Текст книги "Властитель. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Алексей Шурыгин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Я должен выяснить судьбу семейства Романовых, – коротко ответил я. – А теперь все за дело.

Сказав это, я повернулся к Зевусу. Тот стоял в расслабленной позе, хотя в глазах было что-то такое, чего я до конца не распознал. Возможно уважение, а может и насторожённость.

– Ты идёшь в Святой Лес и лично охраняешь моих жён. Илья тебя проведёт, – и повернувшись к Муромцу, добавил: – Ты тоже будь с ними рядом.

В оглушающей тишине ещё не до конца пришедших в себя людей, я открыл портал и, прежде чем войти в него, бросил:

– И поторапливайтесь. Враг не будет вас ждать.

В любом другом случае я бы не стал их подгонять, но сейчас им необходим был небольшой толчок, чтобы продолжить жить и исполнять приказы своего императора.

«А ведь ещё есть князья, – недовольно подумал я. – Они уже в курсе всех дел, и сейчас думают о том, что неплохо бы прибрать к себе страну, устроив здесь парламентскую монархию, где сами и будут заседать. А император будет так, номинальным».

На это я зло усмехнулся. Я, конечно, не планировал становится властителем, но раз уж подвернулся случай, то не упущу своего.

Портал открылся на бывшем стадионе, где проходили Магические игры. Сейчас же я ступил на обугленную арену, сплошь покрытую кратерами, будто здесь прошёл метеоритный дождь.

Оглядевшись, обнаружил, что стадион полностью исчез. Вместо него теперь были сплошные руины, густо посыпанные пеплом. Словно конец света, ей Богу.

Я раскрыл свой плащ и взвился в небо.

М-да. С высоты вид открывался, мягко говоря, удручающий.

От города остались лишь остовы и выжженная земля. Я поморщился. Не пощадили даже жилые дома. Война войной, но это уже перебор.

Усилием воли я отвёл взгляд от черного пейзажа уничтоженного города и, использовав телепортацию, прыгнул в сторону дворца. Через несколько перемещений, я оказался над остатками некогда величественной постройки, и некоторое время разглядывал, как внизу копошились военные.

В отличие от остального города, здесь были полноценные руины. Некоторые стены до сих пор остались на своих местах, и даже двери. Видимо, в них было столько магии, что они смогли пережить этот локальный апокалипсис.

Спустившись вниз, я получил настороженные взгляды солдат, но потом один, ещё безусый с детским округлым лицом, внезапно заорал во всё горло:

– Император! Император прибыл!

Солдаты подняли головы, оторвавшись от разбора завалов, после чего шустро, хотя у каждого груз усталости читался на лице, потянулись ко мне.

Я не стал их одёргивать, и терпеливо ожидал пока они не выстроились.

Когда строй из двух шеренг, не ровный, поскольку это был не плац, вытянулся передо мной, я командирским голосом рявкнул:

– Здравие желаю, господа солдаты, – честно говоря, понятие не имел как правильно, да и не очень-то хотелось забивать голову ещё и этим. Тут маячит реальный армагеддон, всемирный от тентаклей Чермака, так что, так тоже сойдёт.

– Здравие желаем, ваше императорское величество! – рявкнули хором они.

– Доклад о ситуации, – уже нормальным голосом произнёс я.

Из строя вышел тот самый безусый и, приложив руку к шапке, начал чеканить слова:

– Рядовой Свинов, – представился он, после чего напряжённо и шумно сглотнул, словно готовясь к прыжку в пасть дракона, и продолжил: – Ваше императорское величество, смерть вашего отца подтверждена выжившим столпом Виктором Сергеевичем Игнатьевым. Мы разбираем завалы.

– Где сейчас Игнатьев?

– В полевом лазарете.

– Куда идти? – видя, что солдат не сообразил, что я не знаю где у них лазарет, уточнил я.

– В десяти километрах от границы города, на юг по трассе К-149, – кажется у него нервный тик начался, поскольку глаз отчётливо начал дёргаться.

– Вольно бойцы, – вновь врубил я командира и добавил: – Продолжайте разбирать завалы.

