Текст книги "Восхождение в бездну (СИ)"

Автор книги: Арсений Козак

Соавторы: Дмитрий Ласточкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Восхождение в бездну

Глава 1. «Не хочешь быть по жизни лохом – не будь, как твой отец!»

– И зачем тебе это надо? – таможенник лет пятидесяти быстро просмотрел документы, взял их в руки и постучал по столешнице.

– Ну… Я же к этому готовился год!

– Это понятно. Но зачем тебе это?

– Как зачем? – я удивился. – Денег заработать. Потом, хочется проверить себя, смогу ли. Родителям доказать, что на что-то способен без их чуткого руководства. Ну и это… патриотизм опять же. Надо же как-то этих монстров на место ставить, а то они же могут на Землю проникнуть и…

– Мда… – покачал головой таможенник. – Набежало вас тут, патриотов… Только что от мамкиной сиски оторванных. Ты хоть в курсе, какая статистика выживаемости в портале?

– Пока нет, но чувствую, сейчас узнаю, – я хмыкнул. – Так ведь и я – не просто так. У меня магические способности!

– Маг, значит… Это хорошо. Так вот, знай: каждый десятый маг в портале погибает, – таможенник поднял оторвал от документов грустный взгляд. Он что, жалеет меня?

– Вроде нормальная статистика. У меня шанс на выживание девяноста процентов! А это не хухры-мухры.

Дядька отвёл взгляд куда-то в сторону и стал внимательно рассматривать какой-то плакат на стене за моей головой.

– Это общая статистика. А по девяткам знаешь какая? Ты же девятка. Так вот, девятки выживают только в сорока процентов случаев, особенно, если идут в одиночку. Как ты. Ты математику в школе учил? Так вот и получается, что из ста магов-девяток возвращаются только тридцать шесть… Как-то так…

Я почувствовал, как кровь отлила от лица, поджал губы, суетливо зашевелил руками.

– Значит, мне просто нужно быть осмотрительней. И прокачаться до более высокого уровня. Миссия выполнима, я бы так сказал.

– Значит, всё же пойдёшь? – вздохнул дядечка.

– Конечно, – я постарался отвечать как можно уверенней, хотя этой самой уверенности у меня во время нашего разговора сильно поубавилось.

– Хорошо, – дядька кивнул, шлёпнул на какую-то бумажку печать, накрыл её все мои документы и протянул всю стопку мне. – Препятствовать тебе у меня оснований нет, так что проходи, – подумал и добавил. – Постарайся всё же вернуться.

– Спасибо. Я постараюсь.

И чего этот таможенник прицепился ко мне? Хуже родаков, чесслово. Может, у него самого сын или племянник туда ломанулся и не вернулся? Да и фиг с ним, мне на это плевать с высокой колокольни. Я же не сын его, в конце-то концов. И даже не сосед. И нечего меня тут заранее оплакивать!

От здания таможни и пункта приёма радужных камней до портала было шагов десять. Полусфера входа в иной мир казалась разогретым, чуть-чуть дрожащим на жаре воздухом, искажающем очертания предметов. Подошел, остановился перед самым порталом, глубоко вздохнул. Что ж, лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть! Шагнул.

И даже ничего не почувствовал. Просто раз – и я уже стою лицом к невысокому холму, поросшему пучками травы с разбросанными кое-где редкими камнями. Пока я оглядывал местность, у меня создалось впечатление, что камни немного поменяли свою положение. Они тут что, двигаются? Может быть, и вовсе – растут, думают? Пипец! Если так, то надо быть внимательным и к камням – фиг знает, что от них можно ожидать.

На плоской вершине холмика стояло здание – довольно странная, неряшливая и кособокая конструкция из плохо отёсанных брёвен. Наверху высилась мачта метров в пятнадцать длиной, на кончике которой виднелся пучок шерсти и костей. Это что у них тут, типа флага? Как-то не очень привлекательным получился у них символ…

Что ж, мне всё равно туда нужно, так что не буду заставлять себя ждать. Ради интереса я всё же обернулся, посмотрел на портал – картинка, в принципе, была такой же, как и с той, земной стороны, только как бы с изнанки: стена марева будто бы перегретого воздуха.

