Текст книги "Женское счастье (СИ)"
Автор книги: Анна Туманова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
Глава 6
Лучи заходящего цируса освещали ажурные башенки замка. Легкое, изящное строение, казалось, парило среди облаков. Лиза с удивлением рассматривала свое новое пристанище. Высоко в горах расположился небольшой замок, со множеством округлых башен, открытых галерей и огромных террас, словно висящих в воздухе.
Внутри замок оказался очень уютным. Комнаты были небольшими, в отведенных герцогине покоях весело потрескивал огонь в каминах – их прибытия ожидали и подготовили все необходимое.
На следующее утро Лиза отправилась знакомиться с домом и его обитателями. Штат прислуги оказался небольшим: экономка, кухарка, конюх, садовник, пара горничных и несколько подсобных рабочих.
Встретили хозяйку вежливо, но настороженно. Жили они своим налаженным мирком, а герцогиня – невесть что за птица, ну, как начнет свои порядки наводить? Да, и герцог предупредил, чтобы хозяйку ни в коем случае не волновали.
«Вишь, ты, хоть и молодая, а хворая… Эх, не везет Его Светлости с женами…» – подобными рассуждениями весь день накануне приезда молодой хозяйки скрашивала ожидание прислуга. А увидев миледи, все только утвердились в своих мыслях – хоть и красавица, а в лице – ни кровиночки, видать, и правда, серьезно больна. Но, вроде, добрая госпожа – со всеми вежлива, каждому улыбнулась. Может, и уживутся они с новой хозяйкой?..
В дорогу с собой Лиза взяла только Фиби – самую серьезную и спокойную из четырех своих горничных. Ну, и, традиционно, ее сопровождал Тремел. Шестеро воинов личной охраны герцога также должны были остаться с герцогиней.
За ужином Лиза невесело пошутила:
– Ну, что, Гант, выпьем за нашу ссылку?
– Леди Алиссия, ну, зачем вы так? Герцог беспокоится о вашем здоровье, только поэтому мы здесь. Вот, отдохнете, наберетесь сил и сразу вернемся.
– Оставьте, Гант, к чему все эти отговорки? Со мной‑то все ясно – кому нужна навязанная супруга, а вас‑то за что сослали?
Тремел поперхнулся вином. Алиссия молчала всю дорогу до замка, Гант думал, что герцогиня отдыхает, а она, оказывается, успела надумать ирг – знает‑что!
– Миледи, а герцог разговаривал с вами перед отъездом?
– Конечно. Сказал, что с утра мы отправляемся в небольшое имение в горах, и что вы позаботитесь о том, чтобы я ни в чем не нуждалась. Ах, да, еще пожелал приятного пути, – съязвила Лиза.
– Ну, Рион, ну, дурак! – прошептал Тремел. – Простите, миледи, это должен был сделать ваш муж, но придется объясняться мне. Помните, вы принимали некую настойку? – он дождался кивка от герцогини. – Так вот, одним из побочных действий при отмене зелья, является сильное нервное расстройство. Я не замечал за вами никаких его проявлений, а герцог озаботился ночными кошмарами, которые вас мучили, тогда и обнаружились последствия вашего так называемого лечения и моей невнимательности. Так что, это не ссылка, а, всего лишь, необходимое вам лечение. Именно поэтому герцог и отправил нас в Мон – Терри – здесь и воздух, и термальные источники, и тишина.
– Вы уверены, что это вся правда? – Лиза испытующе смотрела на Тремела.
– Даю слово, – склонил голову Гант.
Больше они не возвращались к этой теме. Лиза отдыхала, дышала целебным воздухом, посещала крытую купальню с минеральной водой и старалась не думать о будущем. Мечты о ребенке отодвигались на неопределенное время и она старалась не отчаиваться. Хотя, временами накатывала тоска и хотелось сделать хоть что‑то: выбраться из этой ловушки, скрыться от герцога и начать новую жизнь, под другим именем и в другой стране. Она понимала, что это неосуществимо, при возможностях ее мужа, который сумеет найти беглянку – жену в любой стране этого мира, но не могла смириться.
Тремел пытался подбодрить ее, был внимателен, предупредителен, но Лиза замкнулась в себе и избегала общения с Гантом.