– Есть! – рявкнули солдаты и со всем рвением, на которое только были способны, ринулись исполнять мой приказ.

Всё-таки оказалось удачей, что император меня в своё время на всю страну признал наследником, да под объективами тысячи камер.

Хотя с князьями и большинством высокопоставленных чинуш это конечно не поможет, но вот так, с обычными солдатами, офицерами и простым народом будет проще.

Я вздохнул. Работы теперь у меня непочатый край, но есть и плюсы, целая империя теперь будет работать на моё магическое развитие, а значит, достижение поставленной цели уже не за горами.

На этой позитивной мысли я призвал Хроноса.

Глава 5

Удивительно, но с тех пор, как он подменил Тархуна, бог времени носил его личину, и я подумал, что ему всё равно, но нет. Сейчас передо мной предстал высокий мужчина, с гладко выбритым лицом, по которому невозможно было определить его возраст. С разных ракурсов виделось по-разному. Если смотреть справа, то казалось, что ему около сорока, а слева, не старше двадцати.

– Положи руку где-нибудь на руинах, на камни, на обломки стен… Не знаю… Выбери сам. И сосредоточься, – сходу начал Хронос.

Я выполнил требуемое, подойдя к одной из уцелевших стен. Она вся была в саже, но деваться было некуда. А может даже это и лучше, потому что тут явно следы магии.

Хронос тем временем продолжал:

– А теперь вспомни вашу последнюю встречу с императором. Вспомни те чувства, что ты испытывал рядом с ним. Самые яркие.

Перед глазами тут же вспыхнула картина, где он обучает меня магии.

На лице выступила лёгкая улыбка. Хорошим он был мужиком, не знаю как с другими, а со мной он хорошо общался, да и не жадный в целом, если подумать. А если и было что плохое, так о покойниках у нас либо хорошо, либо никак. Так что, покойся с миром Николай Александрович, пусть земля тебе будет пухом.

Отбросив эти мысли, я сосредоточился на воспоминании. Аура. От императора исходила аура власти, причём даже в те моменты, когда он беспечно рассказывал о своём семейном даре.

И когда я это вспомнил, голову пронзила догадка, но она требовала доказательств.

– А теперь, – услышал я голос Хроноса. – Поищи это ощущение вокруг. Оно будет похоже на осязаемый ветер или нить. Когда найдёшь, мысленно схвати её и представь, как втягиваешь в свою голову.

Я скривился. Объяснение из разряда: «пойди туда, не знаю куда».

– У тебя есть дар аспекта времени и золотой меч. Ты без проблем сможешь это сделать, – тут же произнёс Хронос, видимо ощутив мой скепсис. Или он мысли мои читать умеет? Не хотелось бы.

К моей радости, Хронос не стал ничего больше говорить, что внушало надежду на конфиденциальность мыслей, которые не были специально сформированы и направлены к нему.

Встряхнувшись, я сконцентрировался и начал представлять, будто император где-то рядом, и мне его нужно найти по тому самому ощущению власти, что стремится всех вокруг подавить.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом я внезапно почувствовал и даже открыл глаза от неожиданности.

Передо мной с довольным выражением на лице стоял Хронос.

– У тебя вышло. Продолжай.

Учитель из него так себе, конечно. Ни тебе «какой ты молодец» или «так держать», ни нормальных инструкций. Нет, оно и понятно, всё же целый бог! К чему ему вся эта педагогика?

Я вновь закрыл глаза. Ощущалось так, словно император был где-то рядом, хотя на самом деле он мёртв.

При этих мыслях внутри шевельнулся червячок сомнения, который породил робкую надежду. А вдруг он всё-таки жив, и сейчас они с семьёй прячутся где-то в подвале?

Я, как и посоветовал Хронос, ухватился за это чувство, усиливая его и визуализируя.

Удивительным образом перед внутренним взором сама собой возникла золотая тонкая нить. Я представлял, как она втягивается в меня, и она стала послушно тянутся.

А спустя секунду мир преобразился, и я оказался в знакомом просторном зале с барельефами и золотом, в котором на троне сидел император, живой и невредимый.

