Текст книги "Девочка авторитета (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

Соавторы: Джулия Ромуш
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 61

Его губы горячие. Язык напористый. А я слишком мокрая, чтобы думать о чём-то другом как о том, чтобы он меня взял.

Каждый из нас сейчас нуждается в разрядке. Каждому это необходимо.

Вокруг нас всё накаляется.

Камиль прижимает меня крепко. Дыхание перехватывает, но я не могу и не хочу вырываться.

Его ревность, его ярость – это какой новый уровень возбуждения. Яркий. Опасный. Взрывной.

Его рука скользит вниз по моей спине, оставляя на коже горячие следы. Пальцы крепко сжимают платье. Он тянет вверх, я лишь поднимаю руки, чтобы он мог его с меня стащить.

– От тебя все тормоза сносит, – рычит в мои губы, его голос низкий, хриплый, и я чувствую, как вибрация от этих слов отдаётся внизу живота.

Я не отвечаю. Не могу. Моё сердце колотится так быстро, что, кажется, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди.

Я оказываюсь на его коленях. В одном нижнем белье.

Его пальцы сжимают мои бёдра, оставляя на коже красные следы. Я дрожу, но не от страха, а от того, что всё происходящее накрывает так сильно, что страшно быть должно.

– Моя. Ничья больше, – рычит, его губы уже у моего уха, дыхание обжигает кожу, а руки скользят ниже, заставляя меня содрогаться от сильнейшего прилива желания.

– Только твоя, – выдыхаю. Знаю, что сама его подталкиваю. Завожу. Клему дёргаю.

Я чувствую, как внизу живота всё сжимается, как каждый мускул моего тела напрягается в ожидании.

Камиль резко притягивает меня к себе. Его губы прижимаются к моим так жадно, так властно, что из груди только хрип вырывается.

Он отводит пальцами в сторону трусики. Прикасается к клитору. Надавливает. И моя влага льётся на его пальцы.

– Малая, у тебя там потоп, – шепчет он мне на ухо, его голос глухой, низкий.

Камиль не даёт мне шанса подумать или ответить. Его член прижимается к лону.

В голове нет совершенно ничего. Никто из нас даже не вспоминает про защиту.

Он толкается в меня грубыми, резкими движениями, и каждый его толчок – это хриплый стон из моего горла.

Я сжимаюсь, мои пальцы впиваются в его плечи, ногти царапают кожу. Воздух в машине раскаляется. А мы продолжаем двигаться в такт этой дикости, которая нас обоих захлестнула.

Каждый его толчок – это новый взрыв внутри меня.

Я не знаю, что так сильно на меня действует. То, что мы оба чертовски возбуждены. То, что я как будто с ума сошла. Или то, что это всё со мной происходит от его признания.

Я не сдерживаюсь. Просто не получается. Не могу подавить стоны, которые вырываются из моего горла.

Внутри всё дрожит, сердце колотится как сумасшедшее.

Я ощущаю каждый его толчок, каждое движение, и всё, что я могу делать, – это отдаваться этому безумию.

– Камиль... – хриплю. Кусаюсь, целую его. Громко хриплю.

Он впивается губами в мою шею. Его дыхание горячее, прерывистое.

Дикий больше не сдерживается, его движения становятся всё быстрее, всё жёстче. Чувствуя, как нас разрывает на части.

Я впечатана в его тело. Вся горю, внутри всё сжимается, я уже на грани....

– Только твоя, – хриплю ему на ухо.

Жадно отвечаю на его поцелуй.

Напряжение нарастает, нервы натянуты до предела, и я чувствую, как всё внутри меня вспыхивает.

Его руки ещё сильнее сжимают мои бёдра, его толчки становятся всё глубже и сильнее. Я на грани потери сознания.

Всё это безумие, вся эта дикость... Я чувствую, как внутри меня всё взрывается, и тело охватывает жаркая волна, заставляя содрогаться от неконтролируемых спазмов.

Камиль замедляется, его дыхание тяжёлое, но он не останавливается, просто входит в меня медленно. Пока я продолжаю сокращаться на его члене и хрипеть его имя.

