Текст книги "Новый мир для Антимага (СИ)"

Автор книги: Артём Март

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 26

Эти непонятные нити тут же обвили меня, а когда я попытался двинуться, то звякнули, как железные струны, больно впились в кожу.

– Попался! – Зарычала она почти по-мужски.

А потом я почувствовал, как волосы на руках встают дыбом. В области, где проволока впивалась в тело, закололо так, будто по ней пошел легкий электрический разряд.

– Ты что? – Удивился я, – решила меня током убить?

– Что? – Не поняла она.

– Аарон? – Послышался сонный голос Вольфстраттон, – что там происходит⁈ – Встрепенулась она и зажгла ночник на тумбе, а потом грязно выругалась.

Совершенно голая, Вольфстраттон метнулась к своей одежде, разбросанной на диване и извлекла откуда-то маленький дамский пистолет, подпрыгнула к нам.

– Ни с места, красотка, – зарычала незнакомка, – ни то я вскипячу ману в его каналах!

– Что? – Я обернулся к мужеподобной бабе, на которой все это время лежал, – вскипятишь ману?

– Ну да, – выпучила она глаза.

– Кажется, – хмыкнул я, – тебя плоховато подготовили.

Она не ответила, только сжала зубы, а я, в свою очередь, отвел голову назад так, что хрустнуло в позвонках, а потом изо всех сил дал ей лбом в нос. Женщина всхлипнула. Я почувствовал, как ее зубы поранили мой лоб, а потом что-то на моей коже появилась теплая влага. Кровь заливала глаза, но чья это кровь, было сложно понять. Может, моя, из рассеченного лба, может, ее, из разбитых рта и носа. А может, и то и другое.

– Ах ты скотина! Да я… да я! – она закричала что-то невнятное и закрыла лицо руками.

Я же почувствовал, как стальные нити ослабли, и выпутался из них.

– Аарон! – Крикнула Вольфстраттен, – я…

– Не вмешивайся! Я сам с ней расправлюсь!

– Пошли к черту оба! – Зарычала баба, а потом беспорядочно замахала руками. Я видел, вымазалось кровью.

Несколькими легкими движениями я отбился от ее рук и тут же схватил за короткие светлые волосы двумя руками.

Она вскрикнула и впилась своими ногтями мне в предплечья. Я напрягся. Баба была, что называется, бой! Крепкая, почти как мужчина. Но все же, мне хватило сил, чтобы оторвать ее голову от пола и с силой вмазать затылком обратно в шершавый паркет.

Женщина немедленно расслабилась, потеряла сознание.

– Кто это, мля такая⁈ – вскрикнула Вольвстраттен.

– Я не знаю, – обернулся я к женщине, – наверняка кто-то, кто непротив бы меня прикончить. И догадываюсь, кто мог ее подослать.

– Проклятье, – Вольфстраттен добавила еще пару словечек и грязным матом.

А потом опомнилась. Увидела, как мой взгляд неосознанно скользит по ее формами, бросилась к креслу. Сжамкав свою одежду, она прикрылась.

– Да че я там не видел, – хмыкнул я, с трудом переворачивая тушу бабы на живот и связывая ей руки за спиной.

– Хорошего понемножку, хитро улыбнулась Вольфстраттен.

В следующее мгновение грохнуло так, что Вольфстраттен аж упала на пол, закрыла голову руками. А вот мужеподобная бабища, напротив, очнулась.

Я взглянул туда, откуда бабахнуло. Это была кухня-гостиная. Грохнуло снова, зазвенело разбитое стекло. В темноте я увидел, как в стену коридора ударили куски оконной рамы и мелкие кирпичи. Поднялось облако пыли.

– Что⁈ – Воскликнула незнакомая баба, – они запустили его⁈

Я нахмурился и уставился в коридор. Уроборос спрятал за спиной.

