Текст книги "Властитель. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Алексей Шурыгин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 17

Внутри оказалось уютно. Светлый диванчик, тех же тонов стены и шкафы, а ещё камин и кресла. Наверное, в зимнюю пору очень здорово вот так проводить время – с чашкой горячего чая, глядя на умиротворяюще трещащее пламя.

– У вас тут мило, – искренне произнёс я.

Амелия обернулась на меня и спустя миг благодарно улыбнулась:

– Не каждый мужчина способен оценить обстановку.

– У вас были странные мужчины, – покачал головой я.

Фаина на мою реплику хмыкнула, а Амелия как-то иначе посмотрела на меня, словно под другим углом разглядывая.

– Что же вас привело к нам? – она села на диван и взглядом предложила мне устроиться рядом.

Я не стал отказываться и присел на диван. Яга меня сразу предупредила, что смысла в обмане Амелии нет. Даже недосказанность она почувствует, но это уже другая история. У каждого свои тайны и это вполне нормально, если они не касаются безопасности города, конечно. А тут именно что касается, и даже очень.

– Я прибыл сюда за осколками Хроноса. Именно из-за них сюда ломится Чермак. И вскоре он соберёт всю свою тушу и ударит всем что у него есть.

Секунды три обе женщины пристально рассматривали меня, после чего Амелия спросила:

– И что же ты будешь с этими осколками делать, позволь узнать?

– Я – наследник Хроноса, – пожал я плечами. – Сначала поглощу их, а потом разберусь с обжорой.

В комнате вновь повисла тишина, которую вскоре нарушил слитный женский смех двух демониц.

Когда женщины отсмеялись, то Амелия, с трудом дыша, проговорила:

– Мальчик, ты же понимаешь, что Чермака пытались уничтожить старшие боги, вошедшие в силу. Какие шансы у того, кто только в начале пути?

– Пока не попробую, не узнаю, – пожал я плечами. – Тем более что все эти боги, имели свои ограничения.

– А у тебя таких не будет, если ты поглотишь пески времени?

– Моя цель, – улыбнулся я, – стать сильнейшим во всех мирах и, если эти частицы станут обузой, я избавлюсь от них.

Улыбки, что до этого оставались на лицах женщин, словно ветром сдуло.

– Это ведь не просто пустые слова? Не просто бахвальство? – внезапно заговорила Фаина, что до этого валуном возвышалась за плечом Амелии, а теперь нагнулась, заглядывая мне в глаза.

– Верно, – кивнул я. – Это обещание, которое я дал самому себе и которое намерен сдержать.

Можно было бы добавить избитое: «любой ценой», но я, как юрист, знаю цену словам, а магия эту цену удесятеряет, в этом я уже не раз убедился.

И тем не менее, я добьюсь желаемого способами, которые допустит моя совесть и никак иначе, а если кто-то предложит более короткий, но противоречащий моим принципам путь, я просто найду новый. И так будет всегда.

– Значит, ты не шутишь, – не мигая, словно вынесла вердикт, произнесла Амелия, и затем, как-то плотоядно посмотрела на меня.

– А вы, Амелия, какую имеете привычку, что вас сделала лордом целого демонического города? – решил я сменить тему.

Не то, чтобы мне не нравилось обсуждать меня, но есть одно простое правило – чем меньше другие о тебе знают, тем больше у тебя шансов выжить. Сейчас эти демоницы мои союзницы, а завтра Чермак прорвёт оборону и сожрёт их, получив все воспоминания, и обо мне в том числе. Конечно, я не знаю, возможно ли это в реальности, но с демоном, способным сожрать целый мир, нужно предполагать худшее.

– Моя привычка – это нагонять всепоглощающий ужас на своих врагов. По молодости, – она натянуто улыбнулась, – с это силой было много хлопот, поскольку я не могла её контролировать. Но со временем мне удалось исправить этот изъян.

Немного поразмыслив над услышанным, я согласно кивнул:

– Страшное оружие, в умелых руках, конечно же.

Немного помолчали.

– Ты ведь понимаешь, что я не могу отдать тебе их просто так? – заговорила Амелия.

