Текст книги "Мой папа - медведь (СИ)"

Автор книги: Анна Владимирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

19

Послышалось шуршание, протяжное «ы», потом «фух», и трубку взяла Диана.

– Вы ещё на связи? – услышал я ее взволнованный голос.

Она то часто дышала в трубку, то задерживала дыхание, и это нервировало.

– Что там у вас происходит? – поинтересовался я напряженно.

– Спасали паука. От соседки. Он просочился к ней через дырку.

Я не сдержал восхищенный смешок.

– Спасибо, Диана… Конечно, если Каспер остался жив.

Она снова задержала дыхание, а потом гневно засопела.

– О, а вы к кому-то питаете чувства кроме себя самого? – неожиданно ощерилась она.

– Сколько вам лет? – усмехнулся я.

– Что?

– У вас есть дети? Опыт хоть какой-то….

– Я не хочу отвечать на ваши вопросы в таком тоне. – И снова быстрое дыхание, будто ходила туда-сюда.

– У вас мой сын, – принялся давить я снова. – Неизвестно, как надолго. А вы считаете мои вопросы не заслуживающими ответа?

– Я не виновата в том, что Тиша у меня, – понизила она голос. – Может, всё же стоит посмотреть на ваши собственные заблуждения? Займитесь, пожалуйста, выполнением условий службы опеки. Тиша вас очень любит и ждет! Держите в курсе. И всего хорошего вам, Кирилл.

Ну, и снова оставила мне только гудки в трубке. А я почему-то оскалился, задумчиво глядя перед собой. Что-то было в ее голосе такое… Да и… я же видел ее однажды. Молодая она. Волосы темные я помню, кожа светлая, а ещё ноги. Стройные и длинные. Она вышла на площадку в одной футболке и трусах, и снизу можно было все это прекрасно заценить…

Мда.

Я опрокинул последний глоток кофе в рот и уже направился на выход, когда мне вдруг позвонил Лео:

– Встречу по опеке перенесли снова в тот районный отдел, – озадаченно сообщил он.

– Ну-ну, – усмехнулся я.

– Адвокат твой уже выехал туда.

– Я тоже уже выезжаю.

– Хорошо.

– Лео, ничего тебя тут не настораживает? – поинтересовался я, изо всех сил сдерживая сарказм в голосе. Сначала хотел рассказать ему, что и опекунша не адаптирована, и что этот ведьмак-лесничий шьет белыми нитками через всю эту историю…. Но передумал. Не привык я с кем-то работать. Да и не факт, что с ведьмаком получится по-хорошему. Скорее, наоборот. Если нарою что-то, тогда и поделюсь. А пока все складывалось даже очень неплохо. – Дело держат на местном уровне, хотя встреча ещё вчера намечалась в городе…

– Не настораживает. Мало ли, что там у этих бюрократов…

– Ну, понятно. Скажи, а опекунша моя с ребёнком под защитой?

– Конечно. Там мой отдел дежурит, поэтому можешь быть спокоен.

– Почему ты не сказал?

– Мне казалось, это очевидно.

– Ладно, – вздохнул я. – Тогда до связи.

– Держи в курсе.

От кого Лео охраняет Диану с Тишей – хороший вопрос. Меня дико бесило чувство, что Лео наслаждается тем, как я попал между молотом и наковальней. Будто взялся меня воспитывать. Или просто наказывать за Рустама.… Или не за него, а вообще.

Но, всё же главное, что Тиша под защитой.

И уже сидя за рулем я поймал себя на мысли, что после разговора с Дианой и Тишкой меня отпустило. А губы снова поползли в стороны. Паука она спасала, надо же… Какая женщина в своем уме будет спасать птицееда размером с небольшую дыню? Только та, которая либо не боится пауков, либо готова на многое ради тех, кто ей дорог. А Тишка стал ей дорог. Иначе бы она не выговаривала мне каждый раз. Ее бесит, что я кажусь ей эгоистом и мудаком. Коим и являюсь, что уж. Она с моим сыном всего ничего, а уже встала на его защиту, как медведица…

Хмм…

Через порог вчерашнего отделения я шагнул в предвкушении представления. Я был уверен, что ничего нового мне тут не скажут, а вот перспектива поисков дедушки Ау, который всунул свой нос везде – и дома у меня побывал, и к сыну моему приперся, – обещала быть захватывающей. Только, стоило войти в коридор, меня тут же поприветствовали:

– Здравствуйте.

