Текст книги "Единственная для Буйного (СИ)"
Автор книги: Ая Кучер
Соавторы: Джулия Ромуш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Глава 11.
Буйный
***
– Буйный, полное досье на Виноградовых, – мне передают бумаги.
– Свободен.
Мужик вылетает из кабинета, словно за ним стая чертей гонится. Правильно. Пусть уматывает. Все сегодня по стенке ходят. Боятся под горячую руку попасть. Потому что одна сучка мой ресторан сожгла. Второй раз. Блядь. Как у неё получается? Поймаю, всю правду вытрясу. Вытрахаю.
Только надо какой-то огнезащищенный бункер выбрать, чтобы наверняка. И хер там кукла снова от меня куда-то денется. Закончились игры. Разозлила, сучка. Своим наглым появлением. И таким же огненным побегом. Больше не отвертится. Разложу там же, где и найду. Похуй если посреди ресторана, при свидетелях. Потому что эти игры мне надоели. Никакого больше времени. Никакой отсрочки. Всё что накопилось за это время – в неё спущу.
Притягиваю папку ближе. Открываю. Листаю собранную биографию на семью куклы. Новые детали ищу. Пробегаюсь глазами по досье матери. Лариса Виноградова, бла-бла. Дочь Злата, девятнадцать лет. Злата. Хуй там. Надо было назвать "Тридцать три несчастья". И прописать валерьянку каждому, кто с ней в жизни сталкивается.
Заливаю в себя коньяк. Моя версия успокоительного. Алкоголь обжигает гортань. Хорошо.
Откидываюсь в кресле. Продолжаю читать. Мои люди землю роют. Ищут, куда девка упетляла. Во время пожара давка была, суматоха. Отпустили. За что у меня в полной мере выгребли. Часть на больничный укатила. Уцелевшие теперь свой косяк отрабатывают. Потому что, когда я говорю, что за девкой нужно во все глаза смотреть, это значит, что, сука, моргать нельзя! А теперь опять искать. Ресурсы тратить. На одну наглую сучку, которая дорого обходится. Но ничего, Злата у меня всё отработает. И на коленях, и стоя. Во всех позах её покручу, пока жажду не утолю.
Смотрю дальше. Кукла про какие-то проблемы затирала. Решила, что может ко мне заявится и права качать. После того как от меня сбежать попыталась. Наглая. Самонадеянная. Я это быстро исправлю.
Читаю про сестру. Мелкая, под внимание не попадала. Но сейчас за новые данные цепляюсь. Перелистываю на отца Златки. Картина начинает складываться. Усмехаюсь хищно. Попалась, кукла.
– Буйный, – на пороге Расул топчется. Моя правая рука. – По ресторану вопрос.
– Нахуя мне ваши вопросы? – Рявкаю, желая злость выплеснуть. И взгляд пару жертв находит. – Мне ответы, блядь, нужны!
– Работаем. Ищем. Вода залила технику. Нужно время, чтобы достать записи с видеокамер. Но мы кое-что нашли. Под шкафом, возле мужского туалета.
– Выкладывай.
Помощник ближе подходит, с опаской поглядывает. Кладёт на стол золотую зажигалку. Сжимаю бокал так, что стекло трещит. Взглядом гипнотизирую, а пальцы подрагивают. От желания обойму выпустить в наглую рожу. – Пока не знаем, – продолжает мямлить Расул, – кому принадлежит. Отпечатки смазанные. Поспрашиваю пока у людей, кто знает.
– Я знаю.
Сдавливаю зажигалку, из-за чего гравировка в кожу впивается. Перед глазами всё в красный окрашивается. Царапаю кожу о выбитые буквы. КД. Камиль Демидов. Дикий, сука. Ни экспертизы не нужно, ни записи камер. Не Демидов, так его шестерка всё организовала. Пробралась, поджог устроила. Охрану я ещё проверю. Какого хуя они это допустили. Как не заметили, кого в мой ресторан запускают. Одна лажа. А я такого не прощаю.
Поднимаюсь, упираясь ладонями в стол. Кровь кипит от желания расправы.
