Текст книги "Восхождение в бездну (СИ)"

Автор книги: Арсений Козак

Соавторы: Дмитрий Ласточкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

После обеда я вколол себе растворённый «баклажанчик». Меня повело, и я пошёл прилечь, распорядившись мысленно, чтобы вымыли посуду и кастрюлю – плов доели до последнего зёрнышка органиты.

… Я метался по своей постели, ничего не понимая. Меня корёжило так, что я готов был вылезти из собственной шкуры, вырвать себе глаза и отгрызть вторую, пока ещё здоровую руку! Казалось, что каждая клеточка моего тела росла, разрывая собственную оболочку, каждая косточка двигалась во мне, избирая своё, удобное только ей, новое место. Я что, сам превращаюсь в монстра?

Но нет, вроде бы все конечности и само тело оставалось в том же состоянии. По крайней мере, внешних изменений во мне не происходило. Это уже хорошо. Но эта боль! Почему? В прошлые разы всё было совсем не так. Растворённые «фиолетки» действовали плавно и мягко. Что же сейчас происходит со мной???

На кровать ко мне запрыгнула Мурка и стала тереться своим пушистым боком. Я открыл рот, чтобы сказать ей: «Да отстать! Лучше вон по потолку пробегись!», но не успел… Лисица вдруг подпрыгнула, перевернувшись в воздухе, «припотолочилась» лапами и пошла!

Зато боль меня частично покинула. «Ладно, слазь давай. И лучше попрыгай на задних лапах!» – скомандовал я мысленно Мурке. И вот уже передо мной выступление солистки из ансамбля русского народного танца. Что это?

Я немного успокоился, дал команду Мурке остановиться и полежать рядом со мной, что она тут же и выполнила. Похоже, таким макаром во мне проснулся дар. И дар этот – гипноз животных. Не знаю, смогу ли я вводить в транс людей, но, судя по Мурке, со зверями у меня этот трюк удаётся офигенно.

Так, а какую можно извлечь из всего этого пользу? Первое: можно не убивать всех монстров подряд, а вводить их в состояние анабиоза, вытягивая в это время у них из голов камешки. Ну, как я и хотел сделать с анакондой. Но та была сильнее меня, а у меня самого был слишком слабый уровень. Поэтому и не получилось. Сейчас совсем другое дело, сейчас у меня должно получиться!

Мне захотелось прям сейчас бежать и проверять свою гипотезу. Еле-еле уговорил себя отложить это хотя бы до завтра. К тому же жрать захотелось после всех этих физиологических выкрутасов просто неимоверно! Я залез в свои запасники, вытащил вяленую ногу кабановолка и с удовольствием стал её лопать. Ну, конечно, в общине – а у нас тут как раз и образовалась самая настоящая община – так вести себя не положено, но мне что теперь, сдохнуть с голода?

Насытившись, я отрубился уже глубоким спокойным сном. И снилась мне мама… Впервые за полгода. Я видел её не измученной и постоянно недовольной тёткой в каких-то бесформенных серых балахонах, а молодой и красивой, весёлой и ласковой, какой она была раньше, когда я ещё учился в начальных классах.

Глава 20. Васька и её команда

Интерлюдия

Ваське всегда не хватало экшена в жизни. Сколько раз родители объясняли: жизнь – не кино и, тем более, не компьютерная игра, в которой если тебя убивают, то ты можешь воспользоваться запасной жизнью. Но Ваське подобные объяснение были, как говорят, что коту «Лебединое озеро». То есть абсолютно сине-зелёно.

– Василиса, ох, Василиса, – нудила бабуля. – Мы ж, когда тебе это имя давали, рассчитывали, что девочка у нас вырастет умницей-красавицей, хозяюшкой-рукодельницей. А ты? Всё бы тебе с мальчишками по двору мяч гонять да по заборам штаны рвать, в казаки-разбойники играя. Тарелку помыть не допросишься. А уж если вдруг ты ненароком и возьмёшься за какие домашние дела, того и смотри, как бы всю посуду не переколотила да вместо поваренной соли в суп английской не насыпала…

Про английскую соль Васька ничего не знала, поэтому эту часть нотации просто пропускала мимо ушей. А про имя – тут да, тут у неё было оправдание.

