Текст книги "Любовь к наследству прилагается (СИ)"
Автор книги: Арина Вильде
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
– Ты обознался, – не обращая внимания на Кира бегу к выходу, бросаю на поднос конверт и вырываюсь на свежий воздух.
Я упираюсь руками о перила, делаю несколько глубоких вдохов и держусь из последних сил чтобы не расплакаться. Ну почему у меня ничего не получается с мужчинами? Теперь вновь придётся присматриваться, знакомиться и выстраивать новые отношения.
Пытаюсь убедить себя, что оно и к лучшему. Все равно Макс был занудным и никогда не выводил меня никуда. Наши встречи обычно проходили у него в квартире. Я приезжала вечером и уезжала утром. Несколько раз в неделю, если позволяло время.
И сейчас у меня складывается острое ощущение, что меня просто-напросто использовали. Для секса и готовки завтраков. Как же противно.
– Все хорошо? – мне на плечи ложится пиджак, я все ещё молчу, не отрывая взгляд от ночного неба, а потом горько усмехаюсь.
– Да, все отлично, просто немного закружилась голова, – вру, поворачиваясь в сторону Кира, но стараюсь не смотреть ему в глаза.
– Тогда, если тебе лучше, предлагаю вернуться в зал, я заприметил там свою бывшую одноклассницу.
– Не вижу связи между ней и мной. Ты иди, я закажу такси и поеду домой. Мне действительно не хорошо, – мое тело дрожит то ли от холода, то ли от нервов и я кутаюсь в пиджак, вдыхая запах мужского парфюма.
– Не волнуйтесь, Любовь Дмитриевна, я знаю как вас излечить, – грустно улыбается Кир и хватает меня за руку.
Мы возвращаемся в зал, обходим столики и быстрым шагом направляемся в ту самую сторону, где я заметила Максима.
– Лиза, какая неожиданность, – протягивает Царёв, останавливаясь перед счастливой парочкой. – Не знал, что ты вернулась из Лондона.
Мои глаза расширяются и я готова убить Кира. Решил поиздеваться надо мной? Показать какая я лохушка?
– Кирилл, сколько лет, сколько зим? Я прилетела сегодня в обед и сразу на бал, – губы девушки изгибаются в красивой улыбке, смотря на нас с Кириллом, а я всеми силами пытаюсь не таращится на Макса.
Игнорирую его, разглядывая Лизу и пытаюсь понять какого черта Царёв сейчас делает. Решил унизить меня ещё больше и добить окончательно?
Лиза выглядит как фарфоровая кукла. Изящная и идеальная. Женщина, которая способна притянуть взгляд любого мужчины и навеки поселиться в его груди. Рядом с ней я чувствую себя нерасторопной слонихой.
– А это мой жених Максим, через месяц у нас свадьба, так что я окончательно возвращаюсь домой и попробую перенести сюда свой бизнес, – даже голос у неё идеальный. С нотками сексуальной хрипотцы.
– Поздравляю, – Кирилл крепко пожимает руку Максиму и я наконец-то решаюсь взглянуть на мужчину.
Он выглядит напряжённым и на его лице красуется фальшивая улыбка. Он воровато глядит на меня и наверняка ожидает что я сейчас закачу скандал, выставляя себя обманутой женщиной. Но я молчу и стараюсь не проявить на лице ни одну лишнюю эмоцию.
– А это, кстати, Люба. Моя девушка. Мы, конечно, ещё не забрались в отношениях так далеко как вы, но сегодня вот окончательно перевезли ее вещи ко мне в квартиру, чтобы попробовать вместе свить семейное гнездышко, – Кирилл ласково поглаживает меня по руке, притягивает ближе за талию и целует в щеку. А ещё говорит настолько убедительно, что на мгновенье я и сама верю в сказанные им слова.
– Правда? И как давно вы вместе? – Макс впивается в меня изучающим взглядом, словно не верит, что у нас с Кириллом может быть что-то общее. Или в то, что кроме него такого невероятного, головокружительного мужчины, у меня мог быть кто-то ещё.
– Ну, мы знакомы уже около шести лет, но поняли что не можем жить друг без друга совсем недавно. Правда, малыш?
Меня коробит от этого его малыш , но в ответ я лишь улыбаюсь и киваю как болванчик.