– Дикий войну мне объявил, – озвучиваю. – Шаришь, что это значит?
– Да, – Расул кивает. – Собрать людей?
– Да. Всех сюда вызови. Чтобы никто без моего приказа в увольнение не ушел. Подготовь их. По моей отмашке выдвигаться будем.
Я эту суку с землей сравняю. Бойню устрою, весь его бизнес под снос пущу. И похуй как много людей положить придётся. У нас было подобие нейтралитета. С желанием закопать друг друга. Но не трогали. Повода ждали. Демидов первый его дал. Когда попытался Злату похитить, шантажировать меня. С того момента только счетчик в голове тикал. Искал возможность эту гниду прогнуть. По-тихому убрать, чтобы глаза не мозолил. Но поджог ресторана – это открытый вызов. И я его приму.
Отдаю распоряжение Расулу. Мышцы потряхивает от адреналина. В бой рвёт, прямо сейчас всё решить. С усилием торможу себя. Нельзя спешить. Нужно подождать, людей собрать, ударить по всем точкам сразу. Чтобы Демидов кровью захлёбывался и спастись не мог.
Плещу себе новую порцию коньяка. Отхожу к окну. Наблюдаю за вечерним городом. Выжидаю. Ночью кровь Демидова прольётся. Окончательно эту гниду удавлю.
– Эмир, – окликает меня Марат. – Мне только что сообщили.
– И ты сразу с проверкой примчал? – Хмыкаю, делая глоток алкоголя. Слежу за приближением друга через отражение в стекле.
– Ты уверен, что это нужно делать? Это война, Эмир. С двух сторон люди в землю лягут.
– Сливаешься?
– Нет. Никто из наших заднюю не дает. И ты это знаешь. Мы до конца пойдём, если тебе подкрепление нужно. Но я должен быть уверен, что нельзя всё по-другому сделать. С временем на подготовку.
– Я время давал. Нихуя на Дикого нет. Значит, так пойдём.
Никакой, сука, зацепки. Ноль слабостей. Родители в могиле. Девок пачками трахает, ни одна в постели не задерживается. Трахнул и забыл. Не из тех, кто на мордаху смазливую ведётся. Окружение его такое же. Не за что цепляться. Некого подкупать, чтобы надавить. Лазейку найти. Поэтому в открытую пойдём.
Не разворачиваясь, швыряю зажигалку. Марат перехватывает, изучает внимательно. Хмурится. – Это открытый вызов, – очевидное озвучиваю. – Я не лох, чтобы это глотать.
– Уверен, что его? – Уточняет Марат. – Мало ли похожих зажигалок. Инициалы легко набить.
– Я эту из тысячи узнаю. Во тьме, блядь. Лично видел, как Дикий постоянно эту цацку с собой таскает. Едва шею не скрутил охраннику, который пытался отобрать. Его.
Марат матерится под нос. Сжимает зажигалку, как я раньше. Напрягается, зная, что другого выхода нет. Друг мог бы и не лезть. У меня своя война с Демидовым. Но так у нас заведено. Брат за брата. Я моих названых братьев прикрываю. Они – меня.
Темнеет. Пора. Вместе с Маратом спускаемся в оружейную.
– Буйный, – тормозит меня Расул. – На минуту. Это Виноградовой касается.
– Нашли? Отлично. Оттащили ко мне, заперли. Надо – к батарее привязали. Стоп. Отмотали. – К батарее не надо. Эта бедовая к херам трубу сломает, и мне всё горячей водой зальет. И себя, идиотка, в краснокожую превратит. А из ожогового точно здрыснуть сможет. – Просто в пустую комнату, – меняю распоряжение. – Связанную. Без окон. И следить, сука.
– Буйный, дело такое, – помощник мнется. – Пока не забрали её. Там нельзя охрану просто преодолеть. Подготовка нужна.
– Вы с девкой одной справиться не можете? Я вас нахуй всех в расход пущу!
– Там спецы на охране. И люди Дикого тоже там.
– Не понял.