В наблюдательном пункте меня встретили двое. Один был высоким сухощавым блондином лет примерно тридцати-тридцати пяти, второй – выглядящий лет на двадцать брюнет.

– Ого! Какой у нас сегодня восхитительный день! – блондин явно обрадовался.

Видать, нечасто у них тут гости. По крайней мере, люди сюда заглядывают достаточно редко.

– Сергей, – брюнет просто протянул мне руку для рукопожатия. – А этот восторженный гражданин Аполлинарий.

– Серьёзно? – я даже немного растерялся. Не каждый день встречаешь Апполинариев.

– Отец назвал меня в честь прадеда. А того так назвали в честь… Кхм… Впрочем, это неважно. Добро пожаловать в Сферу Обручева, – Аполлинарий тоже протянул руку, продолжая улыбаться мне во свои тридцать два. – Надолго к нам?

– Не знаю ещё. Я прикинул – минимум на полгода. А там уж как получится. Сложно будет – быстрее закончу, достаточно легко – подольше задержусь.

– Хороший план. Главное, надёжный, как швейцарские часы. Хы-хы, – Сергей радостно оскалился.

– А разряд-то у тебя какой? – Аполлинарий протянул руку ладонью вверх, видимо, ожидая, что я выложу ему на ладонь документы. Я сунул ему всё, что забрал у таможенника, вместе с пропуском и корочками прохождения курсов.

– Девятка… Высокий уровень, между прочим! – я чутка насупился, уловив нотку сарказма.

Неприятно признавать, что ты не очень силён. Ну да, не семёрка, но ведь и не десятка.

– А талант?

Хотел ему ткнуть пальцем в документы, мол, читай, тут всё про меня написано. Но сдержался: парням, видимо, сильно скучно здесь, вот они и изыскивают любую возможность поговорить с людьми. Неизвестно, каким я стану через полгода жизни в одиночестве. Постарался улыбнуться и ответил:

– Молния.

Немного подумав, добавил:

– Дар пока не выявлен.

– Ну, это нормально. На то, что дара нет, наплюй, а с талантом тебе повезло! – Аполлинарий вроде бы решил меня поддержать.

Ну да, повезло. Прям с первых минут повезло. У меня магия проявилась год назад. Мне тогда родаки подарили смартфон за двенадцать косарей. Мол, держи, сынок, подарок от нас на день рождения. И, кстати, когда ты, наконец, найдёшь работу? Мы честно содержали тебя, пока ты учился в колледже, но пора бы, сын разлюбезный, уже становиться самостоятельным. Это щебетала мама, пока я вертел смартфон в руках.

– Да уж, пора бы, – подключился отец. – Блез Паскаль в твоём возрасте, в девятнадцать как раз, изобрёл первый цифровой калькулятор, а…

– А Александр Великий и вовсе в свои шестнадцать стал строить свою империю! А Гайдар? Чего это ты про Аркадия-то забыл? Тот в четырнадцать полком командовал! – перебил я отца. – Только вот дети обычно пример берут не с исторических личностей, а с родителей, нет? Ты-то сам чего добился в свои сорок четыре? Где изобретённый тобой автомобиль с основанной тобою же одноимённой компанией? Ну, у Генри Форда же получилось этого достичь даже раньше, в сорок! А что, было бы круто – «Заяц мотор компани»…

Отец, всегда трепетно относящийся к своей знаменитой фамилии «Зайцев», психанул, повернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Не, ну а что? Задолбали же в натуре! Даже в день рождения умудряются настроение испортить. Они так меня выбесили своими нравоучениями, что у меня даже голова закружилась. Сами ничего в жизни не добились, даже квартиру до сих пор снимают, вот! Сидят в своих конторках, получают сущие копейки, экономят на всём, чём можно, и только ждут с нетерпением, когда дед помрёт, чтобы в наследство вступить и наконец-то на его жилплощадь въехать. А ещё меня учат жить… Воспитатели, скалки-мочалки!