Глава 7
Кирилл
Вот значит на кого она меня променяла. Лиза несколько лет вертела передо мной своим хвостом, прежде чем сдалась. А потом сказала, что я ей определенно не подхожу и укатила в Лондон.
И вот сейчас стоит передо мной со своим идеально зачесанным женихом и улыбается сквозь зубы. И конечно же я притворился парнем Левандовской не ради нее самой, а ради того, чтобы показать Лизе, что и у меня все прекрасно. Все просто распрекрасно! Любе об этом конечно же знать не нужно, пусть думает что я пришел ей на помощь в трудную минуту, выручил и теперь она должна мне.
Хотя, эту идиотку жалко. Ненавижу женские слезы, а она была на волоске от того, чтобы расплакаться прямо при мне. Поэтому-то и схватил ее за руку и повел к этому белозубому мудаку, которого Лиза посчитала идеальным мужчиной и в котого, похоже, была влюблена мегера.
– Что за комедию ты устроил? – шипит мне на ухо Люба, после десяти минут обмена любезностями с влюбленной парочкой.
– Пытался поднять тебя в глазах этого женишка. Думаешь, у меня плохое зрение и я не узнал в нем твоего парня? – она дергается, пытаясь отстранится, но я сжимаю ее талию еще сильнее и веду к выходу из зала.
– Мне нужно выпить, отпусти.
– Не хмурься, они все еще смотря в нашу сторону. Изобрази влюбленную идиотку, улыбайся и целуй меня.
– О посленем кстати мы еще поговорим, – рычит Левандовская, утягивая меня в сторону столиков.
– Не понравилось что ли? Да ладно, я отлично целуюсь, хочешь еще раз проверить? – не знаю какая собака меня укусила, но я притягиваю к себе девушку и при всех впиваюсь в ее губы. И это не легкий чмок, это самый настоящий, мать его, поцелуй.
Люба замерла, всего на мгновенье, потом попыталась отстранится, но в ответ я лишь нагло вторгся языком в ее ротик и углубил поцелуй, чувствуя как под моим напором она сдает позиции. И внезапно мне понравилось. Понравилось целоваться с Левандовской, черт подери. Ведь если закрыть глаза и не думать о том, что это та самая Любочка, ккоторая бесила меня до колик в животе, зарыться руками в ее мягкие волосы, почувстовать как ее шикарная грудь прижимается ко мне, можно даже возбудиться.
И я возбудился. Так возбудился, что в голове проскочила мысль закрыться с ней где-нибудь в уборной или кладовке, и показать, что я мастерски владею не только языком.
Я с силой сжимаю руками ее талию, терзаю ее губы и когда ее пальчики блуждают по моим плечам и сцепляются на шеи, застываю.
Кажется, тот бокал шампанского, который, был единственным за вечер, был лишним. Потому что я стою посреди банкетного зала, чувствуя на себе десятки любопытных глаз, и почти что трахаю прилюдно секретаршу дела. Правую руку деда, простите.
И завтра наверняка в социальных сетях появятся наши фотографии и новость о грядущей свадьбе.
Мы разрываем поцелуй одновременно. Словно в одно и то же мгновенье поняли что творим что-то не то. В глазах Левандовкой пляшет растерянность, но она быстро берет себя в руки и уже через секунду виляет своей аппетитной задницей где-то в толпе. Я выхожу из ступора и иду за ней. Доганяю уже на парковке, она разговаривает по телефону и по обрывкам фраз понимаю, что заказывает такси.
– Не надо, – резко выдергиваю из ее рук телефон и нажимаю отбой. – С другой стороны здания есть бар. Ты, кажется, хотела выпить.
Я выжидающе смотрю на неё и при виде ее припухших губ на моем лице мимо воли расцветает улыбка. Я не знаю почему не позволил ей уехать и почему предложил выпить вместе. Наверное, из-за того, что она была единственным человеком, с кем я мог говорить о смерти деда. В слух. А мне хотелось поговорить. Осень. Ну, или потому что в моих штанах все ещё не угасло пламя желания.