Разворачиваюсь. Ледяной яростью затапливаю. Сука. Кукла, если ты хоть каким-то образом с Демидовым связалась, то тебе пиздец. Я за подобное жалеть не буду.
Но складывается всё охуенно. Злата ко мне в рестик завалилась. А через десять минут это здание гореть начало. И зажигалка Дикого как главная улика. А ведь у девки было время. Минута, не больше. Но она могла бы что-то за это время организовать. Способная сучка.
– В общем, Злату засекли. Мы знаем, где она. И с ней Дикий.
Глава 12.
От рассказа Алисы становится страшно. Мороз по коже пробегается, внутри все как будто замораживается.
– Ты думаешь это был тот самый Дикий? – Голос хрипит, страшно даже произносить его прозвище. Господи, ну вот как мы умудряемся то, а?
– Не знаю, но уже ничему не удивлюсь.
Подруга выжимает газ, машина срывается с места. Сжимаю пальцами оббивку сидения, впиваюсь в нее до боли. Кажется, хоть так получится вернуть себе возможность здраво соображать. Меня потряхивает от всего произошедшего. На что я надеялась, когда шла к Эмиру? На то, что я смогу хоть слово сказать, озвучить проблему. Но явно не на то, что меня в общей уборной разложат и...
– Злат... – Алиса растягивает мое имя, в ее голосе столько тревоги, подруга ужасно за меня волнуется.
– Он не стал слушать, – произношу тихо, – он как будто уже и не мой Эмир. Не тот. Смотрит иначе. Говорит. В глазах одна ярость. Как меня увидел и с катушек слетел. Я думала он меня там... Там...
– Плохая была идея, не нужно было тебя уговаривать.
– Нет, просто у меня все через одно место, Алис. Всегда же так было...
Всхлипнув, отворачиваюсь к окну, плечи дрожат. В голову лезут мысли о сестре. Стоит ее представить там одну, как она плачет и мысленно умоляет меня ее забрать, так мое сердце кровью обливается.
– Алис, а мы можем с твоим другом связаться? – Спрашиваю тихо. Ничего не делать я не могу. Просто не имею возможности. Бросить сестру там я ни за что не смогу. Пойду на все.
– Можем, вот только...
– Возможно он свяжется с той женщиной, может можно обсудить рассрочку, кредит. Я могу работать кем угодно, может ей нужно для каких-то дел. Я бы все смогла.
Подруга молча выворачивает руль в сторону, разворачивается и начинает ехать в противоположном направлении.
– Ты думаешь я глупую затею затеваю?
Подруга молчит, а меня это молчание убивает.
– Я думаю, что здесь все методы хороши. Нужно что-то делать. Мы обязательно что-то придумаем. Просто я ставку на Буйного делала, но раз так, нужно думать.
– Какого... – Не могу сказать, что друг Алисы нам рад.
Подруга стучит в дверь, как только парень открывает, она сразу проходит внутрь. Даже приглашения не ждет.
– Ты заходить будешь?! – Подруга бросает мне, и я тут же проскальзываю вслед за ней.
– Как дома себя чувствуйте, бля. – Парень с грохотом дверь захлопывает, матерится. Я же стою и скромно мнусь в прихожей. Дальше проходить не рискую. И так пришли без приглашения.
– Нам помощь нужна, Антон. – Алиса вздыхает и подходит ближе к разъяренному парню.
– Помогать тебе чревато последствиями, – огрызается в ответ. Я же начинаю нервничать, что парень не захочет помогать. Просто пошлет нас сейчас, из квартиры вытолкает и на этом все. Конец.
Глаза начинает подпекать от слез. Всхлипываю. Обхватываю себя руками за плечи.
– Нам с женщиной из опеки связаться нужно. Узнать насчет оплаты. Возможно есть какая-то гибкая система или... – Совсем долбанулась? Я из-за такой хероты звонить не буду. Время видела?!
– Хероты?! – Именно это слово режет слух, заставляет внутри все закипеть. – Моя сестра не херота! Она маленькая перепуганная девочка, которая оказалась в аду, а из-за продажных тварей я даже не могу с ней увидеться. Никому не пожелаю такой судьбы!