Тогда в темноте зашевелилось. Когда клубы дыма немного осели, я увидел тень. Мужскую. Словно зомби она брела ко мне, сильно оскорбившись и опустив руки.

– Георгина, – позвал я Вольфстраттен, – у нас проблема, лежи, где лежишь.

– Что случилось, – приподняла она голову.

– Это спятивший маг…

В следующее мгновение, в освещенную часть коридора выступил он. Это был юнец, немногим старше моего тела. Худощавый, но жилистый, он был одет в армейские каргоштаны, но гол по пояс.

Безэмоциональное лицо словно бы окаменело, не выражая совершенно ничего. Глаза были совершенно черными. А вот вокруг шеи парня было что-то странное. Непонятное электронное устройство, напоминающее ошейник. По кругу в него, словно шипы, что бывают на ошейниках борцовских псов, стояли полупрозрачные ампулы с непонятным красновато-бурым веществом.

В следующее мгновение, одна из ампул опустилась, вещество с шипением ввелось в тело парня, а ампула, словно гильза автоматического оружия, отстрелялась. Со звоном упала на пол.

По телу парня полежали черные прожилки.

– Проклятье, – сжал я зубы, а потом схватил бабу, и с силой дернул в комнату с Вольфстраттен. Та проехалась по скользкому ламинату.

Умница Вольфстраттен тут же подлезла к ней и принялась оттаскивать от коридора. К моему удивлению (которого я, кстати, не выдал), пленная даже не сопротивлялась. Казалось, она даже хотела убраться подальше от безумца. Ну, я понимал ее.

Тем временем, обезумевший выгнулся дугой, впился в собственное лицо ногтями и завыл.

– Предки! – Внезапно открылась дверь в квартиру, – господин Аарон! – Внутрь вошла пожилая дама, что сидела на ресепшене на первом этаже доходного дома, – что у вас тут происходит⁈ Предки!!! – Перепугалась она, когда увидев сначала разгром, а потом и непонятное существо.

– Нет! Назад! – Только и успел крикнуть я.

Безумец зарычал, она же закричала от страха. В следующее мгновение, он выбросил вперед руку. Черные щупальца вырвались из всех теней, что остались в комнату, и тотчас же врезались в тело женщины.

Я же бросился к нему с ножом. Хотел прыгнуть сзади, пока он отвлекся и поразить сердце через спину.

Не успел. Черная полусфера щита возникла вокруг него, а потом лопнула ударной волной. Окно коридора тотчас же выбило, все картины, и декоративные фрески снесло со стен, я повалился на спину.

Парень был магом тьмы.

– Юлий – маг тьмы, мля, – зарычала растерянно баба-налетчица, – он не должен был запускать этого сумасшедшего в квартиру, пока я здесь! Его не победить! Развяжите, мать вашу, меня!

– Вольфстраттен! – Закричал я, поднимаясь на ноги, – будь добра, заткни пленницу, – в руке материализовался нож, – она меня отвлекает!

Парень шагнул ко мне. Я увидел, как все вокруг него стало разлагаться. Это была какая-то аура из разряда магии тьмы. Третья способность. Две предыдущих он показал мне. А какая же ульта?

Но самое интересное было то, что им могли управлять. И я бьюсь об заклад, что именно при помощи этого странного устройства.

Этот обезумевший маг явно был обезумевшим. Вот только вел он себя не совсем так, как это обычно делают безумцы. Как минимум, не бросался с дикими воплями вообще на все, что шевелится вокруг.

Я смотрел в его черные глаза и понимал, что несчастный сфокусировал свой взгляд именно на мне.

Тогда я тут же выкрутил нуль-ауру на максимум. Услышал, как в соседней комнате блюет пленница.

А вот обезумевший маг не подал по началу никакой реакции. Зато среагировал ошейник. Другая, соседняя колба ввела жижу и тут же отсоединилась.

Безумец вскрикнул и вскинул обе руки. Из теней вокруг меня вырвались черные щупальца. Однако, теперь они были полупрозрачными.

