Текст книги "Чёрт из Чертаново (СИ)"
Автор книги: Антон Панарин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Дарья стиснула зубы и быстрым шагом пошла в сторону своего дома, бросив через плечо:
– Разговор окончен.
Подъезд маячил в полусотне метров. Дарья на ходу выудила из кармана ключ от домофона, чувствуя, как руки подрагивают от нервного напряжения.
– Дашенька, – донёсся вслед спокойный голос. – Разговор закончится, когда я скажу.
За спиной послышался хлопок, фонарь над головой Дарьи моргнул и потух. Соседний столб горел дальше по улице, вот только его свет разом стал недосягаемым, а вокруг сгустилась вязкая темнота.
Взвизгнув от ужаса, девушка бросилась бежать. Сердце бешено колотилось, а каблуки выбивали дробь по асфальту. Спустя показавшиеся вечностью секунды пальцы нащупали холодный металл домофона. Ключ-таблетка звякнул о считыватель, и во тьме вспыхнул зелёный огонек.
Она рванула дверь на себя и уже переступала порог, когда на плечо легла цепкая рука. Шагов позади Дарья не слышала, выходит, преследователь преодолел эти метры бесшумно и почти мгновенно, но обдумывать это было некогда.
Развернувшись, девушка со всей силы впечатала локоть в переносицу управляющего. Раздался хруст, пальцы соскользнули с её плеча подозрительно легко, и девушка, протиснувшись в подъезд, захлопнула за собой тяжелую дверь.
Магнит лязгнул, притянув железную створку. Дарья прижалась лопатками к холодному металлу и попыталась отдышаться. Стук сердца отдавался в ушах, заглушая уличные звуки, оттого она и не услышала тихий смешок снаружи.
Вячеслав неспешно промокнул разбитый нос тыльной стороной ладони, а после слизнул кровь неестественно длинным языком.
– Строптивая, – прорычал он, смакуя страх пропитавший воздух. Этот страх пьянил не хуже коньяка. Ноздри управляющего жадно втянули негатив сочащийся через металлическую дверь. – Беги, беги. Загнанная дичь всегда вкуснее.
Вячеслав мог перехватить её локоть в полете, мог и вовсе не выпускать худенькое плечо, вот только зачем? Сорвать ягодку можно прямо сейчас, однако незрелый страх кислит, а Дашенька лишь начала наливаться ужасом. Пусть недельку повздрагивает от каждого шороха и проверяет замки перед сном. А потом наступит кульминация полная животного ужаса, такого сладкого и питательного.
Улыбнувшись управляющий уселся за руль, черный седан мягко тронулся и укатил в ночь. В этот же момент погасший фонарь вспыхнул вновь, заливая улицу желтоватым светом.
* * *
Обходя дом по кругу, я достал из кармана нож и на всякий случай раскрыл его. Желания встречаться с красноглазым нечто у меня не было. Однако оставлять семью в подвале дома которого может жить нечто зубастое, вообще не вариант.
За домом обнаружились дощатые двери подвала. В детстве меня частенько отправляли сюда за картошкой и банками с соленьями. Потянув за ручку, я распахнул створки, и в лицо дохнуло могильным холодом вперемешку с тошнотворной гнилью. В подвале и раньше было холодно, но вот гнилью тут никогда не пахло.
Спускаясь вниз, я чувствовал, как с каждой ступенькой становится всё холоднее и темнее. Пошарив рукой по стене, нащупал выключатель и щелкнул им, но лампочка под потолком не зажглась. Пришлось достать телефон и включить фонарик. Луч света заплясал по стенам подвала, и мне резко расхотелось туда спускаться.
Всё, чего касался взгляд, было облеплено странными чёрными нитями. Они маслянисто поблескивали в свете фонарика, словно паутина, сотканная из негативной энергии. Ноги мерзко прилипали к ступеням, а когда отрывались от них, за подошвой тянулись нити.
Спустившись вниз я увидел полки тянущиеся вдоль дальней стены. Они были завалены старым хламом, который и выбросить жалко и оставлять нет никакого смысла. На верхней полке среди прочего барахла пылилась ржавая бензопила, отец купил её лет двадцать назад, и за всё время она пригодилась от силы раза два.