– Ладно, веди меня, сегодня по-особенному дерьмовый вечер, почему почему бы не сделать его чуточку лучше? – в ее голосе сквозит грусть, в во взгляде какая-то растерянность. Люба не смотрит мне в глаза, пристраивается рядом и идёт за мной.
Впереди нас вырисовывается стройная фигурка Риты, с которой я сегодня успел познакомиться. Она выглядит чертовски соблазнительно и я более чем уверен, что стоит только намекнуть, как она окажется на заднем сидении моего авто со спущенными трусиками. Но у меня сегодня компания из невыносимой женщины с разбитым сердцем, а ещё мне не хочется быстрого секса с доступной девицей, лучше уж буду наблюдать за тем, как «последняя надежда завода» будет медленно превращаться в алкоголичку. А ещё, возможно, забуду ее где-то. В парке на лавочке, например. Отличное веселье было бы.
Люба вливала в себя седьмой по счёту шот. Я же скучающим взглядом обводил полупустой бар. Зря я приехал на тачке, даже не выпить толком.
Она трещит о своих котах, показывает фотографии и видео, словно это ее дети. Она пьяно растягивает слова и громко смеётся. Рассказывает несколько смешных историй, а потом замолкает. Пожалуй, такую Любу я вижу впервые.
– Мне кажется, тебе уже хватит, – выдёргивают стакан из ее пальцев и с грохотом ставлю его на барную стойку. – Давай я отвезу тебя домой, уже поздно, – я злился на себя за то, что импульсивно предложил Левандовской посидеть вместе и выпить. Вернее пить должна была она, а я лишь смотреть.
– Ну не-е-ет, хочу ещё! Кир, не будь таким занудой, а? – пьяно протянула она, наклоняясь ко мне, чтобы забрать стакан со столешницы. Неловко пошатнулась на высоком стуле и начала заваливаться вперед. Я не успел вовремя среагировать, поэтому в попытке удержаться она ухватилась за мой пах, в то время как я пытался придержать ее и моя ладонь вместо плеча оказалась на упругой груди.
Мы застыли, смотря друг другу в глаза, и на минуту мое дыхание все же сбилось. Ее пухлые сладкие губы, этот затуманенный взгляд, пусть и от алкоголя, а не от желания, а еще ее пальцы, которые какого-то черта начали теребить мою ширинку.
– Пожалуй, еще стаканчик и по домам, – облизывая губы произносит она и выравнивется.
– Ага, – прокашливаюсь и хватаюсь за тот самый стаканчик, но вовремя вспоминаю, что я все-таки за рулем. – У деда, кстати, есть отличная коллекция виски, не хочешь составить мне компанию и продегустировать? – срывается с моего языка прежде чем я успеваю подумать, какую ерунду сморозил.
Но мне хреново, по-настоящему хреново, и одному оставаться не хочется. А тащить какую-то незнакомую девку в единственное место, где все напоминает о дедушке не хочется.
– Не думаю, что Федору Александровичу понравиться, что мы вылакаем его редкое виски, которое он лет десять скупал.
– Он уже никогда не узнает, – с горечью произношу я и бросаю на барную стойку несколько крупных купюр.
– Не могу с тобой согласиться. Федор Александрович все видит. С небес, разумеется.
Я ничего не отвечаю. Подхватываю Любу за локоть и тащу на выход. Не понимаю почему нянчусь с ней, но из этого вечера можно сделать себе выгоду. Например, раздеть Левандовскую когда уснет и сделать несколько снимков. А потом пригрозить, что если не уберется из завода сама, то я опубликую их на сайте компании. Или разошлю всем сотрудникам анонимно. Усмехаюсь, представляя эту картину и усаживаю Любочку на переднее сидение автомобиля.
– Как же я тебя ненавижу, Царев, – ее глаза воинственно блестят.
– Это взаимно, поверь. Пристегни ремень безопасности, не хочу чтобы ты вывалилась из машины по дороге, хотя и не скажу что очень расстроюсь.
Я обхожу машину и в последний момент бросаю взгляд в сторону ресторана. На ступеньках стоит Максим и ненавидящим взглядом смотрит на меня. я усмехаюсь и сажусь за руль. Что, не получилось одновременно усидеть на двух золотых яйцах? Ну-ну.