Мужчина с аурой силы и власти задумчиво читал какие-то документы.

В этот момент в зал вбежала императрица. В её глазах плескался настоящий ужас, а руки дрожали.

В последнюю нашу встречу она запомнилась мне сильной и гордой. Даже услышав о смерти сына, императрица не выглядела настолько растерянной, как сейчас.

– Она идёт, – дрожащим голосом произнесла женщина, а из её глаз потекли слезы.

Император обеспокоенно вскочил и обнял жену.

– Аспект времени молчит, – произнёс он, явно прислушиваясь к себе, одновременно гладя супругу по волосам.

– Я не знаю! Она и меня обманула! Она была где-то, а сейчас уже рядом.

– Кто, любовь моя? – с нежностью и заботой спросил император.

– Мара, – прошептала императрица. – И она не одна. С ней армия во главе с Безымянным.

Император нахмурился и, отстранив супругу, вгляделся в её глаза. Это длилось несколько секунд, после чего он решительно кивнул и рявкнул:

– Тревога красного уровня! Всех в ружьё!

Тень в одном из углов забурлила, и из неё вышел приземистый мужчина. Он с поклоном вытащил из наружного кармана какой-то артефакт или электронный прибор, на котором было три кнопки, отличавшиеся по цвету угрозы.

Без лишних вопросов теневик нажал нужную. И на весь дворец загремела сирена оповещения.

Тут же в зал ворвался болезненно худой мужчина. Глаза впалые, с яркими, словно у панды, кругами. Глаза горели точно так же, как и у нас с императором, но не синим, а мертвенно зелёным.

– Мара с Безымянным идут сюда. Приоритет для тебя – защита моей семьи.

В этот момент реальность рядом с новоприбывшим треснула, словно стекло, и из пробоины высунулось лезвие меча.

– Они уже здесь, – еле слышно прошептала императрица, увлекаемая болезненно худым мужчиной в боковую дверь.

Трещина в реальности расширилась, и оттуда донёсся голос:

– Кто тут у нас? – тоном хозяина произнёс кареглазый пришелец. – И вот это нынешний император людей? Он и в подмётки не годится первому.

Император фыркнул и обнажил два меча.

– Хеймдаль! Давно не виделись.

– Значит, всё же без него никак, – вздохнул кареглазый Хеймдаль и произнёс: – Тор, твоя очередь! Действуй!

В тот же миг где-то сверху раздался гром, и молния толщиной с вековой дуб в один миг обрушилась на голову императора, перед этим пробив защиту, крышу и три укреплённых этажа дворца. Через все препятствия молния прошла как раскалённый нож сквозь подтаявшее масло.

Несмотря на грохот от удара и оглушительный треск, по тронному залу разнёсся уверенный и злой голос правителя империи:

– Вы действительно хорошо подготовились. Видимо, сейчас мои столпы сражаются с вашими соратниками и не могут прийти мне на помощь. Но если это всё, то я разочарован.

– Вот же, – впервые, кроме равнодушия и усталости, на лице кареглазого проявилось беспокойство. – Он сейчас проломит мой заслон и сбежит.

Рядом возник портал и из него вышли двое. Безымянный в черном цилиндре с тростью и тёмном классическом костюме фраке, и женщина с узнаваемыми длинными, будто живыми волосами, и полным ненависти и страха взглядом.

Они оба протянули руки в сторону императора, который боролся с обрушившейся на его голову молнией, и начали читать какое-то заклинание на непонятном языке.

Это продолжалось несколько секунд, после чего в руках каждого из них появился кинжал, и они резанули себе ладони.

На пол упало две темных капли, и мир внезапно потемнел.

Мара отшатнулась и прилипла к стене, бессильно стекая по ней, Безымянный же держался лучше, но по проявившемся темным кругам под глазами было видно, что ему волшба тоже далась не легко.

Тем временем две капли поползли друг к другу, и когда они соприкоснулись, в потолок вдарил кроваво черный столб, который спустя мгновения приобрёл гуманоидную форму. Это был воин покрытый темно-синей броней, с глухим шлемом, один глаз которого горел больным светом, а второй темно-алым. В руках он сжимал трёхметровое копьё.

