Текст книги "Безжалостный союз (ЛП)"

Автор книги: Айви Дэвис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13

– Нам нужно куда-нибудь сходить, – говорю я Марко на следующий день за завтраком. Когда он сел передо мной, это согрело мое сердце. По крайней мере, он пытается, даже если это происходит после смерти Камиллы.

– Нет, – последовал его немедленный ответ.

– Послушай. Мы не можем вечно отсиживаться в этом доме, ожидая, когда Виктор нанесет удар. Нам нужно продолжать жить своей жизнью.

– Нет.

Я вздыхаю, накалывая вилкой кусочек яичницы. – Камилла мертва. С нами тоже может случиться такое. Я не хочу умирать, зная, что у меня был шанс жить, а мой упрямый муж помешал мне сделать это.

Он пронзает меня взглядом. – Эмилия, нет. Это слишком рискованно. Я не знаю точно, в чем заключается план Виктора, кроме того, что он создает проблемы. Ты же не собираешься уходить только для того, чтобы он наложил на тебя лапы.

– Вот почему я предложила нам пойти куда-нибудь вместе. На свидание, – добавляю я, глядя в свою тарелку.

Я чувствую, что он все еще напряжен. – Свидание?

Я бросаю на него быстрый взгляд. Он хмурится, нехороший знак. – Неважно. Не беспокойся об этом.

Некоторое время мы едим в тишине, пока Марко не вздыхает. – Свидание?

– Да. Свидание. Мы женаты. Было бы здорово сходить на свидание со своим мужем.

– Все равно это слишком рискованно.

Я роняю вилку, и она со стуком падает на тарелку. – Марко, мне обязательно говорить, что я уйду из этого дома, если ты не пойдешь?

– Ты заставляешь меня встречаться с тобой?

– Если это то, что нужно. За все время, что я тебя знаю, ты почти не выходил из этого дома. Единственный раз был, когда ты приехал за мной в Нью-Йорк. Тебе было бы полезно почаще выходить на улицу.

– Мне не нужно больше никуда выходить. Я доволен своей жизнью.

– Неужели?

Он переводит взгляд на меня. – Эмилия, если я говорю, что доволен, значит, я доволен.

– Верно. Извини. Я просто... Ты часто кажешься грустным.

– Мне не грустно.

– Ну, мне грустно. Потеря Камиллы. Я скучаю по своей семье. Я боюсь, что Виктор может прийти за мной. Я застряла в этом доме. Я несчастна, Марко. И то, что ты говоришь мне смириться с этим, не изменит этого факта. Я не счастлива.

Марко смотрит на меня своими проницательными глазами. – Я этого не знал, – наконец отвечает он.

Я не напоминаю ему, что если бы он впустил меня, когда я только приехала, возможно, он знал бы больше о том, что я чувствую. Вместо этого я просто говорю: – Теперь ты знаешь.

Он несколько секунд ковыряется в своем омлете, прежде чем посмотреть на меня. – Ты действительно хочешь пойти на свидание?

– Да, хочу.

Он глубоко вздыхает, отодвигая тарелку. – Значит, это свидание. Вечером мы пойдем куда-нибудь поужинать. Я знаю одно милое мексиканское местечко.

– Звучит заманчиво. – Мое сердце бьется быстрее, а ладони вспотели. Успокойся, девочка, сохраняй спокойствие, напоминаю я себе. Марко делает усилие. Я не могу все испортить.

Остаток дня я расхаживаю по дому, слишком нетерпеливая, чтобы усидеть на месте. Когда, наконец, наступает вечер, я надеваю простое черное коктейльное платье и туфли на каблуках.

Марко ждет меня в фойе в повседневной темно-синей рубашке на пуговицах и брюках. Он выглядит таким красивым, что это почти причиняет боль. Его шрам просто придает характер его лицу, делая его более заметным.

Его взгляд скользит по моему телу, заставляя меня дрожать наилучшим из возможных способов. Он ничего не говорит, когда мы выходим из дома, но я могу сказать, что ему нравится, как я выгляжу. Это делает меня счастливее, чем, возможно, я должна чувствовать.

– Обычно я этого не делаю, – признается Марко по дороге в ресторан.

– Когда ты в последний раз появлялся на публике? Действительно на людях?

