Текст книги "Эпоха Титана 5 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Артефакт пульсировал в кармане. Зелёный шарик размером с грецкий орех, тёплый. Энергия текла в тело постоянно, тонкой струйкой, заполняла каналы, разливалась по мышцам.

Окаменение отступило. Серость на коже исчезла почти полностью, прожилки каменных каналов стали тоньше, менее заметными. Боль притупилась до лёгкого покалывания.

Я наблюдал за эффектом последнее время. Артефакт справлялся, замедлял процесс, даже отбрасывал его назад на миллиметр-два. Но с каждым часом его энергия слабела. Пульсация становилась реже, тусклее, свечение гасло.

Ресурс истощается. Наследие рода Кольцовых, что насыщали магией исцеления десятилетиями, подходит к концу. Ещё несколько дней, может парочку, потом артефакт превратится в обычный камень.

Ольга выполнила свою функцию, дала мне время. Теперь очередь Ирины. Было ещё одно ощущение, которое я не отгонял. Как только эффект артефакта полностью растворится, то окаменение продолжится с куда большим эффектом.

Интуиция, здравый смысл и логика – всё говорило об этом. Я сдерживаю поток, через «дамбу-артефакт» и скоро её прорвёт. Дыхание немного сбилось, руки начали потеть и трястись. Человеческая часть кричала об опасности, но я заставлял себе думать и действовать спокойно.

Паника – яд, которым любят упиваться муравьи… Когда они не уверены в себе или своём будущем. Сжал кулак и выдохнул. Я решу эту проблему, как и все остальные.

После слов Быкова, уже шёл по дорожке особняка к воротам. Как я могу не встретить «гостя», что очень хочет меня видеть. Мужчина, жаль, что не женщина, хотя плевать. Посмотрел на него: утро, солнце поднималось над деревьями, свет пробивался сквозь листву, ложился на мрамор пятнами. Тихо, только птицы щебетали в ветвях.

Удивительно как люди могут себе внушить, что такое спокойствие может продлиться вечно, особенно после их истории. Гиганты уже на этом острове, уже прорываются через аномалии. А такие идиоты как принц, чуть не впустили сюда то, с чем бы они точно не справились.

Охранники у ворот замерли, увидев меня. Молодой отвернулся, уставился в блокнот. Ветеран встретил взгляд, кивнул коротко. Открыл калитку без слов.

За воротами стоял человек спиной ко мне и смотрел на улицу. Среднего роста, худощавый, в сером костюме. Волосы светлые, коротко стрижены.

Я остановился в трёх шагах, он обернулся. Я даже сначала не поверил. Да это же… Рязанов Коля. Лицо светлое, живое, кожа здоровая, без следов ожогов. Глаза ясные, блестят. Губы растянуты в улыбке – широкой, искренней.

Держится прямо, плечи расправлены, подбородок вперёд. Уверенность в каждом движении, в каждом жесте.

Правая рука – протез. От плеча до кончиков пальцев. Металл тёмный, матовый, с гравировкой рун по всей поверхности. Механизм сложный: шестерёнки, пружины, маленькие кристаллы встроены в суставы. Магически-механический, дорогой. Пальцы двигались плавно, естественно, будто живые.

– Приветствую! – произнёс Коля громко и помахал своей новой рукой для демонстрации.

Перевёл взгляд на конечность и оценил ей опасность для меня – минимальная. В случае чего смогу оторвать быстро и потом ей же и забить его.

Парень поклонился мне, не сводя с меня глаз. Я кивнул молча, посмотрел на него внимательнее. Последний раз видел его в десятом корпусе, когда отправлял его к Чешуе: искалеченного, обожжённого, без руки, лицо изуродовано, кожа красная от ожогов, глаза мёртвые, пустые.

Сейчас передо мной стоял другой человек – целый, здоровый, счастливый.

– Спасибо тебе! – ещё раз в пояс поклонился Коля. – Ты меня спас! Дал шанс на новую жизнь! Век не забуду!

– Ты что тут делаешь? – перебил его. – Пришёл проверить, как я устроился?

Напрягся, выпустил силу Титана – тонкую струйку, направил в мышцы ног, рук, спины. Реакция обострилась мгновенно, скорость выросла. Готов убить за секунду, если что-то не так.