Глава 8
Кирилл
Левандовская определенно перепила, никогда ее такой не видел. Она включила музыку в машине и громко подпевала певице, дергая в такт руками и ногами, иногда задевая мои плечи и голову. Хотя, нет, не подпевала, а горланила так, что еще полчаса рядом с ней и я бы оглох.
Ее соблазнительные стройные ножки выглядывали из-под подола платья и я пытался контролировать свои глаза, чтобы хотя бы не так часто пялиться на них. Лиф платья немного полз вниз, являя мне вершинки упругих грудей и мне безумно хотелось поласкать их языком и добраться до розовых сосочков.
Я скривился от своих мыслей, впился пальцами в руль и поддал газу. Наверное, надо было отвезти ее домой, но ехать обратно в город уже не хотелось.
При виде загородного дома мое настроение окончательно испарилось. Что я сейчас делаю? Мне стоило бы почтить память деда, а не разъезжать на тачке с пьяными девицами. Хотя, это же Люба, дед бы наверяка похвалил меня за то, что я не оставил ее одну в баре.
– Приехали, – глушу мотор и отключаю музыку.
– Ты такой зануда. Ик! – на лице Левандовской расцвела странная улыбка, она дернула ручку на дверце и попыталась выйти из салона, но ничего не получилось.
– Ремень отстегни, – указываю на очевидные вещи и выхожу из машины.
Люба копошится минут пять, защёлка все никак не поддаётся, она смешно ругается и что-то бубнит себе под нос.
– Господи, за что мне это наказание? – зло распахиваю дверь авто и перегибаюсь через девушку, одним движением освобождая ее тело от ремня безопасности.
– А ты можешь быть милым и заботливым, – заплетающимся языком бормочет она и обвивает руками мою шею.
– Черт, ты меня задушишь! – пытаюсь отцепить ее от себя, чтобы свободно вдохнуть воздух полной грудью.
– Ты такой лапочка, а эта ямочка на твоей щеке, – голосом, который вдруг кажется мне соблазнительным мурлыкает Люба, а потом тянется ко мне и я чувствую на щеке что-то тёплое и влажное.
– Ты только что лизнула меня? – ошарашенным голосом спрашиваю я. Боже, что происходит с этим миром? Дед завещал компанию женщине, которая напилась от горя и приобрела повадки собаки!
Резко отстраняюсь от Левандовской и не глядя в её сторону направляюсь в дом.
– Кир, подожди меня! Ты обещал мне хороший виски и боулинг!
Надо уложить ее спать, а то кто знает в кого превращается цербер в юбке после литры влитого в себя алкоголя?
Слышу позади себя стук каблуков, тяну на себя ручку двери и вхожу внутрь. В гостиной автоматически загорается свет и я обвожу взглядом место, где вырос. Старый глобус сколько помню себя стоит в нише около двери в кухню. Шкаф с книгами, дубовый столик, камин и два кресла. Я словно вернулся в детство. Перед глазами стала картина, где зимними вечерами мы с дедом сидели у этого самого камина, зачаровано смотрели на огонь и читали очередной детектив. Больше всего мне запомнилась история, где полиция искала в зоопарке наркотики и они оказались в клетке медведя под полом. Он перечитывал мне эту историю вновь и вновь, но мне все было мало. Как же давно это было!
– Я в ванную, приведу себя в порядок. Есть что поесть? Проголодалась ужасно! – Люба вела себя так, словно была как дома. Безошибочно двинулась в ту сторону, где была гостевая ванная комната, несколько раз споткнулась, но удержала равновесие. Я уселся в кресло и закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями и понять как быть.
Не уверен что это удачное время для принятия решений, но именно сейчас я как никогда понял что должен сделать.
Поставить Левандовскую на место и стать настоящим начальником.
Укрепить свои позиции, заключив несколько выгодных сделок.
Выиграть чертов тендер и наконец-то устроить деду нормальные похороны!
А главное – как-то заставить Любочку добровольно покинуть занимаемый пост.
С такими мыслями я задремал, а потом резко подорвался с кресла, когда рядом со мной послышался громкий звук.
– Нашла в баре, – как ни в чем улыбнулась Левандовская, бросая куда-то за спину пробку от бутылки шампанского и отпивая прямо с бутылки. На ней красовалась моя белая рубашка (и как только умудрилась найти мою комнату?), волосы были распущены, а макияж смыт. И выглядела она как-то… по-домашнему.