Я прямо физически почувствовал энергию злости, волной захлёстывающую меня с головой. Её становилось так много, что она вдруг натурально выплеснулась из меня. Прямо в руки. И вот держу я телефон в левой руке, приближаю к экрану правую, чтоб покопаться в новом девайсе, и тут эта энергия…

Мои ладони вдруг засветились голубоватым светом, заискрились, и между ними проскочила бело-голубая дуга. На миг она с громким треском соединила мои руки. Это было первое проявление магии и таланта, простенькая такая, совсем слабосильная молния. Но её хватило, чтоб телефон в моей руке просто расплавился и взорвался, а его остатки упали на брюки и прожгли в них дыру.

Мать взвизгнула тогда и бросилась вон из комнаты следом за отцом. И да, после этого случая долбить меня родаки перестали. Мало того, они стали разговаривать со мной… как с психически больным, как с шизиком, короче. Соглашались со всем, чуть только не «выкать» мне стали.

Про то, чтобы устроиться на работу, я так-то и сам уже думал. Даже подбирал приличный ресторан, в котором смог бы начать карьеру повара. Очень уж не хотелось идти в долбанную столовку для рабочих и командировочных или вообще в сеть быстрого питания. Я что, на помойке найден? И вообще, у меня в дипломе почти все «пятёрки»! Ну, или почти все… Зато дипломную я защитил на «отлично» и писал её сам!

Однако в свете открывшегося таланта поиски работы я на время прекратил. Какой теперь из меня повар? Психану и сожгу на фиг всю кухню со всеми припасами! И хорошо ещё, если людям удастся спастись.

Так что выход был один: найти место, где моя магия будет приносить пользу, а не вред. И, конечно, даст возможность заработать. Чтобы к сорока годам не ютиться с детьми на съёме. Так что пример родаков мне помог определиться. Правда, выступил он не в положительном плане, а, скорее, в отрицательном. «Не хочешь быть по жизни лохом – не будь, как твой отец!» – такой вот у меня девиз по жизни. Грубо, но верно.

Прошерстил интернет, нашёл курсы, где маги, научившиеся управлять талантом «молния», проводили тренировки с новичками. Там напрактиковался управлять потоком, сдал экзамен и получил свой разряд. Кстати, что было немаловажно: курсы эти были не только бесплатными, но ещё и с выплатой стипухи. А ещё было круто то, что там и комнатами в общаге обеспечивали. Это мне вот очень было на руку – до чёртиков надоело с родаками жить и видеть их испуганные физиономии. А самый смак был в том, что при получении корочек всем окончившим их выдавалась некая сумма – типа подъёмных.

Хотя нет, не всем полагались эти плюшки, чего это я вру. И подъёмные, и стипуха были лишь в том случае, если ты потом идёшь в собиратели. Тем же, кто остаётся дома, около тёплого унитаза, никаких ништяков. Ещё и сами курсы приходится оплачивать. Просто в моей группе таких не оказалось – все дружно решили идти по направлениям, выдаваемым руководителем.

Жаль, конечно, что все ребята попали в разные места. За год я успел уже сдружиться с некоторыми. Ну, да я и не рассчитывал работать в паре. Одному так-то проще: отвечаешь только за себя, чужие косяки тебя не колышут и делиться потом ни с кем не нужно.

– Повезло тебе, я говорю… – голос Аполлинария вернул меня к действительности.

– Да уж, повезло, – кивнул я.

– Я молниевика вообще третий раз в жизни вижу – редкий талант! И для собирательства жутко полезен, не менталист какой-то или друид.

– А что, друиды тут совсем не катят? Тут же вроде джунглей много всяких, неужели управляющий растениями бесполезен?

– Ну, как бесполезен, – блондин чуть смутился. – Девятки и восьмёрки друиды – бесполезны. Не хватает им силы управления, чтоб кустики и травки монстров держали и убивали. А вот семёрки и выше уже дают прикурить. По крайней мере, монстров своего уровня без проблем коцают. Но до этого-то ведь ещё дорасти надо!