Коля здесь не случайно. Откуда-то знает адрес особняка Быкова. Знает, что я здесь. Кто послал? Медведевы? Змеевы? Военные? СКА?

Рязанов улыбнулся шире, не заметил моего напряжения или заметил, но не понял.

– Ты меня не рад видеть? – выдал он буднично, будто этот муравей что-то для меня значит.

– Отвечай, – хрустнул шеей.

– Есть сила, а есть власть, могущество всегда с нами, – произнёс он торжественно.

Я посмотрел на него как на идиота.

– Что за ересь? – спросил я.

Коля растерялся, улыбка исчезла, лицо вытянулось. Он моргнул несколько раз, открыл рот, закрыл.

– Но… – начал он неуверенно. – Мне сказали…

Память щёлкнула. Чешуя, последняя встреча на пустыре. Он давал мне шифр, кодовую фразу для опознания агента СКА в столице.

«Запомни фразу: 'Есть сила, а есть власть, могущество всегда с нами". Это шифр. Его должен произнести наш человек, только после этого можешь ему доверять. Если не услышал – убивай».

Убрал силу Титана, расслабил мышцы. Коля – агент СКА, если точнее, то посланник Чешуи или генерала Бойко. Весьма неожиданный выбор, смею заметить. Взяли искалеченного сопляка и тут же пустили в оборот. Почему? Потому что мы знакомы? Из-за того, что я ему помог?

Кивнул ему.

– Мы можем отойти и поговорить? – спросил Коля осторожно.

Я кивнул снова. Мы двинулись по улице. Коля шёл рядом, не пытался болтать, не задавал вопросов. Ждал.

А я думал. Значит СКА продолжила участвовать во всей это делёжки власти. Сначала была мысль послать его куда подальше, но… Посмотрю, что от меня хотят.

Мысли плавно перетекли к насущным планам и задачам. Окаменение – главная проблема, артефакт слабеет. Ирина и её лекарь… Вот только теперь я готов. Уверен, что приди я раньше, меня бы попытались либо схватить. Пока я ослаблен, либо условия сделки – мне бы не понравились. Теперь всё иначе, у меня есть запас на несколько дней.

Что там у нас ещё? Медведевы и военные. Вчера отпустил одного мага-Воронова живым. Он донесёт о сержанте Кзоте, военном, который убил пятерых магов голыми руками. И снова Ирина окажется мне полезна, она как раз работает с военными.

Использую Вику, намекну Ирине о девочке, что выздоровела после паралича чудесным образом, что ядро восстановилось. Улыбнулся, мне не составит труда связать тех уникальных гигантов, что она видела (Василису и Бориса) и Кольцову. Общие наработки, которые ей точно понравятся.

Змеевы и банда «Серые». Быков просил помощи, бандиты требуют тридцать процентов от прибыли, под крылом побочной ветви. Нужно разобраться с ними, но так, чтобы это вышло боком Змеевым. Подставить их и стравить с Медведевыми тоже. Два Великих Рода в конфликте – идеальная ситуация.

Остаётся вопрос как это сделать? Военные с Ириной или же… А это идея. Кто же знал, что мой куратор вдруг окажется такой полезной в многих делах? Чудо, а не женщина, ещё и в постели хороша.

Император и его семья. Как только закончу с аристократами, военными и СКА, можно будет к нему нагрянуть. Как я понял, когда он занят турбулентностью и опасностью сближения острова – слаб.

И последнее, но не по значению – Борис и Василиса, луркеры с ними. Прошло два дня, яйца должны начать вылупляться. Скоро проверю, посмотрю, как они там. Если всё идёт по плану, через пару недель под городом будет гнездо луркеров, личная армия в подземельях столицы.

Мы дошли до закусочной. Небольшое заведение на углу квартала. Вывеска: «У Марфы». Окна чистые, занавески белые, внутри пусто, только пара посетителей за столиками у окна.

Коля толкнул дверь, вошёл первым, я последовал за ним. Запах кофе, свежей выпечки и жареного мяса ударил в нос. Желудок заурчал, но я проигнорировал. Хватит мне посиделок. Вчера вот покушал с Кольцовыми и расслабился.

Коля подошёл к стойке, заказал два кофе и пирожные – эклеры с кремом. Расплатился, взял поднос. Мы прошли в дальний угол зала, сели за столик подальше от окон и других посетителей.