– Слышь, угомони эту ненормальную, – парень смотрит на меня с подозрением, взглядом в Алису стреляет.
– Ты не видишь, что она в отчаянии? Набери женщину из опеки, или у Златки сейчас опять нервный припадок случится. Кстати, слышал кто ресторан Буйного поджег? На весь город гремело.
Парень косится на меня.
– Она в ярости ужасные вещи делает. Так что я бы не советовала….
– Ненормальные, честное слово. – Бурчит Антон, но идет в сторону большого стола, открывает шухляду, достает телефон и, зажав боковую клавишу, включает. – Разговор не больше пяти минут. После трубу вырубить нужно.
Я согласно киваю, щеку изнутри закусываю от волнения.
– Да, я, срочно нужно. Не ори. Тут дело такое, насчет сестры девчонка, вы встречались. Да, по поводу денег. Нет, не нашли, хотели обсудить гибкую систему скидок...
Антон несколько секунд молчит, женщина что-то орет в трубку.
– Подожди, а как так быстро возможно? Разве это так работает? Да не ори ты на меня. Я понять пытаюсь. Сколько? Хорошо. Передам.
Трубку мне никто не дает. Антон завершает вызов. Выключает телефон. Сканирует несколько секунд взглядом пол.
– Ты долго молчать будешь?! – Алиса не выдерживает первой.
– Девочку уже смотрели люди. Хотят удочерить. Начнут собирать документы через три дня. Так что-либо в течение трех дней вся сумма, либо ее удочерят и никто не поможет.
У меня от шока дыхание перехватывает. Как? Как такое возможно? Бред какой-то! Это нереально! Просто нереально!
– Как так быстро? У отца еще и суда не было, разве это законно? Нет, какая-то ошибка...
Я начинаю расхаживать по комнате, всхлипы вырываются из горла. Быть не может. Не верю.
– А то ты не знаешь, как все решается. – Антон тихо подает голос, а у меня слезы по щекам ручьем.
– Как же я всех этих мразей ненавижу. Продажные. Бесчувственные. Мрази!
Истерика накрывает с головой. Чувствую, как Алиса сжимает за плечи, притягивает к себе. Я что-то еще хриплю.
Не знаю сколько проходит времени. Меня отпаивают горячим чаем, подруга повторяет раз за разом, что все будет хорошо, а я понять не могу каким образом. Все уже не хорошо. Все уже ужасно. Сестру заберут, ей там будет плохо.
– Злат, у тебя номер той Насти остался? – Алиса спрашивает тихо. Я поднимаю голову и непонимающе смотрю на подругу.
– Да, но ты же говорила...
– Забудь, что я говорила, раз другого выбора нет... Я читала про эти аукционы, немного поспрашивала. Там вроде и правда все чисто и прилично.
– Там все равно только пол суммы дадут. У меня еще есть сережки бабушкины, но они дома, у матери. Но там много не получится получить. Телефон, что Буйный дарил... его нет, я тогда с курьером его отправила...
– Вместе пойдем, – произносит Алиса, а я рот распахиваю от шока.
– Как вместе?
– Вот так, роднее тебя у меня никого нет, Златка. Мы ведь как сестры, малышку любой ценой спасти должны. Так что звони этой Насте, говори, что мы согласны.
***
Злата+Алиса
***
– Так, – Настя упирает руки в боки. – Синяя маска для тебя, серая для Алисы. Не перепутай. И если ты меня снова подведешь…
– Не подведу! – Я обещаю, благодарю девушку. Не понимаю, правда, почему моя пропажа её так задела. Но, возможно, меня кто-то ждал? Людей девушка напрягла, чтобы они мне помогли. А я подвела.
Настя выходит из небольшой гримерки, которую мне выделили. Алиса провожает её придирчивым взглядом.
– Всё равно она мне не нравится, – фыркает подруга. – Но главное, что мероприятие выглядит приличным. Как и обещала Лия. Столько знаменитостей! И пресса.