– Убей, – бросил коротко Безымянный, и воин без промедления метнул копье в императора, затем из его рук выросло два клинка.

Когда молния исчерпала себя, показался император. Под ним была метра четыре в диаметре воронка, а в плече рана, которая не заживала, несмотря на аспект жизни, которым, казалось, пропитана сама кровь что вытекала из властителя.

Призванный воин без раздумий устремился к своей цели, и завязался настоящий поединок двух обееруких мастеров фехтования. Это было красиво и эффектно. Там, где я бы сделал три удара, каждый из них обходился одним коротким движением, причём с большим результатом.

Увы, но так не могло длится вечно, и император стал сдавать позиции.

Незаживающая рана давала о себе знать, и он все чаще отступал. Видимо, это правитель и сам понимал, а потому внезапно ускорился, а вокруг него завертелся вихрь силы.

– Что он творит? – воскликнул Безымянный, и в его руках возник древний однозарядный пистолет, которым он тут же воспользовался.

Бухнуло как из пушки.

Император только и успел, что подставить на пути снаряда один из клинков, а вторым мастерски прикрыться от атаки мечника, с которым продолжал сражаться.

Он ещё раз крутанулся, и призванный воин распался на несколько кусков.

– Это не важно! – взревел Безымянный и через миг вонзил в грудь государю черный меч, в который обратился пистолет.

Сделано это было с такой силой, что пол дрогнул, а Романов упал на спину, словно пригвождённый.

– Я победил! – Безымянный практически прорычал в лицо умирающему императору Российской империи. Он говорил так, словно убеждал себя и сам не верил в случившееся.

– Тогда, – внезапно улыбнулся государь, а из уголков рта покатились две струйки багровой жизни. – Когда я пытался спасти своего сына, я провёл ещё один обряд. Такой же древний, как этот мир, – говорил он спокойно, и даже умиротворённо, будто и не был на пороге конца своей жизни. – Я думал, если не получится вылечить его, то я передам ему все свои силы и знания. А потом он вернулся, и я думал, что уже и не пригодится, а вот, надо же, как сложилось, – его окровавленная улыбка стала шире, – пригодилось!

– Нет!!! – заревел раненным зверем Безымянный, а император, кашляя кровью заливисто засмеялся.

И смеялся он до тех пор, пока его взгляд не остекленел, а тело не обмякло.

Император Российской империи умер, но даже так сумел спасти свою семью и победить. Великий человек! Был…

– А-а-а-а! – закричал в ярости Безымянный и резко повернул голову к Маре. – Ты сможешь его воскресить?

Та мгновение колебалась, глядя на умершего правителя, но после отрицательно мотнула головой.

– У меня не получится. Его душа уже ушла на круг перерождения. Можно поднять плоть, но в ней уже ничего не останется от императора.

– Почему так быстро⁈ – негодовал Безымянный. – Этого не может быть! Ты пытаешься обмануть меня⁈ Ты…

– Нет, – поспешила она, – я тоже не понимаю как. Я сразу попыталась поймать его душу в момент смерти, но какая-то непонятная сила почти мгновенно утянула её на круг.

– Проклятые людские императоры, – сплюнул Безымянный и поднявшись с тела усопшего, скомандовал: – Тор, Хеймдаль, чтобы от этого города камня на камне не осталось. Сотрите даже память о столице империи. И ещё, остальных отзывайте. Следующая цель – новый властитель этой паршивой страны.

Кареглазый молча кивнул, а Безымянный, подхватив Мару, открыл портал и исчез во вспышке.

Хеймдаль же подошёл к телу Романова Николая Александровича и поклонился:

– Ты жил великим и умер в величии. Пусть твоя следующая жизнь станет счастливой и беззаботной, – после чего добавил: – Тор, давай проводим императора так, как этого достоин великий воин.

И молния вновь ударила с небес, превращая тело правителя в прах.