Коля поставил передо мной чашку и тарелку с эклером. Сам взял свою порцию, сделал глоток кофе, вдохнул с удовольствием.

– Володя, – начал он тихо, наклоняясь ближе через стол. – Я хочу тебя поблагодарить. За всё… Ты спас меня тогда, в корпусе. Вытащил из карцера, отправил в СКА. Мне очень помогли, оплатили операцию, дали протез. Теперь я снова могу жить нормально, работать.

Лицо светилось счастьем, глаза блестели, губы растянуты в улыбке.

– Моя семья… – продолжал он. – Всё в порядке с ними. Я разобрался со всеми проблемами. Долги погасил, сестру выдал замуж удачно. Она счастлива, у неё хороший муж, работа. Мать здорова, живёт со мной. Всё хорошо, понимаешь? Впервые за много лет – всё хорошо.

Он замолчал, посмотрел на меня выжидающе. Ждал ответа, похвалы, одобрения.

Сделал глоток кофе – горький, крепкий, обжигающий. Поставил чашку обратно на стол.

– Плевать, – ответил я. – Что тебя просили передать?

Улыбка Коли померкла. Лицо стало серьёзным, напряжённым. Он сглотнул, посмотрел по сторонам, проверяя, не слушает ли кто. Наклонился ещё ближе.

– Володя… мне приказали передать тебе кое-что. Кое-что плохое… Прости меня.

– Хватит сопли жевать, – оборвал его.

– Ты должен убить Ирину, – выдохнул он тихо, еле слышно. – Ирину Васильевну.

Я поднял бровь. Коля сжался под моим взглядом. Видно было, как в нём борется благодарность и страх перед начальством. Механические пальцы протеза скребнули по столу.

– Твой бывший инструктор и наставник, – продолжил он. – Та, что обучала тебя техникам, давала ядра, помогала.

– Зачем мне это? – спросил я.

Рязанов поморщился.

– Передаю, как мне сказали, – ответил он неохотно. – Она забрала исследования и документы из СКА и ушла. Теперь работает на военных. Есть риск передачи секретной информации врагу. Её нужно устранить.

СКА не вышли из борьбы. Генерал Бойко, Чешуя – они всё ещё играют, двигают фигуры. Но Ирина мне нужна… В моём плане она играет чуть ли не ключевую роль, после – плевать. Но точно не сейчас.

– У меня нет времени, – сказал я.

– Большов! – голос Коли изменился мгновенно.

Из мягкого, благодарного стал жёстким, командным. Он выпрямился, посмотрел на меня в упор.

– Это не обсуждается, – произнёс он чётко. – Ты делаешь, что тебе говорят. Ты сержант СКА. И твой приказ – уничтожение предателя.

– Не хочу, – пожал я плечами.

– Тогда… – Коля растерялся.

Покраснел, вспотел. Отвёл взгляд, уставился в стол. Сжал протез в кулак, механизм щёлкнул, шестерёнки заскрежетали.

– Все узнают, – выдавил он наконец. – Змеевы, Медведевы. Кто ты, где ты, что ты. СКА и военные официально объявят на тебя охоту. Тебя найдут и убьют. Я не советую тебе играть с нами, если хочешь жить.

Я посмотрел на Рязанова спокойно. Он красный, потный, прячет взгляд. Ему неловко, стыдно. Встал из-за стола, не ответил, просто поднялся. Взял эклер с тарелки, откусил – крем сладкий, приторный, тесто мягкое. Доел, вытер рот салфеткой. Развернулся, пошёл к выходу.

Коля вскочил следом, догнал меня у дверей. Схватил за рукав, остановил.

– Это не я, – оправдывался он быстро, сбивчиво. – Просто… просто… просто так сказали. Я не хочу тебе угрожать, правда! Ты мне помог, спас меня. Я в долгу перед тобой. Но приказ есть приказ, понимаешь? Я ничего не могу поделать!

– Забудь, – хмыкнул я. – Срок?

– Неделя максимум, – проглотил Коля. – Чешуя понимает, что это не просто и даёт тебе время, но после… Тебе конец.

Коля кивнул, отпустил рукав, поклонился низко, почти в пояс.

Я вышел на улицу. Солнце поднялось выше, стало жарче. Поймал такси на углу – старая чёрная машина, водитель дремал за рулём. Я постучал в окно, он проснулся, опустил стекло.

– Свободны?