– А тут вообще… слишком опасно? – так, перейду к более насущным проблемам.

– Как сказать, – подключился к разговору Сергей, который во время нашего с Аполлинарием разговора заполнял бланки прибытия. – Наша антенна сканирует всё в радиусе тысячи километров, так что эту зону мы контролируем. Мы тебе амулет выдадим, вдруг что случится – посылаешь сигнал, мы проверяем опасность и сами выручаем тебя или вызываем спецов с Земли, те вытаскивают тебя.

– А если я дальше тысячи километров зайду?

– Ну… – Сергей переглянулся с Аполлинарием. – А если за контролируемый периметр выйдешь, то уж всё, рассчитывай только на себя.

– Мда. Значит, надо быть осмотрительнее, – я вроде бы принял всё сказанное к сведению и сделал правильные выводы.

Хотя «правильные выводы» – понятие растяжимое. В радиусе тысячи кэмэ они тут всю живность повыбили, небось. И на кой-чёрт мне тут сидеть тогда? Я-то не просто позагорать сюда явился, а вроде как собирателем зарегистрировался. А это что значит? Ясен пень, значит, надо монстрам рога обламывать, или что мне потом в пункт приёма радужных камней на оплату предъявлять? Только кому тут что обламывать, если всех уже выбили? Придётся идти подальше. И на помощь уже чужую не рассчитывать.

– Да ты сильно не переживай. Далеко не забегай – и всё будет о-кэй. На вот, изучай, – Сергей мне протянул какую-то брошюрку, довольно толстую.

– Что это? – я раскрыл книжечку.

Там оказались изображения разных монстров с краткими описаниями. Хм, а что, полезная штука. На детскую энциклопедия доисторических животных похожа. Была у меня в детстве такая, я любил её полистать, помнится. Даже некоторые названия выучил: таппенозавры, биармозухцы, гобиконодонты. Так что эту книжонку мне будет не в напряг читануть, пусть просто в качестве развлекаловки.

– Это мы на досуге классифицируем местных обитателей. Для собирателей вроде тебя, – Аполлинарий отвёл глаза и как-то неуверенно добавил. – Нам же не очень нравится потом ваши останки разыскивать для передачи родственникам.

– Но… мутации же случайные? Как же их можно классифицировать?

– Так-то да, но в одинаковых условиях мутации, как правило, почти идентичные. Если куча зайцев живёт на лугу и бегает от волков с лисами, то и мутации у них будут на скорость бега и пассивную защиту. Правда, в последнее время стали попадаться зайцы с функцией нападения. Ага! Недавно нам возвратившийся собиратель рассказывал про такого: у него, представляешь, бивни выросли! Сам стал запросто на лис и волков нападать. Но это скорее исключение. Белки вот на деревьях живут – у них развиваются органы для быстрого лазания или всякие приспособления вроде перепонок, как у той же летяги. Кхм, в общем, некая классификация возможно. Хотя да, всегда бывают исключения, – Аполлинарий уже перестал беспрестанно улыбаться и говорил вполне серьёзно.

– Ага, – видимо, эстафетную палочку-развлекалочку принял Сергей, который вдруг многозначительно хмыкнул. – Помню, я в первый свой рейд столкнулся с летающей черепахой…

– Летающая черепаха? – у меня глаза выпучились. – Тут и такое встречается?

– Ага. Здоровенная такая черепУха, метра три в диаметре! А крылья… по десять метров каждое! Эта сволочь приспособилась налететь сзади и за шею кусать. А челюсти там такие – танковую броню захряпает, как ты огурчик! Мы её как шестёрку определили.

– И как же вы её убили? – я приготовился услышать продолжение боевика, присев на табуретку.

– Никак, – Сергей взглянул на меня удивлённо. – Мы оттуда убежали.

– Мда, разумно… – протянул я разочарованно.

– А то! Ты тоже не стесняйся убегать. Это чаще всего помогает сохранить жизнь, – Сергей покопался, сложил документы в стопочку, постучал ими о стол, выравнивая. – Всё, я тебя оформил. Держи квитанцию. Как назад пойдёшь – тебе другая смена уже выдаст документы по запросу. Мы через полгода уже по домам разбежимся, командировочки наши закончатся, так вот. А пока твои бумаги у нас полежат. Целее будут.