– Вот это меня пугает, – признаюсь я. – Если это попадет в сеть, и Буйный увидит…
– Не увидит. Лия сказала, что обычно несколько дней уходит на то, чтобы вышла статья. А мы всё успеем и сбежим, пока Сабуров нас не засёк. Или ещё кто.
Лия – это знакомая Алисы. Она занимается благотворительностью и знает подобные мероприятия. Она подтвердила, что это обычная практика. Аукцион разного: свиданий, украшений, картин и даже алкоголя. Богачам скучно деньги отдавать, вот и находят разные развлечения. Но всё прилично! Так все обещали.
– Не переживай, – Алиска сжимает моё плечо. – Прорвемся. Я пойду за водой. Тебе что-то взять?
– Да, спасибо. Только возвращайся быстрее, хорошо? Я что-то очень волнуюсь.
– Пять минут. – Подруга обещает. Но не возвращается. Ни спустя пять минут, ни десять. Сердце тревожно сжимается. Что уже произошло? Алиса не могла потеряться ведь? А где её теперь искать? Боже, тревога только нарастает.
И испуганно вскрикиваю, когда Алиса влетает в гримерку. Раскрасневшаяся, напуганная.
– Это звиздец, Злата, – выпаливает, прижимаясь спиной к двери. – Отсюда сматываться надо. Прямо сейчас!
***
За пятнадцать минут до этого.
*АЛИСА*
***
Я поправляю длинное платье, которое как вторая кожа облепляет. Сдавливает грудь так, что дышать невозможно. И ткань кусается. Кошмар. Как остальные в таком ходят? Я видела других девушек. Красивые, уверенные, им путающийся подол не мешал. А я себя неуютно чувствую в этом наряде, чужеродно. Кажется, что платье мне дико не идёт, и я выгляжу глупо.
Это всё ради Катюши – напоминаю себе. Ради маленькой девочки. Вон известные актрисы – это вообще для благой цели делают. Не зная никого. А у меня есть ориентир. Катя. Мы ей поможем. Заберем деньги, дадим эту взятку. И свалим куда-то, все втроем. Я устала разгребать проблемы за отцом, беспокоиться о нем все время. А новый город – новое начало. И главное, что в другом месте всяких диких Демидовых не будет. Которым я обещала зажигалку вернуть.
Мне этот мужчина снился. Везде чудился. С темными роковыми глазами. Оскалом хищным. Тенью нависал, преследовал. Зажигалку свою требовал.
Кошмар за кошмаром.
Я нахожу столик с напитками. Хватаю бутылку, жадно пью. Отгоняю от себя видение, которое преследует после нашего знакомства. Зажигалка, подумаешь. У таких, как Демидов их полно должно быть. По щелчку пальцев всё получит. И новую зажигалку, и девчонку. Уверена, Дикий и думать обо мне забыл. Это я тут нервничаю и переживаю зря. А он уже на другую переключился. Дикий это не Буйный, который на Златке завис. И я не Злата. Я чуть более удачливая, чтобы так попасть. Я выдыхаю, медленно успокаиваюсь. Последние дни очень нервные, вот и не получается трезво мыслить. Постоянно жду подвоха. Аж пальцы дрожат. Никогда со мной такого не было.
Стону, когда бутылка выскальзывает из рук. Падает на пол, укатываясь вперед. Нагнуться не могу, боюсь, что ткань просто лопнет. Поэтому опускаюсь на колени. Пошатываюсь на высоких шпильках, заваливаюсь вперед. Упираюсь ладонями в пол.
Раздаются тяжелые шаги. Отчего-то сердце сжимается, когда вижу черные лакированные туфли. На плечи ложится тяжелый взгляд. Я со страхом поднимаю голову. И умираю на месте. Нет. Нет-нет-нет. Почему из всех людей тут Камиль Демидов? Застал меня в таком положении. Мужчина остановился так близко, что я чуть лицом в его ширинку не упираюсь. А отшатнуться не получается, мышцы свинцом наполняются.
– Какие люди, – усмехается он, рассматривает меня. Белоснежная улыбка напоминает оскал хищника. – Танцовщица сама ко мне пожаловала.