– Да, садитесь.

Я расположился на заднее сиденье. Достал из кармана карточку Ирины и протянул водителю.

– Сюда.

Он прищурился, прочитал. Присвистнул.

– Военный округ, – сказал он. – Далеко, дорого выйдет.

– Сколько?

– Пятьсот империалов.

Я достал купюры, протянул. Водитель взял, пересчитал, спрятал в карман. Завёл мотор. Машина тронулась с места, поехала по улицам. Я откинулся на спинку сиденья, посмотрел в окно.

Мне плевать на Ирину. Она для меня инструмент, ресурс, не больше. СКА думает, что может меня шантажировать? Раскрыть Змеевым и Медведевым моё местоположение, личность. Натравить на меня два Великих Рода. Заставить меня выполнять их приказы под угрозой смерти? Какие же они идиоты…

Неделя? Хорошо. Я медленно улыбнулся и сказал вслух, в пустоту:

– Посмотрим, что из этого выйдет.

Водитель покосился на меня в зеркало заднего вида, но промолчал. Машина ехала долго. Мы выехали из Зелёного пояса, проехали через центр города, свернули в промышленный район. Заводы, склады, ангары. Дым заводских труб тянулся к небу чёрными столбами.

Дальше начался военный округ, заметил его издалека. Высокий забор, метров пять, из бетонных плит. Сверху колючая проволока в три ряда, между рядами – магические ловушки. Я чувствовал их энергию даже с расстояния – слабые импульсы, что пульсировали в воздухе. Сигнализация, датчики движения.

За забором стояли здания: серые, однообразные, пятиэтажные. Окна маленькие, узкие, забранные решётками. Крыши плоские, на них антенны, вышки связи, прожекторы.

Мы ехали к какому-то определённому месту. Начали сбрасывать скорость. Впереди шлагбаум, будка охраны рядом, бетонная, с бойницами. Два солдата у шлагбаума – автоматы на плечах, каски на головах, бронежилеты. Ещё четверо на вышке за будкой.

Машины, грузовики, джипы, бронетранспортёры ездили по территории туда-сюда, поднимали пыль. Солдаты маршировали строем, бегали кроссом, таскали ящики. Сотни, тысячи потенциальных врагов.

Я смотрел на всё это спокойно и анализировал. Если понадобится уйти отсюда с боем… Можно, сложно, но можно. Силы Титана хватит, чтобы прорваться через периметр. Магия земли тут окажется очень кстати, но будут потери. Энергия истощится быстро и я не знаю как её восстановить, ещё ранения.

Машина подъехала к шлагбауму, остановилась. Солдат подошёл к окну водителя, постучал.

– Документы.

Водитель протянул удостоверение, солдат проверил, кивнул. Посмотрел на меня через заднее стекло.

– Пассажир – по какому делу?

Я достал карточку Ирины, протянул через окно. Солдат взял, прочитал. Лицо изменилось мгновенно, стало напряжённым, серьёзным. Он выпрямился, отступил на шаг.

– Одну минуту, – сказал он.

Зашёл в будку, взял какое-то устройство. Говорил минуту, слушал, кивал. Потом вернулся к машине.

– Проезжайте, – сказал он, отдавая визитку. – Вас ждут, проедете прямо, третий поворот налево. Здание номер семнадцать, одноэтажное, серое.

Шлагбаум поднялся. Мы ехали по территории медленно. Солдаты расступались, смотрели на машину. Водитель нервничал, я видел как его руки дрожали на руле, пот выступил на лбу.

– Никогда тут не был, – пробормотал он себе под нос. – Военные… Страшно.

Я промолчал. Третий поворот налево. Здание номер семнадцать показалось впереди. Одноэтажное, серое, без окон. Дверь металлическая, массивная. Рядом стояли трое солдат, все в полной экипировке, автоматы наготове. Машина остановилась перед зданием, я вышел.

Трое солдат подошли ко мне. Один – старший, с нашивками сержанта на рукаве – кивнул.

– Господин Большов?

– Да.

– Пройдёмте, вас ждут.

Они повели меня к зданию. Подошли к двери, старший вставил ключ в замок, повернул. Замок щёлкнул громко, дверь открылась внутрь со скрежетом металла.

Мы зашли.

БАХ!