Собственно, я так и думал, потому как у всего есть своя цена. И мне интересно, какую назовёт она. А потому спросил:

– И что же вы хотите?

Она пристально на меня посмотрела и произнесла:

– Доказательство решимости.

Я молча поднял бровь, ожидая объяснений.

– Ты должен отправится за стены и показать нам свою силу. Чермак ещё собирает своё тело вокруг города и пока не очень силён. У тебя есть шанс сразится с ним. Там, за рвом, действует вся возможная магия.

– Если я проиграю, он получит божественную силу…

– И тогда ему не будет дела до нас, – перебила меня Амелия. – Он сразу отправится пожирать миры.

Я несколько секунд пристально разглядывал женщин и, не найдя в них ничего, кроме холодного расчёта, сказал:

– Три минуты, как только я перейду ров. После этого я вернусь за стены, и ты отдашь мне пески времени.

Она удовлетворённо кивнула и произнесла:

– Клянусь, если Волкодав, наследник бога времени Хронос, продержится за рвом три минуты, я отдам ему частицы Хроноса, именуемые так же пески времени.

Я поднялся.

– Ты пойдёшь сейчас? Не желаешь взять какое-нибудь оружие? Доспехи? – удивилась Фаина.

– У меня оружие есть. А если там действительно работает вся магия, то и доспехи тоже будут, – и посмотрев на Амелию, широко улыбнулся. – До скорой встречи. Готовьте мои пески времени.

Конечно, я понимал, что всё будет не просто, но надеялся. Ведь не могло же случиться так: я им волшебную чудо траву, а они мне песок. Нет! Так не бывает! Со мной во всяком случае.

И вот теперь я вновь должен встретится с той тварью один на один.

Я шагал обратно к воротам, а в голове возникли воспоминания о пережитой «баньке» Яги. Вот же старая ведьма, это же надо то место так назвать! Могу поклясться, она сама в жизни дальше предбанника не проходила, даже дверь не открывала. Откуда у неё в избушке вообще появился этот филиал ада?

В голове сами собой всплыли воспоминания…

Мир плыл вокруг, но я с удивлением разглядел полок и печь, а ещё здесь были веники и даже тазы! Это меня настолько поразило, что я на какой-то миг даже забыл о почти нестерпимом жаре. Всё выглядело в точности, как в бане у деда. Даже температура была похожа, с учётом того, что я ходил в дедовскую баню ещё совсем пацаном, и каждая капля на каменку заставляла меня спускаться на пол.

На этот раз я тоже опустился вниз и немного выдохнул. Не сильно, но стало легче.

Внезапно в голове всплыла одна фраза, которую я где-то слышал: «Бог даёт лишь те испытания, что нам под силу. Даже если они поначалу кажутся невыносимыми».

Я секунду переводил дух на полу, затем сжал зубы и полез на скамейку. В голове от этого финта загудело, а в висках застучало.

Когда в глазах перестало двоится, я предпринял попытку подняться выше.

– Через тернии к звёздам, да? – прошипел я, рухнув на скамейку обратно и с трудом удержавшись, чтобы не отправиться на пол, где было полегче.

Ещё немного подышав, я ощутил, как в груди стал разливаться холод, а в голове возник голос Аспида.

«В тот день, когда ты смог обуздать доспех моего отца, я подумал, что это мой шанс вернуться. Однажды, когда твоя воля будет сломлена, я собирался занять твоё тело и начать жить, – говорил он так, будто прощался. – Но глядя на то, как твоя душа становится с каждым мгновением сильнее здесь, в печи Гефеста, я понял. Даже если уничтожат целый мир и всех, кого ты когда-либо любил, ты всё равно продолжишь сражаться. Я не герой, и уж тем более моя воля и близко не стоит рядом с твоей по твёрдости, но зато я могу уйти красиво. Так, чтобы ты помнил меня. Может повезёт, и мой дух, как и дух Алёны, тоже отправится на перерождение. Прощай, император людей! Для меня было честью биться с тобой бок о бок!»