Я резко повернул голову и наткнулся на хмурый взгляд из-под бровей. Мужик в летах и в камуфляже, рюкзак прислонен у стенки. Я прошелся по нему оценивающим взглядом.

– Здравствуйте, дед Гриша.

Ну, вот И искать не пришлось...

20

Ведьмак на секунду сощурился, но следом кивнул:

– Всё правильно. Это я устроил вашего сына.

– И какие цели преследуете? – подобрался я.

А зверюга внутри неприязненно фыркнула и начала разгонять психику. У медведя забрали его медвежонка, и прощать этого он не собирался.

– Никаких, – без усмешки отозвался ведьмак, хотя я бы мог поклясться, что внутри он всё же усмехается. – Диана – мой друг и просто очень светлый человек….

– Вот именно, – перебил я его. – Человек. Не находите, что ситуация у нас сложилась серьёзная?

– Поэтому я здесь.

– Вот как?

– Да, я вмешался, – серьёзно подтвердил ведьмак, – но вас не было рядом. Вашего друга убили. Но целью был не он. Тимофею всё ещё угрожала опасность. Он сам нашел Диану, но я способствовал. Неизвестно, куда бы дели ребёнка службы опеки, а Тише пришлось туго…. Мне было проще защищать их на станции. Диана уже попала в эту историю, поэтому тоже могла пострадать.

Я напряженно вздохнул.

– Ну, так я здесь, – начал осторожно. – Теперь вы можете вернуть мне сына, а я о нем позабочусь.

– А это уже не Грише решать, – послышалось скрипучее из кабинета. – Проходите, Кирилл.

Я только скрипнул зубами и повернулся к дверям. Начальник отдела сидел все также, будто и не уходил никуда с нашей вчерашней встречи. Даже чашка с кофе стояла на прежнем месте.

– Мне сказали, что у вас будет адвокат, – глянул он на меня поверх очков.

– Где-то едет, – отмахнулся я и прошел к столу. – Рассказывайте.

Дед Гриша прошел следом за мной, но остался у дверей. Я не стал возмущаться. И так было понятно все…

– Давно вы дружите? – оглянулся я на него. – Устроить передачу ребёнка-оборотня не адаптированному человеку – это должна быть какая-то крепкая дружба…

– С чего вы взяли, что Диана не адаптирована? – спокойно откинулся на спинку кресла чиновник.

– Мне сын сказал. И ещё – что дед Гриша советовал ему помнить о правилах, – и я обличительно тыкнул в лесника пальцем. – Поэтому, господа ведьмаки, давайте разруливать это все побыстрее, пока я не дошел с этой фигней до вашего главного отделения. Сегодня же мой сын должен быть у меня, а я, так и быть, в знак признательности вам за то, что вы о нем позаботились, ничего не скажу….

– У вас какая-то неверная информация, – ничуть не смутился начальник опеки. – Диана – адаптированный человек.

Он полистал дело и сунул мне под нос документ.

– Вы не думаете, что усугубляете сейчас свое положение? – сузил я на нем глаза.

– Григорий Прохорович сначала не знал о том, что Диана адаптирована. У нас же нет списков, – пожал он плечами.

– Он мне только что сказал, что Диана – его друг, – процедил я. – И он не знал?

– Диана не ведьма, не оборотень, – вставил дед Гриша. – Откуда мне было знать?

Ну ты посмотри, как спелись!

– Ладно, тогда я сообщу сыну, что он может спокойно оборачиваться с Дианой. А то он переживает, что может нарушить правило, – заявил я и уставился на реакцию.

Ни один из ведьмаков не дрогнул. Ладно, сморчки поганые, посмотрим, кто кого…

– Присаживайтесь, Кирилл Тимофеевич…

Отчество резануло по нервам. Я сел в кресло и выжидательно уставился на ведьмака напротив.

– Мы направили ваше дело в главный офис и получили ответ вчера вечером с требованиями. – Он опустил взгляд на листок, потом невыносимо долго вынимал очки из кармана клетчатой рубашки и устраивал их на носу. Наконец, зачитал: – Вам предписано найти работу, которая устроит комитет.…

– В смысле? – перебил я.

– В смысле, это будет законная деятельность. Чем благочестивее, тем лучше…

– Что это значит?

– Это значит, что вы больше не будете заниматься тем, что привело вашу семью к трагедии, – сурово отрезал он. – Найдите работу.