Дверь захлопнулась за нами резко, с грохотом. Эхо разнеслось по помещению. Я обернулся и напрягся, предчувствуя ловушку. Выпустил силу Титана, струйка энергии разлилась по телу, обострила реакцию.

Я был готов к такому варианту событий. Их всего трое, никого из магов рядом не чувствую, как и гигантов. Так что они уже трупы в случае чего. Тело покрыл покров, на кончиках пальцев уже начал собираться импульс из чистой силы.

Старший сержант повернулся ко мне, посветил фонариком в лицо.

– Вниз, – сказал он коротко.

Он шагнул к дальней стене, нажал на кирпич. Стена дрогнула, поехала в сторону со скрежетом. За ней открылся проход: узкий, тёмный, лестница вниз.

И? Нападения не будет? Даже как-то расстроился немного. Ладно, может быть дальше будет, что-то интересное.

Мы начали спускаться: ступени каменные, мокрые, скользкие. Стены бетонные, покрытые плесенью, лампы на стенах редкие, свет тусклый.

Спускались долго, минут двадцать. Я считал ступени: триста, четыреста, пятьсот. Глубина огромная, метров сто под землёй, может больше.

Наконец лестница закончилась. Мы вышли в широкий коридор из бетона с низким потолком. Трубы тянулись вдоль стен, вода капала откуда-то сверху, лужи на полу.

Канализация? Судя по всему, да, только стара и заброшенная. Или нет, не заброшенная. Я услышал голоса впереди, шаги, лязг металла.

Коридор расширился, превратился в огромное помещение. Зал размером с ангар. Потолок высокий, метров десять. Люди. Много людей.

Десятки мужчин и женщин в белых халатах. Они сновали между столами, несли склянки, тетради, артефакты. Записывали что-то, показывали друг другу.

Столы заставлены оборудованием. Микроскопы, колбы, горелки, странные приборы с проводами и кристаллами. Магические артефакты светились, пульсировали, жужжали.

Вдоль стен клетки: большие, металлические, с толстыми прутьями. В них что-то шевелилось. Я присмотрелся, а там люди или то, что когда-то было людьми. Изменённые… Они сидели в клетках, смотрели пустыми глазами. Кто-то рычал, кто-то скулил, кто-то бился головой о прутья.

Военные патрулировали помещение, стояли у клеток, охраняли выходы. Автоматы в руках, лица каменные и они все маги. Моё ядро вибрировало, когда мы проходили мимо. Судя по энергии они ранга четвёртого, нет пятого, прямо как я. Сильных же сюда охранников загнали.

Вот и подземная лаборатория по созданию изменённых. Только почему мне её показали? Не опасаются?.. Оскалился, нет не опасаются. Зайти то я сюда зашёл, а вот выйти будет проблемой. Во всяком случае так они считают. Ирина именно это планировала? Какая хитрая и опасная женщина.

Поняла мою ситуацию с окаменением и пригласила сюда, когда я ей отказал. Трое солдат, что вели меня, остановились. Старший кивнул мне.

– Ждите здесь, – сказал он.

Они развернулись, ушли обратно к лестнице. Я остался стоять один посреди зала.

Смотрел по сторонам, изучал. Запоминал расположение людей, количество охраны, слабые места. Через пару минут одна из клеток открылась, оттуда вышла женщина – Ирина.

Пепельные волосы собраны в строгий пучок, ни одна прядь не выбилась. Красная помада на губах: яркая, кричащая, контрастирует с белым халатом. Глаза блестят фанатичным блеском, который я помнил. Улыбка широкая, довольная.

Она шла ко мне уверенно, быстро. Туфли стучали по бетону. Остановилась в двух шагах, посмотрела на меня снизу вверх.

– Здравствуй, Володя, – произнесла она мягко, почти нежно. – Вот и ты пришёл.

Пауза. Она улыбнулась ещё шире, развела руки в стороны.

– Как тебе моя лаборатория?

Глава 6

Кивнул.

– Сойдёт, – сказал я.

– Ты наконец-то приехал… – Ирина медленно облизнулась, язык скользнул по нижней губе. – Я тебя ждала.

Перевёл взгляд на остальных, учёные замерли, смотрели на меня. В глазах смесь: непонимание, что здесь делает посторонний, и научный интерес – холодный, оценивающий, так смотрят на новый образец.