– Постой, – вскричал я. – Что ты…

Из груди вырвался змей с головой птицы, раскинул передо мной крылья и прокричал:

– Вперёд! Лезь выше! Я не смогу помочь тебе там, но разделяющий барьер охладить смогу, но лишь на миг!

– Спасибо! – улыбнулся я и пообещал. – Я не забуду тебя!

– Ты показал мне, что можно стремится к силе, не жертвуя товарищами и не предавая. Этого достаточно.

Аспид замерцал, а температура понизилась. Я тут же рванул вверх и оказался на полке, подпирая головой потолок.

– Удачи… – донеслось снизу, и я увидел, как фигурка Аспида истаяла в воздухе, обратившись в белое облачко.

Я хотел было ответить ему, но в этот миг охлаждающая сила моего фамильяра окончательно развеялась, и на меня обрушился такой жар, какой я не испытывал за всю свою жизнь.

Говорят, что в аду жарко? Видимо, они никогда не бывали в настоящем пекле, что проникает в самые кости. Я заревел раненным зверем, голова закружилась. А ещё я ощущал, как образуются волдыри ожогов по всей коже. Клянусь, если выживу, больше никогда не буду есть раков, которых варят заживо. Стоит на секунду самому оказаться на их месте без всякой магии или защиты и…

Мысль оборвалась, а перед глазами потемнело.

Кажется, я всё равно помру здесь.

Не знаю, сколько прошло времени, но каким-то чудом я пришёл в себя. Воздух всё так же был не пригоден для жизни, а полок, на который я лёг, хотя точнее завалился в приступе беспамятства, жёг раскалённой сковородкой щеку. Остального тела я уже не чувствовал. В горле пересохло настолько, что даже кричать от боли не было сил.

В голове возник голос Хроноса:

«Получается, жертва Аспида всё же была напрасна?»

«Что я могу?» – мысли текли лениво, нехотя.

Отчаянно хотелось спать, но я усилием воли держал веки в открытом состоянии. А возможно, глаза пересохли и веки просто не могли сомкнуться? Кто знает?

«Выполнить обещание, данное самому себе, перед тем как войти сюда», – я прямо увидел, как он равнодушно пожал плечами.

Что интересно, Хронос не планировал мне помогать, как это сделал Аспид, пожертвовав собой. Но мне было не особо интересно знать, почему именно так. На сознание со всей возможной тяжестью навалилась апатия. Словно это не я лежал сейчас на полке, а кто-то другой, а я смотрел на него, слушал, что он говорит.

«А зачем? – задал тот другой я резонный вопрос. – К чему все эти догонялки со смертью и постоянное стремление прыгнуть выше головы?»

«Ты хотел вернуть жену и найти дом Зевиусу», – напомнил мне Хронос.

«Это всё недостижимо…», – проговорил второй я.

И в этот момент я настоящий поймал себя на этой мысли. И то, что было мгновение назад апатией, обратилось бушующей яростью на самого себя. Объединяя сознание в единое целое.

Да что я несу такое? Недостижимо? Серьёзно?

Шумно задышав, я со стоном поднялся.

В тот же миг по голове словно битой зарядили. Я пошатнулся, и непослушными руками опёрся о полок.

«Спасибо, Хронос. Мне это было необходимо».

На это мой призрачный соратник ничего не ответил, но я ощутил удовлетворение, что исходило из источника.

Я поискал глазами ковш и с трудом схватился за него. То, что я сейчас планировал совершить, можно было бы расценить в сложившейся ситуации как чистое самоубийство, но мне было плевать. Это ведь банька? А в ней что нужно делать? Верно! Парится. Чем я сейчас и займусь.

Ковш оказался самым обыкновенным, с деревянной ручкой и металлическим черпаком.

С трудом подняв его, я опустил в кипящую воду, что была в резервуаре печи, и набрав воды, с истошным рыком налил на раскалённые до бела камни.

Всё вокруг заволокло паром, и я закашлялся, желая выплюнуть обожжённые, а может и уже сваренные лёгкие.

Теперь таз и веник.

В процессе я несколько раз терял сознание, непрерывно утробно рычал от боли, а ковш и веник почти постоянно выскальзывали из ослабевших рук. Я же держался подальше от края, чтобы не дай бог ничего не улетело вниз, на пол. Оттуда я уже точно не смогу подняться обратно.