Тот видел, что герцогиня ему не доверяет, сильно переживал, но ничего не мог поделать – Алиссия мягко отклоняла его внимание и виртуозно избегала встреч с ним.
Лиза возвращалась из купальни, когда на повороте к беседке заметила мальчика. Малыш лет пяти – шести пытался поймать бабочку. Рядом никого не было. Попытки ребенка не увенчались успехом – бабочка улетела, а мальчуган расстроенно смотрел ей вслед. Услышав шаги, он вскинул взгляд на Лизу и она замерла. Потрясающе красивый ребенок! Он смело смотрел на герцогиню, а потом сделал шаг к ней и спросил:
– Ты кто?
– Я – Алиссия, а как зовут тебя?
– Данион. А это ты та миледи, которую все ждали?
– Видимо, да, – улыбнулась Лиза – А с кем ты здесь гуляешь?
– Один, – мальчик вздохнул – со мной некому гулять: Линда ушла на конюшню, мэтр Риган сидит в своей лаборатории, а вся прислуга занята.
– Данион, где ты, проклятый мальчишка? – из‑за кустов выскочила запыхавшаяся дама – О, простите, миледи, я вас не заметила. Лорд Данион, извольте идти в дом, вы давно должны были вернуться!
– Не сердись, Линда, я совсем забыл о времени, бабочка была такая красивая! – мальчик улыбнулся гувернантке.
У Лизы перехватило дыхание от этой улыбки. Сердце толкнулось и замерло в груди.
– Алиссия, а ты придешь сюда еще? – серьезно спросил Данион.
– Конечно, приду, – Лиза взъерошила темные кудри мальчика.
– Тогда я буду ждать тебя здесь завтра, – прошептал он.
Так и повелось, что каждый день, возвращаясь из купальни, Лиза встречалась с Данионом. Она уже знала, по рассказам экономки, что мальчик – сирота, воспитанник герцога и живет здесь почти с самого рождения. К нему приставлены гувернантка, матрэ Линда, и учитель, мэтр Риган. Под проживание малыша выделена левая башня замка с прилегающим садом, а на остальной территории появляться ему категорически запрещено. Лизу покоробили странные правила. Она чувствовала, что мальчик очень одинок, он впитывал ласку, которую дарила ему жена герцога, как губка, и Лиза проводила с ним все больше времени.
– Даня, лови! – мяч летит в условные ворота, мальчишка поймал его двумя руками и, заливисто смеясь, повалился на траву.
– Поймал! Миледи, я поймал его! – задыхаясь кричал он.
Лиза присела на траву рядом с ним и обняла худенькое тельце. Данион довольно завозился и уткнулся ей в плечо, а потом обнял обеими руками и замер.
– А ты не бросишь меня? – прошептал он еле слышно.
– Данька, ну, что ты говоришь? – Лиза расстроенно посмотрела на ребенка.
– А вдруг герцог тебя заберет и я тебя больше не увижу? – малыш серьезно смотрел на нее и такое взрослое понимание было в его взгляде, что девушка не смогла унять захолонувшее сердце. Она крепче прижала мальчика к себе и ответила:
– Дань, я постараюсь уговорить лорда Рэмиона, чтобы он не запрещал нам видеться.
Лиза не стала объяснять ребенку, что не знает планов герцога относительно себя, но твердо решила сделать все возможное, чтобы быть рядом с малышом, незаметно пробравшимся ей в душу.
Постепенно весь распорядок дня герцогини перестроился под расписание Даниона. Она проводила на половине мальчика почти все время. На робкие замечания экономки о том, что герцог запретил мальчику находиться вне отведенной территории, Лиза резонно заметила:
– Однако, герцог не запретил мне находиться в башне, так что, мы ничего не нарушаем.
Она почти переселилась в закрытую часть замка. Тремел, который уезжал из имения на две недели, по возвращении был приятно удивлен произошедшими с герцогиней переменами. Леди Алиссия окрепла, на ее щеках появился румянец, она просто светилась от счастья.
Гант искренне обрадовался таким успехам лечения – еще никогда он не видел герцогиню столь живой и веселой.
