Текст книги "Новый год: Доставка до двери (СИ)"

Автор книги: Ашира Хаан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

20. Коварство мокеки и нервы Фёдора Борисыча

К «Белому оленю» приезжаю пораньше, хоть и при параде. Очень хочется соблюсти баланс – произвести на Снежинку впечатление, но и не спалиться, поэтому отказался от идеи костюма. В джинсах явиться – полное неуважение. Потому выбрал темный свитер и коричневый пиджак с шерстяными брюками. Все очень спокойное и без вызова – если не знать, то и не догадаешься о цене. Лично прошелся по всему ресторану, предупреждая каждого – от повара до гардеробщика, чтобы они не вздумали со мной здороваться и вообще показывать, что мы знакомы. Если бы ужин проходил у меня в какой-нибудь из фабрик-кухонь, я мог бы быть на 99% уверенным, что мои указания примут к сведению. Увы – у отца работали сплошные творческие личности, даже среди уборщиц, поэтому я не мог перестать волноваться и держать все под контролем. И оказался совершенно прав. Первый прокол случается прямо на входе. Тася приезжает на такси и выскакивает из него такая счастливая, такая светлая, в коротенькой голубой дубленке и в пушистых меховых рукавичках, что я замираю на несколько долгих секунд, приоткрыв рот и не в силах поверить, что такие девушки вообще ходят по улицам. Почему я раньше не замечал? Хотя все логично! Я езжу на машине и стараюсь смотреть на дорогу, а Снежинка… Она сидит дома и заказывает еду в доставке, общаясь только с курьерами. Где бы нам встретиться? Опомнившись наконец, подхожу к ней и протягиваю руку, приглашая на нее опереться. – А ты чего раздет? – удивляется Тася. – Где твоя куртка? Нет у меня куртки, я на машине. Не курьерскую же обратно выпрашивать… Отделываюсь каким-то невнятным бормотанием и сразу веду ее к дверям. – Ты великолепно выглядишь, – говорю я. – Похожа на Сне… – Снежинку? – перебивает она. – Как в детском саду? Не забыла, вот ведь. И теперь уже не забудет. Пока я смущаюсь, швейцар открывает нам двери, а метрдотель Андрей Семенович спешит навстречу, широко улыбаясь. – Добро пожаловать! Надеюсь, вы не слишком замерзли? Желаете ваш любимый… – он осекается, вмиг осознавая свою ошибку, и я перехватываю инициативу, пока ситуация не стала катастрофической. – Бронирование на имя Таисия, – строго говорю я, прожигая его уничтожающим взглядом. Андрей Семенович слегка виновато пожимает плечами, но тут же начинает улыбаться в три раза шире, заваливая Снежинку ворохом комплиментов и провожая к гардеробу. К счастью, благодаря его куртуазной атаке, она пропускает оплошность мимо ушей. Провожают нас к столику у стены. К сожалению, не моему любимому, но я специально предупредил, чтобы сервис был не слишком выдающимся. В «Белом олене» и так неплохо относятся к посетителям, можно не стараться. Но все же наше место совсем неплохо – не у прохода, вдали от других гостей. И я на мгновение расслабляюсь. Беру в руки тяжелую папку, Тася раскрывает свою, а Андрей Семенович повинуется моему незаметному жесту и возвращается на свой пост у