– Кто? – Переспрашиваю заторможено. Дикий! Демидов! Тут! Медленно вспоминаю, что ему врала. – А, да. Это я. Танцую.
– Решила благотворительностью заняться? В шоу-программе участвуешь?
– Да, – с трудом выдавливаю из себя улыбку. – Танцевать буду.
– На приват рассчитывать можно? Сколько отстегнуть нужно, чтобы ты в частной кабинке так же на коленях постояла?
Хочется ляпнуть что-то грубое и злое. Про то, что денег у Дикого на меня не хватит. Но боюсь, что у таких людей есть средства на всё. И где деньги не сработают, там власть поможет.
Демидов наклоняется, обхватив моё плечо, резко поднимает меня на ноги. Я пошатываюсь на шпильках, не могу вернуть себе равновесие. Как меня тут же толкают к стене. Сердце бешено колотится в груди, от паники мозги отключаются. Дергаюсь в сторону, желая сбежать. Мужчина резко выставляет руку, врезаясь ладонью в стену возле моего лица. Вздрагиваю, замирая. Дикий медленно упирается второй рукой, беря меня в капкан. Отрезает пути к побегу.
Начинаю панически соображать. Я не Злата, у которой случайно получается всё разворотить и сбежать от бандита. На удачу надежды мало. А если под рукой проскользну… Мужчина поймает, да?
– Куда намылилась, малая? – Наклоняется ко мне, задевая кожу горячим дыханием. – Я тебя не отпускал.
– А вы учредитель фонда? – Уточняю невинно, хлопая ресницами. – Ой, я не знала. Просто мне сказали, что нужно выходить на сцену через пять минут. Я очень спешу.
– Подождут. У нас с тобой свои разборки?
– Какие? Я не понимаю. Мне очень…
– Жига моя где, а?
Я нервно сглатываю. Мужчина пронзает меня строгим взглядом. А если он уже знает, что зажигалка в ресторане осталась? Кранты мне.
– Мы с тобой про что договаривались? – Усмехается, опуская ладонь ниже. Скользит по стене, задевая мою талию. Будоражит. – Пять минут. Тик-так, время давно вышло. Обманывать некрасиво, малая.
– Я не обманула. Просто там… Пожар начался. Из ниоткуда огонь вспыхнул. Я испугалась и сбежала. Но я зажигалку верну. Сегодня прям. Обещаю.
– Вернешь. Даже не сомневаюсь. Но сначала надо долги гасить. Меня кидать нельзя. – Я и не собиралась. – Лепечу, пока Дикий наваливается на меня. Бедрами толкается, будто копьем внизу живота пронзает. Мамочка. Бежать отсюда надо. Пока Демидов прямо в коридоре свой долг не взял. – Так и быть, – вымучиваю соблазнительную улыбку, пожимаю плечами. – Должна значит должна. Я сейчас выступлю. А потом принесу вам зажигалку. И обсудим мои долги.
– А ты сговорчивая. – Дикий кивает одобрительно, проходя взглядом по моему телу. Задерживается на груди, от чего кожа начинает полыхать. – Я сам заберу, – произносит, отступая. – Дела решу. И заберу. Тебя.
Оказывается, на этих убийственных каблуках можно бегать очень быстро. Когда пытаешься свою невинность спасти.
Я срываюсь с места, стараясь оказаться как можно дальше от Дикого. В спину летит хриплый мужской смех.
– Сваливать надо! – Кричу подруге, залетая в гримерку. – К чертям. Тут Дикий, Злата! А где Дикий…
– Там и Буйный, – испуганно выдыхает подруга. Начинает хватать свои вещи.
– А учитывая, что я потеряла зажигалку Демидова в сожженном ресторане… Не знаю как ты, но я не хочу быть в центре криминальных разборок. Пусть друг с друга долги требуют, а мы по съебам.
Злата часто кивает, прислушиваясь ко мне. Но мы не успеваем ничего обсудить, как раздается громкий взрыв. И всё превращается в хаос.