– Ага, спасибо, – я забрал квитанцию, спрятал в карман. – Ещё чего мне надо знать о местных достопримечательностях?

– Да пока всё, – Аполлинарий кивнул на мой рюкзак. – Я просканировал твои вещи, вроде, на первое время всего должно хватить. А там, если что, сюда приходи, у нас есть маленький магазинчик с нужными припасами, закупишься.

– Отлично, – я подхватил рюкзак, закинул на плечи. – Ну, тогда я пошел. На юго-восток отсюда, думаю, пойду. Если что – я буду в том направлении.

– Запомним, – Сергей дописал что-то в журнале, видимо, внёс направление моего пути. – Удачи тебе. Не пропадай.

– Ты, если что, заходи. Всегда рады будем.

– Спасибо. Постараюсь! И за брошюрку по монстрам спасибо!

Глава 2. Здравствуй, Сфера Обручева!

Выйдя наружу, я осмотрелся тщательнее. Хотя, казалось бы, было бы что осматривать. Вокруг наблюдательного пункта лес был выкорчеван километра на два. Поговаривали, как будто друиды заставили деревья вытащить корни из земли, а потом перейти в портал и там укорениться – для изучения и использования. Зря, конечно. Деревьев ценных пород там и не было особо, так, сорняки разные и всё. Но в этом стали разбираться уже позже.

Поначалу-то порталы были жуткой экзотикой. Первый открылся в Токио, прям посреди тамошнего шоссе. Несколько десятков автомобилей успели оказаться по ту сторону, пока люди заметили неладное. Правда, с ними ничего не случилось – развернулись да выехали назад, когда поняли, что это мерцающее марево – не просто такая иллюзия.

Потом порталы стали обнаруживать везде, по всему миру. Не так, чтоб сильно много – с начала всего этого прошло уже двенадцать лет, а обнаружено всего-то тысяча семьсот пять порталов. Пятьдесят три – под водой, остальные на суше. Больше всего порталов досталось Европе и Северной Америке. 347 в Европе и 341 в США и Канаде с Мексикой, России – 294, Китаю – 280. Правда, вполне могут где-то быть и ненайденные ещё порталы. Ведь чисто визуально отыскать их практически невозможно, если те ничего не излучают и никак не проявляют себя. Пока не наткнёшься, не увидишь что-то странное – не догадаешься, что это портал.

За порталами же были другие миры. Сначала считали, что это всё в один мир идёт, но нет. Где-то было зелёное солнце, где-то этих солнц от двух и более, а кое-где и вовсе вместо солнц на небе светились полосы, переливающиеся разными оттенками. Подводные порталы вообще выводили на покрытые водой или полностью водные планеты. А тот, в котором сейчас я, вообще имел выход в другую вселенную.

Почему так решили? Так тут космос был твёрдым! Сфера Обручева представляла собой огромную, около миллиарда километров в диаметре, сферу с неким светилом в центре. Пузырёк в толще твёрдого пространства. Маги земли пытались определить толщину земляной прослойки, нащупать возможные соседние «пузырьки», но дальше ста тысяч километров уже их чувства не пробились.

Но самым поразительным было то, что каждый из этих миров был живым! Флора и фауна, не идентичная земной, но похожая. Схожие условия среды. Человеку там не грозило задохнуться, сгореть от жара близких звёзд или умереть от атмосферы из смеси серной кислоты и стрихнина.

Правда, ничто не мешало умереть от местных обитателей. Разумных, к сожалению или к счастью, пока ещё нигде не нашли, зато с избытком было монстров – зверей, взращенных магией и активно её использующих. Самым интересным было то, что питаться-то живым существам в этих мирах вовсе и не было нужно – магия, щедро разлитая по всем мирам за порталами, плюс энергия, исходящая от светила, вкупе удовлетворяли все их физические потребности существования и так. Правда, в темноте магия быстро расходовалась и сходила на нет без подпитки.