– А как я буду обеспечивать эту семью, вас не беспокоит. Главное, чтобы шерсть блестела…

Но собеседник не придал значения моим словам.

– Вам также предписано обеспечить сыну максимально комфортные условия, – продолжал он. – Стабильность обстановки, никаких отъездов и приходящих нянек…

– Вы с дедом Гришей писали эти требования? – вставил я, закатив глаза.

И снова никакой реакции.

– Если женитесь – будет лучше всего.

– Для кого?

– Для вашего сына.

Бесило. Так, что у меня уже искры из глаз разве что не сыпались.

– Вам всегда было плевать на детей оборотней, – процедил я. – А вот то, что вы тут заскучали и решили поиздеваться.…

– Ты чуть не потерял сына! – вдруг рявкнул позади лесник, и я замер, сцепив зубы. – Тебе это все игрушки, что ли?

– А тебе? – обернулся я, поднялся и шагнул к нему. – Я выживаю, как зверь в среде, которую вы создали! С самого рождения! Ты мне хочешь сказать, что я всегда мог пойти улицы подметать, и все было бы зашибись?

– Мир несправедлив, Медведь, – грозно сдвинул он брови, ничуть не дрогнув. – И не только к тебе. Но все в твоих руках. Твой сын ищет защиты, тепла, понимания и безопасности. Ему это нужнее, чем деньги сейчас! Да, с тобой ему всяко лучше, чем там, откуда ты его вытащил, и я считаю тебя благодетелем. Но толку с твоей благодетели, если бы его пристрелили в этой переделке?!

– Это – не твоё дело, – прорычал я.

– Господа, перестаньте, – вмешался второй сморчок. – Кирилл, у вас – месяц.

– Что?! – рявкнул я, оборачиваясь. – Вы в своем уме?!

– Этого срока более, чем достаточно…

– Для того, чтобы жениться?!

– Если заведете полноценную семью, то это гарантирует вам возврат ребёнка, да, – холодно отвечал он. – Ровно через месяц вы подаете заявку на рассмотрение вашего дела. Комиссия оценит предпринятые вами усилия и примет решение…

Тут в коридоре послышались быстрые шаги, и в кабинет влетел, судя по всему, мой адвокат – пухлый тип с портфелем и в очках с толстенными линзами.

– Здравствуйте, – выдохнул он, запыхавшись, и протянул мне руку, собираясь представиться.

– В вас уже нет нужды, – холодно осадил его я и направился мимо него из кабинета.

Хватит с меня этого цирка.

21

Сев в машину, я сразу же набрал номер Дианы. Но тот вдруг оказался вне зоны доступа. Ладно. Дозвонюсь позже. Мне прям не терпелось узнать, действительно ли она адаптирована? Если да, то почему Тишка уверен в обратном? Он у меня не дурачок. Диана бы дала ему понять, что всё в порядке, и он может чувствовать себя свободно с ней. Но этого не произошло…

Вернувшись в город, я снова набрал номер Дианы. Но тщетно. Поздно вечером до меня начало доходить, что я уже не дозвонюсь. И что ведьмаки всё же налили мне воды в уши.

– Вот же погань! – прорычал я, глядя на город. – Дайте мне только добраться до вас, я вам глаза вобью в череп!...

Мобильный запиликал в тот момент, когда я едва не смял его корпус.

– Ну, как прошло? – поинтересовался Лео.

– Чудно, – сиплым фальцетом ответил я, пытаясь не начать разговаривать матом. – Всё обсудили.

– Какие требования?

– Как ты и говорил. Работа, жена.… что-то ещё…

– Ну, жена не обязательно…

– Но, если добуду, то гарантировано вернут. Так мне сказали.

– Ну, вроде, приемлемо. И у меня для тебя есть работа, кстати…

– Как все чудесно складывается, – прорвало меня. – А тебя приставят к медали за исправление международного ликвидатора первого класса. Только скажи мне, кому ваши же ликвидаторы будут заказывать всю грязную работу?

– Так и знал, что ты все испортишь, – разочаровано вздохнул в трубке Лео.

– Ну, ещё бы! Я же ни на что не способен.…

– Перестань, Кир! Я просто пытаюсь помочь тебе вернуть сына!

