Текст книги "Моя самая большая тайна (СИ)"

Автор книги: Арина Стен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 10

Андрей

Ужин в аду подходил к концу, когда у меня в кармане вновь завибрировал телефон. Когда я понял, что Наташа так и не ответит мне, поставил его на беззвучный режим и убрал.

Как маленький влюбленный мальчишка надеясь, что это пишет моя зазноба, разблокировал аппарат, игнорируя в очередной раз возмущение родителей (я уже не в том возрасте, чтобы переживать по поводу их мнения о моем поведении).

И это была она. Подавив желание подскочить до потолка от радости, с трудом, но сохранил невозмутимое лицо.

«Мы сходим на свидание, если сможешь узнать мой секрет»

Э? На мгновенье я завис, не понимая, что именно она хочет.

– И как мне его узнать? – отвиснув, решил уточнить.

– Сыграем в десять вопросов? Если к концу назовешь его – пойдем, если нет – не судьба.

О, как… интересно…

– Ты так и будешь сидеть и пялиться в телефон или обратишь на нас внимание?

Как издалека до меня донесся голос отца. Чуть заметно поморщившись, поднял на него взгляд. Все, на сегодня цирк можно сворачивать. Меня ждет более интересное времяпрепровождение.

Подозвав официанта, под гробовое молчание со стороны родителей расплатился, встал и, кивнув на прощание, вышел из ресторана.

На улице вдохнул полной грудью и, впервые за последний час, улыбнулся. Искренне. Не заботясь о том, как я выгляжу и что обо мне подумают.

Честно говоря, меня это и в ресторане не очень волновало, но не в моих правилах тыкать палкой в глаз разъяренного медведя. А мой отец, при желании, мог легко дать фору этому зверю.

Садясь за руль, разблокировал телефон, задавая первый вопрос:

– Это предмет одежды?

Не знаю, почему, но мне, вдруг, пришло в голову, что это как-то связано с ее нижним бельем. Видимо, не так уж и далеко я ушел от подростка, если только и думаю, что о женских трусиках.

– Да, – прилетело через минуту, когда я выруливал с парковки ресторана.

Усмехнувшись, проверил, не помешаю ли кому-нибудь, выскочив сейчас на дорогу, выехал и помчал в сторону своего дома. Хотелось оказаться в нем как можно раньше, чтобы ничего не отвлекало, пока я буду разгадывать загадки моей сладкой девочки.

Стоя на светофоре, отправил второе сообщение:

– Я его видел?

– Нет, – в ответ.

Логично, учитывая, что в наш первый (и пока единственный) раз на ней вообще не было белья. И если я правильно помню то, во что одевалась Наташа в те несколько встреч, что устраивали Коля с Аней, то это практически всегда был один и тот же костюм – белая блузка, черная юбка-карандаш.

Похоже, у нее на работе был дресс-код. Не знаю.

Если задуматься, то я вообще мало что знаю про девушку, ставшую моим наваждением. Точнее, я знаю, что меня привлекает не только ее тело, но и ее личностные качества, которые мне дозволили увидеть (или те, о которых мне рассказал Колян).

Но вот, чем занимается она по жизни; что любит; что на дух не переносит – это пока для меня остается тайной за семью печатями.

Если она все-таки согласится со мной сходить на свидание, меня ждет увлекательное путешествие в ее мир. И я с нетерпением хочу в него погрузиться.

Ну, а если быть уж совсем честным, хотя бы с самим собой, то вновь погрузиться в нее я тоже не прочь. Совсем не прочь.

И мне ничуть не стыдно за такие мысли. Всегда считал абсолютно нормальным, когда мужчина хочет свою женщину. А я Наташу хотел. Постоянно.

Зато я определенно точно знаю, что я – здоровый мужчина в полном расцвете сил. Как Карлсон, епта.