Алиссия встретила его приветливо, интересовалась новостями, расспрашивала о жизни в столице, куда и отлучался Тремел, и была с ним такой же, как прежде. Лед недоверия был разбит. Вскоре Гант понял причину столь разительных перемен. На просьбу отобедать с ним, Алиссия улыбнулась и ответила, что согласна, только время и место выберет сама. Через час зашедший за Тремелом слуга повел его на закрытую половину.
В камине ярко пылал огонь, стол был изящно сервирован, а на маленьком диване уютно устроились женщина с книгой в руках и мальчик. Герцогиня что‑то тихо читала вслух, а малыш внимательно слушал, не сводя с нее глаз. От них веяло тихим счастьем, спокойствием и умиротворением. Гант замер, разглядывая эту идиллию. Сердце мужчины сладостно заныло. Как бы ему хотелось, чтобы это было в его жизни – такая далекая и недостижимая, но бесконечно любимая женщина и …ребенок. Их ребенок. Тремел, забывшись, сделал шаг вперед, Алиссия оторвалась от чтения и улыбнулась ему. Данион настороженно посмотрел на вошедшего мужчину, а Гант подошел ближе и сказал:
– Ну, что, будем знакомиться?
Алиссия подтолкнула мальчика к гостю.
– Дань, это господин Тремел, он мой друг и очень хороший человек. Надеюсь, вы подружитесь.
– Очень приятно познакомиться – Данион доверчиво смотрел на Ганта, но руку герцогини не отпускал.
– Итак, господа, обед ждет нас, – Алиссия улыбнулась, легко поднялась с дивана и заговорщически добавила, – идем уничтожать еду!
И они направились к столу. Обед прошел весело. Тремел много шутил, рассказывал забавные случаи из жизни, Алиссия и Данион заливисто смеялись и Ганту хотелось, чтобы этот день длился как можно дольше.
Веселье прервала вошедшая в столовую матрэ Линда.
– Миледи, прошу прощения, но лорду Даниону пора в классную.
– Да, Линда, конечно, он сейчас придет, – Лиза притянула мальчика к себе.
– Дань, иди занимайся, я приду вечером.
– Только не забудь, ты обещала в футбол поиграть!
– Забудешь тут! Иди, – герцогиня легонько подтолкнула подопечного к выходу.
– Я вижу, вы привязались к мальчику, – сказал Гант, едва Данион вышел из столовой.
– Очень, – не стала скрывать Лиза, – у меня такое чувство, будто мы с ним родные, никогда такого не испытывала.
– А что вы будете делать, когда придет время возвращаться к мужу? – Тремел смотрел на нее внимательно, как будто хотел заглянуть прямо в душу.
– К мужу?.. – Лиза горько усмехнулась, – к мужу ли? Насколько я поняла, до меня ему нет никакого дела, вернее, он воспринимает меня как досадную помеху, так стоит ли возвращаться? Здесь я счастлива: я нужна Даниону, он нужен мне… Гант, прошу вас, поговорите с герцогом. Я хочу остаться здесь. Тем более, что это удобно и самому Рэмиону – я не буду мешать ему жить привычной жизнью, мне не нужны наряды и драгоценности, да, и денег на мое содержание будет уходить гораздо меньше. С какой стороны не посмотри, для него – сплошные выгоды. Вы поможете мне, Гант? – Лиза умоляюще посмотрела на Тремела. – Пожалуйста!
Ладошка герцогини легла поверх руки мужчины.
– Я попробую, миледи, – Гант был смущен и не знал, как скрыть это смущение, – вернее, я постараюсь уговорить Риона пойти вам навстречу.
В столовую вбежал запыхавшийся слуга.
– Господин Тремел, кристалл связи активировался, с вами хочет поговорить Его Светлость, передал – срочно.
– Иду, – Тремел стремительно поклонился герцогине и вышел из комнаты.
Вернулся он через полчаса.
– Миледи, тут возникли некоторые обстоятельства, – Гант не знал, как лучше преподнести новости.
– Ну, же, Гант, не томите. Что случилось? – Лиза встревоженно смотрела на него.
– Король требует, чтобы герцог с супругой присутствовал на ежегодном летнем балу. Рион попросил меня сопровождать вас в столицу, – он старался не смотреть на женщину, понимая, что разрушает ее мечты.
Герцогиня побледнела.