Один мужик в очках склонился к коллеге, прошептал что-то. Второй кивнул, не отрывая взгляда. Женщина у микроскопа выпрямилась, сняла перчатки. Записала что-то в блокнот, продолжала смотреть.

Человеческое тело тут же отреагировала на эти «пожирающие» взгляды. Перед глазами начали проплывать картинки как Володя лишился ядра, запахи и всё остальное. Руки начали потеть и трястись, снова? Как же раздражает!

Выпустил Силу Титана и злость, которая была внутри, немного отпустило. Военные у клеток напряглись, руки легли на рукоятки оружия. Пальцы сжались, но не вытащили стволы. Ждали команды.

Я тоже приготовился, если решат напасть, то будет хорошая красивая и что важно кровавая бойня. Почему-то внутри меня очень хотелось сейчас кому-нибудь оторвать голову.

Ирина схватила меня за руку, пальцы сжали запястье крепко, настойчиво. Потянула за собой.

– Пойдём, – сказала она тихо.

Мы пошли вдоль клеток. Я чувствовал их всех – изменённых. Ядра пульсировали в позвоночниках: мощные, искажённые, нестабильные. Магия внутри них бурлила, рвалась наружу, разрывала тела изнутри.

В первой клетке сидел мужчина: голый, спиной к прутьям. Кожа серая, покрытая чешуйками: каменными наростами, как у гиганта. Руки толстые, пальцы срослись в когти. Голова опущена, волосы выпали клочьями.

Он дышал тяжело, хрипло. Грудь вздымалась, опускалась неровно. Изо рта капала слюна – густая, тёмная, на полу уже образовалась лужа.

Ядро внутри него горело ярко. Я чувствовал его структуру – два ядра. Человеческое и гиганта, они сражались друг с другом, пожирали друг друга. Энергии сталкивались, рвали каналы, разрушали ткани.

Мужчина застонал, поднял голову, посмотрел на меня. Глаза мутные, белёсые, зрачки расширены до предела. В них ничего не осталось – ни разума, ни личности. Только боль и пустота.

Хмыкнул, не повезло.

Во второй клетке женщина. Молодая, лет двадцать пять. Привязана к стене цепями: руки, ноги, шея. Тело изогнуто, спина выгнута дугой. Мышцы напряжены, вены вздулись под кожей. Кожа на руках трескалась, сквозь трещины пробивалась чешуя – зелёная, блестящая. Ногти отвалились, вместо них росли когти.

Она кричала: непрерывно, монотонно, надрывно. Голос сорвался давно, теперь только хрип вырывался из горла. Губы в крови. И тут ядро гиганта пожирало человеческое. Я почти видел процесс, как энергия текла, поглощала, превращала. Каналы расширялись, ломались, заполнялись чужеродной магией.

Она умирала: медленно, мучительно, ещё несколько часов, может день, потом тело не выдержит.

В третьей клетке подросток, парень лет шестнадцати. Сидел в углу, обхватив колени руками. Качался вперёд-назад, бормотал что-то себе под нос, слова не разобрать. Половина лица покрыта каменной коркой: серая, шершавая, толстая. Правый глаз скрыт полностью, левый открыт – красный, воспалённый.

Ядра внутри балансировали на грани. Человеческое держалось, сопротивлялось. Гигантское наступало, но медленнее, у него была неделя, может две. Потом сломается окончательно.

Я прошёл мимо ещё пяти клеток. Везде одно и то же – метаморфоза, боль, страдания. Кто-то ещё держался, цеплялся за остатки человечности, кто-то уже сломался, превратился в тварь.

Людишки пожирают себе подобных. Превращают в монстров, ломают, уничтожают. Называют это наукой, прогрессом, необходимостью. Да это заявка на то, чтобы перестать быть травоядными и стать хищниками.

Титаны тоже убивали слабых, но делали это честно, открыто. Сильный забирает у слабого – закон Хроноса. Людишки же прячутся за словами, оправданиями, целями. Делают то же самое, но лицемерят.

Мы дошли до конца зала, Ирина толкнула дверь, зашла внутрь. Я последовал за ней.

Кабинет: небольшой, метров десять на десять. Стол у стены, заваленный бумагами. Книжные полки, склянки с препаратами, артефакты на подставках. Диван у противоположной стены, кожаный, потёртый с одеялом сверху. Видимо она тут и спит.

Ирина выдохнула тяжело. Села за стол, откинулась на спинку кресла. Расстегнула верхнюю пуговицу халата, потёрла шею.