– Некоторое время. Я провожу большинство своих встреч дома. Иногда мне приходится встречаться с другими людьми, чтобы заключить сделки, как я сделал с твоим отцом, но обычно это происходит в одном из моих баров.

– Почему ты прячешься?

– Разве это не очевидно? – Он показывает на свое лицо.

– Нет. Это не так. У тебя нет причин стесняться того, как ты выглядишь.

– Это не... смущение.

– Тогда в чем же дело?

Его руки крепче сжимают руль. – Ничего особенного. Полагаю, плохие воспоминания. Просто так легче держать их при себе. Я не против пугать своих врагов, но мне не нравится пугать широкую публику тем, как я выгляжу.

Когда я накрываю его руку своей, Марко прерывисто дышит. – Ты меня не пугаешь. По крайней мере, теперь.

Он не отрывает глаз от дороги, но я чувствую, что мои слова доставляют ему удовольствие, по тому, как расслабляются его плечи.

Мы подходим к ресторану. Это высококлассное мексиканское заведение, где люди одеты в костюмы, а еда стоит непомерно дорого.

Официантка не может оторвать взгляда от лица Марко, пока ведет нас к нашему столику. Марко игнорирует ее. Она практически убегает, раздав нам меню.

– Здесь хорошее место. – Мои глаза расширяются при виде цен на еду. – И дорогое.

– Это лучшая мексиканская кухня в городе.

– Вот как? Ты часто здесь бываешь?

– Я часто ходил сюда, когда был моложе, и мне всегда здесь нравилось. Мой отец водил меня сюда, только мы вдвоем.

– Звучит заманчиво. А твоя мать? Ее не пускали в поездки для сближения с мужчинами?

Он пристально смотрит в меню. – Нет.

По его тону ясно, что он не хочет говорить о своей матери. Я отчаянно хочу узнать почему, но если я и узнала что-то о Марко, так это то, что он ненавидит, когда от него требуют ответов.

Мы заказываем еду и напитки. Официант, как и хозяйка, слишком долго смотрит Марко в лицо. Марко просто смотрит на мужчину сверху вниз. Официант сглатывает и говорит нам, что скоро вернется с нашей едой.

– Насколько это странно? Когда на тебя вот так пялятся?

– Я уже привык к этому.

– Тебе не больно?

– Я никогда этого не говорил. Но что я могу делать? Это мое лицо. Это часть меня. Поэтому, вместо того чтобы позволить этому стать моей слабостью, я использую это в своих интересах.

– Например, запугивать своих врагов.

Он одаривает меня мрачной усмешкой. – Именно.

Возвращается официант, только у него в руках нет тарелок. – Я прошу прощения, – говорит он тихим голосом, – но я вынужден попросить вас уйти.

Марко переводит взгляд своих темных глаз на официанта. Бедняга выглядит так, словно вот-вот описается. – По какой причине?

– Вы... э-э... ставите других клиентов в неудобное положение. Я получил жалобу.

– Повторяю, по какой причине?

Официант переводит взгляд с Марко на меня, но я в таком же замешательстве. – Вы слышали моего мужа. По какой причине?

– Послушайте, не могли бы вы, пожалуйста, просто уйти, не поднимая шума? Это значительно облегчило бы мою работу.

– Я платежеспособный клиент, как и любой другой, – говорит Марко. – Я останусь.

– Я принесу тебе готовую еду. Звучит аппетитно?

– Просто скажи это, – процедил Марко сквозь зубы. – Скажи, что это потому, что из-за моего шрама другие клиенты чувствуют себя неловко. Просто скажи это.

– Я... принесу вам еду в пакете с собой. – Официант убегает.

– Это дискриминация, – говорю я. – Они не могут выгнать тебя из-за того, как ты выглядишь. Кто жаловался? – Я оглядываю зал, пока не нахожу пожилую женщину и мужчину, уставившихся на наш столик. Внезапная волна гнева захлестывает меня, и я встаю и противостою паре. – Вы двое фанатиков, – говорю я.

Марко подходит ко мне. – Эмилия.

– Нет. – Я бросаю взгляд на пару, у которой, по крайней мере, хватает приличия выглядеть застенчивой. – Вы не можете попросить официанта заставить нас уйти, потому что вам не нравится, как выглядит мой муж. Вы двое ужасные люди, вы знаете это?

– Мы хотим спокойно поесть, – говорит мужчина постарше. – Вы ставите нас в неловкое положение.