Похлопав себя зелёным веником, кажется из веток берёзы, я немного посидел на полке и заметил рядом таз, который до этого не замечал.

«Как клинок, дух требуется сначала накалить, а затем охладить», – выдал Хронос.

«Неужели…» – я неверяще потрогал воду и ощутил такой холод, что тут же отдёрнул пальцы.

На самом деле температура воды могла быть самой обычной, комнатной, но моё тело сейчас было настолько перегрето, что даже это казалось жидким льдом.

Я выдохнул и трясущимися руками схватился за ручки таза. Несколько минут собирался с духом, потом приподнял таз над собой, после чего опрокинул себе на голову.

Сердце пропустило удар, а перед глазами возникли галлюцинации: бескрайнее поле, окутанное сугробами, и метель, что проникает везде и всюду, забирая тепло.

А в следующий миг мне стало так легко, как никогда в жизни. Я с лёгкостью спрыгнул с полка и вышел из бани. Правда, как только я переступил порог, то тут же потерял сознание.

Когда пришёл в себя, то Яга была уже совсем другой. На лице – доброжелательность, а в глазах искорки страха, смешанные с уважением.

Она рассказала про Амелию, дала несколько советов и даже подарила свою ступу. Вот же, я прямо как в советских сказках, летел словно по морю, только вместо корабля деревянная бочка, а весла, метёлка.

– И помни, демоны – все разные, но у всех нас есть одно общее – мы узники в этой клетке. Уверена, все хотят отсюда сбежать и прежде всего Чермак с лордами.

Эти слова прозвучали в моей голове, как будто Яга сказала их только что.

Подойдя к воротам, от которых ушёл каких-то полчаса назад, я выдохнул.

Все знают неотложную истину – отсюда может уйти только бог и тот, кого он с собой возьмёт. А это значит, что Амелии бы лучше пойти со мной на контакт, задобрить, помочь, чтобы я расщедрился и взял её с собой.

Её проблема в том, что она совсем не доверяет мужчинам, а потому, проверяет каждого, кто попадётся ей на пути.

Интересная женщина, красивая, сильная, гордая. Может взять её себе в гарем? Ха! Это будет весьма забавно, если не считать, что она демон, а мои девочки и так приняли Настю скрепя сердце, хотя я жену ещё даже не познакомил с ними. Что будет если я приведу ещё одну? Развод и девичья фамилия? Так вроде никто ещё и не носит моей.

Передо мной со скрипом подняли тяжёлые ворота и опустили мост.

На той стороне меня уже ожидала чёрная вечно живая масса Чермака. Меч уже был у меня в руке, поэтому я, не теряя времени, сделал несколько взмахов, отправляя золотые лезвия перед собой и ринулся вперёд.

* * *

Амелия Кровавый Оскал, как её прозвали в этом проклятом измерении-тюрьме, смотрела сверху вниз на то, как посланник Яги сражается, и не могла до конца поверить. Это человек? Даже его дерзкое высказывание о том, что он является наследником Хроноса, бога времени, и одного из столпов мироздания, ничего не значили. Лишь напыщенные слова мужчины, которые у них часто расходятся с делом.

Амелия никогда в жизни не видела представителей мужского пола, которые были бы симпатичны ей не физиологически. Даже лорды других городов лишь желали обладать ею и не более того. Всё что их волновало: власть и пути её расширения. На остальное им было плевать. Именно поэтому в её городе не проживало постоянно ни одного мужчины, а утолить сексуальные потребности можно было и без них, ну и всегда хватало желающих для одноразовых отношений.

Но когда город осадила эта мерзкая тварь, этот мужчина оказался единственным, кто смог добраться до них и перемахнуть через мост антимагии. Его поведение совершенно не вязалось с её привычными представлениями. Он говорил о силе не как о источнике власти, материальных благ и обладания женщинами, а как о цели существования, как о воздухе.