– Ну, – сказала она, – рассказывай, как ты поживаешь?

Я сел на стул напротив, посмотрел на неё внимательнее.

Помимо научного интереса в глазах читалось другое – похоть, желание. Она смотрела на меня не как учёный на объект исследования. Смотрела как женщина на мужчину. Взгляд скользил по лицу, задержался на плечах, груди, руках.

Зрачки чуть расширены, дыхание участилось. Язык снова облизнул губы. Она сжала бёдра под столом, заметил движение.

– Хорошо, – ответил я коротко.

– Даже так? – Ирина подняла бровь, удивилась. – Я думала, что твоя проблема куда серьёзнее, что ты сразу ко мне прибежишь.

Рука проникла в карман и сжала артефакт. Энергия истощалась, ещё день-два и превратится в камень. Не зря я решил сначала заглянуть к Оленьке и предложить ей и её родне вернуть долг.

– Ошиблась, – пожал плечами.

– Значит всё-таки как-то выиграл время? – кивнула она. – Но ненадолго, я чувствую, что процесс лишь замедлился и скоро снова продолжится с новой силой.

Она улыбнулась медленно, потянулась к пуговице халата, расстегнула вторую. Край белой блузки показался из-под ткани, кружевной бюстгальтер просвечивал.

– С чего с тобой начнём? – спросила она, наклоняясь вперёд через стол. – С того, что тебе придётся работать со мной теперь, чтобы остаться живым? Или с посещения моего знакомого?

Грудь прижалась к столешнице, декольте углубилось. Она знала, что делает.

– Со второго, – выдохнул я. – А насчёт первого…

Встал резко, убрал стул в сторону ногой, он упал с грохотом. Ирина дёрнулась, но не отстранилась. Смотрела на меня снизу вверх, глаза блестели.

– Для меня не составит труда похоронить тут всё, что вы сделали, – закончил я спокойно.

– Уверен? – Ирина откинулась назад, скрестила руки на груди.

Жест защитный, но поза расслабленная. Она не боялась, наоборот, возбуждалась от конфронтации. Красивая и опасная женщина.

– Слушай, – начал я, – твои попытки поймать меня в ловушку… очень льстят. Но я подготовился немного к нашей встрече.

Я обошёл стол, встал позади её кресла. Положил руки на подлокотники с обеих сторон, склонился ближе. Моё дыхание коснулось её уха.

– Для начала, – продолжил я тихо, – СКА знает, где я. Это первое.

Ирина замерла, напряглась.

– Также несколько аристократов, – добавил я. – И мой отчёт по твоим делам у них. Не вернусь – проблемы у вас будут и не маленькие. Придётся всё свернуть и начинать где-то снова с нуля…

Она повернула голову, посмотрела на меня через плечо, улыбнулась криво.

– Моим работодателям всё равно, – ответила она.

Встала из кресла резко, развернулась ко мне лицом. Мы стояли в сантиметре друг от друга. Её грудь почти касалась меня.

– Понимаю… – выдохнул я.

Использовал Чистую Силу и силу Титана разом. Энергия взорвалась в теле, скорость выросла многократно. Рука метнулась вперёд, схватила её за горло. Пальцы сжались вокруг шеи, надавили на сонную артерию. Не сильно, но достаточно.

Ирина даже не успела воспользоваться магией льда, её ядро вспыхнуло в позвоночнике, энергия потекла к рукам, но поздно, я уже держал её.

Поднял и прижал к стене спиной. Моя рука на её горле, вторая уперлась в стену рядом с головой. Она между мной и бетоном, никуда не деться. Посмотрел ей в глаза. Искал страх, панику, желание вырваться.

Не нашёл. Вместо страха – азарт. Глаза горели, зрачки расширены ещё больше. Дыхание сбилось, грудь вздымалась часто. Губы приоткрылись, язык облизнул их снова.

Она возбудилась… От удушения, от демонстрации силы, от беспомощности. Я чуть надавил на шею сильнее. Перекрыл доступ кислорода, она начала задыхаться. Лицо покраснело, вены вздулись на висках. Руки вцепились в мою руку, пытались оттолкнуть.

Но не царапали, не били. Просто держались.

– Подожди… – выдохнула она с трудом, голос хриплый. – Давай также, только без одежды.