Но поскольку в живых существах, как в флоре так и в фауне, магия содержалась более концентрированно, некоторым просто лень было ждать, когда все в организме пополнится само. Тем более что, поглощая чужую плоть, монстры проглатывали и магические камешки, которые находились в головах жертв или даже в их желудках, если они ещё не успели полностью переварить тех, кем пообедали недавно. Это повышало их магический уровень. Как же тут не покуситься? Зажрал кого-то – и готово, ждать, пока в тебе силы восстановятся и уровень твой скаканёт вверх, не нужно.

К счастью, и среди людей, как ответ монстрам, тут же стали выделяться те, на кого магия, появившаяся на Земле вместе с порталами, подействовала сильнее, изменив их и дав возможность управлять разлитой в пространстве силой. Да, и среди землян стали появляться маги. Причём способности у всех у них были разные, как по направлениям, так и по силе проявления.

Первым появлением магов считается «Чикагский инцидент», как его называют официально. Неофициально же, как шепотом поделилась с нами преподавательница на курсах, его называют «Чикагская диарея». И всё потому, что история эта была эпическая, хотя и несколько стрёмная.

Произошло всё это как раз двенадцать лет назад, весной. В Чикаго, ясное дело. Питер Смоллоу, клерк в небольшой посреднической компании, давно подкатывал шары к своей коллеге, имени которой история не сохранила. В день инцидента он пришел на работу с твёрдой решимостью признаться ей в любви. Как раз неделю назад нашли первый портал, из телевизора стали громко вещать об изменении мира, новой эре и прочей чуши.

Выпив стопарик для храбрости, Питер с цветами в руках подошел к коллеге и рассказал о своих чувствах. Та выслушала, но не оценила. И погнала пургу, которую обычно гонят девушки, чтобы отшить неприятного ей парня так, типа, она вся в белом и пукает ароматом роз, а он – мимокрокодил, которому место в клетке зоопарка. Причём эта девушка, как и все ей подобные, наивно полагала, что её слова будут расценены позитивно и прям вот отвергнутый восхитится после всего этого её умом и тактичностью.

В общем, эта тупорылая планктониха сказала, что он, конечно же, её друг, конечно же, самый лучший и верный, что она очень ценит. Но эту черту она переходить не хочет, а он обязательно найдёт себе девушку, возможно, даже не сильно хуже неё, такую, с которой у него будет взаимопонимание, любовь на всю жизнь и т. д., и т. п. – короче, понеслась вся та чушня, которую несут самодовольные самки, когда у них вдруг появляется возможность кому-то отказать. В результате цветы полетели в урну, а Смоллоу ушел за свой стол в офисе.

Он сел, обхватил руками голову и разрыдался. Ну да, не самый лучший способ продемонстрировать своё мужское начало, но из песни слова не выкинешь. Таким, в самых растрёпанных чувствах, его и застал шеф. Кстати, такой же тупорылый, как и та сотрудница, которая расстроила Смоллоу. Но этот «насяльника», не обращая внимания на состояние починённого, стал с места в карьер нудно втирать, что кризис на дворе, надо болеть за коллектив, стремиться и двигаться вперёд, но поскольку коллектив – цепь, а в цепи есть слабые звенья, от которых надо избавляться. В общем, Питеру было объявлено о том, что он первый в очереди на увольнение.

Смоллоу, разумеется, дико разволновался, полез в стол за влажными салфетками. Он даже не обратил внимания на то, как оживились его сослуживцы, сидевшие за столами рядом. Он выдернул первую попавшуюся салфетку и протёр ею лицо. Тут же на его физиономии стали проявляться ярко-зелёные полосы. Его сослуживец, пока Питера возила мордой по полу его избранница, разумеется, в переносном смысле, подложил ему свинью. Точнее: он пропитал салфетки раствором фотогескопермином, красящим средством, которое проявляет свои свойства при свете. Причём реакция сия необратима: окрасив что-то и посветив, вернуть раствору бесцветность практически невозможно.