И он не лгал. Этот молодой, по всем критериям, человек, говорил искренне. Когда он станет сильнейшим во всех мирах, он продолжит жить и найдёт себе новую цель, а не начнёт великую, а значит кровавую, экспансию.

Амелия прожила долго и видела похожих людей, но все они как один были монахами и жаждали лишь призрачного спокойствия, но никак не могущества.

Тем временем внизу разворачивались весьма любопытные события.

Глава 18

Сначала дохнуло странной, незнакомой силой. Причём Амелия считала себя знатоком в волшбе, и мастерски определяла аспекты, даже тогда, когда они были сильно перемешаны и совсем не походили на свои оригиналы. К примеру, черная молния. Был такой аспект, и многие бы посчитали его смесью огня и тьмы, или воздуха и тени, но это было не так. Черная молния – порождение магии смерти и жизни. Там сложная система противовесов, но смысл в том, что Амелия без труда определяла подобные загадки. А тут… Казалось, что сама Навь подчинилась этому мужчине, хотя он не был ходящим по снам, Амелия бы сразу это заметила.

Щупальца пытались дотянуться до него, но каждый раз натыкались на невидимые барьеры, которые обращались в тысячи силовых пик, что разрывали тело Чермака на мелкие кусочки. Это только внешне обжора бесконечен, на деле же, если он не будет жрать, то не сможет заживлять свои раны и отращивать утерянные конечности. Без топлива, как говорил её покойный батюшка, не будет и двигателя.

Воспоминания больно укололи сердце, которое, как думала Амелия, давно уже зачерствело. Но вот же из-за него она вспомнила родителей, которые погибли так давно, что город, в котором они все жили, уже сменил несколько названий, а потом и вовсе был стёрт очередной войной, что устроили мужчины.

Во все стороны летели золотые серпы, что срывались, будто брызги, с лезвия божественного меча. При этом Чермак и не думал ослаблять напор. Он всё давил и давил. Даже здесь, на стене, отделённая непроницаемым для обжоры барьером, Амелия чувствовала его неуёмную жадность и необузданную силу.

Но парень при этом не выглядел подавленным. Наоборот, с каждой секундой его напор усиливался, словно он являлся естественным врагом Чермака, и чем сильнее тот давил, тем более агрессивным становился Волкодав.

Внезапно черное море щупалец отступило.

– О, я знаю этот трюк, – донеслось до слуха Амелии, а в следующий миг земля под ногами Волкодава взорвалась, и в невидимую платформу силы ударилось одно огромное щупальце.

Несмотря на странную силу, масса монстра оказалась слишком огромной, и Волкодава подняло на несколько десятков метров вверх, в аккурат напротив неё.

Их глаза встретились. Он смотрел на неё без осуждения, страха и злобы, несмотря на то, что она изначально не планировала отдавать ему осколки Хроноса. Нет, магическую клятву Амелия не нарушила бы, но для всех было очевидно, что Волкодав не продержится эти минуты и Чермак его сожрёт. Для всех, кроме самого Волкодава.

Она заглянула в его золотые глаза и внезапно осознала одну простую вещь, которая ранее была немыслима для древней демоницы, ненавидящей мужчин: она влюбилась. Окончательно и бесповоротно.

Тем временем Волкодав подмигнул ей, нагло ухмыльнулся и несколькими взмахами клинка рассёк под собой щупальце.

Раздалось возмущённое шипение и довольный смех Волкодава. Он не просто наслаждался битвой, он, словно сам Чермак, с каждым мгновением становился сильнее, только для обжоры требовалась пища для этого, а её избраннику – сильный враг и битва насмерть.

* * *

Я увлёкся. Не замечал за собой раньше такого, но как есть. Щупалец становилось всё больше и больше, но внешняя сила и золотой клинок делали своё дело, давя, разрывая и разрезая тварь.

Было очевидно, что Чермак не был ни всемогущим, ни безграничным, с учётом того, что мы сейчас бились в клетке, в которую его посадил Белобог. И пусть светлый бог славянского пантеона погиб в процессе, но тварь не смогла поглотить его тело и не способно сама выбраться отсюда.