– Во-первых, я вовсе не просила меня рожать девочкой. Мальчиком мне было бы в тысячу раз удобнее. Во-вторых, Василисой называть девочку – это вообще гольный кринж! Вы бы меня ещё Доброокой назвали и ругали бы потом за косоглазие!

На самом деле небольшое косоглазие Ваську не портило, а придавало ей некий шарм, «выделяло из толпы» – так утверждал её дядя по маминой линии. И учителя Ваську сразу же запоминали, не то что тихонь с одинаковыми правильными чертами. Таньку Маркелову и Гальку Дарову вообще даже к концу учебного года новенькая училка так и не запомнила.

Но это было в средних классах школы. Сейчас, заканчивая одиннадцатый, Васька уже вполне смирилась с именем, просто сократила Василису до Васьки, а на ворчания бабули и матери научилась не обращать внимания. Ну, что с них взять? Одно слово – предки. Бабуле пятьдесят четыре года, а матери тридцать восемь. Ещё неизвестно, какой старухой Васька будет, когда доживёт до этих тридцати восьми.

А вот про посуду… Тут вообще отдельная история. Она и в самом деле постоянно старалась выскользнуть из рук девушки и расколоться на мелкие кусочки. Вот поэтому Васька так и не любила эту посуду мыть. Конечно, моешь-моешь, оттираешь, а она в последний момент бац – и в дребезги. И нафига такая курага?

Но в тот день случилось невероятное: прибежала домой на полчаса всего, хотела борща поесть, а тут как назло все тарелки в мойке. Нет, то, что никто не помыл посуду, было делом обыденным, невероятное случилось потом, так сказать, в результате. Пришлось ей вытащить одну тарелку из всей этой кучи и начать мыть. Естественно, тарелка выскользнула и полетела на пол. Васька так разозлилась, что чуть… И тут тарелка вдруг повисла в воздухе. Не долетев до пола каких-то сантиметров десять. Повисла, Карл!!!

Васька стояла и пялилась на висящую в воздухе тарелку, а та продолжала висеть и даже немного покачиваться, как деревянная лодочка на волнах ручья. А когда Васька протянула к ней руку, тарелка послушно поднялась выше, чтобы девушке было удобнее её взять. Чудеса!

Бабушка, которая в это время как раз вошла в кухню, запричитала:

– Вот! Я так и знала, что всё это добром не кончится! Теперь тебя загребут, мобилизуют, и ты пропадёшь в этом портале среди монстров и аборигенов!

– Почему меня должны загрести? И почему я должна пропасть? – Васька не поняла бабкиных причитаний.

– Ты ещё и дурочка у нас! – всплеснула бабуля руками. – Не поняла она… Ты ж теперь, получается, стала магичкой! Управляешь предметами в воздухе! А скоро, помяни моё слово, всех магов будут поголовно мобилизовать на борьбу с этими монстрами. А если тебя отправят в другой какой мир через портал, где непонятно, что творится – так и поминай как звали! Поняла?

– Теперь поняла, – Васька с удивлением стала рассматривать свои руки, которые вдруг стало покалывать, особенно кончики пальцев. – Магичка…

– Короче, слушай сюда, – бабуля подтащила внучку к дивану, усадила и ладонями развернула к себе Васькино лицо. – Никому не говори про свои способности. И не показывай то, что умеешь.

Васька кивнула и тут же побежала во двор, забыв поесть.

Там, за гаражами, всегда собирались друзья Васьки. Их так и называли «трубочисты». Почему? А по логике: компания Васьки – значит, «Васька Трубачёв и его компания», как в книжке какой-то древней. А раз Трубачёв – то коротко будет «трубочисты». Как в пятом классе окрестил кто-то, так и прицепилось. А ребята и не спорили, им-то по большому барабану было всё равно, как их зовут соседи, до которых ни Ваське, ни её дружкам, Антону, Вадиму и Денису, не было никакого дела.

За гаражами уже все собрались. Васька тут же продемонстрировала свои способности: напряглась, глядя на увесистый булыжник, представила, как он взлетает в воздух… и он воспарил! Она победоносно оглядела товарищей. Но никто почему-то в восторг не пришёл. Все лишь отвернулись, то ли смущённые, то ли обиженные.

– Ребят, вы что? Завидуете, что ли? – не поняла такой реакции девушка.