Я перевёл взгляд в центр подвала и замер. Над полом, клубился сгусток чёрной энергии, раза в три крупнее того, что я видел в автосалоне.
Обнаружен нарыв скверны.
Концентрация: 45 единиц.
Описание: точка сбора негативной энергии. При наборе критической массы зародится осквернённая сущность.
– Приехали, – выдохнул я, останавливаясь в метре от сгустка.
Сообщение системы мелькнуло, и текст изменился.
Справка: сгустки скверны, расположенные в пределах людских жилищ, негативно влияют на психоэмоциональное, а также на физическое состояние жильцов.
Я присвистнул и задумчиво произнёс:
– Интересно, Толика так корежило, и он выплеснул кучу негатива, из которого вырос нарыв и паразит? Или сперва появился паразит и стал качать из Толика негатив сформировав нарыв?
Хотя, Оля с тремя работами и вечной усталостью, наверняка тоже добавила сюда капельку черноты. А ещё мама чувствует себя всё хуже. Очевидно, состояние её ухудшается из-за нарыва скверны. А значит, я должен избавиться от сгустка как можно скорее.
После зачистки должно полегчать Толику с мамой, да и соседям тоже. Однако как уничтожить сгусток? В десяток заходов поглощать по пять единиц негатива, постепенно истощая его мощность и рискуя склеить ласты? Идея отличная, вот только пока я буду кататься туда сюда, мои дражайшие родственники будут постепенно доливать сюда скверны. Это может превратиться в Сизифов труд. А если отсюда вылупится новая тварь, то станет совсем худо…
Когда в автосалоне пытался отчистить нарыв, то замешкался и едва не помер от того, что стал перекачивать через себя негатив, содержащийся в сгустке. А что будет, если я быстрым движением выдерну искру, маячащую в глубине нарыва? Есть шанс, что он развеется. По крайней мере, я на это надеюсь…
Тяжело вздохнув, я приготовился и быстрым движением попытался ухватить блестящую искру, пульсирующую в черноте. Увы, эксперимент провалился. Сгусток вздрогнул, покрылся густой слизью, которая потекла на бетонный пол, собираясь в лужу.
Внимание! Происходит рождение осквернённой сущности!
Лужа забурлила, и из неё вынырнула морда жабы.
– А вот и царевна лягушка… – произнёс я, резко отдёрнув руку от сгустка и попятился к выходу.
Жаба осмотрелась по сторонам и выпрыгнула на бетонный пол. Её бугристое тело переливалось маслянистой плёнкой в луче телефонного фонарика. Сама же квакуха была недурственных размеров. Думаю, у неё даже имелся шанс попасть в книгу рекордов Гиннеса, ведь величиной она была с бульдога. Лапы же твари заканчивались острыми когтями, а в пасти виднелся слюнявый язык на конце которого поблёскивало стальное жало.
– Даже если ты царевна, целовать тебя я не буду, – пробормотал я выставив перед собой нож.
Жаба юмора не оценила, оттолкнулась мощными лапами и прыгнула прямо на меня. Я чудом успел отскочить в сторону пропустив в сантиметре от себя когтистую лапу.
Луч света от фонарика заметался из стороны в сторону,, а через мгновение раздался смачный шлепок. Чудище врезалось в стену подвала, да так, что с полок посыпались банки разбившиеся на мелкие осколки после встречи с бетоном. Выдернув силуэт квакухи из темноты, я бросил беглый взгляд на свой ножик. И как с этим огрызком я могу победить такую пакость?
Тварь же не собиралась давать мне времени на размышления. Развернувшись вокруг своей оси, она припала к земле, готовясь к новому прыжку, а ее горло раздулось пузырем. Я думал, что она вот-вот выплюнет длинный язык и попытается пронзить меня стальным наконечником, но тварь оказалась хитрее. Запрокинув голову назад будто собирается плюнуть, она резко взмыла в воздух.
Замешкавшись, я завалился в сторону, жалея о том, что не надел шлёпки на +2 к ловкости. Они если бы и не спасли мне жизнь, то явно увеличили бы мои шансы. В итоге уйти от удара я не сумел. Когти полоснули по плечу, распарывая футболку вместе с кожей, и руку обожгло острой болью. Хорошо что тварь пролетела мимо, а так ведь могла сбить меня с ног и порвать как жаба грелку.