– Ты просто живешь в иллюзии, что, если надеть бантик и играть на балалайке по нотам Высших, можно жить, как человек среди них. Но это всё вранье. Они спишут тебя в утиль быстрее, чем моргнуть успеешь. И участь международного ликвидатора, на которого временами устраивают покушения, не покажется тебе такой уж и дерьмовой. По крайней мере, я не жду ни от кого никаких подаяний!

И я отбил звонок.

Я найду адрес этой опекунши. Сложно, но не невозможно.

Уже через полчаса я знал, где находится отдел, который нанимает ее на работу на станции. Если у них там так организован отдел опеки, не думаю, что офис отдела по защите природы охраняется лучше. Если вообще охраняется.

Я быстро собрался и вышел из квартиры.

22

– Ну, как он? – поинтересовалась я, опасливо заглянув Тише через плечо.

– Нормально, – кивнул он, не спуская взгляда с Каспера.

Паук выглядел помятым и испуганным. Он забился в угол своего террариума, прижал устрашающие лапы к тельцу так, что из норки торчала только пара передних, и от этого казалось, будто он уязвимо обнимает свои коленочки и пялится в пустоту. Интересно, он вообще в курсе, что очень страшный? Задается вообще вопросом, почему от него все разбегаются?

– Точно нормально?

– Да. Его не надо трогать просто. И он успокоится.

– Прямо как люди, – усмехнулась я.

Но Тиша посерьёзнел.

– Мне кажется, что.… люди так не любят.

– М-м-м?

– Ну, мне кажется, что люди любят, чтобы их трогали, обнимали…

И он отрывисто вздохнул.

– По-разному. Иногда так, как ты говоришь. А иногда нам хочется побыть в одиночестве.

Он задумался, но я уже знала, как его «перезагрузить»:

– Пошли обедать?

– Ага! – встрепенулся Тиша.

А я проследила, как он выбежал из детской и покачала головой. Тиша снова не говорит, что голоден. Надо будет Кирилла спросить, как часто любит есть его сын. И, кстати, я совсем забыла узнать о его ограничениях или болезнях. Вдруг есть какая-то хроника?

Обедал Тиша с неизменным аппетитом, и я улыбалась, глядя на него.

– А Роме понравится Каспер? – спросил он, отставляя чашку и вытирая усы от какао.

– Думаю, да.

– Не будет его бояться?

– Хотелось бы, чтобы не боялся. Но, ты ведь ему все объяснишь?

– Конечно! И что моих питомцев нельзя есть – тоже расскажу. Он же не голодный будет, да?

Я озадаченно замолчала.

– Ну, люди не едят пауков ведь, – начала, наконец, настороженно.

– Если голодны, то едят, – тихо возразил он и как-то съежился.

– Тиш, тебе нечего об этом переживать. Рома, уверена, с удовольствием примет участие в уходе за твоими питомцами.

– Было бы здорово, – виновато глянул он на меня.

– Не хочешь прогуляться? – решила сменить я тему. – Можно было бы сходить в магазин, может, ты хочешь что-то вкусненького?

– Хорошо! – просиял он.

В поисках одежды я разобрала сумку, в которой дед Гриша передал Тишины вещи. Да, нет, все вещи хорошие – чистые, добротные, выбор большой.… Откуда тогда у Тиши такие рассуждения о голоде? Откуда такой маленький ребёнок знает, что могут есть голодные люди?

– Тиш, а почему ты спросил, голодный ли Рома? – осторожно поинтересовалась я, беря его за руку, когда мы вышли из подъезда.

– Ну, это очень плохо, когда кто-то голодный, – ответил он тихо, и я пошла вдоль дома, не спеша выходить из двора, чтобы ничто не мешало мне слышать.

– Согласна с тобой. Ты видел какое-то кино, может быть, про голодных людей?

Он отрицательно покачал головой:

– Я не люблю кино.

– Ты где-то видел, как голодают другие?

Он кивнул.

– Сам тоже голодал?

И снова ответ был утвердительный. Я задумалась, стоит ли продолжать. Но все это было чересчур.

– Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти, – наконец, сказала я, осторожно подбирая слова. – А как же папа? Где он был?

– Он забрал меня оттуда, когда я был маленьким.

– Откуда, Тиш?

– Из дома для детей. Но мне нельзя говорить тебе, кто такие эти дети…

– Ладно, – поспешила я кивнуть. – Спасибо, что поделился со мной. А на детской площадке любишь играть с детками?

– Мне нельзя с обычными детьми играть, – снова огорошил он меня.