Посмеявшись сам с собой, включил поворотник, чтобы обогнать плетущегося еле-еле дедка (во время обгона кинул взгляд в его сторону, и правда, дедок, как не рассыпался еще – непонятно), обдумывая свой следующий вопрос. Не хотелось слишком рано спрашивать – это то, о чем я думаю, или нет?

Вдруг, окажусь прав, и наша игра закончится раньше, чем мне хочется. А если не прав, то… честно говоря, этот вариант я не рассматривал. Просто хотелось как можно дольше пообщаться с моей девочкой.

Сворачивая на свою улицу, вдруг осознал, что со вчерашнего дня я Наташу в своих мыслях кроме как «своей девочкой» и не называю. И, черт возьми, мне это нравилось.

Мне нравились те чувства, что она во мне вызывала. Я не собирался себе больше запрещать думать о ней в этом ключе – как о моей девушке, моей будущей жене, будущей матери моих детей.

Да, самоуверенно. Да, еще ничего не известно наверняка. Но внутри себя я уже решил, что добьюсь эту женщину. Даже, если мне придется в лепешку расшибиться.

Помню, как скептично отреагировал, когда Даня рассказал про свою встречу с Олей, его девушкой, с некоторых пор – женой. Что он с первого взгляда понял – эта женщина его. От волос до кончиков пальцев на ногах (его слова, не мои).

Я тогда хмыкнул, не поверив ему. А повстречав Наташу, убедился – брат не пиздел. Когда встречаешь своего человечка, осознаешь это сразу и больше не сомневаешься.

Только я протупил и не предпринимал никаких серьезных шагов на протяжении года, а потом, после корпоратива, тоже ничего не делал.

Поначалу думал, что после того, как с ней переспал, меня отпустит. Но не срослось. Не отпустило. И теперь, видя, что и Наташа не против продолжить наше знакомство, этому был только рад.

Выходя из машины, набрал очередное сообщение, третий вопрос:

– Верхний предмет одежды?

– Нет, – мгновенный ответ.

Рассмеявшись, кивнул соседке, заходившей со мной в подъезд. Та удивленно на меня посмотрела, не понимая, чего я так веселюсь, и поспешила вперед к лифтам. Немного затормозил, чтобы она успела уехать. Еще напугаю бедную женщину, и так уже, наверное, решила, что я не очень адекватный.

– Его легко можно увидеть?

– Нет.

Точно нижнее белье.

– Он приятный на ощупь?

– Да.

Хм… интересно. Может ли быть нижнее белье приятным на ощупь? Наверное, смотря, кто его… щупает, так сказать.

Боже, какой бред лезет в голову. Крыша что ли начала протекать от влюбленности?

– Это комплект?

– Да.

Открывая дверь в квартиру, решил немного пошалить:

– Ты когда-нибудь фотографировала себя в нем?

– Да.

Малышка отвечала быстро.

Только ответ на этот вопрос, учитывая, вокруг какого именно предмета одежды крутятся все мои мысли, мне не понравился. Голову подняла совершенно нелогичная ревность, стоило мне только представить, как Ната присылала фотографию своего шикарного тела в соблазнительном белье какому-то мужику. Она же мне ничего не должна. Я, конечно, считаю ее своей женщиной, но она-то так не думает. Пока, по крайней мере.

Нахмурившись, спросил:

– А мне бы ты его сейчас прислала?

– Нет.

А это было обидно. Но вполне естественно. Уточнение пришло спустя полминуты.

– Но когда-нибудь – возможно. Если повезет…

Мои губы растянулись в улыбке. Со стороны это, наверное, смотрелось странно: стоит мужик в прихожей, не разувается, не снимает куртку, а молча смотрит в телефон и похотливо ухмыляется. Хорошо, что никто меня не видел в этот момент.

– Ты любишь этот предмет одежды?

– Да.

– Он единственный в твоем гардеробе?

– Нет.

Черт, не самый умный вопрос. Логично, что у нее не один комплект белья. Сколько у меня еще вопросов осталось? Считать было лень, поэтому решил, что пора закругляться.

– Это кружевное белье?