дверей. Это хорошо. Можно немного выдохнуть. – Ой, смотри, бразильская мокека! – восклицает Тася, указывая на строчку в меню. – Так странно! …или нет. – Что странного? – равнодушно пожимаю плечами, но мысленно проклинаю себя последними словами. – Это дорогой ресторан, гостей хотят удивить экзотикой. – Ты не понимаешь! – она даже подпрыгивает на стуле, не в силах сдержать эмоции. – Раньше я эту мокеку только у бабушки пробовала, а тут второй раз за два дня! Это какой-то знак! Несомненно. Знак моей глупости и непредусмотрительности. Пытаюсь отвлечь ее от темы: – Здесь все-таки лучше попробовать фирменную оленину в голубичном соусе. Очень вкусная. – Да? – Снежинка быстро перелистывает меню до мясного раздела. – Звучит интересно. А откуда ты знаешь, что вкусная? Пробовал? На мгновение прикрываю глаза, поражаясь тому, как быстро и неотвратимо я отупел. Или это в ее присутствии мне отказывает смекалка? Исправил ситуацию, называется. – Нет, успел почитать отзывы, – выкручиваюсь, как могу. – Ты ела когда-нибудь оленину? – Никогда, только пельмени с медвежатиной. Ну… такое, – она морщит нос и смеется, а я залипаю на это зрелище, как полный неадекват. Тася выбирает в итоге менее экзотическую индейку с кислыми фруктами, а я без изысков – стейк, забалтывая ее рассуждениями о прожарке. Она косится на меня с подозрением, но тут мне есть, что ответить – курьер имеет право разбираться в хорошем мясе! Особенно мужчина! Официант расспрашивает меня, как именно я хочу, чтобы было подано мясо, предлагает к нему хорошее вино, и я вовремя соображаю, что нельзя признаваться, что за рулем. Выдыхаю, откидываюсь на спинку стула. Тася отпивает из своего бокала воду с лимоном в ожидании заказа и с любопытством оглядывает интерьер ресторана. Отец хорошо над ним поработал – нет ни стандартного стиля «изба в лесу», которым грешат заведения, где подают дичь, ни причудливых люстр, как в модных местах. Все очень сдержанно, даже по-семейному… Черт. По-семейному. Поэтому на стене прямо за плечом Снежинки висит наше с отцом фото с рыбалки на Байкале. Мне на нем лет шестнадцать, я там нестриженный панк, но острый взгляд запросто уловит сходство. А Тася у нас – художник. Ей такие вещи раз плюнуть. Лишь бы не повернулась! – Может быть, ты хочешь вина? А то я так лихо отказался за двоих! – отвлекаю ее от интерьера. – Или даже шампанского? Давай? В честь завершения работы! – Ой, ну нет! – смеется она, отмахиваясь. – Тут оно дорогое, да я и не особая любительница. Дорогое – это да. Французское. Отец в этом плане сноб – регион Шампань, регион Коньяк и никаких заменителей! – Федя! – раздается вдруг возглас. – И ты тут! Давно не виделись! Как папа? Что-то не вижу его… Чем же я так прогневил судьбу, что она не дает мне и пять минут передышки? Через пару столов от нас мне машет отцовский бывший партнер. Человек небедный и по виду его это, увы, слишком хорошо понятно. Массивные золотые часы, спутница вся сверкает как взлетно-посадочная полоса, демонстрируя рубиново-бриллиантовое безумие в ушах, на шее и на запястьях.