– Почему?

– Нам запрещено.

– Ладно. Тогда в магазин?

Он кивнул, и я решила больше не поднимать эту странную тему, а выяснить все у Кирилла.

«Нужно поговорить про Тишу. Наберите , как сможете», – написала я ему сообщение.

Больше мы об этом не говорили. Чтобы окончательно расслабить Тишу, я начала расспрашивать его о питомцах, когда и как они у него появились, кто ему нравится больше… Когда мы уже шли с полными пакетами домой, я случайно задала не тот вопрос, который следовало.:

– А кто у тебя ещё жил?

– Дикий крыс из приюта, Чушка.

– Какое милое имя, – улыбнулась я. – А как он у тебя появился?

– Его съесть хотели, а я не дал, – как само собой разумеющееся, поведал Тиша. – У меня и так все съели. Отбирали и съедали всех, кого я заводил. А Чушку я не отдал. Спрятал. А потом папа за мной пришел и забрал нас с Чушкой к себе.

Я округлила глаза:

– Это ужасно, Тиш. – И я поставила пакеты и притянула ребёнка к себе. Он с готовностью меня обнял:

– Теперь всё хорошо. Ты же говоришь, что Рома не съест у меня никого.

– Никого не съест, – заверила его я.

– Чушка умер недавно. Диан, это ведь ничего, что они умирают, да? – серьёзно спросил он. Будто бы собрался перепроверить что-то важное для себя. – Папа сказал, что ничего.

– Ничего, – заверила его я. – Но очень грустно. И нам без них грустно.

– Чушка был моим любимым питомцем, я по нему скучаю очень, – доверительно сообщил мне Тиша.

– А ты папе говорил об этом?

– Нет.

– Ты скажи ему тоже, хорошо? Но он и так это знает, конечно же, но ты должен с ним этим поделиться.

– Хорошо, – закивал он.

Не чувствуя ног, я вошла в подъезд, глядя на светлую макушку Тишки, шагавшего впереди. Его прозрачные волосы колыхались в такт его шагам, как лучики солнца. Он быстро побежал по ступенькам наверх, а я замешкалась с пакетами. Но тут вдруг услышала его голос:

– Папа!

В первую секунду я замерла, а в следующую кинулась опрометью на пятый этаж.

23

Я медленно направлялся к месту захоронения по лесной тропе, присматриваясь и прислушиваясь к происходящему впереди. Шел дождь, бил по листьям, и звук голосов смешивался с шорохом осиновых крон.

На похороны Рустама явилось неожиданно много народу. Кто все эти пришедшие? Сослуживцы? Друзья? Те, кого он вытаскивал из плена? Подумалось, что на мои похороны пришел бы только Лео. И я чувствовал себя среди всего этого неуместно. Зря Лео тащит меня на светлую сторону. Слишком поздно. Остается только нести ответственность за свои некогда принятые решения. Чувство вины настолько придавило к земле, что стало тяжело дышать, несмотря на прохладную дождливую погоду.

Я приблизился к огромному изогнутому гробу и посмотрел на зверя, покоящегося на его дне на боку. Медведь выглядел умиротворенно. Будто уснул, разогретый солнцем и убаюканный лесной тишиной.

– Покойся с миром, мой друг, – тихо вымолвил я и отвернулся.

Прощения просить не было смысла. Если Рустам способен сейчас что-то где-то знать, то точно знает, что мне жаль. И что я буду таскать эту вину на душе до конца своих дней. А, может, и дольше.

– Кир! – послышался голос Лео, когда я направился по тропинке прочь, но я не остановился. А он не стал догонять.

С кладбища я сразу же направился в районный центр добывать информацию. Как раз есть повод пока что забыть про вину. Я готовился пробираться в офис этой конторы по охране природы, как следует разведав обстановку. По моим прикидкам это должно было занять время до самой ночи.

Но пробираться никуда не пришлось. Я только вышел из машины на мокрую мостовую перед одноэтажным щербатым зданием где-то в промзоне, а ко мне сразу же направилась какая-то странная мадам в образе уборщицы или… местной представительницы справочной службы по всем вопросам? Неважно. Правда, то, как оценивающе она на меня посмотрела, добавило версий о ее предположительной профессии. Женщина выбросила недокуренную сигарету и смерила меня взглядом:

– Вы к Иванычу?