Я немедленно выставил антипатический щит. На подходе к моему телу щупальца тут же испарились.

Сам безумный, которого, по словам, налетчицы звали Юлий, бросился ко мне, размахивая руками. При этом, от теней вокруг него будто бы оторвались клочки и прилипли к его рукам, вытянулись в большие когти.

Я заметил, что аура порчи вокруг него уже ослабела. Раньше стены прямо гнили, за его спиной, теперь же просто чернели.

Он взмахнул когтями. Я легко увернулся, пропустил его мимо, а потом оттолкнулся от стены и оказался за спиной безумца. К этому времени его когти совершенно испарились.

Юлий с удивлением замер и заурчал, как зверь. Принялся осматривать свои руки.

Я же воспользовался магическим параличом, тут же запустил заклинанием в безумца.

Юлий немедленно выгнулся дугой и упал на спину, забился в жутких конвульсиях.

– Сработало, – выпрямился я, в руке блеснул уроборос.

Я обратил взгляд к налетчице.

– Кто этот несчастный? – Указал я ножом на Юлия, – что это за странный механизм у него на шее?

– Я… я не знаю… – ответила мужеподобная женщина.

Она сидела на заднице у кровати, а Вольфстраттен держала ее на мушке.

– Ты лжешь, – сказал я холодно.

– А еще, ты отправишься с нами, – сказала Вольфстраттен, – потому что будешь задержана. Аарон, – она перевела взгляд на меня, – я намерена вызвать подкрепление. Задержим и допросим эту тварь.

– Нет, – я покачал головой, – сначала я поговорю с ней сам.

– Я не согласна, – начала было Вольфстраттен, но закончить так и не смогла.

Зашумели механизмы ошейника. Новая капсула опустилась, и Юлий тотчас же затих, как мертвый.

На полу, вокруг Юлия, образовалась лужа черной жижи. В следующее мгновение жижа стала медленно тянуться к потолку. Черные столбики переплетались друг с другом, и через пару мгновений, над магом тьмы стоял его двойники, созданный будто из черной жижи.

Он раскинул руки, и пальцы вытянулись в длинные когти. Через мгновение, тень бросилась ко мне.

Я успел выставить антипатическую защиту и увидел, как тень стала колебаться, приблизившись ко мне, будто на нее сильно дул ветер. В следующее мгновение она, вместо того, чтобы ударить меня, бросилась в сторону, к женщине-налетчице.

– Помогите! – Вскрикнула она, – Ивор хочет меня прикончить!

– Проклятье! – Крикнул я и метнул уроборос.

Клинок просвистел в пространстве и впился в спину тени, когда та была уже за пару шагов до женщины. Когда это произошло, тень застыла на месте, как статуя.

Прозвучали выстрелы. Вольфстраттен разрядила в тварь всю обойму, однако пули просто потянули в черной жиже. Магическое создание осталось стоять.

– Это ульта, – проговорил я, глядя на застывшую тварь.

В следующее мгновение двойник начал просто впитываться в клинок. И спустя полминуты исчез, а Уроборос упал, вонзившись в пол у ног женщины. Та посмотрела на меня ошарашенными глазами.

– Ты… ты спас меня…

Внезапно, что-то защелкало на ошейнике парня, я взглянул на него и увидел, как все оставшиеся ампулы ввели свое содержимое в тело бедолаги. А порто разом отстрелялись.

– Это не хорошо, – нахмурился я.

– Что? Что нехорошо⁈ – Напуганными глазами посмотрела на меня женщина, – весь Лазарь ввелся за один раз, ведь так?

– Лазарь? – Нахмурился я.

– Да! Я слышала, как отвалились ампулы! – Закричала она, объятая настоящим ужасом, – спасайтесь, немедленно! Помогите! Вытащите меня отсюда! Проклятый Патрицин!