– А как же Данька? Я не могу его оставить, – прошептала она – сколько дней нужно на поездку?
– Сезон длится чуть больше месяца, – Гант сочувственно смотрел на Алиссию.
– А если я возьму ребенка с собой?
– Герцог будет в бешенстве. Не делайте этого, миледи. В данном вопросе Рэмион категоричен – мальчику нельзя покидать замок. Поезжайте к мужу, мы попробуем как‑то решить все вопросы.
Вечером Лиза прощалась с Данионом. Он не плакал, только, как – будто заледенел. Смотрел на нее огромными глазами и молчал.
– Дань, я вернусь через месяц. Смотри, вот календарь, я отметила сколько дней меня не будет. Вечером перечеркивай квадратик с числом и сможешь увидеть, как мало остается дней до моего возвращения, – герцогиня обняла малыша и старалась не разрыдаться.
Лиза не предполагала, что можно так полюбить чужого ребенка. В прошлом она думала над возможностью усыновления. Они с Сергеем помогали детским домам, девушка много общалась с детьми, но ни разу сердце не встрепенулось навстречу чьим‑то детским глазам. А Данька… Стоило только увидеть его, как душа рванулась к мальчику и сердце мгновенно признало родным этого сероглазого малыша.
– Ты, правда, вернешься? – Данька серьезно смотрел на герцогиню, – а если герцог не разрешит?
– Я сделаю все, чтобы мы были вместе, Дань, я буду очень стараться.
Лиза сама уложила Даниона спать и рассказала сказку, под которую малыш заснул, не выпуская руки герцогини.
Девушка смотрела на него и старалась запомнить каждую черточку. Вот, он хмурит брови, а вот, забавно вытягивает губы, наконец, его сон стал более глубоким и Лиза собралась уходить.
– Мамочка, не уезжай, – послышалось ей.
Данька, сквозь сон, продолжал бормотать: – «не бросай меня…» Лиза не выдержала – обняла маленькое теплое тельце и расплакалась. Так их и застал Тремел, который, в поисках герцогини, заглянул в детскую.
– Миледи, ну, что вы? Вам нельзя так расстраиваться, – он неловко топтался на месте, не зная, что делать.
– Идите, Гант, я сейчас подойду. Дождусь только, когда Данион уснет покрепче, – шепотом успокоила его Алиссия.
Утром они покинули Мон – Терри. Дорога до столицы далась Лизе нелегко. Сердце ныло, как – будто она оставила часть его с Даней. Стоило закрыть глаза, как ей представлялось грустное лицо мальчика, слышалось его – «мамочка, не уезжай!» – и ей хотелось приказать развернуть карету. Тремел, видя ее метания, пытался успокоить герцогиню, но ему это не удавалось. Заглянув в очередной раз в карету и увидев заплаканное лицо Алиссии, Гант не выдержал – спешился, открыл дверцу кареты и, велев горничной подвинуться, сел рядом с герцогиней, обнял ее и, не принимая возражений, приказал:
– Все, девочка, тихо! Хватит сердце рвать, спи, – затем, сделал еле заметный пасс рукой и Лиза, почувствовав, как отяжелели веки, провалилась в сон.
Посмотрев на изумленную Фиби, Тремел подмигнул ей и приказал молчать об увиденном. Та испуганно кивнула – связываться с магами было себе дороже.
Глава 7
В столичном доме герцога все было готово к приезду молодой хозяйки. Лизу провели в отведенные ей покои, а на вопрос, где Его Светлость, ответили, что милорд будет очень поздно и велел его не ждать.
Уже под утро Лиза сквозь сон услышала, как тихо отворилась дверь ее спальни и кто‑то прошел к кровати, но сон все‑таки окончательно сморил уставшую девушку и она не почувствовала, как герцог склонился над ней и невесомо погладил выбившуюся из косы прядь волос, а потом развернулся и тихо вышел.
