимаю ее. Остальным моим братьям и сестрам не требуется много времени, чтобы спуститься. Это старый дом. Звук разносится повсюду. Вскоре все меня обнимают. Объятия Антонио грубые, в то время как Сесилии нежные, а Франчески такие слабые, что я едва их чувствую.

Наконец, Джемма говорит мне на ухо, обнимая меня: – Я знала, что ты сможешь это сделать. К черту мужей. Ты вернулась туда, где твое место.

– Ты обманом заставила меня вернуться домой только для того, чтобы у тебя было меньше обязанностей?

Джемма только смеется и отстраняется.

Франко входит в комнату, и вся болтовня и смех стихают. – Эмилия. Рад снова тебя видеть.

– Франко. – Я оглядываюсь на своих братьев и сестру. Теперь, когда Франко здесь, они все выглядят смущенными. – Как дела?

– Все хорошо, – говорит Франко, прежде чем кто-либо еще успевает вставить слово. – Но разве ты не должна вернуться в Лос-Анджелес к своему мужу?

– Я так и сказала, – отвечает мама, как будто пытается защититься.

Франко переводит на меня взгляд своих холодных глаз. Меня пробирает дрожь, но не такая, какая бывает, когда я слышу голос Марко. Нет, эта дрожь – чистый лед, как смерть. – Ну, нам бы здесь не помешала помощь. Эти дети дикие. – С этими словами он уходит, отмахиваясь от меня, как от комара под его ботинком.

Я сбрасываю это с себя и поворачиваюсь к Мии. – Ты взволнована из-за своего дня рождения?

– Да! – Но потом она хмурится. – Я просто... Мне грустно, что папы не будет рядом.

Я ерошу ей волосы. – Он будет. Духом. Просто спроси Сесилию.

Сесилия оживляется. – Совершенно верно. Он смотрит на нас с Небес.

– Давай устроим тебя, – говорит мама, забирая у меня сумку.

Антонио проходит мимо, и кое-что привлекает мое внимание. Синяк у него на запястье. Я хватаю его за руку. – Эй, откуда у тебя это?

Он замирает, как олень в свете фар. – Э-э...

– Антонио? – Здесь только он и я. Все остальные разошлись, занимаясь своими делами. – Откуда у тебя этот синяк?

– Я споткнулся.

– Ты споткнулся? – С сомнением спрашиваю я. – Ты не неуклюжий. – Моего брата обучали нескольким стилям боя. Папа хотел убедиться, что он готов ко всему. Он самый устойчивый на ногах из всех нас.

– Я не хочу говорить об этом, Эм, – бормочет он, отстраняясь от меня.

– Франко сделал это с тобой? – Я стараюсь говорить тише.

Его глаза вспыхивают, прежде чем он отворачивается от меня. – Мы... тренировались. Он учил меня лучше обращаться с ножом. Он слишком сильно схватил меня за запястье. Ничего особенного.

– Это большое дело, Антонио. Когда папа учил тебя чему-нибудь, ты никогда не возвращался с синяками.

– Ну, дядя Франко – это не папа. Папа умер, – огрызается он, прежде чем взбежать по лестнице.

Я иду целеустремленно в поисках Франко. Я нахожу его в гостиной, ноги на кофейном столике. Мама никогда не разрешает никому из нас класть ноги на кофейный столик. Она никогда не позволяла даже папе.

– Убери свои ноги, – рявкаю я.

Он отводит взгляд от телевизора. – Теперь это мой дом, Эмилия. Больше не твой.

– Это всегда будет мой дом. Я жила в нем восемнадцать лет. Намного дольше, чем ты.

– Я сам планирую прожить в нем больше восемнадцати лет. Мне здесь нравится. Я здесь нравлюсь твоей маме.

Я фыркаю. – Сомневаюсь в этом.

Он медленно выключает телевизор и поворачивается ко мне. – Ты что-то пытаешься мне сказать?

– Да. Держи свои руки подальше от Антонио и моей мамы.

– Я никогда не прикасался к ним.

Я качаю головой, не веря своим ушам. – Ты врешь. Я видела синяки.

– Какие синяки?

– Просто остановись, ладно?

Он медленно встает и приближается ко мне, пока мы не оказываемся лицом к лицу. – Именно из-за того, кто твой муж, я не хочу поднимать на тебя руку прямо сейчас.

Я делаю глубокий вдох и делаю шаг назад.

– Это больше не твой дом, Эмилия. – Он садится обратно и включает телевизор. – Помни это.

В комнату входит мама, осторожно переводя взгляд с Франко на меня. – Здесь все в порядке?

– Все в порядке, Джулия, – говорит ей Франко.

Я просто ухожу. Мама следует за мной. – Он причинил боль Антонио, – шиплю я, когда мы остаемся одни.

– Они просто тренировались.

– Мама, почему ты отвергаешь это? Франко нехороший парень.

Она выпрямляется. – Ты же не думаешь, что я этого не знаю? Но что еще я могу сделать? Я не могу выгнать его. За его спиной сила всей итальянской мафии. Люди твоего отца.

– Они тебе не помогут? Они уважали папу. Ты его жена.

Она фыркает. – Они не уважают женщин. В тот момент, когда умер твой отец, я осталась без всякой защиты.

– Я буду тебя защищать.

Ее взгляд смягчается, когда она притягивает меня ближе. – Милая, как бы мне ни хотелось это слышать, ты не так уж много можешь сделать. Это больше не твой дом. Тебе следует вернуться и приложить больше усилий к Марко.

– Марко мог бы выгнать Франко, не так ли?

– Сомневаюсь, что он это сделает. Он заключил сделку с твоим отцом, который сейчас мертв. Франко главный. Он не захочет терять здесь свою власть.

– Он уже угрожал расторгнуть сделку, потому что я была "непослушной". – Я использую воздушные кавычки. – Не думаю, что его это так уж сильно волнует. Каждый, с кем я разговариваю, ведет себя так, словно он могущественен, как Бог.

– Никто не могущественнее Бога. – Мама вздыхает. – В любом случае, мы здесь сами по себе. Дети и я. Я пытаюсь защитить их.

– Каким образом?

Она отводит от меня взгляд.

– Как, мам?

– Просто брось это, ладно? Все, что тебе нужно знать, это то, что я привлекаю внимание Франко ко мне и ни к кому другому. Это все, что имеет значение.

– Это... – До меня доходит. – Он... – Я даже не могу произнести это слово. Изнасилование.

– Милая, не спрашивай о том, на что не хочешь услышать ответ. Итак, я распаковала твои вещи. Хотя я думаю, что тебе следует вернуться в Лос-Анджелес, я знаю, что ты не послушаешь. Итак, давай просто насладимся следующими несколькими днями, пока мы планируем день рождения Мии.

Я даже не могу говорить. Мама натянуто улыбается мне, прежде чем уходит в гостиную, вероятно, проверить, как там Франко.

Я иду в свою старую комнату и сажусь на кровать, обдумывая все, что я только что узнала. Я нахожусь в подвешенном состоянии. Ни один из моих так называемых домов не является моим домом. Дом, в котором я прожила всю свою жизнь, технически больше не является моим домом, и дом Марко никогда не будет чувствоваться как дом.

Франко причиняет боль моей семье, и я ничего не могу с этим поделать.