* * *

Мир мигнул, и я вновь оказался на развалинах дворца. Понимание увиденного пришло не сразу. Несколько секунд я смотрел перед собой, а потом выругался.

Вот откуда эта аура власти! Пусть я ещё не почувствовал усиления возможностей, но уверен, уже скоро аспекты один за другим станут мне открываться, а знание как их использовать, само по себе будет возникать в голове, стоит только пожелать.

Я скосил взгляд и заметил, как рука сжимает золотой меч, будто сама по себе. Так, как сжимает меч опытный мечник.

Это конечно хорошо, но и Безымянный знает об этом, и теперь поторопится убить меня.

Я уже хотел было ринуться в Святой лес, как замер.

А зачем собственно император решил перед смертью всё рассказать врагу? Он ведь знал его реакцию и понимал последствия. Тогда почему?

Я раскрыл плащ за спиной и пулей выстрелил себя в небо, поднимаясь всё выше и выше. Давление нарастало, а я всё думал и думал. В какой-то момент я замер.

А мог ли он знать, что я смогу заглянуть в прошлое?

Минуту я переваривал информацию, и тут до меня дошло.

Он ведь тоже обладал аспектом времени, и когда началась атака, понял, что ему не уйти живым, а ещё скорее всего перед смертью заглянул намного дальше.

Значит, Безымянный теперь приложит все силы, чтобы я не успел освоить наследство императора. А что это значит для меня?

Верно, дед говаривал: «поспешишь, людей насмешишь», только никто в этот раз смеяться не будет.

Я вытащил телефон и набрал Волховеца. В голове уже вырисовывались первые черты плана.

Переговорив с тестем, я отправился в лазарет, нужно было узнать судьбу Игнатьева, а значит и императорской семьи. В целом, я понимал напавших, которым был нужен только император. Даже если дочери императора выйдут замуж и родят мальчиков, согласно законам империи у них не будет права наследования трона.

Вот только Безымянный не отличался милосердием, и император об этом знал, поэтому, собственно, и сделал всё для спасения своих близких.

Отбросив все мысли, я заметил недалеко от трассы белый громадный шатёр.

Подлетев ближе, разглядел мелкие снующие рядом с шатром точки, подъезжающие и отъезжающие машины.

Спустившись, я обнаружил себя не замеченным, совсем. Человек спускающийся с небес в черных доспехах, с развивающимся за спиной плащом того же цвета, и все это посреди ясного дня. Мало того, вокруг ещё и стояла белоснежная зима, я вообще казался на её фоне ярким пятном по идее притягивающим взгляды.

Но нет. Люди в медицинских халатах, гражданской одежде, а также в военной и полицейской, торопились, причём во все стороны.

Вот подъехала скорая, и её задние двери раскрылись. Первым показалась спина в синей куртке с надписью «имперская первая помощь», а затем человек не поворачиваясь вышел, держа в руках носилки. Они были тяжёлыми, и при нормальных условиях должны были превратится в каталку, но здесь, у трассы, не было асфальта, а утоптанный сотнями ног снег, как бы ни был хорош, не мог его заменить, и колёсики неминуемо бы застряли.

Поэтому мужчина из имперской скорой с хеканьем вытащил носилки, на которых лежала без сознания женщина лет сорока, на голове которой виднелся кровавый след.

Я быстро подошёл к ним и придержал вылезавшего из кареты скорой медицинской помощи второго медработника.

– Вы кто? – бесцветным голосом уставшего человека спросил он, скосив на меня взгляд. – Ей нужна срочная помощь, не мешайте.

– Я и не буду, – хмыкнул я и, призвав аспект жизни, влил энергию в пострадавшую.

При этом я чутко следил за своими ощущениями, отслеживая малейшие изменения.

Но нет. Сердце всё так же перегоняло жизнь по венам, а источник позволял волшебству изменять реальность.

Магия работала безотказно, и это радовало. Это открывало именно сейчас огромные возможности. И в первую очередь в том, чтобы позаботиться о своих подданных.

Женщина распахнула глаза, и в них я заметил отголосок моей силы, что выразилось в еле заметных изумрудных искрах.