– Это уже лишнее, – вырываю из ее рук бутылку, стараясь не пялится на ее обнаженную сексуальную попку, выглядывающую из-под рубахи, а потом и сам приложился к горлышку бутылки. Сделал несколько глотков шипучки, понимая что ночка предстоит не простая.
Демоница. Она самая настоящая демоница и искусительница. Наверняка в ее голове зреет какой-то коварный план. Переспать со мной, а потом обвинить в насилии? Расположить меня к себе, усыпить бдительность и вывести из компании несколько миллионов?
Вариантов множество и сейчас главное не убить ее до рассвета, потому что перспектива закапывать в саду труп не из самых приятных.
***
Точно помню, что мы распили несколько бутылок шампанского на двоих, а потом решили поискать что-то покрепче в коллекции деда. Дальше провал и вот мы с Левандовской играем в боулинг. Вместо кегль – бутылки дорогущего виски, вместо шара – антикварный глобус. Люба прицеливается, бросает шар, но промазывает и карта мира катится в бассейн.
– Нужно его достать, – говорю заплетающимся языком, но рука девушки тащит меня в другую сторону.
– Нет, это плохой шар, найди лучше.
Мы решаем пойти в кладовку и поискать что-то годное. Кажется, мы начинаем целоваться.
Потом провал.
В следующий раз мое сознание выныривает, когда я прыгаю в бассейн с холодной водой, а следом за мной Левандовская. Кажется, здравый разум начал медленно возвращаться ко мне, но вот вид ее вставших сосков под тонкой промокшей тканью рубахи снова лишает меня рассудка. Я подплываю к ней, сжимаю руками тонкую талию и, не думая о том что делаю, впиваюсь в ее губы жестким поцелуем.
Левандовская медлит всего мгновенье, а потом размыкает губы, позволяя мне овладеть ее ртом. Мы словно сорвались с цепи. Взорвались. Яростно стаскиваем друг с друга одежду и самозабвенно целуемся, забывая обо всем на свете. Особенно о том, что еще несколько часов назад были готовы убить друг друга. А еще об взаимной продолжительной ненависти и неприязни.
Я сжимаю в ладонях ее упругую грудь, играю сосками и выжимаюсь в ее тело своей эрекцией.
– Идем в мою спальню, – выдыхаю я, желая поскорее оказаться на сухой мягкой постели и войти в податливое тело Любы.
Выйти из бассейна оказалось не так уж и просто для двоих пьяных людей, а вид задницы Левандовской в тонких черных кружевных трусиках дезориентировал меня и мешал мыслить трезво. Хотя какое уж тут трезво?
Кроме трусиков на ней больше ничего не осталось. На мне лишь черные брюки из которых топорщился вставший член. Мы бежим в сторону входной двери и несемся к моей спальни. Люба заваливается на кровать, раскинув руки по сторонам, а я быстро стаскиваю с себя остатки промокшей одежды и наваливаюсь сверху на девушку. Дрожащими руками провожу по ее груди и ее тихий всхлип стимулирует меня поскорее освободить ее от трусиков и почувствовать как хорошо и тепло внутри.
Нахожу в полутьме ее губы, и пальцами поддеваю резинку белья. К черту прелюдии, я хочу ее прямо сейчас.
Разрываю двумя руками кружево, раздвигаю ее стройные ножки и одним резким движением вхожу до упора. Девушка вскрикивает и выпивается ногтями в мои плечи. На мгновенье я замираю, наслаждаясь этим моментом и тем, какая она тугая внутри. Как же хорошо! Просто нереально круто!
Голове идет кругом, в висках стучит, но этот момент самый лучший в моей жизни. Я забываю обо всех проблемах, сейчас есть лишь я и желанная женщина в моей постели.
Я медленно выхожу из нее и снова резкий толчок вперед. Она мокрая внутри и полностью готова. Мое сердце вот-вот норовит выпрыгнуть из груди, а стоны девушки – достичь пика наслаждения за несколько минут. Я ускоряю темп, ловлю ртом ее всхлипы и ласкаю грудь.