Денис вздохнул и… рядом стоящее дерево стало вытаскивать с одной стороны свои корни из земли. Потом они, только что скрюченные, как пальцы древней бабы Яги, выпрямились, вытянулись, затем опустились вниз и стали снова врастать в землю. Ствол дерева переместился примерно на метр. Оставшиеся корни из-за этого тоже выдернулись из земли. Когда же первые корни уже хорошо так закрепились в почве, в землю вкопались и оставшиеся.

– Ты тоже маг??? Ого! И давно? – Васька была поражена.

– Способности вчера открылись, – прошептал Денис. – Друид я, короче. Вадь, давай ты.

Вадим потоптался, поискал глазами цель. В это время булыжник, который Васька подняла в воздух, шлёпнулся на землю. Вадька кивнул и уставился на него. Тот вдруг начал на глазах расти, от него потянуло жаром. А потом он стал менять форму! Вот как камень под руками скульптора меняет свои очертания, так же и этот булыжник сначала стал похож на халка, в котором с трудом угадывалась человеческая фигура, затем стали прорисовываться детали. И вот уже вместо валуна появился памятник Александру Сергеевичу Пушкину.

– Тоже вчера? – Ваське было обидно, что друзья стали магами раньше неё и, главное, скрывали это.

– Неделю уже как. Мать плачет, боится, что заберут и отправят через портал, – опустив глаза в землю, прошептал Вадька.

Потом, немного подумав, он, видимо, дал мысленный приказ своей скульптуре, и та, снова раскалившись, скукожилась, уменьшилась и даже слегка отодвинулась от ребят, отползла в сторонку.

– Литомаг я. Могу управлять камнями. Ребят, а вы знаете, они же живые! Думают, чувствуют! Только очень медленно. Но можно задать им вопрос и получить ответ, хотя ждать придётся дня три, а то и больше. Чем старше камень, тем более медленно протекают в нём все процессы. Зато они такое помнят – ни одна археологическая находка столько информации не даст, сколько может рассказать камень! – глаза Вадьки загорелись, щёки запылали.

– Понятно всё с вами. И молчали… – Васька обиженно поджала губы. – А ты, Тоха, что молчишь? Тоже маг?

Антон пожал плечами.

– Я? Да нет. Кем был, тем и остался. Может быть, позже когда-нибудь… Или никогда.

– Ну и что мы будем теперь с этим всем делать? – задала вопрос Васька своим товарищам.

Но в тот день никто так и не придумал, как им поступать дальше. Зато на другой компания (даже Антон попёрся, хотя его и отговаривали), естественно, под предводительством Василисы попыталась записаться добровольцами в собиратели. Им ожидаемо отказали, потому что ни одному на тот момент не исполнилось восемнадцати. Велели обождать и хотя бы закончить школу.

Ребята расстроились, но ненадолго. Тут же нашли ускоренные полугодичные курсы, записались и стали посещать занятия после уроков, а потом и на летних каникулах. В результате где-то к ноябрю они уже были дипломированными собирателями. Хотя «дипломированные» – это слишком круто сказано. Выдали маленькое удостоверение о прохождении курсов, и всё.

Родителям, понятное дело, никто ничего ни про курсы, ни про свои планы не говорил. Те пребывали в святой уверенности, что их дитятки – послушные ребятки, которые разделяют страх мам-пап, бабушек-дедушек и уж ни за что не полезут в горнило опасностей, то есть не пойдут в другие миры через порталы.

В августе выяснилось, что все «трубочисты» дружно провалили экзамены в вузы. Поэтому они, опять всем скопом, устроились работать в какую-то задрипанную торговую точку.

У Антона к тому времени тоже открылись магические способности, но странные. На курсах его определили как менталиста. Васька ничего не поняла, потому что какой это маг, который практически ничего не умеет: ни молниями пулять, ни заставлять камни менять форму и рассказывать о прошлом, ни летать, ни деревьями повелевать? Но она радовалась, что хотя бы их дружная компашка не распалась.

Кстати, на курсах Антон подцепил себе такую же, как он, менталистку, и она тоже стала таскаться с ними за гаражи. Ваську это бесило, но она героически терпела закидоны товарища. Роза тоже провалила экзамены, хотя школу закончила чуть ли не на отлично, и продавцом пошла работать вместе со всеми.

Деньги, заработанные в сентябре и октябре, ребята упросили родичей не забирать у них, наврали, что, типа, хочется купить новый телефон. Сработало. Сложив всё заработанное в «общий котёл», «трубочисты» накупили всяких заклинаний, причём старались приобретать разные. Поскольку артефактов у них пока не было, записывали их на значки из коллекции Дениса.