– Все хорошо, дядь Миш, – машу я с кривой улыбкой. – Вот, ужинаю с хорошей девушкой. Очень сильно намекаю всем своим тоном, что его приветствие тут неуместно, и он, переводя взгляд на Снежинку, тоже догадывается, что влез невовремя. Только поздно. – Какие у тебя знакомые… – сдавленным полушепотом говорит Тася. – Я думала, ты тут смущаться будешь, а ты как рыба в воде. – Это папин однокурсник, – вру я уже просто напропалую, наплевав на все свои принципы. – Знаешь, по-всякому судьба складывается. Стейк, как всегда, хорош, но что-то не лезет в горло. Снежинка увлеченно листает меню с десертами и никак не может выбрать между тремя вариантами, поэтому заказывает все три. Ограничиваюсь чаем. Уже даже не обращаю внимания на очередную подставу от свежей смены официантов, когда пробегающий мимо парень привычно брякает: – Здрасьте, Федор Борисович! Но Снежинке как раз демонстрируют чайную карту из тысячи сортов, и она, слава богу, ничего не замечает. Вечер, который я видел расслабленным и уютным, стоит мне всех запасов нервных клеток, отложенных на предновогоднюю суету. Черт с ним. Приглашу Снежинку куда-нибудь еще, чтобы побыть действительно наедине. А пока – надо просто дожить до финала. – Ты ведь понимаешь, что раз я тебя пригласила, то я и плачу? – сообщает Тася с милой улыбкой и жестом подзывает нашего официанта. – Даже не вздумай возражать! Иначе закажу еще и шампанское и заставлю со мной отмечать финал проекта! – Непривычная роль… – выдавливаю я из себя и стараюсь незаметно кивнуть официанту, чтобы и вправду принес счет. Потому что он топчется у входа в зал и не понимает, какому алгоритму следовать – как с обычными посетителями или как с сыном владельца. – Ой, а мне так нравится получать новый опыт! – веселится Тася, прикладывая карту к терминалу. – Никогда в жизни не платила за красивого мужчину. – А за некрасивого? – машинально переспрашиваю ее, а сам приподнимаюсь со стула. – Подождешь минутку? – Конечно. Отхожу в сторону уборной, но потом резко меняю траекторию и направляюсь к кассе. Прошу сделать возврат стоимости ужина Тасе на карту. Незаметно – вроде как сбой, деньги сами собой разморозились. Такое бывает, и обычно об этом не приходят оповещения. Все. Вечер закончен. Сейчас посажу ее на такси – и самое сложное позади. Можно будет начать думать, как рассказать ей правду в спокойной обстановке и куда пригласить на настоящее свидание. Но как бы не так…