– Ах, да, – Люба двигается мне на встречу, выгибается и впивается зубами в мою шею. В этот момент я не могу ни о чем думать. Яростно вколачиваюсь в неё и кайфую, когда она громко вскрикивает и сжимается вокруг моего члена. Ещё несколько толчков и я изливаюсь на ее животик. Оргазм настолько яркий и сильный, что в глазах пляшут звезды, а в ушах стоит звон.
Падаю рядом с девушкой, притягиваю ее ближе и обнимаю. Я все ещё пытаюсь восстановить дыхание, когда ко мне приходит осознание того, что только что произошло.
Я трахнул Левандовскую.
Нет, не так.
Я, ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ, ТРАХНУЛ ЛЕВАНДОВСКУЮ.
Мне нужно выпить. Срочно.
– Ты куда? – тихо спрашивает она, когда я отстраняюсь от неё и пытаюсь встать с кровати.
– Сейчас приду, пить хочу, – и я не вру. Ни капельки.
Несколько раз спотыкаюсь по пути к двери, а выйдя из комнаты упираюсь рукой о стену чтобы не упасть. Иду в сторону лестницы на второй этаж, рядом с которой и расположен бар. Разграбленный бар. Потому что мы с Левандовской потрудились над ним на славу.
Голова все еще кружится, то ли от количества выпитого алкоголя, то ли от того что только что произошло, и когда я наконец-то вижу цель – бутылку ирландского виски – со стороны лестницы слышится какой-то шум.
Я с опаской поворачиваю голову в сторону, так как у прислуги сегодня выходной и никого кроме нас с Любой в доме не должно быть. И собак. Я совершенно забыл об этих крвожадных тварях. Если одна из них пробралась в дом через незапертую дверь, то прямо сейчас может быть последняя минута моей жизни. А еще в голову вдруг пришла мысль о том, что в дом могли проникнуть воры.
Хватаю бейсбольную биту, которая каким-то образом оказалась на полу посреди гостинной и тихо ступаю по направлению шума. Поднимаю голову вверх и застываю от ужаса.
На верхней ступеньке в своем неизменном бордовом халате стоит дед, обнимая бутылку любимого виски и огромными глазами таращится на меня.
– Дед? – сердце пропускает удар от ужаса. Приведение деда явилось ко мне, увидев что я сотворил с его коллекцией пойла. – Прости, дед, я больше так не буду.
Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. В глазах моего покойного родственника плещется такой же страх и удивление как и в моих. Может быть, это все лишь галлюцинации? Точно, я просто напросто перепил.
Все еще крепко сжимая в руке биту я на всякий случай отступаю назад. Неизвестно хорошее ли это привидение. Во всякий фильмах показывают кучу ужасов, где умершие возвращаются с того света и убивают всех, кто попадается на пути.
Внезапно приведение делает шаг вперед и тянет ко мне свою морщинистую костлявую бледную руку. Я в панике разворачиваюсь, собираясь сбежать из этого дома но в этот момент натыкаюсь на коллону, больно ударяюсь о нее лбом и падаю на пол. Мир вокруг меркнет, глаза заволакивает черная пелена и последнее, что проносится перед глазами – встревоженный взгляд деда.
– Помогите…
Глава 9
Люба
Я открыла глаза и сразу же зажмурилась. Солнечный свет чуть не убил меня. Во рту сухо, а по голове словно всю ночь били молотком. Боже, что со мной вчера произошло?
Я переворачиваюсь на бок и с опаской открываю глаза. Кровать явно не моя. Как и комната, в которой я нахожусь. Смятые простыни, подушка, от которой исходит аромат мужского парфюма и картина на стене, которая очень напоминает…
– Святые бубенчики! – резко подрываюсь с постели и морщусь от головной боли. Разглядываю причудливый интерьер и ко мне медленно начинает возвращаться память.
Я переспала с Царевым! Только не это! Почему вчера под действием алкоголя он вдруг показался мне таким сексуальным и мужественным? Почему я решила поднять свою самооценку за счет того, что красавчик и бабник Кирилл вдруг возжелал меня? Зачем я вообще согласилась выпить с ним? Вернулась бы домой, погоревала о Максе, а рано утром отправилась в офис и забыла бы обо всем под кипой бумаг.