В ноябре, ничего не говоря предкам, все дружно свалили в портал. На курсах им выдали направления в Сферу Обручева, всем в одно место. На таможне их принял худющий светловолосый мужчина, который, увидев ребят, почему-то сильно обрадовался, как будто бы встретил давних знакомых.

– Аполлинарий! – он зачем-то стал с ними знакомиться. – Это здорово, что вы пришли сами!

– А что, сюда могут приходить и не сами? – Васька уставилась на странного дядьку с удивлением.

– Сейчас пока нет, сейчас пока у нас только добровольцы через портал идут. Но это пока! Потому что поток этих самых добровольцев сильно… я бы сказал, иссяк. И поговаривают… – Аполлинарий сделал большие глаза и подался вперёд, как будто бы собрался поделиться страшной тайной. – Поговаривают, что скоро начнётся мобилизация. То есть будут засылать в порталы всех магов в возрасте восемнадцати-пятидесяти лет. Потому что… ну, надо же этому когда-то положить конец!

«Так, значит, бабуля была права,» – подумала Васька. А вслух спросила:

– И что, многие не возвращаются из портала?

Аполлинарий уткнулся в документы и не ответил. Но по тому, как на его лбу тут же пролегли три поперечные морщинки, стало понятно: невозвращенцев много.

– Ребят, давайте вернёмся? – прошептал Вадим. – Мы же со своими способностями и на Земле можем принести кучу пользы!

– Вот именно, что кучу принести, – огрызнулась Василиса. – А мир, значит, пусть рушится! Пусть монстры размножаются и готовятся к нападению на нашу Родину… Так что ли?

– Хватит, Васьк, не на митинге, – одёрнул её Денис. – Пришли – значит, пришли. Кто зассал – может валить домой. Не держим. Но потом не обессудь, Вадюша, когда встретимся – руки я тебе не подам.

– Просто раньше потери составляли в среднем тридцать шесть процентов собирателей, включая «девяток». А сейчас… – Аполлинарий покопался в бумажках, сложенных на углу стола, вынул одну, прочитал. – А сейчас эта цифра составляет уже восемьдесят процентов.

– И с чем, вы думаете, это связано? – Антон вклинился в разговор.

Аполлинарий пожал плечами, подумал и выдал:

– Последняя вернувшаяся из Сферы девушка, вроде бы её зовут Ксенией, рассказывала, что сейчас там страшны не столько монстры-аборигены… Один парень, наш, русский, вроде бы прокачал скиллы магические до такой степени, что выбил в округе, где заселился, большую часть монстров. Но жадность в нём так распалилась, что стал он… Короче, опасайтесь его. Зовут Семёном, бегает по Сфере в обезьяньей шкуре либо меховых трусах. Силён и жесток, как Бармалей. Особенно неравнодушен к девушкам, – блондин покосился на Ваську и подругу Антона. – Факты, конечно, не проверены, но всё-таки. Эта Ксения сообщила, что он научился переходить на уровень выше, используя… «фиолетки», которые добывает из магов. Вроде бы всю их группу уложил ради них, камушков.

– Понятно, – кивнул Антон. – А у самой этой Ксении какой уровень?

Аполлинарий поджал губы:

– Пятый. И да, мне это тоже показалось странным, как девушке в одиночку удалось добраться до такого уровня. Тем более спастись от маньяка. Но она собиралась снова пойти в Сферу. Возвратиться на Землю ненадолго решила только для того, чтобы сделать заявление. Как раз касательно того Семёна, вроде бы фамилия у него такая простая… – Аполлинарий задумался. – То ли Петухов, то ли Козлов. А! Вспомнил: Зайцев. Сегодня по всем каналам материал о нём запустят. А завтра она уже снова в Сферу собиралась.

– Вот мы её и подождём. С ней пойдём, – Антон решительно забрал документы всех своих товарищей со стола таможенника и направился к выходу.

– Кстати, возможно, даже власти организуют отряд для того, чтобы поймать и обезвредить преступника, – в догонку ребятам бросил Аполлинарий.

Антон обернулся, обдав таможенника холодным взглядом, и коротко кивнул.