На Смоллоу, лицо которого стало похожим на арбуз "Медовый гигант", светлокорый и с ярко-зелёными полосами, тут же нацелился десяток телефонных камер. Поднялся такой хохот, от которого у Питера натурально заложило уши. Его даже запрясло от мысли, что завтра он станет звездой интернета.

В общем, разволновался клерк не на шутку, так, что у него прихватило живот, и парню пришлось срочно сбежать в туалет. Оказавшись наконец-то в одиночестве, сидя на унитазе, он стал жалеть себя и злиться на избранницу, коллег и шефа. И так злость распалила его, что он почувствовал неиллюзорное пламя внутри себя. Поднатужился, выплёскивая его через естественное для места своего пребывания отверстие… И унитаз просто взорвался от мощной кумулятивной струи!

Взрыв, грохот, оплавленные остатки сантехнического устройства разлетелись по офисному туалету! Но пламя не только не погасло, а ещё более распалилось. Оно охватило всего Питера, рванулось из кабинки, вышибло дверь туалета и ринулось по офисным помещениям.

В возникшем пожаре погибли сорок семь человек и более трёхсот пострадало. Всё здание, в котором располагался офис, выгорело изнутри и частично обрушилось. Будто в насмешку, отказавшая коллега и шеф Смоллоу не пострадали. Обуглившееся тело самого Питера нашли среди развалин, но его быстро забрали для изучения «соответствующие органы».

Конечно, как всегда в таких случаях, сверху сидящие хотели прикрыть инцидент, представив народу картину несчастного случая или, по крайней мере, выставив клерка-неудачника террористом, свихнувшимся на почве безответной любви. Однако не предупреждённый заранее (или плохо предупреждённый) патологоанатом поделился своими подозрениями со своей девушкой-блогершей. Так мир и узнал о магах. Что потом случилось с блогершей и прозектором, никому неизвестно, но думаю, что ничего хорошего их не ждало.

Однако как ни пытались власти скрыть инцидент, постоянно выпуская передачи по телеку и в Сети, где твердили на разные лады, что «в Багдаде всё спокойно», это уже было бесполезно. После того удивительного случая маги стали появляться каждый день. Сначала строго по одному, примерно в одно и то же время – в восемь часов утра.

А через несколько месяцев они уже появлялись сотнями в день. И по утрам, и в полдень, и вечерами, а некоторые даже и ночью. Их пытались регистрировать, изолировать, изучать. Но очень скоро на всё это не стало хватать ни руки, ни места, ни денег. Магов появилось так много, что власти махнули на них рукой.

И что же стали делать эти молодые пользователи силы? Молодые не в смысле возраста, потому что у многих из «новообращённых» были седые виски, а в том смысле, что на пути владения колдовскими навыками эти люди делали свои первые шаги. Правильно, мериться, у кого выброс круче, и сводить счёты.

Ты был курьером в маленькой фирме с начальником-самодуром? Сожги его дом, расплющь машину, затопи дачный участок так, чтобы наружу только макушки деревьев торчали! Мужик изменил с какой-то бабой? Сделай его импотентом, а полюбовнице замагичь прыщи размером с вишню по всему телу! И ещё понавесь ей килограммчиков пятнадцать на бока. И чтоб никакими диетами и операциями она не могла бы от них избавиться. Сама через полгода от депресняка загнётся.

Естественно, что с увеличением количества магов столкновения их между собой стали делом почти обыденным. И если пули и снаряды были бессильны перед магами благодаря замечательному заклинанию «марево» – это когда обволакиваешь своё тело энергией, которая поглощает кинетическую энергию предметов, и горя не знаешь, – то уже в драках между «новобращёнными» стали появляться трупы. Много трупов магов и куда больше – случайных людей, задетых разборками суперменов. Органы правопорядка тут были бессильны. Мир с офигенным ускорением катился к анархии.

И тогда, через полгода после появления порталов и магов, началась первая Миграция. В мирах, расположенных по ту сторону порталов, по каким-то невыясненным причинам магические звери время от времени массово меняли местожительства. Иногда их маршруты совпадали с порталом – и тогда сотни и тысячи монстров выплёскивались на Землю.