В какой-то момент я стал ощущать усталость. Она пришла незаметно, будто невесомый ветер, когда долго работаешь на солнце, и даже сразу не понимаешь, что конкретно изменилось.

Сначала я пропустил удар. Несмотря на то, что контролировал слоями внешней силы пространство вокруг, одно единственное, тонкое как стилет щупальце спустилось сверху и чуть не проткнуло меня насквозь. В последний миг, скорее всего благодаря аспекту времени, я успел увернуться и разрубить тентакль. Но этот случай отрезвил меня и заставил более внимательно следить за ходом боя, так, собственно, я и выяснил, что начал уставать.

А если вспомнить, что внешняя сила жрала выносливость, то моё состояние становилось понятным.

На самом деле, я изначально выбрал внешнюю силу, потому что она уже однажды отлично показала себя в сражении с этой тварью, а экспериментировать с аспектами, когда тебя в любую секунду могут разорвать и сожрать – такое себе.

Если даже магия над рвом не работает, то я видел, как тентакли смогли за счёт инерции добраться до самых ворот. Мне будет достаточно лишь зацепиться за стену или край моста. Интересно, уже прошло три минуты?

В этот момент мост стал неспешно опускаться, что являлась ответом на мой вопрос. Значит, я прошёл испытание, осталась сущая мелочь – выжить.

Я сделал несколько размашистых движений клинком, хаотично отправляя разрезы по врагу, затем во все стороны одновременно отправил несколько силовых волн.

Отбросив щупальца на десяток метров, я со всей возможной скоростью рванул к опускающемуся мосту. Энергия потекла по телу, усиливая меня, и я оттолкнулся, оставляя после себя глубокую вмятину в земле. Перед тем, как вылететь над рвом, раскрыл плащ за спиной и, вложив всю свою силу, толкнул себя в воздухе.

Как только я оказался над зелёной жижей, движение резко замедлилось. Значит, эта штука и на естественные физические законы влияет. Теперь понятно, почему Чермак до сих пор не смог пробраться в город.

Я ощутил, как гравитация схватила меня своими костлявыми лапищами и потянула вниз, к голодной зелени.

В последний момент я успел воткнуть меч в мост и повис. Вот только мост продолжал опускаться, что означало одно – вскоре я окажусь под ним, прямо над пропастью, да и угол изменится. И тут либо рука соскользнёт, либо сам меч.

Не став дожидаться очевидного исхода, я подтянулся и умудрился встать одной ногой на рукоять. Благо мост опускался медленно, и меня не стряхнуло вниз.

Затем я зацепился за край моста и наконец выбрался, после чего скатился вниз прямо к открывающимся со скрипом железным воротам.

– Жив, – выдохнул я, призывая меч в руку. Тот послушно появился, и я его любовно погладил, словно любимого питомца. Если бы не он, сейчас бы меня сожрала та зелень внизу или же Чермак уже переваривал.

– Действительно, – в голосе Амелии, что появилась спустя секунду после моего триумфального возвращения, казался не удивлённым, а удовлетворённым.

Я даже голову поднял, не веря своим ушам. Ведь она не планировала отдавать мне пески времени, а этот договор заключила только из-за того, что я оказался посланником Яги и принёс от неё дар. Старуха сама предупредила меня об этом, так что я был готов к чему-то подобному.

– Вы готовы исполнить свою часть сделки?

– Я её немного переделала, – в глазах женщины возникли задорные искры.

– И как же? – нахмурился я. Наш уговор, хоть и был лишь устным, и при должном юридическом анализе его вполне можно было обойти, но на это нужно время, опыт и фантазия, а тут прошло от силы минут пять с нашего разговора.

– Я пойду с тобой в мир живых и стану твоей женой, – безапелляционно произнесла женщина.

Я несколько секунд изумлённо, как, собственно, и рядом возвышавшаяся Фаина, смотрел на эту странную демоницу и не мог произнести ни слова.

– Госпожа, как же это… Это же мужчина… – первой очнулась великанша.