– Что? Где я?

А спустя целую секунду на меня, как на божество, таращились трое медиков и сама спасённая.

– Вы одарённый жизнью? – вся апатия ушла из голоса медика. Теперь вместо усталости я отчётливо слышал в его словах робкую надежду.

– В том числе, – улыбнулся я.

Женщина, всё так же лёжа на носилках, несколько секунд разглядывала меня, затем её глаза расширились и она закрыла рот рукой:

– Вы же… – не смело произнесла она, будто я сейчас обернусь драконом и сожгу её вместе с каретой скорой помощи. – Вы же сын империи! Я вас узнала! Вы, царевич Алексей!

Глава 6

В последних словах я услышал целую гамму эмоций: неверие, восторг и надежду.

– Верно, – серьёзно кивнул я и обратился к медикам: – Ведите меня к местному главврачу.

Мужики внезапно гаркнули, хором:

– Так точно, ваше величество!

И вдвоём ринулись к шатру, словно за ними демоны погнались.

Я на это хмыкнул и зашагал за ними.

Мужики спешили ко входу в шатёр, обгоняя при этом людей, которые несли раненых на носилках.

Я шёл, смотрел и становился с каждой секундой всё мрачнее и мрачнее. Все эти загубленные жизни мирных граждан, вся эта жестокость, просто требовала от меня реакции. Быстрой, жёсткой, но справедливой.

Мои провожатые же, указав мне на нужного человека, поклонились и отправились назад к скорой.

Я огляделся. Ряды коек и ни одной свободной. Безымянный действительно был в ярости и решил её сорвать на ни в чем неповинных людях. Вот же… Слов не было, одни ругательства.

– Здравствуйте, – подойдя к главврачу, я направил концентрированную силу жизни на двадцатилетнего парня, у которого отсутствовала правая рука по локоть. Прямо почти как у меня.

Тот застонал и схватился за культю.

Рядом с кроватью истошно запищал небольшой ящик с зелёным экранчиком, который проводами был соединён с парнем.

– Что происходит? Пульс зашкаливает! Сестра… – запаниковал врач, и я положил ему руку на плечо.

Он резко обернулся, а я, вместо приветствия, сказал:

– Смотрите на руку.

Он так же быстро переместил взгляд на парня и выдохнул:

– Вы маг… – а затем крикнул: – Сестра, обезболивающее, быстро.

Немолодая женщина подскочила к нему спустя десяток секунд с готовым шприцом.

Я не был обученным целителем, и мой пациент сейчас корчился в муках оттого, что его рука стремительно удлинялась.

После инъекции парень успокоился, а его дыхание выравнялось.

Главврач недовольно посмотрел на меня, но новая рука, которая уже почти полностью отросла у пациента, не позволила ему высказаться о моих скромных талантах в медицине.

– Вы по какому вопросу? – не отходя от кровати пациента, посмотрел он на меня. – Вы помощь?

– Не без этого, – улыбнулся я. – Мне нужен Игнатьев. Солдаты, что разбирают завалы дворца, сказали, что он здесь.

– А вы ему кто? – поднял он бровь.

– Непосредственный начальник, с некоторых пор, – натянуто улыбнулся я.

Он странно на меня посмотрел, потом нахмурился, а затем медленно, неуверенно кивнул.

Что примечательно, главврач, узнав о моих способностях в аспекте жизни, не выказал особой надежды на мою помощь.

Седина в висках свидетельствовала о большом жизненном опыте, в котором имелось место для общения не только с пациентами, но и с магами целителями, что в большинстве случаев относились к высокому сословию бояр. А такие господа видимо, не особо стремятся помогать нуждающимся, даже если столица империи разгромлена.

– Много таких лазаретов? – уточнил я, шагая между койками и осматривая персонал, оборудование и больных.

– Садальский Юрий Павлович на общем собрании говорил что четыре.

– А это кто?

Я поймал на себе удивлённый взгляд и почти сразу получил ответ:

– Министр здравоохранения империи, – интересно, что титул главврач не назвал. Наверное, не любит аристократов, и не по эфемерным или идеалистическим причинам, а по вполне реальным.