– Просто уходи, – бормочет женщина.

– Нет, мы не уйдем. У нас есть право быть здесь, как и у вас.

– Эмилия. – Марко хватает меня за руку. – Давай просто уйдем.

– Нет. Это неуместно. Если бы это случилось с кем-нибудь из моей семьи, я бы сделала то же самое. – Я указываю пальцем на пару. – Вам двоим должно быть стыдно за себя.

К нам подбегает официант. – Какие-то проблемы?

– Да, – говорит женщина. – Эта дама сумасшедшая. Она кричит на нас. Заставь ее и, – она бросает на Марко взгляд, полный отвращения, – этого человека уйти.

– Вам пора идти. – Официант протягивает Марко пакет с продуктами. – Вот ваша еда. А теперь уходите.

– Это смешно, – бормочу я.

– Давай просто уйдем, Эмилия.

– Я ставлю этому месту оценку в одну звезду после того, как с нами обошлись. Просто чтобы вы знали. Мой муж – влиятельный человек. Тебе не следовало этого делать.

– Эмилия, – рычит Марко.

Бросив последний взгляд на официанта и пожилую пару, я, наконец, выхожу вслед за ним из ресторана.

Марко молча смотрит на меня, прежде чем качает головой. – Что это там было?

Я пожимаю плечами. – Иногда я становлюсь вспыльчивой.

– Я вижу. – Он делает паузу. – Ты имела в виду то, что сказала? Что ты сделала бы это для любого члена своей семьи?

– Конечно. Я привыкла заступаться за них. Я привыкла быть рядом с ними. Теперь ты и моя семья тоже, – добавляю я более мягко. – То, что произошло там, было неправильно.

– Я знаю. И я отправлю Лео разобраться с владельцем позже.

– Что ты хочешь этим сказать?

Марко не отвечает, и я понимаю, что на самом деле не хочу этого знать. В конце концов, Марко все еще босс мафии. Кто знает, до какой степени он дойдет в поисках справедливости.

– Ты там действительно была чем-то особенным, – наконец говорит он.

– Да?

– Да. – Легкая улыбка растягивает его губы. – Вообще-то, это было впечатляюще. Я и не знал, что ты на это способна.

– Теперь ты знаешь.

– Теперь знаю. – Его улыбка становится более печальной, когда он качает головой. – Пойдем домой. – Это первый раз, когда я начинаю понимать, что, возможно, особняк Марко все-таки может стать моим домом.

Когда мы приезжаем домой, Марко желает мне спокойной ночи. Мы оба колеблемся, как будто хотим что-то сказать. Я замечаю, что Марко смотрит на мои ноги, прежде чем он отводит взгляд. Интересно, каково было бы пригласить Марко присоединиться ко мне на ночь. Готова ли я вообще к этому? Хочет ли Марко меня такой?

– Ты? – начинаю я говорить прямо в тот момент, когда он говорит: – Итак, я...

Он жестом предлагает мне заговорить. – Ты первая.

– О. Я... Неважно. Давай ты.

– Я как раз собирался еще раз пожелать спокойной ночи. – Он делает шаг вперед и касается пальцами моей руки. – Спокойной ночи.

– И тебе.

Марко не двигается. Я тоже.

На мгновение мне кажется, что мы могли бы снова поцеловаться. Боже, я хотела сделать это снова уже несколько дней. Это было так страстно и всепоглощающе.

Вместо этого Марко делает шаг назад. – Спокойной ночи. – Он уходит, направляясь в свою комнату, которая находится на другой стороне дома от моей.

Я не останавливаю его и не иду за ним. Я просто позволяю ему уходить все дальше и дальше от меня, несмотря на то, как болит мое тело из-за него.

Лео появляется в доме на следующий день, проходя мимо и еще раз подмигивает мне. Я игнорирую его и сосредотачиваюсь на книге в своих руках. Интересно, Марко говорит ему, чтобы он пошел разбираться с владельцем ресторана.

Лео возвращается час спустя, останавливается рядом со мной. – Отлично выглядишь, Эмилия.

– Лео, оставь меня в покое. – Я переворачиваю страницу в своей книге.

– Помни, если тебе когда-нибудь понадобится мужчина, который поможет тебе хорошо провести время, я всегда доступен.

– Лео! – Голос Марко срывается.