– Быть может, – осторожно кивнул я. – Мне нужно найти одного человека. Она работает в природоохранном отделении, а я потерял контакт.…

– Тогда к Иванычу лучше не ходить, – авторитетно заявила мадам. – Что за человек?

И, собственно, все. Затраты на информацию по времени вышли совершенно смешные – десять минут, по деньгам – дама была без шуток и цену себе знала, но оно того стоило. И вскоре я уже мчался обратно в город по адресу Дианы Строговой, строя дальнейшие планы.

Я заберу сына и свалю с ним. Прятать и прятаться – мой самый важный навык. У меня не один дом, и в каждом есть все необходимое как для долгой жизни, так и для быстрого посещения. Я могу теряться годами так, что даже Лео не найдет. Да, с такой жизнью сложно совместима забота о сыне, но нет ничего невозможного. Да, не идеал, но это не значит, что я должен за оправдываться за что-то. Я не один такой. И расплачиваться за то, что решил взять ответственность за брошенного ребёнка, я не буду.

Разберемся.

Я буду прятать Тишку столько, сколько понадобится, и чёрта-с-два его кто-то найдет!

Но все по-порядку. Нужно продумать все тщательно и ничего не упустить. Лео говорил, что Диану охраняют. Кто? Если ведьмаки, то выкрутиться проще. Эти будут следить вполглаза, доверяя охранным контурам. А вот оборотни будут следить за передвижениями объектов….

Навигатор привел меня в мрачный двор со старыми пятиэтажками. От всего тут разило ветхостью, воняло мусоркой и плесенью. Кое как приткнув машину на бордюр, я вылез и огляделся. Интересно, Лео давал наводку на мою машину своей охране? В любом случае, времени у меня не много. Потому что в этом случае я ничего выслеживать не собираюсь.

Я просто заберу сына.

Только, когда я поднялся на нужный мне этаж и позвонил в звонок, мне никто не открыл. Я позвонил ещё раз, потом громко постучал. И двери, наконец, открылись, только не те, которые были нужны.

– Вы из МЧС? – послышалось надтреснутое, и из щели между дверью и стенкой показалось лицо старухи, своеобразно перечеркнутое железной цепочкой.

– Нет, – неприветливо отозвался я.

– А откудова? – не отставала старуха.

– А вы почему интересуетесь? – недовольно спросил я.

– В мою квартиру сегодня заполз ужасно большой и мохнатый паук. А Диана, моя соседка, она – биолух. Сказала, что он краснокнижный.

Старуха, видимо, была глуховата, потому что слышать ее сейчас могли во всех квартирах подъезда.

– И? – нервно протянул я.

– Вы приехали его забрать? Паука из Красной книги?

– Точно. Не знаете, где Диана?

– Может, вышла. Я слышала у нее детский голос в квартире, а детей у нее не видела никогда.

– Хорошо, я подожду.

– А как вы паука забирать-то будете?

– Как-нибудь заберу, – буркнул я.

– Вы бы его видели! Он – просто монстр! – И она сначала хотела показать мне размер ладонями, но они не помещались в щель, и тогда старуха соединила большой и указательный пальцы и приставила их к глазам: – Вот такие зенки!

– Страшно представить, – проворчал я, настороженно прислушиваясь.

В кармане джинсов зажужжал мобильный. Старуха с интересом проводила мой мобильный взглядом.

Лео.

Бабка что-то булькнула, но я не разобрал, сосредоточенно глядя на экран. Это может быть последний раз, когда я могу с ним поговорить.

– Кир, ты где? – устало спросил Лео.

– В городе.…

– Ты уехал с похорон…

– Я простился с Рустамом.

– А я ещё здесь. – Он помолчал. – Но тебя не хватает. Я мало кого тут знаю.

– Я вообще никого, – тихо ответил я. – Держись…

– И ты. Ты в порядке?

– Нет. – Я вздохнул. – Лео, спасибо тебе за то, что пытался помочь.

– Я не оставил попыток, – спокойно возразил он.

Я усмехнулся, но тут внизу в подъезде послышались шаги и шелест пакетов. А когда по ступеням побежал кто-то маленький и необычно бесшумный, я отбил звонок и спрятал мобильник в карман.

– Нате для паука, – и старуха просунула в щель пластиковый контейнер, но я уже увидел Тишку и шагнул ему навстречу.

Сын глянул вверх и, просияв, быстро преодолел последний пролёт:

– Папа!