– Что происходит? – Спросил я.

– Оператор запустил последний протокол!

Черные жуткие прожилки, толстые, как палец, проявились на голом торсе Юлия. Он задрожал, словно в припадке эпилепсии. А потом открыл глаза. Из них струями ударил черный дым.

Глава 27

– Что происходит⁈ – Закричала Вольфстраттон.

– Он сейчас… – Криком ответила на ее крик мужеподобная.

– Взорвется! – Закончил я ее фразу и метнулся к аквариуму Коржика, – открывай портал! Быстрее! – Закричал я, взяв улита на руки.

Маленькое существо посмотрело на меня изумленными изумрудными глазами, а я побежал обратно в комнату.

Увидел, как Юлий лежал в коридоре. Теперь и его рот был широко распахнут, а черный дым вырывался клубами и из него. Тем не менее, дым будто растворялся в воздухе. Почерневшие руки мага тьмы мелко дрожали.

Я усадил коржика на столик.

– Открывай!

– Нам не спастись! Всю квартиру разнесет! – Закричала налетчица.

Вольфстраттон же подбежала ко мне, заорала прямо в ухо:

– Что ты делаешь⁈ Нужно спасаться!

– Взрыв будет необычным, – сказал я, не отводя взгляда от коржика, – это магия тьмы.

Коржик, словно услышав мои слова, среагировал. Я увидел, как кольца на его панцире стали вращаться, а сам он расти.

– Быстрее! К стене! – указал я на дальнюю стену, – оттащи ее!

– Она тяжелая!

Не говоря ни слова, мы подскочили к налетчице и потащили ее к противоположной стене. Потом раздался страшный хрип, и черный туман буквально заклубился во входе в коридор. Происходила загадочная детонация, которой я еще никогда не видел.

Стена, что отделяла коридор от спальни принялась разрушаться, начала гнить. Почернели потолок и пол. Дверной косяк стал разваливаться на куски. Вся эта тьма приближалась.

Потом заскрежетал камень. Панцирь Коржика разросся до таких размеров, что проломил перегородку в кухню-гостиную. Перед нами почернел вход раковины.

Вольфстраттен с изумлением смотрела на все происходящее. Однако налетчица была изумлена еще сильнее. Она прямо-таки раскрыла рот.

– Внутрь! Давайте! – крикнул я, и мы с Вольфстраттен потащили налетчицу в раковину.

В следующее мгновение я услышал, как хрипение усилилось. За спиной будто бы задул чудовищный черный ветер. Позади, там, где только что была противоположная стена комнаты, у которой мы притаились, пока рос панцирь, разверзлась черная бездна. Ни стены, ни кресла, ни аккуратного журнального столика, ничего этого не стало. Только тьма.

Тьма, было, попыталась пройти и внутрь осколка, однако, ей не удалось этого сделать. Пелена междумирья перекрыла ей путь. Мы немедленно оказались в Саду.

– Поздравляю вас, дамы, – выпрямился я и посмотрел на пытающихся отдышаться женщин, – вы первые из людей, кто видят мой сад.

– Что? – удивилась Вольфстраттен.

– Некоторые, а ты, Вольфстраттен, к тому же первая женщина, что попала сюда еще и почти обнаженной.

Вольфстраннет посмотрела на себя, и тотчас же принялась застегивать пуговки своей белой блузки, при этом покраснела, как подросток. Блузку, кажется, она успела надеть, пока я возился с налетчицей.

– Так, – я приблизился к мужеподобной и схватил ее за грудки, обратил к себе ее грубое лицо, – что ж. Придется тебе ответить на пару вопросов, – сказал я холодно, – что, зря, что ли я тебя спасал? Мог бы бросить там, на съедение этой черной бомбе.

Мужеподобная нахмурилась и сжала полные губы. Признаться, я думал, что она будет упираться и мне даже придется прибегнуть к спецсредствам, чтобы заставить ее говорить. К моему удивлению, она начала сама:

– Предать предателя это ведь не предательство? – Сказала она неуверенно.