Мы с Лео оба вздрагиваем, когда Марко входит в гостиную.

– Привет, босс. Что-то забыл?

Марко сердито смотрит на него. – Что ты только что сказал моей жене?

Лео сглатывает и отступает назад. – Ничего.

– Совершенно верно. Ничего. Потому что, если я когда-нибудь снова услышу, как ты отпускаешь неподобающие комментарии в адрес моей жены, ты пожалеешь об этом. Не имеет значения, что ты у меня номер два.

– Попался, босс. Больше такого не повторится. – Лео уходит, на этот раз даже не подмигнув мне. Я вздыхаю с облегчением.

Марко поворачивается ко мне. – Ты говорила мне раньше, что он флиртовал с тобой, а я этому не поверил. Я должен был тебе поверить.

– Благодарю тебя.

– Лео – хороший сотрудник, но он не самый лучший, когда дело касается женщин.

– Что ты имеешь ввиду?

– Он... – Марко чешет затылок. – Он склонен соблазнять женщин ради развлечения. Превращать это в игру. А потом, когда у него появляется женское сердце, он разбивает его.

Я захлопываю книгу. – Это ужасно.

– Я согласен. Но это не мешает его работе или моему бизнесу. Это его личная жизнь. Я ничего не могу с этим поделать.

– Но он причиняет боль женщинам!

– Не физически.

– Но эмоционально.

Марко вздыхает и кивает. – Да. Эмоционально. Но это не совсем преступление.

– Нет, это не так. Но это все равно делает его плохим человеком.

– Послушай, Эмилия, я не собираюсь спорить с тобой о Лео. Я знаю, что он может быть задницей, но он хороший работник. С этого момента он оставит тебя в покое, поверь мне. Тебе не нужно беспокоиться.

Я откидываюсь на спинку стула, не совсем удовлетворенная его ответом, но зная, что это лучший ответ, который я могу получить. – Хорошо. – Я делаю паузу. – Ты вышел из своего офиса. Почему?

– Я... хотел тебя увидеть, – признается он.

Мое сердце трепещет. – Правда?

– Да. А теперь, когда я тебя увидел, мне пора возвращаться к работе. – Он неловко поворачивается на каблуках.

– Марко, подожди. – Я встаю, когда он оглядывается. – Побудь со мной немного.

– И что мы будем делать?

Я пожимаю плечами. – Мы могли бы поговорить.

– Говорить. Конечно.

Я хихикаю. Марко такой милый, когда нервничает, чего я от него редко видела. – Или мы могли бы заняться чем-нибудь другим.

– Например?

– Например... – Мой взгляд останавливается на пластинке в углу комнаты. – Мы могли бы устроить танцевальную вечеринку.

– Танцевальная вечеринка, – заявляет он, глядя на меня так, словно у меня две головы.

– Конечно. Почему нет. Это то, что мы с моими братьями и сестрами делали бы постоянно. – Я подхожу к проигрывателю и начинаю просматривать альбомы. В основном заводной рок семидесятых.

– Ты и твои братья и сестры очень любите танцевать. Сначала под дождем, а теперь танцевальные вечеринки.

– Нам было весело, это точно. Мои родители хотели видеть нас счастливыми. И было легче следить за всеми нами, когда мы были в одной комнате, так что это были танцевальные вечеринки. – Я включаю пластинку, и звучит песня в высоком темпе. Я начинаю покачивать бедрами. – Это весело.

Взгляд Марко скользит по моим бедрам, прежде чем встретиться со мной взглядом. Я пытаюсь не покраснеть. – Весело, да?

– Да. Я знаю, ты не одобрял, что я танцую под дождем, но, может быть, ты одобришь, что я танцую внутри, где безопасно. – Я начинаю ерзать, намеренно выставляя себя глупой. Тихий смешок срывается с губ Марко. – Я слышала смех, мистер Алди?

Его улыбка исчезает. – Нет.

– Думаю, так и было. – Я подплываю к нему. – Давай. Присоединяйся ко мне. Тебе нужно научиться получать немного удовольствия в своей жизни. – Я хватаю его за руки и начинаю раскачиваться вместе с ним. Марко напряжен. – Расслабься. Давай.

Марко вздыхает и, наконец, присоединяется ко мне в танце. Сначала он сдерживается, не двигается с места. Но когда зазвучала следующая песня – еще более заводная, с хорошим битом, – Марко начал расслабляться.