21. Подлая Панамера

Федор такой мужественный и одновременно трогательный. Так смущается в этом дорогом месте, что даже я начинаю чувствовать себя увереннее. Хотела отблагодарить как следует, и даже денег было не жаль. Но я не подумала, насколько тут будет шикарно и немного пафосно. Кто-то из нас должен чувствовать себя в «Белом олене» уверенно и пусть это буду я. Еда удивительно вкусная, интерьер прекрасный, обслуживание на высшем уровне. Но беседа как-то не клеится. Надо было выбрать место попроще, потому что тут мы оба чувствуем себя не в своей тарелке. Немного жаль, что я так промахнулась. Вдруг теперь Федор решит, что не дотягивает до моего уровня? А мне бы хотелось… Ох… Не первый раз я себя обрываю на этой мысли, не додумывая ее до конца. Чего бы мне там хотелось – неважно. Федор взрослый мужчина и сам разберется. А я просто получаю удовольствие от этого вечера. Нервного, неловкого, неудачного. Но все равно лучше, чем общаться в краткие перерывы между забегами в работу. И я смотрю на него, обращая внимание на то, как он управляется со стейком, пользуясь ножом для мяса красиво и ловко. Длинные пальцы обнимают бокал с водой с какой-то волнующей нежностью. Жаль, что глаза на меня Федор поднимает редко, мне нравится, когда он смотрит на меня так внимательно, как смотрел во время работы, когда думал, что я не замечаю. Но вечер неизбежно кончается, и я стараюсь не смотреть на сумму в чеке. Черт с ним, оно того стоило. – Упакуйте, пожалуйста, с собой, – прошу я, указывая на свои десерты. Конечно, я их все не съела. Просто чуть-чуть попробовала. Отвезу маме, она любит пробовать ресторанные блюда – в отличие от домашних версий. Отчасти для нее я и заказала сразу три, когда не смогла сделать выбор. Федор уходит, а я тем временем убираю коробочки в пакет. – Хороший вечер, – говорю я, когда он возвращается и смотрит на меня с каким-то нечитаемым выражением лица. – Поеду к родителям сейчас, поздравлю с наступающим, ну и вообще… – Да-да-да, – как будто бы с облегчением подхватывает он. – А мне пора на работу! – Еще раз извини, что отвлекла тебя в такой высокий курьерский сезон, – смущенно смеюсь я. – Ну что ты, я получил настоящее удовольствие! Он помогает мне надеть дубленку, я заказываю такси – одна минута до прибытия, словно и нет никаких предновогодних пробок. Мы стоим у ресторана, глядя друг на друга, и я не знаю, что еще сказать. Как будто прощаемся навсегда. Но ведь теперь его очередь проявлять инициативу. А он молчит. – Хорошего вечера, – Федор открывает мне дверцу такси и наклоняется, словно собирается поцеловать на прощание. Я мешкаю пару секунд, но он как будто лишь вдыхает запах моих волос и делает шаг назад, закрывая за мной дверцу. Водитель трогается с места. Немного грустно, что вечер закончился именно так. Может быть, действительно надо было попробовать приготовить домашний ужин? Но хотелось по-настоящему отблагодарить… Эх. – Метод оплаты изменен на наличные! – сообщает Алиса в программе водителя. – Ой! Секунду! – дергаюсь я. – Забыла, у меня на той карте денег нет. Сейчас перекину. Захожу в банковское приложение и понимаю, что на резервной карте у меня как-то слишком много денег. Вроде я перед рестораном посмотрела, и там было с запасом на ужин, но так, без излишеств. А сейчас… Точно та же сумма. Открываю историю операций и вижу, что за ужин все списано. Но через десять минут отмена операции и деньги возвращены на счет. Это что получается – я обманула ресторан? – Стойте! – кричу таксисту. Конечно, никто за мной гоняться не будет. И в суд не подаст, и полицию не вызовет. Но совесть меня просто сожрет! – Возвращаемся к ресторану, – прошу я. Таксист что-то недовольно бурчит, но разворачивается на ближайшем перекрестке и мчит обратно к «Белому оленю». – Подождете? – заискивающе спрашиваю я. – Я быстро! – Пакеты забирайте, – говорит он неприязненно. – Новую машину вызовете. Новую так новую. Таксист остановился на противоположной стороне улицы, поэтому я бегу через переход, не замечая ничего вокруг. Запыхавшись, обхожу стояющую у самого входа шикарную золотистую машину, которая отражает новогодние огоньки, которыми украшен ресторан. Оборачиваюсь, чтобы еще раз на нее полюбоваться, настолько прекрасны ее плавные обводы и… Застываю на месте. Потому что рядом с этой красоткой стоит Федор. В своем коричневом пиджаке, который ему так идет. Рядом с открытой водительской дверью. Его ладонь на крыше машины, он о чем-то говорит с метрдотелем ресторана, они оба смеются, как хорошо знакомые приятели. Я пока не совсем понимаю, что происходит. Но мне ледяной сквозняк уже задувает за шиворот дубленки. – Хорошей дороги, Федор Борисыч! – громко прощается метрдотель. – Передам Борису Олеговичу, что вы заезжали и остались довольны. – Вам тоже хорошего вечера, Андрей Семенович, – отвечает Федор. – Спасибо, что поддержали мою маленькую игру. И вот в эту секунду все наконец складывается. С негромкими щелчками встают на место детали мозаики, все странности занимают свои логичные места, выстраиваясь в стройную картинку. Недаром говорят – то, чего боишься больше всего, с тобой обязательно случится. Стройная картинка разбивается с хрустальным звоном. – Федор! – негромко окликаю его я. Он оборачивается и меняется в лице.