Тем временем мы остановились у одной из коек, где лежал забинтованный с ног до головы человек. Глаза его были закрыты, а знакомая коробка рядом с кроватью размерено пикала, давая знать о стабильности пациента.

– Истинный маг смерти, – качнул головой врач, – на него не действует аспект жизни. Просто не принимает тело.

– Кто-то уже пробовал?

– Наш целитель, – кивнул он головой. – Он сейчас восстанавливает силы, всё истратил.

– А где же остальные целители? – осматривая Игнатьева, уточнил я.

– Не могу знать, – устало произнёс он. – Возможно, погибли при атаке.

Я кивнул и мысленно обратился к Хроносу:

«Меч сможет отмотать время для него?»

«Это очень рискованно, – мгновенно отозвался Хронос. – Если его душа не стабильна и готова в любой момент уйти на круг перерождения, то ты просто убьёшь его».

– Какие прогнозы по Игнатьеву?

Врач нахмурился.

– Что значит, вы его «непосредственный начальник»? – решил узнать он, хотя по-хорошему, один из столпов империи не должен лежать в обычном лазарете, на который в любой момент может напасть враг.

Я проигнорировал вопрос главврача.

– Почему у вас нет охраны?

Он секунду всматривался в мои черты лица, видимо силясь узнать, кто тут такой наглый.

– Господин министр сказал, что если уничтожили столицу, никакая охрана не спасёт лазарет. Только массовая эвакуация через портал и то, в сопровождении сильных одарённых жизнью.

На это я кивнул и, вытащив телефон, набрал номер.

В принципе, министр прав, но почему он не организовал эвакуацию? Неужели атаки происходят по всей стране, и главные цели – ключевых руководителей?

– Каким образом вы держите связь с министром?

Если это правда, то мой долг на сегодняшний день защитить не только семью, но и их.

– Да по какому собственно праву… – начал он возмущаться, но осёкся под моим тяжёлым взглядом.

– Зевана, привет, родная, лазареты вокруг Красноярска, – тут я сделал паузу и поправился, – точнее, вокруг того, что осталось от столицы. Здесь катастрофически не хватает целителей.

– Привет любимый. Конечно, – коротко ответила девушка, после чего добавила: – Мы сейчас будем.

Рядом завибрировал воздух и пошёл волнами, после чего появилась тёмная воронка, из которой вышла моя супруга, а за ней следом – Аглая и Волховец.

– Я не знаю, что ты задумал, – задумчиво бросил мне тесть, – но верю, что мы все не умрём.

– Ничего гениального, лишь способ выжить, – хмыкнул я и посмотрел на местного главврача: – Любезный, вас как величать?

– Семён Семёныч Сидельников, – он смотрел на меня округлившимися глазами и даже рот приоткрыл. – А вы…

– А я Алексей Николаевич Волкодав-Романов, новый император Российский, – улыбнулся я шире и протянул ему свою руку.

Тот с каким-то ужасом и благоговением посмотрел на неё, затем на меня, затем снова на руку.

– Не бойтесь, не съем, —подмигнул я врачу.

От этих слов он отмер и чуть подрагивающей рукой пожал мою.

– Говорил же, я его начальник, непосредственный, так что не переживайте, теперь всё будет хорошо.

– С-спасибо, – главврач начал заикаться, а на глазах выступили слёзы. После чего он внезапно рухнул на колени и закричал на весь лазарет, при этом его глаза, до этого потухшие от усталости, наполнились таким энтузиазмом, что мне даже как-то не по себе стало. Не свихнулся ли на радостях? – ИМПЕРАТОР ЖИВ!

И люди, все, не только медицинский персонал, но и те, кто лежал на кроватях, подхватили эти слова, будто знамя и стали повторять:

– ИМПЕРАТОР ЖИВ! ИМПЕРАТОР ЖИВ!

Некоторые из больных с трудом поднимались на своих койках, другие, кто мог ходить, вставали на колени.

Я окинул их взглядом, стараясь запечатлеть этот момент в памяти. Ведь я ничего такого не планировал, когда шёл сюда.