– Это был последний вопрос, между прочим, – и злобный смайлик.

Неужели, я не угадал?

– Встретимся в следующую субботу в 18.00 в кафе «Менестрель» в центре.

Моя девочка. А я красавчик.

Глава 11

Наталья

– Ты серьезно загадала кружевное белье? – с непередаваемым скепсисом в голосе спросила Аня, следившая за нашей с Андреем перепиской с таким вниманием, словно смотрела увлекательнейший спортивный матч.

– Да, а что в этом такого? – пожала плечами я.

К этому моменту успела приговорить уже вторую бутылку шампанского и нацелилась на третью. Поэтому предмет разговора со Светлицким меня не смущал.

– Ты странная, – протянула брюнетка, с сожалением замечая, что мандарины закончились.

– Возможно. Но мне плевать.

– Ладно, – махнула рукой подруга. – Каждому свое. А теперь, – хлопнула она в ладоши. – Раз уж мы разрешили твою проблему, давай, наконец, поговорим о том, ради чего я сюда пришла. О моей свадьбе-е-е-е, – последнее слово она буквально пропела.

Рассмеявшись, я отставила бокал (пора трезветь), согласно кивая:

– Давай. Рассказывай свои идеи.

Встала, чтобы налить нам чай (все равно Аня не пьет) и убрать шкурки от мандаринов, горка из которых гордо высилась перед подругой. На последнее она смотрела с плохо скрываемой грустью, словно я что-то самое дорогое в ее жизни выкинуть решила.

– Пойдешь домой – еще купишь, – заметила, смахивая их в ведро.

– Это когда еще будет, – вздохнула брюнетка.

– Ну ты же не неделю у меня сидеть планируешь? – рассмеялась, ставя перед ней чашку ароматного зеленого чая.

Аня, любившая его до безумия, брезгливо сморщилась и отодвинула кружку как можно дальше от себя.

– А можно черный? – робко спросила, стараясь на меня не смотреть.

Сделав вид, что не обратила внимание на ее внезапно изменившийся вкус, молча протянула свою кружку. Будущая Гарикова благодарно улыбнулась. Чувствовалось, что благодарна она не только за чай, но и за отсутствие вопросов.

Сев напротив подруги, подтянула к себе зеленый чай и выжидательно посмотрела на Аню.

– Выкладывай, что там у тебя.

Девушка вновь хлопнула в ладоши, раскрыла сумочку и достала оттуда длиннющий список.

– Что это? – я удивленно воззрилась на листок.

– Здесь перечислено все, что нам понадобится для идеальной свадьбы, – деловито сообщила невеста, проводя по нему руками – расправляя.

– И первым пунктом идет платье? – «догадалась» я.

– Конечно же, – хмыкнула Анюта. – Только я не хочу белое. Лучше нежно-розовое.

– Почему?

Данный факт меня удивил. Насколько мне помнится, Анечка всегда хотела традиционную свадьбу. А это подразумевало именно белое платье.

– Потому что это банально, – курносый носик подруги забавно сморщился. – Ну или светло-розовое, переходящее в белый, – немного подумав, скорректировала она свою хотелку.

Хмыкнув, отпила чай. Ничуть не сомневаюсь, что в итоге, когда мы придем в магазин, куплено будет как раз-таки белое платье, а не какое-нибудь еще.

– Дальше – букет, – провела она наманикюренным пальчиком по списку. – Тут без вариантов – розы.

– Может, что-то попроще? – решила попробовать я.

– Зачем? – удивилась Анюта. – Розы – классический символ любви.

– Можем розы поставить на столы, как украшения, а в букет, например… сирень.

Брюнетка так яростно замотала головой в ответ на мое предложение, что я испугалась – вдруг, голова отвалится. Невеста без головы – не комильфо.

Прыснув от представшей мне картины, постаралась сосредоточиться на весело щебечущей что-то Ане. Та, целиком поглощенная своим списком, даже не заметила, что я отвлеклась от «важного» разговора.