Мы кружимся по комнате, держась за руки, смеясь вместе. Видеть улыбку Марко – главное событие моего дня, даже недели. Мы так сильно смеемся, что в конце концов падаем обратно на диван, пытаясь отдышаться.

– Это было весело, – признается он.

– Я же тебе говорила.

Заиграла следующая песня, медленная и страстная. Марко протягивает мне руку. – Не хочешь еще потанцевать?

– С удовольствием.

Марко держит мою руку в своей, пока я кладу другую руку ему на плечо. Другая его рука ложится мне на поясницу, когда он притягивает меня ближе. Я чувствую запах его мускуса, который заставляет меня краснеть, а от его прикосновений по моей коже пробегают электрические разряды.

Мы раскачиваемся вместе, наши тела соприкасаются.

Я кладу голову ему на грудь. – Я слышу биение твоего сердца.

Через мгновение он кладет подбородок мне на макушку. Мы прижимаемся друг к другу, позволяя страстной песне окутать нас. Я поднимаю взгляд на Марко и вижу его темный взгляд, устремленный на меня. Он наполнен... похотью.

Мои губы приоткрываются, когда я тяжело сглатываю. Глаза Марко опускаются к моим губам, прежде чем он снова встречается со мной взглядом. Мы одновременно тянемся друг к другу.

Наш поцелуй жесткий и всепоглощающий. Язык Марко касается моего, и я шире приоткрываю губы. Тихий стон вырывается у меня, когда Марко притягивает меня ближе к себе. Я обвиваю руками его шею. От ощущения его прикосновений у меня перехватывает дыхание.

Я ахаю, когда Марко поднимает меня на руки. Мои ноги инстинктивно обвиваются вокруг его талии. Я никогда раньше не была так близко к другому человеку. Это опьяняет.

Марко сажает меня на подлокотник дивана, продолжая крепко целовать. Мои руки обхватывают его затылок, а его пальцы запутались в моих волосах.

Когда моя рука касается его шрама, он на мгновение напрягается, но не отстраняется.

– Все в порядке, – шепчу я ему в губы.

Марко издает низкое рычание, целуя меня сильнее. Он крепко прижимается своими бедрами к моим, и я шире раздвигаю ноги. Я не знаю, что на меня нашло, но эта страсть такая всепоглощающая, она полностью захватывает меня.

Марко прижимается своим телом к моему. Ощущение прохлады его брюк на внутренней стороне моих бедер почти заставляет меня упасть в обморок. Каждое движение его бедер касается того места наслаждения у меня между ног. Это то, что я пробовала раньше, но моя рука не может сравниться с этим. Даже через ткань моего платья и нижнего белья ощущение сильное.

Я сильнее сжимаю шею Марко сзади, когда моя голова откидывается назад. Он целует мою шею, отчего по коже бегут мурашки. Он продолжает воздействовать на нужную точку, посылая наслаждение по всему моему телу. Я знаю чувство, растущее внутри меня – оргазм. Раньше я чувствовала это только от своего собственного прикосновения, и это было ничто по сравнению с этим.

Я подбираюсь все ближе и ближе.

– Марко, – шепчу я, утыкаясь головой в его шею.

Внезапно Марко отшатывается от меня. Я ахаю, почти падая обратно на диван. – Что случилось? – Спрашиваю я, пытаясь отдышаться. Я не достигла оргазма, хотя была так близка.

Марко пристально смотрит на меня, прежде чем повернуться и выйти из комнаты. Все мое тело болит и оживает. Я не знаю, в чем проблема Марко, но я знаю, что я не удовлетворена, и я имею в виду не только физически.

Марко не имеет права так играть со мной. Я заслуживаю объяснения его настроений.

Итак, я встаю на дрожащие ноги и следую за ним.

With love, Mafia World

Глава 14

Я чувствую Эмилию прямо у себя за спиной. – Марко, – зовет она. – Остановись. Зачем ты это делаешь?

Я поворачиваюсь к ней лицом. – Я не могу этого сделать.

Выражение боли, промелькнувшее на ее лице, вызывает у меня чувство вины. – Не можешь сделать что? Нас? Наш брак? Что?

– Это. – Я машу рукой между нами. – Ты и я. Я не могу этого сделать.

– Ты... ты просишь развода?