– Верно. Я – император Российский, и я отомщу за Красноярск и всех тех, чьи жизни были безвозвратно утеряны сегодня.

– Садальский на проводе.

– Юрий Петрович, говорит новый император российский, доложите обстановку.

– Значит всё-таки правда… – тихо пробормотал он, но я услышал.

– Что правда?

– В интернете гуляет новость о гибели Николая Александровича при нападении на город. Но император был одним из сильнейших людей в мире…

– Теперь я занял его место. Как обстановка?

Министр тяжело вздохнул и произнёс:

– На меня и ещё пять министров напали. Увы, но не все смогли уйти живыми. Нас осталось трое. О судьбе остальных глав министерств мне не известно.

– Кто выжил и где вы сейчас?

Он мгновение поколебался, после чего ответил:

– Мы в тайном месте. В живых остались я, министр энергетики Попов и Рогачев, он у нас по спорту.

– Хорошо. Продолжайте работу. Вскоре ситуация нормализуется.

– Ваше величество, – впервые за разговор у высшего чиновника страны прорезалось уважение в голосе, – а это правда, что Мара с Безымянным убили императора?

– Об этом тоже в интернете узнал?

В принципе ответ был очевиден. Они решили максимально разрекламировать себя и то, что сделали. Цель информационной атаки тоже понятна – смутить разумы людей, чтобы, когда придёт время, они не смогли встать на защиту родины, во всяком случае не все.

Вот только людям и не придётся, поскольку есть я.

– Вы отлично справляетесь, – решил подбодрить я его. – Передайте остальным: император жив и вскоре угроза будет устранена.

– Спасибо, ваше величество, – искренне ответил он.

Убрав телефон, я бросил взгляд на Игнатьева. Можно было попробовать его вернуть, но он и так пострадал в ходе всего этого, поэтому пусть отдыхает.

А у меня много дел.

* * *

Императрица смотрела на своё отражение. В её взгляде плескалось горе утраты и ненависть. Сейчас она выглядела в точности так, как в тот день, когда впервые в своей жизни полюбила и решила разделить себя на две части. На лучшую и худшую.

На них с Игнатьевым напали, когда он их увёл из-под удара через план смерти.

Пространственная магия не работала, поскольку проклятый Хеймдаль наглухо закрыл весь дворец своей силой. Она этого монстра сразу узнала по характерному току энергии в реальности. Хеймдаль был рождён для одной единственной цели – создавать врата. Он их создал во дворец и по своей инициативе принялся их охранять.

Вот из-за него и пришлось отступать через план смерти.

Местные твари почуяли её суть и слабость, отчего поспешили напасть.

Игнатьев, сильнейший маг смерти из когда-либо ей виденных, встал грудью на их защиту и получил несколько тяжелейших ранений. Но он смог вывести их за пределы действия силы Хеймдаля, хоть и сам оказался в очень тяжёлом положении.

Для того, чтобы спасти дочерей, ей пришлось оставить Игнатьева. Он бы просто не пережил портал. Дочери отправились в одну из деревень в Ростовской области, где их ждал скромный дом, о котором никто не знал, а сама императрица сначала передала столпа империи на руки медиков, которых вызвала, после чего отправилась следом.

Сейчас она радовалась, что в её дочерях есть что-то от Мары. Что-то такое, что не позволяет девочкам впасть в истерику, нечто холодное, прямо как у неё.

Женщина сузила глаза, представляя свою вторую половинку, и решительно кивнула самой себе.

Она им отомстит, и Безымянному, и Маре, и начнёт прямо сейчас.

– Мамочка, – раздался голос младшенькой, и в нём она услышала дрожь на грани слёз.

– Да, детка, – она мгновенно вернула облик императрицы, да так, что в полумраке комнаты ребёнок ничего не заметил.

Девочка подбежала к ней и уселась на колени. Несколько секунд они молча сидели в обнимку, после чего младшенькая спросила:

– А ты тоже умрёшь, как папа?

– Милая, – прижала к себе ребёнка императрица, – почему ты решила, что папа умер.