Утром Лизу окружили портнихи. Ей подготовили огромное количество платьев на весь сезон и теперь она терпела бесконечные примерки. Больше всего волнений вызывало платье для сегодняшнего бала. Правила для молодоженов были предельно просты – на первый общий выход пары в свет единственно возможными были: белое платье для леди и темно – синий наряд для лорда. Но, в случае герцогской четы Аш – Шасси, возникала проблема. В Актании на протяжении последней сотни лет не было разводов и никто не мог вспомнить какие ограничения налагаются на пару, в которой один из супругов пребывал в таком пикантном положении – женился вторично при живой первой жене. Белый цвет для платья новой супруги, по общему мнению, был неуместен. Портнихи спорили, горничные суматошно перебирали ворохи одежды, принося то одно, то другое, а Лиза, уяснив суть проблемы, молча прошлась вдоль ряда платьев и остановилась почти в самом конце
– Вот это, – она указала на льдисто – голубой наряд, расшитый кериллами и мелкими звездочками риллия.
Выбор был удачен, это мгновенно поняли все присутствующие: платье не белое, но в ближайшем к нему цветовом тоне, россыпи камней компенсировали аскетичность цвета и, самое главное, оно идеально подходило герцогине…
Время неумолимо приближалось к вечеру, а герцога все не было. Наконец, во дворе послышался шум колес, хлопнула дверца кареты и лорд Аш – Шасси стремительно вошел в дом.
– Передай герцогине, что я жду ее через полчаса, – отрывисто бросил он дворецкому и прошел в свои покои.
Горничные заканчивали вплетать в прическу миледи цветы мальвии, когда в дверь постучал дворецкий. Передав леди Алиссии слова лорда Рэмиона, он так и остался стоять столбом, разглядывая хозяйку.
– Что‑то еще, Ратан? – герцогиня вопросительно посмотрела на застывшего мажордома.
– Простите, Ваша Светлость, больше ничего, – мужчина смущенно покраснел и быстренько ретировался из комнаты под смешки горничных.
– Ай, да Ратан, ай, да старый греховодник! – смеялась толстая портниха – Чего удумал, как на хозяйку‑то смотрел, чуть слюна не капала!
Девушки вокруг Лизы громко прыснули. Одна из горничных очень точно скопировала выражение лица дворецкого и все рассмеялись еще громче.
Стукнувшая дверь и возникший на пороге герцог разом оборвали веселье. Лорд Рэмион сурово посмотрел на враз притихших горничных и обратился к супруге:
– Миледи, если вы готовы, нам стоит поторопиться, король не терпит опозданий.
С этими словами он подал руку жене и повел ее вниз, к ожидающей их во дворе карете.
Дворец встретил супружескую пару яркими огнями, звуками музыки и гулом толпы придворных. Многие, не скрываясь, разглядывали герцога и его спутницу и по еле слышным шепоткам Лиза поняла, что лорд Аш – Шасси не часто посещал подобные мероприятия с дамами, и теперь все с интересом разглядывали его избранницу. Внутренне приказав себе не паниковать, – что она, в прошлой жизни на подобных тусовках не бывала? Разница только в одежде и титулах, а так, везде свои мальки и акулы, – Лиза вздернула подбородок, гордо распрямила спину и легко оперлась на руку мужа. Герцог раскланивался со знакомыми, представлял их своей супруге и так, непринужденно общаясь, продвигался по зале. Вдруг, шум стал стихать, музыканты, как один, внезапно смолкли и церимониймейстер провозгласил:
– Его Величество Нилам Ар – Вадасси, король Актании!
Придворные склонились в поклонах. Лиза незаметно подняла голову и увидела в проеме дверей бальной залы высокого плотного мужчину в довольно простой одежде. Его внимательный взгляд обежал присутствующих и остановился на герцогине Нортской. Лиза еще глубже присела в реверансе, безмолвно благодаря мышечную память тела, позволившую безукоризненно выполнить все предписания этикета.
Король, в сопровождении охраны, двинулся вдоль ряда придворных, изредка роняя пару слов тем, кто привлек его внимание. Дойдя до герцога Нортского, он остановился и шутливо пожурил мужчину:
– Рион, почему же ты прятал от нас такую жемчужину? – и, повернувшись к герцогине, приподнял ее подбородок – Посмотрите на меня, дитя.
Лиза подняла на него глаза и король улыбнулся.
– Очаровательна! Герцог, я желаю видеть вашу супругу на протяжении всего сезона, не вздумайте пропустить хоть один бал. Надеюсь, вам здесь понравится, моя дорогая, – он ущипнул Алиссию за щечку и проследовал дальше.