– Нет. – Я вижу облегчение на ее лице. – Мы все равно будем женаты. Но я не могу сделать это с тобой.

– Что делать? – Она упирает руки в бедра, глядя на меня сверху вниз. Она храбрая, надо отдать ей должное. Это просто вызывает у меня желание схватить ее в свои объятия и сделать своей навсегда.

– Я не могу трахнуть тебя, – рычу я, зная, что это причинит ей боль.

Она вздрагивает. – Я никогда не просила тебя об этом.

– То, что мы сделали там, больше не должно повториться. – Я отворачиваюсь.

– Я заслуживаю объяснения. Почему этого не может произойти? Почему у нас не может быть брака, как у нормальной пары?

– Потому что я не могу любить тебя! – Кричу я, разворачиваясь. – Я не могу любить тебя, Эмилия, – добавляю я более мягким тоном. – Я просто не могу.

– Почему нет?

Я стону. – Почему у тебя столько вопросов? Я просто не могу. Оставь все как есть.

– Ты что-то скрываешь от меня, и я заслуживаю знать, что именно.

Я подхожу прямо к ней, так что между нами едва остается расстояние. Она не отступает. – Ты заслуживаешь, да? Что заставляет тебя так думать? Потому что мы женаты? Я женился на тебе, чтобы получить власть, а не потому, что люблю тебя. Ты ничего от меня не заслуживаешь.

– Ты говоришь это только для того, чтобы причинить мне боль, – шепчет она.

– Нет. Я говорю это, потому что это правда. Я не люблю тебя, Эмилия. И никогда не буду.

Она пристально смотрит на меня, ее глаза наполняются слезами, но она сдерживает их. – Почему ты не можешь просто впустить меня?

– Я уже сталкивался с разбитым сердцем раньше, – признаюсь я, прежде чем успеваю себя остановить. – Я не собираюсь проходить через это снова.

– Кто разбил твое сердце? Кто она?

Я моргаю. Образ моей матери вспыхивает в моем сознании, говоря, что меня никогда не смогут полюбить. – Никто.

– Кем она была?

– Никем. А теперь прекрати задавать мне столько чертовых вопросов. – Я ухожу, и на этот раз Эмилия не следует за мной.

– Ты всегда будешь один, если продолжишь отталкивать меня. – Я слышу, как у нее вырывается короткий всхлип, но я не оборачиваюсь, хотя все внутри меня, кажется, разрывается пополам.

Я захлопываю за собой дверь кабинета и прислоняюсь к столу, тяжело дыша.

Я солгал Эмилии. Она действительно заслуживает знать правду. Она такой хороший человек, с ее любовью к своей семье и светом, который от нее исходит. Я просто озлобленный человек, застрявший в особняке в полном одиночестве. Правда в том, что я не заслуживаю ее.

Я не знаю, как открыться ей так, чтобы она не причинила мне боль.

Просто легче оттолкнуть ее, когда всего становится слишком много.

Мой взгляд останавливается на зеркале в другом конце комнаты. Я никогда раньше не видел себя таким уродливым. С рычанием я пересекаю комнату и бью кулаком по стеклу. Появляется трещина, отчего я выгляжу еще хуже. Думаю, это уместно.

На костяшках моих пальцев появляется кровь. Я приветствую боль как напоминание о том, кто я есть на самом деле.

Страшный. Уродливый. Монстр.

На следующий день я закрываюсь в своем офисе, терзаясь отвращением к самому себе. Все во мне хочет пойти к Эмилии и объяснить ей, почему я такой, какой есть. Я хочу видеть ее улыбку, от которой у нее появляются морщинки под глазами и согревается мое сердце. Она так редко улыбается. Я знаю, это из-за меня. Это я делаю ее несчастной.

Я хочу услышать ее смех. Увидеть, как она танцует. Услышать, как она рассказывает о своей семье. Я хочу знать, каково это – по-настоящему любить свою семью.

Но я не иду к ней.

Вместо этого я сосредотачиваюсь на работе. У меня прибывает партия оружия, за которой мне нужно следить. У меня есть дело, которое мне нужно проверить, чтобы убедиться, что они выплатили мне деньги, которые они мне должны.

И мне нужно подумать о Викторе. До сих пор он не предпринял ни единого шага с тех пор, как убил Камиллу, но я знаю, что он ждет, выжидая своего часа, что заставляет меня волноваться больше, чем когда-либо.