Зашипев, я услышал, как лягуха снова впечаталась в стену. Полка жалобно хрустнула, а ржавая бензопила рухнула прямо на голову жабе. Лягуха со злостью рубанула по бензопиле когтями, отшвырнув её к дальней стенке подвала, а я…
Я понял, что лучшего шанса уже не выпадет, и с разбега запрыгнул на жабу, вдавив ее в пол весом собственного тела. С размаху я вогнал нож куда-то в район горла, потом ещё и ещё раз. Сталь работала со скоростью швейной машинки, прошивая плоть твари. Жаба булькала и брыкалась, пытаясь меня сбросить, но я чудом удержался до момента, когда, получив очередной удар, чудовище обмякло.
Шумно дыша, я поднялся на ноги и посветил фонариком вниз. Туша подо мной растворялась в золотистом свечении, оставив после себя три тускло мерцающие монеты и зеленоватый кристалл.
Вы убили порождение скверны. Получено 4 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.
– Неплохая доплата за вредность, – прошипел я от боли и поднял с пола трофеи.
Запихнул их в карман, я посмотрел на сгусток тьмы. Тот всё так же находился в центре подвала, а вот его ёмкость просела до тридцати семи единиц. Жуть! Выходит, эта хрень может породила жабу потратив восемь единиц скверны? Что же она выплюнет если использует всю ёмкость нарыва? Даже страшно представлять…
Ладно, я обязательно очищу нарыв, но не сегодня. А пока сделаю так, чтобы сюда никто не совался…
Едва я сделал шаг в сторону лестницы, как вдруг заметил в бетонной стене дыру размером с крупный грейпфрут. Причём дыра была рукотворная, а точнее, лапотворная. Отчётливо виднелись когти, вспоровшие бетон в поисках пути на свободу.
– Так вот откуда взялась красноглазая пакость которую я видел во дворе… – прошептал я.
Осмотревшись по сторонам, заметил ржавый капот от «шестёрки», которую отец давно продал, а капот почему-то остался. Схватив его, я прикрыл им дыру в стене, а сверху навалил всякого барахла, создавая подобие баррикады. Сооружение вышло хлипким, но это лучше, чем ничего.
Поднявшись по лестнице, я заметил на гвозде старый навесной замок со связкой ключей. Прихватив его, я вышел на улицу и захлопнул створки. Дужка замка со скрипом вошла в проушины, щелчок и подвал заперт.
Ключи отправились в карман джинсов, а я вызвал такси и на всякий случай написал сестре СМС: «Я запер подвал, там электрика искрит. Ничего серьезного, искрящий контур обесточил, а на днях приеду и починю. Ключи у меня». Врать, конечно, нехорошо, но не рассказывать же Оле, что у нее под домом рассадник чудовищ. К тому же за такие откровения Мир по головке не погладит, а я как-то не спешу проверять, какие наказания он выдаст за длинный язык.
Выйдя за ворота, я встал под фонарем и осмотрел плечо. Рана оказалась не глубокой, но кровищи натекло знатно. Я выудил из кармана одну монету и сжал в кулаке. Между пальцев мелькнула тусклая вспышка, и кругляш растворился, впитавшись в кожу. По телу прокатилось тепло, за которым последовал прилив бодрости. Ещё и края раны начали на глазах затягиваться, оставляя после себя лишь розовую полоску кожи.
Получено 1 ОК.
– Знать бы, как этими монетками других людей лечить, я бы тогда подрабатывал целителем на полставки, – ухмыльнулся я, разглядывая плечо. – Зачем вам швы, гражданин? Давайте приложу монетку, и всё пройдет. С вас пять тыщ вечно деревянных.
Спустя минуту из-за поворота вынырнули фары, и к воротам подкатила потрепанная «Тойота Марк 2». Едва я открыл заднюю дверь, как утонул в клубах сладковатого дыма. Водитель парил вейп, а из колонок орала рэпчина, да такая, что стёкла подрагивали в такт басам.
– Уважаемый! Выключи музыку, ради бога! – проорал я, устраиваясь на сиденье.
Водитель смерил меня кислым взглядом, но спорить не стал. Открыл окна, чтобы проветрить салон, и вырубил песню, в которой пелось про самок собаки и то, как нужно тратить деньги. Я откинулся на спинку и закрыл глаза, планируя свою следующую вылазку в подвал.