Вскоре снова зазвучали музыка, смех, разговоры, людское море заволновалось и на середину бального зала стали стекаться пары. Зазвучали первые звуки реверданса и танцующие заскользили по паркету.
– Миледи, – герцог протянул жене руку.
Алиссия вложила в нее свою ладонь и супруги легко закружились в такт музыке.
Танцевать Лиза любила, а Рэмион оказался великолепным партнером.
«Странно, – подумала девушка – насколько тяжело найти с ним общий язык в обычной жизни, настолько легко я чувствую его в танце.» Они, действительно, понимали друг друга без слов. Вот мужчина наступает, как бы преследуя свою партнершу, а та легко уклоняется и, дав ему на мгновение поверить в легкую победу, ловко обходит его; и вот уже женщина дразнит, делая шаг навстречу мужчине, и тут же уходя в сторону… Этот безмолвный диалог захватил обоих и, когда танец закончился, оба испытали сожаление.
Герцог поклонился жене и подвел ее к столикам с прохладительными напитками.
– Рион, ты позволишь? – к ним подошел Тремел и поклонился Алиссии, приглашая ее на танец.
Бросив короткий взгляд на мужа, Лиза приняла руку Ганта.
Их танец был более спокойным, наполненным тихой грустью и нежностью со стороны Ганта и дружеским расположением со стороны Алиссии. Тремел бережно касался партнерши, в нем не было властного напора герцога, он, скорее, отдавал, чем брал. Лиза испытывала рядом с Гантом умиротворение – такой не предаст, защитит, с ним надежно и тепло. Когда после танца он вел ее к мужу, они столкнулись с другой парой.
– Лорд Тремел, какой неожиданный сюрприз, вы – и на балу! – худощавая блондинка манерно растягивала слова, а ее кавалер не знал куда спрятать глаза, стараясь стать как можно незаметнее.
– Жизнь полна сюрпризов, леди Синтия, – Тремел поклонился и повел Лизу прочь.
– Так – так, Гант, похоже вы от меня опять что‑то скрыли? – Герцогиня лукаво улыбнулась, – Лорд? И чего еще я о вас не знаю?
– Полно, миледи, вы знаете главное – моя жизнь принадлежит вам. А все эти условности… – Тремел пренебрежительно махнул рукой.
– Что же, лорд Тремел, берегитесь, вы пробудили мое любопытство, я все равно не отступлюсь, пока вы не расскажете подробности той жизни, которая, как вы уверяете, принадлежит мне, – рассмеялась Лиза, а потом, вмиг посерьезнев, тихо спросила:
– Гант, а есть хоть малейшая возможность узнать, как там Данион?
– Пока нет, но я постараюсь что‑нибудь придумать.
– Спасибо, – тихо прошептала Лиза и они подошли к герцогу.
Бал был в разгаре и у Алиссии не было отбоя от кавалеров. Она танцевала, улыбалась, выслушивала комплименты, а мыслями была в далеком горном замке, в маленькой комнате, где спал одинокий малыш. Ее Данька…
Наконец, раут стал подходить к концу, король покинул придворных и герцог подошел к жене, чтобы отвезти ее домой. Это был странный вечер. Рэмион не мог отвести глаз от Алиссии. С первого момента, когда зашел в ее будуар перед балом и до последнего танца, который она подарила пожилому советнику. Он смотрел на жену – как она улыбается, как разговаривает, как не замечает вьющихся вокруг мужчин… Только однажды он увидел в глазах Алиссии неподдельное чувство – она танцевала с Тремелом. Горькое недовольство заворочалось в душе: сам оттолкнул от себя жену своим показным равнодушием, холодностью и нарочитой бесчувственностью. Он понимал, что Гант дал Алиссии то, в чем она нуждалась – поддержку и помощь, в то время как сам он отстранился от своих обязательств. А теперь перед Рэмионом встал вопрос – оставить все как есть, или попробовать вернуть себе возможность счастья. И герцог внезапно понял, что не простит себе, если отступится, если уступит место рядом со своей женой другому.
