Текст книги "Чёрт из Чертаново. Том 5"

Автор книги: Антон Панарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Моё внимание привлекло движение справа. Мелькнули стрекозиные крылья, и рядом с машиной, подстроившись под её скорость, нарисовался Пифон. Змей зыркал на меня и опустил окно впустив его в салон.

– Закройте форточку, – недовольно пробубнил таксист. – У меня вообще-то кондиционер работает.

– Без проблем, – я послушно поднял стекло. – А вы смените маршрут и докиньте меня до Ротонды.

Пифон устроился у меня на коленях и, поднатужившись, срыгнул на сиденье шесть хрустальных глаз. Змей потрудился на славу: если эти стекляшки продают по пять сотен, то рассчитывать можно самое меньшее на полторы тысячи. Впрочем, один из артефактов я оставлю себе. Мало ли, вдруг кого-то придётся выследить.

Добравшись до Ротонды, я первым делом направился к пчеле. Завидев меня, она оживлённо зажужжала. Видать, помнит утреннего лудомана, который спустил у неё последние деньги. Для начала она выложила передо мной латексный костюм, а потом всучила листовку с приглашением на секс-вечеринку.

– В следующий раз, – улыбнулся я максимально мерзко и высыпал на прилавок пять поисковых артефактов. – Хочу продать этот хлам.

Пчела тем временем повертела хрустальные глаза в лапках и вывела на обрывке картона: «1100». После короткого торга я получил тысячу двести монет, половину выручки ссыпал в карман Пифону, а свою долю тут же слил на прокачку навыка.

Навык «Задержка дыхания» повышен до 6 уровня.

Теперь я могу продержаться полчаса без воздуха. Эх, будь у меня такой навык в детстве, я бы на дону всех раков переловил голыми руками. Пацаны бы обзавидовались. Жаль детство прошло. Вздохнув я поехал на водохранилище.

Уже стемнело, но я без труда нашел Саню с Линдой, и всё благодаря картографу! Отличный навык, я бы сказал незаменимый. Они ждали меня у самой кромки воды. Друг поигрывал шипастым кастетом, а разглядев в свете фонаря мою физиономию, расплылся в ухмылке:

– Здорово, Пушкин.

– Щас лысину тебе наколдую. – Пригрозил я и Саня тут же посерьёзнел.

Он достал из инвентаря панамку и натянул её на макушку.

– Не надо. Я пересадку волос не планировал, а лысины тем более.

– Если вы закончили с приветствиями, то посмотри вон туда. – Подала голос Линда и указала пальцем в темноту. – У Северного моста, стоит буровая техника. Рабочие разошлись по домам, но прожекторы всё ещё освещают объект.

Она оказалась права. Под опорами моста и правда громоздились силуэты буровых установок с задранными в небо мачтами.

– Тогда не будем тратить время попусту. – Улыбнулся я. – Наш план прост как две копейки. Крушим технику, а потом…

Договорить я не успел. У моста вспучился водяной горб, и со дна поднялся тридцатиметровый гигантский силуэт. Над водохранилищем прокатился оглушительный рёв, от которого заложило уши, а следом тварь обрушилась на вышки и уничтожила их вместе с куском берега.

Глава 22

Обломки буровой техники виднелись в волнах, а мы втроём стояли с отвисшими челюстями. Над гладью покачивалась шея длиной с девятиэтажку, на конце которой сидела крохотная для такой туши башка. Позади неё бугрилась необъятная спина утыканная шипами, и вся эта громадина состояла из мутной воды, в которой болтался ил и, судя по белому пятну, чей-то пакет из «Пятёрочки».

Выходит, под нашим с Саней катером тогда проплывала именно эта зверюга. Шотландцы почти сто лет гоняются за Лохнесским чудовищем, а оно оказывается всё это время пряталось в Воронежской водоохранке.

– Это что за хрень? – выдохнул Саня, до хруста стиснув кастет.

Даже Линда, которую мало что могло впечатлить замерла не зная как реагировать на это чудище.

– Похоже за нас сделали всю работу… – озадаченно произнёс я.

Правда я слишком рано собрался домой. Там где минуту назад стояла техника, земля лопнула и выплюнула в небо тугую чёрную струю. Пару месяцев назад я бы заорал «Нефть нашли!», но сейчас точно знал что это скверна. Чёрная пакость ударила метров на тридцать вверх, изменила направление движения и облила всю видимую часть чудища.

Тварь замотала башкой, стала колотить хвостом по воде, а потом запрокинула морду и заревела так, что у домов расположенных на береговой линии выбило стёкла. Глаза чудовища вспыхнули алым, и эта махина набрав скорость двинулась к Северному мосту.

Первый удар пришёлся в опору: бетонная колонна с хрустом сложилась пополам, и вся переправа закачалась. Наверху завизжали тормоза, а машины начали пятиться, отчаянно сигналя и перегораживая друг другу дорогу. Не знаю, что из всего этого видят обычные водители, но трясёт мост для всех одинаково.

Тварь снова завыла, а на мосту показались десятки едва различимых точек, судя по всему это одарённые или духи. Не тратя времени даром, они стали осыпать тварь заклинаниями, а также просто шмалять в неё пулями и стрелами.

Огненный шар расплескался по хребту, а следом в шею воткнулась пара дротиков с синими искрами на наконечниках. Какой-то мужик в рыбацкой жилетке и вовсе садил по чудищу картечью из охотничьего ружья, о том чем дробь навредит существу состоящему из воды, он явно не подумал.

Впрочем, это был не самый глупый ход. Какой-то тип размахнулся искрящимся молниями копьём, перемахнул через бардюр и полетел прямо к морде чудовища. Бултых! И он провалился в эту самую морду начав тонуть. Но на этом его злоключения не закончились, копьё окутанное молниями выпустило такой разряд, что бедолага забился в конвульсиях.

– Хвала богам, не все охотятся за мной, кто-то и делом занимается, – хмыкнул я.

Чудовище крутанулось и наотмашь хлестнуло по мосту хвостом. Средний пролёт с лязгом вырвал арматуру из опор и вместе с мёртвым трамвайным ярусом рухнул в реку, подняв над водохранилищем столб брызг. Одна легковушка зависла передними колёсами над пропастью.

Про вагон-призрак с дедом-кондуктором я вспомнил, лишь когда пролёт с рельсами ушел на дно. Хочется верить, что сегодня старик торгует где-нибудь в другом месте. Вот она, обещанная в новостях очистка нашего моря, после которой чинить придётся не только Северный мост, но и половину города.

Судя по тугой струе негатива продолжающей хлестать в небо, Бельфегорьев таки сумел пробурить тоннель до хранилища. Шустрый зараза. Но хуже всего то, что скверна заразила духа водоохранки, и теперь просто стекает в воду формируя здоровенный нарыв.

У кромки воды забурлило, и на песок полезли водяные. Бородатые утопленники с тиной в волосах выбирались на сушу, и в глазах у каждого пылала тьма, а те, у кого ниже пояса болтались рыбьи хвосты, тащились за остальными на руках. Они стали раскачиваться, что-то булькая, а уровень воды стал стремительно повышаться. За полминуты под воду ушел пляж, а после мутная жижа хлынула через парапет к домам.

Прекрасно. Похоже мы имеем дело с тем о чём говорил Борисыч. Скверна накрыла стихийного духа, и теперь нам грозит наводнение.

– Похоже, нам придётся уничтожить духа водохранилища, если мы не хотим стать второй Венецией. – Произнёс я проведя ладонью по лысине.

– Согласна. Сначала прикончим здорового, а после угомоним мелочёвку, которую он разбудил. – Кивнула Линда создав в ладони меч из чёрного пламени.

Под рёбрами пополз холод. Фоновое переливание жадно тянуло хлещущую в реку скверну, из-за чего пришлось его вырубить, иначе я обожрусь этой дрянью раньше чем успею добраться до зараженного чудовища.

Можно было рвануть в обход, но тогда нам пришлось бы пробежать километра два прежде чем мы добрались бы до чудовища. Вместо этого я сунул руку за пазуху и выудил оттуда Апельсина. Пригревшийся у меня на животе котёнок недовольно пискнул когда его извлекли из гнёздышка, но он тут же сообразил чего я от него хочу.

– Морозь, рыжий!

Апельсин разинул крохотную пасть, и оттуда ударила тугая струя белого пара. В третьих «Героях» мантикоры такими способностями не обладали, а значит мне достался уникальный питомец! Пушистый морозильник за пару секунд заморозил берег, а после ледяная корка побежала по водной глади пожирая десятки метров воды вокруг.

Не успевшие убраться с дороги водяные вмёрзли в лёд кто по пояс, кто по макушку, и в прозрачных глыбах злобно вращались одни только глаза. Пока я любовался проделанной работой, Апельсин вскарабкался мне на голову, после чего я рванул вперёд.

Лакированные туфли Валеры на льду вели себя хуже коньков на асфальте, но стоило врубить морозную поступь, и подошвы намертво прихватились к корке, отрываясь лишь тогда, когда я сам того хотел.

Саня бросился следом за мной, но на третьем же шаге ноги у него разъехались, отчего друг с размаху приземлился на копчик. С его протрузией поясничного отдела такие кульбиты противопоказаны, однако он только выругался и на карачках побежал дальше.

Линду же лёд не смущал. За её спиной раскинулись крылья из чёрного пламени, позволяя ей парить над водной гладью. Несясь вперёд Линда размахивала мечом разваливая водяных надвое. Мокрые тела с шипением разлетались золотыми искрами попутно выпуская в воздух облачка пара из которых посыпались монеты привлекая внимание Пифона. Зелёная молния не заставила себя ждать и рванула на сбор трофеев.

Зазевавшись, я едва не получил пару дырок в боку. Уцелевшие уставились на меня и закинув головы назад резко выплюнули струи воды. Напор был что надо, таким только камни да металл резать. Уйдя в подкат, я выбросил руку в сторону водяных и выпустил десяток ветряных пуль. Уродливые морды покрытые тиной взорвались одна за другой, разбросав во все стороны ошмётки водорослей.

Уничтожен осквернённый дух, получено 15 ОК.

Я уже собирался встать и побежать дальше, но лёд подо мной треснул. Из пролома вынырнула склизкая лапа и, сомкнулась на моей лодыжке, а после дёрнула вниз с такой силой, что я ойкнуть не успел и провалился под лёд. Только Апельсин успел спастись оттолкнувшись от моей макушки.

Холодные иглы вонзились в тело, а дыхание выбило начисто. Меня потащили глубже и спустя секунду я очутился в кромешной тьме. Ночное зрение кое-как перекрасило её в грязно-зелёный, и стало видно, что за ногу меня обеими руками держит водяной и кривит рот в мерзкой усмешке.

Выхватив из инвентаря Дырокол, я вогнал лезвие ему в глазницу, лезвие провернулось пробурив череп насквозь.

Уничтожен осквернённый дух, получено 14 ОК.

Я начал уже грести на поверхность, но заметил что из глубины на меня уставились два алых огня размером с колесо от Камаза. Если это местный сом, то кормили его явно не мотылём, а рыбаками.

Я выхватил пистоль и, не целясь, пальнул сосулькой промеж этих фар. Ледышка прочертила в темноте белый след и вошла твари точно в переносицу, после чего свет в глубине подёрнулся и погас.

Уничтожен осквернённый дух, получено 24 ОК.

Сделав пару гребков, мне резко захотелось домой, ведь с глубины дуром попёрла мелочовка. Водяные, утопленники, изменённые щуки, из пастей которых на меня смотрели алые человеческие глаза, раки с ногами как у собак и прочая жуть.

Самой шустрой оказалась щука, она и схлопотала сумоистскую оплеуху. На глубине удар вышел не таким хлёстким, но рыбину закрутило волчком и унесло в темноту. Ещё две её подруги повисли у меня на ногах начав жевать икры. Было ужасно больно! А что хуже всего, они потянули меня в разные стороны, заставив сесть на шпагат. Тело оказалось готово к такой нагрузке, а вот брюки нет.

Активировав навык кипяток я разогрел воду рядом с их мордами и ошпарил обеих рыбин. Следом топнул ступнями друг о друга вызывая морозную поступь. Идея оказалась дурацкой, но довольно эффективной. Мерзость поднимающаяся со дна моментально застыла в глыбе льда, дав мне небольшую фору.

Молотя руками я поплыл наверх понимая что уже минуты три нахожусь под водой и чувствую себя отлично, если не считать кровоточащие икры горящие огнём. Поднявшись на поверхность я уткнулся лысиной в лёд и улыбнулся. Спасибо Феликсу: его вонючий клей не сдался даже воронежскому морю, и лысина с бакенбардами остались на месте, а то пришлось бы вылавливать двести тысяч рублей по всей водоохранке.

Размахнувшись, я влепил ладонью удар сумоиста по льду выломав огромный кусок и выбрался на поверхность. Слева послышалось возмущённое «Мяу!», ко мне подбежал Апельсин и брезгливо осмотрел с ног до головы.

– Понятно, на мокрой карете ты не поедешь, – усмехнулся я и активировав навык «кипяток» высушил одежду, а заодно и согрелся.

Апельсин удовлетворённо кивнул и залез мне за шиворот.

Пока я плавал, Лохнесское чудовище окончательно обрушило Северный мост. От него остались только торчащие из реки огрызки опор. Само же чудовище, проваливаясь в прибрежный ил, выбиралось на левый берег с лёгкостью сминая деревья, словно те были травой.

Я рванул следом за Линдой парящей далеко впереди, на бегу достал из инвентаря жезл и направил его на зверюгу. Тварь даже не замедлилась. Я выругался и отправил бесполезную легендарку в инвентарь. Почему бесполезную? А как её ещё назвать? Это уже второй раз когда она не срабатывает!

Позади громыхнуло и мимо меня на огромной скорости промчался Саня. Ехал он спиной вперёд, да и способ передвижения у него оказался гениальным в своей простоте. Амбал лупил кастетом по льду, и каждый взрыв отшвыривал его назад. Чем чаще он бил, тем быстрее ускорялся.

– Вы оборзели⁈ А я⁈ – Крикнул я вслед Сане и Линде, а после на всех парах погнался за ними.

Каким-то чудом Саня обогнал Линду, поравнялся с Лохнесским чудовищем, сделал крутой вираж, и со всего размаха впечатал кастет в пятку твари. Рвануло так, что у меня уши заложило. Нога духа подломилась, и многотонная туша начала заваливаться прямо на Саню. Друг успел откатиться, и зверюга с грохотом рухнула туда, где он только что лежал.

С левого берега к упавшей громадине уже бежали одарённые, человек десять. Один рубил её плоть топором, другой тыкал в неё вилами, но раны затягивались быстрее, чем их успевали наносить.

Видя эту «подмогу», я лишний раз порадовался тому что грим не смыло, а то здешняя братия мигом забыла бы про духа и переключилась на меня. Выставив перед собой обе руки и принялся поливать ветряными и ледяными пулями прошивая тушу твари в десятках мест. Проку с этого не было никакого, зато со стороны я сто процентов выглядел эпично.

До зверюги оставалось метров двадцать, когда позади послышался рёв воды. Обернувшись на бегу, я выпучил глаза от увиденного. Казалось что вся вода из водохранилища вздыбилась, и покатилась на нас тысячетонной стеной, перемалывая лёд в крошку.

– Да ну нафиг! – послышался крик Сани.

Я уже прикидывал что лучше, нырнуть под воду чтобы меня не размазало волной, или попытаться вскрыть пространство и попытаться затащить туда Саню с Линдой. Но Линда уже подоспела с решением. Она прыгнула между нами с Саней и накрыла нас огненным куполом. Вал воды врезался в пламя, и в ту же секунду жахнуло так, что я на миг оглох.

Вода моментально закипела, из-за чего получилось подобие водородного взрыва, запулив в небо клубы горячего тумана и увесистые куски льда. Когда пар рассеялся, мы с Саней обнаружили что стоим на отмели мокрыми до нитки. Впереди осыпаемая каплями воды виднелась тварь. Её взорванная нога успела отрасти, и стала толще прежней.

Я сосредоточился на Лохнесском чудовище, и разглядел в центре его тела тусклый зелёный огонёк.

– Ядро… – прошептал я догадавшись как победить тварь.

Вокруг ядра нет ничего, кроме воды, которую дух держит под контролем и лепит из неё что вздумается, хоть ноги, хоть хвост, а захочет и цунами организует.

– Атакуем ядро! Ту зелёную хрень в центре туловища! – заорал я видя что волна пытавшаяся нас смыть, прямо сейчас двинулась на город.

Вода закручивая воронки вокруг фонарных столбов, тащила за собой мусорные баки, смывала машины и заливала подъезды. Люди выскакивали на балконы под вой сигнализаций, а откуда-то сверху истошно звали Серёжу, который, судя по воплям, полез спасать из подвала самогонный аппарат.

Бросить Серёжу в беде я не мог, поэтому достал брелок с медвежонком и влил в него крупицу энергии. По глазам ударило розовое свечение и передо мной появилась девчонка лет шести с хищной ухмылкой.

– Чё, Батя? Проблемы? – пробасила она, разглядывая духа с явным гастрономическим интересом.

– Видишь зелёный огонёк⁈ Его нужно уничтожить! – Я ткнул пальцем в светящуюся точку посреди чудовища.

– Щас порешаем, – усмехнулась Машенька.

Слева и справа от девочки материализовались восемь розовых когтей по два метра каждый.

Я тут же почувствовал упадок сил, так как Машенька дуром тянула из меня энергию. РосоМашка хрипло захохотав рванула вперёд, а я трудом устояв на ногах побежал следом доставая на ходу из-за пазухи Апельсина. Кот зашипел и недовольно уставился на меня, когда я перехватил его на манер автомата. Левой рукой схватил за передние лапы, а правой за задние. Рыжий тут же распахнул пасть из которой ударил мощный поток мороза.

Вот он, отечественный АК, то есть Апельсиновый Котомёт, который, в отличие от моего пистоля, в перезарядке не нуждается. Ну ладно, нуждается, ведь котяра жрёт как не в себя. Тем не менее технические характеристики у него весьма убойные.

Там, куда била струя холода, плоть духа схватывалась льдом, и Машенька с разбегу врезалась в эту стену, кромсая её когтями. Осколки летели во все стороны, и вскоре в боку у Лохнесского чудища зияла пещера, куда наша копательница ввинчивалась всё глубже.

Слева по замёрзшей шкуре молотил кастетом Саня, выбивая с каждым ударом здоровенные куски льда. Дела у него шли хуже чем у Машки, ведь лёд взрывался больно жаля осколками. Зато Линда справа остервенело рубила шипящим клинком замёрзшее брюхо чудовища, вырезая огромные квадраты плоти.

Дух, разумеется, сопротивлялся: из его тела то и дело хлестали водяные кнуты, которые Машенька срезала на лету. Одна такая плеть метнулась ко мне, но уворачиваться я не стал, просто навёл на неё котомёт заморозив водяное щупальце до основания.

Через минуту мы пробились к сердцевине, и вблизи я разглядел, как внутри зелёного шара ворочаются чёрные прожилки скверны. Машенька убрала когти, материализовала медвежью пасть размером с легковушку и сомкнула здоровенные зубы на ядре перекусив его пополам. Замёрзшая плоть чудовища пошла трещинами, а то, что не успело замёрзнуть, с плеском обрушилось обратно в водохранилище.

– Я ж говорила, порешаем! – довольно прогудела Машенька и похлопала себя по платьецу будто искала пачку сигарет.

По её телу одна за другой покатились золотистые вспышки, и на втором десятке я сбился со счёта. Когда сияние угасло, медвежья пасть налилась голубизной, и с клыков стала капать вода.

– Крутяк, – довольно произнесла Машенька и развернулась в сторону Воронежского моря.

В воздухе снова материализовались когти на этот раз голубого цвета, РосоМашка рубанула ими крест-накрест, и из воды по направлению к небу устремились тысячи водяных серпов, рассекая всё на своём пути. Серпы рассекали всю нечисть зараженную скверной, не трогали лишь постройки и мирных жителей барахтающихся в воде. Золотая пыль взмывала ввысь, чтобы немного погодя осесть на волнах.

Пифон от изобилия трофеев едва не свихнулся и метался туда-сюда, не зная, за какой монетой нырять первой. Вода медленно начала отступать назад. Мусор и обломки деревьев потекли в водохранилище, оставив после себя массу разрушений на берегу. Со стороны многоэтажки донеслись радостные вопли мужика, видимо звали его Серёжа и он спас самогонный аппарат.

Перед глазами мелькнуло сообщение:

Дух Машенька получил 48 уровень и теперь имеет физическое воплощение. Желаете привязать её к собственной душе чтобы получить возможность призывать Машеньку по собственному желанию?

Ого! Да она по уровням уже обогнала меня. Шустрая, зараза. А что до привязки к душе, та тут глупо отказываться, тем более если это отменит дурацкий таймер.

– Желаю, – кивнул я.

Привязка произведена. Занято слотов «Дрессировщика»: 2 из 3.

– Вот же блин, – вздохнул я. – Везде подвох.

Знал бы я что Машка займёт один из слотов, может быть и не стал бы выполнять привязку, по крайней мере сейчас.

– Смотрите, – напряженно произнесла Линда мотнув головой в сторону берега.

Среди обломков буровой, из земли торчала толстая труба, и из неё по-прежнему хлестала скверна. Только теперь она не била в небо, а растекалась вширь и сворачивалась в чёрный пузырь, который набухал на глазах. И ёмкость у пузыря была мягко говоря гигантской…

Обнаружен нарыв скверны!

Ёмкостью 241 983 единицы.

Хуже всего было то, что нарыв скверны стремительно увеличивался в размерах.

– Может свалим пока не поздно? – Спросил Саня.

– Поддерживаю. – Отозвалась Линда.

Шансов уничтожить такой нарыв у нас мягко говоря не было. Я уже собрался звонить Полине Сергеевне, но заметил перед собой ярко вспыхнувшие точки белого света. Они закружившись вихрем, и за долю секунды сплелись в пару белоснежных крыльев размером с человеческий рост. Я инстинктивно отпрыгнул назад, но они последовали за мной и прошили меня насквозь.

Грудь обожгло нестерпимой болью и таким жаром, что перехватило дыхание, а в голове запищало. Или это не писк, а пение? Сквозь завывание на высокой ноте пробился бесстрастный голос:

Система «Херувим» активирована.