Может, ружьё прикупить? А что, дельная мысль. Правда, придётся возиться с лицензией на оружие, собрать вагон справок, пройти медобслуживание, получить охотничий билет… Месяца два провожусь, не меньше.
К тому же твари невидимы для обычных людей. И если я буду носиться по городу с ружьём, стреляя в пустоту, то с вероятностью в сто процентов сперва попаду в полицию, а потом и в дурку. Придётся искать другой выход, и срочно!
Домой я добрался далеко ближе к полуночи, заставив таксиста высадить меня у самого подъезда. Лифт с кряхтением поднял на родимый восьмой этаж. Остановившись у двери я застыл с ключами в руке и прислушался к себе. Ноги гудели, спина ныла после работы курьером, при этом на душе было легко и радостно, хоть песни пой.
Отперев дверь, я вошел в квартиру, но не успел даже щёлкнуть выключателем, как услышал возмущённый вопрос:
– Ты меня вообще кормить собираешься? У нас с тобой так то договор заключё…
Включив свет, я увидел кислую морду Скуфовичка. Борр сложил руки на пузе, шляпа воинственно сдвинута набок, и взгляд такой требовательный, будто он моя жена. Вот только на такой уродине клофелинщице я бы никогда не женился. В два шага подлетев к коротышке, я сгрёб его за грудки и поднял над полом.
– Знаешь, как пели в «короле и шуте»? – спросил я, прожигая Боровичка взглядом, и, не дождавшись ответа, продолжил, напевая: – Отдай монету, а не то я рассержусь…
Если бы он знал текст песни, то сказал бы: «Мне наплевать, твоей я злости не боюсь», увы, это не мюзикл, и песнями проблему не решить. Я встряхнув духа так, что шляпа сползла ему на глаза. Борр заболтал ножками в воздухе, поправил головной убор и часто заморгал.
– Так это… Ты ж сам мне её обещал отдать за информацию! – затараторил он. – Я всё рассказал, вот и забрал честно заработанное!
– Рассказал? Ты траванул меня грибовухой, а потом украл монету, ещё и договор какой-то заключил, пока я в невменяемом состоянии валялся!
– Ээээ… – Боровичок отвел глаза и почесал верхний из трёх подбородков. – Ну, тут да… Трезвым ты явно не был… – Он спохватился поняв что сболтнул лишнего и замахал руками. – Вообще то! Я угостил тебя, чтобы ты снял стресс! У тебя ж денёк был тот ещё! Чтоб кукуха не поехала, вот я и подлил немножко… – Он замялся и снова отвёл взгляд. – Кто ж знал, что ты настолько плохо переносишь алкоголь.
– А-а-а, угостил, значит, – протянул я, и Мухоморыч на всякий случай втянул голову в плечи. – Тогда и я тебя сейчас угощу. Схвачу за ноги, и как угощу башкой о стену.
– Не надо о стену! – Борр выставил перед собой пухлые ладошки. – Монету я вернуть не смогу, я это… впитал ее. Но договор, если хочешь, можем расторгнуть! Или переписать на этих, как их там? Во! Взаимовыгодных условиях!
Пару секунд я сверлил взглядом его бегающие глазки, а после поставил духа на пол и демонстративно отряхнул ладони.
– Назови мне хоть одну причину, по которой я должен тебя кормить?
Борр одернул рубаху, вернул себе солидный вид и принялся загибать пальцы.
– Ну, во-первых, чайный гриб. Во! – Он оттопырил большой палец. – Вещь! От похмелья помогает, и вообще для организма полезно. Регенерацию малёхо повышает, а если не пойдёт, то бесплатно желудок почистишь. Хе-хе.
– Давай я лучше тебе морду начищу. Тоже бесплатно.
– Не надо. Я всё осознал. Договор – дело серьёзное, и шутки неуместны, – разом посерьезнел боровичок. – Тогда давай так. Я могу из тебя лишнюю энергию откачивать. Тебе от неё пользы никакой, а я расти буду. – Посмотрев на меня, он сразу понял, что я в его развитии, мягко говоря, не заинтересован. – А ещё я могу для тебя грибы выращивать! Хоть белые, хоть лисички, хоть эти, японские, как их? Шишимяки? Шишуляки или Шиитаки? Хрен ума дашь. Поназывают, блин, – выругался Боровичок, с надеждой посмотрев на меня.