– Это вопрос? – Нахмурился я в ответ.

– Нет, – она вздохнула, – Патрицин бросил меня умирать. Юлия должны были использовать только тогда, когда я выберусь из квартиры. И только при условии, если у меня не получится тебя прикончить.

– Так, – сказал я, претворяясь, что не удивился тому, что она готова сотрудничать, – расскажешь все что знаешь и останешься в живых.

– По рукам, – кивнула она.

Когда женщины увидели мой сад, естественно, они были поражены. Вольфстраттен не скрывала этого, а вот незнакомка выглядела хмурой как полено, хотя я то и дело видел, как она зыркает по сторонам.

Чтобы ее допросить, мы пошли в большой грот, в котором росли редкие виды растений.

Потолок здесь в нескольких местах был прозрачен, словно бы сделан из стекла естественного происхождения. Тут точно не обошлось без магии. Складывалось впечатление, что какая-то неведомая сила превратила камни в стеклянные плиты разных форм и размеров.

Свет незаходящего в осколке солнце, проникал внутрь грота и питал растения. При этом, стекло предавало ему мягкий голубоватый оттенок.

Вольфстраттон аж рот раскрыла, когда увидела внутри грота многочисленные клумбы с неведомыми растениями из моего старого мира.

Естественно, я их не выращивал. Растения уже были здесь, когда я нашел Коржика. Я только построил тут хижину алхимика.

– Что это за место? – Изумилась налетчица, оглядывая мясистые побеги загадочных растений, что росли здесь всюду.

– Пещера правды, – солгал я.

– Что? – Недоуменно посмотрела на меня незнакомка и пошевелила плечами. Ее руки все еще были связаны за спиной и должно быть, затекли.

– Пещера правды, говорю. Каждый, кто солжет здесь, в этом месте, немедленно умрет. Они убьют, – указал я на дальние яркие и большие цветы причудливого вида.

– Что это? – Удивилась Вольфстраттен.

Из-за того, что она ходила буквально с голой попой, ей пришлось выделить смешной джинсовый комбинезон, в котором я обычно собирал в гроте нужные мне растения.

– Луминариум Вита, – пожар я плечами, – ее еще называют цветком правды. Если солгавший вдохнет пыльцу, тут же скопытится.

– Лжешь, – скривила полные губы незнакомка.

– Да? – Я ухмыльнулся, – а ты попробуй солгать сама.

Она посмотрела на меня немного испуганно, а потом обернулась к выходу. Посмотрела туда, где сиял свет.

– Чтобы выбраться из грота нужно пробежать девять метров, – хмыкнул я и материализовал в руках Уроборос, показал его женщине – он преодолеет такое расстояние за четверть секунды. А ты за сколько?

– Я не буду проверять, – сглотнула она, – хорошо. Я не боюсь твоих цветов правды. И буду говорить… правду, – опустила она взгляд.

На самом деле Луминария Вита никакой не цветок правды. Это был просто блеф. Я использую Луминарию как один из ингредиентов зелья, усиливающего реакцию. В чистом виде же, эти цветы совершенно безвредны и способны, разве что, вызвать жуткий понос у человека.

Нужно было впечатлить пленницу, а в хижину я бы никогда в жизни не повел постороннего. Не хотел бы, чтобы хоть какие-то, хоть малейшие секреты попали в чужие руки.

Тогда она мне все рассказала. И про проект Лазарь, и про загадочного Юлия, и про других таких несчастных, на которых проводил свои эксперименты Ивор Патрицин.

Оказалось, что пленницу звали Анитой. Она была магом-усилителем и могла ускорять или замедлять течение маны в каналах магов, а вторая ее способность (а у нее было их две), которая была ультой – управлять течением маны. Она могла направлять ее прямиком в мозг мага, и сделать мага, таким образом, сумасшедшим.