Так нет же! Мне захотелось нарушить все границы, почувствовать себя не преданной, а желанной женщиной, а еще хорошенько напиться. Хотя бы раз в год я могу себе это позволить.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Главное – Царева нет в комнате. А он, кажется, выпил намного больше чем я, а значит не факт что помнит о том, что случилось прошлой ночью. Нужно срочно уходить, даже если придется сбегать через окно.
Прямо под ногами валяются мои разорванные трусики, а чуть поодаль – мужские боксёры. Прекрасно, просто прекрасно. Пытаюсь держать себя в руках и не поддаваться панике, но выходит плохо. Очень плохо.
Подхожу к двери, ведущей в гардеробную и среди многочисленной одежды и прочего хлама быстро нахожу спортивки, которые мне слегка великоваты, и футболку. Натягиваю на себя и пытаюсь вспомнить где оставила свою сумочку. Без телефона я отсюда не уйду.
Уже выходя из комнаты случайно натыкаюсь взглядом на свое отражение в зеркале и вздрагиваю. Всклоченные волосы, под глазами синяки, опухшие губы – красотка, ничего не скажешь!
Выскальзываю из комнаты, пытаясь на ходу привести в порядок волосы и замираю на месте, когда на полу в гостиной замечаю полностью обнаженного и неподвижного Кирила. Единственной мыслью было: он мертв, что делать? Но первая волна паники прошла и в глаза бросилась его утренняя эрекция. Я выдохнула от облегчения. Жив. Ещё и храпит.
Какого черта он спит прямо на полу? Я что, выгнала его из кровати?
Медленно подхожу к мужчине, стараясь не пялится на его член, но ничего не могу с собой поделать, идеальное мужское тело и внушительных размеров мужское достоинство сбило бы с пути истинного любую женщину.
Несколько минут нависаю над ним, рассматривая каждую чёрточку его тела и вдыхая жуткий запах перегара. На лбу виднелась небольшая шишка и мне только оставалось догадываться что произошло. Потому что последнее, что я помню – как бесстыдно стонала и выгибалась под ним. От этой мысли одновременно хотелось опорожнить желудок и повторить все ещё раз. Пытаюсь отогнать от себя порочные мысли и с интересом поглядываю на хаос, который творился в комнате. Разбросанные вещи, пустые бутылки, разоренный бар и снова перевожу взгляд на Кирилла.
Его чертова налитая головка члена не давала мне покоя, поэтому я не раздумывая вернулась в гардеробную, нашла в одном из выдвижных ящиков упаковку новых носков, натянула один из них на его член. С выполненным чувством долга решила, что пора будить «спящую красавицу».
– Эй, Царев, проснись и пой! – легко ударила его ногой по бедру, а в ответ получила лишь громкий протяжный храп.
Я наворачиваю круги вокруг спящего парня и борюсь со своей совестью. Темная сторона меня кричит – беги без оглядки и сделай вид, что тебя здесь не было. Ангел же на моем плече шепчет – ты не можешь бросить на холодном паркете умирающего мужчину. Он может заработать воспаление легких и умереть. Путь даже это будет Царев. С эрекцией. Ладно, с эрекцией, которую скрывал носок.
Несколько минут я просто смотрела на спящего парня, потом перевела взгляд на погром, который мы устроили в доме и решила убраться. В конце концов домработница не обязана тратить свой выходной потому что два идиота решили поиграть в боулинг.
Голова все ещё разрывалась, организм требовал срочной дозы лекарств, поэтому не особо разбираясь что где я просто схватила первую попавшуюся открытую бутылку и сделала глоток прямо из горла. Скривилась, вздрогнула, даже всплакнула от крепкого напитка и порадовалась что сегодня суббота. Представляю что подумали бы сотрудники, увидь меня в таком виде. Потом в который раз перевела взгляд на Кирилла и поняла, что я не так уж и плохо выгляжу.
Где-то со стороны кухни послышались какие-то звуки, я дернулась с места, пытаясь придумать куда бы спрятаться от внезапно заявившихся гостей и выдохнула от облегчения, когда в гостиную ввалились Шерри и Шина. Два огромных добермана, с которыми у меня были хорошие отношения. В отличие от Царева. Тот при виде этих красоток визжал как девка и отказывался выходить во двор. Несколько раз мне приходилось быть свидетельницей этой картины и в те моменты я держалась из всех сил, чтобы сохранить непроницаемое выражение лица, как настоящая леди.