И чем больше Анечка говорила, тем больше я уверялась в своих мыслях – это будет не свадьба, а сплошное расточительство. Бедный Коля. Он-то хоть знает, в какую копеечку ему влетит торжество? Надеюсь, что у него хватит накоплений и не придется брать кредит. Иначе быть ему одним из этих – лохов, влезших в кабалу ради одного (не очень запоминающегося в большинстве случаев) дня.

А еще, против воли, я начала представлять свою собственную свадьбу. И она разительно отличалась от описываемого Аней.

Во-первых, я не стала бы устраивать прием на тысячу гостей (ладно, я была не справедлива к подруге, планировалось пригласить не больше сотни – как по мне, так уже перебор). Пришли бы только самые близкие. А их у меня было немного – Аня, Коля, родители, пара хороших знакомых с работы (для массовки). И, пожалуй, все. Правда, поразмыслив еще немного, решила, что с работы никого звать не надо. Пусть будут только родные – мои и жениха.

Во-вторых, я бы, несмотря ни на что, надела бы только белое платье. Не пышное, в котором невозможно ни поссать, ни посрать, ни присесть. Приталенное, облегающее, но обязательно в пол, на тоненьких бретельках. Или вообще без них.

И, конечно же, никаких ресторанов. Расписались, сфотографировались на память и разошлись. Ну, если настроение будет, то можно на дачу съездить, там посидеть. Но не более того.

Когда представляла свою идеальную свадьбу раньше, как такового лица у жениха не было. Размытое пятно. А вот сегодня я явственно увидела человека, которому улыбаюсь, чувствуя себя самой счастливой и любимой на свете; в чьи глаза смотрю, не боясь утонуть в них; чьи руки меня обнимают, даря ощущение покоя и абсолютной правильности происходящего; чьи губы крепко, но одновременно нежно целуют.

Перед моим внутренним взором возник Андрей. Ошибки быть не могло. Еще вчера я желала оказаться в другом городе, лишь бы с ним не встречаться, а сегодня… сегодня я представляю его на месте моего будущего мужа… Это вообще нормально – такая резкая смена отношения к человеку?

Встряхнув головой, выкинула из нее лишние мысли и сомнения. Надо быть честной хотя бы с самой собой. Я, как мартовская кошка, готова была ластиться к Светлицкому с нашей первой встречи. Голову теряла рядом с ним. И сторонилась его больше по этой причине, а не из-за того, что он мог разбить мне сердце. Хотя, и это было немаловажно.

Перспектива потерять себя в нем пугала меня гораздо больше, чем очередная рана на той хреновине, что бьется у меня в груди и что обычно выбирает не тех мужчин.

Но, может, со Светлицким мне повезет? Да, да, я говорила это себе каждый раз, влюбляясь, но ни на одного из ухажеров ранее я так сильно не реагировала.

Мне просто безумно хотелось, чтобы он сейчас оказался рядом. Пусть я и пыталась убедить себя в том, что Андрей – очередной Казанова, но даже сквозь призму скептицизма, видела, что это не так. Он… другой…

Заботливый (один только его рассказ в день нашей встречи о том, как ухаживал за тетушкой, до самой ее смерти, чего стоит), с хорошим чувством юмора и очень (много раз очень) страстный.

Мне хватило одного раза, чтобы выяснить один из самых важных пунктов – он ставил удовольствие женщины превыше своего. Я не девственница и не дура, прекрасно вижу, когда мужика трясет от желания. А Светлицкого прям колбасило тогда. И, конечно же, мне было очень приятно, что у него на меня такая реакция.

А еще… мне надоело отрицать очевидное. Я уже влюбилась в Андрея. Скорее всего, именно из-за того, что так усиленно запрещала себе это делать.

– Ты меня слушаешь вообще? – вырвал меня из размышлений недовольный голос Анюты.

– Прости, – покаялась, беря ее за руку и чуть сжимая (почему-то этот жест успокаивает подружку лучше всего). – Отвлеклась.