Лиза удивилась, когда герцог взял ее руку и прижал к себе, помогая спуститься по лестнице. Доведя жену до кареты, он мягко обхватил ее за талию и легко поставил на подножку. Домой ехали в тишине. Лиза искоса поглядывала на мужа. Сейчас, в полумраке кареты, его лицо казалось мягче, расслабленнее и девушка, в очередной раз, удивилась гармоничной красоте супруга.
– Устала? – вопрос прозвучал неожиданно и как‑то интимно. Лиза удивленно посмотрела на мужа.
– Очень. Я не привыкла к такому… – она не смогла подобрать определение.
– Ничего, поначалу всегда трудно, – герцог ободряюще улыбнулся жене и у девушки вдруг сильнее забилось сердце – она впервые видела его улыбку и поразилась преображению мужа. Казалось, лицо герцога осветилось изнутри, в глазах засверкали золотистые искорки и Лиза не могла отвести взгляд – ее затягивало это золотое сияние.
Карету тряхнуло на ухабе, девушка ойкнула и очарование рассеялось. Вскоре, они подъехали к дому. Проводив жену до ее покоев, лорд пожелал герцогине добрых снов и ушел.
Лиза вздохнула – похоже, на личной жизни можно ставить крест, ввиду полного ее отсутствия.
А ночью ее разбудили ласковые прикосновения и тот же голос, что и в ее снах, тихо шептал: «Лисси, девочка моя, ты прекрасна», и она горела в сильных руках, теряла себя и находила вновь, и, на пике незамутненного наслаждения, легко выдохнула: " Рэм, Рэми…»
Пробуждение было странным. Лизе было жарко. Жар окутывал ее всю и она попробовала скинуть покрывало, но не смогла его найти. Сдвинуться с места тоже не получалось. Окончательно проснувшись, девушка обнаружила, что лежит в объятиях мужа, а тот, во сне, крепко обнимает ее и именно поэтому ей так тепло. Как же давно никто не обнимал ее так! У Сергея была привычка подгребать жену к себе во время сна и это дарило Лизе чувство защищенности. Она настолько привыкла к его собственническим объятиям, что с трудом засыпала в одиночестве. А теперь, она проснулась в другом мире, в объятиях другого мужчины. Даже не так, – другого мужа. Странные причуды судьбы! Лиза тихонько пошевелилась. Рэмион, почувствовав движение, неосознанно прижал ее крепче, а потом открыл глаза и девушка увидела в них поочередно промелькнувшие эмоции – радость, растерянность и, наконец, страх…
– Рэм, не закрывайся снова, не уходи от меня! – прошептала она, глядя супругу в глаза, – Пожалуйста! – и потянулась к губам мужчины.
Тот помедлил, но, все же, ответил на поцелуй жены, а потом перехватил инициативу и уже Лиза задыхалась от его нежности, переходящей в страсть…
Вошедшая горничная уронила щетки для волос и испуганно попятилась.
– Простите, миледи, я не знала… У вас не заперто… И… Я уже ухожу… – пискнула она и мигом выскользнула из комнаты.
– С этим нужно что‑то делать, – простонал герцог, – в собственном доме негде уединиться с женой! – и он нехотя оторвался от губ Алиссии.
– Просто, кто‑то забыл запереть дверь, – Лиза лукаво улыбнулась.
– Этот кто‑то – полный идиот, – проворчал лорд Рэмион.
Вечером они снова были на балу. Только, на сей раз, герцог никому не дал возможности потанцевать с Алиссией. Он сам властно обнимал жену за талию, ведя ее в бесчисленных алеттах, ревердансах и рикондах и лишь раз уступил это право Тремелу, с большой неохотой расставшись с супругой. Но, уж, эреветт – танец страсти, – он не мог пропустить и, при первых томных аккордах волшебной мелодии, лорд притянул к себе жену и весь танец они провели в непозволительно неприличной близости, не обращая внимания на шокированных этим эпатажем придворных. Лиза таяла в руках мужа. Она и не подозревала, что под его холодной маской таится такая лавина чувств! Они протацевали весь вечер, не отрывая друг от друга глаз. Это было странно, пугающе… волшебно…
Так, один за другим, потянулись дни летнего сезона. Танцы, развлечения, пикники… и ночи, полные страсти, неги и сладкой близости.