Я уселась в мягкое кресло, откинулась на спинку и перевела взгляд на Кирилла. А потом на Шерри. Во мне вдруг заиграло детство. План созрел быстро и я надеялась, что после этого я останусь в живых.
В холодильнике как раз нашлась упаковка сгущенки, с самым доброжелательным видом я открутила пластиковую крышечку и выдавила немного на правую ногу мужчины. Я затаила дыхание, боясь что он может проснуться от моих действий, несмотря на то, что несколько пинков ранее не способствовали его пробуждению.
Мне почему-то стало безумно смешно и время от времени громкий смех все же вырывался из моего горла. Я взрослая женщина, а творю такую ерунду. Переместилась ещё немного вверх и от души намазала сгущенкой его плечо, а потом замерла на мгновенье, рассматривая в дневном свете рельефные мышцы Кира. Он и в самом деле был хорош собой. Но идиот. Самый настоящий идиот.
– Шерри, девочка, – тихо позвала добермана, опасливо поглядывая на Кирилла, – иди сюда, смотри какой вкусный идиот лежит прямо на полу.
И Шерри и Шина заинтересовано взглянули на меня, принюхались и подбежали к Кириллу. С первого раза нашли «приманку» и принялись слизывать с него. Теперь точно нужно бежать, после такого из дома мне не выбраться если Кир проснётся.
– Ммм, котик, немного выше. Зайка, ну, – простонал он, а я не удержалась и захрюкала от смеха.
Кирил заворочался, переворачиваясь на бок, Шина же на его действия зарычала и ткнулась носом в ступню.
– Щекотно, – дёрнулся он, – холодно как, где одеяло? – я все так же сидела на корточках перед ним, жалея что не могу вспомнить куда подевался мой мобильник. Отличное видео было бы для общего чата завода.
Ещё несколько минут он то стонал, то что-то бессвязно лепетал, все пытаясь нащупать край одеяла и прося «зайку» и «котика» подождать до обеда. И тут внезапно наши взгляды встретились. Он открыл глаза так неожиданно, что я не успела отреагировать.
– Люба? – спросил хриплым голосом и зажмурился. – Черт, ты никакой не сон. Что проис…
В этот момент он разглядел двух доберманов, которые вынюхивали что-то на полу у его ног и побледнел ещё больше, насколько это было возможно.
– Что за черт здесь происходит? – переводя взгляд то на меня, то на Шерри с Шиной, то на белый носок потрясено спросил он.
– Понятия не имею, я проснулась в гостевой спальне, вышла в гостиную и нашла тебя такого… – я равнодушно пожала плечами, поднялась с пола и направилась в сторону ванной комнаты.
– Люба? – послышалось позади. – Любочка? – голос Царева вдруг стал слаще меда. – Любовь Дмитриевна! – а теперь слишком официальным.
– Да?
– Это, не могла бы ты подержать этих адский псин, пока я не оденусь?
– О, прости, но я до жути боюсь собак, – говорю трагическим голосом и скрываюсь за дверью, оставляя Царева один на один со своими страхами.
Глава 10
Киррил
Мне было хреново. Очень. Но не настолько, чтобы забыть о двух важных вещах: я трахал Левандовскую и, что самое невероятное – мне это понравилось.
Правду говорят, алкоголь это зло. Именно из-за чертового пойла я валяюсь посреди гостиной как мешок с картошкой, с носком на члене и в окружении адских псин. А Любе все-равно, ее не заботит тот факт, что эти демоны могут разорвать мне глотку и я уйду на тот свет вслед за дедом.
– Хорошие собачки, хорошие, – произношу, скорее успокаивая себя, чем их, медленно поднимаюсь с пола, разминая затекшее тело и, не отводя взгляд от доберманов, задком направляюсь в ту сторону, где скрылась грымза. Или секс-богиня? Даже не знаю, как ее теперь называть. Нужно бы проверить еще разочек, чтобы убедиться наверняка, что она и вправду настолько невероятна в постели насколько мне показалось и это не плод моего бурного воображения и затуманенного разума.