Я отпустил её шею резко. Ирина закашлялась, согнулась пополам, схватилась за горло. Втягивала воздух судорожно, хрипела.

В кабинет ворвались военные. Трое, автоматы наготове, стволы нацелены на меня. Они увидели картину: Ирина кашляет, держится за шею, я стою рядом.

– Подавилась, – сказал я спокойно.

Военные замерли, не поверили. Смотрели на Ирину, ждали команды. Пальцы на спусках, готовы стрелять. Ирина выпрямилась медленно. Вытерла слёзы, что выступили от кашля. Подняла руку, жест «стоять».

– Всё хорошо, – прохрипела она. – Можете идти.

Военные переглянулись, не поверили, но подчинились. Опустили стволы, развернулись и вышли из кабинета. Дверь закрылась.

Ирина потерла шею пальцами. Кожа покраснела, останутся синяки. Она улыбнулась, глядя на меня.

– Стал ещё сильнее? – спросила она с интересом. – Какой же ты любопытный экземпляр.

Она подошла к столу, села на край. Закинула ногу на ногу, халат задрался, открыл бедро.

– Хорошо, – сказала она деловито. – К вопросу работы мы ещё вернёмся. Но факт остаётся фактом: как только ты сюда попал, теперь от тебя не отстанут. Ты видел слишком много.

Наклонилась вперёд, локти на коленях.

– Я сказала, что ты мой сотрудник из СКА, – продолжила она. – И ты спокойно сможешь жить, только если будешь работать здесь.

– Сильно же ты хочешь этого, – улыбнулся я.

Подошёл ближе, встал перед ней. Она смотрела снизу вверх, не отводила взгляд.

– Не переживай об остальном, – сказал я. – У меня к тебе несколько предложений. Некоторые будут очень интересными и полезными. Это должно помочь тебе повесить лапшу на уши своим хозяевам.

Ирина выпрямилась мгновенно. Лицо стало серьёзным, научный интерес вспыхнул в глазах. Она слезла со стола, села в кресло, достала блокнот и ручку.

– Слушаю, – сказала она собранно.

– Есть одна девочка… – начал я медленно.

Ирина подняла голову, смотрела внимательно.

– У неё было повреждение ядра, – продолжил я. – Паралич, семь лет и вдруг всё восстановилось. Не буду скрывать, что за этим стоит некто… Тот самый создатель, что помог и мне.

– М? – Ирина подняла бровь.

Записала что-то в блокнот, подчеркнула дважды.

– Как я понимаю, – продолжил, – для вас важно разобраться в том, чтобы ядра от гигантов приживались в теле и не повреждали людские.

Ирина замерла, ручка застыла над бумагой. Она медленно подняла голову, посмотрела на меня.

– Подожди… – произнесла она тихо. – Откуда ты узнал?

Я промолчал. Тут не нужно быть гением или научным сотрудником. Два ядра в одном теле: человеческое и гиганта, они сражаются, пожирают друг друга.

У Льва Змеева было два ядра. Я убил его, видел изнутри структуру. Человеческое ядро цело, живо. Ядро гиганта отдельно, рядом. Они сосуществовали, не конфликтовали. Аномальный – так их называют. Получил силу, сохранил человечность. Венец достижений, редкость.

Но почему тогда аристократы не продолжают делать именно так? Почему Змеевы не штампуют аномальных десятками, сотнями? И всё что у них вышло это – Василиса и Борис, может ещё похожие.

Почему? Либо процесс сложный, либо секрет утерян, либо успех случаен. А здесь, в лаборатории, все подопытные умирают. Ядро гиганта пожирает человеческое, превращает носителя в монстра. Ирина не может повторить успех Змеевых.

Вариант первый: у неё ограниченный доступ к информации. В СКА она была исполнителем, техником, принеси-подай. Знала часть процесса, но не весь. Теперь у неё амбиция – сделать всё самой. Доказать, что она талантливее, умнее, но нет полной картины.

Вариант второй: информация есть, но не хватает ресурсов. Специальных артефактов, редких ядер, уникальных условий.

Вариант третий: она экспериментирует, пытается найти новый путь, отличный от того, что использовали Медведевы и СКА.

Любой вариант объясняет, почему она так вцепилась в меня. Я для неё – ключ к разгадке, как она думает. Вот только почему её не убили ни Медведевы, ни СКА.