– Борр, у меня и без твоей помощи вся ванна и кухня грибами поросли. – Я подошел к двери в ванную и толкнул дверь, включив свет. – Видал, сколько плесени?
– Так это ж не проблема! – оживился Борр. – Могу обратить рост спор, и плесень исчезнет. Делов то!
Услышав это, я едва рот не открыл от удивления. Плесень в этой квартире была за долго до того как я сюда заехал и она непобедима! Я травил ее белизной и фунгицидами, а она возвращалась вновь и вновь. Одним словом, плесень чихать хотела на достижения химической промышленности.
– А вот это уже интересно… – медленно произнес я. – Расскажи поподробнее.
– Да че тут рассказывать? – пожал плечами дух. – Это показывать надо.
Он прошлёпал босыми ногами мимо меня и очутился в ванной. Вся ванная была украшена синей плиткой с чёрными от плесени швами. Борр деловито вскарабкался на бортик ванны, приложил ладошку к ближайшему шву и прикрыл глаза. Секунд пять ничего не происходило, а потом чернота под его пальцами стала стремительно светлеть.
Сперва шов стал серым, потом белым, и эта белизна побежала дальше, расползаясь по стенам. Плесень таяла на глазах, будто кто-то отматывал время назад до состояния свежего ремонта.
Через минуту Борр спрыгнул на пол и гордо подбоченился, а я стоял и хлопал глазами. Ванная сияла девственной чистотой, исчез даже затхлый запашок, который я давно перестал замечать, а теперь вот заметил его отсутствие.
– Ну? Могём? – самодовольно ухмыльнулся дух.
– Могём… – признал я, проведя пальцем по белоснежному шву. – Слушай, а меня можешь научить такому?
– Нет конечно! – Борр важно поднял палец к потолку. – Чтоб одаренный выучил подобное, ему нужен кристалл навыка.
Я сунул руку в карман джинсов и выудил зеленоватый трофей выпавший с подвальной жабы.
– Такой?
Боровичок расплылся в улыбке и кивнул.
– Ага. Такой. Только в каждом кристалле сокрыт случайный навык. Попробуй еще отыщи «управление мицелием». Скорее уж квартиру в лотерею выиграешь.
– Понял, не дурак. – Я убрал кристалл обратно и еще раз оглядел сияющую ванную, в голове тем временем начал складываться простой и изящный бизнес-план. – А чем ты завтра занимаешься?
Борр нахмурился и подозрительно покосился на меня снизу вверх.
– А что?
– Есть у меня одна идея. С её помощью мы тебе не только на гамбургер заработаем, но и на стейк с кровью.
– Фу, – сморщился дух. – Не надо с кровью. Я люблю только хорошо прожаренное мясо, а то ещё червяки всякие заведутся.
– Договорились, – улыбнулся я и указал рукой в сторону кухни. – Почисть и кухню, пожалуйста, а я пока еду закажу, а после расскажу тебе в чём заключается моя идея.
– Как два пальца! – самодовольно ухмыльнулся боровичок и радостно побежал уничтожать плесень.
Глава 6
На кухне я поставил чайник и вспомнил, что доставка еды работает до десяти вечера, а сейчас на часах полпервого. Проблемка вырисовывается. Хотя, была у меня где-то заначка… Сходив в спальню, я открыл ящик стола и достал оттуда две пачки овсяного печенья.
Печенье Овсяное
Свежесть: 4/10
Вердикт: Подожди неделю – и окунёшься в мир безграничного веселья, сидя на унитазе, а пока можно есть, не боясь последствий.
Отравление печеньем? Никогда о таком не слышал. Впрочем, кто я такой, чтобы не верить Миру?
Мир одобряет вашу логику.
Да ладно! Он меня уже на «Вы» начал называть! Расту.
Мир не одобряет ТВОЮ логику.
Улыбнувшись, я отнёс угощение Борру, но тот был совершенно не впечатлён. Более того, он стал ворчать, что таким макаром я его до голодной смерти доведу. А буквально через пару секунд уже во всю чавкал печеньем, запивая его грибовухой. От чая он на отрез отказался, сказав, что боится посадить желудок этой «Гадостью». А пока он жевал, я решил выжать из посиделки максимум пользы.