– Это мой мужчина. Он единственный кто достоин меня, – неотрывно глядя на меня, произнесла Амелия. – Он – мой идеал, какой я искала всю свою до безобразия долгую жизнь и не находила. Я пойду за ним куда угодно и, если он потребует, отдам за него жизнь. Я – Амелия Кровавый Оскал, клянусь верности Волкодаву, наследнику времени, – от последних слов, вокруг неё задрожал воздух, а я покачал головой.

– У меня уже есть три жены, – поднялся я. – Я тебя совершенно не знаю. Но так как ты поклялась в верности, я заберу тебя с собой.

– Вот, – она победоносно посмотрела на Фаину. – Говорила же, он один такой в целой вселенной! Любой другой мужчинка уже бы слюни распустил и плевал бы он на остальных своих жён. А мой – идеальный.

Я вздохнул.

– Давай мне уже осколки Хроноса. Время не ждёт.

Внезапно из-за стены раздался знакомый громоподобный голос:

– Ты вернулся, букашка! Я хочу поблагодарить тебя за то, что позволил мне освободиться! За это я оставлю тебя в живых сегодня!

Амелия, чьё лицо пылало жизнью и румянцем, резко побледнела:

– Основное сознание Чермака! – прошептала напуганная женщина. – Оно здесь! Оно ведь всегда спит! Как? Почему? – Её глаза с алыми зрачками расширились. – Это из-за тебя? Ты его пробудил?

– В прошлый раз оно тоже не спало, – пожал плечами я.

– То есть, – медленно протянула она, – ты с ним встретился один на один и выжил?

– Как видишь, – улыбнулся я и развёл руками.

Женщины обалдело смотрели на меня несколько секунд, а затем Амелия звонко и заразительно рассмеялась:

– Всё же я сделала правильный выбор. Ты действительно достоин меня!

Я вздохнул.

– Давай мне уже осколки Хроноса. Судя по вашей реакции, то, что сюда прибыло сознание, ничем хорошим для города обернуться не может.

– Верно, – кивнула Амелия, и в её руках возникли несколько маленьких песочных часов с золотым песком внутри. – Когда разум присутствует в теле, оно становится в сотни раз опаснее. Вскоре он найдёт способ обойти нашу защиту и уничтожит город.

– Почему он тогда ещё не сожрал всех в этом мире? – принимая пески времени, спросил я.

– Присутствие разума – обоюдоострый меч. С одной стороны, сила возрастает в геометрической прогрессии, с другой, теперь он уязвим, и достаточно сильные воины способны его уничтожить.

– Тогда отправляй всем остальным лордам сообщение о том, что тварь здесь и что она никуда не сбежит в ближайшие дни, – произнёс я, разглядывая мелкие золотые крупицы за стеклом.

Некоторое время Амелия молчала, потом уверенно сказала:

– Они не пошевелятся без достойной награды.

– А что их может заинтересовать? Разве голова Чермака и власть над всем этим местом, а не только над клочком земли, им не интересна?

– Все лорды – мужчины, а их обычно интересуют сокровища, сила и женщины, – на последнем слове она впилась в меня своими красными глазищами. Всё же стоит признать, Амелия – чертовски привлекательная.

– Что ты можешь им пообещать из сокровищ? – поднял я бровь.

– У нас есть травы и элексиры для развития, а также запасы металла для создания волшебной брони и оружия. Но если мы всё раздадим, то город вскоре захватят другие лорды.

– Пообещай всё что есть, – произнёс я, немного поразмыслив. – Как только с Чермаком будет покончено, с последствиями я разберусь.

– Но как ты разберёшься? – округлила она глаза.

А я хищно улыбнулся:

– Как это умеют мужчины: грубой силой, ведь другого языка они не поймут.

Женщины переглянулись и синхронно кивнули:

– Ты прав, человек, – засмеялась Фаина, а к ней присоединилась и Амелия.

– Как бы мы ни отгораживались от мужчин, решаем проблемы так же как и они, – отсмеявшись, признала Амелия.

– Вопрос тут не в силе, а в способе и цели её применения.

– Ты мудр не по годам, – заметила Фаина.

Я на это хмыкнул, а затем спросил:

– Есть у вас тут место, где я смогу немного помедитировать?