– На каком пункте тебя вырубило? – нахмурилась она, окидывая меня ну о-о-очень понимающим взглядом, будто знала, из-за кого я витаю в облаках.

Может, и знала.

– На третьем, – пробормотала, делая глоток чая.

Аня возмущенно ахнула и покачала головой.

– Тогда я начну сначала, – выпрямив спину, заявила она.

Подавив разочарованный стон (а я-то надеялась…), тоже села прямо, приготовившись слушать в этот раз гораздо внимательнее. Иначе придется третий раз начинать, и уж тогда-то наша беременная невеста точно вновь мандарины сможет поесть только в следующем столетии.

Глава 12

Андрей

Насвистывая какую-то незамысловатую мелодию, я собирался на свидание с женщиной моей мечты. Поймав свое отражение в зеркале, мимо которого только что проскакал, тряся своим «орудием» между ног, рассмеялся.

Господи! Взрослый мужик, а веду себя, как подросток. Ей богу, я таким даже в шестнадцать лет не был. Что же эта девушка… женщина… со мной делает?

Всю неделю ходил, как обдолбанный, в облаках летал. Подчиненные, не говоря уже о руководстве, начали коситься. И точно порывались вызвать мне дурку, но сдерживались из последних сил.

Как и я, когда хотел написать моей малышке и предложить встретиться пораньше. Но каждый раз откладывал телефон, решив, что раз уж я ждал спокойно (относительно) целый месяц, то могу подождать и еще недельку.

Стоило только подумать о Наташе (не то, чтобы я хоть на миг про нее забывал), как мой боец встал. Блять. А вот это неудобно. Когда-нибудь пробовали натягивать трусы на стоящий колом член? То еще удовольствие скажу я вам.

Идеальным вариантом было – сбросить напряжение, и чуть успокоившись начать одеваться, но… Но, как бы странно это ни звучало, мне не хотелось заниматься самоудовлетворением перед встречей с Натой. У меня возникало ощущение, что я так ей изменяю. С самим собой. Да, я знаю, как глупо и нелепо это звучит. Но вот такой вот я… глупый и нелепый.

Пришлось срочно отвлекаться. Лишь бы не вспоминать, как моя девочка плавилась в моих руках в тот вечер, какой отзывчивой была и какая она сладкая на вкус. Жаль, что мне так и не удалось попробовать тогда ее между ножек. Уверен, она там такая же сладкая, как и везде.

Член стал еще тверже от подобных мыслей. Еще немного и я кончу прям так, дотрагиваться до себя не придется.

Спешно представив, как на мой роман могут отреагировать родители, а именно – моя мама (отцу похрен будет, уверен), постарался успокоиться. Помогло.

Поспешно оделся, пока еще чего в голову не пришло. Кинул взгляд на часы. До шести еще полтора часа, но уже можно выдвигаться из дома. Пробки у нас в городе, конечно, не московские, но тоже будь здоров. При неудачном стечении обстоятельств, можно и часа на два опоздать на встречу на другом конце города.

Поэтому, решив не искушать судьбу, нацепил куртку и выдвинулся из дома. Берегись, красавица, я иду.

Повезло, до ресторана я добрался в рекордно короткие сроки. Выбрав самый лучший на мой взгляд столик у окна (с видом на набережную), приготовился ждать. Часы неумолимо сообщили, что Наташа не появится раньше, чем через сорок минут. Что же… пока можно что-нибудь выпить, дабы успокоить внезапно расшалившиеся нервы.

Сердце колотилось, как бешеное, правая нога отбивала нестройный ритм, пальцы, против воли, барабанили по столу. А это что? Да, точно. Меня бросило в пот.

Такое ощущение было, что я внезапно заболел, но этого просто не могло быть – ни на каких сквозняках я в последнее время не сидел, с мокрой головой по улице не гулял. Что со мной тогда происходит? Неужели, я так сильно нервничаю перед встречей с Наташей?