Думая о Камилле, я вспоминаю кое-что, что мне нужно сделать.

Я звоню Джону, мужу Камиллы.

– Мистер Алди? – Его голос дрожит.

– Джон, я… я хотел спросить тебя кое о чем. – Слова Эмилии нашли отклик во мне, когда она сказала, что у меня есть ответственность перед Камиллой. – Я хотел спросить, ты не будешь против, если я... запланирую похороны Камиллы.

Он судорожно втягивает воздух. – Ты... ты бы сделал это?

– Конечно, – говорю я, откашливаясь. – Камилла работала на меня много лет. Она заслуживает хороших похорон. Бюджета нет. Все, что она захочет. Это меньшее, что я могу сделать. – Поскольку она умерла из-за меня. Впрочем, Джону не обязательно знать подробности.

– С-спасибо. Это бы очень помогло. Я просто... не могу планировать это прямо сейчас. Без нее каждый день как настоящая борьба.

Ее безжизненная голова мелькает в моем сознании, и я отгоняю этот образ. – Итак, пришли мне по электронной почте детали похорон. Все, что Камилла хотела бы видеть на своих похоронах. Я начну работать над этим.

– Спасибо тебе. Большое.

– Береги себя. Я... серьезно.

Повесив трубку, Джон отправляет мне по электронной почте список вещей, которые Камилла хотела бы видеть на своих похоронах. Одна из этих вещей – гроб. Проще всего было бы заказать его онлайн и попросить Лео заняться приготовлениями, но на этот раз все это кажется неправильным.

Правильнее всего было бы лично пойти в похоронное бюро и выбрать то, что хотела Камилла.

Я заставляю себя покинуть свой офис и по дороге в гараж резко останавливаюсь, когда натыкаюсь на Эмилию, которая выходит из кухни. Мы замираем, уставившись друг на друга.

Я хочу рассказать ей все. Я хочу заключить ее в объятия и целовать так, словно могу умереть без нее. Я хочу, чтобы она знала, что она привнесла в мою жизнь легкость, без которой, я не думаю, что смогу жить сейчас.

Но вместо этого я продолжаю молчать.

Эмилия натянуто улыбается мне. – Марко.

– Эмилия.

– Я просто... – Она указывает мне за спину.

– Хорошо. – Я отхожу с ее пути, и она проходит мимо. – Я иду выбирать гроб. – Она останавливается, но не оборачивается. – На похороны Камиллы. Я планирую их.

– Это хорошо. Это действительно хорошо, Марко. – Она не оборачивается, а потом уходит навсегда.

Если бы я только мог просто последовать за ней...

Вместо этого я направляюсь в гараж.

Похоронное бюро "Лиланд и сыновья" находится на углу оживленной улицы. Чтобы добраться до него, мне приходится выходить на улицу средь бела дня. Люди смотрят на меня и быстро отводят взгляд. Пусть видят, какой я монстр. Мне теперь наплевать.

Внутри здания пахнет плесенью, как будто его годами не убирали.

Джо Лиланд приветствует меня рукопожатием. Его взгляд скользит по моему шраму, но он не показывает, насколько напуган. Он каждый день имеет дело со смертью. У нас это общее.

Гроб, который Джон хотел, чтобы я выбрал, темно-красного дерева, почти красного цвета. В своем электронном письме он написал, что любимый цвет Камиллы – красный. Я никогда этого не знал.

– Это великолепно, – говорит мне Лиланд, когда мы обсуждаем цену. – Это обеспечит вашему любимому человеку удобное место для отдыха. Это около десяти тысяч.

– Хорошо. Я возьму. – Его глаза слегка расширяются, как будто он удивлен, что я не возражаю против диапазона цен. Деньги для меня не имеют значения. Не тогда, когда у меня их тонна.

– Я оформлю документы. И где вы будете проводить похороны?

– В церкви. Это то, чего бы она хотела.

– Хорошо. Я прослежу, чтобы все было доставлено и готово к отправке в тот же день. Я сейчас вернусь. – Он похлопывает меня по руке, прежде чем выйти из комнаты.

Я смотрю на ряды гробов, расставленных передо мной. Я никогда особо не задумывался о том, в чем меня похоронят. При моей работе есть большая вероятность, что я просто буду похоронен в безымянной могиле в земле, убитый самим Виктором.

Если Виктор придет за Эмилией, я не знаю, что я сделаю. Я не могу потерять то немногое, что она принесла мне. Частичка моего сердца уже болит при этой мысли.

Лиланд возвращается, и мы завершаем разработку планов.

– Я сожалею о вашей потере, – говорит он мне перед моим уходом.

– Она была просто моей сотрудницей, – говорю я инстинктивно. У Лиланда от шока отвисает челюсть. Я прочищаю горло. – Нам будет ее не хватать. – Это, кажется, успокаивает Лиланда, и он кивает, открывая мне дверь.

Солнце яркое после темного похоронного бюро, поэтому мне требуется мгновение, чтобы узнать лицо передо мной.

Темные волосы, глаза черные, как полночь, и ухмылка, говорящая об опасных вещах.

Виктор.

Я замираю. – Какого хрена ты здесь делаешь?

Он один, прислонился к машине. – Просто хотел проведать тебя.

– Ты должен был быть в Нью-Йорке.

– Ну, вот и я. – Он переводит взгляд на похоронное бюро позади меня. – Кто-то умер?

Вспышка гнева охватывает меня, и я хватаю Виктора за рубашку, притягивая к себе. Он даже не сопротивляется. – Ты чертовски хорошо знаешь, кто умер. Ты обезглавил мою экономку.

Виктор хихикает. – О, да. Я сделал это, да? Я схватил ее, когда она возвращалась домой после рабочего дня у тебя. Ее было так легко поймать. Такая хрупкая. Она даже не понимала, что с ней происходит, пока я не отрубил ей голову.

– Ты больной человек, – рычу я, сжимая кулаки под его рубашкой.

– Я и не знал, что ты так заботишься о своей экономке. Если это та реакция, которую я получаю, интересно, что произойдет, когда я отправлюсь за твоей женой?

– Держись подальше от моей жены.

– Она хорошенькая малышка. Я почти хотел ее для себя, когда мы с ней встретились в Нью-Йорке. Но я ее не взял. Я подумал, что она будет гораздо лучше смотреться в качестве головы на моем кофейном столике.

Я запихиваю его в машину, и Виктор что-то ворчит. Пешеходы на улице смотрят в нашу сторону, но не встревают. – Ты играешь с огнем, – говорю я ему. – Ты просто просишь меня убить тебя.

– Но ты человек, который не любит убивать, насколько я помню. Итак, это один из твоих недостатков. Я? Я не боюсь убить кого-либо на своем пути, чтобы получить то, что хочу.

– И чего же ты хочешь?

– Власть. – Губы Виктора кривятся в усмешке. – Я хочу то, что есть у тебя. Я хочу то, что есть у Моретти. Я хочу быть королем города. Единственный способ сделать это – объединиться с тобой... или убить тебя. Я подумал, что первое было бы проще, но теперь я передумал. Я думаю, что просто убью тебя, покончу со всем этим и заберу твой город себе.

– Ты больше не приблизишься ко мне. Не сейчас, когда я знаю, что ты в Лос-Анджелесе. Ты только что испортил элемент неожиданности.

– Это сделал я?

Я толкаю Виктора на землю. – Держись от меня подальше, если знаешь, что для тебя лучше. – Я ухожу, не оглядываясь. Все на улице обходят меня стороной. Хорошо. Вот как мне это нравится.

Виктор не следует за мной, но это не значит, что он закончил. Я знаю, что он уже строит планы, чтобы выяснить, что сработает в его интересах. Мне нужно быть начеку.

Когда я прихожу домой, я нигде не вижу Эмилию. Я испытываю одновременно облегчение и разочарование. Затем я вспоминаю не такую уж тонкую угрозу Виктора убить Эмилию и врываюсь в свой кабинет, чтобы проверить монитор и увидеть, где она. Ее нет ни в гостиной, ни на кухне, ни в гараже, ни в какой другой части дома, которую я могу видеть.

Я проверяю ее комнату, но и там ее нет. Мое сердце начинает биться быстрее, когда я выхожу на улицу, чтобы проверить задний двор. Сад предстает передо мной во всей своей естественной красоте. Несмотря на его величие, у меня о нем остались только плохие воспоминания.

Всплеск воды слева от меня заставляет меня обернуться. Бассейн, который простирается от левой стороны дома до дальнего края сада, занят. Эмилия в нем плавает.