Расспросил его про нарыв скверны в подвале родительского дома. Борр присвистнул и сказал, что дела довольно паршивые, так как чтобы накопить сорок пять единиц нужно очень постараться. А ещё Грибоедов обнадёжил, добавив, что у меня есть две недели до того, как из нарыва вылезет что-то посерьёзнее жабы. Мол, тогда и семье станет худо, и в округе начнёт твориться всякое, что даже в криминальных хрониках не покажут.
– Слушай, откуда система взялась? – спросил я, облокотившись на стол.
Дух отхлебнул грибовухи и смачно рыгнул.
– Так это, не взялась она. Она всегда была. Это ж вроде иммунитета. Ты свой иммунитет замечаешь? Нет, а он есть!
У меня тут же появилось ощущение, что Борр цитирует «ДМБ».
– Если система это иммунитет, то чем же заболел Мир, раз иммунитет начал работать?
– Вами, человеками, и заболел, чем же ещё? – Борр потянулся за новой печенькой. – Раньше то всё само собой работало. Народу мало, жили по деревням. Знахарки скверну чистили, даже не понимая, что творят. Просто чуяли, где худо, и правили. Опять же святые места имелись. Они всю дрянь через себя пропускали и растворяли. Негатив попросту не успевал накопиться. А потом вы понастроили своих человейников и понеслось.
– Что понеслось?
– Всё понеслось! – Он взмахнул печенькой, рассыпая крошки по столу. – Вот смотри. Раньше, чтоб перепугать тысячу человек, требовалась война или мор. А теперь? Один писака строчит утку про отравленную воду, за час ее читает весь город всё! Сотни тысяч человек трясутся от ужаса. Каждый панический вопль в этих ваших интернетах, это плевок скверны. Плевочек махонький, но, когда плюют миллионы, набегает целый океан. Понимаешь?
– В этом есть смысл. – Кивнул я. – Сейчас столько новостей, что их можно не читать: всё равно там плохого в сотню раз больше, чем хорошего.
– Ну вот, я о чём и говорю. Сами себе геморрой создаёте. А еще вы спрессовались. Миллионы человек живут на клочке земли, друг у друга на головах. С утра давитесь в метро или автобусах, вечером стоите в пробках. Дома скандалы, на работе начальник кровопийца. Злоба производится в промышленных масштабах! А сколько счастья в эти дни вы испытываете?
– Немного… – озадаченно произнёс я.
– Во-о-от! Получается, что позитивная энергия, считай, не генерируется, а скверна копится. Ну и вишенка на торте. Вы перестали друг друга знать. Раньше вся деревня помнила, кто чей сын и кому надо подсобить. Хочешь не хочешь, все общались и держались друг за дружку. А теперь сидит человек в бетонной коробке один одинешенек и злится на весь белый свет. Короче, эти ваши мегаполисы стали идеальной фабрикой по производству скверны.
Я хмыкнул и отхлебнул чаю. Одинокий и злой, в бетонной коробке. Ничего не напоминает? Считай, что художник в мухоморной шляпе нарисовал мой портрет. Разве что насчет «ничего не зависит» я бы поспорил. Так то я спас тысячи рабочих мест и спасу ещё больше, если меня жабы не сожрут.
– И теперь благодаря вам, человекам, Мир задыхается от скверны. – Борр помрачнел и приложился к бутылке. – В девяностых помнишь, что было? Хотя ты тогда только родился, откуда тебе знать, – махнул рукой Грибовичок. – Всплеск одержимостей! Народ так озлобился, что криминалитет расцвёл! И чем сильнее он цвёл, тем больше скверны создавалось. Ну и Мир среагировал, запустил иммунный ответ. Разбудил Систему и кучу одарённых.
– А одарённые пошли работать в милицию и всех бандюганов пересажали? – улыбнулся я.
– Не язви, не так всё было. – Борр назидательно постучал пальцем по столу. – Скверна, размазанная по городу, это отрава: её не потрогаешь и не прибьешь. Вот Мир и стягивает ее в кучки, чтоб вылезла нарывом. Нарыв созрел, лопнул, наружу выбралась тварь. А тварь уже можно прикончить, если ты одарённый, конечно. А чтобы такие как ты булками шевелили Мир стимулирует вас окошки с циферками, награды в виде монет раздаёт, кристаллы и жемчужины всякие. Хотя даже это заставляет шевелиться далеко не всех.
– Кстати, про окошки, – вспомнил я. – Почему они в виде интерфейса из компьютерной игры?
– Хе-хе. Мир под каждого из вас подстраивается и говорит на понятном человеку языке. Ты в игрушки с детства резался, вот тебе и рисуют игровое окно. Деду богобоязненному он развернул бы свитки или высек скрижали каменные, может в виде грозного голоса являлся представившись ангелом. А внучке его, глядишь, СМСки бы слал.
– СМСки от Мира. – Я представил эту картину и хохотнул. – «Ваш баланс кармы пополнен на два очка. Пожалуйста не отвечайте на это сообщение».
Так мы и просидели часа три. Борр выкладывал всё, что знал о скверне и Мире, изредка отвлекаясь на воспоминания о родном лесе. Я слушал и порой делал это с раздражением, так как Боровичок порядком накидался и стал одно и тоже рассказывать по третьему кругу, но я не перебивал.
А ещё я заметил, что дух то и дело косится в сторону улицы, а его пальцы нервно теребят край шляпы. Проследив за его взглядом, заметил, как на фоне соседней девятиэтажки скользнула размытая тень. Следом вторая. Они пронеслись над крышами и растворились в темноте. Меня даже дрожь пробрала, ведь тени были размером по меньшей мере с автомобиль.
– Что там летает? – удивился я.
– Это, Дмитрий Александрыч, существа, которым мы с тобой не интересны. Но если на глаза попадёмся, то сожрут как пить дать. Энергия то лишней не бывает. – Говоря это, Борр поёжился, а по рукам у него пробежали мурашки.
– Не хочешь домой идти? – поинтересовался я, кивнув на окно.
– Ни малейшего желания не имею, – поежился Борр. – Ну а что поделать? Я то в лесу живу. Придется под землёй прятаться, чтоб не сожрали.
– Кто не сожрал? Порождения скверны?
– Они, проклятые, ну и ещё не все духи одинаково полезны. Мы то накапливаем в себе энергию Мира, с её помощью и растём. А ежели нас кто-то прибьёт, тогда вся энергия к нему и перейдёт. И пофиг, кто это будет, одарённый или другой дух.
Он тоскливо покосился на тёплую кухню, вздохнул и начал сползать со стула. Выглядело это до того жалостливо, что впору снимать социальную рекламу о бездомных животных.
– Если хочешь, можешь у меня пожить, – предложил я, и Борр рот разинул от удивления. – Подушку выдам, нижний ящик кухонного шкафа от посуды освободишь и будешь в нем спать. С твоими габаритами места хватит с запасом.
– Серьёзно? У… У… У меня будет собственный дом? – Дух выпучил глаза и от волнения едва не рухнул со стула.
– Будет, но только в случае, если не будешь храпеть.
– Да я себе рот тряпкой заткну, если мешать буду! – Борр вскарабкался обратно и прижал ладошки к груди. – Дмитрий Саныч, спасибо тебе от всей моей грибной души! Я этого по гроб жизни не забу…
Пришлось прервать его благодарственную речь, переведя всё в деловое русло.
– Да, да. Пожалуйста. Только перед предоставлением жилища мы перепишем условия договора.
Боровичок тяжело вздохнул и кивнул.
– Так и знал, что есть какой-то подвох. Ладно, говори, чё хочешь…
Переговоры вышли жаркими: Борр торговался за каждый пункт и театрально хватался за сердце. Дважды он даже порывался уйти обратно в лес, но оба раза передумывал на полпути к двери. Оно и понятно: в лесу по ночам летают тени с зубами, а у меня на кухне подушка и кондиционер.
В итоге мы мы договорились о следующем:
Борр, далее жилец, обязуется выполнять поручения Дмитрия, далее арендодателя. Арендодатель взамен обязуется кормить жильца. В случае если жилец похитит монеты или любые другие ценности у арендодателя, договор будет расторгнут в одностороннем порядке, а жилец изгнан из квартиры.
Обговорив условия сотрудничества, мы ударили по рукам, и я, улыбаясь, уставился в пустоту, где появилось сообщение:
Мир одобрил ваш договор.
А это приятно. Теперь у меня есть карманный нотариус. Могу носиться по району и заключать договора с духами. Правда, пока я ещё не придумал, зачем мне это нужно и где их всех селить. В однушке то места маловато.
Пять минут спустя Борр во всю гремел на кухне, обустраивая себе спальню. Я же пожелал ему спокойной ночи, и пошел в спальню. Закрыл дверь и стал разглядывал зеленоватый кристалл, тускло освещавший комнату. Красивая вещица. На авито такой за пару тысяч улетел бы в считанные секунды. Стоило сосредоточиться на кристалле, как перед глазами всплыло описание:
Кристалл навыка.
Редкость: Необычный.
Описание: Влей в кристалл энергию, чтобы получить случайный навык.
– Пусть это будет огненный шар или телепортация! Да, лучше телепортация, я хоть на такси начну экономить, – пробормотал я и сжал кристалл в кулаке, представив, как в него вливается желтоватое свечение.
Кристалл хрустнул, по граням зазмеились трещинки, а описание изменилось:
Кристалл навыка «Взгляд в будущее».
Редкость: Необычная.
Макс. уровней: 15.
Описание: позволяет заглянуть в будущее людей, на чью судьбу ты оказал значительное влияние. Срабатывает случайным образом.
Я перечитал описание дважды: звучит то оно солидно, но приписка про случайное срабатывание портит всю малину. Выходит, по заказу навыком не воспользуешься, сиди и жди у моря погоды. Впрочем, это лучше, чем ничего, наверное… Вздохнув, я сжал кулак еще сильнее. Между пальцев мелькнула тусклая вспышка, осколки кристалла растворились в воздухе, а перед глазами всплыло новое сообщение:
Вы изучили навык «Взгляд в будущее».
Следом я вызвал окно развития и уставился на строку с двумя свободными очками характеристик. И вот тут я крепко задумался. Куда их вкладывать? В силу, чтобы быстрее крутить педали и развозить ещё больше заказов в единицу времени? Идея интересная, но бредовая.
В ловкость, чтобы уворачиваться от атак жаб и прочих сквернорождённых? Звучит очень даже неплохо. Можно, ещё и живучесть развить, чтобы… Чтобы что? Чтобы не сдохнуть раньше времени, я полагаю.
Ещё есть восприятие, которое должно помочь замечать всякую пакость до того, как она вцепится мне в глотку. Ну и самая бесполезная для меня характеристика это дух. Как я понимаю, это что-то вроде магии. Вот только у меня нет навыков, которые дух мог бы поддерживать.
Подумав немного, я решил отложить выбор в долгий ящик. Всё же свободные очки это невосполнимый ресурс, а значит, не стоит ими бездумно разбрасываться.
Погасив свет, я повернулся на бок и закрыл глаза. С кухни доносилось приглушенное звяканье тарелок вперемешку с довольным бормотанием. Забавно: впервые за годы жизни в этой квартире я засыпаю не один. И пусть мой сосед это скуфообразный дух с мухомором на голове, зато с ним мы точно погасим долг перед банком в кратчайшие сроки. Благо что плесени в городе навалом, и очень скоро мы всю её вычистим.
Проснулся я не от похмелья, а от тоненького храпа нового жильца. Борр посвистывал, похрюкивал, а порой и повизгивал, как поросёнок на бойне. Однако делал он это в пределах допустимого, балансируя на грани между «гости у меня сколько захочешь» и «пошел отсюда нахрен!».
Зевнув, я потянулся, надел футболку и отправился на кухню. Едва я открыл дверь, тут же понял, что мой старинный холодильник «ЗИЛ», тарахтящий по ночам на весь подъезд, на фоне Борра звучит как колыбельная. Причём Грибоедов храпел так, что кухонный гарнитур вибрировал.
Я выдвинул нижний ящик шкафа и увидел безмятежно развалившегося на подушке Борра. Шляпа сползла ему на глаза, изо рта на наволочку стекала мутная слюна. Рядом лежала опустевшая бутыль грибовухи. Судя по всему, пока я спал, этот алкаш отмечал новоселье.