Ната, как самая настоящая женщина, опоздала. На пару минут всего, но мне и этого хватило, чтобы запаниковать.

– Я уже было решил, что ты не придешь, – выпалил вместо приветствия, поднимаясь со стула и отодвигая для нее соседний (не хочу, чтобы она сидела напротив, только рядом).

– И тебе не хворать, Светлицкий, – фыркнула девушка, присаживаясь.

Одета она была сногсшибательно. Не то провоцирующее на всякие непотребства платье, что было на корпоративе, но тоже ого-го-го!

Говорят, у каждой уважающей себя женщины в гардеробе должно быть маленькое черное платье (как завещала то ли Шанель, то ли еще кто). Так вот – у моей девочки оно было. Очень маленькое. И очень черное.

Справедливости ради стоит отметить, что упругую попку оно прикрывало. Но недостаточно на мой взгляд. А вот длинные ноги Натуси были выставлены на всеобщее обозрение. И меня жутко раздражало, что вон тот престарелый джентльмен уже несколько минут на нее пялится.

Злобно зыркнув на мужика (к его чести, он стыдливо отвел глаза), постарался как можно сильнее задвинуть стул девушки – так, чтобы скатерть полностью прикрывала дорогие мне ножки.

Послав мне ехидную усмешку, она взяла в руки меню.

– Прости, закопалась и вышла из дома позже, чем планировала, – объяснила она свое опоздание, не отрываясь от изучения. – Что посоветуешь? Никогда здесь не была.

– Ты специально так оделась, чтобы меня с ума свести? – спросил, проигнорировав последние сказанные слова.

И снова эта ехидная усмешка. А еще хитрый взгляд из-под ресниц. Хорошо, что я надел свободные брюки, не так тяжело будет сидеть. Потому что одного этого мне хватило – я был в полной боевой готовности для повторения произошедшего на корпоративе.

Видимо, прочитав что-то такое в моем взгляде, Наталья чуть прищурилась и спросила с подозрением:

– Ты почему так странно на меня смотришь?

– Это как? – улыбнулся я.

– Не знаю… – пожала плечами девушка, откладывая меню. – Странно.

– Просто прикидываю, насколько хорошая звукоизоляция тут в туалете.

От неприкрытого намека на нашу физическую активность, щечки Натуси залило румянцем. Даже до декольте дошло. Мне стоило огромных усилий заставить себя оторваться от созерцания ее груди – не слишком пышной, но и не плоской – самое оно. Как я люблю.

Вообще, все в этой девушке было – как я люблю. И фигура, и ум. Почему-то вдруг подумалось, что Даня долго надо мной ржать будет, когда узнает, насколько сильно я на ней залип.

– Чего ухмыляешься?

– Представил, что скажет мне брат, когда узнает про тебя, – решил не юлить и сказать правду.

– М-м-м… – протянула малышка. – Чтобы спросить первым? Про твоего брата? Или про то, что же такого он может про меня узнать?

– Отвечу сразу на оба вопроса, – мы совершенно забыли про меню и топчущегося невдалеке официанта. – Первое – да, у меня есть младший брат. В данный момент этот оболтус со своей женой на морях. Хотя всем, и мне в том числе, сказал, что едет в командировку.

– Откуда тогда ты знаешь, что он на морях?

Спрашивая, она чуть склонила голову набок. Такой милый жест, оказывается. Никогда раньше не замечал.

– Доложили его сослуживцы, – хмыкнул, беря-таки меню и делая знак официанту, чтобы подошел.

После того, как мы сделали заказ: я – стейк с картошкой и какой-то салат, Наташа – мясо по-французски и цезарь, из напитков оба предпочли виски (я все сильнее влюбляюсь, определенно), продолжил:

– Что касается второго вопроса – я ему скажу, что ты – самая прекрасная из всех встреченных мною женщин. И что я был дураком, убеждая его, что идеальных женщин не бывает.