– Это моя главная работа, – несмело сказала Анита, – я сводила магов с ума для Ивора.

– Юлия тоже?

– Да, – она вздохнула, – безумие Юлия также моих рук дело. Именно я свела его с ума. И не только его. Все они нужны были Ивору для проекта Лазарь, как подопытные. Ну и проект, похоже, будет успешным. Видел Юлия? – Посмотрела она на меня, – им можно было управлять. Управлять путем введения каких-то эликсиров. По этому пути только недавно пошли, насколько я знаю. А раньше они пытались использовать гипноз или самовнушение. Да даже электрическую стимуляцию мозга.

– Эликсиры, – задумался я.

А не помогло ли Патрицину то, что Арчер Теранова выкрал мои колбы? На стенках осталось достаточно вещества, чтобы можно было определить компоненты.

– Он хочет сделать армию. Армию, что будет беспрекословно подчиняться ему. И станет идеальными рабами.

– Идеальными последователями, – задумался я.

– Что? – Не поняла она.

– Ничего-ничего.

Дальше я расспросил Аниту о том, знает ли она что-то о похоронах Ледова. Та сказала, что знает. Знает также и о том, что в каком-то осколке за городом, до сих пор ищут пропавшего друга Патрицина – графа Землицина. Однако сам Ивор считает его мертвым.

– И он считает, – продолжила Анита, – что его убил ты.

– Он может считать как хочет, – решил ответить я загадочно.

Потом мы повели речь о самом мероприятии. Я спрашивал Аниту о том, как туда попасть и том, какая на похоронах будет охрана. Как я и ожидал, Анита знала не так много о мероприятии. Однако о том, как проникнуть на похороны незамеченным, она смогла мне подсказать.

– Они будут заносить урну с прахом в склеп. Один из носителей должен мне кое-что, – сказала Анита, – я могу попросить его помочь.

– Зачем тебе на похороны Ледова? – Удивилась Вольфстраттен.

– Потом расскажу, – отмахнулся я, – слишком долгая история.

На самом деле я бы не стал рассказывать ей все. Придумал бы, что солгать. Но сейчас голова была забита другим, и выдумывать что-то совершенно не хотелось.

– Ну ладно, – строго посмотрела на меня Вольфстраттен, – но как ты можешь ей верить?

– А у нее нет выбора, – хмыкнул я, – и она это понимает. Она уже покойница. Патрицин списал ее со счетов еще тогда, когда отправил убить меня. А теперь, когда она попала в плен, и тем более рассказала мне все, что ей известно о ее планах, ей и правда не жить.

– Я была бы ему полезна, – сглотнула Анита, – если бы недавно Патрицин не нашел способ, как вводить магов в состояние безумия искусственно. При помощи эликсиров.

Вот млять… Чертов Тернова. Не хило же он подтаскал всем магам, стащив мои эликсиры…

– А так, – продолжала она, – у меня хоть есть шанс выжить. Ты ведь не убьешь меня? – Спросила она и заискивающе заглянула мне в глаза.

– Только при одном условии, – ответил я.

– Каком же?

– Если ты устроишь все в лучшем виде с проникновением.

– Об этом, – она серьезно кивнула, – можешь не беспокоиться. Если ты хочешь оказаться практически лицом к лицу с князем Патрициным на церемонии захоронения праха Ледова, я могу это устроить.

– И как же интересно? – Скептически посмотрела на нее Вольфстраттен.

– Я догадываюсь, – улыбнулся я.

– Догадываешься? – Хмыкнула Анита, – неужели так очевидно?

– Мы подменим твоего друга из переносчиков праха, – ответил я.

– Да, – она кивнула, – он с радостью не выйдет на работу в этот день. Тем более что он мой давний должник.

– Подменим кем? – Вольфстраттен непонимающе водила взглядом от меня к Аните.

– Подменим мной, – хмыкнул я.