22. Экспромты и эксперименты

Оборачиваюсь, уже понимая, что случилась катастрофа. Тася стоит в нескольких шагах от меня, и в глазах ее отражаются новогодние гирлянды, которыми украшен «Белый олень». В глазах, наполненных слезами. Дубленка расстегнута, волосы растрепаны, на щеках румянец от мороза. И спешки. Она вернулась. Зачем? Хотя какая уже разница… – Федор Борисович, – говорит она тихо. – Оленев. Она оглядывается на «панамеру», поднимает глаза на вывеску ресторана. – Ты… Андрей Семенович технично отступает в помещение ресторана и мягко закрывает за собой дверь, бормоча что-то вроде: «Ну, не буду мешать!» Молодец. Предатель. – Я. Федор Оленев. – Борисович. Ты… – Сын, да. – А притворялся курьером, чтобы?.. Надо соображать. Быстро соображать. Очень быстро. Но в голове словно выдуло все стылым декабрьским ветром, продувающим насквозь куртки курьеров, когда они мчатся по шоссе, чтобы успеть выполнить заказ. – Хотел узнать… – начинаю я, и по мгновенно помертвевшему взгляду Снежинки понимаю, что плохое начало, очень плохое! – Да не то! Узнать, почему курьеры опаздывают! Я сам на мопеде поехал, купил перчатки с подогревом, хорошие перчатки, меня в чат позвали, а потом твой номер на двери, я чуть не опоздал, а ты дала мне на чай, а потом налила чай, и пирог еще этот, и снежинка твоя, и я не мог сказать, потому что у тебя проект, решил, что потом, а эта проверка… – Все-таки проверка? – Тася как будто слышит только то, что подтверждает уже сделанные выводы. – Да нет же! – Если нет, то почему ты приезжал в курьерской форме даже когда уже не работал? Мне хочется все объяснить нормально, логично, стройно, ведь не может быть, чтобы такая ерунда разрушила все то, что уже начало прорастать между нами. Начало же? Мне не показалось? Она сама хотела меня поцеловать, мне это не приснилось! – Так получилось, я собирался сказать, но… – Но не собрался, – Тася поджимает губы, и глаза ее из огромных и обиженных становятся тусклыми и пустыми. – А что я должен был сказать? – Правду. – Ты обиделась бы! – А сейчас я не обиделась? Какие-то нелепые слова, и я все никак не могу ухватить спасительную ниточку, чтобы вытянуть разговор, объяснить, успокоить. Все слова проваливаются в пустоту. У меня не было времени подготовиться, и теперь я хорошо понимаю, почему папа учил меня никогда не рассчитывать на экспромты. – Это был эксперимент, – решаю начать с самого начала. – И я… – Со мной? Эксперимент? – перебивает меня Тася. – Нет, не с тобой, а с курьером… – Все! – она закрывает глаза и растопыривает пальцы, словно собираясь меня оттолкнуть, хотя я даже не попытался к ней приблизиться. Может быть зря? – Снежинка… – делаю шаг вперед, и она отпрыгивает как взбешенная кошка, только что не шипит. – Таисия для вас, Федор Борисович! – вот теперь шипит. – Я не хочу в этом разбираться, я устала. Терпеть не могу, когда взрослый серьезный мужик извивается как уж на сковородке. Пирог, снежинка, что за чушь! Она разворачивается и направляется к такси, которое подъехало ко входу в ресторан. – Постой! Даже не оборачивается. Хлопок двери. Конец.