Ната рассмеялась, закинув голову. Уф! Полегче, малышка. Эта выставленная напоказ шейка, в которую я с самого прихода моей девочки хочу впиться, если не зубами, то губами точно, скоро сведет меня с ума.

И смех. Низкий, грудной, глубокий. Искренний. Каждый раз, слыша его, кайфовал. А уж понимать, что причиной этого восьмого чуда света стал я, просто… неземное блаженство.

Хотя, если подумать, то восьмое и девятое чудо света – это ее грудь и малышка (да, та самая), а смех – десятое чудо. В общем, все в ней было чудесным.

Я прекрасно осознавал, что из-за своей влюбленности могу быть предвзятым. И тот же Даня со мной поспорит, до хрипоты доказывая, что лучшая женщина в мире – это его Оля. Но мне было плевать.

Я – влюбленный мужчина и имею полное право боготворить свою избранницу. По мне, так это нормальное состояние. Плохо было бы, если бы я от нее нос воротил.

– Ох, Светлицкий, – цокнула она, отсмеявшись. – И многим своим дамам ты это говоришь?

– Никому, – сказал, как отрезал. – Правда!

Воскликнул даже чуть более возмущенно, чем надо было. Но вот задело меня это и все тут.

– Хорошо, – явно не веря мне, согласилась.

– Почему не веришь? – мне очень хотелось ее убедить в том, что не лгу.

– Я этого не говорила, – загадочно улыбнулась она, делая глоток из бокала.

И не заметил, как они перед нами появились. Сделав пару жадных глотков, закашлялся, так как виски попал не в то горло.

– У тебя на лице все написано, – обвинительно ткнул в нее пальцем, придя в себя.

– Ну, хорошо, – подняла она руки вверх, сдаваясь. – Признаю, мне и правда слабо верится в то, что я вся такая для тебя единственная и неповторимая.

– Но почему?

Я никак не мог уяснить, что же в этом такого невероятного.

– Потому что это ты.

– Понятнее не стало, – нахмурился я.

Что-то наше свидание идет не по тому курсу. С другой стороны, это хорошо. Лучше выяснить все на берегу.

Это, конечно, не значит, что я так просто сдамся. Наоборот, зная о проблеме, буду вдвое упорнее стараться ее решить. И решу. В своих силах я не сомневался. Никогда. А сейчас – тем более. На кону было мое счастье, а я не дурак, чтобы его просрать. Больше не дурак.

– Андрей, – тяжело вздохнула Наташа, складывая перед собой руки, – пойми: я – не самое доверчивое существо на планете. Слишком часто мне делали больно. Не буду отрицать, меня безумно к тебе тянет. И я очень тебя хочу. – Я довольно улыбнулся, в ответ Ната закатила глаза. – Но это не мешает мне сомневаться и бояться. Ты – шикарный мужчина, про которого мне рассказывали не самые приятные для женского уха вещи…

– Например? – вклинился в ее речь.

– Например то, что ты не пропускаешь ни одной юбки.

– Это неправда, – поморщился я.

Убью Анечку. И Коля меня не остановит.

– Возможно, – мягко улыбнулась малышка. – Но мне это только предстоит узнать. И возможно, до того счастливого момента, когда ты сможешь меня убедить, я попорчу тебе достаточно крови. Если у тебя вообще получится меня убедить, – добавила она, чуть помолчав.

– Нат, – прошептал, беря ее за руку, поглаживая нежную кожу, – я в лепешку расшибусь, но докажу тебе, что действую с самыми серьезными намерениями. Хочешь, хоть сейчас сделаю тебе предложение?

Моя глупость чуть разрядила напряженную обстановку за столом (на что и была рассчитана), и, когда девушка с улыбкой покачала головой, отказываясь (ну, это пока, в следующий раз ты мне «да» скажешь, красотка), мы принялись за еду.

Я то и дело поглядывал на малышку, пытаясь понять – все ли ей нравится. Вроде бы, мою девочку отпустило. Это хорошо. Осталось только понять, как ее убедить в своих чувствах?