Часто, глядя на мужа, Лиза ловила себя на мысли, что он ей кого‑то напоминает. Мимика, жесты, привычка смешно хмурить брови… и глаза… у кого‑то она уже видела такие глаза, умеющие при улыбке вспыхивать золотистыми огоньками.
Одним из вечеров супруги решили сделать перерыв в череде балов и остались дома.
Лиза читала, уютно устроившись в кресле, а Рэмион просматривал донесения сотрудников Сыскного Департамента, который он возглавлял. С насыщенной развлечениями жизнью, герцог немного запустил дела и теперь пытался упорядочить рапорты агентов. Тремел, его правая рука в департаменте, временно взвалил на себя все текущие вопросы, но право подписи осталось у лорда Аш – Шасси и сейчас ему приходилось вникать в бумаги.
– Рэм, а как давно вы с Гантом знакомы?
– Ммм… Да, лет 20 уже, – ответил лорд, не отрываясь от бумаг.
– Ого!.. А сколько ему лет?
– 40… А почему ты у него не интересовалась?
– Ну, неудобно как‑то, – смешно нахмурилась Лиза – а тебе сколько?
– 38… Ты что, решила устроить допрос начальнику тайного сыска? – Рэмион с улыбкой посмотрел на жену.
– Да, так. Интересно же. Я ведь ничего о тебе не знаю, – протянула девушка, – а можно, я задам личный вопрос?
– Еще более личный, чем про возраст? – пошутил герцог, но было видно, что он пытается скрыть напряжение. – Ну, что ж, задавай.
– Данион… Он ведь твой сын? – Лиза смотрела мужу прямо в глаза.
– С чего ты решила? – задохнулся тот.
– Вы очень похожи. У Даньки твои жесты, мимика, телосложение… А еще глаза – один в один. Я только недавно поняла, кого ты мне напоминаешь.
– Лисси, это непростая история… Мне не хотелось бы ворошить прошлое.
– Рэм, – Лиза подошла к мужу и присела на подлокотник его кресла, – я очень привязалась к мальчику. Ты только представь, каково ему – он растет один, без семьи, без ласки… Да, о нем заботятся, но его не любят, а дети должны расти в любви.
– В любви… – лорд горько усмехнулся. – Я тоже был уверен, что живу в любви, а потом выяснилось, что жена любит другого, да, и ребенок, скорее всего, от него. И наша с ней «любящая семья» – всего лишь фарс. Линара сбежала, когда Диону исполнилось три месяца, сказав, что наш брак – ошибка, а ребенок – неприятная случайность. Да, я забочусь о нем, мне пришлось дать ему свое имя, но видеть его я не могу и ждать от меня какого‑то другого отношения к мальчику не стоит.
– Рэми, но ведь это твой сын! Ты давно видел его? Он же твоя копия! Тем более, что сейчас мальчик достаточно взрослый для того, чтобы провести ритуал и проверить отцовство, я спрашивала у Ганта и он подтвердил, что для ребенка это безопасно.
– Лисси, я обещаю подумать. Давай пока не будем поднимать эту тему? – герцог обнял талию жены, – Иди ко мне…
Лиза поняла, что сейчас лучше не продолжать разговор, нужно дать мужу время осмыслить сказанное. Она верила, что постепенно он смягчится и они заберут Даньку. Домой. В семью.
Летний сезон продолжался. Веселье и развлечения охватили королевский дворец и всю столицу. В день летнего равноденствия планировалось нечто необычное – Большой Музыкальный Вечер. Всем желающим предлагалось попробовать свои силы в пении и музицировании. Лиза с нетерпением ждала этого дня. Музыку она любила страстно, всем существом. К сожалению, после окончания консерватории, ей не пришлось работать по специальности – сначала замужество, помощь мужу по созданию фирмы, а потом уже Сергей не пожелал отпускать жену в артистическую среду, опасаясь обилия поклонников, которые будут окружать его красавицу. Так и осталась ее мечта о профессиональной оперной карьере всего лишь мечтой, хотя, педагоги прочили ей блестящее будущее. И вот сейчас, сидя с мужем в огромном зале и слушая выступления любителей, Лиза удивлялась высокому уровню исполнения и великолепной школе местных музыкантов.
После небольшого перерыва, король Нилам привлек внимание присутствующих:
