Текст книги "Властитель. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Алексей Шурыгин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

Он замер. От удивления даже голод отступил и куда-то пропал.

– Егорушка! Ау! – громче, человек, что ощущался куда более ярче, чем семейство лисиц, которые до сих пор пищали, скованные черными щупальцами, приближался.

Вот ветки затрещали, и на снежной поляне оказался седовласый крепкий мужчина, с карими глазами, в которых читалась тревога.

– Сынок! Ты как⁈ – бросился к нему отец, но не слишком быстро, поскольку Егор стоял по колено в сугробах, а вокруг не было его следов, словно он свалился с неба. Но обеспокоенный отец не обратил на это внимание. Всё что его волновало – это благополучие его сына.

– Отец… – слова комом застряли у него в горле, а голод, который лишь сделал вид, что испуганно отступил, внезапно вновь поднял голову.

Да так, что мир вокруг закружился, а когда пришёл в норму, щупальца, которые он каким-то чудом спрятал за мгновение до появления отца, вновь появились.

Вот только теперь они сдавливали не лисят с лисицей, а добычу куда более крупную.

– Сы…нок… – с трудом прохрипел старик. И от этого в груди Егора, теперь он вспомнил своё имя, зажглась такая жгучая ярость, что он невольно зарычал.

Щупальца испуганно отпустили старика и тот рухнул на снег. Тяжело дыша, старик поднял глаза, в которых совсем не было испуга. Только боль и страх за него, за Егора.

– Я… тебя… люблю, – выдавил Егор из себя и заставив щупальца подчиняться, молнией рванул в глубь леса. Даже если ему суждено стать монстром, он приложит все силы чтобы стать человеком. Как говаривал отец: главное – то, что внутри, а не снаружи.

Ведь теперь он помнил своё имя и уже никогда не забудет. Голод вновь дал о себе знать, и Егор втянул носом воздух. В лесу была дичь, и он больше не станет медлить. Чтобы выжить нужны силы, а чтобы не потерять себя – воля.

* * *

Аглая лечила людей и думала о своей свадьбе и о том, что они не смогли перекинуться с Алексеем даже парой слов. Отец уже связался с ней и рассказал, какой ужас произошёл с империей и что теперь она невеста не князя непонятной резервации в центре земель волшебных тварей, а настоящего императора Российской империи.

Она не разделяла энтузиазм отца. Во-первых, теперь у её любимого станет ещё меньше времени на своих жён, а во-вторых, Алексей не просто деятельная личность, каких среди высшей аристократии много, он – настоящий узел судьбы. Этот термин она почерпнула в одной из философских книг, коих перечитала не мало во время обучения на первом курсе. Ей всегда нравились размытые и глубокие смыслы, заложенные в работах мудрецов, а также тот взгляд на мир, совершенно не похожий на практичный, что с детства прививал ей отец.

Она почти сразу поняла, что он узел судьбы. Ещё тогда, на Кордоне, когда с этим невероятным человеком случилось так много событий за короткий срок. Причём он не был «жертвой» обстоятельств. Нет. Алексей сам напал на тех бандитов и уничтожил их, хотя у него на тот момент и дара то никакого не было, лишь его зачатки. Но он отважно напал на головорезов и победил. А до этого его нашли в лесу без памяти в обнимку с задушенным волком. Потом была их и только их незабываемая ночь, и предложение пойти за него замуж. А ведь они толком и не знали друг друга. Но она согласилась. Даже сама до конца не осознавала почему.

Тогда Аглая только подозревала, но сейчас была уверена на все сто. Алексей – человек, на котором пересекались тысячи вероятностей, большую часть из которых он ежесекундно создавал сам.

Поэтому Аглая была уверена, что империю ожидали изменения, причём разительные.

Девушка выдохнула, вспомнив ту ауру власти и силы, что витала вокруг её любимого, и мечтательно закатила глаза. Аглая всегда хотела себе сильного как отец и невероятно интересного мужа, чтобы он не был нудным и с ним ей не пришлось скучать. И Алексей даже превосходил все её чаянья.

Вскоре она вымоталась от чрезмерной нагрузки, поскольку поток раненных казался бесконечным и, присев в уголок медицинского шатра, не заметила, как уснула.

Ей снился тревожный сон. Она бежала по ночной тайге. Позади она слышала рычание, и она знала чьё именно. За ней гнался волк. Она не видела хищника, но точно знала, что, если он её настигнет… Нет, об этом даже думать было нельзя.

Аглая ускорилась и в какой-то момент осознала, что уже не бежит сквозь ночь, а летит головой вперёд.

Вот только она не была неженкой.

Она, урождённая Барклай де Толли, не могла умереть вот так глупо, сломав шею трусливо улепётывая от какой-то шавки. Она – будущая жена Волкодава, самого настоящего!

Аглая в воздухе извернулась и приземлилась на бок, больно ударившись спиной об дерево. Но это было лучше, чем со всего маху врезаться в него головой.

В тот же миг над её головой раздалось яростное:

– Ра-а-а-а-ррррр! – и Аглая ощутила смрадное дыхание твари.

«Живой не дамся», – подумала она и обратилась к источнику, до конца не понимая, почему не сделала этого сразу.

Несмотря на свой дар лекаря, она изучала в академии множество боевых заклинаний и могла постоять за себя.

Девушка уже представила, как кровь хищника вскипит, но к своему удивлению и ужасу не обнаружила в себе ни капли энергии и вообще источника. Словно она была обычной простолюдинкой без дара.

Конечно, ей было плевать на условности социального статуса, и в Алексея она влюбилась, не имея понятия о его происхождении, считая, что каждый, вне зависимости от семьи, в которой родился, творит свою судьбу сам.

Но именно среди боярских родов в основном рождались одарённые, и намного реже – среди простых людей.

Аглая на миг растерялась, но вбитые с детства навыки сработали без её прямого участия. Её готовили драться за жизнь в условиях, когда магия не доступна. Всё же она дочь одного из сильнейших князей империи.

Крутнув своё тело, она почувствовала боль в ноге от столкновения с тварью. Затем услышала взвизг и тут же подскочила на ноги, готовая вновь бежать. Вот только было уже некуда.

Споткнувшись и упав, девушка потеряла драгоценное время, и волки, стайные животные, уже успели её окружить. Перед ней лежал сбитый её ударом волк, который сейчас поднимался, злобно рыча.

– Аглая Богдановна, – над поляной раздался мужской голос, который показался девушке шипением змеи. – Не стоит сопротивляться. Будьте гостьей в моём измерении. Вскоре за вами прибудет ваш жених, и я отпущу вас. Не переживайте, всё будет хорошо.

Говорил он без издёвки в голосе, но скалящиеся вокруг волки не двусмысленно намекали на обратное.

– Я не дамся живой. Так что, засунь своё гостеприимство себе… – упёрто произнесла она. Аглая прекрасно понимала кто перед ней, и ей очень хотелось сжаться в комок и заплакать, но…

– Не стоит храбриться, – перебил её насмешливый тон Безымянного. – Мы оба знаем, что у вас от ужаса душа в пятки ушла. И что я возьму то, что хочу, вне зависимости от ваших слов.

На поляне возник человек в высоком цилиндре и классическом фраке с бабочкой. Она такие костюмы видела только у пианистов, когда они с отцом ходили на концерт классической музыки в Большой театр.

– Мой будущий муж подстраховался на этот случай, – криво усмехнулась она, и в её руке возникла небольшая статуэтка девушки в сарафане и кокошнике, с чертами лица, очень напоминавшими Алёну, одного из духов-помощников Алексея.

– Никакая магия здесь… – начал было Безымянный, но в этот момент Аглая сжала статуэтку и тут же очутилась в лазарете.

Она тяжело дышала, а перед глазами застыло изображение удивления на худом лице врага. И от этого у неё на душе стало спокойно и светло. Она не стала обузой.

Она…

– Какая прелесть, – раздался знакомый голос, и в тот же миг все снующие люди в белом замерли неподвижными статуями. – Занятная вещица, если бы я не успел вовремя, вы бы точно улизнули.

Девушка дёрнулась, а её сердце затопил ужас.

– Так на чём я остановился? – в голосе Безымянного всё так же не слышалось издевательских ноток, но тело Аглаи больше не подчинялось ей.

«Это конец», – мелькнуло у неё в голове.

– Нет, милочка, это только начало, – зло улыбнулся Безымянный, то ли прочитав её мысли, то ли поняв всё по ужасу на лице.

* * *

Звонок от встревоженной Зеваны пришёл в тот самый миг, когда я полностью вымотанный вывалился из Нави.

Сражение вышло скомканным. Точнее, никто не ожидал, что я посмею явится сначала на то место, откуда я вытаскивал супругу, а потом и Боровика Иваныча. Поэтому кошмары были слабыми и до крайности удивлёнными.

Расправится с ними вышло почти играючи, несколько взмахов золотым клинком, причём разрезы были в десяток раз ярче, чем все предыдущие.

– Говори, любимая, – упав на нашу кровать в Святом лесу, произнёс я в трубку.

– Аглая, она… – Зевана замялась на секунду, словно раздумывала, стоило ли продолжать, – … не просыпается. Совсем.

– И лишь поцелуй истинной любви развеет чары.

– Что? – недоуменно уточнила она.

– Это я так, от усталости. – Я ударил себя по щекам и одновременно по организму прокатилась волна энергии жизни, отчего в культе зачесалось. Хотя доспехи и имитировали руку очень натурально, тело знало, что не хватает чего-то важного.

– Я скоро буду, – ответил я и мысленно обратился к Хроносу: – «Я хочу вернуть руку».

«Понимаю тебя», – сразу отозвался тот, – «Заново выращенная рука не будет иметь прежней мышечной памяти, а значит и навыки станут слабее. Но при использовании отмотки времени на себя, существует риск погибнуть или потерять часть души», – предупредил он.

Его тон не выдавал и капли беспокойства за меня.

Правда я знал, что не все эмоции чужды моему божественному фамильяру.

К сожалению, эмпатия не входит в этот список.

Развеяв черную руку, я сосредоточился. Чётко вспомнив тот момент, когда её лишился, и то, как тогда время пахло страхом, я заставил конечность вернуться. В отличие от княжеской раны, рука материализовалась в воздухе так, словно её частицы всё время витали вокруг и теперь просто собрались в единое целое.

А ещё боль была такая, что я упал с кровати и катался по полу, истошно вопя. Казалось, что меня разрывает изнутри.

Когда этот ад закончился и я лежал глядя в потолок, Хронос подал голос, но в этот раз проявившись в реальности.

– Удивительная духовная стойкость, – сказал он, разглядывая меня с любопытством вивисектора. – Одно дело использовать отмотку на других, и совершенно иное на себе. Ведь нужно умудриться не потерять контроль в то время, когда дух внутри не стабилен, и душа в любой момент может исторгнуться в круг перерождения.

Очень хотелось материться, но я сдержался. Просто бесполезно ругаться на этот бесчувственный кусок эфира или из чего там состоят призраки.

– Почему не предупредил? – вместо брани, уточнил я

– Я же сказал про душу, – равнодушно пояснил он.

Я вздохнул. Всё время забываю, что это существо не человек, и если когда-то им было, то уже успело позабыть об этом за тысячелетия в божьей ипостаси.

Проверив руку, я с удовлетворением кивнул. Всё было точно так же, как и до потери, никаких отклонении от нормы.

Выдохнув, я открыл портал и оказался у знакомого лазарета.

На встречу мне выбежала Зевана. Её прекрасные зелёные локоны сейчас были варварски спрятаны под белым чепчиком медсестры, отчего я ещё раз вздохнул. Кажется, организм требовал не только битв, но и разрядки. Вот только по лицу супруги было очевидно, что если это и случится, то не в ближайшем будущем.

Девушка пёрышком кинулась мне на шею, крепко обняла, после чего отстранилась и потянула внутрь, на ходу повторив то, что сказала по телефону:

– Аглая присела отдохнуть, прикрыла глаза и больше не просыпается. Очень похоже, что она где-то в Нави. Состояние стабильное, никаких признаков заболеваний нет. Я позвонила Мерлину, но тот недоступен. А номера Вознесенского я не знаю.

Умница сразу поняла, что произошло, а вот я…должен был подумать о том, что тварь прознает о моих отношениях с Аглаей и обязательно ударит по ней. Нужно было обеспечить её безопасность при погружении в сон, как я это в своё время сделал с Зеваной.

Встряхнувшись, я выкинул из головы лишние мысли. Все мы люди, и можем ошибаться, вопрос только в том, способны ли преодолеть это и в итоге исправить, победив обстоятельства и последствия.

Никогда не страдал приступами самобичевания, а потому кто-то мог бы сказать, что у меня нет чувств или что-то в этом роде, но это не так. Просто я не переживаю о совершённой ранее ошибке, время уже не вернуть, хотя возможно, когда-нибудь эта аксиома для меня станет не актуальной, но не сейчас. Так вот, былого не воротишь, а вот будущее в моих руках.

Поэтому подойдя к кровати со спокойно спящей девушкой, я обратился к Зеване:

– На самом деле это не плохо. Я пытался найти в Нави след Безымянного, но безуспешно. А сейчас эта тварь точно не сможет уйти от меня.

На этом я сел рядом с кроватью и положил на лоб Аглаи свою ладонь. У неё не было жара, как и сказала Зевана, она была здорова, внешне. Я прикрыл глаза и услышал в голове голос Хроноса:

– Готовься. Они нападают!

Мир смазался в буйстве цветов, и я оказался посреди каменного плато, на котором, словно деревья, возвышались белые древнегреческие колонны.

– Тематическая вечеринка? – хмыкнул я и резко рванул в сторону, на лету отмахиваясь клинком от сгустка энергии. Часть из которого запятнала золотую поверхность лезвия. Эта сила та же, что ранила князя Барклая де Толли и от которой не помогла магия жизни.

Коричневая дрянь налипла на меч, чем изрядно меня удивила. Такого я ещё не видел.

При этом я не останавливался ни на мгновение, попутно оставляя золотые линии в воздухе, как я это делал в теневом мире.

Здесь же магия была доступна далеко не вся. Навь – странное место со своими законами, в котором сила воли куда важнее объёма и плотности источника, что бьётся в унисон с сердцем.

Поэтому, со стороны мои передвижения сейчас были похожи на кадры из старого фильма, у которого частично порвана плёнка, и в кинотеатре её склеили как есть.

Были у такого манёвра и свои минусы. Перемещаясь так, мой золотой барьер так же оказался с прорехами, что не позволяло создать полноценный магический конструкт.

Спустя десяток секунд мне наконец-то удалось определить направление, откуда стреляли этой поганой магией, от которой воняло нечистотами.

– Мы заберём твою душу, – послышался замогильный голос, и я отправил золотой разрез на голос, при этом до сих пор не увидев самого врага.

– Гра-а-а-а-а! – раздался озлобленный рёв, а обстрел прекратился.

Из воздуха появилась женская фигура с громадными кожистыми, метра три в размахе крыльями, покрытыми густым темным мехом, и двумя женскими головами с горящим красным глазами.

– Мы – Стражи Загробного царства Аида! И сейчас мы вырвем из твоего мелкого тела твою ничтожную душонку!

Пока они это говорили, я заметил, как их раздвоенные языки, что-то и дело выскакивали изо ртов, становились все более длинными.

Я не стал трепаться впустую и снова взмахнул клинком, попутно перебирая различные заклинания с разными аспектами, чтобы выяснить, что здесь работает. Что-то точно должно, даже если это территория Безымянного, хотя…

Я сжал зубы, пробуя огонь, и не получил ничего. Возможно, эта тварь всё-таки как-то извернулась и умудрилась полностью подчинить кусочек Нави своей воли. Вот только для подобного он должен быть настоящим богом, а не жалкими осколками от себя прежнего.

Я сделал ещё несколько уверенных взмахов и вновь не получил никакого результата от магии.

И тогда меня посетила неприятная догадка. Неужели он смог вернуть свои силы, поэтому и решился на атаку?

Если так, то…

В этот момент над головой пронёсся донельзя довольный голос Безымянного:

– Рад приветствовать первого преемника Хроноса за ионы лет!

Он сказал ионы? То есть мой фамильяр не просто стар! Черт! Да он супер стар!

– Позволь представится, бог сновидений Морфей. А это несчастная Керра, которая поглотила дух Цербера и отрастила себе ещё одну голову. Последняя выжившая из слуг ушедшего старшего бога Аида.

– Гра-а-а-а-а-а!!! – зарычала на меня в два голоса Керра, из её ртов вырвалось два коричневых потока дурно пахнущей дряни.

Глава 9

Я усилием воли переместился наверх и, схватив клинок двумя руками, взмахнул им так, что тело закрутило, и я сделал переднее сальто или нечто подобное.

На этот раз разрез получился яркий и мощный, а налипшая на лезвие мерзость расщепилась, отчего сам клинок тоже засиял.

Керра взмахнула кожистыми крыльями и, как недавно я, почти мгновенно перенеслась ко мне. Её длинные костлявые руки молниеносно схватили меня за плечи, а из боков с треском ломаемых рёбер выросла ещё пара конечностей, что попыталась вырвать у меня клинок.

Её хватка была такой, словно лапы твари были сделаны изо льда, и ощущалась как объятия самой смерти. Сразу стало холодно, а на душе заскребли кошки.

А ещё жизнь. Она понеслась цветными картинками перед моими глазами. Детский сад, и моя детская, но такая серьёзная и настоящая любовь с почти настоящей свадьбой, на которую была приглашена вся детсадовская группа. Светка, так звали ту кудрявую белокурую девочку с большими бантиками. Затем школа, баскетбол и единоборства. Первое я в итоге бросил, а вот с искусством самообороны подружился надолго. Юридический институт, где я прилежно учился, при этом не забывая бывать на вечеринках и гулять по ночам с девушками. Хотя на первом курсе мы и жили в казармах, но были выходные и ночные самоволки. Время, пропитанное надеждами на светлое будущее и весельем. Затем встреча с будущей женой, свадьба, любовь. По распределению попал в отдел, где должен был отработать пять обязательных лет.

«Алексей, – внезапно донеслось до меня. – Сейчас всё будет кончено»

Я быстро заморгал и вдруг видение развеялось, словно туман. И я увидел, что к моей шее с двух сторон приближаются две головы Керры с разинутыми пастями, усыпанными белыми игольчатыми зубами, и неустанно ощупывающими воздух змеиными языками.

Я попытался уклониться, но тело и не подумало слушаться.

– Керра известна своим даром забирать души поверженных воинов на полях сражений, путём высасывания у них крови, – раздался почти скучающий голос Морфея. – Но когда она поглотила Цербера, её магия обрела удивительные свойства, смешавшись с магией адского стража, и магическая сила возросла в разы. Теперь она способна забирать души не только у павших бойцов, но и у ещё живых.

В этот момент головы исчезли из поля видимости, а я ощутил, как шея онемела, и от неё вниз начал растекаться холод.

И тут в голове раздался голос Алёны:

«Я долго жила на этом свете и совершила немало ошибок. Но ты исправил главную – спас моего непутёвого братца. Спасибо тебе. Теперь я наконец смогу уйти на круг перерождения. Устала я что-то», – ласково проговорила Алена, а потом могильная стужа, что почти добралась до сердца, отступила.

Головы с недоумением отпрянули от меня, а глаза с вертикальными зрачками в ужасе расширились.

Секунда, и тварь схватилась за горло.

А в следующую секунду, она стала кашлять.

Я же в это время ощущал, как контроль над собственным телом возвращается, а в голове проясняется.

Тяжело дыша, я вгляделся в крылатую демоницу, когда-то давно исполнявшую важную роль в мироздании, а ныне превратившуюся в очередное чудовище.

Тем временем Керра перестала кашлять, и на всех четырёх руках вместо ногтей возникли длинные, тускло светящиеся коричневым когти. Она постояла секунду. Потом одним резким движением когтей снесла себе обе головы.

В следующий миг из тела Керры показалось три силуэта, один из которых принадлежал двухглавому псу, другой – крылатой Керре, а вот третий…

Полупрозрачная девушка в русском народном сарафане мне тепло улыбнулась, а спустя миг растаяла без следа, вместе с силуэтами Керры и двуглавого пса.

«Она расторгла договор фамильяра в одностороннем порядке, чтобы вселится в Керру и уничтожить их хрупкое равновесие душ, заточенных в одном теле», – пронеслись в голове полные уважения мысли Хроноса.

– Как же ты удачлив, – прозвучал голос Морфея. – Твой предшественник тоже отличался редкой везучестью, но здесь, в Нави, влияние везучести минимально. Поэтому мне и удалось его убить.

Я поднял брови, при этом не переставая искать говорившего Безымянного или его прислужников, а в том, что таковые найдутся, не было причин сомневаться.

– Я не он. У меня совершенно иная история, – ответил я, разглядывая окружавший меня мир сквозь цветные потоки, и потому заметил несколько приближавшихся ко мне фигур, которые почти сливались с мешаниной красок энергий.

Я перешёл на обычное зрение и обнаружил, что приближавшиеся враги невидимы. Интересно, это тоже какие-то ископаемые из древнегреческой мифологии или очередные материализованные кошмары? Впрочем, это не важно.

Понятно, что просто так Морфея или Безымянного не вытащить, он так и будет прятаться за своими подручными. Поэтому нужно было схитрить.

Я сделал вид, что что-то заметил и, вновь переключившись на энергетическое видение, как я его окрестил для себя, уверенно зашагал в сторону, где по всем прикидкам находился выход из арены Морфея. В конце концов, ему нужен я. Поэтому он должен попытаться меня остановить.

И я не ошибся.

– Не стоит так быстро покидать нас, ведь твоя Аглая у меня в заложниках, – поспешил сообщить Безымянный.

Я резко остановился, словно его слова задели меня за живое, хотя, если быть честным, то это правда, задели. Но в душе я оставался спокойным. Хоть и показывал волнение.

– Выходи на честный бой! – закричал я, ища глазами бога снов, и в этот момент невидимки, которых было трое, сделали свой ход.

Я молниеносно крутнулся вокруг себя, парируя их удары и следом провёл контратаку. Удивительно, но мои навыки фехтовальщика заметно подросли, словно я тренировался несколько лет.

У невидимок тоже были мечи, а ещё они не собирались выходить из стелса и сражались прямо так.

Через несколько секунд напряжённого боя я добил последнего и невидимки наконец проявились в реальности.

– Люди? – удивлённо разглядывая лица с остекленевшими глазами, вслух спросил я. – У тебя что, закончились монстры?

– Все сильные воины моей армии сейчас заняты столпами империи. Они оказались неприятно живучими и упрямыми, – с раздражением в голосе произнёс Морфей, а в следующий миг в десятке метров от меня в воздухе возникла фигура красивой рыжей девушки, в которой я сразу признал свою невесту.

– Аглая! – окликнул я её, не торопясь срываться с места.

– Какой выдержанный! – Морфей сказал это с такой интонацией, что я прямо воочию представил, как он качает головой. – Сколько тебе лет? Даже если ты преемник бога времени, это не делает из тебя опытного взрослого. В чём твой секрет? По всем законам ты должен был со всех ног бежать к своей зазнобе. Но ты, вопреки логики юного возраста, не спешишь действовать, хоть на лице и видна обеспокоенность.

Я вглядывался в потоки энергий и отчётливо понимал, что передо мной именно Аглая, а не её копия.

– Чего ты хочешь? – очевидно, что отвечать этому ублюдку я не планировал.

– Действительно, слишком взрослый для своих лет, – задумчиво произнёс Морфей, а потом добавил: – Сделку, конечно. Мы с тобой подпишем один из тех кабальных контрактов, которыми ты обязывал многих честно служить тебе. Я поклянусь, что не трону твою семью, тебя, позволю тебе развиваться и достигать твоей цели стать сильнейшим человеком в мире, а ты взамен отдашь мне в руки власть в империи. Всё честно. Каждый получит то, что хочет. Если тебе не понравится моя власть, я даже помогу тебе пройти сквозь межмировой барьер и осесть в каком-нибудь другом мире.

Вот значит как. Ему нужна не просто власть, а легитимный трон, где ему подчинятся столпы, которых даже его суперсолдаты не могут победить.

– Знаешь, перед тем как отправиться сюда, я сделал две вещи, – заговорил я, не отрывая взгляда от спящей в воздухе девушки, чьё лицо сейчас выглядело болезненно бледным. – Первое, я восстановил себе руку, которую потерял в сражении с Зевиусом, а второе, отправил смс.

В этот миг реальность дрогнула, и Аглая безвольной куклой сорвалась с невидимых нитей Морфея.

– Что такое? – впервые в голосе бога снов не было уверенности.

– Знаешь, кому я отправил смс? – поймав девушку на руки, с довольной улыбкой спросил я.

– Кому⁈ – явно нервничая, решил он сыграть в мою нехитрую игру.

– Столпам, – и моя улыбка стала такой широкой, что на месте Морфея я бы тут же бежал как можно дальше.

Ведь рядом со мной открылся портал, за которым виднелся роскошный зал. Из него выступила женская фигура, и следом за ней тут же появился мужчина.

– Ваше величество, – произнёс с небольшой хрипотцой и поклонился мне один из столпов, что отправился в Европу наводить ужас на наших западных друзей, ибо нельзя покушаться на жизнь сына империи.

– Ваше величество, – в книксене присела Мелисса, на лице которой не было сейчас улыбки или раздражения, одна чистая ярость. – Ваше сообщение застало нас врасплох.

– Взял номер у Даниила. А написал, потому что владею аспектом времени, – улыбнулся я. – Почувствовал, что именно вам двоим нужно было написать в тот момент.

Всё так и было. Перед тем, как шагнуть в портал в лазарете, я на минуточку затормозил и набросал парочку смс. Секундный порыв, который даже и времени не занял. Озарение? Может быть.

– Значит, это и есть та тварь, что нашего императора угробила? – От слов Мелисы по спине пробежал холодок. – Айдар, уведи нового императора, а я пока поохочусь за этой тварью.

Я посмотрел на бессознательное тело Аглаи и сжал зубы. Мне нужно было прямо сейчас позаботится о невесте и научить её защищать свои сны.

Что касается Мелиссы, она обладала каким-то невероятным аспектом, с помощью которого могла манипулировать Навью. Но…

– Не умри здесь. Это приказ, – бросил я в спину стройной симпатичной девушке, что являлась ещё и одной из сильнейших магинь в мире. – Я скоро вернусь.

– До того момента я уже выпотрошу эту тварь.

– Его зовут Морфей, – предупредил её я. – И кажется, он вернул себе божественные силы.

На это Мелиса молча кивнула, не поворачивая головы, а Айдар махнул рукой, открывая нам портал в реальность. И как только я шагнул в него, тут же очнулся, а следом за мной и Аглая.

– Ты как? – обеспокоенно заглянул я ей в глаза.

– Очень странный сон, – нахмурилась она, а затем в её взгляде возникло понимание, за которым пришёл не ужас, а скорее разочарование. – Я была пленницей Безымянного? И тебе пришлось меня спасать, как одну из тех сказочных и беспомощных принцесс?

Я улыбнулся и вместо ответа поцеловал её в губы.

– Я твоя опора и щит. И так будет всегда. Не забывай об этом, – после чего повернулся к Айдару, который стоял рядом. – Отправляйся на помощь остальным столпам. – Я вскоре присоединюсь к Мелиссе в её охоте.

Тот лишь молча кивнул и растворился в воздухе, видимо точно зная, куда необходимо переместиться в первую очередь. Наверное, к самому слабому из них.

– Очнулась! – воскликнула Зевана, что заметила наше пробуждение и уже спешила через весь лазарет к нам.

– Всё хорошо, – успокаивающе улыбнулся я.

Зевана обняла Аглаю, а я их обеих. Так мы просидели несколько бесценных минут, впитывая тепло сердец друг друга, словно песок в пустыне, изголодавшийся по дождю, а затем я сказал:

– Аглая, ты умеешь оберегать свои сны?

– У меня стоит защита от ночных кошмаров, – кивнула она. – Но в этот раз она почему-то не сработала.

После чего она в подробностях рассказала свой сон, при этом не выглядела напуганной, лишь досада на собственную слабость отражалась на её лице.

– Я тоже была в похожей ситуации, – заметив реакцию Аглаи, сочувственно произнесла Зевана. – Полагаться на будущего мужа, это не слабость, а великая сила и честь. Так к чему это кислое лицо? Улыбайся, ведь всё закончилось хорошо.

– Ещё не всё, – качнул я головой, нехотя поднимаясь и делая шаг от моих женщин. Пока Морфей жив, ничего ещё не кончено. Зевана, обучи её более мощной защите.

И дождавшись утвердительного кивка супруги, улыбнулся.

– Я вас люблю, мои девочки. А теперь мне пора выследить и уничтожить зарвавшегося божка.

Я призвал все свои силы и вокруг меня закрутился вихрь цветных искр. Взмах руки, точно такой же, какой ещё недавно наблюдал у Айдара, и реальность раскрылась, впуская меня в Навь.

«А пока расскажи мне, как он умудрился тебя убить», – мысленно обратился я к Хроносу, а в ответ получил тяжёлый вздох.

* * *

Ходящие по снам. Именно так называли таких как она. Естественные враги всех богов, чья сила исходит из Нави. Естественный враг Морфея.

Черпая силу из Нави, Морфей, как и другие подобные ему боги, вынужден был подчиняться некоторым ограничениям, но только не ходящие по снам. Их сила исходит из них самих, и когда они попадают в Навь, то легко и без всяких границ манипулируют реальностью. Слабость таких вот людей, только их далеко не бездонный магический источник.

Морфей был зол. Мало того, что один из столпов оказался ходящим по снам, так ещё и силы самого Морфея сейчас были нестабильны. Когда-то давно он не просто отказался от имени, дабы отречься от проигравшей стороны, всё было намного сложнее.

Несмотря на ощущение угрозы от следующей за ним по пятам ходящей по снам, он мысленно вернулся в те далёкие дни, когда его имя было при нём, вокруг жили и здравствовали старшие божества, а сам Морфей был совсем ещё юным богом и мог лишь мечтать о власти.

Когда старшие боги исчезли, а случилось это в один момент, всех обуяло отчаяние. Всех, кроме него, Морфея.

Хотя он и не понимал причин ухода старших богов, но знал, что один из них остался. Тот, кто не стал выбирать стороны и видел сквозь время.

Морфей верил, что ниша освободилась и можно встать на их место. Достаточно убить последнего старшего бога.

В принципе, так и вышло, пусть для этого и пришлось пройти через настоящий ад.

Так вот, Морфей тогда не просто отказался от имени в качестве символического жеста. Нет, всё было не так. Когда он настиг Хроноса, тот толком даже не сопротивлялся его атакам, лишь с лёгкой улыбкой отводил их от себя, будто Морфей для него являлся не более чем назойливым насекомым.

* * *

– Я не понимаю! Почему вы их не раздавите, как тараканов⁈ – возмущённый крик юного бога звенел под сводами белокаменного храма всех богов, что возвышался на самой высокой горе в мироздании – Олимп.

Седовласый Зевс с длинной кучерявой бородой тяжело вздохнул и посмотрел на раскрасневшееся от возмущения лицо Морфея.

– Без людей не будет богов. Лишь полубоги останутся. И те не сохранят своих сил. Божественность без людского рода, как рыба без воды, – голос прокатился словно гром по колоннам и полу, заставив те нервно вибрировать.

– Я не понимаю, – помотал головой Морфей. – Как это возможно? Тот же Хронос, у него нет никаких храмов.