Васька даже офигела от такой выходки всегда застенчивого и даже немного трусливого Тошки. Но что-то показалось ей в его голосе, в котором она неожиданно почувствовала металлические нотки, настолько странным, что она не стала спорить и вышла за ним следом. Все остальные тоже подтянулись.

– Что это было? – спросила она Тоху, когда они вышли из таможни.

– Я чую, что здесь что-то не так. Мне нужно переговорить с этой самой Ксенией, чтобы понять это.

«Менталист же, чухоня ему в щи! Поковыряться в чужой башке охота», – усмехнулась мысленно Васька.

– Хорошо, переночуем в таможенной гостинице, – скомандовала девушка, и все направились к двухэтажному небольшому зданию, стоящему рядышком.

Глава 21. Тоха – молоток

И на этот раз выспаться в волю мне не удалось. Снова главарь ворвался в сон и снова сообщил, что их охотничий отряд отправляется на охоту. Это уже становится традицией – мешать мне спать? Не знаю, кому как, а мне такие порядки не нравятся. Против охоты я ничего против не имел, тем более что и сам хотел проверить свой дар в деле. Но зачем так рано-то вставать? Это всё из-за того, что солнце здесь не уходит за горизонт, как у нас на Земле. Непонятно поэтому, когда ночь, а когда день. Но тут уж я бессилен что-либо изменить.

Ладно, раз уж все готовы, мне тоже пришлось собраться. Вышли мы где-то минут через тридцать после моего пробуждения – я успел умыться и позавтракать пловом, который гномихи успели приготовить. Они что, совсем не спят?

Охотились мы в лесу за рекой, но несколько левее той поляны, где было логово сколопендры. Как-то странно получается, но я там ни разу за всё это время ещё не был. Шли довольно долго, но зверья на пути нам не попадалось. Кто-то тут натурально всех выбил?

И тут меня пронзила догадка: да просто здесь уже начинаются владения монстра, который сильнее нашей сколопендры и той анаконды, с которыми мне довелось биться! И гномам очень важно, чтобы я встретился именно с ним. А, судя по последним данным, самыми страшными и территориально близкими были те менквы. Вот это подстава! Ведь у меня рука ещё не полностью восстановилась. Да и тех двоих, наихрабрейших гномьих героев-камикадзе, сегодня с нами нет – они всё ещё реабилитируются.

Я психанул и уже хотел повернуть назад, как почувствовал энергию, скачкообразную. Где-то снова битва между монстрами? Прыжок в сторону всплесков. Затаился в кроне деревьев. Так и есть: на полянке дрались волчара с зайчищем. Дежавю первого моего дня? Но тогда я не вмешался, не умел пока по-настоящему биться.

Итак… Я включил свой зоогипноз. Волк, которого я ввел в гипносон, мгновенно замер с распахнутой пастью и поднятой передней лапой. Тут же зайка, которого земляне привыкли представлять себе жалким трусишкой, набросился на него и стал по-чёрному дербанить хищника.

Не, так-то я знаю – дед ещё рассказывал, он охотником был заядлым, – что заяц в момент опасности в обморок не падает и не дрожит, как осиновый лист, а умеет постоять за себя. Как-то один такой, брякнувшись на спину, дедову псу брюхо распорол задними лапами и кишки выпустил наружу. Бывает… Но чтобы зайцы мясо жрали – такое увидеть мне довелось только здесь, в Сфере.

Ну да, зря я одного только волка загипнотизировал. Пришлось усыпить и зайца. Тот замер в позе бакасана – это когда стоят на руках, то есть здесь, конечно, на передних лапах, а ноги оторваны от земли и на весу коленями упираются в предплечья. То есть стоп-кадр такой взбесившейся лягушки в момент прыжка, которой пришла идея нарядиться в шкуру зайца.

Тут же из чащи выскочили более мелкие зверушки: белки, ёжики и даже мыши. Ну, как мелкие… Просто несколько мельче тех, что дрались. А так-то белка была величиной с овчарку, а мышь мало уступала земной лисице. И вся эта свора, голов, наверное, пятнадцать, накинулась на замершую парочку, тут же разобрав их на запчасти в течение минуты.

Ну, нет уж! Усыпил и их. Короче, коммунизма в этом мире не достичь. Даже если перебить или лишить магии всех крупных монстров, им на смену тут же вылезут те, которые слабее и мельче. И уже они займут их места и станут терроризировать остальных, тех, кто слабее. Таков закон природы, который я только что выявил на практике. Собственно, и в человечьем мире это правило работает, но сейчас нет времени пространно рассуждать. Дело надо делать.