– Конечно. Фаина тебя проводит. А я пока начну переговоры, – тяжело вздохнула Амелия.

– Не переживай так, – положил я руку на её плечо. – Вскоре история обжоры завершится. Даже если никто из лордов не рискнёт вступать в бой.

– Это сила предвидения? – её щеки слегка порозовели.

– Это уверенность в наших силах, – улыбнулся я и оставил женщину, зашагав следом за Фаиной.

Впереди меня ожидало очередное испытание. А в том, что поглотить песок не будет лёгкой прогулкой, я был практически уверен. Хотя как по мне, для разнообразия можно было бы обойтись без «превозмоганий» хотя бы раз.

* * *

Амелия не понимала, что происходит. Как только она поклялась в верности этому мужчине, того будто подменили. И нет, он не стал жестоким, деспотичным или что-то в этом роде, как бывало часто у мужчин, вкусивших сладкий плод власти. Нет. Её мужчина остался прежним, но его просьбы уже звучали как приказы, а сами приказы ощущались как наставления мудрого, но справедливого властителя с большой буквы.

И она даже не нашла что ему возразить, ведь она не клялась ему повиноваться, поэтому… Он просто сказал ей сделать то, что необходимо было в этот момент, и при этом вселил в неё уверенность в успехе.

Женщина усилием воли переместилась в самую высокую башню её города и села в позу лотоса. Сегодня её ожидало много торга, в процессе которого ей сожгут огромное количество нервов. Но ради города, ради жителей и… она была взрослой девочкой и давно перестала обманывать себя по поводу и без, и ради него, Амелия станет торговаться как самая злая торгашка на рынке.

* * *

– Это заклинательные покои Амелии, – произнесла Фаина, отодвигая в сторону тяжёлую дверь. – Здесь она создаёт и испытывает новые заклинания. Обычно эти стены выдерживают, но порой бывало и так, что магия вырывается на свободу. Поэтому вокруг на несколько километров никто не живёт, и перед началом работы включается трёхслойный высокоуровневый защитный экран. Так что можешь спокойно заниматься своим делом, никто тебя не сможет побеспокоить, даже если сам Чермак ворвётся в город.

Я благодарно кивнул и сел на пол, выложив перед собой мерцающие от слабых ламп маленькие песочные часы.

– И что теперь? – спросил я вслух Хроноса, когда Фаина закрыла за собой дверь.

– Рывок по лестнице в небо, – возник рядом полупрозрачный дух Хроноса. Кажется, с последнего появления он стал менее материальным.

– Исчерпывающе, – скривился я. – А можно теперь на понятном языке?

– Просто засыпь в рот песок и проглоти. Фляжка с водой у тебя же ещё есть.

– Так просто? – не поверил я. Неужели в этот раз будет без душе-выворачивающих испытаний?

– Так просто, – пожал он плечами.

– И водичка специфическая как раз под рукой ещё осталась, – пробормотал я, впрочем, не удивляясь «случайной» удаче. Многие события выглядели неестественными стечениями обстоятельств, особенно в последнее время.

Я откупорил первые часы и опрокинул содержимое в себя, тут же запив большим глотком из фляжки. Вода при этом не имела никаких привкусов, лишь резко повышала бодрость, словно мощный энергетик.

Несколько секунд я прислушивался к себе, но никаких изменений не ощутил, после чего махнул рукой и стал закидывать в рот одну порцию песка за другой. Из плюсов – золотой песок времени, в отличие от своего обычного речного собрата, не забивался между зубов.

Когда последние часы оказались опустошены, я вновь прислушался к себе, но так ничего не заметил. Всё было точно так же, как и раньше.

Поднявшись на ноги, я шагнул в направлении выхода, и мир качнулся, а перед глазами всё задвоилось.

«Сейчас ты узреешь суть времени. Приготовься», – раздался в голове голос Хроноса, и реальность преобразилась.

Тысячи голосов зазвенели в моей голове, а вокруг проступили призраки. Вот Амелия заходит в помещение, затем ещё одна и ещё и ещё… Дверь распахивается и на пороге появляется Фаина, которая тут же растаяла, а на её месте появилась незнакомая мне женщина.