23. Почувствовал себя живым

Первым делом, приехав домой, еще не сняв дубленку, стоя прямо в коридоре, я отменяю подписку на рационы. Да, компания принадлежит Федору, да, все эти дни я бухтела на его детище, ругала, морщилась и возмущалась, а он молчал. Отличный из него вышел бы шпион. Терпеливый. Как он вообще оказался возле моей двери без номера? Сам подрабатывал курьером? Он что-то об этом говорил, но я не слушала – у меня в ушах взрывались петарды. Больше всего на свете я хотела сама взорваться как петарда! Кстати. Все-таки снимаю дубленку и сапоги, иду на кухню, выдвигаю ящики… Где-то у меня тут были плоскогубцы… Ага! Возвращаюсь к двери и со всей силой бурлящей внутри ярости выдираю гвозди и бросаю табличку с номером двери так, что она, подпрыгивая, катится по ступенькам вниз. Как будто самого Оленева-младшего спустила с лестницы. Жаль, что не его. Закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной и выдыхаю. Потом открываю обратно и спускаюсь за табличкой. Во-первых, мусор разбрасывать нехорошо. Во-вторых, ее номер меня все равно выдаст, никому не придется гадать, кто тут хулиганит. Возвращаюсь в квартиру и снова демонстративно швыряю табличку на пол. Жаль, костер не развести, я бы… Эх. Вместо костра я иду на сайт рационов ближайшего конкурента Оленева. «Эко-баланс» – не самые дешевые рационы, но я надеюсь, что будут хотя бы вкусными. Там же никто не будет заботиться о выверенности калорий и цен! Выбираю тариф «Полный баланс – 1800 калорий» и нажимаю кнопку заказа. Вот так. Незаменимых у нас нет! Раздеваюсь окончательно и прохожу на кухню. Я так быстро собиралась на наш ужин, что не убрала ничего в своем «рабочем кабинете». Ноутбук, планшет, пара контейнеров из-под еды, распечатки, оставленные Федором, бледная тень нарисованной мелом таблицы на окне… Тяжело вздыхаю и тут раздается звонок телефона. Номер незнакомый. – Алло? – Добрый день, служба доставки рационов «Эко-баланс», – голос на том конце уставший и равнодушный. – Давайте уточним график привоза вам еды. – Да! – отвечаю с энтузиазмом. – Вы можете прямо с завтрашнего дня? Мне удобно с двенадцати и до… – Девушка! – перебивают меня грубо. – Вы не знаете, что завтра – Новый год? А потом первое января? Доставка возможна только с четвертого! – А до этого мне голодать? – Как хотите, – так же равнодушно. – У нас два окна доставки. С шести до восьми утра и с девятнадцати до двадцати одного. – То есть… никак нельзя в середине дня? – растерянно спрашиваю я. – В середине дня все нормальные люди на работе! Берете? Или отменяем заказ? – Беру… – вздыхаю я. – Доставка раз в четыре дня. – Так редко? Еда же будет несвежей! – возмущаюсь я. – Всех устраивает. – А что насчет… замены? – мне уже страшно спрашивать. – Я видела у вас на сайте луковый суп, я бы не хотела… – У нас не ресторан, а сервис готовой еды. Можете выкинуть, если не хотите есть. – Сервис, да… – тяну я. – Еще вопросы есть? – рявкают мне в ухо. – Сейчас пришлю ссылку на оплату. Нажимаю отбой и решаю еще немного подумать. До четвертого января времени полно. Странно, что Федор со своей доставкой не захватил рынок целиком. У него ведь и доставка чаще, и операторы вежливее, и замены возможны. Сгребаю все распечатки и свои наброски на листочках и все скопом засовываю в мусорное ведро. Все, проект закончен. Никакого больше Федора. У меня там немножко заказов валяется, парочка из них срочных. Вот ими и займусь. Открываю ноутбук, включаю планшет… И снова звонок. – Алло! – Тасенька, это я… – его голос. – Не звони мне! Яростно смотрю на телефон и заношу этот номер в черный список. И следующий – трубку я даже не беру. А потом вообще включаю игнорирование всех звонков с номеров, которых нет в контактах. Мне работать надо! Но сколько я ни сижу со стилусом – ничего не выходит. Всегда было сложно перестраиваться с рисования каких-нибудь иконок для приложений на заказы с кошечками или героями дорам, но сегодня как-то совсем все плохо. Как будто не хватает чьего-то голоса: «Работаем!» В очередной раз смахиваю с экрана неудачный эскиз и снова заношу стилус над чистым листом. В этот момент и раздается звонок в дверь. Я никого не жду. Именно поэтому я несколько секунд сижу, закрыв глаза и делаю вид, что меня нет. Но звонок повторяется. Приходится идти в коридор. Нет, дверь я открывать не собираюсь, я не настолько наивна. – Кто там? – Курьер! – раздается незнакомый голос с сильным акцентом. – Я ничего не заказывала! – Ничиво нинада! – кричит курьер из-за двери. – Тогда до свидания. – Нинада дасвидания! Слушай меня! Ого, думаю, ничего себе курьеры пошли. – Хачу тебе сказать, што рядам с табой впирвые пачуствавал сибя таким живым! И шапачку сахранил! И када ты сматрела на миня, када рисавала, я думал, што… Распахиваю дверь и в ярости смотрю на темноволосого смуглого парня в синей форме и с тяжелым коробом, который зачитывает свой спич с листочка, который держит в руках. В принципе, я еще на «шапачке» поняла, что внезапное признание исходит не от курьера. – Как зовут? – спрашиваю курьера. – М-м-мурат… – растерянно отвечает он. Наклоняюсь, поднимаю с пола табличку с номером и сую Мурату в руки. – Передашь Федору! Захлопываю дверь перед его носом и зажмуриваюсь так сильно, что сквозь ресницы просачиваются слезы. «Почувствовал себя таким живым». Сам придумал? Курьер еще раз звонит в дверь, но я больше не откликаюсь. И наконец слышу шаги вниз по лестнице. Ну и прекрасно. Возвращаюсь за ноутбук и вижу мигающее сообщение от редактора. «Таисия, а когда вы завезете тетрадку с рецептами вашей бабушки? Мы ведь договаривались, что книга пойдет не только с вашими иллюстрациями, но и с фото оригинала».

Бли-и-и-и-и-ин! А ведь и правда так. Я забыла! «Сейчас привезу!» – пишу я, судорожно дергаясь в коридор. Дубленка, сапоги, шапка… Дзинь – снова сообщение от редактора. «У вас есть час». Час. Открываю телефон и вижу, что вся Москва горит алым. Пробки 8 баллов. Скоро Новый год.