Я слез с дерева и приступил. Гномы суетились рядом. Пока я собирал камушки у зверушек, лилипуты свежевали мясо. На «гранатки» и «апельсинчики» никто из коротышек не претендовал, понимали, видно, что их роль в процессе была минимальной, значит, и артефакты мои. Хотя так охотиться, с зоогипнозом, было намного проще, чем вступать в открытый бой со зверюгой, находящейся в трезвом уме и твёрдой памяти.

И тут вдруг на поляне возник он. Менкв. О своём появлении монстр оповестил нас грозным то ли рыком, то ли рёвом. Мы все тут же занырнули в землю. Хорошо, что по моему настоянию главарь гномов выдал каждому охотнику артефакты с заклинаниями. Ну да, «гранаток» всем не хватило, но я научил коротышей записывать магические свойства на обычные предметы, например, на зубы убиенных монстров, которые карлики гордо носили на груди в виде ожерелий. Изнашиваются такие артефакты быстро, после единичного применения их надо будет менять, но лучше же так, чем совсем никак. Почему они раньше так не делали, у меня спрашивать не надо, я не знаю, но очень уж коротыши удивились, когда я им показал, как это можно легко сварганить.

Менкв, не зацикливаясь на том, что только что на его глазах исчезло столько вкусной и полезной пищи, бросился лопать на дармовщинку то, что имелось в наличии. Минут через пять к нему присоединилась и самка. Похоже, сегодня нашей добычей будут только камушки. Мяса, как ни грустно это сознавать, нам уже не урвать, поскольку желудки у этих менкв, похоже, бездонные.

Я всё-таки попытался воздействовать на монстров зоогипнозом. А вот фигвам, а не пуэбло! Те даже не почувствовали ничего. Значит, либо они не животные, а, типа, разумные (на гномов гипноз тоже не действовал, я проверил), либо просто мой уровень магии ниже, чем у них.

После того, как менквы нажрались, они удалились, рыгнув на прощание то ли каждый по разу, то ли кто-то один дважды. От этого звука почва несколько встрепыхнулась – я это, например, почувствовал, сидя в своей земляной норке. И по колебаниям понял, что оба монстра свалили.

Переждав минут десять, я вылез. На поляне не было абсолютно ничего: ни костей, ни шкур. Менквы даже окровавленную траву подъели, видимо, вместо гарнира. Просто голая земля была теперь вместо недавно зелёной лужайки. Вот это, я понимаю, аппетит!

На сим минорном аккорде наша охота закончилась. Мы поскакали домой – те, у кого артефакты с заклинанием «всадника ветра» были усилены «гранатками». Остальные, кто делал одноразки на обычных мышиных зубах, пошли своими ножками, потому что сделать дополнительно себе ещё по одному магическому артефакту никто из охотников не сообразил. Туповатые они, надо сказать, эти гномы. Как дети, право слово. Всему их учить надо, отслеживать, проверять: сделали, нет и как сделали.

Интерлюдия

«Трубочисты» расположились в гостинице, каждый получил отдельный номер. Правда, Роза пыталась заселиться с Тохой в один номер, но тот как-то строго посмотрел на неё (это Тоха-то – и строго! офигеть и не встать!!!) и пробормотал:

– Прости, Розка, мне сейчас надо побыть одному…

Со стороны было непонятно, обиделась девушка или такое поведение её бойфренда было нормой в их отношениях. Тем не менее Роза кивнула и почапала в свою комнату – Антон даже не помог ей доволочь вещи, так был погружён в себя.

Но Ваську-то так просто с пути не сбить. Бросив в своём номере рюкзак на кровать, она тут же пошла в комнату к Тохе. Вошла, даже не постучавшись. Прошла и села на кровать, стоящую напротив кресла, в котором сидел Тончик.

– Что? Говори.

Антон поднял на неё какой-то блуждающий взгляд.

– Аполлинарий… он совсем не поверил этой Ксении. И боится страшно, что она натворит чего-нибудь, из-за чего совершится непоправимая беда. Этого Семёна он видел, тот не мог стать монстром, каким его описывала деваха та. Аполлинарий же тоже немного менталист.

– И? – Ваську уже начала бесить медлительность товарища.

– Я… Я у него в памяти адрес Ксении выудил. Мне надо её увидеть, чтобы сделать выводы.

– А почему этот Аполлинарий сам ничего не предпринял? Если менталист?

– Он хотел. Но у него ничего не получилось: девка крутая, а у таможенника только восьмой уровень.

– Ага, девка крутая, у таможенника ничего не получилось, а у тебя прям всё так и получится?

– А у меня получится. Потому что у меня магический уровень пятый.

– У тебя пятый??? А не говорил… Вот ведь как, с каждым днём жизнь вокруг всё чудесатее и чудесатее, – Васька обиженно надула губы.

– Это неважно, Вась. Уровни всякие там, говорил-не говорил. Ну да, не говорил. Потому что не хотел, чтобы вы шарахаться от меня стали. Но не в этом суть! Тут вот в чём вся беда… Если эта Ксения фигню такую задумала, чтобы на Семёна охоту власти объявили, то ведь и в самом деле беда может получиться. И я хочу это предотвратить.

– Тебе надо помочь? – Васька даже встала.

Антон внимательно посмотрел в глаза подруги. Помолчал, раздумывая. Потом стал говорить, и было видно, с каким трудом ему даётся каждое слово:

– Я понимаю, что тебе будет сложно на это решиться. Но помочь мне сможешь только ты. Мне надо попасть в башку этой самой Ксении. Но она же меня сразу раскусит! Или элементарно испугается. Я уж думал притвориться, что хочу с ней познакомиться… Так ведь она даже разговаривать со мной не станет. А вот ты – совсем другое дело. Ты – артистка! У тебя получится с ней поговорить.

– Но я же не менталистка. Может быть, лучше пусть Роза попробует?

– Роза? Нет, этот варик заведомо провальный. Во-первых, девятка. Во-вторых, она слишком прямолинейна. И не умеет импровизировать.

– Хорошо, ну, ладно. Найду я по адресу эту самую Ксению. И что дальше? Подойду к ней и скажу: «Ты правду про Семёна говоришь или врёшь, как сивый мерин?»

– Нет, – Антон даже заулыбался, заметив, что Васька почти готова помочь в реализации его идеи. – Ты можешь говорить с ней о чём угодно, хоть о погоде. Главное, чтобы беседа ваша продлилась хотя бы минут десять. А я за это время успею у неё в башке найти компромат и…

– А ты-то каким тут боком? – Васька, кажется, начала догадываться о чём-то, и это что-то ей не очень нравилось.

– Ну да, Вась… Я на тебя настроюсь… И через тебя уже зайду в мысли этой собирательницы камней.

– То есть ты… всё это время… будешь в моей башке сидеть? Как блоха в шляпе? А потом перепрыгнешь с меня в башку этой Ксюши?

Антон засмеялся, потом, немного успокоившись, кивнул:

– Ну да, примерно так и получается. Нам надо ей помешать, понимаешь!

– Понимаю, – Васька встала. – Диктуй адрес.

… Когда Васька вернулась, был уже вечер. Она, даже не заглядывая в свою комнату, сразу же пошла к Антону.

– Ну, как? Вышло?

Антон сидел, нахмурившись:

– Нет.

– Как, совсем ничего??? А говорил «Пятый уровень! Всё получится!» – девушка даже со злости пинула ножку стула.

– Вась, ты молодец. И мне удалось в мысли этой Ксении залезть. Но вот что-то там перенастроить – это фигушки. Знаешь, она такая… отбитая на всю башку!

Василиса села, расстроенная и опустошённая. А ведь она так старалась! Попёрлась к этой дуре. Устроила ей выволочку, изобразила из себя ревнивую дурочку, которая считает Ксюху разлучницей, пытающейся соблазнить её кавалера. Избитый сюжет. Но пришлось пострадать: клок волос Васьки остался в руках у этой девахи. Зато какой она ей оставила на память прекрасный фингал!

Нет, конечно, можно было бы иначе построить общение. Но вот как-то так оказалось для Васьки проще. А изобретать велосипед она не любила.

– Но ты не расстраивайся. Я успел у неё узнать, где обитает этот Семён. Если уж с этого конца у нас не вышло, зайдём с другого, так ведь?

– Ну вот, я же чувствовала, что ты найдёшь выход! Молоток ты, Тоха!

Васька ткнула друга в плечо кулачком и пошла отдыхать в свой номер, довольная и успокоенная.