А противостоять им не мог никто, кроме магов. Тела монстров были насыщены магической энергией настолько, что она работала подобно заклинанию «марево» у магов-людей. Войска не могли справиться с ордами, и тогда стало понятно: или маги закончат распри и станут щитом Земли, или человечеству конец.

К счастью, здравомыслящих даже среди суперменов и супервуменш оказалось больше, чем тех, которые тупо радовались полученной возможности выделиться и тупо захапать побольше чужого. Да и бонусов, обещанных магам государством, было представлено в достаточном количестве для удовлетворения жизненных запросов. Немногочисленных асоциальщиков и анархистов выбили специально созданные магическим сообществом группы, Миграцию остановили ещё в зародыше – и всё, постепенно мир стал привыкать, адаптироваться, притираться к странной действительности.

И вот теперь я, пройдя годовой курс после выявления способностей, подал заявку на регистрацию в качестве собирателя в Федеральное Агентство по Надзору за Магическими Проявлениями и Существами. Увы, но целительским талантом я не обладаю, поэтому вылечить рак или отрастить конечности другим людям я не могу. Так, на курсах самопомощи научили раны себе затягивать и отрезанные пальцы наращивать, но это всё. В общем, как эскулап я полный нуль, и денег мне на этом поприще не заработать.

Клепать артефакты на продажу? Мои руки гармонично растут из ягодиц, поэтому опять же мимо. Так что оставалось только идти мне в собиратели – охотиться на монстров в порталах и добывать с них МРК. Тем паче что и курсы попались такие, которые сразу же давали направления и подъёмные. Так что выбор мой был не столько осознанным, сколько вынужденным: выплачивать назад потраченные уже стипухи и отказываться от дальнейших заработков? Ну уж это дудки! Родаки меня за такое сожрут заживо, откусывая ежедневно по значительному куску и прихлёбывая мозгом, зачерпнутым из башки чайной ложечкой.

Кстати, кто не в курсах: МРК – это магические радужные камни. Монстры в порталах рождаются, как правило, обычными животными. Но очень быстро, где-то на втором месяце жизни, «пробуждаются»– в них зарождаются магические камни, через которые неразумные твари и реализуют присущие им магические способности. Плоть монстров наполнена магией, они сильны, быстры и защищены ею. Но помимо этого многие могут ещё, например, дышать огнём, окаменевать, телепортироваться или производить одну из сотен других способностей. Вот для этого и нужен этот МРК – он вбирает в себя магию и выплёскивает её наружу в виде какой-то способности по желанию монстра.

Людям тоже эти камешки очень даже нужны – их используют для производства артефактов. Материалы Земли не предназначены для длительного воздействия магической энергией, быстро становятся хрупкими и ломаются. Так что на них, конечно, можно «записать» заклинание, запечатать его рунами, чтоб энергия не утекала из такого артефакта, но используются они буквально один раз. А вот если в артефакт вставить МРК, то сбор и хранение энергии он берёт на себя. Поэтому они уже получаются куда как долгосрочнее – могут годами служить и не ломаться.

Выковал кузнец, допустим, маг, меч с заклинанием остроты – и этот меч может резать буквально всё, хоть кожу монстров, хоть танковую броню. Но недолго – острота не добавляет ему прочности. Но стоит добавить в рукоять камешек с заклинанием неразрушимости – и вуаля! Круши всё вокруг хоть десятилетие без заточки, мечу всё нипочём. В общем, МРК – очень полезный и всегда дефицитный товар.

Камни эти бывают семи видов по качествам, которые определяются по цветам радуги – от красного до фиолетового. В камни с красного по желтый можно вложить одно заклинание, с зелёного до синего – два, а вот фиолетовые камешки могут вместить сразу три одновременно работающих заклинания. Но и встречаются они, эти фиолетки, так же часто, как кинозвёзды в селе Загорулькино Тьмутараканской губернии. Нам на курсах за год, к примеру, на практических занятиях по ремеслу смогли показали только красные и оранжевые камни.