Мои ноги дрожат, дыхание сбивается к чертям.

Он входит в меня ещё несколько раз. Сам мною управляет. Его член становится больше. Он готов кончить.

Камиль поднимает меня за бёдра, отрывая от себя, и я чувствую, как его выходит.

А после... Его горячая сперма обжигает складки. Он кончает не в меня. На меня. Но....

«Какие идиоты забыли про презервативы. Ой, а кто же это?!»

Внутренний голос буквально сочится сарказмом. Но я не в том состоянии, чтобы сейчас всё воспринимать адекватно. Перед глазами всё кружится. Дикий буквально выбил из меня все силы.

Глава 62

Я в питомнике. Снова.

А ещё.... Я счастлива. Неприлично. Беззаботно счастлива, и это, конечно, из-за Дикого.

«А мы-то уж подумали ты клад отрыла»

Бурчит внутренний голос. Он в последнее время стал слишком нервный. Всё мне глупости какие-то шепчет. Но я его не слушаю.

Хлопнув в ладоши, я иду к своему хвостатому приятелю.

Кажется, даже собаки чувствуют, что я счастливая. Потому что мой парень по кличке Буч (всё-таки какое ещё имя можно дать овчарке с серьёзной мордой?) улыбается, высунув язык. Виляет хвостом, как только я подхожу ближе.

Сегодня у нас основательная тренировка. Команды, выдержка – всё как положено. И я настроена плодотворно поработать.

Так как с внутренни голосом мы немного не в ладах, я начинаю разговаривать с собакой.

Между прочим Буч очень внимательно меня всегда слушает. Он уже про Дикого немало знает и хранит это всё в секрете.

«Тебе скоро счёт от его психолога придёт»

И плевать, что Дикий мне в любви так и не признался. Зато я знаю, я чувствую. И я сама... Я его люблю. Теперь я это точно знаю.

– Ну, Буч, – улыбаюсь и почёсываю малыша за ухом, – как думаешь, поступки важнее слов? Вот, скажем, если человек не признаётся в любви, но его поступки говорят о многом. Я вот тебе еду приношу, да? Значит, я тебя люблю, правильно?

Собакин, словно поняв, что может остаться без еды, поворачивает ко мне морду, высовывает язык и улыбается ещё шире.

Начинаю громко смеяться. Я даже заниматься нормально не могу, все мысли о Диком.

«Ага, и эта туповатая улыбка на лице бесит»

Вот я, как пойду к психологу. Как проработаю все свои травмы. И как лишу голоса кое-кого!

«Боюсь-боюсь»

Злиться долго не получается. Потому что я и правда как будто в облаках витаю. Всё вспоминаю. В голове прокручиваю. Каждое его прикосновение, каждый взгляд.

Поступки действительно всё решают. Я улыбаюсь сама себе, приподнимаю подбородок и веду Буча по кругу.

– Хороший мальчик, молодец. Вот так.

Настроение немного хуже становится, потому что я вижу двух клуш. Мимо нас с Бучем проходят Полина и Глаша, две подружки, которые тоже здесь работают.

Они о чём-то перешёптываются и то и дело косятся на меня, при этом у одной из них – у Глаши – на лице такая презрительная ухмылка, что я даже спотыкаюсь.

Она фыркает, как будто только и ждала, когда я навернусь.

Я сильнее зубы стискиваю. Нет, не то чтобы мы с ними дружили. Нет. Но до этого они меня просто не замечали. А вот сегодня... Что-то изменилось. Что-то не так.

– Буч, апорт!

Кидаю палку в сторону клуш, они с визгом бегут вперёд.

Я же ойкаю и делаю вид, что их не заметила.

Они мне просто завидуют.

Глаша сегодня пришла позже обычного и видела, как я Диким у ворот целуюсь.

Она ещё тогда меня при входе в вольеры толкнула локтем, но я думала, что она случайно.

А теперь понимаю, что фигня какая-то происходит.

А Глаша, между прочим, замужем. Куда ей завидовать? Пускай со своей жизнью разбирается.

– Они просто не знают, что такое настоящее счастье, правда, Буч? – треплю малыша по голове, а он снова заглядывает мне в глаза и улыбается по-собачьи, словно соглашаясь.

Когда я захожу на кухню, чтобы налить себе горячего чая, всё становится только хуже.

Девчонки, которые были на кухне переглядываются, снова этот шепоток. А после... Они демонстративно начинают уходить.

Те, кто остаётся, бросают на меня такие взгляды, что по спине пробегает холодок.

Что за….

Ставлю чашку на стол, делаю глубокий вдох и замечаю Нику, которая как раз заваривает себе чай на другом конце стола.

Подхожу к ней ближе.

– Ник, что происходит? Такое ощущение, что я вдруг стала врагом народа.

Шепчу, у нас с Никой завязались неплохие отношения. Так что я не думаю, что она будет как другие.

Девушка встречается со мной взглядом, но, как только слышит мой вопрос, опускает глаза и начинает нервно прикусывать губу. Оглядывается по сторонам, словно проверяя, не подслушивает ли кто. Я начинаю волноваться ещё сильнее. Какого хрена происходит?!

– Алис, а… – она хрипит, потом снова продолжает, – тебя же сюда привозит Демидов, да?

От её вопроса у меня внутри всё сжимается. Я киваю, стараясь держаться как можно спокойнее, но это с трудом даётся.

– И вы.… вместе? – внутри всё сильнее закипать начинает.

Я напрягаюсь ещё сильнее, грудную клетку сдавливает. Что вообще здесь происходит?

– Ника, ты скажешь мне, что случилось?!

– Я лучше покажу...

И в следующую секунду достаёт из кармана телефон.

Глава 63

Я стою как вкопанная, когда Ника поднимает на меня извиняющийся взгляд и медлит.

Мне это ни черта не нравится. Совсем. Дышать трубно становится. Сердце сжимается от дурного предчувствия.

– Алис, мне очень жаль, правда, – её голос звучит тихо. – Просто девочек…. их можно понять. У нас тут всё… ну, семейные, а тут такое дело….

Какое к чёрту дело?! Она издевается надо мной, да?! Что она несёт?!

Нервы ни к чёрту. Сжимаю пальцы в кулаки, потому что они подрагивать начинают.

– Ника, покажи! Что там?! – мой голос дрожит, и мне уже всё равно, что я, кажется, практически кричу.

Она поджимает губы и медленно протягивает мне телефон.

Я вдох глубокий делаю. Знаю заранее, что мне не понравится всё, что я там увижу.

«Порадовалась? Попрыгала от счастья?»

Внутренний голос придушить хочется. Он только хуже делает.

На экране открыто новостное видео. Девушка с улыбкой на лице говорит что-то бодрое и весёлое, но я как будто через эхо её слышу.

– Сегодня грандиозное событие! Дочь мэра города Агата выходит замуж. Официальное предложение о помолвке с бизнесменом Камилем Демидом было сделано ещё год назад. Девушка не спешила соглашаться. Обдумывала всё. Жених терпеливо ждал её решения. И вот сегодня... Она наконец-то сказала жениху долгожданное: "Я согласна".

Меня накрывает, как будто в ледяную воду окунают. Воздух хватаю губами, а не получается. Его просто нет. Лёгкие обжигает, они сжимаются. Я задыхаюсь. Сердце колотится, грудь сдавливает так, что я еле на ногах удерживаюсь.

– Какое предложение? – шепчу, но мой голос едва слышен, я задыхаюсь.

– Итак, друзья, взглянем на эту прекрасную пару. Как стало известно, жених у нас очень терпеливый мужчина. Но такую, как Агата, можно ждать и всю жизнь. У нас есть возможность увидеть молодожёнов. Ну посмотрите, какие птенчики

Бред. Ну сколько Камилей в этом городе? Много! Конечно! Просто чёртово совпадение. Иначе и быть не может. Он бы мне сказал. Сказал...

«Ага. Камилей Демидовых до черта. ЦУ нас целый завод имеет по их размножению.»

Сквозь пелену оцепенения я вижу, как на экране появляется Камиль.

И в горле немой крик застывает. Горло спазмом сдавливает. Я сжимаю пальцами телефон до треска. Нет.

Это… это всё какая-то ошибка? Мой Камиль?

Всё становится размытым, звуки приглушёнными, а руки предательски дрожат. Телефон едва не выпадает на пол.

На экране он. Камиль. Мой Камиль, рядом с ним молодая красивая девушка с идеальной укладкой и улыбкой, от которой подташнивает.

«Чудесная пара», – говорит девушка, и меня пронзает дрожь.

Чудесная пара? Он и она? Камиль и… Агата?

Дыхание срывается на судорожный вдох.

Моё сердце сжимается в комок, глаза щипать начинает.

«Невеста?»

Нет, этого не может быть. Просто не может.

– Ника… – выдыхаю я так тихо, что почти себя не слышу.

Но она слышит. Ника опускает глаза, тяжело вздыхает, как будто ей и правда жаль, но ей нечего ответить.

На экране появляется Агата. Она стоит рядом с моим Камилем. Её пальцы легко и беззаботно касаются его руки, и он не отстраняется. Даже, наоборот – смотрит на неё... Улыбается...

Меня тошнить начинает.

Он её не отталкивает. Ему… не противно.

Какой-то сдавленный стон вырывается у меня из груди.

Каждое его движение словно режет по живому, каждое малейшее прикосновение её пальцев к его запястью – как ножом по сердцу.

А эта Агата? Она его не отпускает. Стоит, как принцесса, и всем своим видом показывает, что этот мужчина принадлежит ей.

Она улыбается так, будто уверена в себе на сто процентов. Будто знает, что он ей принадлежит.

– Нет, – вырывается у меня сдавленный возглас. Я не могу поверить в то, что вижу.

«Какого чёрта? Какого вообще хрена?»

– Алис, я не хотела тебе это показывать, правда, – шепчет Ника, отступая на шаг. На её лице жалость... Она мне сочувствует. Но мне от этого только хуже. – Я понимаю, почему девочки… они просто… ну, ты сама видишь.

Она кусает губу, будто понимает, что сейчас меня добьёт.

– Ника, – мне трудно говорить, но мне нужно знать. – Ты знала?

Она качает головой.

– Я только сегодня об этом услышала. Девочки… ну, ты же видела, как они себя ведут. Прости, я думала, ты знаешь. Я думала… – Она замолкает, видит, как мои руки дрожат.

Я не знаю, что ответить.

Год. Он сделал год назад предложение. А пока... Пока он просто развлекался? Со мной? Пока она не дала отмашку бежать к ней?

– Боже.… – это единственное, что я могу произнести, глядя на экран. Мои ноги подкашиваются, а пальцы слабеют.

Я хватаюсь за край стола, пытаясь удержаться. Не упасть.

На экране тем временем продолжается «счастливая» хроника. Камиль и Агата, эта чудесная пара, что б их, что-то говорят девушке. Но я уже не слышу слов. Всё как в тумане.

Кажется, я видела её раньше. Эту Агату. Слишком знакомое лицо. Мельком на каком-то светском фото. Может, она приезжала к нам на открытие чего-то.

Неважно. Теперь я вижу главное: её ухмылку, её ласковые прикосновения, как будто давая понять всем, что этот мужчина принадлежит только ей.

Меня всю трясёт. Я разворачиваюсь. Впиваюсь в Нику взглядом.

– Ты знаешь, где это всё происходит?

Ника бледнеет, глаза бегают из стороны в сторону. Знает.

– Алис, я....

– Скажи мне адрес. Я не могу не поздравить. Такое событие. Я обязана лично сказать, как рада за него.

Глава 64

Мне негде спрятаться от собственных чувств. Ядовитых, сильных, пронзающий каждую нервную клетку.

Я прикрываю глаза, а под веками застывшие картинки. Камиль, с ней. С другой. Чуть улыбается, позволяет себя касаться.

На меня до сих пор через раз рычит. Не любит такого.

«Невесте же можно».

Горько усмехается внутренний голос, но тоже едва не воет от боли. Внутри пусто и больно.

Словно Камиль своим предательством вырвал из груди кусок. Сердца, души, веры….

Оставил с зияющей пульсирующей пустотой. И предсмертной агонией, от которой не спастись.

Я ощущаю себя так, словно по мне каток проехался. Бульдозер, превращающий в фарш.

Я дрожу без остановки. У меня буквально судороги по всему телу, сухие спазмы. Закрываю рот руками, лишь бы не разрыдаться.

Он обещал! Обещал мне, что я буду единственной. Мы договорились. Он слово дал. А сам….

«Ну, ты и была единственной. От той швабры он согласия ждал, а мы рядышком были».

– Девушка, вы в порядке? – таксист обеспокоенно смотрит на меня через зеркало заднего вида. – У вас что-то случилось?

– Нет.

Да. Просто мужчина, которого я полюбила, оказался козлом обыкновенным. Редкостным лживым мудаком!

Не он единственный. Другие девушки как-то переживали это. А у меня ощущение, что я отравлена. Умираю медленно, без шансов на спасение.

Под кожей зудит. Словно свинец растекается по венам, жжёт невыносимо.

Почему? Почему он так со мной поступил? За что?

Я ведь его л….

– Остановите!

Я вскрикиваю, чувствуя, как внутренности сдавливает. От одной мысли, что я действительно полюбила этого монстра, меня тошнит.

Никогда не думала, что может быть так плохо не из-за испорченного плова, а от чувств. Они настолько сильные, что я физически болеть начинаю.

Таксист сворачивает к обочине. Я только успеваю распахнуть дверцу и вывалиться на улицу, как меня тут же выворачивает наизнанку.

Я падаю на сырую землю, она обжигает холодом. Руки вязнуть в грязи, пока меня сотрясает.

Желудок пустой, но спазмы не проходят. Становятся только сильнее, пока я не начинаю всхлипывать.

– Девушка.

Таксист оказывается рядом. Я запрокидываю голову, ожидая осуждения или злости.

Но вместо этого седовласый мужчина протягивает мне бутылку воды и пачку салфеток.

«Даже этот дяденька добрее Камиля. Может, переключимся? Седина ему идёт»

– Спасибо.

Я кое-как поднимаюсь на подгибающихся ногах. Полоскаю рот водой, после жадно пью.

Меня продолжает трясти, но уже не так интенсивно. Словно от яда избавилась-таки.

«Новаторская техника. Избавься от разбитого сердца, выплюнув желудок».

Отмахиваюсь. Мне действительного немного легче. Кожу продолжает стягивать от жара, но в целом я не собираюсь умирать.

– Спасибо, – повторяю я ещё раз. – У вас отличный сервис.

– А, не совсем, – таксист улыбается. – У меня жена беременная, вот вожу экспресс-набор. Её так же выворачивает во время первого триместра.

«О, класс! А давай ещё залетим, и это будет просто улёт!»

Я падаю обратно на сидение, таксист включает кондиционер сильнее. Салон наполняется прохладным воздухом, и дышать не так сложно.

Внутренний голос я посылаю к черту с такими пожеланиями. Или проклятиями. Я не беременна.

Проверялась недавно, и с того момента мы с Камилем стали куда осторожнее. Просто…

Я ведь могла бы быть! Могла забеременеть от него раньше. В прошлом месяце, в самом начале…

Чтобы он тогда делал? Как он мог развлекаться со мной, так рисковать, а при этом планировать свадьбу?

Порочный. Жестокий. Безответственный.

Когда таксист останавливается возле студии, я облизываю пересохшие губы. Выбираюсь, расправляя плечи.

Мне херово. Меня ломает. Но я не позволю Камилю это видеть. Я просто с ним поговорю. Хочу взглянуть в эти лживые глаза.

«И выцарапать их! А лучше вообще грохнуть. Давай грохнем его, а? Нас точно оправдают».

И грохнуть, да. Очень хочется. Схватить какую-то палку с земли и отдубасить Камиля, чтобы он почувствовал моё состояние.

Внутрь мне войти нельзя, да я и не собиралась. Врываться в прямой эфир и устраивать разборки? Я выше этого!

Нет, я просто перехвачу Дикого, чтобы он не мог больше выкрутиться. Добьюсь правдивых ответов.

А может…. Может просто уйти? Пусть катится к черту со своей драгоценной Агатой. В жопу их и их свадьбу.

За мной нет слежки, ничего не помешает мне уйти. Испариться, чтобы Камиль больше никогда не мог меня найти.

Будет гадать, куда я пропала? Станет страдать? Хоть чуточку пожалеет, что так со мной поступил?

Я почти решаюсь уйти молча, когда входная дверь в очередной раз распахивается. И доносится знакомый голос.

Первой на улицу выходит невеста, чтоб её. Камиль пропускает её, что-то негромко говорит. Улыбаются оба.

Чтоб у тебя лыба треснула, придурок!

Я медленно отступаю. Не хочу их видеть. Разговаривать не хочу. Ничего больше мне не нужно!

Камиль, словно хищник, учуявший добычу, резко оборачивается. Его взгляд гарпуном впивается в моё тело. Протыкает насквозь.

Мужчина сжимает челюсть, желваки танцуют на его лице. Ярость заполняет каждую его клеточку.

– Стоять, малая.

Рявкает. Моментом в мою сторону срывается. Ему недостаточно растоптать меня. Хочет и увидеть это.

Нервы натянуты, а в горле ком. С трудом хриплю:

– Поздравляю с помолвкой, Камиль.

И прощай.

Глава 65

Я стою перед ним, и кажется, что вокруг нас замерло всё: воздух, люди, даже звуки.

Только моё сердце бьётся невыносимо громко, отдаваясь где-то в горле.

Я смотрю на Камиля, на эти знакомые черты, которые стали такими любимыми. Скольжу взглядом по его лицу. Сердце вздрагивает от каждого удара.

Эти скулы, резкие линии губ, тёмные глаза, которые, казалось, всегда видели меня насквозь….

Больно, невыносимо больно. Слёзы текут по щекам, обжигая, как раскалённый металл.

Меня трясёт, по-настоящему, как после удара. Нет, не одного удара, а, кажется, их было много. Сильный. Убийственных. Таких, что с ног сбивают, воздух выбивают из лёгких. Внутри всё сжимается, мне кажется, что я сейчас упаду прямо здесь, у его ног.

Он смотрит так, как будто ничего не происходит. Его взгляд холодный. Ровный. Почти безразличный.

– Малая, без истерик, – его грубый и твёрдый голос, бьёт меня наотмашь, как пощёчина.

Он не видит, как мне больно. Что-то внутри меня разрывается. Как будто кто-то сдавливает мои лёгкие, я задыхаюсь.

Открываю рот и пытаюсь вдохнуть, но воздух будто застревает в горле, как крик, который не находит выхода.

– Прости, – хриплю дрожащим голосом, – но я не каменная глыба, я не умею держать лицо, как ты. Представляешь? У меня есть чувства и эмоции!

Камиль сильнее стискивает челюсти. Мои слова его злят. Всё злит. Слова. Эмоции. Реакция. То, что я здесь. Его взгляд холодный, спокойный. В нём нет ни капли сожаления.

– Малая, блядь.… – звучит грубо, раздражённо, и в этом голосе холоднее, чем в самую морозную зиму.

Шаг ко мне. Я хочу отстраниться, убежать, но ноги словно приросли к земле. Он хватает меня, притягивая к себе, крепко, грубо.

Я оказываюсь в его руках, прижатая к этому ледяному телу, и моментально покрываюсь корочкой льда.

От одного его прикосновения внутри у меня всё сжимается, как натянутая струна, но я тут же хочу отстраниться, сбросить его руки.

– Не трогай меня, – шиплю. – Пожалуйста, не трогай. Будь счастлив, Камиль. Она красивая. Очень. Уверена, у вас всё получится. Дочь мэра, а не алкаша, больше тебе подходит.

В его глазах мелькает что-то – насмешка? Раздражение?

Его пальцы сжимают меня сильнее. Впиваются в кожу. До отметин.

– Закончила нести хуйню?

Я улыбаюсь, из горда истерический смех вырывается.

– Прости, она, наверное, не несёт хуйню, да? – я дрожу, пытаюсь говорить ровно, но голос хрипит. Выдавая меня с потрохами. – Она послушная, не задаёт вопросов…

– Малая, блядь, ни хрена не меняется, – вот здесь время рассмеяться громче. – У неё будет официальный статус. Ты по-прежнему будешь в моей постели.

«Вот же она настоящая любовь, да? Мы же этого так ждали! Нас будут ебать дальше! Салют, фейерверки и бутылку шампанского, пожалуйста! Мы вытащили выигрышный билетик!»

Я замираю, глядя в его глаза. Тёмные, холодные, жёсткие. И самое ужасное то, что он не шутит. Камиль говорит чистую правду. Он и правда решил, что я...

Я перевожу взгляд за его спину. Агата стоит всё на том же месте, где её оставили. Она смотрит в нашу сторону. По лицу можно сказать, что она не испытывает никаких эмоций. Но вот взгляд... Она им буквально вспарывает меня.

– Совсем ничего? Ты не будешь женат? Не будешь ночевать с ней в одном доме?

Дикий кривится. Мои вопросы ему не нравятся.

– Малая...

Живот снова стягивает болезненным спазмом. Ещё немного и меня вывернет прямо ему на ботинки. Хотя в животе уже ничего и не осталось.

Слова таксиста про первый триместр не выходят из головы. Камиль был неосторожен со мной. Очень плохо для мужчины, который собрался жениться. Я просто хочу проверить... Узнать... А что если бы я когда-то от него... Что бы он делал? Раз ничего не меняется.

– А что, если у тебя появятся дети, Камиль?

Один вопрос и он резко дёргает меня на себя так, что я шиплю от боли. В его глазах вспыхивает холодное пламя. Он меня им уничтожает.

– Хуйню не мели. Никаких детей. Я не допущу подобной ошибки.

– А если...

– Избавлюсь от проблемы.

Эти слова... Они как острый нож по живым ранам. Я хочу отшатнуться, убежать. Но он не отпускает.

В эту секунду я чётко понимаю, что нужно бежать. Но также понимаю, что он не отпустит. Это какая-то больная стадия одержимости. И кто-то из нас должен это закончить. Всё зашло уже слишком далеко. Дальше будет страшно.

– Хорошо, – растягиваю губы в улыбке. Они дрожат, я не настолько хорошо собой владею. – Ты обещаешь, что ничего не изменится? Ты по-прежнему мой?

В глаза его смотрю. Больно. Господи, как больно.

– Обещаю.

– Хорошо, – хриплю, не могу ничего с собой сделать. Тянусь вперёд. Сокращаю те последние сантиметры, что были между нами. Касаюсь солёными губами его губ. Последний поцелуй.

Сердце рвётся на части. Хочется упасть на колени, и заорать так, чтобы охрипнуть. Но я держусь.

Камиль не безразличен. В эту секунду я верю, что я для него что-то значу.

Потому что позади нас журналисты. Его невеста. Все наблюдают. А он... целует....

Эти секунды.... Они для меня. Чтобы запечатлеть в памяти. А дальше...

– Господин Демидов, что это за девушка?

– Вы не хотите никак прокомментировать происходящее?

К нам несутся журналисты. Я провоцирую самый настоящий взрыв. Камиль тянет меня за руку к своей машине. Запихивает на заднее сидение. Даёт водителю отмашку везти меня домой.

Да, я сделала это специально. Потому что мне нужно время. А теперь он до утра не вернётся. Ему придётся решать скандал, который я учинила.